Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » - мы не ждём перемен, тишина - абсолют.


- мы не ждём перемен, тишина - абсолют.

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Кто?  Скарлетт, Бонита и Руни;
Где? США, Нью-Йорк;
Когда? Конец сентября, 2013;
При каких обстоятельствах? Иногда кажется, что Скарлетт Браун самый невезучий челвоек на свете. На этот раз внеплановая задержка, именно в тот момент, когда казалось, жизнь прекрасна и все прошлое осталось позади. Несколько тестов на беременность, все положительные, и девушка неминуемо осмеливается на разговор с подругами, в надежде, что те помогут ей хорошим и дельным советом.

Отредактировано Rooney Larkin (2013-09-17 19:03:36)

+2

2

Вот уж не думала, что в скором будущем я окажусь в такой ситуации. Мне казалось, что моя жизнь наконец наладилось, прошлое осталось далеко позади, как и мои неудачные романы, о которых я, от чего-то, до сих пор грезила. Как часто Макс и Митчелл приходили ко мне в моих снах? Этому сложно вести счет, как и тому, как часто я вспоминала о них, бодрствуя. Но я искренне верила, что это лишь временное явление, лишь шутка природы, душа не может болеть, я просто должна отвыкнуть, должна дать себе время забыть.
Но кто же знал, что мои мужчины так быстро о себе напомнят? Неожиданная задержка, три положительных теста на беременность, упаковка неиспользованных так же лежит в сумочке, дожидаясь своего часа, когда я вновь засомневаюсь и решусь удостовериться.
Это плохо, очень-очень плохо, и утром, сразу после душа, когда я должна ыбла собираться на работу и думать о своей будущей карьере, я сидела на крышке толчка, терроризируя пустым взглядом заветную бумажку с такими четкими, и такими ранящими сердце, двумя полосками. И что мне теперь делать? Я даже не знала точно, кому принадлежит данный плод.
Плод… Я запрещала себе даже мысленно называть это существо ребенком, не позволяла себе даже думать о том, что у него тоже есть сердце, и оно тоже понимает все, что происходит вокруг. Лишь этим медицинским термином, как будто это всего лишь лишняя родинка на моем лице, или случайно появившийся прыщ. Я знала, что его ждет, я не могу стать матерью, не могу позволить себе пойти на такой отчаянный и рискованный шаг. Мне нужна поддержка, мне нужно одобрение, я хочу зарыться в волосы Бони и зарыдать в голос от собственной глупости и непрошибаемости, но я даже не знала как я расскажу ей всю эту запутанную историю.
Шерил не знает ни о чем, ни о том, что я спала с Максом, ни о том, что мы, два обезумевших от чувств, человека совершенно забыли о контрацепции. Как я могла? Почему я не подумала? Словно я не знала, к чему могут привести случайные связи. Или это все-таки старания Митчелла?
Попытавшись установить хронологию событий, я лишь еще больше запуталась, хватаясь за виски и пытаясь унять головную боль. Чертовски сложно, только я могла оказаться в такой ситуации, только мне, Скарлетт Метти Стоун так смертельно везет.
Бони проплывала мимо дверей ванной нашей съемной квартиры, где мы жили втроем, и я резко схватила ее за руку, притягивая к себе и наклоняя, чтобы прошептать ей на самое ушко.
- Мне нужно с тобой поговорить.
Никакой работы, никаких дел, подруг и гуляний. Ты нужна мне, мне сложно говорить, но я должна это сделать.
Прошу ее сесть напротив, на край ванны, на коврик на полу, без разницы, а сама тянусь за своим телефоном, отправляя сменщице короткое сообщение о том, что у меня несварение желудка. У нас есть пару часов, и я надеюсь мне их хватит, поговорить с подругой, услышать ее совет, понять, что она считает точно так же. Я не монстр, я всего лишь девушка, которая запуталась в жизни, которая натворила кучу ошибок, и не хочет ошибиться еще раз.
- Бони… - спотыкаюсь, словно иду по мокрому полу, сглатывая слюну и поднимая на нее печальные карие глаза. – Ты даже представить себе не можешь, как мне сложно говорить об этом. – сжимаюсь так, словно боль пронзает мое тело, закрываю лицо в ладонях, мой голос тихий и размеренный, я стараюсь говорить шепотом, чтобы не разбудить Руни и не привлечь ее внимание. Она была моей подругой, я любила ее, доверяла, но пока наше общение в реале не перешло на ту грань, чтобы я могла так просто говорить с ней на такие темы. Мне попросту было стыдно, стыдно представать перед ней в своем истинном образе – истеричной, склонной к самоубийствам, шлюшке. – Когда я ездила к Максу прощаться, мы не только разговаривали. – Я думаю, Шерил догадывалась, уверена, что она знала, но ввиду своей деликатности не стала меня расспрашивать. Бони всегда была очень корректной в таких вопросах. – И с Митчем я спала, ты это знаешь, в общем… - сказать самую важную новость оказалось сложнее всего. Как рвотный позыв пустотой, нет сил сказать эти слова вслух. И я просто протягиваю ей белоснежную ленточку с двумя отчетливыми полосочками. – Я не знаю, что мне теперь делать. Я этого не ожидала. Не знаю, чей он. – в смысле ребенок, в смысле плод, я не знаю, кто его отец, да и имеет ли это значение, если выход только один?

+1

3

Это может быть стук, а может быть правда,
Может вчера, а может быть - завтра,
Всё опять начнётся, как спам, антивирус
Уже не поможет нам, никто не поможет нам!

