Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Сука, ну какой пиздец, а.
Дверцу машины ты захлопываешь с такой силой, что звук рассыпается по всей улице, звенит в ушах, вспугивает парочку пиздецки нервных подростков с банками пива, которое...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Снимай осаду, одежду, кино, фотографии, боль


Снимай осаду, одежду, кино, фотографии, боль

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Участники: Куинтон и Агата
Место: квартира Агаты. 9-й, этаж. Мансарда. Студия. Фото и планировка
Время: начало августа
Время суток: вечер
О флештайме: он назначил свидание, на которое она не пришла. Он был там, где она теперь старалась не быть. Он делал шаги навстречу, а она не принимала их. Она все та же беглянка, но, кажется, бег окончен.

http://s5.uploads.ru/bXxMc.png

Отредактировано Agata Tarantino (2013-07-30 23:07:22)

+1

2

Однажды мы все бываем безумны.

внешний вид

http://cs528.vk.me/u547500/119376584/x_877fe06a.jpg

Агата избегала меня. После той ночи я встретил ее один раз, в госпитале, где лежал Гвидо. Я пригласил ее на встречу и она, недолго думая, согласилась, хотя я и не верил, что она придет на ужин со мной. Да, мои ожидания оправдали себя. Прождав ее два часа в ресторане, я вышел из него с мыслью, что не оставлю так просто испанку. Чем больше она отдалялась от меня - тем больше я хотел ее. Нет, не в том плане у которых крутятся мысли людей.
Узнав номер ее мобильного телефона - я названивал ей целых три дня, но трубку она так и не взяла. Поначалу она не брала телефон, а потом начала сбрасывать. Нет, вы действительно думаете, что это могло остановить меня? Ну вот как вы и подумали - я поехал к ее дому, узнав его адрес в тот день, когда раздобыл ее номер мобильника.
Подъезжая к дому девушки, я раздумывал над своим положением. Звонить в дверь? Нет. Во-первых, она не услышит звонка. И во-вторых, Тарантино не впустит меня в свою квартиру. Выход один - лезть через пожарную лестницу, а там, увидев меня, впустит. Ну или же я взломаю дверь или разобью окно. В любом случае - впустит.
Сейчас, поднимаясь по пожарной лестнице, я понимал, каким дураком был. Мне тридцать семь лет, я занимаю далеко не последнюю должность в криминальном мире и я до сих пор как мальчишка без тормозов лезу к девушке на девятый этаж через пожарную лестницу. Некоторые прохожие останавливались, показывая на меня пальцем. Ладно мой возраст, но вот звание я должен был свое оправдывать. За тот отрезок времени, что я не видел Агату, меня повысили по должности из рядового солдата в капореджиме. Теперь я должен быть более ответственным, чем прежде. С новой должностью на мои плечи легла ответственная задача - следить за солдатами и руководить ими, а помимо того докладывать все что происходит в нашей семье - Дону ну или Монтанелли.
А вообще, сколько я себя помню, я всегда был таким - поступал необдуманно, с горячностью, обижагаясь каждый раз. Если задумал что нибудь, то обязательно осуществлю это. Вот и сейчас, подходя все ближе к своей цели, я не думал над тем, что будет, если она прямо скажет чтоб я отстал от нее, плюнув мне при этом в лицо. А что будет? Буду продолжать докучать ее, но не оставлю, нет.
Наконец, поднявшись до девятого этажа, я посмотрел в окно Тарантино, которое рассчитал перед тем как лезть на верхушку. Брюнетка была в квартире (с сердца камень упал!). Немного погодя, я постучался в окно. Агата, конечно же, не услышала моего стука. Просунув свою голову, я наблюдал за девушкой, мысленно посмеиваясь над собой. Черт меня дернул сюда лезть.
Не прошло и пяти минут, как внимание испанки остановилось на мне. Она, смею предположить, дар речи потеряла потому что не сразу поняла что происходит. Да, если б представить себя на ее месте, то я бы тоже ничего не понял. Сейчас, явно очнувшись, Агата решила подойти к окну. Я гадал: впустит она меня в свою квартиру или нет? Пошлет, закричит, убьет? А может, улыбнется, увидев мои старания?

Отредактировано Quinton Guidoni (2013-07-28 18:31:12)

+1

3

одета:

шорты и кофта, босиком

http://cs9218.vk.me/v9218379/2c8/IQqoQ2KQf2o.jpg

[mymp3]http://sacramentomuz.narod2.ru/Snow_patrol__Run.mp3|Snow patrol – Run[/mymp3]

Биться за право называться честным и за тех кому не добежать.
Лица мне неизвестны, неизвестны, главное - не дать себя догнать...


Он изводит меня. Нет, не в том плане как изводил меня отец Аарона, подсыпая соль на рану, и не в том плане как Триада изводит Семью. Он просто был настойчив. Он хотел получить свое - а точнее меня. Душу, тело, чувства? Я не желала знать, что конкретно он сделал своей целью. Я опасалась.

Она боялась поддаться на его красивые слова, повестись на улыбку. Не желала пропускать через себя еще одного человека, впускать в свою жизнь мужчину. К тому же, когда этот мужчина стремиться получить отнюдь не дружеское расположение. Агата была человеком, который легко привыкает к людям. Стоило кому-то слишком часто появляться в ее жизни, вести себя честно и добро, как Тарантино могла сдаться. А потом обжигалась. И если она мотылек, то уже с порванными крыльями. Поэтому, остерегаясь, Тарантино старалась не иметь долгого общения с людьми, не заводить дружбу и любовников. А если мужчине и случалось оказаться близко-близко к ней, то она внушала себе, что это мимолетная интрижка, игра. Так, например, было с Бернардом, который числился киллером в мафии. Они скрывали свои отношения, они говорили друг другу "между нами только секс", она убеждала себя, что он ей не дорог. И... оказалась права. Фокс предал. Сбежал. А ее обрек на участь спасать свою жизнь в Сирии.
Поэтому, наученная, Агата больше не позволяла себе увлекаться людьми. Когда твоим смыслом жизни становятся люди, это всегда заканчивается плохо. Будь то любовь или массовые убийства.
Она уже заранее настраивала себя на пропал, на фиаско. Но это был ее выбор - жить и боятся.

