Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Отцовский совет


Отцовский совет

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Участники: Gabriel Livano&Étienne Moreau
Место: Кафе
Время: Начало июля
Погодные условия: Не важно
О флештайме: Отношения у Этьена и Габриэля были весьма натянуты, но нельзя же вечно сторониться друг друга. Вот и пришло время, когда у Габи появилось множество вопросов, на которые ответить может разве что отец. И как бы ему не было тяжело, он хотел обрести этого отца, именно поэтому он пошел к Этьену за советом, за помощью.

+2

2

Последний месяц моя жизнь напоминала самый романтичный кинофильм, потому как начиная с того дня, когда мы с Дэмиэном посвятили весь день лишь друг другу, прогуляв работу и отложив на завтра все важные дела, что-то изменилось, что-то пошло не так; все было как нельзя лучше, но чего-то словно не хватало и, кажется, я знал чего именно. В моей голове скопилось слишком много вопросов, на которые сам я ответить не мог и которые до сих пор, весь этот месяц, оставались без ответов. С некоторыми мне удалось разобраться самостоятельно, но самые главные по-прежнему висели в воздухе, напоминая о себе изо дня в день. Мне нужен был совет, совет взрослого, опытного человека, но мама, к с которой я мог бы поговорить, была слишком далеко и, поскольку телефонный разговор для столь серьезной темы я не рассматривал, у меня оставался только один вариант - Этьен Моро, мой биологический отец. Наши отношения нельзя назвать идеальными, да что уж там, мы совершенно не походили на типичных сына и отца, ведь о связывающем нас родстве узнали не так давно и до сих пор не могли окончательно принять для себя этот факт. Честно говоря, я вообще не был уверен, что в ближайшее время смогу назвать его папой, ведь сейчас мне даже по имени было немного неловко к нему обращаться - мы около года работали вместе и он был моим непосредственным начальником, не так-то просто вдруг перестроиться на другое к нему отношение и воспринимать как своего отца. В любом случае, это был один из двух имеющихся в этом городе родных и близких мне людей, идущий в списке следом за Дэмиэном, о котором, собственно, мне и хотелось поговорить.
             Моему волнению не было предела, но причина была вовсе не в самой встрече с отцом, а в том, как он отреагирует на то, что я хочу ему сказать. Далеко не каждые родители готовы принять от своего ребенка такую правду, далеко не все готовы его поддержать и, уж подавно, не все способны не изменить своего отношения, не стать сторониться или стыдиться. Впрочем, у меня итак всю мою жизнь, до самого недавнего момента, никогда не было отца как такового, а потому терять мне было попросту нечего, но я все же надеялся на иной ход событий. Моро был знаком с Дэми, он знал какие отношения нас связывают и относился к этому нормально, без нервов и попыток сменить тему, что вселяло в меня надежду на спокойный разговор и совет, который помог бы мне во всем разобраться и шагнуть вперед, уверенно открыв очередную дверь к своему будущему.
            - Извини, что оторвал от тебя от дел, но мне просто не к кому больше обратиться... - я поднял глаза на мужчину, спокойно изучая его лицо, обращая внимания не его мимику и жесты, пытаясь определить его настрой - Как ты знаешь, мама далеко и с ней обсудить какие-то важные стороны моей жизни я не могу, а ты все-таки не чужой мне человек, я должен тебе доверять. И я хочу тебе доверять. К собственному удивлению я говорил уверенно и ровно, совершенно спокойным обыденным тоном без тени неуверенности или смущения. Я и правда очень хотел вывести наши отношения с Этьеном на должный уровень, хотел получить если не все то, что он недодал мне за эти годы, то хотя бы часть; часть того внимания и той заботы, часть той заинтересованности моей жизнью, тех переживаний, что испытывает отец за своего ребенка. Я хотел узнать - каково это, когда у тебя есть отец и он рядом. Сейчас, когда у меня был Дэми, я в полной мере оценил и понял, насколько важны для меня родственные и семейные отношения, насколько важно нести за кого-то ответственность и ощущать, что кто-то заботится и о тебе. Я понял, что моя семья - это Дэмиэн и я хотел чего-то большего, чем просто жить с ним под одной крышей и делить одну на двоих кровать. Я хотел что бы все было "по-настоящему", по правилам. - Последнее время я тщательно обдумывал все то, что происходило в моей жизни, я стал иначе смотреть на многие вещи, я очень сильно изменился. Как мне кажется, в лучшую сторону, но я не исключаю возможности, что просто слишком хорошо сейчас думаю о себе - я улыбнулся Этьену - И я считаю, что мне нужно двигаться дальше, идти вперед. Именно об этом я и хотел бы поговорить. О себе и Дэмиэне, если ты не против.

