Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Frühling In Paris.


Frühling In Paris.

Сообщений 1 страница 20 из 31

1

Участники:

http://s4.uploads.ru/yip8v.gif
Alexandr Wolf

http://s4.uploads.ru/yzWLn.gif
Till Meier

Время:
в течение нескольких дней (предположительно май 2001)
Хронологическая последовательность дней будет устанавливаться после каждого отыгранного по сюжету дня. В данном эпизоде количество дней еще точно не установлено.

Время суток:
см. время
Время суток будет указано исходя из поставленного сюжета и указываться вместе с датой в посте, который дает старт новому дню эпизода.

Погодные условия:
от +15 до +20. облачно с прояснениями, временами дожди
Погода в мае этого года во Франции особо никаких изменений не претерпела, так что её колебания сосредоточены в рамках вышеуказанных градусов.

О флештайме:
В роковые ночи жарко очень.

Вырезка из анкеты Till Meier
Till Meier написал(а):

К удивлению самого Майера, по пребыванию во Франции у мужчины возникает некая страсть к мальчику, за что он просто себя  люто ненавидит. Между ними всё таки происходит близость. Что делать с этим далее, Тилль не знает и боится того, что мальчик может быть сем травмирован.

Вырезка из анкеты Alexandr Wolf
Alexandr Wolf написал(а):

Это время, проведенное во Франции, меняет жизни этих двух людей. Александр начинает чувствовать что - то кардинально новое к мужчине, сохранившему ему жизнь. Это не только чувство долга, но и что - то такое , что можно назвать не здоровой зависимостью от человека, как эмоциональной, так и сексуальной. Александр видел, что - то подобное по отношению к себе и со стороны Тилля. В один из прекрасных тёплых вечеров случилось то, что и должно было случиться в такой ситуации - эмоциональная близость потеряла границы и переросла в физическую.

Отредактировано Till Meier (2013-08-16 00:14:52)

+1

2

Текущие дата и время: 10.05.2001 | 6:35


Образ

http://s4.uploads.ru/p4Ks7.jpg

Бывают моменты, когда хочется выть. Подсознание кричит: "Не сдавайся!", а тело катастрофически отказывается подчиняться твоей воле. Майер вообще не любил, когда что - то идет не так, как ему хотелось бы. Мозг сжимался в мутном смятении и не мог переварить обстоятельства, сложившиеся на сегодняшний день. Майер перевез Александра в Париж. Сидеть на одном месте было нельзя. Высунешься - убьют, не высунешься - аналогично. Время прошло всего ничего. Майер не переставал бояться за парня. Уже год как они засыпают и просыпаются практически бок о бок. Сомнительная такая романтика, не укладывавшаяся не в какие рамки. Неуклюже повернувшись, Тилль каждое утро был вынужден подниматься с кровати и идти на очередную халтуру, дабы показывать парню, что счета - то банковские есть, но на одни сбережения не проживешь.
Переезд оказался на удивление спокойным. Александр не сопротивлялся, да и незачем было. Уже год Тилль решает за двои. Гений стратегии выстраивал планы на дальнейшее сосуществование и выживание в этом бренном здании вовсе не дешевой гостиницы.
- Прикройся, - Майер сказал, как отрезал и принялся варить кофе.
Отчаяние не покидало его. Вызванное чувство, которое периодически настигало и без того груженный мозг мужчины, пугало Тилля и выбивало из колеи. Майер склонял себя к тому, что он становиться педофилом, да и к тому же гомосексуалистом, а сей факт далеко не укладывается в нормальность, учитывая его возраст и образ жизни. Но, еп твою мать, как Александр порой сводил его с ума. Одного взгляда парня было достаточно, чтобы Майера практически парализовало, заставило пошатнуться и "укладывать" свой агрегат на протяжении долготянущегося времени. Нет, такой расклад мужчину не устраивал. Он боялся, что просто потом возненавидит себя, ему будет стыдно перед покойным другом, по совместительству отцом Вольфа. А если его возненавидит Александр? Вот  это то и будет катастрофой века, которая может и свести с ума человека, недалекого от этого. Не то, чтобы Тилль был психически неуравновешен, но стабильности все же какой  - то не хватало. Мужчина еще издавна начал за собой замечать, что секс с женщиной теперь протекает у него в гораздо грубой форме. Такой расклад его вполне устраивал, в отличие  от постоянных партнерш. Естественно, они, испугавшись подобных перемен, сбежали ко всем чертям безвозвратно, тем самым от части облегчив Майеру жизнь. Теперь он мог со спокойной душой ебать все, что движется и не в чем себе не отказывать. Странный мужчина, не находишь?  Лично я нет. Брутальность передалась ему от отца, и ему  Майер был очень благодарен за столь дивный ген. Ген? Предрасположенность. Это более похоже на правду.
- Иди, ешь, - Майер повернул голову в сторону комнаты и крикнул своим О, Великим Басом.
Столкновение невозможного. Кретинизм сплошь и рядом. Он везде. Он поглощает. Противоположности столкнулись и пытаются, ублюдки, слиться воедино. Это не нормально. Трахни нормальность и успокойся.
- Действительно...
Майер налил себе кофе и уселся за стол, поправив свои растрепанные волосы. Александр не шел.
- Саш, ты глухой? - на два тона выше позвал  Тилль своего "сожителя", - Не заставляй меня вставать.
Майер усмехнулся. Не пришло еще время его помешательства. Пока он вполне был сдержан и осознавал, что "Нельзя, дядя Тилль, кричать на ребенка!"
- Ребенка... Мать твою, ребенка!..
Спасите. Помогите. Сожгите мысли, выдуйте пепел на каком - нибудь сраном стадионе, рассыпьте этот чертов прах и хер с ним. Было не в моготу, надоедало порой думать, надоедало сходить с ума. Не пристало мужчине тридцати восьми лет думать о молодых мальчиках. Мальчиках?
- Придурок!
Майер решил, что пора бы найти себе бабу. Хотя бы на пару раз. Не в какие ворота его состояние уже не лезло. Паршиво осознавать, что возможно когда - нибудь ты сломаешься и просто не сможешь себя остановить. А, если Тилль сорвется, то кричи пропало, ибо таких страстных мужчин мир поведал мало.
- Ничего, еще неоднократно поведает. Сейчас, только кофе допью.
...И пойду на работу. Предварительно обив сонного парня ледяной водой.
- САША!
- Лучше тебе поторопиться!

Отредактировано Till Meier (2013-07-26 05:52:04)

+1

3

Внешний вид.

http://s4.uploads.ru/r6uzp.jpg

Голос мужчины  Александр услышал сразу, но просыпаться не торопился. Сам не зная, почему, парень любил, когда Тилль слегка ругался на него.
Вот уже год, как Майер заботится о нем, как о своем собственном сыне. Алекс был даже не в силах передать, как благодарен мужчине за все происходящее в его жизни. Алекс и сам рвался помочь, чтобы не один Тилль корячился за двоих, парню не хотелось садиться  ему на шею. Ведь имено Майер обеспечил и переезд и жизнь насущную в целом. Но Тилль ни под каким предлогом не разрешал даже из гостиницы выходить, что уж говорить о работе. Да, жизнь беглецов та еще штука. В редкие моменты парень выходил все же в город. И то, либо под присмотром Тилля, либо один, но в капюшоне, скрывающим лицо. Алекс хорошо знал французский и спокойно ориентировался в городе. Но надолго выходить запрещалось. Коротать дни, сидя в номере, было невыносимо тоскливо. Иногда парень таскал припрятанный алкоголь Тилля, курил в его отсутствие и да, парню как-то удалось протащить через границу пакетик с таблетками, из-за которых и накрыли группировку. В особо тоскливые моменты, когда ни радовали ни рисунки, ни книги, которые он брал у постояльцев-лица Алекса никто не видел, все думали, что он просто чем-то болен, о да, худоба пошла на пользу, и просто жалели мальчишку- он доставал тщательно скрываемый заветный пакетик. О том, что будет, когда это все закончится, парень старался не думать. Слава богу, моменты тоски накатывали редко, но все же.
Это была особенная весна, в воздухе витал необычайный флер, сплетенный тончайшими нитями запахов круассанов и цветущих деревьев. Солнце мягко светило в окно и просыпаться не хотелось совсем. Алекс лежал и наслаждался прекрасным состоянием мира и голосом Тилля. Ветер принес запах кофе и еще чего-то приятного. То ли весна так действовала, то ли действительно пространство между Тиллем и Александром начинало искрить. До этого в жизни парня были только девушки и он очень боялся этого незнакомого, но в тоже время набиравшего силу чувства к мужчине. Поначалу он считал его чуть ли не вторым отцом, но что-то добавилось иное сюда, незнакомое. Парень любил наблюдать, как Тилль собирается на работу, чувствовать после его ухода невообразимо приятный запах туалетной воды. Любил их редкие вылазки в город.
Надо, пожалуй встать. Парень потянулся и вылез из кровати, прошлепал босыми ногами в соседнюю комнату и в чем был, а именно в одних трусах и короткой футболке, которую футболкой-то назвать сложно, пришел к Майеру.
-Доброе утро, Тилль,-сказал он, потягиваясь.

+1

4

Запустишь и не остановится. Пнешь и не поймаешь. Больше никогда. Никогда в твоей жизни не будет счастья. Попробуй потеряй, спусти прожитые годы в бездну, сожри свою романтику и подавись ванилью. О тебе больше никто никогда не вспомнит, о тебе уже давно никто не знает. Ты, по сути своей, никто и звать тебя никак. Прогнивай свои последние десятки лет в потаенных улицах Франции, прогнивай изнутри скрытым садизмом и поглощай эмоции окружающих. Ты питаешься этим, ты зависим от всего происходящего. Уже ничего не изменишь, все будет так, как предначертано. Тебе остается только лишь теряться в догадках и смаковать реальность. Задумчивую такую, неприступную, неизменную. Все, что тебе хочется, кажется таким недосягаемым, и в то же время таким доступным. 
Завидев Александра, Тилль решил, что удочки сматывать нужно как можно быстрее, иначе рискованно было оставаться - не поздоровится могло парню. Слишком откровенно, слишком дерзко, слишком маняще. Не гей, не гей, но Вольф - нечто. Возможно, мужчину привлекала в нём некая схожесть с девушкой, что вполне вероятно, но Боже мой, Саша, что ты делаешь?
Тиллю было до неимоверия тяжело держать себя в руках. Разум мутнел и думалось совершенно не о грядущей халтуре. Мужчина поднялся резво и поставил перед парнем то, что, по сути, готовил себе. Кофе мужчина допить успел.
- Я ухожу. Буду в 7, - Майер заторопился. Он понимал, что уже тяжко держаться. Слишком долго он живет рядом с ним, слишком странные чувства вызывает у мужчины этот юнец, - Никуда не выходить до моего прихода, понял? - опять скомандовал Тилль своим повелительным тоном.
Майер не угрожал ему, не принуждал. Мужчина пытался донести до парня тот факт, что опасно, ОЧЕНЬ ОПАСНО светиться Саше на улице. Они в розыске, по всей Европе трубят о пропаже сына мафиози и главном свидетеле. Да, та облава удалась на славу. Перевернула жизнь людей, заставила смотреть на многие вещи другими глазами, через призму тёмных оттенков с лёгким переливом нечто яркого и будоражащего.

Текущее время: 19:10 того же дня


Как говориться, потрудился на славу. Пара сотен баксов лежало в барсетке довольного Майера, направляющегося в гостиницу. Все, что он сейчас хотел, это оказаться в номере и залечь бревном в удобную кровать элитного номера и ни о чем не думать. Тело болело до безумия. Казалось, будто земля уходит из - под ног, которых ты, по сути, не чувствуешь. Подсознательно Тилль так же надеялся на сохранность Александра. Откровенно говоря, он думал о нём постоянно. Не прошло и ни часа, чтобы мужчина не подумал о том, что делает на данный момент Александр и все ли с ним в порядке. Майер очень часто звонил парню или просто смс`ил. Смс - сообщения мужчина вообще недолюбливал, не видя в них особого смысла.
- Зачем тратить на смс, когда можно просто позвонить и выяснить гораздо больше, чем помещается в одном паршивом смс?
Халтура Майера каждый раз была на новом месте. Хорошо, что мужчина сегодня смекнул отправится на мотоцикле, пусть и взятом напрокат - не суть. Работенка находилась на другом конце города и добираться без своего транспорта пришлось бы раза в три дольше (учитывая несколько общественных пересадок).
Майер взял на ресепшене ключ, поднялся на этаж и поднес стикер к специальному замку. Дверь тут же отворилась, издав неприятный звук в виде играющей ненатуральной классической музыки.
- Кто вообще придумал это дерьмо? - подумал про себя Тилль и прошел в прихожую номера.
- Я дома.