Испанка подошла к холодильнику, открыла его, достала с дверцы молоко и присела возле ежика. Таракан смотрел своими глазами-бусинками на свою хозяйку, выпрашивая положенную порцию ужина. Агата улыбнулась ежику, наливая в блюдце жидкость. Но игольчатый не спешил лакать молоко, а замер на месте, словно был заморожен.
Ну, и что там? - спросила про себя молчаливая девушка, поворачивая голову туда, куда еж устремил свой испуганный взгляд.
- АХ! - она вскрикнула, сама не ожидав, что кто-то заставит ее сегодня проронить хоть звук, и свалилась на попу, не устояв на корточках. В окне, что находилось возле кровати, маячила голова Куинтона! Мужчина держался за ржавые тонкие прутики лестницы и ожидал реакции.
И как давно он здесь торчит?! Нахмурилась Та-Та, поднимаясь на ноги и направляясь к окну.
Подойдя к стеклу, террористка скрестила руки, гневно смотря на Гуидони.
Вот ненормальный пронеся в мыслях мягкий голос, и Агата покачала головой. О чем он думал? А вдруг я решу его столкнуть, чтоб раз и навсегда избавится от его ухаживаний?
и тем не менее это было смешно. Агата хихкнула, прикрывая рот ладонью. Нет, она не спешила впускать мужчину в свой дом. Она думала о том, что надо переезжать в новую квартиру, ибо ей часто приходится встречаться нежданных гостей таким вот образом.
Но, пока что, отложив эти мысли на полочку, Тарантино подошла ближе к стеклу и покрутила пальцем у виска.
- Ты. Не-нор-маль-ный - по слогам произнесла девушка, и наконец отворила окно.
- Закон всемирного тяготения тебе не писан, да? - усмехается испанка, говоря довольно тихо, так, что Куинтону, наверно, приходится напрягаться, чтоб расслышать глухую девушку. Перегнувшись через раму, брюнетка выглядывает через его плечо вниз, оценивая как долго бы итальянец падал. И да, она даже набралась смелости представить что бы он кричал, возможно: "Я восстану из мертвых и убью тебя, Агата"? Ан, нет, не успел бы.
- Входи - выдыхает, приглашая перепрыгнуть через оконную раму и ступить на пол. - Обувь только сними - да, ботинки придется оставить на подоконнике по соседству с лампочкой.
Агата делает несколько шагов назад, смотря как мужчина проходит, впрыгивает, к ней в дом. Так же старается уследить за тем как движутся его губы. Но сегодня ей еще больше не хотелось никого слушать и вникать в сказанные слова. Хотелось молчать. Она поджала губы, не зная что предложить ночному гостю.
- Может водки? - да, вот так смело и дерзко, чтоб обжигало горло и расслабляло - Разопьем на крыше - девушка кивает наверх, предлагая сразу переместиться туда. Любила испанка забираться на крышу, чтоб помолчать. Да, там нет такого вида, как из пентхауса Куина, а что и можно было разглядеть, так это крыши соседних домов и кроны деревьев, да пустые детские площадки. Но ей хватало этого для мгновений счастья. Когда вдыхаешь полной грудью свободу.

+1

4

Для начала нужно сказать, что Агата впустила меня в свою квартиру. Прыжок и вот, я уже стою напротив нее, осматриваю мансарду. Не смотря на то, что разминуться и в правду было никак, а квартира принадлежала скорее для одинокой девушки, мне было уютно находится в ней.
Улыбнувшись, я вспомнил, как секунду назад она крутила пальцем у виска и по слогам проговорила безобидное, ну может для меня, ругательство. Да, я ненормален. И готов кричать это всему миру, черт вас подери!
В глубине души меня грела мысль, что Агата впустила меня к себе. Несмотря на то, что я был таким смелым, решительным, часть меня прокручивала и вариант того, что девушка могла спихнуть меня с лестницы, а на убийство списать как на "несчастный случай". Это не бред сумасшедшего. Если брюнетка лично на моих глазах убила своей взрывчаткой половину китайцев, то чего ей стоит "спихнуть" с лестницы безумного итальянца? Вот если б на моем пути была б баба, которая преследовала бы меня, я придушил бы ее к чертям собачьим, честное слово. Славу богу, что мы с Тарантино, как небо с землей. Хотя я не мог утверждать так как не знал ее. А вообще, я сам себя то толком до сих пор узнаю и каждый раз мне в новинку открывать себя нового. Вот сиди, думай, что это твое поганое "я" натворит в последующую минуту.
- Это твой еж? - взгляд остановился на игольчатом комке, который лакал молоко и словно не замечал новоявленного гостя. - Как зовут?
Агата скорее не расслышала вопроса, точнее.. Я забывал что испанка не слышала. Она отвернулась от меня спиной, вытаскивая что-то из шкафа.
- Водки? - я приподнял бровь, внимательно посмотрев на Агату. Нет, если дама просит, то я, конечно, "за". Надеюсь, не в последний раз такое услышу потому что воспринял новость я на "ура", согласившись так же на счет идеи "распить алкоголь на крыше".
- Борща мне не хватает и тогда я мог бы называть себя настоящим русским мужчиной.

Оказавшись на крыше и найдя место, где мы могли спокойно присесть, я прикрыл глаза, ощущая свободу от всего. Свободу мыслей, действий.
Покой - этого я хотел последние трое суток. Городская суета осталась позади. Вечные пробки, беспрерывные звонки на телефон и тяжелая работа - это становится адом для городского жителя и он хочет поскорей съехать оттуда на море, к красивым пейзажам. Да, крыша дома не соблюдает в себе красоты, морей и прочего-прочего, но то, что именно здесь можно было расслабиться, позволив ветру стать твоей частью, а мыслям уйти на задний план - это нравилось мне. И Тарантино, которая сидела рядом со мной, заставляла меня улыбаться. Она не ушла, не воспротивилась, а позволила мне разделить с ней ее одиночество.
Мы с Тарантино молчали. Не знаю, как Агата, но я не горел желанием заводить длинные монологи. Иногда молчанием можно сказать больше.
Откупорив бутылку, я сделал небольшой глоток водки, почувствовав, как пришло это расслабление про которое говорят любители выпить. Закуски так таковой мы не взяли, но, думаю, и так сойдет. Закуска моей была Агата, которая была сегодня сексуальней даже чем в ту ночь. Сама обстановка пьянила, пленила меня, а алкоголь и вовсе начал действовать сильней. Я никогда не пил водку, большое предпочтение отдавал виски, бурбону, но не таким напиткам. Возможно, от того что я не был знаком с водкой, меня больше опьянило от нее.
- Это твой план, да? Залезть со мной на крышу своего дома, напоить и столкнуть вниз?

Отредактировано Quinton Guidoni (2013-07-30 09:22:01)

+1

5

Если смогу молчать с тобой,
Будем тогда дружить с тобой.
Может быть будем жить с тобой,
Если смогу молчать с тобой.
Не говорить, не кричать с тобой,
Молчать

- Водки? - переспрашивает Куин, а Агата воспринимает это уже как согласие, отправляясь на поиски бутылки. В ее "архиве" имелась целая бутылка водки, початая бутыль "Амаретто" и недопитое со вчерашнего дня вино. Пить в одиночку это грустно, особенно для женщины. Но Тарантино сей факт не пыталась скрыть, да и скрывать то, в общем, было не от кого - ежик давно привык к своей безумной хозяйки, от волос которой пахнет жасмином.
- Борща мне не хватает и тогда я мог бы называть себя настоящим русским мужчиной. - читает по губам Гуидони, и улыбается в ответ. Забавный. А ведь она умеет готовить борщ! Может как-нибудь им подвернется случай, и испанка накормит мужчину супом. А он в ответ может даже не отравится.

[mymp3]http://sacramentomuz.narod2.ru/Ten_Sharp__Beautiful.mp3|Ten Sharp – Beautiful[/mymp3]

Звезды смотрят вниз на тебя и меня,
Сладкий вздох на ветру, твоя улыбка.
Все твои тревоги позади, тебе они больше не нужны.
Мы будем наслаждаться этими ночами и жизнью.