Отредактировано Gabriel Livano (2013-09-08 22:07:47)

+4

3

Стать отцом совсем легко. Быть отцом, напротив, трудно.
В. Буш

Что же, уже несколько месяцев я знал о том, что у меня есть сын. Мы оба тяжело пережили эту новость, столько вопросов, столько пустот, некоторые из которых просто не восполнить, но было видно, что мы друг в друге нуждались, именно поэтому согласились работать над собой.
Я до конца не был уверен в том, что Габриэль простил меня, я знал, что эта рана быстро не затянется, однако, несмотря ни на что, мы периодически созванивались. Хоть это и были разговоры полные недоумения и даже стеснения, они все же были. Маленькое звено целой огромной цепи. Иногда мы просто молчали, не зная, что еще добавить к сказанному. Эти неловкие паузы, это быстрое прощание. Столько воды утекло из-за моей беспечности двадцать лет назад. И кто виноват? Я, что поддался соблазну или Марго, которое лишила отца сына, а сына отца? И что толку ворошить прошлое, если мы никак не могли разобраться с настоящим?
Однако жизнь моя казалась медом, я чувствовал себя по-настоящему счастливым. Мы только вернулись с Шерон из медового месяца и я ощущал какую-то свободу, неведомую мне ранее. Даже дышать было легче, все стало каким-то особенным, и я не мог это никак объяснить. Я просто по-настоящему наслаждался жизнью со своей женой.
И все же мы снова окунулись в суровые будни, где Шерон ходила на работу, а я все переживал, боясь поднять трубку телефона и услышать незнакомый голос. От этих мыслей я пытался отвлечься домашней работой: чинил что-нибудь, пытался найти заказы на переводы или, еще лучше, вспомнить старое дело, и сделать какой-нибудь проект. Признаться, я скучал по своему ремеслу и начал задумываться о том, чтобы снова занять архитектурным проектированием. Именно в состоянии одиночества, во мне родилась идея создания собственной компании или же, начиная с малого, канторы.
Этот день был не самым приятным, в том плане, что Шерон выдернули из постели в самую рань, а я даже не успел накормить ее завтраком. Хотя, она бы все равно выпила чашку кофе и съела овсяные хлопья с молоком. Как только входная дверь захлопнулась, я никак не мог снова уснуть. Сон, как рукой сняло, и я погрузился в раздумья. О чем я думал? Обо всем. О моей жене, об Эйфеле, которого надо привить от столбняка, о Меган, которая скоро приедет от бабушки домой, о Дэнни, который редко захаживает к нам, из-за чего Шер переживает, и, наконец-то, о Габриэле, с которым я не общался с неделю, если не больше. И стоило мне об этом подумать, как он позвонил. Ему нужно было поговорить и я снова почувствовал какое-то напряжение, хоть голос его был мягок и взволнован.
Через n-ое количество времени я сидел в небольшой кофейне, которую выбрал для встречи Габи, и смотрел на него, пытаясь предугадать, о чем же пойдет речь. Прежде, чем он выложил свою проблему на стол, я вручил ему небольшой презент из Франции. Ему и его парню. Шелковый платок для Дэми и теплый свитер крупной вязки для Габи. Мне почему-то казалось, что они оценят подарки по достоинству.
Габриэль начал весьма корректно, и я бы даже сказал, издалека. Единственное, что я понял, что это нечто важное для него, то, о чем спрашивают у родителей. И голос его был размеренным, спокойным, словно мяукающим. Я слушал его внимательно, не смея его перебивать. И чем дольше он говорил, тем больше я ловил себя на мысли, что он напоминает меня в молодости: рассудительный, с присущей природной мудростью, но все еще мыслящий романтично и влюбленно. Что же, он напоминает меня не только в молодости, но и сейчас, когда мое сердце сжимается в приятной боли от мысли, как сильно я люблю свою жену. Я не знаю, что значит любить мужчину, но я видел, как блестят глаза сына, когда он рассказывал о своем парне. Я знаю этот блеск. Я вижу его каждый день, когда смотрюсь в зеркало. На моей лице появилась легкая кроткая улыбка, я понимал, к чему клонит Габи.
-Ты хочешь, чтобы твои отношения развивались дальше? Ты об этом хотел поговорить? – спросил я.
Нам принесли кофе, я засыпал его сахаром и залил сливками, в надежде смягчить горечь напитка. Помешивая его ложкой, я смотрел на Габи, я не смел его торопить и покорно ждал, когда она продолжит говорить.
-Прежде, чем ты скажешь, не бойся, не подбирай слова. Я не из тех родителей тиранов, которые ничего не понимают. В конце концов, я вырос в свободолюбивой Франции, и у меня много друзей, состоящих в однополых отношениях. Так что не стесняйся что-то говорить или спрашивать. Так о чем ты хотел поговорить?