Наша жизнь в шумном мегаполисе, столице мира, складывалась весьма успешно. Конечно, мы не жили как наследницы нефтяной империи, у нас не было ступенек с подогревом в ванной комнате, да и вообще съемная квартира выглядела достаточно просто и примитивно, но мы были счастливы и свободны!...
Руни оказалась нормальной девочонкой, не особо дружелюбной и разговорчивой, но жить мне она не мешала, да и к моей подруге особо не лезла, вела себя сдержано и деликатно.
Для уроженки Нью-Йорка она выглядела простовато, обычная серая мышь, каких в этом городе полным полно, стоит только спуститься в подземку.
Единственное, что меня раздражало, так это то, что девочки каким-то образом умудрились снять комнату с фортепиано, и наша доморощенная звезда все время на нем играла. В такие моменты мы с Метью уходили на кухню или в другую комнату и болтали. Я была в ней  уверенна на все сто процентов, хоть и опасалась по началу того, что она променяет меня на новую подругу, тем более после того, как узнала, что в момент знакомства наша дружба была лишь мишурой. Но то было давно и неправда, сейчас же я очень любила и ценила Метти, верила в ее силы и поддерживала в любых начинаниях. С работой мне не так везло по той простой причине, что ничего делать я не умею, кому нужна молодая и неопытная девчонка? Официантка из меня никудышная, это я выяснила тогда, когда уронила два подноса в один день и, не  дожидаясь увольнения, ушла сама. Для курьера я слишком плохо знала город, да и личного автомобиля у меня не было, а баристы без опыта нигде не требовались. В итоге сейчас я уже вторую неделю работала  диайнером-флористом в небольшом цветочном магазине. Говоря простым языком – собирала и продавала букеты. Работа не из легких, но пока не успела мне надоесть, да и косячила я не сильно много.
Так вот, я пришла домой, стянула свои высокие сапоги и оглядела квартиру, было подозрительно тихо. Руни, кстати, училась в школе, поэтому дома бывала часто, а у Скар сегодня выходной. Эти сучки веселились без меня, ну я им покажу!
Мы немного поболтали ни о чем все втроем, делясь событиями за день – я продала один букет из тридцати роз, послала одну придирчивую клиентку нахуй и взяла два мужские визитки, ничего особенного, они же смотрели сериалы и гуляли в парке.
Ближе к вечеру, когда я собралась умыться перед сном, проходя мимо ванной, почувствовала, как меня схватила ледяная рука.
- Ой! Ты чего, - произношу шепотом, сворачивая в уборную и с удивлением глядя на подругу. Что она задумала? Если мы хотели посекретничать, то обычно ходили на кухню. Да и Ларкин, кажется, понимала нас и никогда не лезла к нам в такие моменты, упиваясь своим фортепиано.
- Прямо здесь? – Я даже разволновалась, о чем можно говорить в уборной комнате? Примащиваю свою попу на край ванной, упираясь в эмалированное железо ладонями.
- Да? – Теперь мне становится не только волнительно, но и страшно. Да что случилось, черт возьми? Не люблю надумывать, люблю получать правду-матку сразу в лоб.
Не перебиваю ее, внимательно слушая каждое слово, только так я смогу понять причину такого напряжения и печати «секретно».
Замечаю, что с каждым следующим словом подруга становится все более напуганной и бледной, словно из нее вытягивают жизнь. Ох, Скар, не томи, а то и так страшно!
- Я догадывалась, - лепечу немного растерянно, наклоняя голову на бок и глядя в глаза Браун.
Она дает мне в руки… Точно не знаю, то это, но кажется, тест на беременность. Во многих фильмах его показывают крупным планом, он похож на градусник,  самой же мне его опробовать не доводилось.
- Чей тест? – Округляю глаза, забирая его из рук Скарлетт и поворачивая к верху ногами, вдруг картинка изменится? Но нет, все по прежнему.
- Или ребенок? – Я слишком громко произнесла последнее слово, от чего тут же шлепнула себя по губам и закрыла рот рукой, правда вскоре его снова пришлось открыть.
- И что ты собираешься делать? – Если честно, я собиралась предложить ей аборт. Я циник до мозга костей и считаю, что заводить ребенка,  когда ты сама еще ребенок, когда в жизни все шатко и не стабильно, когда даже не знаешь от кого он – минимум не мудро. Да Макс и Брин ее порвут на куски, если узнают.
- Да… Знаешь, Нарцисса на днях обещала перевести мне деньги за тот случай, - не надо на меня так смотреть, конечно я от них не отказалась, - так что можно потратить их с пользой. Ты много раз выручала меня, я выручу тебя, надо только назначить день. – Умная Бони все решила, все придумала, ай да я, ай до молодец.
Кладу руку Скар на плечо, бережно проводя по нему и обнимая девушку, утыкаясь носом  в ее ароматные волосы и поглаживая по голове.
- Не переживай, все будет хорошо, многие это делают. – Говорить то проще, оно и понятно, но что я могла сейчас сделать еще? Ничего.
- А этой ты скажешь? – Киваю на дверь, словно опасаясь, что Руни нас услышит.

+1

4

[mymp3]http://ato.su/musicbox/i/1013/73/ceae6c.mp3|*__*[/mymp3]

Никогда не думала, что я такая депрессивная личность, никогда не показывала своих истинных эмоций и всегда привыкла со всеми своими проблемами справляться сама. Правда еще год назад в моей жизни не было никаких трудностей, у меня была полная семья: заботливая мать, любящий отец и неплохие сестры. Пусть мы и жили в разных комнатах с тех пор, как появилась Эльза  (Алисе, как более сознательной и домашней поручили присматривать за младшей), мне не хватало этих девчонок. Иногда, когда младшей Норман не было дома, я брала ее книги, милые, наивные, пронизанные добром. Я листала их, смотрела картинки, вдыхала запах краски или пыли и ставила на место. Это может показаться  странным, но я скучала по разговорам с Алисой, точнее с ее спиной, когда она сидела у компьютера, а я пыталась уговорить ее сходить в кино. Но у сестры была на все одна отговорка, зачем идти куда то, если можно скачать и посмотреть дома?
Не знаю, была ли она такой домоседкой или ей просто не нравилось мое общество, но спустя некоторое время я перестала к ней приставать с гулянками и маниакальным  желанием поработать ее стилистом. А что, если я хотела покрасить волосы в необычный цвет или попробовать что-то новое, мне казалось, что очень удобно сначала опробовать это на своей сестре, но она не давалась. Поэтому я сразу пробовала на себе, результат – татуировка, сделанная в шестнадцать лет, проколотые нос, бровь и уши.
Так вот  в шестнадцать лет моя жизнь была сказкой из книги, из той самой книги, которая до сих пор покоится у Эльзы на стеллажах.
Сейчас же я чувствовала себя разбитой и совершенно одинокой. Как только я вернулась в Нью-Йорк, то мы сразу же подали заявление в полицию, но по статистике пропавших людей такого возраста находят очень редко, и еще реже живыми. Конечно, случаются мифические истории о том, как ты шел, тебе на голову упал кирпич, далее потеря памяти и все как в кино, но я думала, что мой отец уже мертв. Я чувствовала это. И мне казалось, что сестры причастны к его смерти, но у меня в голове не укладывается, как можно убить родного отца, зачем? Мать держалась на работе из последних сил, и приходя домой, каждый вечер падала на кровать, пила и рыдала. Мне было ее жаль, но я ничем не могла помочь. Все больше времени я стала проводить вне дома.
Мы все так же переписывались со Скарлетт по сети, она поддерживала меня, как могла, и все же не спешила сорваться с места и приехать меня утешать, впрочем, она даже не звонила.
И вот в начале сентября она должна была приехать в Нью-Йорк. Не ко мне, разумеется, просто они с Бони решили тут пожить, а я так, между делом.
Я очень боялась и ждала этой встречи, и тем не менее не стала делать ничего сверхъестественного, чтобы выглядеть лучше, чем я есть.
Скарлетт, теперь уже Браун, оказалась открытой, приветливой и искренней девушкой, но слишком крутой для того, чтобы я могла с ней вот так просто общаться. Одно дело в интернете и другое – в жизни. Но виду я не подавала и все так же старалась быть собой.
Бони… Мне кажется, она невзлюбила меня сразу в тот миг, когда наши взгляды встретились.
Не понимала, что в ней есть такое, чего нет у меня. Шерил старалась быть милой и вежливой, но я понимала, что это только маска, за которой скрывается подлая и расчетливая девица, общающаяся со Скар только ради ее денег.
Как то так вышло, что три недели назад мы решили снимать квартиру вместе – я не хотела им мешать, но и возвращаться домой для меня было пыткой. Никогда в жизни мне еще не было так плохо, потому что каждую минуту своей жизни я думала о папе и о сестрах. Где они сейчас, что с ними? Живы ли, здоровы? Может быть им нужна помощь, а я не знаю об этом. Уже практически год я плачу по вечерам, но девочки об этом не знают. Они увлечены работой, парнями, какими-то своими проблемами и секретами, в которые меня не посвящают.
Сегодняшний день для меня не отличался от всех других за этот год, мы с Метью посмотрели «Американские истории» и пошли в парк, что располагался в нашем районе, благо погода пока располагала к прогулкам.
Я почти все время молчала, в большинстве своем мне нечего было ответить на ее истории. Затем мы вернулись домой, а вечером пришла и Шерил, довольная и веселая. Ужин удался, мы смеялись и обсуждали актеров сериала. Затем я ушла в комнату, хотелось немного побыть наедине со своими мыслями и поиграть на фортепиано, а в одиннадцать я легла спать. Последнее время я всегда ложусь очень рано. На моей тумбе стояла фотография нашей семьи, я мысленно пожелала им спокойной ночи, где бы они не были, молясь о том, что и у Алисы с Эльзой есть кров над головой.
В квартире было очень тихо, я лежала и прислушивалась к звукам, различая едва уловимое шебуршание в ванной. Я сразу поняла, что Метт и Бонни там закрылись и о чем то разговаривают. Поднявшись на ноги, я тихо-тихо босыми ступнями пошла по коридору, доходя до двери и прислоняясь к ней. Сначала я не поняла, о чем шла речь, просто какие-то странные возгласы.
Было ли мне обидно, что у них есть секреты? Да. Но в то же время я понимала, что не имею права лезть в жизнь других людей и рассчитывать на доверие. Кто я им такая в конце концов?
Когда они заговорили о тесте и ребенке, я нахмурила брови, отходя от двери и отправляясь на кухню. Мне стало стыдно за то, что я услышала то, что не должна была слышать, особенно учитывая тот факт, что они меня даже по имени не называли, лишь пренебрежительно «эта».