Прежде чем взбираться на крышу, Агата надела яркие салатовые шлепки, что стояли аккурат возле окна, ждали свою блудную хозяйку - кошку, которая гуляет сама по себе.
Миновав ступеньки до крыши, Та-Та села возле итальянца, смотря с ним в одном направлении. Он оценивал пейзаж, а она его уже знала. Эта крыша высотки напротив, где на седьмом этаже часто ссорятся влюбленные, на пятом этаже старая пожилая пара любит в обнимку смотреть передачу по ТВ, а на четвертом ребенок не любит ложится спать во время. Она наблюдала за всеми ними, как создатель наблюдает за своими творениями. Люди непослушные или счастливые, но все они жили в "стае". Из своей же Агата ушла полтора года назад. Тайком, сама не осознавая, она искала возможность окунуться в семейную атмосферу. Порой, не хватало матери и отца, и сына. И очень редко ей не хватало звуков, кажется, испанка находила в своей глухоте какое-то особое упоение, возможность послушать себя и мелодию, что напевает голос.
Куинтон делает первый глоток "горящей" жидкости и Тарантино следит за его реакцией. Немного морщится от крепости напитка, но быстро приходит в норму, наслаждаясь растекающимся по крови градусом.
- Это твой план, да? Залезть со мной на крышу своего дома, напоить и столкнуть вниз? - было темно и сложно что-то прочесть из сказанного мужчиной, но последние пару слов Агата уловила ясно. Усмехнулась:
- Ты сам согласился на все это - да, так что теперь не стоит сопротивляться, бежать. опасаться.
- Никогда не пробовал водку? - спросила террористка, кивая на бутылку в руках мафиози, забирая ее из его ладоней. По правде сказать, она не была ярым любителем "русского самогона", потому что для этого нужна особая атмосфера, особая температура на улице и внутри.
Агата сделала глоток из горла. Черт. Горько и обжигающе. Горло горит. Она подносит ладонь тыльной стороной к губам, закрывая рот. Пара секунд и привкус горящего перца проходит. Тарантино прикрывает глаза, отпуская тревоги и предрассудки. Пожалуй, можно позволить себе расслабиться.
С ноги испанки плавно соскальзывает шлепок, срываясь вниз с 9-го этажа.
- Ай - она наклоняется, следит за полетом своей зеленой тапки. Пожимает плечами, отпускает. И, улыбаясь, встречается взглядом с Куином. Сейчас его не хотелось прогонять, да и был ли смысл? Уже ощутив весь напор мужчины, можно было догадаться, что сегодня он вряд ли бы покинул пожарную лестницу - только с приглашением войти. Она не хотела сейчас знать что ему надо и почему он здесь. Именно с ней. Именно тут. Если ему надо будет, он все равно соврет, да и разве словами можно все объяснить?

+1

6

- Ты сам согласился на все это - произносит Агата, усмехнувшись над моими словами. В прочем, я не отказывался ни от чего, даже если б знал, что сейчас сижу на минном поле и через пять минут должен был взорваться, превратившись в пепел, пыль. Ни одна мысль не лезла в голову и от этого мне было намного лучше, чем жить с постоянными думами о будущем, каждую секунду вспоминая о своем прошлом. Хотелось быть свободным, а не одиноким. Хотелось ни от кого не завися: ни от чьей улыбки, взгляда, жеста - стать счастливым. Раньше я думал, что деньги - это все, что мне нужно, что именно они заставят меня поверить, что я не одинок. Но, конечно, деньги поначалу, как и одиночество, ублажает человека, заставляет его поверить в свою значимость. Если от одиночества появляются мысли, что ты можешь справиться со всем один и ты готов сражаться со всем миром, то захотев больше денег, ты думаешь, что ты сможешь купить весь мир, людей и любовь. Если признаться, то я не считал себя богатым. Есть люди намного богаче меня. Но вот со временем, имея "небольшое" состояние, я понял, что я заблуждался во всем. По глупости, наивности, молодости, я был настолько уверен в себе, что отказался ото всех. От женщин, заменив их потаскушками. От матери, старых друзей и родного города. Бежал. Бежал туда, где думал найти покой. Туда, куда хотел больше всего, думая, что осуществлю свои мечты. Мечты осуществил, но это ничего не дало мне. Бежал и не нашел ничего, кроме ответа на свой вопрос. Как говорил один знаменитый французский писатель: нигде не найти покоя тому, кто не нашел его в самом себе. Я эти слова написал маркером на зеркале в ванной, каждый раз понимая, как прав был этот писатель. Бежать - не выход. И от кого? Все несчастья ты носишь в себе. Ты и есть то несчастье. Баловень судьбы, который не умеют радоваться этому дню, этому миру. Спрятаться от себя и уж тем более убежать ты никогда не сможешь. Сильные люди от себя не бегут. Они наслаждаются тем, что у них есть, позабыв о "недовольстве". Я понял это не так давно.
Смотрю в глаза Агаты и понимаю, что мне не хочется сейчас никуда спешить, хотя "там" остались незавершенные дела, проблемы и прочее-прочее.
- Знаешь, что я чувствую сейчас? Мне уютно. Уютно с тобой. - последнее я произнес уже на ухо брюнетке, заправляя ее прядь волос за ухо. Пускай летит эта тапочка да хоть целый мир! Ничего не остановит меня от ее губ, которых я уже касался своими. Медленно, словно не хотя, я целовал ее в губы, касался ее языка своим. Найдя ее ладонь, я сплел наши пальцы, а другой своей ладонью придерживал ее за талию. 
Chris Isaak - Wicked game
The world was on fire and no one could save me but you
It’s strange what desire will make foolish people do
And I’d never dreamed that I’d knew somebody like you
And I’d never dreamed that I’d need somebody like you

Ты ведь наешь, что бежать от охвативших нас чувств некуда. Ты попала в ловушку. В мою ловушку. Отвечая на мои поцелуи, смотря мне в глаза, ты разжигала во мне огонь, который я потушил давно, отчаявшись найти ту единственную. Оказывается, я ждал тебя, сам того не осознавая. Играл с любовью, а сам смеялся над влюбившимися в меня женщинами, находя забаву играться в такие игры. Они звонили мне с угрозами, писали дешевые стихи о любви. А я нашел то, что искал в террористке, чокнутой испанке. Ты боишься, я знаю, моего напора. Извини, но я не сделаю тебя легче. Я не уйду. Ты не спрашиваешь меня почему я здесь? Не хочешь или ты догадалась? Ты видела восхищение в моих глазах?
And I don’t wanna fall in love (this world is only gonna break your heart)
No I don’t wanna fall in love (this world is only gonna break your heart)
With you


Я спускаю с твоего плеча блузку. Поцелуями прохожу по твоей шее. Скажи мне, что ты получаешь удовольствие!
Скажи мне те слова, которые я хочу услышать. Тебе нравится, что я делаю?
Ты мне говоришь это по - своему: без слов, без этих глупых слов отвечаешь мне на мой немой вопрос. Я возвращаюсь к твоим губам, целуя уже твердо, решительно. Я знаю о чем ты думаешь. Недоверие, боязнь стать игрушкой в моих руках, обманувшись. Прекрати. Прекрати думать об этом, ведь сейчас я здесь, рядом и хочу быть с тобой и ты тоже хочешь, как бы того не отрицала.

+1

7

[mymp3]http://sacramentomuz.narod2.ru/Dj_Lugovski_Transe_tema.mp3|Dj Lugovski - Transe tema[/mymp3]

Как бы близко он ни стоял, это недостаточно близко.