+2

4

Идя на встречу с Этьеном я готовился к абсолютно любому варианту развития событий, прокручивал в своей голове самые разные диалоги, но я и представить себе не мог, что отец будет столь радушен и внимателен. Он не только привез нам с Дэмиэном подарки из своего свадебного путешествия, чем крайне меня удивил, но и отнесся к моему желанию поговорить довольно серьезно, без привычной манеры свести все к шутке, как это было еще во времена нашей совместной работы в архитекторской конторе, где я трудился и по сей день, но уже под другим руководством. Его открытость и желание идти на контакт немного сбивали с толку, но я ни на секунду не забывал что же именно привело меня сюда, равно как и никогда последнее время Дэмиэн не покидал моих мыслей. Он заполнил всю мою жизнь собой, каждый день, каждый час и каждую минуту, он всегда был рядом - физически или остаточными ощущениями на моей коже, которые хотелось как можно скорее ощутить в действительности. Именно этого человека я хотел видеть рядом с собой, просыпаясь по утрам, именно его мне хотелось обнимать, засыпая, с ним строить свою жизнь, воспитывать сперва котенка, а потом и детей, которые будут так похожи на моего любимого мужчину. Я бы хотел передать Этьену все свои чувства, что переполняют меня, когда я думаю о нашем будущем с Дэми, но мне так неловко и волнительно рассказывать о столь личных и интимных вещах кому-то, кроме своего любимого, с кем мы уже давно строим какие-то планы и обсуждаем веранду загородного дома, где будем проводить друг с другом теплые вечера в старости, даже своему отцу. Мне вообще было довольно сложно разговаривать о чувствах, тем более о таком, как любовь (а в том, что это была именно она, я совершенно не сомневался), но Моро все же был единственным человеком, с кем я мог это обсудить, к тому же он сразу дал мне понять, что я могу быть откровенным и честным, не боясь быть непонятым. У него никогда не было сына, у меня никогда не было отца, так что наше общение выглядело, наверное, странно и было весьма не похоже на общение между родственниками, даже дальними, не говоря уж о столь тесном кровном родстве, но Этьен располагал к себе, каким-то неведомым образом вызывал доверие, разговаривая со мной как со старым приятелем своего возраста, а не с сыном, что был вдвое его младше.
               Поблагодарив за подарки для меня и Дэмиэна, я робко опустил взгляд на свои руки, лежащие на столе, затем внимательно проследил за целым ритуалом мужчины по превращению кофе в нечто непонятное при помощи добавления сахара и сливок, совершенно не понимая, как можно так бессердечно издеваться над напитком, ведь сам я был тем еще кофеманом и предпочитал ничем не перебивать этот терпкий, чуть горьковатый пряный вкус и аромат кофе, и лишь после этого осмелился заговорить.
              - Именно об этом, неужели я столь предсказуем?..- помешав ложечкой свой кофе, что бы немного его остудить, я сделал глоток, отставляя чашку в сторону - Хотя, наверное да. Просто я последнее время только об этом и думаю, не удивительно, если все это бегущей строкой отображается на моем лбу - улыбнувшись Этьену, я старался не сводить с него взгляда, заинтересованно всматриваясь в лицо - Ты знаешь, что я очень люблю Дэмиэна. Для себя я давно понял, что только он может сделать меня счастливым, что он последнее время и делает, даже не прикладывая для этого особых усилий... Просто когда он со мной - мне ничего больше не нужно. Я думаю, ты понимаешь о чем я сейчас говорю. Понимаешь эти чувства, переживания, ведь я вижу, как меняет тебя Шерон, вижу, каким ты становишься, когда она далеко... На пару секунд я замялся, не зная, как перейти к основной теме этого разговора, но решил особо не церемониться и не подбирать слова, сказав все как есть - Конечно, у нас и так все хорошо, мы можем и дальше просто жить вместе, спать вместе, проводить друг с другом все наше время, но.. это не совсем то, чего я хочу. Я хочу, что бы он официально, по всем законам и правилам этого штата, стал моим мужем, но я боюсь, что Дэми может подумать, будто я просто хочу привязать его к себе. Я сделал это, я наконец-то поделился хоть с кем-то своим самым главным страхом, стоящим на пути к моему счастью. Я отвел взгляд в сторону, рассматривая чашку с кофе, над которой поднимался ароматный дымок, ожидая реакции Моро.

Отредактировано Gabriel Livano (2013-09-15 15:49:52)