Отредактировано Till Meier (2013-07-26 05:55:28)

+1

5

Алекс не понимал, почему Тилль так занервничал, когда он пришел.
-Прости, что заставил ждать.
Нет, причина не в этом.
Парень внимательно посмотрел на мужчину. Что-то в его взгляде было новое. За тот год, что они просуществовали бок о бок, Александр видел множество оттенков чувств в глазах Тилля. Было и отчаяние, когда нужно было съезжать с предыдущего места, ведь тогда было не известно куда податься, как добраться и что делать дальше; была тревога, боязнь за их безопасность ; во время побега во Францию, парень видел задумчивость, а более за ту поезду не смотрел в глаза ; в ту ночь, когда только поселились в отеле, когда разговаривали об отце, в глазах Тилля мальчишка прочел искреннюю заботу о нем, горесть от потери лучшего друга, если можно так сказать, сострадание к сироте, сочувствие. За пребывание в Париже тоже было много подмечено: появилась уверенность со вспышками страха и затаенной неуверенности. И, кажется, Алекс теперь понял, что это был за новый оттенок, появившийся совсем недавно. Если он не ошибается, то это было..желание.
Александр сел на стул и продолжил сверлить взглядом Тилля. Тем самым нежным взглядом светлых глаз неизвестного оттенка, который получался непроизвольно. Так же Алекс сам не замечая того приоткрыть рот чуть подав нижнюю губу вперед.
Закрой рот!Часто говорил он себе.
Мальчишка мельком взглянул на еду и продолжил смотреть на мужчину, подперев клачком подбородок. Движения Майера были нервными и резкими. Он будто сам боялся того, что прочел мальчишка в его глазах.
Почему ты хочешь скрыть это , Тилль?
Алексу и правда было не понятно, почему желание надо скрывать. Почему, если человек нравится, нельзя сказать сразу? И какая разница, какого пола человек, который привлекает тебя? Александр не был геем и натуралом его тоже назвать было нельзя. Он действительно не зацикливался на стереотипах и прочей фигне. Это все придумали скучные взрослые, которым обязательно нужно из-за чего-то попариться, попереживать, заморочитиься. Да парень окончательно не повзрослел, конечно, смерть отца и побег в другую страну оставили на нем свой отпечаток, но повзрослеть до конца так и не удалось. У Алекса осталась та же детская наивность и непосредственность, смешанная с тревогами той жизни, которую они ведут. Ведь это постоянный страх, тоска по родине, по дому, по отцу, неопределенность будущего. А вдруг что-то случится с Тиллем? Парня больше пугал этот вопрос. Нет, не в том плане, кто теперь будет заботиться о нем, зарабатывать деньги. Упаси Господь! Нет! Просто Александр так привык к мужчине, так сроднился с ним, они стали друзьями, но тут вплелось опять же то же чувство, что глодало самого Тилля.
Но как желание может заставлять страдать? Парень частенько задавался этим вопросом.
Алекс совсем недавно стал замечать, что рвется поскорее увидеть Тилля, когда тот вернется с работы не за тем, чтобы тот развлек скучающего мальчишку и поболтал с ним. Нет. Алексу до исступления хотелось видеть рядом с собой Майера, говорить с ним, наблюдая за тем, как тот говорит, двигается, смеется. Хотелось вечно чувствовать запах его туалетной воды, а не только по вечерам и утром. Утром еще этот запах иногда смешивался с запахом лосьона после бритья. Так и хотелось погладить Тилля по щеке. Да просто прижаться к нему! На это сил у мальчишки не было. То ли сомнения, то ли боязнь, что же это?
-Можно погулять хотя бы вечером? Нам?
Нет, я не хочу гулять.
Нет. Я просто хочу, чтобы ты вернулся пораньше.
Парень замер. Неужели, он сказал это вслух? Но неизвестно, слышал ли это Тилль. Возможно, мужчина уже ушел.

***
День был скучен как никогда. Но из головы Алекса никак не шли слова, сказанные им Тиллю. Слышал ли он их? А если слышал, почему не ответил? Опаздывал? Да нет, он раньше ушел. Потихоньку до парня стало доходить, как желание может заставлять страдать. Так он и простоял пол дня у окна в раздумьях, наслаждаясь весенним воздухом. Волнение то накатывало, то спадало. В этот раз Тилль даже не позвонил с работы. А смс он и подавно не любил. А Алексу наоборот было проще общаться по смс, так собеседник не слышит твоего волнения в голосе и так можно придумать, что сказать, а не в разговоре, когда возникает бесчисленное количество неловких пауз.
Дверь издала противный звук, но в последнее время этот звук стал милее остальных, т.к. он возвещал о приходе Тилля с работы. Алекс тогда заканчивал принимать ванну, поэтому заслышав дверь стал быстро одеваться и вывалился в коридор встречать Тилля.
-Привет,-изрек мальчишка, поправляя влажные волосы,-как работа?

+1

6

- Как прошел день?
Тилль сам не знал, действительно ли ему было интересно это знать. В голове была только мягкая, уютная постелька и крепкий, сладостный сон. Выматываться так приходилось довольно таки часто, но за двести баксов Майер и не на такое готов пойти. Он привык усердно трудиться, пусть последние двадцать лет деньги и лились к нему в руки без какого - либо труда. Мужчина вырос в трудолюбивой, бедной семье и работать, дабы выжить, он привык как никто другой. Лень? Нет, не слышал.
Мужчина бросил ключ на тумбочку, располагающуюся практически рядом с дверью. Для чего она по сути предназначалась, Майер понятия не имел, но интерес был, пусть и мимолетный. Мужчина всегда был придирчив к мелочам и любил отсутствие всякого лишнего хлама - все четко и по факту. В таких номерах, в какой они заселились не так давно, было много лишнего. Тилль старательно избегал всякой мелочи. Возможно, это было какое - то психическое расстройство. Мужчина не понимал в психологии, а точнее сказать в своей психологии. Что касается окружающих - в сем проблем не было никогда с начала работы с мафией.
- Голоден? Лично я - да, - Майер пожал парню руку в знак приветствия. Он хотел к нему прикоснуться, хотя бы как - нибудь, не специально. Он это сделал. Ура.
Мужчина устало прошагал в кухню и погрузился в изучение содержимого холодильника. В нём, естественно, было уйма продовольствия. Тилль очень любил покушать и никогда себя ни в чем не ограничивал в плане еды. Исходя из этого Майер умел не плохо готовить. В какой - то мере готовка доставляла ему даже больше удовольствия, чем её употребление.
Майер извлек замороженное мясо и отправил его в раковину, дабы то, не торопясь, размораживалось.  Мужчина не любил искусственную разморозку, так что использование печи сразу отошло на второй план. Тилль не доверял многой бытовой технике. В номере находилась и посудомоечная машина, и стиральная машина, и прочие радости хозяйственной жизни, однако Майер предпочитал все делать руками. Таким его воспитали, так он хотел, так он жил, и его все устраивало.
- Чем занимался сегодня?
Тилль, не стесняясь (не до этого было), снял футболку и отправил ее резким движением руки на диван гостиного отделения номера. Отсутствовало желание даже двигаться, но есть хотелось больше.
- Надеюсь, ты не голодал, Саш.
Майер подошел к окну и открыл его. Вид открывался прекрасный - город необычайно чист и, в какой - то степени, прекрасен. Правда, этот вид уже осточертел Тиллю, да и ладно. Мужчина закурил. Стараясь не задымлять номер, он осторожно направлял струйки дыма в сторону окна, вот только погода решила пошутить и отправляла их обратно. Майер не любил запах сигар, хоть и курил достаточно много лет. Странное течение обстоятельств, но и такое бывает. Мужчина резко вспомнил о наличии вытяжки и дотянулся до выключателя. Единственная бытовая машина, в которой Майер действительно видел смысл. Теперь оставалось только сделать так, чтобы дым не дотянулся до Саши, остальное не важно.
- С работой всё как всегда.
Тилль устремил свой взгляд в окно. Складывалось впечатление, что он смотрит в пустоту. Скорее всего, сие было вызвано усталостью как глаз, так и тела. Срочно требовалось лечь спать. Нет, размораживается мясо.
- Ты бодр и не волнует! - Майер улыбнулся своим мыслям и заглянул в раковину. Мясо все еще было заморожено. Еще бы оно растаяло за 5 минут!
Тилль докурил и затушил сигару. Руки сами потянулись за кофе. Мужчина сделал глоток своего утреннего и понял, что нет, нужно что - то крепче. Он прошагал в гостиную и открыл бар. Перед ним возникла целая коллекция всевозможных напитков. Тут мужчина вспомнил о стоимости номера и понял, что большую часть денег он заплатил, по ходу, за этот бар. Грех не пользоваться. Тилль достал бутылку Jack Daniels и открыл её. Запах прелестного напитка ударил в нос. Голова закружилась, задурманило. Мужчина вернулся на кухню и приготовил себе заветный напиток, состоящий из виски и льда. Глоток. Свобода и долгожданное расслабление. Майер улыбнулся первый раз за текущий вечер. Он действительно почувствовал, как по всему ему телу растекается это самое наслаждение от отдыха, настоящего отдыха. Еще глоток. Опьянение настигнет мужчину не скоро и не с одного стакана точно. Он наблюдал, как трескается лёд, тает и сливается с любимым напитком.
- Пускай я и немец, но Jack - лучший виски!

+1

7

-Скучно, как всегда,-Алекс улыбнулся.
С каждым днем ожидание Тилля с работы становилось все невыносимей. Почему? Парень прекрасно знал ответ на этот вопрос, но боялся признаться себе. Было видно, что мужчина очень устал, Алексу очень хотелось как-то помочь ему, пойти работать, да вообще сделать хоть что-нибудь. Но выход на улицу был настоящим событием- это то и угнетало, не давало жить как следует, жизнь, как в клетке. Хотя, убери эти преграды, то что бы изменилось? Ровным счетом ничего. Возможно, он пошел бы работать, помог бы Тиллю, вместе бы они накопили на квартирку, возможно даже и в Германии, парень поступил бы в колледж. Но стал бы тогда Тилль так опекать Александра? Вдруг, бы их пути разошлись? А этого парнишке  до слез не хотелось. Да и на что жаловаться сейчас? Книги есть, рисовать можно, это хоть как-то скрашивает долгие дни, они не голодают. Как-нибудь, да переживут все это. Ведь все когда-нибудь заканчивается.
Простое пожатие руки, но как будто током пронзило. Захотелось сразу обнять его.
Не будь идиотом, Алекс!Эхх, а изменится-то что?
-Перекусить не помешало бы.
Парень проследовал за Тиллем на кухню и тут же его стала больно кусать совесть: ведь можно было приготовить что-то в отсутствие Майера, готовить-то в принципе научился. Конечно, Тилль готовил лучше, но парень сидит дома вечно, а мужчина ужасно выматывается.
-Прости, надо мне было самому что-то приготовить,-озвучил свои мысли Алекс, вздохнув.
Мальчишка приступил к излюбленному занятию- втихую наблюдать за Тиллем. Проследил, как тот достал мясо из морозилки и положил в раковину. По мнению парня, так можно было этот шматок закинуть в микроволновую печь и поставить на разморозку.
-Рисовал под вечер, а днем пялился в окно.
И ждал тебя, конечно же.
Алекс расположился у окна, облокотившись о подоконник. Когда он стал так много думать о Тилле? С каких пор он так зациклен? С каких пор он так влюблен в него?
Влюблен...Он все-таки произнес это слово про себя- еще бы в слух, ха! Это было тяжелым испытанием для подсознания парня. Он озвучил про себя то, в чем боялся признаться. Бывают такие слова или фразы, которые стыдно произносить наедине с собой, что уж говорить вслух кому-то. Но еще большим испытанием для сходящего с ума мозга Сашки было то, что парень увидел, как Майер снял футболку. Мальчишка на секунду даже рот открыл, стало вдруг жарко, но потом спохватился и принял невозмутимое положение и продолжил исподтишка наблюдать.
Тилль подошел к окну и закурил, поэтому Алексу пришлось отойти от окна. Он с вожделением смотрел на сигарету(или на мужчину?). Курить хотелось нещадно. Майер курил только сигары, поэтому пареньку приходилось выкручиваться. Иногда он выбегал на улицу и покупал сигареты, но походы на улицу были редки и опасны; иногда стрелял у постояльцев, что было тоже опасно, хоть и при наличии в обоих случаях накинутого на голову капюшона, скрывающего и лицо; а иногда приходилось либо мучаться, либо стащить сигару у мужчины и с почти рвотными позывами курить злосчастную крепкую дрянь. Александру было совсем не в радость обманывать мужчину, хоть тот и видел в первую ночь во Франции, как парнишка курит. Потом он по отцовски отчитал парня. А вообще, Алексу почему-то нравилось, когда Тилль слегка ругается на него. Это было еще одним странным чувством, которое мальчишка понять пока не мог. Наслаждение тяжелым сигарным дымом закончилось, так как мужчина включил вытяжку, но не закончилось наслаждение видом обнаженного торса Майера. Тело Тилля было прекрасно. Такое мускулистое и сильное, он походил на древнего бога, еще и взгляд такой задумчивый, мудрый, но слегка усталый, это и выдавало в божестве человека.
-Давай, я все же помогу.
Тилль докурив, ушел к бару. А Александр взял чашку Майера с недопитым кофе и вылил в раковину, потом помыл, ткнул мясо, ему еще размораживаться и размораживаться. Ну ведь с микроволновкой проще! Слышно было, как Тилль открыл бар и достал бутылку какого-то напитка. Парень напрягся, на это была пара причин. Первая: заметит ли мужчина то, что мальчишка иногда потаскивал оттуда стакан-другой напитка и вторая, заключавшаяся в том, что не много ли Тилль принимает алкоголя? Хотя, Александр хорош сам, да и Майер в последнее время не прикладывался совсем к бару. Тихонько подойдя к комнате, Алекс увидел Тилля с бокалом виски. Боже, как тот был прекрасен! Не зная почему, парень сбежал на кухню, дыхание участилось и стала кружиться голова, как при приеме какой-нибудь противозаконной дряни. Он облокотился о столешницу, пытаясь успокоить сердце и легкие, а потом резко убежал в ванную комнату. Двигался мальчишка тихо, но дверью хлопнул изрядно громко. Ну это не страшно, пусть Тилль думает, что парень пошел в туалет. Это было дико странно, у  Алекса с девушками-то такого не было, хотя спал он с ними только после употребления алкоголя или наркотиков. Он не помнил, чтобы в трезвом сознании был с кем-то близок. Но сейчас.. Александр облокотился на раковину и включил воду, ну если этот засранец вздумал встать на Тилля. Взгляд опустился ниже.
И не только встать... Черт...