Странно, мы сидели молча, лицом друг к другу, и у меня возникло ощущение, уже не в первый раз, какой-то необъяснимой близости, не любви, не симпатии, нет. Но соединённости судеб. Словно потерпевшие кораблекрушение на клочке земли… нет, на плоту… вдвоём. Против собственной воли, но — вдвоём. Вместе.
Он был близко, касался носом ее щеки, говорил то, что она слышать не могла. Да и не хотела. Воздух от его слов приятно касался уха, а по плечу бежали мурашки. Дрожь по телу. А по сердцу словно скрипка играет - плачет, томится, заглушает все вопросы, все ответы. Агата закрывает глаза и проваливается в бездну. Только его руки удерживают ее от падения, прижимают к себе. А может он вместе с ней готов прыгать и лететь вниз?
Отвечает на поцелуй. На кончике языка приятно покалывает, тело постанывает, отвечает. Хочет. Желает. Плюет на то, что это, возможно, единственная их близость, а дальше опять каждый сам по себе. А даже если и так, то об этом она пожалеет завтра, а сейчас будет вознесена на небеса. Благословленная небом. Проклятая небом.
Прикусывает его за губу, смотрит в глаза, читает его мысли. Он слишком уверен в том, что делает. Этой уверенностью заражает ее. Ее разум, ее тело. И теперь уже в его власти, не хочет прекращать поцелуй.
Ветер дергает ее белую блузку, или это руки Куинтона? Запах его тела, его власти пьянит. Если Агата и была черной кошкой, приносящей неудачи, то сейчас у этой кошки был март.
Расправив ворот его серой рубашки, прохладная ладонь коснулась итальянского тела. И не было для Тарантино ничего более возбуждающего, чувственного, чем первые прикосновения, попытки установить физический контакт, изучить друг друга.
Отстраняется, чтоб набрать воздуха. Читает его глаза. Они горят, даже страшно смотреть. Но испанка была уверена, что выдержит его напор и страсть.
А если мы с тобой разобьемся? Не здесь, не с этой крыши, не в прямом смысле, хотя и такой расклад я не отрицаю. Бросает взгляд вниз. Если мы разобьемся с тобой в полете, когда решим, что жгучее солнце нам не по чем? Если мы полетим, но не вверх, а вниз?
- Пойдем - шепотом произносит девушка, касаясь пальцем его губ, чтоб не смел возражать. Крыша ее дома хоть и пропитывала их чувством вседозволенности, независимости, сумасшествия, но в свою кровать она хотела мужчину пустить куда сильнее.
Толком не помнила, как преодолела пролет между крышей и своим этажом. Но, стоя уже босиком на бежевом ковре, где в углу копошился ежик с зеленым шлепанцем, Агата и Куинтон снова сплетались в поцелуи. Будто неразрывные, сплетались руками. Она ощущала холодную сталь перстня на его руке, и это ей нравилось. Его до половины расстегнутая рубашка, через которую проглядывало накаченное тело - она хотела это тело. И через его джинсы, которые давили в районе ширинки, знала, что их желание взаимно.
Вопросы и сомнения, устав сопротивляться, отодвинулись на задний план. Тарантино не хотела, чтобы ее предрассудки и комплексы испортили эту ночь. Пусть все будет, словно в последний раз.

+1

8

Наш пазл воссоединился и теперь мы были одним целым. Пускай только на эту ночь, мы смотрели в одном направлении, поставили все, что у нас есть, на нашу с тобой ночь, отбросив прочь мысли, позволив своим чувствам взять вверх. Я не хотел понимать ничего. Да, ты сдалась, разрешила мне взять тебя здесь, в твоей квартире, где никто бы нас не увидел. В этой комнате только ты да я. Путники, разочаровавшиеся в жизни, нашедшие путь друг к другу. Я не помню, как оказался в твоей квартире, но правда оставалась правдой и я понимал, что сейчас происходит. Я не торопился. Не хотел спешить. Оттягивал момент нашей с тобой близости, боясь потерять, а потому хватался за настоящее. Оторвавшись от твоих губ, я посмотрел в твои глаза, словно спрашивая разрешения доступа к твоему телу, скрытому за этой одеждой. Я получил его в этом огоньке в твоих глазах, который мог заворожить меня. Я боялся, что найдется та женщина, которая сумеет приворожить меня. Боялся так, как никто другой, магии. Ты приворожила меня без помощи гадалок и кофейной гущи. Приворожила меня одним своим взглядом, словом, улыбкой. Позволяя мне вести себя вольно с твоим телом, я со всем своим трепетом, не смотря на желание и привычку делать больно, прикасался к тебе, как к дорогой статуэтке. Отбросив ненужную юбку да кофточку, я увидел твое тело. Ты могла бы посоревноваться с этими топ-моделями, Агата. Я чувствовал это желание. Желание обладать тобой во всех смыслах, как морально, так и физически. Только доверься мне, прошу. Я не сделаю больно. Не уйду, когда тебе нужна будет моя рука, а спасу тебя. Не скажу и слова в упрек даже когда ты будешь не права. Позволь мне узнать тебя. Я позволяю тебе снять с себя рубашку, которую ты нервно выбрасываешь вслед за ремнем. Я в одних джинсах и ты в нижнем белье. Лежим на кровати. Я сверху, ты снизу. Непозволительно близко к друг другу. Я начинаю целовать твои плечи, при этом пытаясь расстегнуть этот чертов лиф. С третьей попытки мне удается избавится от своего препятствия. Я втягиваю в себя твой сосок, одной рукой балуясь с другим, сжимая его. Я вижу, как ты изгибаешься. Вижу, как приносят удовольствие мои ласки. Поэтому я не останавливаюсь на этом. Спускаясь вниз, целуя твое тело, я понимаю, что сам попал в ловушку. Накал страстей, что я чувствовал кожей, обжигал меня. Ты неровно дышишь, говоря за себя, что хочешь большего. Дойдя до пупка, я поднялся вверх, припав к мочке твоего уха, оттягивая его, кусая, дотрагиваясь языком. Я возбужден. И чем больше я тяну, тем больше я чувствую боль в области паха, которое стягивает джинсовая ткань. Я еле как освобождаюсь от нашей с тобой одежды. Что же это за магия? Что происходит с нами?
Ты обхватила мои бедра ногами и я вошел в тебя. Я рванными точлками двигался в тебе, потеряв границу реальности, наращивая свой темп все больше и больше. Я был, как волк, который ходил туда-сюда в своей клетке, настолько был безумен сейчас. Я никогда не жалел своих любовниц, принося им боль. Сейчас я сдерживал себя, пытаясь принести удовольствие, но не эту тупую боль. Нет. Ты слишком важна для меня и ты не одна из них. Я встречаюсь с твоими губами, касаясь их.
Сейчас я могу с уверенностью сказать, что мы вместе. Мы. Не ты и я, а именно мы. Я возбужден. Мне мало одной нашей физической близости. Хочется большего.
Я рычу, выгибаясь. Время, казалось, остановилось. Остановилось с той секунды, когда ты позволила мне стать твоей частью, там, когда мы сидели на крыше, делая глоток обжигающего алкогольного напитка.

+1

9

http://s5.uploads.ru/JbkCw.gif

*Guns N' Roses – This I Love
[mymp3]http://sacramentomuz.narod2.ru/Guns_N_Roses__This_I_Love.mp3|Guns N' Roses – This I Love[/mymp3]