Отредактировано Rooney Larkin (2013-10-03 23:15:40)

+1

5

Она догадывалась… Конечно она знала о моих непростых отношениях с Максом, и меня чертовски успокоило то, с каким тоном она это произнесла – со смиренным, спокойным, она не разочаровалась во мне, она все так же любит и ценит меня, не считает проституткой или кем по хуже, я все так же являюсь ее подругой, и она поддержит меня в любой сложной для меня ситуации. И я сую ей этот тест трясущимися руками, мне страшно, я боюсь ее окончательной реакции на эту новость.
Я беременна, внутри меня уже существует и зреет нечто, что объединяет меня с одним из моих любимых мужчин. Но я не хочу этого ребенка, это неправильно, мне, с моим характером, с моим поведением, с моим постоянным путаньем в собственной жизни просто категорически запрещено рожать детей. Я до сих пор не научилась думать и решать за себя, а тут на мои плечи внезапно свалится ответственность за еще одного человека. А что дальше? Разговоры с возможными папашками, но я не хочу ставить их в известность, я только смогла пересилить себя и сбежать от этих непонятных отношений.
- Это все так не во время. – хватаюсь за голову, сгибаясь буквально в два раза, меня пошатывает из стороны в сторону и я вот-вот свалюсь со своего «стула» на холодный кафель. А у Бони уже был план, он говорит про аборт, и я выдыхаю снова, радуясь, что наши мысли в этом плане сходятся. Аборт, и у нас нет другого выхода.
Слова про Нерис, про ее деньги, но мне сейчас некогда отчитывать Джеймс за ее некрасивый поступок, неужели после всего что произошло из-за авантюры с сестрой Макса, она все-таки взяла ее деньги? Это, если честно, обижало, но поддержка подруги мне сейчас была куда более необходима, чем очередная ссора.
Но Шерил совершала ошибку за ошибкой, теперь уже оскорбляя Руни, это ее брошенное «эта» задело меня, и я резко выпрямилась, глядя на подругу с осуждением.
- Прекрати ты говорить так о ней, она же мой близкий человек и у нее есть имя. – и тут же нас отвлек шорох в коридоре, и я тут же ужаснулась, боясь подумать, что сейчас испытывает Ларкин, если это все же была она, услышав такое пренебрежительное отношение к себе. А если она подумает, что я так же говорю о ней за спиной? Если решит, что она всего лишь моя сожительница, и ничего больше.
Еще один хмурый взгляд в сторону Джеймс, я тут же позабыла о своей собственной проблеме, откладывая ее на потом. Я должна поговорить с Ханной, постараться объяснить ей все, не знаю… Сейчас я просто шла в ее комнату, не думая о том, что именно скажу.
Я обнаружила девушку уже в кровати, но по ее напряженной позе, я поняла, что она не спит, она все слышала.
- Я знаю, что ты не спишь. – Мой голос звучал тихо и расстроенно, я глянула через плечо, чтобы убедиться, что оскорбленная Бони не последовала за мной следом. – Я не знаю, почему она так взъелась на тебя, не обращай внимания, хорошо?- и устраиваюсь на краю постели девушки, откидывая одеяло в сторону и заставляя блондинку повернуться ко мне лицом. Я знала, что Руни не из тех людей, которые будут лезть в душу с расспросами, но я предполагала, что девушка считает себя просто недостаточно близким для меня другом, чтобы иметь право узнавать о моих секретах. Но Ларкин… Не смотря на то, что я боялась ее осуждения, я хотела дать ей понять, что доверяю ей не меньше Бони, тут играет немного другой фактор. Бони знает меня как облупленную, для Руни же я была все еще новой знакомой Скар, и я очень боялась ее разочаровать. А мои беспорядочные половые связи как раз таки этому очень способствовали. – Ты же знаешь о всех подробностях моей непростой личной жизни. – моя рука скользит по ее светлым волосам, я убираю челку с ее глаз, вяло улыбаясь и продолжая делиться секретом. – А утром я узнала, что беременна. Я не знаю что делать, и я хотела попросить у вас обеих совета.

+1

6

Когда больше чем надо, когда меньше чем есть
Sms не поможет - не спасёт даже месть,
Телевизор смеётся, но уже не смешно,
Звезда по имени солнце не греет давно


Я заметила, как изменилось лицо Скарлетт при упоминании о старшей сестре Брауна. Да, с Нарциссой я продолжала общаться, при том весьма не плохо, подругами нас было назвать сложно, а вот хорошими приятельницами с претензиями на дружбу вполне. И я не собиралась отказываться от ее денег, тем более сейчас, когда Скар все знает и моя совесть снова уснула крепким сном.
А деньги она предлагала не малые, и, кажется, была честной женщиной, державшей свое слово. Будем считать эти тридцать тысяч приятным дополнением к нашей дружбе.
Нехотя пожимаю плечами, мол, отказываться было бы глупо, но Метью ничго не отвечает на мое рациональное желание, думаю, понимает, что эти грязные доллары будут сейчас очень кстати.
Затем  подруга посмотрела на меня, как на врага народа, а я даже не успела осознать, что такого натворила.
- О, ну да, Руни, я помню, - отвечаю с сакрказмом, строя обиженное лицо. Меня раздражала эта тихая светловолосая девочнка, вокруг которой так и скакала Браун.
«Тебе все нравится?», «Тебе с нами не скучно?».
Пф, да чихать я хотела на то, как ей с нами живеться, вообще надеялась на то, что она съедет обратно к свое алкоголичке матери и перестанет раздражать своими огромными бесконечно печальными глазами.
В коридоре послышался какой-то шорох, но я не думала, что там шарахается блондинка, она рано ложилась спать и не отличалась особым любопытством.
- Ты так и не ответила на мой вопрос, ты Руни скажешь? Хотя, я думаю, чем меньше посвященных, тем лучше, - тем самым я намекнула на свою исключительность, как бы невзначай доставая из кармана кофты с капшоном (не успела переодеться, зайдя с работы) брелок с ключами.
Но девушка меня не слушает, она уже на всех порах мчиться в спальню, чтобы разбудить Руни и рассказать ей о проблеме.
Господи, ну за что мне такое наказание! Кидаю звеняющую связку в раковину, выходя из ванной комнаты и опираясь на косяк двери. Стою в проеме и наблюдаю за тем, как моя подруга гладит эту светловолосую овцу по волосикам и что-то там бормочет.
Да не ужели ты не видишь, этой девочке все равно на твои проблемы?! Не в силах больше выносить ванильности ситуации, закатываю глаза, поворачиваясь на сто восемьдесят градусов и отчаливая на кухню. Там меня ждет горячий чайник, каркадэ и журнал, купленный на досуге. И нет, это не глянец, это психологическая литература.
Немного полистав свое чтиво, достаю сотовый, отправляя сообщение Нерис.
«Привет, можешь перекинуть мне гонорар в ближайшие дня три, скину реквизиты на мыло».
И это был не вопрос, а утверждение. А вот и чайник вскипел, так что я заварила себе чашечку ароматного напитка, вытягивая ноги и откидываясь на спинку стула. Сначала прислушивалась к звукам в спальной, потом решила забить.
Ну не хочет Скар реальной поддержи, обсуждения и проработки плана, пусть сидит с этой тихоней и филосовствует о жизни.