+1

8

Майер проводил взглядом несущегося до ванной комнаты Александра и улыбнулся. Чем была вызвана такая спешка, мужчина даже предположить не мог, да и голова не могла думать, выдавать какие - либо путные мысли, предположения. Тилль проследовал за Сашей и аккуратно постучался:
- Эммм...с тобой все нормально? - глоток, - Ты бы не запирался там на долго. Я собирался в душ.
Мужчина, не дождавшись ответа, направился на кухню.
- Помогу, значит? - улыбнулся Майер и посмотрел на мясо в раковине. Кто нынче размораживает в раковине мясо? Картинка была достаточно умиляющая: дорогущий номер в отеле и разморозка в раковине. Тилль посмотрел в свой стакан и обнаружил там только осколки ото льда. Мужчина поспешил это исправить. Помутненный разум не давал сконцентрироваться на чем - то конкретном, а точнее грядущей готовке и походе в душ. Майер чувствовал, что в конечно итоге он просто свалится и уснет. Ноги практически не держали его, тело тяжелело. Тилль сполоснул стакан, отколол еще несколько кубиков льда и залил виски. Алкоголь - единственное спасение в такой ситуации, так как сей напиток придавал Майеру бодрости. Странно, но это так. Тогда, когда он пил в компании с кем - то, что бывает по сути очень и очень редко, собутыльник, если можно так назвать человека, с которым Майер разделяет прекрасные часы, начинает чувствовать желание уснуть очень быстро, вот только Тиллю хочется в сей момент творить, геройствовать или проще говоря бодрствовать по полной.
Майер сел на кресло с подставкой для ног.
- Благодать...
За окном было практически темно. На часах время соответствовало. Мужчина откинул голову и задумался. Думал он практически ни о чем. В голове мелькали какие - то картинки из сегодняшнего дня, прошлого, Саша, его марафонный забег до ванной, мясо в раковине, теплая струя из душа... Хотелось как можно скорее со всем расправиться и уснуть. Майер не помнил, когда в последний раз он высыпался вдоволь. Такое случалось, наверное, только года этак два назад, до произошедшей трагедии, до наступления плохих времен. Мужчина сделал глоток и почесал живот.
- Что ж ты там такое делаешь? - подумал про себя он, предположив, сколько уже Саша сидит в ванне, - Что ж за экстренная необходимость?
Тилль как мог отгонял от себя сон. Он решил, что не плохо было бы выкурить еще одну сигару. На самом деле, Майер не был любителем скуриваться до неимоверия, как может показаться по его частому курению, но занять свое практически спящее тело нужно было хоть чем - то, иначе падения в сон не миновать. Тилль отправился на кухню и вновь включил вытяжку. Сигары лежали наготове, что не понравилось Майеру, ибо место их было в выдвижном ящике кухонного стола:
- Заметка: не забыть их убрать, олень!
Тилль потер глаза руками и закурил. Казалось, что вот вот он отключится и дело с концами. Какая еда? Какой душ? Спать, спать, спать! Но нет, Майер силён, он выдержит, он сможет. Ну - ну.
Приятный запах ванили распространился по кухне. Открывать окно Майер не хотел. Становилось достаточно холодно и тогда Александр мог простудиться. О состоянии иммунной системы Вольфа он практически не имел понятия, а рисковать как - то не хотелось. Вытяжки было очень мало, но Тилль уже практически об этом не думал. Он уже и вовсе не думал ни о чем. Допить, докурить, дождаться, приготовить, съесть  и спать - весь его распорядок, который он вновь и вновь прокручивал в голове.
Все таки мужчина начал ловить себя на мысли, что сей распорядок будет не выполнен. Ложиться спать голодным, конечно, вовсе не хотелось, да и душ был необходим, но Тилля срубало конкретно. Майер сложил руки на столе и разместил на них свою голову. Нет, так он вряд ли уснет, но хотя бы помечтает о долгожданном сне. Остается только дождаться Сашу. Затяжка, глоток, голова на прежнем месте. Таких повторов было уже многочисленное множество, пока Майер не обнаружил, что его стакан вновь опустел. Выпивать третий он не особо - то и хотел, прекрасно понимая, что заснет тогда окончательно и бесповоротно, а работу завтра никто не отменял.
Тилль проследовал к двери в ванную комнату и вновь постучался, правда теперь более требовательно и настойчиво:
- Разбудишь, как выйдешь, - только Майер собирался отправится на боковую, как его осенило, - А еще я был бы необычайно счастлив, если бы ты выполнил обещанное.
Тилль улыбнулся, вспомнив о том, что Саша хотел помочь с готовкой. Мужчина очень надеялся, что парень не напортачит, так как к еде Тилль был крайне внимателен и придирчив.
Майер разместился на кровати, удивившись, что в руке все еще держит пустой стакан. Вот вставать он сейчас уже точно не станет, так что посуда отправилась на пол, мирно стоять подле кровати. Главное теперь оставалось её не разбить, а еще да, конечно, проснуться, когда долгожданный Вольф выйдет наконец таки из ванной.
Майер так хорошо устроился, что практически сразу провалился в сон. Теперь встает только лишь один вопрос: а проснется ли он сегодня уже? Вероятность этого была крайне мала. Но то, что с утра он будет крайне злой из - за спешки, было точно.

+1

9

Александр тяжело дышал. Ему было неловко и стыдно даже перед самим собой, что уж там говорить о Тилле. Хотя, он не узнает, в ванну случайно не войдет, так как она закрыта. Услышав стук в дверь, парень, сам не понимая почему, подскочил.
-Со мной все нормально. Хорошо, я скоро выйду.
Только в чем? Черт!
Мысли лихорадочно вертелись в голове. Парень нервно окинул взглядом помещение.
Так, вещи в машинку. Белье. Черт. А, вот оно.
Дыхание никак не хотело восстанавливаться, в голове не укладывалось, что произошло пару мгновений назад. Вот он стоит и наблюдает за Тиллем, оценивает его прекрасное тело пловца, а потом вспышка и.. ОН ТОЛЬКО ЧТО...
Вздохнув Александр стал приводить себя в порядок, он торопился, потому что Тиллю нужно было принять душ после работы.
Снова послышался голос мужчины:
- Разбудишь, как выйдешь. А еще я был бы необычайно счастлив, если бы ты выполнил обещанное.
-Да, хорошо!
Мхххх, идиот! Ну надо было так! Из-за тебя Тилль даже душ не принял!
Неизвестно, кого ругал парень, себя или свой член. свой член? Вот это точно мегаидиотизм, ну или начинающаяся шизофрения. Выдохнув, Алекс вышел. Мужчина уже лег спать. Продолжая корить себя, он пошел на кухню и закинул несчастное мясо на разморозку. Хотя, с какой стати оно несчастное? Само мясо точно чувствовать ничего не может, а вот тот, кого убили ради этого филе, как раз таки способен. Нет, мальчишка не был веганом или защитником природы. Он просто здраво понимал, что иначе есть будет нечего. Поэтому, как ни жалко теленочка... А веганы, например, яро колотя себя кулаком в грудь, утверждающие, что братьев своих меньших есть нельзя и их надо защищать, преспокойно едят овощи, фрукты и зелень. А это, спрашивается, что? Корм тех самых братьев меньших, которых эти защитники опекают, тем самых обрекая своих же подопечных на голодную смерть. А вот против издевательств над животными и убийства их ради красивого меха, Алекс бы выступил. Разумный человек берет от природы столько, сколько нужно и ничего лишнего. Но, к сожалению, таких людей очень мало.
Вздохнув, и стараясь забыть нежданный инцидент, мальчишка стал вспоминать свои навыки готовки. Конечно, он не сравнится в кулинарном таланте с Тиллем, но сделать не хуже может. Тем более, порадовать его очень хочется.
Закинув мясо в духовку и занявшись гарниром, Александр продолжил размышления. Почему-то он чувствовал себя виноватым перед мужчиной. То ли потому, что не сделал ужин заранее, то ли потому, что не дал сходить в душ, засев там, то ли потому, что осмелился желать такого великолепного мужчину. Впрочем, за это парень уже был наказан.
Ожидая, когда все будет готово, Александр всматривался в темноту за окном. Что будет дальше? Что делать, с желанием, растущим день ото дня? Что чувствует Тилль? Может, напрасно все это? Тилль обзаведется женой и ему будет не до Александра. Только когда это будет? И забудет ли при таком исходе событий Майер Вольфа? Если он забудет его, парень умрет. Или станет окончательно деградировавшим наркоманом. Но этого парню не хотелось совсем. Ему  хотелось лета и на речку за город вместе с Тиллем. И никаких погонь, поисков и прочей мути, которая поганит им жизнь. Александр будет сидеть на берегу и смотреть, как величественный пловец ловко управляется с водной стихией. А потом мужчина вылезет на берег, капельки воды будут стекать по его упругим мышцам... А потом и сам Александр зайдет в воду к мужчине..
Ах да, мясо.
Пахло очень аппетитно и , как показалось мальчишке, почти как у Тилля. Он поскорей пошел его будить. Зайдя в комнату, Алекс увидел мирно спящего Тилля, а на полу стоял пустой стакан. Пахло виски.
-Тилль, вставай. Я все приготовил,-произнес мальчик шепотом и потряс за плечо. Потом повторил попытку.
После бесчисленного числа попыток, Александр понял, что будить мужчину бесполезно и тот так вымотан, что навряд ли сегодня встанет. Забрав стакан, парень пошел на кухню. Ужинать в одиночестве было немного обидно, так хотелось, чтобы его готовку оценил Тилль, ведь получилось очень вкусно. Тихий номер отеля навевал тоскливые мысли. Думалось, что если не появился бы в жизни Александра Тилль Майер, мысли, ка жить дальше, что сделать, что бы мужчина так не выматывался.  Убирая посуду и вешая сушиться вещи в ванной комнате, пришла мысль погулять немного. Но огорчать Тилля совсем не хотелось, поэтому, погасив везде свет, Алекс пошел в комнату.
Мужчина мирно спал, посапывая. В свете луны он определенно был похож на древнее божество. Хотя, нет. Бог не стал бы спать в номере отеля во Франции. Это был просто прекрасный человек Тилль Майер. Решив, что сегодня и так хватило неловкостей, парень расхрабрился. Он решил исполнить свою давнюю(или не очень?) мечту.
Александр тихо подошел к кровати Тилля и осторожно наклонился над ним, вслушиваясь в размеренное дыхание. Парень провел рукой по волосам мужчины, стараясь действовать как можно тише и ловчее, ведь тот мог проснуться в любой момент, хоть и очень устал. От Майера пахло необычной смесью запахов качественного виски, тела и той самой шикарной туалетной воды. Алекс с наслаждением вобрал в легкие этот запах, а потом нагнулся ниже и поцеловал Тилля в самый краешек губ. Но вдруг мужчина зашевелился, и парень, испугавшись, бросился на свою кровать. Как оказалось, мужчина просто шевелился во сне.
Засыпая, Александр был счастлив, что все же решился на такой шаг. Ведь кто знает, подвернулась бы ему такая возможность еще раз?