Он снимал с нее одежду, освобождал от кокона. И она хотела, позволяла ему обнажить себя. Оголить не только тело, но и душу. Желание быть женщиной пересиливает. Тарантино устала быть машиной для убийств. Женщиной, которая перенесла войну, кровь, смерть, пытки, травмы, потери за потерей. Заштопай мои раны. Загладь мои шрамы. Не отпускай.
Агата опускает взгляд на валяющиеся под ногами тряпки, а он не разрешает ей смотреть на это с сожалением. Не о чем жалеть. Куинтон целует плечи, шею, в его объятиях хочется спрятаться, утонуть. Утонуть в теплоте и никогда больше не узнать что такое отчаянье, разочарование, слезы.
Почему ты еще в одежде? Руки испанки плавно стягивают рубашку с его плеч, затем дальше расстегивает пуговицы, чтоб лишить мужчину ненужной одежды. Им сейчас это не к чему: слова, одежда - все то, за чем можно спрятаться. Агата и подумать не могла, что ее страх и стеснение могут пропасть, словно никогда и не появлялись. А ведь до этого она боялась, думала, что не услышит чего-то важного и нужного. Оказалось, что слышать и не обязательно. Надо чувствовать.
Пьяная от поцелуев. Лежит на кровати, утопая в скомканном одеяле. Проводит рукой по его жестким волосам, ощущая напряжение, исходящее от Гуидони. Он на волоске от того, чтоб сорваться. И срывается, проникая в женское тело. Она вздыхает, обнимая крепче. Задыхается от его жадных ищущих рук. Прижимается. Бедра двигаются в такт с ним. Темп нарастает, сносит башню. Он - как зверь, - голодный, одержимый. Томил ее теплом своего тела, своей плоти, своей ярости. Девушка терялась в этой слепой страсти. И стон в его открытые губы вливала.
Он был на грани, Тарантино это ощущала, и ловила себя на мысли, что не желает отпускать его. Их танец, не похожий не на одно произведение в мире, продолжался.
Агата не отдавала себя мужчине полностью. В ее желание было нечто большее, чем страсть, в ней была дикость, свобода, не прирученность. Она не отдавала себя до дна, и этим завоевывала его, заманивала, опутывала. Он был резок, но статен, заполнял ее всю.
Они теряли контроль, а это могло закончится плохо. И все-таки было так приятно и легко возложить на него часть груза ответственности. В эти минуты он был ответственен за нее.
Агата снова закрыла глаза, оставаясь в полутора шаге от счастья. Хватаясь за плечи, испанка целовала Куинтона в ключицу, в запястье, ладонью ласкала его щеку. И доказывала ему свою взаимность. Что может быть более возбуждающим и красивым, чем взаимность в сексе? Пусть, он не смог ее еще приручить, пусть она и была дерзкой, но это только придавало пылу его размашистым движениям.
Между их телами, между дрожащей тишиной застыло что-то большее, чем просто страсть, просто увлечение, просто животный инстинкт. Между ними была вечность, но готовая оборваться вот-вот. Напряжение в ее горячем, мокром теле нарастало, отдаваясь комком электрических разрядов внизу живота. Агата глотала жадно воздух, переходя на томящие стоны. А в голове шумел глухой океан, попадая в ритм с движением их тел навстречу друг другу.

+1

10

Я был охотником. Меня не волновал никто и ничто, в сексе я ублажал только себя. Но сейчас мне хотелось принести удовольствие тебе. Хотелось чтоб ты, извиваясь под моим телом, издавая стоны и прерывисто дыша, позволила принять то, что мы сейчас, в данный момент были одним целым. Я наращивал темп, подходя ближе к пику удовольствия, разрешая тебе царапать мою спину, целовать плечи. Ты оставила ту холодность за порогом своей квартиры, а маска безразличия сползла. Ты предстала передо мной настоящей. Нежная, дающая надежду, что у нас что-то может получится.

Miguel Bose & Shakira - Si tú no vuelves

Я касаюсь носом твоей щеки, начинаю двигаться, переходя из нервных, быстрых толчков на медленные. Во мне горит огонь. Я горю, сам того не осозновая. Поддавшись чувствам, я боюсь сгореть дотла. Боюсь, что ты закроешься от меня в любую минуту. Эта ночь подарила мне новые ощущения, заставила меня понять, что я нашел в тебе то что искал в других. Я не давал тебе чувствовать сожаление. Нечего бояться, стесняться. Прочь оковы, которые прочно сковали нас. Позволь себе это безумие. Нет места ничему, чего ты так боишься. Одежда, что валяется в углу, не должна волновать тебя, как и то, что произойдет завтра. Ты женщина, достойная любви. На твоих руках кровь, возможно, ты мучаешься и думаешь об этом одинокими вечерами, но сейчас это неважно. Сейчас ты можешь положиться на меня. Я заберу твоих страхи, печаль, одиночество. Я подарю тебе блаженство, приятную негу внизу живота и уберу прочь мысли, что мешают спать, мечтать. Главное - поверить. Поверить в то, что я не предатель. Поверить в то, что в моих руках нет оружия. Я обезоружен пред тобой. Разве обманут тебя мои глаза? Я смотрю в твои и вижу в них целый мир. Я-отражение тебя.
Твои карие глаза сейчас прикрыты, а это значит, что ты разрешаешь мне вести тебя по этому краю. Чувствуешь лишь наши движения. Ты не слышишь, не видишь, только чувствуешь. Я дарю тебе сейчас самого себя, в этих медленных движениях, в коротких поцелуях. Когда мы оба, мокрые и уставшие, доходим до своего пика, позволяя себе стонать в удовольствии, я целую тебя в твои приоткрытые губы, проведя ладонью по щеке. Фееверк эмоций буквально взорвал нас, заставил получить мощнейший поток наслаждения. Я сполз на вторую сторону кровати, при этом ощущая боль от потери близости.
Обняв по-свойски тебя за талию, я уткнулся носом в твои волосы, вдыхая запах Жасмина. Он был сладковадким, еле осязаемым. Дразнил меня, как дразнила меня ты. Я хотел запомнить его, чтоб вспоминать ночью, в своей кровати, твой запах. Я не хотел никуда спешить, торопиться. Не хотел чтобы эта ночь закончилась.
Я готов был на все чтоб повторить все то, что было на этой кровати, на этой постеле, в этой квартире, комнате. Я хочу чувствовать нашу близость. Хочу знать, что ты мне так же доверяешь, как и в те минуты.
Рассвет. Солнце только-только поднималось из-за горизонта, а его лучи касались нашей с тобой разгоряченной кожи. Я обнимал тебя крепко, удерживая рядом с собой.
- Не уходи.
Пускай ты не услышишь. Пускай я шепчу в пустоту. Но я не хочу чтоб ты оставляла меня одного мучаться этими холодными ночами. Только не сейчас, когда ты мне так нужна. Возможно, я эгоист и не достоин тебя, я приму все оскорбления из твоих уст, главное - не заставляй меня думать, что я потерял тебя.

Si tú no vuelves 
Se secarán todos los mares 
Y esperaré sin ti 
Tapiado al fondo de algún recuerdo 
Si tú no vuelves 
Mi voluntad se hará pequeña... 
Me quedaré aquí 
Junto a mi perro espiando horizontes
Si tú no vuelves
Ni habrá esperanza ni habrá nada
Caminare sin ti
Con mi tristeza bebiendo lluvia*

Если ты не вернешься,
Высохнут все моря.
И я буду ждать без тебя,
Укутавшись в свои воспоминания...
Если ты не вернешься,
Моя воля станет крошечной...
Останусь здесь,
Рядом с моей собакой следить за горизонтом...
Если ты не вернешься,
Не будет надежды, не будет ничего...
Я побреду куда-то, без тебя,
С грустью, под проливным дождем...