+3

5

Габи был очарователен во всей свой робости и какой-то сдержанности. Я понимал, что он все еще не отошел от той новости, что мы не просто родственники, а что благодаря мне он вообще появился на свет. Честно признаться, я и сам не до конца этому верил, однако все же был рад. И сейчас я понимал, что ему просто нужен совет, ведь обратиться ему и не к кому. Думаю, такие проблемы обсуждают не с друзьями, а именно с отцами, которые должны поддерживать своего ребенка.
Габриэль внимательно следил за тем, как я издеваюсь над кофе. Понимаю, сам не люблю перебивать вкус продукта, но что поделать, если какао у них не было? Однако я не стал объяснять сыну, зачем я все это делаю, ведь у каждого свои вкусы, верно?
-Я бы не сказал, что ты предсказуем, просто ты на меня похож.. – уже как-то тихо проговорил я. Да, я ловил себя на мысли, что мы очень похожи, он напоминал меня в молодости. И ведь я тоже не знал к кому обращаться, хоть и не был влюблен так, как сейчас.
Все остальное время я старался не перебивать Габриэля и просто слушал его. Каждое его слово о Дэмиане было пропитано нежной любовью, если бы я мог, то наверняка услышал бы, как трепещет его сердце от одной только мысли, как сильно он привязан к своему парню. И я не мог не улыбаться, видя, сколько вдохновения приносят ему его слова. И как только он закончил свою речь, он притаился, словно до конца не мог понять, какая же у меня может быть реакция, стыдливо отводя взгляд в сторону кофейной чашки, словно он готовился услышать какое-то осуждение с моей стороны. Но его не было. Просто потому, что за любовь не осуждают.
-Знаешь, Шерон не простой человек. Когда я только с ней познакомился он была более черствой, что ли. И уговорить ее на сожительство уже было настоящим подвигом. И казалось бы, живи в свое удовольствие, ведь ты ее любишь, верно? Но я тебя понимаю, хочется, чтобы даже на документах любимый человек полностью принадлежал тебе. Но свадьба – это не насильственная процедура, - улыбнулся я, желая успокоить сына, - знаешь, когда я делал предложение Шерон, я не думал о том, что я привязываю ее к себе или ограничиваю. Брак – это свобода. Свобода для двоих. Ты зря боишься.
Никогда не мог подумать, что быть отцом так сложно. Давать совет, стараясь быть тактичным и убедительным, не так просто.
-Забавно, я думал, что свобода, это когда делаешь все, что хочешь, тебя ничто не обязывает, живи как хочешь, губи жизнь, как хочешь. Собственно, как я и делал. Вспомни, каким я был, до того, как встретил Шер? А когда влюбляешься, хочешь всем, в том числе и любящим мужем. Я думаю, ты можешь смело делать предложение, не думай ни о чем, делай так, как велит сердце.
Я не знал, что еще сказать Габриэлю. Однако его страх был, пожалуй, глуп. Как можно думать, что ты привязываешь кого-то к себе? Я более, чем уверен, что Дэми будет счастлив от того, что Габи решился на такой ответственный шаг.
И что же такое брак? Что же, это когда возвращаешься домой, где царит уют и покой, который ты искал всю жизнь, и вдруг нашел. Это когда думаешь только о своей половине, хочешь оберегать ее, заботиться о ней. Когда встречаешься, все же, это другое. Первая ступень. И я понял, что нужно было сказать об этом с самого начала, предупредить.
-Габи, послушай, конечно, я не могу ручаться, что все будет хорошо. Брак – это работа. Работа над отношениями. Когда человек только влюбляется, он разводит костер. Сначала он огромный, но если не подкидывать дров, в конце концов он потухнет и останется одна лишь зола. Если ты чувствуешь, что готов идти дальше, подкидывать дрова, то я могу только поддержать тебя.
Мне казалось, что я слишком болтлив. Однако Габриэль продолжал молчать, и мне становилось не по себе. Почему он молчит? Он не согласен с моими словами, с моими размышлениями? Я не знал, он был таким задумчивым, на минуту мне показалось, что он вовсе сейчас не со мной.
-Габи? – тихо позвал его я, пытаясь заглянуть в его темно-карие глаза. Точно такие, как у меня. Увидев этот шоколадный взгляд, я улыбнулся, ожидая хоть каких-то слов от сына.