+1

7

Я успела вернуться в теплую кровать раньше, чем девочки вышли из ванной. Так и лежала, поджав ноги в груди, уткнувшись носом в одеяло, и думаю о том, зачем они меня позвали жить с ними.
Я не хочу жаловаться и повторять, что этот года выдался для меня самым тяжелым за всю мою жизнь, я и так училась не очень хорошо, а теперь моя успеваемость в школе скатилась ниже плинтуса, а ведь это выпускной класс, мне уже пора подумать о будущем...
Но мне было все равно, я обещала взять себя в руки, но каждый раз откладывала немое обещание на завтра.
Наверно, Бони и Метью не думали о том, что когда-то я была повеселее, да и мне было стыдно перед ними за свое грустное настроение, но поверьте, очень сложно жить, не зная, что тебя ждет завтра.
Ты вроде не один, и в то же время у тебя нет никого. Не знала, как поступить с мамой, что-то мне подсказывало, что надо звонить в больницу, обращаться к врачам, но ситуация казалась для меня настолько сложной, что я ничего не делала.
Все мои проблемы, которых особо и не было никогда, за меня решали мать и отец, иногда я спрашивала советы у Алисы, пусть они мне и не нравились особо, я знала, что всегда могу к ней обратиться, и она не откажет.
За эти долгие дождливые месяцы я надоела сама себе, веду себя как конченная идиотка, все время думая о родных и вспоминая их. Их больше нет, а я есть, я должна ценить то, что имею, но я не могу.
По прежнему хожу в церковь, а мама уже нет, она потеряла веру и считает, что Бога нет. Не могу с ней согласиться, Бог живет в каждом из нас. Улыбаюсь своим наивным мыслям. Если мой отец уже мертв, до его душа вселилась в какого-нибудь карапуза, рожденного в тот же миг, когда его сердце остановилось, а малыш сделал первый глоток воздуха.
И я верю в то, что люди, близкие друг другу в прошлой жизни, встретятся  и настоящей, и в следующей. Может быть мы с Метти были сестрами или подругами детства, а с Алисой соседками по парте…
Мои размеренные мысли были нарушены тихими шагами, я не стала открывать глаза, решив сделать вид, что сплю. Странно, я совсем не обиделась на то, что девушки не посвятили меня в свои проблемы. Точнее, обида была, но короткой вспышкой и тут же прошла, они мне ничего не должны, все нормально.
И вообще я не хотела им мешать и надоедать своим присутствием.
Метью садится на край кровати, я узнаю ее по запаху и чуть приоткрываю глаза.
- Я не обращаю, - произношу тихо и теплое дыхание согревает мои пальцы, переворачиваюсь на спину, улыбаясь Скар, не хочу, чтобы она переживала и думала, что меня задевают выпады ее глупой подруги. В жизни есть вещи более важные, чем Бони. И люди более важные тоже есть.
Позволяю Браун касаться моих волос, хоть и не люблю, когда их трогают. Сейчас мне было все равно, смотрю на нее немного разочарованным взглядом, хотя разочаровывалась я скорее в себе, я совершенно не старалась им понравится и найти общий язык, хотя то, что подруга приехала в Большое Яблоко, меня очень радовало. Просто время такое… Непонятно и сложное.
Сажусь на кровати, обнимая себя за колени. Я не хочу слушать оправданий, серьезно.
- Я тебе говорю, все нормально, - мой голос звучал тихо и вкрадчиво, так я объясняла в детстве Эльзе, что в шкафу не сидит бугимен. Только у Алисы утешать ее все равно получалось лучше – объятия и ласковые слова – чудо свершалось на глазах и ребенок забывал об своих страхах.
- Да, - но я произношу это неуверенно, потому что не знаю, насколько меня посвящают в такие дела, я о своей личной жизни вообще молчу, последнее время у меня ее нет.
- Наверное. – Добавляю, поднимая на нее серо-голубые глаза.
Новости, сказанная Скарлетт, пусть сейчас для меня и не была уже новостью, повергла в шок, я встрепенулась, принимая оживленную позу и придумывая слова.
Никогда не была в такой ситуации, поэтому не знала, что говорить.
- И что ты собираешься делать? – Варианта было всего два, но посоветовать Метью аборт я не могла по религиозным соображениям, а оставить ребенка – по дружеским.
Если бы я оказалась в такой ситуации – я бы умерла от страха, наверно. Но у Метью есть деньги, семья, крыша над головой и даже муж.
Если сказать ему, что ребенок от него, все будет как в любой нормальной семье. Услышав такое откровения я окончательно передумала в ближайшие годы заводить отношения, по крайней мере такие, от которых можно залететь.
А когда мы с ней познакомились, она была девственницей, как круто все меняется, стоит девушке начать встречаться с парнем.
Решив оставить свои мысли при себе, я посмотрела на открытую дверь.
– А Бони что сказала? Вообще, какое бы ты решение не приняла, - кладу свою ладон по верх ее, - я тебя пойму. Не думаю, что кто-то из нас в праве решать за тебя, как тебе поступить со своим ребенком.
Не скажу, что я любила детей, но у наша семья была религиозной и многодетной по нынешним американским меркам, нас было трое и мать с отцом хотели взять опекунство над мальчиком, я привыкла к тому, что в доме всегда было живо, к нам приходили многочисленные дяди и тети со своими детьми и нашими кузенами.
В далеком детстве мы все вместе играли, в куклы, в больницу, в видеоигры, в подростковом возрасте вместе познавали интернет и воровали у папы пошлые компьютерные игры.
У Скарлетт другое воспитание, в ее семье даже в носу поковырять спокойно нельзя, так что вряд ли она захочет иметь детей.
Снова обнимаю себя за плечи, думаю, чем я могу еще поддержать подругу, чтобы она не расценила мое молчание как равнодушие.
- Мы могли бы это обсудить, прикинуть, как будет лучше, если ты хочешь, конечно. Вот только говорить Митчеллу и Максу об этом точно не стоит, во всяком случае обоим.