+1

10

Текущие дата и время: 15.05.2001 | 19:07

В этой игре нету равных. Проигравший, по крайней мере, Тиллю был очевиден. В очередной вечер, когда мужчина возвращался с работы, он думал о Саше. Майер вновь недоумевал, как он - человек, боготворивший женское тело, мог сходить с ума по юному парню. Само по себе подобное помешательство ему не было свойственно. Все тяготы любви были для Тилля обычном приходящим и уходящим чувством, которое он никогда не воспринимал всерьез, разве что Беллу из группы по плаванью, первую любовь, но тут - то все понятно. Чувство первой любви - незабываемое чувство. Оно поглощает и не дает здраво мыслить. Эта девушка была первой и последней представительницей прекрасного пола, которую Майер действительно любил, по настоящему, без привычных ему теперь масок и игр на публику.
Как вообще могло произойти такое? Непонятное теперь уже чувство не давало покоя. Мужчина не мог назвать это любовью, так как сам уже и не помнил, что это значит. Тилль был уверен только в одном - он не сможет без этого юнца. Те отцовские чувства, которые были у Майера к Саше изначально, исчезли, испарились не пойми от чего. Неужто сходство с женщиной берет верх над разумом Тилля? Но ведь Вольф все равно мужчина, и это неизменно, неоспоримо. Майер в какую - то минуту даже  почувствовал панику, безысходность, но живо привел себя в чувства и открыл дверь номера.
Рабочий день сегодня назвать особо продуктивным было невозможно. В процессе данной халтуры Тиллю удалось урвать только сотню, что его необычайно огорчило. Именно недовольство, связанное с работой, Майер переживал открыто, ничего не держа в себе. По крайней мере последнее время, когда его переполняли чувства, доселе не испытываемые, пугающие. Держаться сил не хватало. Переваривать всё накопившееся в себе, Майер практически не мог и понимал, что велика вероятность в дальнейшем при таком раскладе просто сойти с ума, чего ему, безусловно, не очень - то и хотелось.
Стянув с себя куртку и аккуратно повесив её на вешалку, Тилль краем глаза заметил, что ветровки Александра на месте нет так же, как и привычно для него стоящей внизу обуви. У Майера участился пульс:
- Саша, ты дома?
Мужчина, не разуваясь, обошел весь номер, просмотрел каждую комнату. Александра не было нигде. Тилль резко открыл шкаф, натянул куртку на себя вновь и выбежал вон из номера. В голове прокрутились уже всяческие мысли от "нас нашли" до "самоубийство". Майер очень хорошо знал Сашу, как считал сам, и несколько качеств в нём были, которые могли сподвигнуть  Тилля на мысли о суициде парня. Дело в том, что он неоднократно замечал за Вольфом какие - то эмоциональные перебои: изначально парень спокоен и дружелюбен, а после, ни с того, ни с сего, его будто подменили. Сам же Александр ничего на этот счет путного не говорит, так что Тиллю приходиться просто гадать и делать свои предположения, которые его заводят на сей счет еще пуще. Мужчина бегом спустился к ресепшену и обратился к девушке, стоящей за стойкой:
- Номер 306. Черноволосый парень лет двадцати не выходил сегодня из номера?
Майер уже был готов к любому ответу, только все же надеялся на благоприятный исход и смотрел прямо в глаза Анетте, имя которой он еще по пути в номер прочел на бейдже.
- Скажи мне, что с ним всё в порядке! Скажи хоть что - нибудь!
Девушка неторопливо полистала книгу с внесенными туда именами постояльцев, посмотрела наличие ключа и вежливым, но до безумия противным от писка тоном, ответила:
- Извините, но ключ отсутствует. По всей видимости молодой человек покинул номер самостоятельно в течении дня.
Тилль посмотрел на неё злобным, пронзающим взглядом, хотя адресован он был совершенно не Анетте, а Александру, который ослушался его и покинул номер, как говорит эта девушка. Вот только верить в это совершенно не хотелось. В голову Майера в сию же минуту пришли еще несколько предположений, истину которых он сразу же поспешил проверить:
- Анетта, милая Анетта, я сейчас задам Вам странный вопрос, который может Вас удивить, но я в отчаянии и не могу его не задать, - Тилль улыбнулся, ибо девушка изрядно изменилась  в лице от  озлобленного взгляда, который Майер случайно адресовал ей, - В Вашу гостиницу сегодня не приезжала скорая, полиция или еще какие - нибудь подобные органы?
Анетта действительно была удивлена, но возражать не стала и немедля принялась пролистывать ту же книгу.
- Нет, Мистер...
- Мистер Майер, - поторопил он её.
- Нет, Мистер Майер, за сегодняшний день никаких чрезвычайных ситуаций не было, - девушка недоумевала, - У Вас что - то случилось? Я могу чем - нибудь помочь?
Но Тилль уже не слышал её. Мужчина огляделся вокруг, ища глазами Александра, осматривая каждого человека очень подозрительно и внимательно. Вольф умел маскироваться. В этом ему не было равных. Ещё будучи совсем юнцом в возрасте пятнадцати лет, Александр сбегал от отца, да и еще найти его было очень тяжело из - за грамотной маскировки.  Тиллю посчастливилось несколько раз отыскать беглеца, так что он быстро вспомнил, как это делается. Только вот не было Вольфа в цоколе. Мужчина вернулся вновь к Анетте:
- Я сейчас отправляюсь в номер. Если Вы увидите его, то дайте мне знать, - Тилль протянул девушке фото, но стоило ей потянуться за снимком, как Майер в момент убрал его в бумажник, - Прошу прощения, но фотокарточку оставить Вам я не смогу. Если не ошибаюсь, регистрировали нас именно Вы, Анетта, так что Вы должны помнить его. К тому же только что я освежил Вашу память, - Тилль ухмыльнулся и извлек из бумажника несколько купюр, в сумме составляющих семьдесят баксов, - Я уверен, что Вы - ответственная девушка и выполните мою просьбу.
Майер вернулся в номер. Он подошел к балкону, вид из которого выходил прямо на город. Мужчина закурил и задумался. Волноваться за парня или нет? На ресепшене ясно дали понять, что никаких ЧП за сегодня замечено не было. Правда, если не было замечено, то это не значит, что их вовсе не было. Нет, если говорить о предположении по поводу суицида, то такое происшествие остаться незамеченным просто не могло - или Тилль вечером нашел бы его тело, или уборщица в течении дня. Вопросов становилось все больше, а ответов не предвиделось. Мужчина, делая очередную затяжку, смотрел на проходящих мимо людей, в толпе которых он отчаянно пытался разглядеть Вольфа.
- Да, именно этим я жаждал заняться после тяжелого рабочего дня... - Майер действительно устал, пусть и получил за это не так много. Считай, все равно большую часть заработанного сегодня он оставил милой молодой Анетте, которую перепугал практически до потери сознания своим агрессивным взглядом.
- Молодец, что хоть не разорался.
Тилль начал постепенно приходить в чувства, правда злоба одолевала его. С этим мужчине было гораздо проще и привычнее, нежели с чувством паники и беспокойства. К такому он уж никак не привык и привыкать был не намерен. Различные исходы ситуации перебирал он в голове. Страстное желание было отвесить пару не слабых ударов за самовольность, но таким образом Майер безусловно покалечит парня, что сейчас было не выгодно, исходя из наличия какой - то нежности к его персоне. Все зависело в основном от причины его выхода и того, как он это объяснит. Тиллю же теперь оставалось набраться сил, дабы выслушать и не сорваться. Любимым и проверенным способом снять стресс был алкоголь, так что уверенным шагом Майер, не закрывая балкона, отправился к барной стойке, дабы налить себе стакан Jack`а.

+1

11

Начинался очередной день, похожий как две капли воды на предыдущие, наполненный невообразимой тоской от практически ничегонеделания  и тягой к Тиллю, просто сводившей с ума. Вот мужчина проснулся, прошел в душ, оттуда на кухню. Вообще, они готовили завтраки по очереди или кто проснется первый, это тоже немного скрашивало однообразие. Затем пошел в душ Алекс. Умывая лицо, парень замер с полными ладонями воды, постепенно утекающей сквозь пальцы. Как и время... Его постоянно тревожили эти вопросы: а что будет дальше? Вдруг их найдут? А вдруг Тиллю надоест возиться с мальчишкой? А вдруг с ним что-то случится? Страх потери кольнул больше ревности к некой женщине, которая могла появиться когда-нибудь у Тилля. Да, это было очень эгоистично, но покоя не давало хоть ты тресни. Александр посмотрел на свое отражение , откинул назад волосы и закусил губы. Он хотел кричать, бить это гребаное зеркало, превращая руки в одно сплошное кровавое месиво. Последнее время парня мучали перепады настроения и бессонница. Первые наносили больше вреда душевному состоянию, ведь бессонница уходила под утро, да и поспать днем можно было, ведь так и день пройдет быстрее. А вот со вторым случаем было все серьезней: Алекса могло сорвать с катушек из-за любой мелочи или вообще ни с того ни с сего. Он очень боялся того, что не может это контролировать, боялся, что Тилль подумает, что у мальчишки с головой неладное что-то. И, собственно, из-за чего это все? Таблетки парень запрятал в укромнейшее место и не трогал. Другой причины, повлекшей эти срывы, парень назвать не мог. Подростковая депрессия? Ему ж через два года двадцать!  Неужели, Алекса так подкосила смерть отца? Ответ положительный. Парня долго мучили кошмары, порожденные подсознанием и чувством вины. Во снах приходил отец и Алекс сам убивал его, чего, причем все было так четко, как наяву, от этого мальчишка просыпался с колотящимся сердцем и в холодном поту. Пару раз снилось, как отец тянет к сыну руки, а голова вся в крови, потом налетает куча людей в форме, как смерч и отец пропадает на мгновение, потом Александр видит, как убивают Тилля и вот они уже оба тянут к парню руки. Иногда хотелось пойти с отцом и мальчишка уже почти касался руки, как тут же его будил встревоженный Тилль и говорил, что Алекс кричал во сне. Возможно, это часть души боролась за жизнь. Ведь временами возникало отчаянное желание умереть и перестать быть грузом для мужчины, хотя он прекрасно понимал, что это не так. К слову говоря, это желание возникало почти так же часто, как и странные перепады настроения.
Александр перевел взгляд на приоткрытый шкафчик над раковиной. Там лежала бритва Тилля и его (ха, мальчик взрослый, уже бреется). Окончательно открыв створку, парень достал коробочку с лезвиями и взял одно оттуда. Александр поднял тонкое острое великолепие вверх, которое приветливо сверкнуло в свете лампы.
Что есть суицид? Эгоизм? Желание привлечь внимание? Или же желание облегчить кому либо жизнь? Или эгоистичное желание показать себя героем, решив уйти из жизни не мешаться од ногами? Если бы не Тилль, то мальчишка точно бы совершил сие действие. И это бы нельзя было назвать эгоизмом. Это было настоящее ОТЧАЯНИЕ, а не о чем говорят в книжках, пихают в драмы или о чем говорят глупые юнцы, которые считают, что их никто не понимает и они не нужны никому. Это так в двадцати процентах случаев- остальное показуха.
И чем ты облегчишь Тиллю жизнь? Его уж точно вычислят, расследуя дело о самоубийстве в отеле. Нет, так нельзя. Это будет предательство!
Послышались шаги по коридору и мальчишка вздрогнул, уронив лезвие далеко под ванну. Напоследок оно легонько ужалило за палец, оставив крохотную царапинку. Алекс сунул палец в рот, закрыл шкафчик, выключил воду и вышел из ванной.
Допивая кофе и наблюдая за Тиллем, парень думал:
А знаешь, я иногда хочу умереть. Но это будет предательством по отношению к тебе, Тилль. Я ни за что не оставлю тебя. И ты так не делай.
Днем было ужасно скучно и Алекс уснул. Проснувшись он дико захотел пить. Когда парень добрался до кухни и налил холодной воды, начав с наслаждением ее пить, проснулось очередное желание. Курить хотелось нещадно и, не посмотрев на часы, Алекс быстро оделся, взял немного денег, чувствуя вину перед Тиллем и выскочил на улицу.
А время было уже семь... Александр понял это, докуривая в довольно пустом переулке долгожданную сигарету. Просто кто-то слушал радио и диктор объявил вечерние семичасовые новости. Парень понял, что ему не сдобровать, вина перед Тиллем застилала все перед глазами и Алекс бросился бежать.
-А вдруг Тилль немного задержится на работе?
   -Да щассс тебе.
   -Ну а вдруг?
   -Хрен тебе.
   -А вдруг все обойдется?
   -Дааа ты чтоо?!