+1

6

Этьен был рассудительным и спокойным, с каждым произнесенным словом мужчина словно становился увереннее в себе, его едва ощутимое волнение, что я заметил в первые минуты после встречи, решительно отходило на второй план, за что я был ему крайне благодарен. Я очень переживал, но основной причиной этих переживаний был вовсе не страх - одобрит ли отец мои намерения, а то, смогу ли я сделать все правильно не напугав Дэми своей решительностью спустя столь короткое время с начала наших отношений. Мы официально были вместе чуть более полугода, немногим меньше жили вместе и я уже и так считал его своим. Своим всем - своей жизнью, своей любовью, своим самым родным человеком, своей семьей и своим мужем, но Моро был абсолютно прав - даже не бумаге хочется видеть и ощущать его целиком и полностью своим, хочется надеть ему на палец неброское изящное кольцо, которое громче любых сирен кричало бы о том, что он только мой. Навсегда мой. Я никогда не был с любимым настолько откровенным, что бы признаться и рассказать обо всех своих размышлениях, обо всех своих намерениях и планах, однако я неоднократно говорил парню, что в моей жизни нет и не будет ничего важнее него и первый человек, которому я рассказал все как на духу, был мой отец. Приятно осознавать, что такой человек есть в твоей жизни, что одно его присутствие рядом может помочь справиться с собственными страхами и волнением, помочь прийти к правильному решению, а мудрый совет взрослого человека и вовсе дорогого стоит. Я никогда ранее не знал этого, все эти несколько лет, что я живу в Сакраменто, мне попросту не к кому было обратиться за помощью и приходилось справляться со всеми своими переживаниями самостоятельно, частично делившись ими с Дэми, но на многие вопросы не мог мне ответить и он, потому как просто не имел необходимого жизненного опыта.  Этьен тоже, насколько я знаю, не был влюблен в мужчину, да и разве этот нюанс имеет какое-то значение? Чувства они и есть чувства, любовь одинакова всегда, а влюбленный и полностью охваченный этим безграничным чувством человек, всегда мыслит одинаково, боясь потерять свое счастье. В какой-то степени, официально вступив с Дэмиэном в брак, я и правда хотел удержать его рядом с собой, хотя и знал, что по сути нам обоим, что бы быть вместе и быть счастливыми, никакие штампы, бумаги и кольца не нужны, но я хотел настоящую семью, я хотел в будущем иметь детей с любимым человеком, так что рано или поздно нам все равно пришлось бы пойти на столь ответственный шаг. Но лучше рано, чем поздно, к тому же я хотел на нем жениться и иметь полное право называть Дэми своим мужем не потому, что это "нужно", а потому что я хотел этого всем сердец, всей душой, потому что любил его больше жизни, ставшей бы столь бессмысленной, не будь у меня Гудмэна.
            Я слушал Этьена, его красивые лирические рассуждения, переплетающиеся с собственными историями, улавливал проскальзывающие слова о нашей схожести, но мыслями был далеко отсюда, полностью погрузившись в размышления, так что даже вздрогнул, когда отец попытался меня вернуть к реальности, обратившись по имени и заглядывая в глаза.
          - Да-да, прости, я тут. Просто снова задумался... Я полностью к этому готов и, более того, я очень этого хочу. У меня никогда не было настоящей полной семьи, я был предоставлен самому себе, находясь под слабым присмотром мамы, бабушки и старших братьев. Я был, скорее, уличным ребенком, развлекавшим себя как только умел, но, встретив Дэмиэна, я изменился, как мне кажется. Мне уже не нужны эти шумные компании, веселье, гулянки, мне хочется уюта, мне хочется иметь семью, и я понимаю, что он и есть моя семья. Ты даже не представляешь как я боюсь его потерять... - Я потер переносицу, касаясь ладонью лба, тем самым немного прикрывая глаза - В таком случае у меня просто не останется смысла жить дальше. Я часто ловлю себя на этой мысли, осознавая этот страх, и у меня никак не получается от него избавиться. Я сейчас очень счастлив и, может я покажусь наивным идиотом, но мне не нужны дорогие машины, безлимитная кредитка, какой-то немыслимый статус в обществе или известность, о которой я мечтал несколько лет назад. Все, что мне нужно для счастья, это что бы Дэми был рядом и любил меня. И он любит меня, я чувствую это в каждом его прикосновении. Именно этого я и боюсь лишиться. Закончив говорить, я вновь опустил глаза, изучая столешницу и ощущая себя крайне неловко после таких откровений. - Извини. На самом деле я не собирался этого говорить.