+1

8

Я сейчас совершенно не узнавала Бони, в ее взгляде было столько равнодушия, столько сухости в голосе, и я не могла понять, когда именно моя девочка успела стать такой  грубой? Я смотрела в ее карие глаза, и мне не хотелось верить, что все это происходит взаправду. На ее слова о Руни я обиделась, конечно, я прекрасно знала, что девочки мало понравились друг другу, но вы живете здесь под одной крышей, вы спите на соседних кроватях, как можно одаривать друг друга таким ненавистническим отношением? И хотя мне не нравилось, что Ханна каждый раз молчала и опускала глаза в пол, делая вид, что не замечает оскорблений со стороны Джеймс, я все таки ее защищала, словно была ей чем-то обязана.
Шагаю в спальню блондинки, слышу, как за спиной что-то металлическое ударяется о раковину, и останавливаясь на месте, оборачиваюсь, чтобы увидеть этот предмет. Наш брелок, наш талисман дружбы и обиженное лицо Бони. Стоит ли говорить, что этот поступок оскорбил меня еще больше.
Отлично, ты дружишь с Нерис, тратишь ее деньги, ненавидишь моих друзей и раздражаешься от каждого моего слова? Внутри все кипело, я не смогла сдержаться, грубо кидая в ее адрес:
- Спусти его сразу в унитаз, если тебе настолько он не нужен. – Я же свою половинку хранила с трепетом, повесила на связку ключей от квартиры в Сакраменто, часто теребила подвеску в кармане по пути домой, когда нервничаю или скучаю по своей девочке. Но раньше она не была такой, не такой равнодушной пофигисткой.
Шаг в комнату Руни, мне хотелось извиниться перед ней, быть может пожалеть, хотя на деле дико хотелось, чтобы пожалели меня. Я сбежала из одного сумасшедшего дома и попала в другой, где меня снова делят, снова тянут каждый в свою сторону, а я так и не ощущаю себя кому-то из них по-настоящему нужной.
Вы знаете, что такое одиночество? Настоящее, не подлинное, которое просыпается лишь в моменты осенней депрессии. Та самая тоска, что гложет и грызет тебя изнутри даже тогда, когда ты окружен, казалось бы, близкими и родными людьми. Но когда ты обнимаешь их, или сталкиваешься с проблемой и просишь у них поддержки – то каждый из них поворачивается к тебе спиной или показывает тебе откровенную незаинтересованность.
Не знаю, зачем я рассказала Руни свой секрет, по сути я знала, что она все слышала, и еще мне хотелось посмотреть на ее реакцию. Что она предложит, как среагирует? Как посомтрит на меня? Обзовет ли мысленно шлюхой?
Я чувствовала, что я настоящая не сильно ей нравилась, Руни в моем обществе всегда была молчаливой и загадочной, меня это раздражало, я хотела вернуть себе ту девочку из интернета, у которой от меня не было секретов. Но увы, Ханна была апатично-не разговорчивой, и я искренне считала, что проблема во мне.
Но даже сейчас, выслушав меня Руни молчала. Она обнимала за плечи себя, не меня, заметьте, она никак не прикоснулась ко мне, никак не поддержала, лишь спросила, что я собираюсь делать.
И сейчас меня охватила такая обида, что говорить по душам дальше я больше не была настроена.
- Я буду делать аборт. – сухо и грубо, так же, как еще пару секунд назад говорила со мной Бони. Я поднимаюсь с места, глядя как бережно Ларкин сжимает свои плечи, и направляюсь в сторону кухни. – Да, обсудим. Шерил меня поддерживает. – всегда зову подругу полным именем, когда злюсь на нее. – Я не собиралась им ничего говорить. Ни тому, ни другому.
Не зачем им знать, у нас троих теперь у каждого своя собственная жизнь. Жизнь Макса полна развлечений и легкодоступных девушек, Митчелл теперь может со спокойной душой заниматься противозаконными делами, а я… Я буду делать то, что умею лучше всего. Я буду работать.
- Шерил поставила чайник, будешь? – не знаю, наверное, я конченная эгоистка, но я не хочу решать свою проблему вот так. Когда всем окружающим все равно, если честно, я уже даже успела пожалеть о том, что призналась девочкам и открыла душу. В итоге что я получила? Бони наорала на меня за Руни, а Руни вообще не понимает, что происходит и что от нее хотят. Нельзя требовать и ждать от людей слишком многого, но я ждала, и чертовски злилась, когда люди не оправдывали мои ожидания.
На кухне встречаюсь взглядом с Бони, та выглядела мрачнее тучи, я решила проигнорировать ее такое настроение, доставая из стеллажа три кружки. Не знаю, присоединится ли к нам Ханна, налью ей чаю на всякий случай.
- Тебе сластить? – вопрос через плечо, пока споласкиваю любимую кружку Джеймс.

+2

9

Стоит ли говорить о том, что я почти сразу же пожалела о своем эгоистичном поступке, и немного полистав психологический журнал, отложила его в сторону, чтобы вернуться в ванную комнату и забрать из раковины связку ключей.
Не знаю, что на меня нашло, но меня так бесила эта светловолосая барышня, что чувства время от времени выходили из под контроля. Иногда я могла нормально с ней разговаривать и даже шутить, но обычно она меня пугала, особенно ее жестокие лазурные глаза. Было ощущение, что она всадит мне пику в ребра, пока я сплю.
Не понимаю, почему Скаретт так носится с ней, за какие заслуги? За что, что эта девушка два года писала ей в сети, и то, вероятнее всего то, что хотела услышать сама Скарлетт. Я же почти два года была рядом, живая и настоящая, такая, какая есть, почему нико не бегает за мной?
Она все равзно защищает свою Руни так, как будьто ей нравится такое равнодушное и наплевательское отношение.
Конечно, я не желала Ларкин зла и иногда мне тоже было жалко сиротку, но по большому счету ее жизнь – ее проблемы, а не мои. Я не виновата, что ее отец пропал без вести, мать спилась, а сестры сбежали, видать такой она человек хреновый, раз никто не мог ее вынести. Решив не заглядывать в комнату, я снова вернулась на кунню, намереваясь допить свой каркадэ.
Новость, сказанная Скарлетт, не выходила их моей головы. Я не считала ее шлюхой, но в то же время не понимала ее логики. Крутить роман с двумя парнями сразу – это нормально, а брать деньги у сестры Макса – это грязно.
Извините, но я же не на панели их заработала, точнее я вообще не работала, просто обстоятельсва сложились так, что просьбу Нерис я выполнила, и мы с Метью стали подругами, я ничего не сделала против своей воли. Но значит ли это, что я должна отказываться от денег? Тем более сейчас... Может, я излишне меркантильная, но бабки лишними не бывают.
Метт, которая почти всю жизнь просто снимала деньги с кредитки отца, просто не понимает, что такое, когда денег нет. Вот их просто нет и все. Навернка она думает, что если ее личные деньги закончатся, она всегда сможет взять у отца, у брата или даже мужа. Она не столкнется с проблемой «денег нет».
А я привыкла все продумывать и просчитывать в финансовом вопросе. Когда я пошла учиться, родители присылали мне определенную сумму, и я должна была распланировать ее на все тридцать дней. И не смотря на то, что мои желания менялись, сумма всегда была одинаковой и никого не волновало, что я хочу новый диск или сходить с суши. Хочешь в суши? Тогда не покупай платье, все просто.
Так что деньги Роуллинг я возьму в любом случае, нравится это Стоун или нет.
Мои размышления были нарушены, на кухню пришли девочки, усаживаясь на стулья вокруг столика.
Метью тут же принялась суетиться с чайником  и расспашивать, не надо ли Руни чего. Может в кой-то веки эта девица сама сделает что-то  и не будет пользоваться добротой моей подруги?
Подхожу к Скарлетт, раздраженно вырываю кружку из ее рук, от моего агрессивного жеста немного чая выплеснулось на скатерть, кидаю в напиток две ложки сахара, размешиваю, ставя перед носом Ларкин.
- На, пей.
- Вы пришли обсудить проблему или просто попить чай?
Все, что я говорила дальше, уже не было адресовано Ханне, я махнула на нее рукой и постаралась забыть о том, что в комнате нас не двое, а трое.
- Если ты не хочешь взять мои деньги, то где ты их возьмешь? Мы, вроде, договаривались, что у родителей ты больше не возьмешь не цента, или эти слова имели вес до первой трудности?
Я не хотела обижать Скар, но кто-то же должен вернуть ее с небес на землю и донести, что мой план самый разумный.
- Если ты бы ты взяла у папы, было бы тоже самое. Нерис – сестра Макса, Макс – твой муж, у вас с этой семьей один кошелек.