Так, ведя внутренний диалог с вредным подсознанием, парень добежал до отеля. Зайдя внутрь, немного сбавил темп и, наклонив голову, пошел через холл. От Алекса не укрылся странный взгляд девушки на рецепшен. Она что-то знает? Агент под прикрытием? Просто смотрит? И на него ли? Да и лица мальчишки не видно совсем. Сегодня помимо капюшона парень одел еще и бандану на лицо, которую люто ненавидел, она затрудняла дыхание, а сегодня так вообще душила. Зайдя в лифт и не думая, что может войти еще кто-то. Александр стянул злополучную тряпку и попытался отдышаться. Он успел, если бы в одном ларьке толстая продавщица не попросила его показать паспорт, видимо из вредности или из-за климакса, поэтому пришлось идти в другой. В соседнем не было излюбленного Marlboro легкого, а другое что-то Александр не выносил совсем, ну а в третьем ларьке повезло и вот тогда и надо было идти в номер, но нет. Желание пересилило и мальчишка свернул в переулок. Далее известно.
С каждым шагом сердце колотилось все чаще. Зайдя в номер, Александр похолодел: пахло тем самым сладчайшим запахом туалетной воды и сигар, который сейчас не знаменовал ничего хорошего. От чувства вины, навалившегося, как глыба, хотелось исчезнуть. Он обманул Тилля, заставил его волноваться, даже не предупредил. Господи, ведь мог же! Хотя, чтобы он сказал? Точно. Майер убил бы за курение. Но теперь он убьет не за вредную привычку, а за самовольный уход из номера.
Я не хочу подрывать твое доверие, прошу...
Парень тихонько разулся, закинул бандану в шкаф и так же тихо вошел в комнату. Мужчина  стоял спиной и пока не видел его.
-Тилль,-промолвил мальчишка тихо,-я..
Хотел погулять? Хватит вранья на сегодня!
Сжимая в руке толстовку, Алекс продолжил, бледнея от страха. Тилль будет очень злым, не таким слегка сердитым, как он любил, а по настоящему, этим заявлением Александр точно выведет мужчину из себя:
-Я хотел курить и вышел за сигаретами. Прости, не смотрел на время, я очень не хотел расстраивать тебя.. Пожалуйста, прости..

+1

12

Когда Александр вернулся, за окном начинало темнеть. Майер уже был практически спокоен, так как относительно предполагал, куда делся парень. Мужчина вспомнил тот факт, что яростно запрещал мальчику курить и отобрал у него последнюю пачку любимого Вольфом Мальборо. За несколько минут до того, как парень вошел в номер, Тилль проверил наличку, сбережения, закрытые в сейфе, код от которого Александр, естественно, знал. Пропало несколько десятков баксов. Это как раз- таки и навело Майера на мысль о прогулки до магазина.
- Ну и о чем ты думал?-  Майер не поворачивался к парню.
Мужчина чувствовал напряжение между ними. А главное, он чувствовал нарастающую агрессию внутри себя и старался держаться как мог. Тилль наполнил свой стакан виски и медленно повернулся к Александру, скрестив руки на груди. О чем говорили его глаза, сказать было сложно. Слишком много агрессии и возмущения было в них. За пеленой этой озлобленности не было ни капли понимания. Да, Майер был самолюбив, но и его можно было понять. Ведь еще совсем не так давно он боролся за их свободу, таскал парня из города в город, скрывал его и скрывал себя от вообще каких - либо глаз практически, а Александр самовольно выходит на улицу, да еще и эта идиотка Аннетта даже не оповестила его, что выводило из себя еще больше.
- Как минимум, ты мог оставить записку. А лучше позвонить, - голос Майера становился громче.
В конечном итоге Тилль ударил по стойке рукой, да так, что все напитки, стоящие в стеклотаре судорожно содрогнулись.
- Майер, будь сильнее! Ты же можешь его убить. Ты еще не окончательно спятил, нет, - мужчина повторял себе эти слова как молитву.
Мужчина действительно боялся сорваться. Он не знал уже, как себя сдерживать. Вот-вот, и он просто набросится на юнца с кулаками. В своей ненависти и припадках злобы Тилль не умел себя контролировать. А надо бы было научиться. Хотя бы для вот таких вот случаев.
Раздался звонок гостиничного телефона. Майер, не сводя взгляда с Александра, медленно проследовал к аппарату и снял трубку:
- Я слушаю, - в трубке послышался писклявый знакомый Тиллю голос, - Спасибо, Аннетта. Я уже осведомлен о его появлении. Им же самим.
Майер, не дослушав типичные речи по типу "Всего Вам хорошего" и прочей ереси, с грохотом поместил трубку обратно и вернулся к стойке.
- Ты понимаешь, чему ты подвергаешь нас? - Тилль взял свой стакан со стойки и сделал медленно глоток, - Ты не мог меня попросить в конце концов?
Переход на крик стал более ощутим. Майеру было все равно, услышат его соседи по гостиничным номерам, обслуживающий персонал... Да кто они такие, черт возьми, чтобы вообще слушать, осуждать? Им не должно быть никакого дела до того, что происходит в стенах именно этого номера. Личная жизнь - дело каждого. Тем более, что обычная семейная разборка - типичная бытовая сцена, которая, однозначно не закончится убийством. Майер, конечно и был очень зол на Александра, но вот убивать его не входило не в какие планы. Мужчина всегда так решал все свои проблемы - убрал человека и дело с концом. Тут же была другая ситуация. Ты, практически не умеющий себя контролировать, по сути влюбленный в парня,  пытаешься решить конфликт способом с благоприятным исходом. Тяжелее ничего еще Тилль не делал.
- Саша... - Тилль сжал кулаки, тем самым очень напугал парня. Майер не мог этого не заметить и постарался немного расслабиться, что у него, естественно, не получилось. Мужчина проследовал к столу и сел подле него, опустив взгляд в стакан . Лёд практически весь растаял непонятно от чего : толи его было мало, толи разгоряченная рука Тилля так быстро его растопила.
Майер боялся начать говорить с парнем вновь. Очень боялся. Главным его страхом был его же срыв. Еще одно слово со стороны Тилля , и мужчина просто сойдет с ума, начав колотить бедную, несчастную, ни в чем не виноватую в данной ситуации (да и в любой, пожалуй) стену.  Нет же, мужчина нашел более изощренный способ выпустить хоть каплю агрессии. Он резко замахнулся рукой, которая держала стакан в эту неповинную стенку и посуда четко отправилась в неё. Стакан, естественно, разделился на неисчисляемое количество маленьких прозрачных осколков и рассыпался по всему полу кухни. Содержимое стакана было окончательно испорчено, но Майера это волновало в последнюю очередь, хоть он и дико не любил переводить дорогостоящие напитки, да и вообще еду.
Как сейчас успокоиться, Майер вовсе не понимал. На него будто новой волной нахлынуло то чувство, которое он испытывал еще в начале, прознав об бестолковом отсутствии Александра в номере. Зарывшись вновь в пучину своих мыслей, Майер не знал, что и ему делать - то сейчас, как говорить с парнем, а начать разговор в нужной ноте как - то, но надо было. Очевидно, что Александр жутко напуган и это в глубине души не могло не радовать Тилля. Страх Вольфа наводил на мысль, что Тилль не зря распинается и достаточно хорошо внушил парню о том, что тот поступил ужасно и по отношению к собственной безопасности, и по отношению к Майеру - типичная юношеская безответственность.
- Просто замечательно...

+1

13

Алекс продолжал крутить в руках толстовку и не шевелясь смотрел на Майера. Одним движением пачка сигарет была отнята у мальчишки, тот хотел было возразить, но, напоровшись на грозный взгляд Тилля, об этом и думать забыл.
- Ну и о чем ты думал?-мужчина снова отвернулся от Александра.
Я хотел курить, ни о чем не думал,мысленно ответил парень. Потом, подумав, озвучил собственные мысли:
-Я поступил глупо, прости за безответственность..
Когда Майер вновь повернулся, держа в руках стакан виски, мальчишка отпрянул. Его глаза потемнели и в них плескалось столько злобы, сколько Алекс не видел никогда. Он не знал, чем это было вызвано. Алкоголем? Да навряд ли.. Выведен поступком Александра? Но не настолько этот поступок ужасен- парнишка никого не убил, ничего не украл, лицо свое не открыл.. Возможно, это стресс. Только у Александра он вызывает чувство тревоги и перепады настроения, смешанные с суицидальными мыслями, а у Тилля стресс проявляется вот в таких вот вспышках гнева. Хотя, мальчик ни разу не видел мужчину ТАКИМ рассерженным, значит, не проявляется в этом стресс. Да откуда ему знать?! Они даже по душам редко говорили или, вообще никогда?..
- Как минимум, ты мог оставить записку. А лучше позвонить,-мужчина повысил тон.
Александр вынырнул из раздумий и пролепетал:
-П-прости.. Я должен был.. Я не подумал..
Тилль ударил рукой по стойке, послышался звон стекла, но ничего не разбилось. Зато Александр сжался. То ли от противного звона стеклотары, то ли от все больше набиравшего ярость Майера. Боже, он правда его никогда таким не видел... Возможно, мужчина мог быть таким на многочисленных мафиозных разборках, но Алексу до этого дела не было, да и вообще, он тогда пешком под стол ходил.
Громкий противный звонок телефонного аппарата резанул по ушам. Тилль, не сводя глаз с испуганного мальчишки, отправился в коридор. Александр будто прирос к месту, он тяжело дышал и сжимал толстовку так, что побелели костяшки. Он был в состоянии, граничащем между истерикой и обмороком.
Майер двигался медленно, как зверь. В этом состоянии он не был похож ни на божество, ни на обычного прекрасного человека, нет.. Тилль был хищником, опасным, беспощадным и разъяренным.. Александр понимал, что мужчина сильно разошелся и, возможно, был в состоянии, не понятным ему самому. Так же парень был полностью уверен, что Тилль на грани срыва: то, как он разговаривал по телефону, то, как его голос повышался и повышался.. И предугадать не может никто, что может произойти, если чаша ярости будет переполнена. Майер убьет мальчишку? Вполне возможно. Убьет кого-нибудь? Ну только если выйдет из номера. Убьет себя?
ДА ЧТО ТЫ ВСЕ ЗАЛАДИЛ?!
- Ты понимаешь, чему ты подвергаешь нас? - Ты не мог меня попросить в конце концов?-голос Тилля почти сорвался на крик. Александр не мог и слова молвить. Ему было стыдно, он чувствовал свою вину, но и банальное "прости" уже было трудно сказать из-за кома в горле. Он уставился на мужчину, как загнанный в угол кролик или прочая мелкая зверушка. Ему было очень страшно, он боялся приближающегося момента, когда все выйдет из под контроля.
- Саша...-возможно именно от этого простого произнесения его имени стало действительно до дрожи страшно. Алекс заметил, как Тилль сжал кулаки и вдруг все стало происходить будто в замедленной съемке. Вот мужчина замахивается и стакан летит в сторону мальчишки, но пролетает мимо, разлетаясь на тысячи маленьких осколков с брызгами льда и виски..
Александр то ли вскрикнул, то ли всхлипнул, пошатнулся и продолжил смотреть, как загипнотизированный на мужчину. Потом посмотрел на пол. А ведь этот, некогда целый стакан, мог бы попасть ему в голову. Но Алекс верил, что даже в таком приступе агрессии Тилль не тронет его. Парень, правда, иногда мечтал, чтобы Майер ударил его или завалил в порыве злости. Только вот в данный момент о желании думать совсем не хотелось. Больше тянуло забиться в угол и отключиться. Слезы окончательно подступили к горлу и Алекс до боли закусил губу. Тилль не проронил больше ни слова. Мальчишка бросил на стул толстовку и принялся убирать осколки, стараясь не разрыдаться в голос. Сейчас бы это ничем не помогло. Заметая останки стакана, он не смотрел на мужчину, а только опустил пониже голову и сосредоточился на мелких крошках. На минуту Алекс захотел как некогда раньше ранить руки об осколки, вымещая тем самым весь негатив. Более Александр сдерживаться не мог и, швырнув осколки в мусор, выбежал в ванную комнату. Там он включил воду и еще пару мгновений зажимал себе рот, чтобы не закричать, слезы уже текли по щекам. Обессилев, мальчишка упал на колени и зарыдал в голос. Последний раз с ним такое было по приезде во Францию сразу же после смерти отца. Тогда рядом был Тилль и Алекс почти не знал его. А теперь мужчина все еще рядом, но мальчишка так подорвал его доверие, что в голову полезли мысли: а не решит ли Майер сбросить лишний груз? Нет, нет и еще раз нет! Ну зачем Тиллю это делать? Зачем?!  Александр рыдал взахлеб, пытаясь даже кричать. То, что Майер мог усомниться в доверии к парнишке, убивала и заставляла биться в истерике еще больше. Минут через пять мальчишка вскочил и взял коробочку с лезвиями, сел на пол и достал одно. То, которое было вынуто несколько дней назад, по прежнему валялось под ванной. Согнув руку, Александр приблизил острие к коже, потом отдалил, упрекнув себя в идиотизме сего поступка. Так он, одновременно размазывая слезы по лицу, приближал и отдалял лезвие от кожи.
Тупоголовый кретин!!!
Закричав, Александр швырнул упаковку подальше от себя, маленькие бумажные прямоугольнички с шуршанием упали на пол. Ничего не видя из за пелены слез, парень на ощупь стал собирать все обратно в упаковку. Потом сел и прислушался, было тихо. Тилль то ли ушел, то ли лег спать, хотя, какой там сон, учитывая недавнее состояние? А вдруг ему стало плохо? Или он просто напился? Алекс поморщился от последней мысли. Майер никогда не накидывался до поросячьего визга, а если перебирал, то ложился спать, предварительно покурив.
Блииин, сигареты...
Ты наказан, маленький говнюк!-съехидничало подсознание в ответ на это.
Александр поднялся и стал умываться. Руки дрожали, ноги подкашивались, слегка кружилась голова. Такое всегда случается после масштабных истерик. Не рискнув пить из под крана, а жажда мучила ужасная, мальчишка, все еще судорожно дрожа, вышел из ванной. Он не знал, что скажет сейчас Тиллю. Успокоился ли тот, Алекс тоже не знал, но думал, что навряд ли. Возможно, и не следовало бы попадаться мужчине под горячую руку, но не все же время в ваной комнате торчать. Да и спят они тоже в одной комнате. что же делать? Мальчишка тихо прошел на кухню и налил воды. Ясное дело, его присутствие было замечено. Александр молчал. Прошло полчаса рлсле произошедшего, стоило ли сейчас что-то делать? Может, если Майер ударит его и ему станет легче? Алекс заслужил.
Замерев у раковины, мальчишка тихо произнес одно слово:
-Тилль...