+3

7

Габи был очарователен. Глядя на него, на его отрешенность, на его волнение, вызванное то ли нашей встречей, то ли грядущими событиями, я невольно отметил, что он походил на девушку с картины Ренуара. Та же отрешенность, та же задумчивость. Он словно делает все на автомате, но никто даже представить не может, что твориться в ее голове, что творилось в голове Габриэля. Эта картина "Завтра гребцов", а девушка, если не ошибаюсь, французская актриса Эллен Андре. Я улыбнулся своим же наблюдениям.
В какой-то степени я понимал сына, и не понимал его совсем. В его возрасте я не сталкивался с подобными проблемами, однако выбор кольца приятнее, чем выбор между абортом и свадьбой. Но я знал, что значит делать шаг самому. Это сложно, когда ты даже не можешь не то, что посоветоваться, а просто поделиться своими мыслями, своими переживаниями. Габи мог это сделать, доверившись мне. Я всегда старался быть максимально открытым для него, еще тогда, когда мы работали вместе. Еще тогда я хотел показать, что я не просто начальник, я друг. Когда я только проходил практику в Париже, у меня был такой начальник или же наставник, можно и так, ведь он и правда научил меня многому. От проектирования до взаимоотношений в коллективе.
Однако пауза затянулась, поэтому мне пришлось потревожить Габи, вернуть его в реальность, отрывая от надоедливых мыслей. Я знаю, что значит принимать непростое решение. Но стоило ему заговорить о семье, как я стал ощущать вину. Да, хоть я и успокаивал себя тем, что ничего не знал, я понимал, что незнание не избавляло меня от ответственности. Я лишь тяжело вздохнул, взгляд мой погрустнел. То, что у парня сломана какая-то часть жизни - моя вина.
-Мы меняемся ради тех, кого любим. Если ты ощущаешь себя свободным рядом с Дэми, значит он твой человек. Главное не ощущать себя цепным псом, каким я был в первом браке, - я улыбнулся Габриэлю, понимая, как сильно отношения влияют на жизнь. Мою изменили кардинально, видно, сын тоже столкнулся с изменениями. И привычное стало непривычным, а непривычное стало в порядке вещей. Вот так все сложно и просто одновременно. 
-Понимаю, хорошо понимаю... - я замялся, потому как я знал, что Шерри не уйдет. Ее могут разве что забрать у меня. Как? Пусть пулю.. нет, я не хочу об этом думать, мне становится страшно, невыносимо страшно, что хочется сорваться и поехать ее искать. В такие моменты не важно, что она делает, занята ли, пустят меня, главное увидеть ее глаза. Убедиться, что я трусливый идиот, что все хорошо и нечего бояться.
-Что же, если Дэми пробуждает в тебе самые прекрасные чувства, эмоции, а главное, делает человеком, живым, полноценным человеком, чего ты боишься? Во всяком случае, чтобы ты боялся меньше, я благословляю ваш будущий союз, - я мягко улыбнулся и хлебнул еще кофе. Понимая, что это не мой напиток, даже в таком полумертвом состоянии, я заказал просто теплое молоко и печенье. Макая овсяное печенье в свой напиток, я откусывал его. Мне хотелось помочь Габи не только разобраться в сомнениях, но и в наших отношениях.
-Я могу называть тебя сыном? - тихо спросил я, глядя на него с какой-то надеждой, - Знаешь, когда мы с Шерон ездили во Францию, я приехал к отцу. И мы поговорили. Он долго меня отталкивал, делал вид, что я его не интересую, а потом что-то случилось, он без конца твердил, никогда не поздно. И знаешь, не поздно обрести отца и сына сейчас. Я хочу позаботиться о тебе. Конечно, наверстать упущенное уже не получится, но ведь можно попытаться быть хорошими друзьями? И, знаешь, как хороший друг, я бы тебе сказал, что нечего сидеть сейчас здесь и бояться, лучше купи кольцо или как вы делаете предложение? Как и все, верно? Прости, если задел тебя, просто я все же традиционалист, - я виновато посмотрел на сына, в порыве я брякнул не подумав, что его может задеть, что я разделяю гетеро и гомо. Я кротко улыбнулся и положил ему на блюдце овсяную печенюгу.

Отредактировано Étienne Moreau (2013-09-27 22:30:25)

+1

8

Как бы странно это не звучало, но рядом с Дэми я и правда был свободен. В его отсутствии я находился словно на привязи возле его образа, во власти его прикосновений, поцелуев, его голоса и запаха кожи, но стоило только взять его за руку, прижать к себе, я будто делал глоток свежего воздуха и ощущал на коже теплые лучи солнца. Он делал меня живым, он давал мне возможность чувствовать, он любил меня. Это было, как мне казалось, наивысшей степенью счастья, какое только может испытать человек, и я ни за что на свете не хотел теперь этого лишаться. Я чувствовал, что он мой, во всех смыслах мой - мой человек, единственный, кто был мне необходим. Я всегда это знал, понимал и чувствовал, что только сейчас Этьен окончательно буквально вдолбил мне это в голову, заставив принять это как данность, нерушимую никакими "если", никакими страхами, и я был очень ему за это благодарен.
          Меня совершенно не пугали мысли о самой свадебной церемонии, о моменте обмена кольцами и подписями, фиксирующими этот факт; меня не пугало то, что я до конца своих дней я буду нести ответственность за Дэми, даже тогда, когда у нас с ним будут дети, ведь я ни за что и никогда не стану любить его меньше и только он всегда будет занимать первое по значимости место в моей жизни. - Ты совершенно прав... - кивнув в знак согласия я сделал еще пару глотков уже немного остывшего кофе из своей чашки - Мне не нужен никто кроме него и нет смысла тянуть, ждать подходящего момента, потому как тут каждый момент - тот самый, да? Спасибо за поддержку, все же она была мне важна. Мама еще ничего не знает. Она даже о Дэми знает весьма поверхностно.. Она очень эмоциональная, тут же надумает себе непонятно чего и будет переживать, а я не хочу этого. Мне бы хотелось, что бы она приехала в Сакраменто и познакомилась с ним лично, но едва ли она приедет... - что бы не показывать всей той грусти, что сейчас стояла у меня в глазах, я опустил голову, водя кончиком пальца по ободку опустевшей чашки и слушая мужчину. Наш разговор шел легко и гладко, без неловких молчаливых пауз, повисших в воздухе или какого-то напряжения по причине непонимания друг друга, так что на следующую реплику Моро я без раздумий ответил положительно - Да, можешь. Думаю, мы ничего не потеряем, если попробуем стать семьей. Я никогда не называл отчима отцом, никогда не относился к нему как к члену семьи, считая его не более чем приятелем, и, уж тем более, я и представить себе не мог, что в один момент пришел бы просить у него совета или разговаривать о своем парне. Я не очень понимаю и того, как решился поговорить с Этьеном, но я точно не считал это ошибкой и не жалел об этом. - Мы в принципе как все, папа. - последнее слово, которое я произнес по отношению к Этьену в первые, я произнес по слогам, даже по буквам, вытягивая каждую и постепенно говоря тише и тише. Меня это не задело, я давно привык что многие меня и за человека не считали, но слышать такое от родного отца, который пятью минутами ранее благословил мой союз с другим парнем - было немного дико. Проследив за его рукой, кладущей мне на блюдце одно из своих печений, я улыбнулся уголками губ - Все в порядке. Все нормально. Ты поможешь мне выбрать для Дэмиэна кольцо?.