+1

11

Все краски были ярче, острее, контрастнее. Словно Куинтон давал ей то, что не давали другие - заботу, надежность, осторожность? Нет, все воспоминания о прошлых мужчинах стерлись с его первым поцелуем. Она не могла сравнивать и не сравнивала. Просто наслаждалась горячему потоку, растекающемуся по организму. Пусть у нее не было слуха, но все остальные чувства были наколены в сто крат. Агата ощущала его, как никто и никогда. Казалось, еще чуть-чуть, еще несколько мгновений, и она сможет впитаться в него, как вода в губку. Стать его частью, его мыслью, его желанием, его кровью и плотью. Но Гуидони оборвал эту нить, ухая рядом на кровать.
Ее тело, мокрое, пропитанное его соками, вздымалось мерно вверх с каждым вдохом кислорода. Наслаждение проходит, остывает, на смену неге приходит усталость. Приятная боль и желание выспаться.
Куинтон обнимает, уткнувшись носом в ее запутанные волосы. Агата чувствует как мужчина что-то выдыхает, его слова касаются ее уха только легким дуновением ветра. Она не может определиться сказанного, ей слышно только море. Как плавно оно покачивается из стороны в сторону, накатывает волнами. Сейчас чуть тише, чем обычно, но так спокойно и приятно. Иногда, в момент дикой апатии море превращается в жуткий гул, убивающий все живое. Но сейчас... это было чем-то естественным и любимым. Настоящим...
Тарантино улыбается, ей остается только догадываться что говорит Куин. Разворачивается к нему, чтоб увидеть его губы, его глаза. Интересно, а какой у него голос? Мягкий, хриплый? Тихий, резкий, громкий? Конечно, девушка так или иначе дофантазировала те звуки, которые она не могла услышать. Например, выходя на улицу, она представляла как поют птицы, как кричит детвора во дворе, как гудит машина на перекрестке. Она фантазировала о том какая музыка играет в такси, какую песню исполняет певица по ТВ. Она воспроизводила те звуки, которые слышала раньше каждый день. Но вот голос Куинтона ей не был знаком. Оставалось только гадать, представлять. Испанке казалось, что такой мужчина как Гуидони должен обладать низким, вкрадчивым голосом, достаточно спокойным, хладнокровным. Он производил впечатление человека, который не любит повторять дважды. И если так, то Куин не учел одного: с Агатой ему придется не только повторять сотни раз, что она в безопасности и может ему верить, но ему придется и кричать об этом, вдалбливать в ее чугунную голову.
- А ведь еще несколько недель назад ты собирался меня заложить в бордель. - усмехнулась испанка, разрушая трепетную атмосферу своим язвительным примечанием. Она еще хотела поинтересоваться о том как он сгладил свои дела с этим недоразумением, но подумала, что это будет лишним. Все таки тот Куинтон, который запирал ее в подвале своей вонючей яхты и крепко сжимал ее за руки, остался во вчерашнем дне. Сегодня итальянец предстал перед ней в другом образе, хотя Агата все равно считала, что зверю не скрыть свой оскал и, рано или поздно, он ее укусит. Но это будет после, а сейчас...
Испанка поднимает глаза на окно. Первые лучи солнца уже тайком, крадущеся забирались в дом, располагаясь на подушке и волосах. Через несколько минут утро будет во всей квартире, заполняя стены желтым светом, ленивым маревом. Тарантино нравилось, когда лучи растягиваются по комнате, это напоминало ей квартирку в Малаге, когда она жила с родителями и ходила в школу.
Подарив улыбку солнцу, жмурясь от света в глаза, Та-Та отвела взгляд и поднялась с постели. Подхватив с пола свои синие трусики и уже мятую блузку, террористка двинулась в сторону ванной комнаты. Обернулась на Куина прежде чем скрыться за углом, подмигнула ему. Ну что, смена дислокации? Откровенно предлагала девушка ему присоединиться, вильнув обнаженными бедрами.

+1

12

John Powell assassin's tango

Мне был интересен твой мир. Мир без звука. Интересно, родилась ли ты глухой или приобрела свою индивидуальность со временем? А если и приобрела, то как? Вопросы на которые я хотел получить ответы. Ты мне ответишь, верно? Стыдно признаться, но я иногда забывал, что ты отличаешься от других. Прости меня за это. И прости за то, что закрыл тебя в том подвале на своей яхте. Я улыбаюсь, когда слышу в твоем голосе язвительность. Да, ты не смогла не напомнить мне о том нашем злополучном знакомстве. А я ведь забыл.
Мои глаза прикрыты, я чувствую себя счастливым, находясь сейчас рядом с тобой. Но вот, ты поднимаешься с постели, заставляя меня открыть глаза и посмотреть на тебя с непониманием. Потом уже, когда ты, надев трусики и свою белоснежную мятую блузку, скрылась в ванной комнате, покачивая бедрами, я понял, чего ты хотела. Ненасытная. Знаешь, с тобой опасно играть в такие игры. Я принял правила твоих игр, поднявшись с постели, нагишом пройдясь с мансарды до ванной комнаты. Я вслед за тобой зашел в душ, подставляя себя под струю теплой воды. Ты стояла ко мне спиной, не собираясь поворачиваться. Я, взяв мочалку, намылил ее, пройдясь по твоей шее, плечам, спине. Твое тело заставляло меня возбуждаться. Черт, я опять тебя хочу и сейчас этого не скроешь. Никак. Я взял тебя за руку и повернул к себе, а ты отталкиваешься к холодной кафельной стене. Приподнимаю тебя за бедра, целуя тебя страстно, яростно, пылко. Мы стоим под самой струей, обнимаемся и целуемся. Я не хочу спешить, несмотря на огромное желание, которое упирается тебе в район живота. Отрываюсь от твоих губ, смотрю в глаза и улыбаюсь, касаясь твоего лба своим.
- Спасибо за эту ночь. Спасибо за это утро.
И встречаюсь вновь в этом поцелуе, кусая твои губы, встречаясь в сплетении наших языков. Мои пальцы проникают глубоко в твое лоно. Я хочу подразнить тебя, помучать. В это время, пока мои пальцы выполняли нервные движения, я целовал твою шею. Ты доведена до иступления и я это понимаю по тому, как ты прикусываешь губы, по твоим громким стонам. На твоей нижней губе появляется капелька крови, которую я слизываю, прикусывая. Убираю пальцы. Пожалуй, хватит томиться. Хватит тебя мучать в этой сладкой истоме. Еще немного и я проникаю глубоко в тебя, начиная двигаться быстро, позабыв о мягкости и нежности, которая присутствовала в моих движениях этой ночью. Сейчас я - яростный, дикий зверь, которому хочется удовлетворить не только тебя, но и себя.
Мое дыхание прерывистое, можно даже сказать, рванное. Я забываю, как дышать, настолько сейчас возбужден. Обычно, когда я в постели с другими, я представляю себе женщин, которые оставили след в моем сердце. Но сейчас я даже не задумывался ни о ком. Для меня ты - самая идеальная из всех. Я не собираюсь сравнивать их с тобой. Ты другая. Твои касания, стоны, отдаются во мне дрожью, мурашками по спине.
Я веду этот наш танец страсти и игра приняла новый оборот. Ты начала игру, а я ее продолжил. Мы страстные любовники, доведенные до пика крайнего наслаждения. Я кусаю тебя за плечо, оставляю следы от своих зубов. Ставлю клеймо. Не хочу делить ни с кем. Мне хочется кричать, что ты - моя и я никому тебя не отдам. Но ты побоишься меня, правда? Моего яростного желания стать твоим хозяином. Ты не хочешь быть прирученной. Хочешь быть свободной ото всех. Но я не тот, кто будет позволять тебе эту свободу. Я украду ее у тебя, а взамен подарю самого себя. Хочешь?...

Отредактировано Quinton Guidoni (2013-07-31 18:13:30)

+1

13

Привет, привет! Это всего лишь я!
Всего лишь я заражаю все, что ты любишь!
Привет, привет! Помнишь меня?
Я - воплощение всего, что ты не в состоянии контролировать!