+2

14

Очередной стакан виски, очередная сигарета или сигара (не столь важно), заставили Майера придти в чувства и более ли менее успокоиться. Он слышал его слёзы, он ощущал их, они залили сердце мужчины до краёв, расцарапали ему душу, расшатали нервные клетки. Злость? Да, скорее всего она еще присутствовала, но вот пользоваться ею, да и вообще как - то вымещать негатив не особо хотелось. В Тилле проснулась какое - то добродушие, забота. Он боялся за парня, но еще больше опасался за его нервную систему, которая, по сути, не восстанавливается. Разговор так и не начат, а должен был. Хотя, кто знает, чем бы закончился он, если бы начался несколько минут ранее.
Майер запустил одну руку в свои волосы, а второй держал бокал с уже растаявшем в нём льдом. Из - за стоявшей рядом бутылкой виски, которая практически подходила к своему завершению, складывалась картинка, в которой Тилль видел себя алкоголиком. В принципе, он как таковым и являлся, так как уже не представлял себя без спиртного. Единственное выводило из себя - до десятого стакана мужчина был совершенно трезв, пусть и слегка кружилась голова и смазывалась картина перед глазами. Напиваться в стельку - такое было несколько раз, но очень давно и далеко не любимым виски. Некогда что - то крепкое он распивал по молодости в компании своих близких друзей, но это было давно и наименование напитка Майер уже точно вспомнить не сможет.
Парень пропадал где - то в ванне...или уже не в ванне. Реальность постепенно выпадала из поля зрения. Казалось, будто мужчина погружается в пучину "не знаю даже чего" и отключается. Чувства смешались и не давали покоя, способствуя новым потокам каждого из них по отдельности. Толстовка Александра небрежно валялась на диване. На неё Майер обратил внимание совершенно случайно. Так же случайно он обратил внимание и на пачку сигарет Malboro, которая красовалась на полу в метре от дивана. Скорее всего, она вылетела, когда парень бросил одежку. Тилль медленно поднялся со стула и подошел к дивану.
- Вот ты - виновница всего произошедшего! - Тилль взял пачку в руки и машинально посмотрел на состав. " смола - 6 мг; 0,5 мг никотина.", - Ничего себе лёгкие! - возмутился Тилль и хотел уже смять эту злосчастную пачку, но что - то его остановило и он вернулся за стол.
Так хотелось рассказать Александру, что подразумевается под надписью СМОЛА, что на самом деле пихают в эти тонкие трубочки с названием сигарета, только смысла в сем не было совершенно. Если парень курил, то он уже вряд ли бросит. Тем более, что если бы он хотел, то давным-давно уже бросил бы, и этой сцены не произошло бы.
- Может выпить что - нибудь и успокоиться? - подумал про себя Майер и сразу же отмел эту мысль.
Главным его успокоением всегда был именно виски - безумно приятный на вкус и радующий душу напиток. Мужчина не изменял ему, хотя, по сути, был настоящим ценителем хорошего, качественного алкоголя.
- Совсем сбрендил? - Тилль сделал глоток и, вроде бы, успокоился, налив себе еще, - Ты спиваешься, брат, спиваешься.
- Да, Саш, - Тилль не отводил взгляд от стола.
Не то, чтобы он не хотел смотреть на парнишку. Просто Майер не знал, чем всё это обернется, если он повернет голову и встретиться с Александром взглядом. Что - то внутри Тилля кипело, только вот не понятно что. От злости до сих пор немного передергивало, но вполне контролируемо. С самоконтролем у Майера пока все вполне нормально.
- Я мог убить тебя, понимаешь?
Тилль не сразу осознал, что только что произнес. Александр и без того был до безумия напуган, его глаза алого цвета выдавали недавнюю истерику, да и Бог знает, что он делал в этой ванне. Пугать пуще, по сути, Тиллю вовсе не хотелось, мужчина просто констатировал факт. Он хотел донести до парня тот факт, что в приступах агрессии плохо себя контролирует. Сейчас, в данной ситуации, можно сказать, им обоим повезло. Ну или что - то посильнее злобы взяло верх.
- Убить? Ну да, как же!
Майер смеялся сам над собой, над своими словами. Это помогало ему расслабиться и придти в чувство. Мужчина редко говорил сам с собой, но порой этот внутренний голос не давал покоя, осуждая сказанное, сделанное, подуманное. Сейчас же сей голос решил успокоить своего обладателя и разрядить обстановку в голове Тилля.
- Успокой парня! Чего тебе стоит?
Воля бы Тилля, мужчина давно бы заткнул этого придурка в своей голове, дабы тот не говорил под руку, сбивая его с мысли. И тут, бац, озарение: этот самый придурок открывает свой чертов рот только в те случаи, когда Майер начинает пить. Вот тебе и Божья кара, вот и мучайся.
- Прекрасно вообще, спасибо.
- Не повторяй подобного... - сделав глоток, произнес Майер.
- Подобного? Именно подобного? Ты уверен? - и вот опять. Нет, не уверен. Давай уточним, чтобы ты заткнулся наконец таки.
- Вообще лучше не выводи. Это опасно, - Майер поставил стакан на стол и запустил вторую руку в свои волосы, тяжело вздыхая и осознавая тот факт, что он правильно сделал, сказав парню об этом. Правда, наверное, сказать стоило ранее, а не тогда, когда чуть не набросился на Александра с кулаками. Мужчина вспомнил о пачке, которую прямо перед возвращением из ванной комнаты Александра, убрал в карман джинс.
- На, - мужчина положил пачку на стол, - Ты ведь из - за этого...
Слов уже не подбиралось. Как назвать сей поступок, мыслей не было. Да вообще никаких мыслей не было. Тилль сидел и смотрел в стол, одной рукой уже качая стакан с виски. Пьян он пока что еще не был, ибо сей стакан только четвертый по счету, но голова слегка кружилась. Хорошо, что под состоянием опьянения Майер умел себя контролировать, и Александр не мог заметить, что мужчина постепенно начинает пьянеть. До самого опьянения оставалось еще шесть стаканов, но накрывать начинало постепенно уже сейчас. В таком состоянии вреда от Майера можно было ожидать не меньше, чем тогда, когда он совершенно трезв. В состоянии слабого алкогольного опьянения он становился, разве что, немного жестче и оригинальней в своих действиях, дабы смелости мужчине в таких случаях не занимать. Правда, про самоконтроль никто пока не забывал, как и сам Майер.

+1

15

Алекс боялся Тилля и ЗА Тилля. Их связывало кое-что: они оба боялись друг за друга из-за вредных привычек. Майер стал чаще прикладываться к виски и мальчишка совсем не знал, как поступать. Он по молодости тоже пил, пил по-страшному, но теперь завязал и к алкоголю совсем не тянет. Считал ли парень мужчину алкоголиком? Нет. Он продолжал списывать все на стресс, да и в большинстве происходящих случаев именно он был виной всему.
Голос Тилля звучал уже спокойнее, сто означало, что гнев прошел, но, возможно, осадок остался. И поэтому мальчик стоял посреди кухни, не решаясь сделать хоть какое-то движение . Он все еще побаивался мужчину.
- Я мог убить тебя, понимаешь?-вопрос озвучил предыдущие мысли Алекса о гневе Тилля.
У мальчика снова пересохло во рту. Он сглотнул и чуть сжался:
-Да, понимаю.
Я думал о том, как ты меня убиваешь, Тилль! И мне не было страшно за свою жизнь. Я боялся за те последствия, которые убийство повлекло бы за собой. Я боялся за тебя, Тилль!
Закончив внутренний монолог, мальчишка продолжил с опаской смотреть на Майера. Что это за чувство жертвы проснулось вдруг в нем? Это удивляло, но не пугало, как ни странно.
Что по сути представляет собой чувство жертвы? Полную запуганность, забитость. тяга к мучителю.. Чувствовал ли Вольф именно подобное? Возможно. Он боялся и тянулся к мужчине, но тот не запугивал мальчишку, а вспышка гнева произошла по вине мальчишки.
-Прости меня. Я обещаю, что подобного больше не повторится и я обещаю не выхолить на улицу. Только под твоим присмотром, Тилль,-произнес Алекс тихо, глядя прямо на мужчину. Да, конечно у парня видок был тот еще:волосы растрепаны, глаза покраснели, губы припухли. Конечно, ему не хотелось, чтобы мужчина видел его таким, чувства ведь никуда не делись, а только возрастали. Причем, не день за днем по чуть-чуть, а множились в геометрической прогрессии. И Алекс прекрасно понимал, что если он так и будет молчать, то чувства окончательно переполнят его и, кто знает, чем это обернется. А что же тогда делать? Сказать? Но как? Это нереально, это сложно!! Чего боялся мальчик? Думаю, ясно и так.
Вот, что портит этот мир-предрассудки. Именно они не дают людям спокойно жить, строить какие-либо отношения. Рост, возраст, пол, вероисповедание и прочее-воля для разгула глупых мнений, предвзятости, стереотипов и поверхностного мышления. В эти дебри мыслей парень старался не лезть, ведь- чем гуще лес, тем толще волки. Себе дороже забивать голову всевозможными хитросплетениями мыслей. домыслов и фраз.
Тилль положил на стол пачку сигарет. ЕГО (Александра) сигарет.
Черт. Еще ничего не закончено.
Алекс приготовился к новому разговору. Но мужчина лишь произнес:
- Ты ведь из - за этого...
-Ч..что из-за этого?
Выбежал на улицу? Плакал? Тилль все-таки слышал, что я плакал..
Да все постояльцы слушали твои рыдания-вякнуло вредное подсознание.
-Я постараюсь бросить!-воскликнул мальчик, хватая пачку.
Ох, да что ты несешь, Алекс?!? Бросить???Да не смеши!..
Парень прекрасно понимал, что перестать курить не сможет в любом случае. Ну вот, он вновь соврал Тиллю. Алекс опустил голову.
Мальчик сделал шаг к раковине и взял свой стакан. Допив воду, он продолжал держать посудину в руках, держась за нее, как за спасательный круг, потому- что он больше не знал, что говорить, а продолжить разговор надо было.
Наконец решившись, Александр сел напротив Тилля и заговорил, пока была смелость:
-Тилль, послушай, прости меня за мои промахи. Ведь не мы виновники того, что отдаемся во власть вредных привычек,-мальчик взглядом указал на виски,-всему виной стресс, который убивает все хорошее. А ведь мы за все то время, что провели бок о бок, так и не поговорили по душам. Скажи, что тебя гложет? На работе что-то? Или что похуже? Вместе мы со всем справимся, Тилль.
Александр осторожно отставил стакан подальше от мужчины.
-Пожалуйста, не пей его так много,-мальчик непроизвольно взял мужчину за руку,-я боюсь за тебя.