+1

10

Понятия не имею, чего от меня ждала Скарлетт,  я всегда лучше писала, чем говорила, но по ее взгляду я поняла, что ждала она чего-то явно иного. Гениального плана? Но мне семнадцать лет, я не то, что не была беременной, я вообще с парнями не спала… Я никогда не зарабатывала денег  - не считая пары дней, когда мы с другом решили заработать на роликовые коньки, моя машины на автостоянке. Но через три дня соседи сдали меня матери, и та строго запретила работать мне, пока я не закончу школу, мол, это эксплуатация детского труда, мы не бедствуем, и работа плохо сказывается на моей успеваемости. На следующий вечер отец принес мне в коробке новые ролики, очень красивые.
Девочкам он тоже что-то подарил, вроде новую компьютерную игру. Я веду к тому, что не смотря на то, что достаток в нашей семье был весьма скромный, родители старались ни в чем нас не ограничивать, особенно мама. Надеюсь, с ней ничего не случиться, пока я гощу в Сакраменто.
Скарлетт хмурила брови, что-то говорила, а я лишь смотрела на свои пальцы, которыми нервно теребила край одеяла.
Я, правда, хотела ей помочь, но не знала, чем. Я не знала даже, какой дать совет, да и вообще нужны ли ей советы. Зачем она мне это сказала, я тоже не знала.
- Что-то не так? – Я, наконец, подняла голубые глаза, глядя на ее огорченное лицо. Я смотрела на нее, и мне казалось, что это все происходит сейчас не со мной, словно на кровати сижу не я, а другая девушка, моя астральная копия, мое тело, а душа находится где-то очень далеко.
Информация поступает в мою голову, но я не могу ее переварить. Я осмысленно отвечаю и пытаюсь помочь, но это входит не искренне, потому что, увы, моя голова забита своими проблемами. Мне не все равно на подругу, просто я не могу отвязаться от своих переживания и погрузиться в ее историю, я для себя буду всегда на первом месте хотя бы потому, что обо мне никто не позаботится. Да и сама я с этой задачей не справляюсь.
Осмысливаю слова про аборт, думая, что бы ответить такое, что бы прозвучало не обидно и в то же время искренне. Для меня детоубийство всегда было грехом, так говорила моя мать, да и все наши многочисленные родственники, аборт в нашей семье был бы позором, ровно как измена или самоубийство.
Наверно, если бы я по-настоящему доверяла Скарлетт, я бы ее отговорила, но пока я понимала, что не обладаю достаточной степенью и ее доверия, чтобы советовать.
- Может быть, стоит оставить ребенка, найти хорошую семью и отдать его на воспитание? – Я не совсем понимала масштабы популярности семьи Скарлетт в Сакраменто, поэтому мой вариант развития событий казался мне нормальным.
Ты не убиваешь ребенка, но в то же время ты отказываешься от него.
- Буду, - коли я все равно проснулась и вряд ли теперь смогу заснуть, можно попить и чая.
Присаживаюсь на стул, подбирая под себя ноги и наблюдая за девушками, которые топчутся около стола и делять кружку с чаем. Бони зачем то ее отбирает… Кружек в доме дефицит что ли? Но я не обращаю внимания, продолжая разглядывать интерьер. Если они собираются обсуждать аборт, то я тут явно лишняя, потому что в этом деле не специалист.
Перед моим носом возникает кружка с чаем, я поднимаю взгляд, сталкиваясь с карими очами Бони.
- Спасибо, - зачем она это делала? Я вроде ничего не просила. Я могу пить чай символично, а если бы захотела, налила бы сама, и вообще каркадэ я не пью.
Как я и предполагала, девушки начали обсуждать финансовые дела, я лишь устало вздохнула, прикрывая глаза и делая глоток чая. Не понимаю, зачем Скарлетт меня сюда позвала. Я бы встала и ушла, но она за мной пойдет, решив, что обидела, тогда мне станет стыдно и придется объясняться. Так что я лучше посижу в виде предмета мебели и послушаю, что они решат.
Чай оказался немыслимой гадостью, поэтому я отставила кружку в сторону, беря из вазочки печенье, отправляя кусочек в рот и выжидая момента, когда я смогу незаметно выйти из кухни и лечь спать.
Моя помощь Скарлетт не нужна, я уверенна в этом. Все таки общаться по сети было гораздо проще, я могла говорить все, что хотела и не бояться, что выгляжу дурой. В реальной жизни приходится взвешивать каждое свое слово.

+1

11

Внезапно, находясь на кухне квартиры, где я проживала со своими самыми близкими подругами, я ощутила себя самым одиноким человеком на планете. Меня охватил такой ужас и отчаяние, что я еле умудрялась держать себя в контроле, почти выдавая свое настроение едва заметно трясущимися ладонями. Старалась не обращать внимания на весьма эмоциональное поведение Бони, на равнодушный вид Руни. Не знаю, действительно, чего именно я ждала от девочек? Как я могла подумать о том, что они смогут однажды оправдать мои ожидания?
Наверное, это не правильно, вся моя жизненная позиция в целом. Я привыкла управлять, все держать под контролем, все планировать. Я всегда жду, что люди, что входят в мое окружение всегда будут действовать по плану, что вырисовывается в моей голове. Я жду от них большего, всегда и от всех, не зависимо от того, способны ли они на такие поступки. Это очень мешает жить, заставляя разочаровываться. Не в людях, в себе.
Именно это сейчас и произошло. Уши заложило, я устало закрыла глаза, заполняя кружку кипятком и кидая в нее чайный пакетик. Я была себе сейчас настолько отвратительна. Девушка, которая не умеет вести себя правильно, держать под контролем свою жизнь, держать под контролем свою любовь командовать. Что сейчас?
Запутавшись в собственных чувствах к мужчинам, я делаю хуже не только себе, но и им. Своими необдуманными поступками словно даю последний шанс, словно делаю намеки. Ночь с Максом, письмо Митчеллу… Я могла наврать, сказать, что нашла богатого спонсора, я могла заставить их обоих меня ненавидеть, но я этого не хотела. Возможно, где-то глубоко в своем подсознании, я хотела чтобы они так же сильно скучали по мне.
До чего это довело? Вновь касаюсь ладонью низа своего живота и думаю, думаю, кому именно может принадлежать этот плод, стоит ли кому из них об этом рассказывать. Нужно ли им знать? И понимаю, что признание будет лишь еще одним шансом попробовать сначала. Мне это не нужно, я должна поставить точку.
Открываю кофейные глаза, глядя в бирюзовую потертую плитку на нашей кухне, вновь слышу Бонин голос и тишину дыхания Ханны. Девочки, как так вышло, что живя под одной крышей, мы никак не можем найти общий язык? Джеймс своим поведением меня обижала, я развернулась, чуть облокачиваясь на тумбочку, отставляя свою кружку в сторону, ее слова резали без ножа, но я держалась, не позволю даже родному человеку сбить меня с ног.
- Я заработаю. – Совершенно спокойно и без лишних эмоций. В таких случаях меня всегда спасало мое умение надеть на себя маску, спрятаться за ней как за щитом, знаю, как это раздражало Джеймс, но она сама вынуждала меня разговаривать с ней как с чужой. – У меня нет надобности пользоваться чужими деньгами, тем более заработанными таким путем.
- Не надо мне приводить в пример все наше семейное древо, связавшись с Нерис, ты меня предаешь, мне все равно, на что ты потратишь эти деньги, это останется на твоей совести, но я из этой суммы не возьму ни гроша, и ты это знаешь. Так что мы закроем эту тему и больше к ней не вернемся. Нужную сумму я найду сама. – Возьму дополнительные смены, найду подработку, но денег этой суки не возьму никогда. Понимаю, что основную кашу, в которой я сейчас погрязла, завязала я сама, но все равно винила во многом и Нарциссу. Быть может по привычке, быть может, для того, чтобы ненавидеть кого-то еще, кроме себя самой.
Поднимаю руку вперед, протестуя все попытки Бони возразить.
- Хватит, этот вопрос действительно решен. – Что еще обсуждать с ними. Я не знала. Взгляд скользнул по равнодушному лицу Руни, я так и не ответила ей в спальне, не собираюсь отвечать и сейчас, ее эгоизм и единоличничество обижали меня больше алчности Шерил.
Я так давно общалась с этой девушкой по сети, она была моим любимым собеседником, тогда еще я не знала Бони, а Ширли была далеко не той подругой, с которой делишься наболевшим. Ханна выслушивала меня, делилась своими переживаниями, и эти разговоры несли за собой какой-то особенный лечебный эффект. Моя душа становилась свободной и счастливой, сейчас, от созерцания того, что некогда близкий для тебя человек по сути оказывается совершенно чужим, она пряталась в клетку. Мне было больно и страшно от того, насколько огромные перемены могут возникнуть после общения по сети. Неужели она и правда писала лишь то, что я хотела от нее услышать, как говорит Бони?
Не хочу в это верить, да и думать об этом не хочу тоже. Этот меланхоличный взгляд, повадки человека-одиночки. Я тоже всегда держалась особняком, не подпуская к себе никого близко, этим она меня и зацепила, привлекла, заставляя защищать ее перед Бони. А в итоге, в итоге я получаю лишь смертельную тишину в свою адрес. Да что там говорить, меня даже не обняли по дружески, это ведь так просто, но видимо не для нее. Она с большим удовольствием обнимет себя.
- Ложитесь спать, вам завтра рано вставать. – Ну да, одна учится, второй на работу, а я тут своими никчемными проблемами отвлекаю их от дел. – Кружки оставьте, я попозже вымою.
Сама спать я не собиралась, забирая с крючка в ванной свой старый свитер, кутаясь в него и забирая с тумбочки пачку сигарет Бони. Хочу побыть одна, в обстановке, когда каждый тянет на себя одеяло решить что-то невозможно. Поддержи, настоящей дружеской поддержки я все равно не получу. А мне хотелось просто порыдать на плече и услышать в свой адрес – все будет хорошо и я буду рядом. Но я этого не достойна, не заслужила. Во всех своих бедах я виновата сама, неправильно строю свою жизнь, так почему же я жду от жизни правильности?
Хлопаю дверью, шлепая по холодным ступеням и пробираясь на крышу. Сажусь на самый край, свешивая ноги вниз и наблюдая за редкими проезжающими мимо автомобилями. Здешний вид был похож на тот, что открывался с моего любимого моста в Сакраменто. Сразу вспомнился наш разговор с Максом, сразу проснулась совесть, сразу заныло внизу живота и слезы не заставили себя ждать, катясь по моим щекам в тот момент, когда я неумело чиркала зажигалкой, пытаясь прикурить свою первую сигарету. Говорят, это успокаивает, быть может это поможет и мне?