Саунд: Evanescence ft. Linkin Park – Wake Me Up Inside


Вещи кинула на старую стиральную машинку. Включила душ и капли затарабанили по полу, по ее ногам. Бесшумно. Стоит все в той же тишине. Капли стучали по ее плечам, волосам, она ждет, когда он подойдет сзади и коснется горячей рукой ее спины. Не видит, не слышит как Куинтон вошел в ванную, но чувствует. По ногам пробегает холодок, сквозняк. Он почти рядом. Улыбается.
Голова немного гудит от бессонной и страстной ночи. Она устала, растратив непривычно много эмоций. Обычно в ее диапазоне присутствовали довольно негативные чувства: ненависть, страх, презрение, недоверие. Да, она не чувствовала себя в безопасности в Семье. И дома тоже не могла сказать, что находится в защищенности, какой бы замок не поставила на дверь. Но сегодня, с ним, ее паранойя сделала несколько шагов назад, давая шанс расслабиться и забыться.
Мужчина гладит ее мягкой, пушистой, пенной мочалкой. Испанка тихо принимала его ухаживания, не упуская тот факт, что в нем снова зреет желание. Чтож, признаться, она сама это затеяла. Хитро улыбается, когда итальянец поворачивает девушку к себе. И снова готова взорваться от поцелуев. Сколько же нерастраченной нежности, азарта, желания в ней горело. Если так подумать, Тарантино многого хорошего лишала себя в жизни. Полагая, что не достойна, или не достойны ее. Может и была права, когда не растрачивалась на мужчин. Но стоит согласиться, что, порой, секс, нет, не лечит, но позволяет забыть все переживания. На некоторое время ты - другой человек, живой, открытый, голый, и не только в прямом смысле. Да, испанка придавала большое значение сексу. Может поэтому никогда не спешила.
Губы искусаны до крови. Щипет. Черт. Но это его заводит. Как акула, он теряет с запахом крови контроль, и готов разинуть свою пасть, чтоб сожрать жертву.
Он был силен, и под струями воды, крепко держа испанку за бедра, демонстрировал свою силу. Заведенная, она принимала его игру, хотя и такая всепоглощающая страсть отдавала мазохистской болью. Воздух со стонами вырывался из ее легких, когда тело толчками сталкивалось со стеной. Наверно, на пояснице будут синяки, как свидетельство бурной встречи, не считая еще и укуса, пришедшего на правое плечо. Он собственник.
У испанки кружится голова от водоворота событий. Девушка встает обратно ногами на холодный пол, медленно выдыхает горячий воздух. Смотрит на него исподлобья, сквозь мокрые черные пряди волос. Куин снова забыл о мерах предосторожности, разливая в ней свою лаву. Нет, забеременеть она не боялась. Во-первых, после выкидыша, случившегося год назад, она была не уверена, что вообще может иметь детей, а учитывая весь стресс и недавнюю травму, что ей пришлось пережить, шанс залететь был мал. Ну, а во-вторых, всегда есть медицина и такая штука как аборт, пусть и не очень приятная. Но если смотреть правде в лицо, то Агата не видела в Гуидони отца своих будущих детей. Он завоевал ее тело, но не душу. Свою душу и сердце она никому не отдавала, никому не завещала. Никому не дарила себя до дна. Но значит ли это, что итальянец не попробует забрать ее силой? Тарантино чувствовала его жажду власти, желание все контролировать. И внутри, в голове, едкий голос злорадно хихикал: Он тебя не получит. Не достанет. Ты можешь дать ему свое тело на съедение, чтобы посмотреть как он будет рвать его на части в поисках твоего сердца. Зарази его. Заполни его голову, его вены и артерии. Будь в нем. Вживись в него. Ведь тебе так нравится видеть ярость и страсть на его лице...
Агата закрыла глаза, тряхнула головой, отгоняя жестокий голос. Нет, Куинтону она не желала зла, хотя и помнила, как обещала ему отомстить за то похищение. Но сейчас уже все прошло, улеглось.
Уткнувшись носом в мужскую щеку, девушка коснулась губами его скул. Она чувствовала радость, что он был рядом с ней в эту ночь. Она была благодарна ему за то, что не оставил одну.
- Хочу спать и есть. - сообщила террористка свои самые обычные, будничные желания, выключая воду и хватая желтое полотенце.

+1

14

Bob Dylan - lay lady lay
Поцеловав в макушку Агату, я отпустил ее, подождав, пока она оденет свою блузку и трусики. Я схватил желтое полотенце, что было в руках брюнетки, быстро развернув его вокруг своих бедер. Ну а что? Оно мне сейчас нужнее. Я сталкиваюсь с ней взглядом, когда выхожу из душа. Она касается губами моего лица, подарив маленький поцелуйчик куда-то в сторону скулы. Я приобнял ее, когда услышал из уст ее будничные желания. Меня развеселила твоя детская непосредственность с которой ты произнесла эти слова. Да, сейчас ты мне напоминала кота Гарфилда, которого надо кормить и любить. Я вместе с тобой завернул в главную комнату, где были разбросаны вещи. Я направился к своим брюкам, которые наспех надел, застегнув ремень. А ты пошла к холодильнику, выбирая что сегодня у нас будет на завтрак. Я успел подойти к тебе еще до того как ты вытащила нужные продукты. Взглянув одним глазом в содержимое холодильника, я подавил смешок.
- Тебя твой ежик объел? Неудивительно, почему ты такая худая.
Пока ты вытаскивала морковку с майонезом и кетчупом из нижней полки холодильника, я открыл морозильник. Что это? Взяв в руки замороженный пакет полу-фабрикатного производства, я хмыкнул. Вижу, готовить ты не любишь. Не став никак комментировать это, я все таки вытащил пельмени, которые со знанием дела положил в кастрюлю полной воды, поставив ее на плиту. Да, было дело, раньше я питался едой из супермаркетов и покупал то что было выгодно мне по зарплате. Ты начала тереть на терке морковку, а я пристроился рядом, воруя морковку прямо у твоего носа. Я смеюсь, радуясь этому дню. Да, я больше привык к деликатесам и вкусной пище, которую мне готовила Нэнси - моя домработница, но есть с рук Агаты - это совершенно другое. Я готов был есть с ее рук даже мышиный яд! Конечно, погорячился, но доля правды есть.
Я внимательно посмотрел на ежика, который лазил по полу. Никогда не видел ничего интересно. У моего приятеля был в доме шимпанзе и попугай Ара. Но вот видеть ежа мне приходилось впервой. Он был наблюдательным. Даже залез под мою рубашку, обнюхал ее. И не выходил, спрятавшись в ней. Только и были видны, что черненькие глазки-пуговки.
У Агаты, как я вижу, отлично получается быть террористкой. На счет хозяйки я молчал. Пристроившись позади нее, я улыбнулся. Конечно, она не держала в своих руках нож, а терку с которой нужно было обходится со всей осторожностью, но мне хотелось просто побыть рядом с ней, посмотрев на то, как она с мужественной силой работает с морковкой, которую отвоевала у меня в нечестном бою. Я напялил на себя только брюки, без рубашки, с голым торсом и у меня были грязные мысли в голове. Заметив, как Тарантино прикусывает губу и сдувает с себя прядь волос, упавшую на лицо, я улыбнулся. Мне доводилось увидеть, как испанка, та самая Таратино, усердствует над приготовлением завтрака! Я понимал, что я извращенный, но чтоб настолько! Уф, Агата, ты черт с нимбом на голове. Выглядишь, как ангел, а на самом деле еще та чертовка и этим утром я убедился в своих суждениях.
И я забыл о пельменях. Прекрасный расклад дня. Оторвавшись от Агаты, я подбежал к кастрюле, вытащив ее. Положив варенные пельмени в найденную мной глубокую чашку, я положил их в нее. Выглядело вкусно. А запах! Давно не ел ничего подобного.