+1

16

- Ч..что из-за этого?
Вопрос последовал незамедлительно, что, в принципе, Тилль и ожидал, зная Александра. Пояснять мужчина ничего не собирался. Пусть парень думает то, что хочет. Всё равно, что бы он не подумал, факт его вины остается фактом. Но подсознание все же не давало покоя и рвалось наружу:
- Истрепал мне нервы, подвергнул нас риску, вывел меня из себя, сам рев...
Нет, договорить не смогло даже подсознание. Тилль был вне себя от огорчения, ведь он заставил плакать из - за практически ерунды юного пацанишку, который совсем недавно потерял всех своих родных и остался круглой сиротой. Мужчина волей неволей вспоминал, как забрал его с собой, не сказав ни о чем. Парень тогда не понимал, что происходит, но верил Майеру, так как давно знал его, да и к тому же ему верил папа. Папа верил ему, как никому другому, а Тилль берет и влюбляется в сыночка. Рай для решетки с пометкой педофил - предатель. Что что, а предательство Майер ненавидел больше всего. Он не думал, что когда - то сможет пойти на такое, пусть даже еще и не воплотив в жизнь свои "грязные" помыслы. Подсознание продолжало уверять мужчину в том, что мафия мертва, как и её Босс. Якобы, можно дать волю и осуществить всё, о чем Майер так мечтал, периодически смотря на Александра далеко не отцовским взглядом.
Тилль всё таки решил бросить взгляд на парня, вид у которого был зареван и потрепан. Сердце мужчины сжалось. Нет, он не мог смотреть на него как на сына. Почему? Почему он не мог представить его тем, кого всегда так хотел иметь? Почему? Как так произошло? Откуда взялись эти чувства? Да почему же?
- А он ведь пообещал... - улыбнулся про себя Майер, - Пообещал отсутствия повторения подобного...
Голова кружилась еще больше. То ли это было давление, то ли спиртное. Скорее всего первое, ибо слишком мало выпито, чтобы пошел именно такой мутный эффект.
- Он постарается бросить... - услышав слова парня, Тилль рассмеялся, прекрасно понимая, что это невозможно. Зная упертость характера Александра, мужчина был уверен, что тот не свернет с накатанной дорожки и то, что ему полюбилось сейчас, не будет покинутым, скорее всего, никогда. Так что курить он не бросит точно. Исходя из подобного рода мыслей, на ум стало приходить что - то лирично - романтичное, по типу того, что: "Может со мной у него будет так же?, Вдруг он так же привязался и ко мне., Никотиновый рай и они там вдвоём...Бррр"
Не хватало еще вспомнить тексты песен, которые так были некогда ненавистны Майеру, но эта цитата почему - то пришлась кстати и вспомнилась мужчиной в момент.
- Какое вдвоем? Какое с тобой? Совсем рехнулся, Тилль?
Подсознание упорно продолжало насмехаться над Майером и действовать ему на нервы, провоцируя на дело не злость, а качество, которое было присуще мужчине, но не проявлялось. Речь идет о чувственности. Расчувствоваться Майеру сейчас не очень хотелось, но он был вынужден. Держаться с таким "опьяненным" разумом не получалось. О слезах речи идти не могло, нет, никак не могло!
Парень сидел напротив Тилля и держал его за руку. До мужчины только что дошло, что происходит. Бутылка с виски была отставлена в сторону, но сейчас Майера это волновало в последнюю очередь. Последнее, что слышал Тилль, это было:
- Пожалуйста, не пей его так много. Я боюсь за тебя.
Майеру казалось, что до этого парнем было произнесено еще что - то, но сего он не слышал, увы. Прикосновение рук же заставило и вовсе забыться. Обычно, когда Тилль брал руку Александра в свою, ощущения были немного иные, а сейчас почему - то мужчине хотелось взять и ненароком поцеловать эту руку. В любом случае можно было бы все свалить на алкоголь.
- С каких пор ты оправдываешься?
Тилль взял ладонь Александра в свою и сжал её немного крепче, чем Александр ладонь Майера. Мужчина посмотрел на парня и улыбнулся уже как -то совершенно по иному, не злясь, не огрызаясь, но глаза горечи и отчаяния выдавали его:
- Все в порядке, Саш.
Тилль боялся сделать то, о чем потом может очень пожалеть, а именно приблизиться к парню на столько близко, на сколько это возможно. А вдруг Вольф все таки испытывает к нему родственные чувства? Нет, не сейчас, не сегодня. Он решил позволить себе улыбнуться. Улыбнуться искренне, показав Александру, что он для него значит практически всё. Тилль улыбался редко, но, так сказать, метко. Каждая улыбка мужчины не была произведена просто так. В каждом подобном жесте скрывалась какая - то правда. Единственное, что улыбка эта сошла с лица Тилля так же быстро, как и украсила его.
- Пожалуйста, не пей его так много... - Майер вновь задумался.
Дурацкое подсознание вновь начало терзать его.
- Молодец. Теперь в его глазах ты еще и алкоголик!
Тилль сжал ладонь Александра в обеих своих руках и приложил всю эту "смесь" к своему лбу, стараясь выгнать поганые мысли из головы. Получалось худо, но, Господи, как же было обидно. Майер выглянул из - за сплетения рук, не убирая их от своего лица:
- Ты хочешь сказать, что я похож на алкоголика, Саш?
Тилль сказал будто отрезал. Не громко, не вызывающе. Просто четко, но тихо. И такое бывает. Можно уже и отпсиховать.

+1

17

Рука Александра была заключена между большими теплыми ладонями Тилля. Что мальчик чувствовал в тот момент? Ему хотелось, чтобы его руки вечно оставались в этих сильных ладонях. Чтобы эти руки были всегда рядом, и...обнимали его. Мужчина был немножко под градусом, но это совсем не отталкивало парнишку. Он скорее беспокоился, как бы это самое виски не навредило чем Тиллю. Майер приложил к своему лбу руки, со сжатой в них ладошкой Александра. Это, наверное, так мило смотрится сейчас со стороны. Тилль и Александр сидят друг напротив друга, мужчина будто второй отец парнишке. Но не этого хотелось Александру. Ему хотелось быть поддержкой для мужчины, как и тот для него. Хотелось быть его напарником на жизненном пути, идти рука об руку. Хотелось быть его... Точно, хотелось быть его. Его мальчишкой, нет. Его Александром. Он внимательно посмотрел на мужчину, чувствует ли тот что-то подобное? Может, он боится показаться великовозрастным совратителем? Ну что вы, да, Тилль внушительно старше Александра. И что с того? Парень просто выглядит слишком юным, но через год может все измениться. Да и вообще, сей мерзкий эпитет, совсем не употребим к Тиллю Майеру. Может, мужчина боится быть отвергнутым Александром? Да нет же! Это ведь невооруженным взглядом видно, что парнишка давно смотрит на мужчину влюбленным взглядом. Что же терзает Майера?
-Ты хочешь сказать, что я похож на алкоголика, Саш?
От удивления, Алекс распахнул глаза.
-Нет! Я совсем не это хотел сказать, Тилль! Просто ты в последнее время частенько стал наведываться к бару. И я забеспокоился. Может, это просто стресс. Так давай все обсудим. Может, на работе что-то? Расскажи мне, что тебя терзает? Вдруг, вместе мы разберемся, что делать?
Александр смотрел на мужчину глазами взрослого ребенка, такое странное сочетание наивности и небольшого жизненного опыта во взгляде.
"Вместе мы"- эти слова тронули самого Александра, в них собрано было все то, что он чувствовал, хотел сказать, но боялся.
Видимо, слезы решили, что на сегодня их маловато и Алексу пришлось до боли закусить губу, чтобы снова не расклеиться. Он должен показать Тиллю, что он сильный, со всем справиться и достоин идти с ним рука об руку. Из-за укуса губы распухли еще больше и мальчик опустил голову. Он и так предстал перед мужчиной растрепанный, заплаканный и с опухшими губами. Он минуту колебался, а потом ткнулся носом в эти теплые руки Тилля, будто ища поддержки. Александр совсем не хотел казаться ребенком, он так хотел казаться сильным в глазах мужчины, чтобы тот мог гордиться им. Но он только дышал в ладони и тихо говорил:
-Вместе мы со всем справимся, Тилль. Мы просто совсем не разговариваем. Просто я хочу быть уверен, что с тобой все в порядке. Ну я же вижу, Тилль, что-то не дает тебе покоя. Поэтому ты так постоянно погружен в себя. Я тоже совсем не разговорчив, но от молчания тоже можно сойти с ума.
Мальчик надеялся, что его слова для Тилля звучат не как детский лепет. Хотел, чтобы в его словах была уверенность. Александр просто хотел достучаться до сердца Тилля. Он прекрасно понимал, что Майер, как и он не любит пустых разговоров и открывать нараспашку душу. Но в их ситуации иначе нельзя. А вдруг, их вычислят, и они даже попрощаться не успеют? А вдруг, последними словами будут "доброй ночи", "все в порядке" или "до вечера". А вдруг, слов не будет вообще? Нужно быть готовыми ко всему, но и постоянно зацикливаться на этом не стоит. Вот Александр никак не мог найти эту золотую середину, то он беспечно любовался видом из окна, то тихо рыдал, чтобы не слышал Тилль или просто размышлял  о их положении. А что думает об этом Тилль? Что он думает о создавшейся ситуации? Как он вообще относится к самому Александру Вольфу? Кто он для мужчины? Просто ребенок лучшего друга или достойный компаньон на трудном жизненном пути? Алекс ничего не знал, но хотел бы все это услышать. Он просто хотел вслушиваться в знакомый тембр голоса  и знать, что на сегодняшний день все в порядке. Что в эту ночь они останутся в живых.

+1

18

- Какого черта он лезет в мою жизнь? Что ему нужно? Зачем ему это? Он совсем ребенок, чтобы погружаться в столь многочисленные проблемы и вообще лезть в твою жизнь? А может он все же и есть твоя жизнь? Майер, ты знал о том, что влюбился? Ты - педик, Майер!
Мысли о том, что Тилль может быть действительно гомосексуалистом, не давали ему покоя. Он понимал, что ему необычайно хорошо вот так просто сидеть сейчас с этим человеком, держать его за руку, восхищаться его преданностью и любоваться им. В то же время мужчина осознавал, что перед ним совсем юнец, который и жизни толком не видел, хоть и пережил многочисленное количество трагедий за столь короткое время, которые в последствии скажутся на его психике или уже сказались. Не каждому дано так просто пережить смерть обоих родителей. Если сейчас Майер, сославшись в конечном итоге на воздействие алкоголя на разум, распустит руки, то не пожалеет ли он об этом? Не пожалеет ли Алекс? Не сбежит ли он вовсе? Впрочем, этого Тилль не мог знать, не проверив.
- Может ты всё таки начнешь действовать?, - твердило ему подсознание, - Вот он, перед тобой, весь такой податливый и преданный.
А если одним деянием подобного рода Майер просто возьмет и все это сломает к чертовой матери, так и не познав, что же такое - любить близкого сердцу человека.
- А ты думаешь, что это всё таки нужно? - решился ответить Тилль, опустив на стол сплетение рук и разъединив их.
Мужчина поднялся со стула, подойдя к окну и закурив. Он запустил руку в свои густые, нов меру коротки волосы и понял, что, возможно, сказанное было лишним.
Парень просто хотел помочь, узнать тебя получше. Что ж ты делаешь? Тебе самому это надо - отталкивать его, отдаляться? Так ты никогда не сблизишься с ним! Не любишь откровенно разговаривать - твои проблемы. Он хочет узнать тебя лучше. Дай ему возможность или окончательно отстранишь его от себя! - подсознание упорно не давало здраво мыслить и сподвигаться на какие - либо действия. Спокойствию пришел конец, но начала страсти пока не наблюдалось. Мысли о духовной близости с отцом Вольфа не давали Майеру покоя. Он упорно старался сопротивляться своим желаниям и преодолевать их.
- Прости, Саш, - начал он, не отрывая взгляда от окна, скрестив руки на груди, - Просто не заморачивайся. Когда - нибудь я тебе все расскажу, а сейчас считай, что все в порядке, потому что я так считаю.
Мужчина повернулся к парню и вежливо подмигнул ему, сделав очередную затяжку сигареты, отказавшись от долготечной сигары. Сейчас просто хотелось наполнить свои лёгкие чем - нибудь не столь достойным, но насыщенным. Простые сигареты доставляли мало удовольствия, но вполне удовлетворяли потребность в никотине.
Тилль действительно не хотел обижать Вольфа, но, если уж так вышло, то увы. Больше сказать нечего. Майер всегда был прямолинейным человеком и то, о чем он думал, тут же выкладывал. Единственный удивительный момент заключается в том, что Тилль никогда не забирал свои слова назад и считал, что он прав в любом случае. Мужчина мог извиниться за свою точку зрения, которая может задеть собеседника, но, чтобы забрать свои слова - нет, такого никогда с ним точно не было.