Отредактировано Gabriel Livano (2013-09-28 22:44:14)

+3

9

Кажется, после моих напутствующий слов, Габи как-то расцвел. Я не знал, в чем секрет подобного преображения всего за одну минуту, но я был рад видеть воодушевление, переполняющее сына. Глаза его заблестели, словно он наконец-то понял, осознал простую истину. Он походил сейчас на школьника, который наконец-то разобрался с непокорным математическим примером, все выстроилось в одну прямую линию, и хаос превратился в гармонию.
И я его понимал. Когда начинаются серьезные отношения, когда ты понимаешь, что ты и дня прожить не можешь без любимого человека, все путается. Прошлое и будущее начинают воевать друг с другом, соперничать. И в настоящем наступает неразбериха. Помню, как я не мог понять, что со мной происходит. Да, это странно, но впервые влюбился, по-настоящему, истинно, именно в Шерон. В двадцать лет, испугавшись, можно сослаться на неопытность, я же в свои сорок никак не мог себя оправдать. Рискнув всем, я превратился в мальчишку, который готов идти на самые невообразимые, самые безумные поступки. И сейчас, я готов был совершить подвиг ради любимой, и глядя в блеск глаз Габи, понимал, что он такого же мнения, что он чувствует то же самое к своему парню, что и я к своей жене. И я не мог не радоваться. Ощущать это теплое, нежное чувство, которое невозможно ни с чем сравнить. Чтобы понять нас, нужно быть на нашем месте.
-Мама? Она не знает? - для меня это стало настоящим откровением, что я, по сути, чужой человек, удостоился быть посвященным в эту правду первым, - почему ты решил, что она будет переживать? Ты думаешь, она не поймет тебя, или, чего хуже, запретит тебе жениться? Послушай, ты уже взрослый, никто, даже мама, не должен ограничивать тебя. Ее задача была родить и вырастить тебя, что она сделала. Живи так, как хочешь ты, а не как хотят другие, хорошо?
Перспектива, что все расстроиться от желание его матери меня не радовало. И мне не хотелось бы, чтобы все вот так заканчивало. По сути, слова близких в подобных вопросах мало что значат. Ведь какие они близкие, если ближе любимого человека нет и не будет никого? Любовь - это не разум. Любовь - это чувства.
А тем временем мне принесли новый заказ, и разговор, как мне казалось, проходил просто отлично. Как и должен был проходить всегда у отца и сына. Но опустим обстоятельства, по которым подобных бесед не было никогда. Я мягко улыбнулся, когда он разрешил мне называть его сыном. Казалось, я начал добиваться его расположение, но я и не задумывался, что добился его гораздо раньше, просто обида Габи не давала ему вновь приблизиться ко мне. И сейчас, отпуская обиды прошлого, он был готов принять меня и это радовало. И все же, грубо говоря, на радостях, не думая, я брякнул глупость, от которой мне стало не ловко. В знак осознания своей вины и просьбы простить меня, я угостил сына печеньем. Неловкая пауза образовалась между нами, потому как я старался пока не говорить, чтоб не смутить его еще больше.
-Помогу конечно, еще спрашиваешь! - улыбнулся я, пропитывая свои слова энтузиазмом. Я помнил, как выбирал кольцо любимой, как я волновался и как я злился, что мой заказ задержался. Все должно было быть идеально, и хоть выбор дня был странным, я ничуть не жалею, что сделал предложение в свой День Рождения. Я никогда не любил этот праздник, а теперь, когда наша помолвка в один день, я вижу больше смысла в 17 сентября. Посмотрев на сына, заглянув в его глубокие карие глаза, я сделал то, чего раньше никогда не делал по отношению к нему. Позволив себе прикоснуться к его руке, я сжал ее, словно физически пытался показать ему свою поддержку.
-Габриэль, я хочу, чтобы ты мог положиться на меня. Не бойся ничего. Не обращай ни на кого внимания, даже если я говорю какую-нибудь глупость. В первую очередь - мы люди. Человек любит человека. Естественнее этого нет ничего.
Я отпустил его руку. Молча смотрел в его глаза. Мне хотелось, чтобы он видел во мне отца, именно отца и никого больше. И я не мог объяснить этого желания. Я расплатился за нас, попросив Габи не беспокоиться, убедив его в том, что я угощаю, и что ему еще покупать кольцо. Перед тем, как поехать в ювелирный магазин, я позвонил Шерон. Она не брала трубку, тогда я написал ей смс: "Позвони мне, как сможешь. Скучаю по тебе. Люблю"
Улыбнувшись тому, что я написал, я отправил жене. Мы с сыном прошли к машине, и уже в салоне автомобиля, я у него поинтересовался:
-А ты уже знаешь, в каком салоне будешь покупать кольцо? Или будем импровизировать?