+2

12

Мне было жутко стыдно за то, что я не проявила должного внимания к проблеме подруги, что я не дала почувствовать ей поддержку, не показала своего неравнодушия. Но на фоне Бони у меня опускались руки. Эта девушка была слишком активной, вспыльчивой и шумной, ее было слишком много в нашей квартире, и своей энергетикой она заполняла все пространство, буквально выживая меня. Она всегда показывала, что все делает лучше меня, быстрее и качественнее. Вот, даже к проблеме она подходит так, словно у нее уже готов план действий. Мое главное отличие от Скар и Бони было в том, что я считала аборт смертным грехом и не собиралась вынашивать план по детоубийству. Впрочем, я и не осуждала девочек, просто они не понимали, что мне нужно время, чтобы переварить эту информацию. Они о чем-то спорили, откуда взять деньги и прочее, мне кажется, им просто нравился сам процесс спора – повышать друг на друга голос и отстаивать свое мнение, а потом обозвать друг друга идиотками и жить дальше. Я была другой и таких шуток в свой адрес бы не оценила. Так что мне оставалось грызть соленое печенье и думать в одиночестве, потому что решить втроем что-либо мы не сможем.
На приглашение ко сну я лишь пожала плечами, спуская ноги с табуретки и отправляясь в комнату. Может быть они поняли, что от меня прока нет, а может быть мы обе Скарлетт надоели до зубного скрежета. Я не знаю, пошла ли Шерил в спальню, я хотела скорее очутиться в кровати и подумать обо всем этом в более комфортных и теплых условиях.
И вот, когда я накрыла себя теплым пуховым одеялом, то почувствовала, что готова трезво обдумать ситуацию. Что мы имеем? Беременность. Что с ней надо сделать? Избавится от ребенка. Иногда я могла быть циничной.
Достаю из прикроватной тумбочки планшет, набирая в гугле что-то вроде «сколько стоит аборт?».
Из всемирной паутины я узнала очень многое. Например, то, что аборт после двадцать четвертой недели запрещен, это же шесть месяцев? С ума сойти, я всегда думала, что после третьего уже нельзя лишить маленького человека права на жизнь.
Затем я прочитала, что для гражданок Америки аборт бесплатен по медицинской страховке, но никто не советует прибегать к бесплатной медицине, уповая на платные услуги.
Медики называли зародыш всего лишь «сгустком клеток», от чего я тут же ощутила себя до неприличия правильной девушкой, которой дорога только в монастырь. Все эти сайты, предлагавшие подобного рода услуги меня расстраивали. И ветреность Скарлетт меня тоже расстраивала, я считала, что она более умная девушка. По общению в сети так и казалось. Лучше казалась и я, а реальный мир такой неидеальный, что некоторых вещей лучше не знать.
Приняв окончательное решение, я снова встала с кровати, отыскивая на столе ручку и альбомный лист.
«Знаю, что я разочаровала тебя, наверно подруга из меня и правда не очень, впрочем, как и человек». Дальше я решила не писать о себе, потому что как раз таки о себе я и так думаю слишком часто.
«На счету моих родителей осталось немного денег, я была бы тебе признательна, если бы ты воспользовалась моей помощью, если ты откажешься, это обидит меня. Отдашь, как сможешь».
Эту фразу я написала не для того, чтобы Скарлетт отдавала деньги, просто была уверенна, что шансов на то, что она их возьмет будет больше. Это не будет выглядеть как одолжение или подарок, это помощь.
Почему я это делала? Я люблю Скар, за годы общения она стала для меня близким человеком, пусть я и не до конца ее понимала и не спешила открываться ей. Тем более сейчас я живу за счет девочек, и мне эти деньги ни к чему. Они приходят и уходят, их можно заработать, потерять, проиграть или потратить. Деньги надо использовать тогда, когда они нужны. И если я могу помочь другу, почему бы этого не сделать?
Заколов волосы шпильками и накинув на плечи куртку, я выбежала из подъезда, направляясь в ближайший торговый центр, чтобы обналичить зеленые.
Я вычитала, что это стоит около двести долларов, но на всякий случай решила снять пятьсот, мало ли что еще понадобится. Ноги сами несли меня вперед, я почти не разбирала дороги, успевая только убирать с глаз непослушную  челку. Мне было тоскливо, по законам жанра для полноты картины сейчас не хватало только дождя, чтобы бил по лицу.
Я думала о Скарлетт и понимала, что во многом завидую ей, не смотря на то, что ее проблемы я понимала, с удовольствием бы махнулась с ней местами, жизнь богатой девочки в пентхаусе в столице Сакраменто мне была бы больше по вкусу, чем моя ныняшняя, которую Алиса разрушила за год.
В своих мыслях я добрела до «Централ Сити», игнорируя недоуменные взгляды охраны и ночных покупателей на тему девушки в пижаме, и метнулась к банкомату.
Пятьсот баксов оказались в моих пальцах. Оглядываясь по сторонам, я сунула деньги в карманы куртки и побежала домой. Не знаю, куда ушли девушки на ночь глядя, но то, что их не было дома, играло мне на руку. Меня никто не убил и не изнасиловал по дороге, я все еще ощущала на коже ночной холод, раздеваясь и выгребая бумажные купюры из одежды.Сложив пополам листок с запиской, я вложила в него доллары и положила это на тумбу к подруге. Мне стало легче. Я не умею помогать словами, меня никто и никогда не слушает да и вообще… Просто не умею и все. Я лучше что-нибудь сделаю. Очень жаль, что я не помогла маме и ждала у моря погоды. Я учла свою ошибку и стала действовать незамедлительно. Надеюсь, Метью хотя бы сделает вид, что оценила это и заметит, что мне не все равно, не смотря на то, что поступок, который Браун собирается совершить, идет в разрез с моими жизненными ценностями.

+1

13

Всё.
С плеч.
Меняет смысл слов
Наклон письма.
Зима,
Оставь здесь всё как есть.