+1

19

Переход на первое лицо. С соигроком обговорено.
Я очень надеялся, что мои слова будут услышаны. Я сидел и смотрел на Тилля, затаив дыхание. Как он отнесется к моим словам? Что ответит? Ответит ли? Было очень страшно сказать что-то лишнее, задеть, так же донимал страх того, что ответ мужчины может вызвать не те чувства во мне. Например, я снова могу разрыдаться, как девчонка. И почему я не считаю это недостатком? Исправлять? Нет? Наши руки были сплетены, так и хотелось просидеть так вечно. И пусть хоть мир падет, но не мы. Мы пройдем по его праху по новому пути к свету. И пусть горит все. Сколько раз я мечтал об этом? Как же наивно, но я верю в лучший исход событий. Да и кому мы сдались?  Тилль опустил руки и поднялся. Вся эйфория рухнула так и не успев расцвести полностью. За столь короткое время я успел успокоиться и вновь погрузиться в мечты о светлой жизни. Той самой, где только мы. Но что мне нужно сделать, чтобы Тилль воспринимал меня не как мальчишку, а..
-Давай же, скажи это, Алекс. Ты хочешь, чтобы он был твоим мужчиной, да? Не слишком ли самонадеянные мечты? Ему тридцать, ему не нужна твоя чертова романтика.
-Неправда!
-Неправда что?

Чертово подсознание снова смеялось надо мной, почему даже в самые смелые мысли лезет оно со своим цинизмом? Почему оно так думает? Да это ТЫ так думаешь? Весело, правда? Но как я могу так думать?
Я проводил Тилля каким-то жалким, как мне показалось, взглядом.
- Прости, Саш.Просто не заморачивайся. Когда - нибудь я тебе все расскажу, а сейчас считай, что все в порядке, потому что я так считаю.
Он закурил. Тилль так всегда делал в затруднительной ситуации, когда нужно серьезно подумать. А я сидел и пялился на него.
Считать, что все в порядке? Значит, сейчас дела обстоят все же не так хорошо, как хотелось бы? А было все плохо Тилль сказал бы? Я не знаю ответ на этот вопрос, мужчина хочет защитить меня. Возможно, и не стал бы говорить. Но на данный момент хочется верить в лучшее.
Тилль все же обернулся и мне стало чуть легче. Это значит, что он не рассержен, не настроен негативно. Я ответил мягкой улыбкой на то, что Тилль мне подмигнул. Господи, надеюсь, я не выгляжу восторженным щенком?
Я не Господь, но думаю, что да,-вякнула вредная часть подсознания. Ни у кого нет знакомого психоаналитика?
-Все хорошо,-сказал я тихо,-Я не буду заморачиваться и дразнить судьбу.
Я сделал шаг от стола. Мне хотелось хоть немного быть ближе. Побоявшись подойти, я замер на месте, и, как мне казалось, простоял так вечность, хотя Тилль даже половины сигареты не выкурил. Так хотелось сказать что-то, чтобы развеять повисшую тишину на кухне. Надо было включать свет, солнце почти зашло. Было немножко видно его яркий округлый край за окном. Я сжал и разжал руки, слегка потер пальцы-рукам было холодновато в то время как температура в помещении говорила об обратном. Я уставился на стакан с виски. Даже взял его, качнул, а потом осторожно поставил его обратно. А может, нам вдвоем выпить и поговорить обо всем? Так разговор точно пойдет.
А по моему, ты хочешь иного исхода,-снова эта зараза. Вызывайте экзорциста!
Ничего я такого и не ждал. Вовсе нет. Ждал, но не при таких обстоятельствах. Блин! О чем я думаю? Я подошел к Тиллю и посмотрел в глаза.
-Ты прости меня. Я совсем вышел из под контроля. Обещаю, сегодняшнего не повторится больше. И насчет недавних моих слов. Я просто хотел поговорить.
Не понимаю, почему я постоянно чувствую виноватым? Исключая сегодня. Это мой ужасный косяк. Я больше не знал, что сказать, поэтому просто замер, провожая солнце до завтрашнего дня. Завтра оно снова взойдет. Все будет хорошо. Я вздохнул, на меня накатила какая-то непонятная волна отчаяния и безнадеги. Откуда она взялась? Чем она вызвана? Я подошел к столу и снова поднял недопитый Тиллем стакан с виски. В какой-то стране считается, что если люди пьют из одного бокала или другой посудины, значит, они поцеловались. Я поднес стакан к губам и, мысленно представляя, что касаюсь губ мужчины, выпил напиток залпом. Правда немножко не рассчитал его крепость и немного поморщился. Мне стало стыдно на мгновение. Я облизнул губы. Стало немного легче, горлу стало приятно тепло. Интересно, это же чувствует Тилль, когда пьет сей напиток? Ощущение мне понравилось и я налил еще.  Стоп! Я же только что говорил об этом Тиллю. Что беспокоюсь о том, что употребляется приличное колтчество напитка. Он даже подумал, что я назвал тем самым его алкоголиком. Но я не имел в виду это. Но вот теперь-то наконец судьба ткнула меня носом и показала, что я сам не без греха и нечего тут правильного корчить.
-Прости меня.
Я проговорил это тихо, но достаточно для того, чтобы быть услышанным. Но поймет ли Тилль, за что я снова прошу прощения? Конечно, нет. Глупый мальчишка. Я взял бутылку и унес ее в мини бар. Когда я вернулся, Тилль все еще стоял у окна. Снова это неловкое молчание. Вроде все сказано, но что-то еще висит в воздухе, рвущееся с языка. Я снова подошел к мужчине и ткнулся лбом в его предплечье. Стало спокойней раз в сто. Приятный запах туалетной воды, тела и виски. Я немного потерял голову, а потом, придя в адекватное состояние, посмотрел вверх, чтобы узнать реакцию Тилля. Ты слишком много паришься, Сашка. Прекрати. Замри. Вот так и стой. И я продолжил стоять, опираясь головой на предплечье Тилля.

+1

20

Я не слышал ничего практически из того, что Александр сказал несколько минут назад. Затяжка за затяжкой. Очередные мысли о всем не ладном, да и несколько приятных исходов из не произошедшего. Возможно, я сам виноват в том, что что - то в моей жизни не произошло. Наверное да, так и есть. Я старался не реагировать на его слова, но было ли это правдой. Скорее всего, я слишком циничен и самолюбив, от чего так воспринимаю его, не обращая внимания и не отвечая на то, что должно быть для меня важным на настоящее время больше, чем что - либо иное. На самом деле все же его слова значили для меня многое, но мысли, в которых я погряз на время выкуривания очередной сигареты, уже не давали мне возможность реагировать на окружающее, даже на Александра. Спонтанный взгляд в окно и я практически погружаюсь в пучину этих шумных, не далеких улиц. Люди, которые идут куда - то, думают о чем - то своём. Все они такие же, как и мы. Все существа на этой планете совершенно одинаковы и имеют право жить. Только мы рискуем потерять это право. Главный свидетель, мировой розыск, дешевая политика. Я живу в этом уже десяток лет, но до сих пор не могу относится ко всему подобному спокойно. Кладя руку на сердце, могу только уверить в том, что не стою всего этого. Его отец (Александра) верил мне как себе самому и уверял в обратном. Все же то, что я делал, будучи рядом с ним - было и остается лишь заработком. Очень не плохим заработком. Такие же люди как и мы горели, их головы взрывались в считанные минуты, конечности разлучались с плотью в момент, отваливаясь, будто инородное тело. Они ревели, орали, стонали. Для меня же это казалось сладким денежным звуком. Я не ценичен, но всё мы - люди, мечтающие о роскоши, ну или хотя бы в среднем достатке обеспеченной жизни. Еще тогда я рисковал потерять, изуродовать свою психику, да и душу в целом. Как по мне, так этого не произошло. Хотя, я на грани. Да, на самом настоящем обрыве пропасти бесчеловечности. Один шаг, и я превращусь в истинного монстра, не знающего пощады и испытывающего настоящее удовлетворение от причиняемой боли. Хочу ли я этого? Не знаю. Всегда был слишком добродушным и при этом не имел ничего. Только боль, местами колющую сердце, а жить хочется долго - проблемы с сердцем  мне не нужны. Говорят, что, творя добро, ты испытываешь счастье. Возможно, но на долго ли? К чему и зачем быть добрым человеком? Сколько себя помню, дел всё благо окружающим, а себе только в последнюю очередь. Стоило ли оно того? Заработанная репутация ушла к черту, а я остался. Один. Нет. Со мной Саша, но тоже на какое - то время. После я буду обязан проживать свою жизнь в рутинном бытие, как это было до Вольфов. Становится даже интересно, чтобы бы было, если бы я не связался с кланом. Скорее всего, стал бы максимум мастером спорта, а минимум остался бы с отцом в Вендиш-Рамбов и помогал ему, перебиваясь с копейку на копейку. Такая перспектива не очень устраивает, но для меня того было бы вполне себе не плохо.
          Все это длилось до тех пор, пока парень не подошел ко мне и не облокотился о моё плечо. Это неожиданное действие завладело моим вниманием, и я обратился к Саше, не сводя взора с прохладного окна:
- Так говори же. Что - то не так?
А ты сам будто не знаешь, Майер? Что - то в последнее время твоя логика начала давать изрядные сбои. А все из - за чего? Из - за какой - то влюбленности, да и что более удивительно, влюбленности в мальчишку. А если уж углубиться, то ты еще прекрасно понимаешь, кем этот мальчишка является, чьим сыном, и как ты обязан его отцу.
Я машинально обнял Сашу, потрепав по плечу. Свободной рукой поднес к губам сигарету и сделал очередную затяжку. О чем я думал в тот момент? Сам не знаю. Может, просто устал и  постепенно прихожу в безысходность, от которой моментом и сдохнуть хочется, но я не имею на это право практически никакое. Теперь со мной этот юнец, за которого я в ответе теперь уже не только из - за чувства долга. Как - то мне не по себе от этих мыслей. А теперь поцелуй его, Майер, ты же легок на подъем.
Я посмотрел в глаза парню, но практически тут же отвел их, отводя и мысли, сподвигнувшие меня к поцелую. Нет, какое вообще право я имею совращать мальчишку? Да кто я вообще такой, чтобы вот так стоять и обнимать его. Хотя, по самому Александру видно, что как - то он ко мне так же дышит не ровно, что заставляло моё подсознание строить мне все новые и новые эмоциональные подлянки. Вот так я развлекаюсь сам с собой. Два садиста в одном лице - Тилль Майер и его подсознание. Познакомьтесь.
Сердце ненароком заколотилось в неумеренном быстром темпе, но я от чего - то заметил это совершенно случайно, когда в отличном случае подобные сбои моего пульса сразу заставляют разум обезвредить источник сердечного бунта. Я почувствовал, что рука, приобретающая Сашу, сжала его плечо, да на столько сильно, что парень изрядно вытянулся. Сказать, что это напугало меня - ничего не сказать. Что - что, а делать больно юнцу я вовсе не собирался. Да что со мной такое сегодня? Майер, приди в себя!
- Прости, - мои глаза выдавали меня. Они кричали о том, что черт возьми, что я сделал? Вдруг ему больно? Он же на столько хрупкий... Я руку - то ему ненароком не сломал?
Кстати, о сломать руку. Сразу вспомнились те моменты на службе у Босса, как одной правой рукой я был способен переломить человеческую кость. Этакий местный Геракл. Ну да ладно, там я делал это совершенно обдуманно, не жалея, да и не отвечая за себя. Сказано - сделано. Убил? Сломал. Только вот сейчас я панически боялся причинить подобный вред Саше. Ведь я действительно ушел в свои какие - то отдаленные мысли и вполне мог сломать ему плечо.
Я ухватил его обеими руками за плечи, одно из которых старался сжимать как можно легче, дабы не нанести еще больше боли:
- Точно? Все в порядке?
Парень кивал, но я не верил ему. Черт меня дернул отказаться ему верить. Когда я ошибочно причинял боль другим, не виновным людям, да еще и если родным, а такое бывало, то чувствовал себя виноватым невыносимо долго и пытался каждый раз хоть как - то исправить ситуацию. Этот момент не был исключением. Я подхватил парня на руки  и понес в гостиную комнату, где, благо, диван еще не был собран, ибо тот оказался необычайно малых размеров. По крайней мере мне приходилось там спать свернувшись практически в двое. Александр относился к той весовой категории, которая была для меня сравнима с обычной пуховой подушкой. Дурацкое сравнение, но я не знаю, как еще сказать о том, что Вольф был очень легок для меня, так что донести его до комнаты было очень легко. Пока я нес его, да и когда брал на руки, старался делать как можно аккуратнее, чтобы Саше не было больно.
Разместив его на диване, я осмотрел его плечо:
- Так больно? - я постарался прощупать его кость.

Отредактировано Till Meier (2013-09-30 09:17:02)

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Frühling In Paris.