+1

15

В холодильнике Агаты обычно пусто. Держала овощи для ежика, да полуфабрикаты на случай лени и голодовки. Были, правда, и несколько консервных банок с тушенкой, спрятанные где-то на просторах полок. Но туда Тарантино не заглядывала.
Куинтон достал пельмешки "Дикая пчелка" и скептически на них посмотрел. Чо?? Ты такое не ешь или название смущает? Вопросительно глянула террористка. А вот ее сына любил "Дикую пчелку", потому что в каждой пачке был сюрприз, нет, не настоящее мясо в каждом третьем пельмене, а какая-то игрушка динозавра. Она вздохнула, снова начиная скучать по Аарону. И предпочла себя отвлечь от этих мыслей растиранием морковки. Со спины Куинтон уже тянул свои волосатые руки в миску, кусотничая. Тарантино даже пару раз пробовала поймать его за палец и сунуть под лезвия терки, но итальянец был, зараза, шустрый. Ну, не зря же его продвинули до капореджиме.
- Хватит объедать Таракана - смеется брюнетка, запихивая щепотку сочной морковки в открытый рот Гуидони. - Ах, да, я забыла тебе представить моего друга - испанка развернулась, указывая на ежика - Его зовут Таракан - нет, ну а что? Хорошее имя. Просто у Агаты были некие проблемы с представителями этих насекомых, вернее до ежика, единственной живностью в доме были тараканы, так зачем ежу отличаться от них?
Запах "Диких пчелок" разлетелся по комнате. Из-под рубашки итальянца выполз голодный еж, которому Агата оставила немного цельной морковки. Таракан захрустел в своем углу, а Агата, схватив миску, побежала в кровать. Если сравнивать Агату с персонажем из сказок или мультиков, то она была похожа на разбойницу из "Кай и Герда" - она делала что хотела, когда хотела, где хотела. Не имела указов и устоев. Некоторые люди скованы в своих движения и желаниях общественным мнением: "что он подумает, если я буду есть в кровати", а испанка была этого лишена. И если бы не столь печальная судьба, не глухота, Тарантино была бы очень милой и озорной девушкой. Чтож, может иногда она будет это показывать.
Вооружившись вилкой, террористка стала лопать пельмешки за обе щеки. Нанизав одну ткнула "пчелкой" в нос Куина, испачкала того в майонезе. И все время старалась не упускать мужчину из виду, чтоб не пропустить сказанные им слова. Но сегодня Гуидони был не особо болтлив. Он не задавал вопросов о ее прошлом и настоящем. Агатат оже не желала знать чем и кем жил итальянец. Потому что считала, что по прошлому человека не судят. Ведь только подумайте, если судить по тем поступкам, что приходиться совершать мафиози и гангстерам каждый день, какое впечатление о них сложится? Что среди них нет ни одного достойного человека? Сегодня Куин развеял этот миф насчет себя.
Подкрепившись, ее еще больше потянуло в сон. Агата целует мужчину в губы кротко, мимолетно, нежно. И ложится рядом с ним, подкладывая руки под щеку. Голова пуста от тревожных мыслей, тело расслабленно покоится на простынях, даже раздеваться нет сил. Сколько они проспят, прежде чем Агата скажет, что ему пора в свою берлогу? Или Куинтон первый поймет, что надо возвращаться в свой мир, и уйдет безмолвно - как когда-то делала она. Ну, а пока, это все было далеко. Расставание казалось несуществующим для них и для этого дня.

Давай закроем глаза и просто исчезнем,
Просочимся сквозь трещины, не оглядываясь назад.
Мы окажемся за миллион миль отсюда
И дадим прошлому просто растворится во тьме.

+1

16

Агата улыбается, настоятельно попросив, чтоб я не обворовал таракана. Подождите, таракана? Я удивленно посмотрел на Тарантино, мол, что это она имеет ввиду, а затем понимаю о ком это она. Таракан, оказывается, был ее питомцем, который выполз из моей рубашки, двинувшись навстречу к своей миске. Умеет же выбирать она имена. Никогда бы и не подумал назвать ежа в честь насекомого.
Дикая пчелка? Я прочел название на упаковке, засмеявшись.  Нет, название, конечно, интригующее. Так и хочется проверить эти пельмешки на наличие пчелок. Второе удивление за день! Интересно, сколько таких вот приятных удивлений ожидает меня в дальнейшем? Хочу отгадывать эту испанку! Как, например, решать кроссворд или ребус. Она такая же сложная, но чтоб понять ее нужно время. А я готов пожертвовать им ради этой прекрасной брюнетки.
Она располагается на кровати, засовывая порцию сочной морковки в рот. Улыбка не сходит с ее лица, как, в прочем, и моя. Она мне кажется такой воздушной, легкой. Сейчас она как ребенок, который свободен от своих забот и которому не хочется думать ни о чем плохом, а хочется лишь довольствоваться настоящим. Если женщины при виде меня вели себя напыщенно, наиграно, то Агата была независимой ни от чьего мнения. Она любила комфорт, спокойствие и уют. Только увидев квартиру террористки - я могу с уверенностью сказать, что что-то да знаю о ней. Твое жилье может очень подробно описать о твоем характере. Знал я эти психологические штучки, а еще был наблюдательным до мелочей. Это мне помогает распознать некоторые черты в характере людей. Есть такие люди, которые хорошо скрывают все, но все равно что-то вылезет наружу, какими скрытными они не были.
Я следую за примером девушки и сажусь с ней на кровать. Положив на кровать чашку с пельмешками, я взял одну, заставив съесть ее Агате. Она смешно почмокивая, обмакнула "пчелку" в майонезе, испачкав мой нос, а после того засунула в мой рот пельмень. От меня пока не ожидалось никакой мести. Ну это, ведь, пока! Пока я был голоден, кхм.
Наевшись вдоволь, мы оставили тарелки пустыми. Тарантино забрала их и положила в раковину. Я наблюдал за тем, как она соблазнительно покачивала бедрами и качал головой. Вот негодяйка! Едва она подошла к кровати, я взял ее за руку, резко потянув на себя. Она упала на кровать. Завалившись смехом, я начал щекотать ее. Она смеялась громко, уворачиваясь от меня. А затем, схватив подушку, начала дубасить меня ею. Я заразился ее смехом и, не оставшись в долгу, схватил свое "оружие". Начался бой подушками. Мы вели счет и, надо же, эта девчонка умудрилась меня обыграть! Я даже убегал от нее, выкрикивая, что она нечестно играет. Нет, ну правда, она отбирала у меня подушку, пыталась положить на лопатки - это ведь нечестно! Но когда она, залезая на кровать, прыгнула на меня, повалив тем самым на лопатки, я улыбнулся. Поцеловав ее в губы, я признал свое поражение. Набегавшись, наигравшись и хорошенько устав, я хотел одного - уснуть с ней в обнимку. Не важно где - на полу, на кровати, главное - с ней вместе. Я произношу, что хочу поспать, а она кивает. Беру ее протянувшую ладонь и встаю с пола.
Мы заваливаемся на кровать и, укрываясь одеялом, обнявшись, подаемся в крепкие объятия Морфея.
Я не знал, что произойдет завтра и не хотел знать. Я просто наслаждался в ее кампании и находил себя самым счастливым человеком: здесь, сейчас. Остальное не важно. Я готов послать к черту все, что мне раньше было дорого, лишь бы провести еще много таких же незабываемых дней с Агатой.

За каждым твоим вдохом, 
За каждым твоим движением, 
За каждым твоим нарушенным обещанием, 
За каждым твоим шагом 
Я буду наблюдать.

Неужели ты не понимаешь, 
Что принадлежишь только мне? 
Как ты причиняешь боль моему сердцу, 
Каждым твоим шагом. 

За каждым твоим движением, 
За каждой нарушенной тобой клятвой, 
За каждой твоей фальшивой улыбкой, 
За каждым поставленным тобой требованием 
Я буду наблюдать.
 

Отредактировано Quinton Guidoni (2013-08-01 18:04:08)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Снимай осаду, одежду, кино, фотографии, боль