+1

10

Мысли о маме навевали на меня грусть и тоску - тоску по родному дому, по своей большой и странной, но все же семье, которую я не видел уже несколько лет. Первое время, как я обосновался в Сакраменто, у меня, если честно, не было особого желания их навестить, даже телефонные разговоры были столь нечастыми, что иногда я с трудом мог в памяти оживить мамин и бабушкин голоса; со временем мое отношение начало меняться, но, как бы я не хотел оказаться на Родине хотя бы на несколько дней, было сложно урвать на это время в связи с тем, что я совмещал учебу и работу, в которой весьма преуспевал, находил себя. Мне казалось, что с появлением Дэмиэна в моей жизни все разделилось на до и после, на прошлое и настоящее, а между двумя этими временными промежутками пролегла жирная черта. Там, в Испании, у меня была совершенно другая жизнь, я сам там был другим и, вспоминая об этом, я едва ли узнаю в том парне нынешнего Габриэля, того, каким я стал рядом с Гудмэном, того, каким именно он меня и сделал. Стараясь не смотреть Этьену в глаза и не позволять ему заглядывать в мои, я продолжил - Нет, ты не так понял. Мама прекрасно знает о том, что я, как ты говоришь, не как все. Она приняла это, она не изменила своего отношения ко мне, за что я ей и благодарен, но я не могу сказать этого об остальных членах своей семьи. Например, о ее муже или ее матери, моей бабушке. Она, наверное, не совсем понимает что это значит, ее никто особо не посвящал в это, но я уже давно не ее любимый внук, а для отчима я чуть ли не извращенец, опозоривший его, я бы даже сказал якобы его, семью. Взаимоотношения с родственниками не были основной причиной моего побега, хотя я и искренне ненавидел отчима, а тот отказывался принимать меня, мне просто хотелось быть независимым, самостоятельно управлять своей жизнью, без чьего-либо контроля, без указаний и напутствий, которые только сбивали меня. Хотелось жить так, как я считаю нужным, иметь возможность не стыдиться своих чувств, ведь я понимал, что если встречу и полюблю кого-то, дорога для нас обоих в "родительский дом" будет заказана, а я не хотел для себя такой жизни. - Просто она замужняя женщина, воспитанная в старых традициях, хоть факт моего рождения и говорит об обратном, и должна слушаться своего мужа. Я пойму, если она не приедет на нашу с Дэмиэном свадьбу. Я знаю, я уверен на девяносто девять процентов, что именно так и будет, и я не виню ее. У каждого своя жизнь и каждый проживает ее как может. Разговор зашел уже совершенно не в то русло, я совершено не хотел откровенничать с отцом, рассказывая о том, как я жил в Испании, как жила и живет моя мама. Мне кажется, это не очень-то его касалось, к тому же я в принципе не любил касаться этой темы, запрятанной в старый ящик, покрытый толстым слоем пыли. - Спасибо, что поддерживаешь меня, как ты теперь знаешь, мне правда не к кому было больше обратиться. И я не откажусь от Дэмиэна кто бы что ни говорил. Я могу делать выбор и расставлять приоритеты, наверное, это мне досталось от тебя. Я оставил все позади и ушел не оборачиваясь; здесь и сейчас у меня та жизнь, которую я хочу, рядом со мной тот человек, которого я хочу видеть рядом с собой, это самое главное и самое важное. - Последнюю фразу я произнес твердо и уверенно, словно подводя итог нашего разговора, стараясь показать, что я настроен решительно и не намерен сдаваться. Хотя, почему только старался? Так ведь было на самом деле, я твердо знал, чего хотел.
            Меня очень радовал тот факт, что Моро не стал затягивать с покупкой кольца и откладывать это в дальний ящик. Наверное, в моих глазах и словах отчетливо читались уверенность и нетерпение приблизить это событие, даже несмотря на мои страхи все испортить, попросту не справиться эмоциями и предстать перед любимым несмышленым волнующимся до безумия мальчишкой, держащим в руке коробочку с кольцом. - Неееет. - я покачал головой, смущенно улыбаясь - У меня нет опыта покупки украшений, я знаю только те салоны, чьи названия на слуху, да и о тех кроме названия ничего не знаю. - я пожал плечами - Так что я тут полностью полагаюсь на тебя, папа.

+3


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Отцовский совет