Разговор не клеился, сейчас мы все (разве что за исключением мелонхоличной Руни) были на взводе и не могли принимать серьезные решения. Новость должна утрамбоваться в голове, не зря же говорят, что утро вечера мудренее.
Как только Скарлетт вышла за дверь квартиры, я, не долго думая, стащила с вешалки в коридоре свою кожаную куртку, накидывая ее на плечи и выходя вслед за девушкой. Не знаю, чем собираалсь заниматься Руни, может быть ляжет спать, а может в кой-то веки захочет принести пользу и помоет кружки. Но это вряд ли… По-моему ей нравилось проводить время только за теми занятиями, которые приносят удовольствие.
Решив больше не думать о платиновой блондинке, я пошла вслед за Скарлетт, не очень навязчиво, так чтобы она меня не заметила и не прогнала обратно.
Я так же тихо, отставая от нее буквально метров на пятнацать, поднялась на крышу и некоторое время смотрела на согнутую спину Браун, не решаясь подойти. Но рано или поздно пришлось бы действовать, так что я сделала несколько решительных шагов по направлению к ее хрупкой, наклонившейся фигуре.
Под ее тонкими белыми пальцами лежала пачка сигарет и зажигалка. Я села рядом, свешивая ноги и доставая ментоловую сигарету. Хотелось курить, впрочем, с этой своей привычкой я вряд ли расстанусь.
Мне не было страшно сидеть на такой высоте, пусть по жизни я считаю себя достаточно трусливой. Сейчас голова была занята совсем другими вещами: помощью, поддержкой и заботой о близком человеке – те вещи, которым я не могла научиться уже девятнадцать лет своей жизни. В нашей семье все удары судьбы принимали с высоко поднятой головой и улыбкой на лице, словно ничего не случилось. Ширли задавала этот тон, брала самую сильную и высокую ноту и мы вели себя так же.
Даже ее смерть мы снесли достойно. Я никода не видела, чтобы моя сестра плакала, сколько себя помню, на ее лице была толко улыбка – уставшая или злая, лукавая или сердечная, но улыбка. Она боялась быть слабой и мы, невольно, перенимали это качество.
Я тоже не умела быть слабой и не хотела. И друзей по этой же причине у меня было мало, потому что слабость в какой-то степени признак доверия.
Я обняла подругу за плечи, утыкаясь носом в ее плечо. Я не знаю, правильно я поступала или нет, поможет ли ей мое присутствие или только помешает. Я знала одно – я очень хочу помочь.
И если ей не нужны мои грязные деньги… Что мне делать? Других у меня нет, до зарплаты еще две недели, а предыдущую я умудрилась спустить на новые шмотки и походы по клубам.
Я не знаю, сколько прошло времени, пока мы сидели под темным небом, курили и молчали. На улице во всю гулял осенний ветер, стараясь ударять нас по лицу как можно сильнее, словно намекая: «девочки, идите домой».
Но нам не было холодно, каждая думала о своем.
Мои мысли были настолько хаотичными, что если бы меня спросили, а о чем же я думала, я не найду точного ответа. Обо всем. О том, умею ли я дружить и достойна ли дружбы вообще. О деньгах и их значимости в жини челвоека. О семье и о том, как воспитание сказывается на формировании личности. О философии жизни в целом.
Через некоторое время, когда я махнула ногой и с нее  слетел один ботильон, совершая падение от крыши до точки опоры (которой может стать и чья-то голова), молчание было нарушено.
Оторвав подбородок от плеча девушки, я посмотрела в ее заплаканные глаза. Мои теплые пальцы коснулись ее лодон, и я попыталась улыбнуться. Жест получился уставшим, но искренним.
- Слушай, это не самое страшное, что может приключиться в жизни. У нас есть семьи, есть кров над головой и ужин на столе каждый день. Мы не голодаем и не замерзаем, мы даже в какой-то мере счастливые люди. А останое – просто проказы завистливой Фортуны, и оно все решаемо. У нас как минимум есть мы. Не стоит так убиваться, лучше еще раз все обдумать, лежа в кровати. Домой?

+1

14

Так я и сидела на краю крыши, потерянная и разбитая Скарлетт Стоун, что сейчас от меня осталось прежнего? В кой-то веки мне ничего не хотелось решать самой, мне не хотелось думать, переживать и волноваться, думать о том, как я выгляжу со стороны и в который раз убеждать себя – ты со всем справишься, ты все сможешь. Вы даже представить себе не можете, как порой мне хотелось чувствовать себя такой же слабой и ранимой женщиной, как все. Зависимой, глупой, непосредственной. Что могла разбить чашку и заливаться слезами до следующего утра, что будет переживать из-за сломанного ногтя, кто будет рыдать над грустным концом фильма. Я хотела быть такой, зарыться на груди у близкого человека и выплакать все свои накопленные обиды, всю свою злость, снять с себя маску вечной силы и самостоятельности. Я просто хочу быть женщиной, без проблем, с прекрасной жизнью, любимой работой, идеальной семьей, верными друзьями. Но сейчас на меня накатила такая тоска и разочарование во всем, что меня окружает.
Этот город, наша убогая тесная квартира, мои подруги… Руни, которую я представляла совершенно иной, она писала мне такие личные вещи, искренние и хватающие за душу, что стало с этой девушкой сейчас? Она во мне разочаровалась, я это чувствовала всем своим нутром и корила себя, корила себя за то, что доверилась и рассказала ей все. Наверное, правильнее было промолчать и не посвящать ее в эти проблемы, чем теперь чувствовать на себе этот взгляд, носить на лбу клеймо, что она поставила мен в своих мыслях.
Но дело в том, что я не считала себя шлюхой.
Не уверена, что найдется хоть одна женщина, которая сможет сейчас меня понять. Я полюбила двух мужчин, полюбила одинаково страстно и трепетно, и мне совершенно не хотелось думать над тем, кто из них мне дороже. Я поступила опрометчиво, я не смогла устоять перед их напором, я впервые столкнулась с личностями, что были сильнее меня. Но сильнее не интеллектом, физически, своим темпераментом, этой энергетикой, они сводили меня с ума. Неужели ни одна женщина не была на моем месте? Когда ноги подкашиваются от одного только взгляда, когда от неловкого прикосновения все мысли стираются из твоей памяти, а от касания горячих губ глаза закрываются и ты готова пойти за Ним куда угодно. И я шла, делала опрометчивые и рискованные шаги за ними следом, прекрасно понимая головой, что так нельзя.
Мой побег был правильным решением, я не сомневаюсь в этом и сейчас, и все обязательно была бы прекрасно, если бы не маленькое но, что с каждой секундой развивалось во мне. Моя беременность, мой крест, дите двух мужчин, что смогли растопить мое сердце.
Шорох за спиной заставил меня почувствовать напряжение. Холодок по спине, затем тепло. Это была Бони, и я, отчего то расслабилась, тут же облегченно выдыхая и пробуя снова чиркать зажигалкой. Слезы все так же лились по моим щекам, я словно их не замечая, делала первую затяжку в своей жизни, тут же закашливаясь и чуть не сваливаясь с крыши.
Бони, она всегда была для меня настоящей опорой. Порой мне так стыдно за некоторые мысли, что были направлены в ее сторону, за свои критические взгляды и размышления о том, что наша дружба слишком противоречива и неправильна. Мы разные, она девчонка из бедной семьи, простая и развратная, я, девушка из высшего общества, воспитанная, обеспеченная, избалованная вниманием мужчин и прессы. Что нас свело вместе?
Я полагаю, что судьба.
Не так часто можно встретить в своей жизни человека, с которым было бы комфортно молчать. Бони тем самым отличалась от своей старшей сестры, она знала, когда нужно притихнуть и дать возможность просто выплакаться у нее на шее, дать мне шанс на какое-то время почувствовать себя самой собой. И я упала в ее объятия, вдыхая пряный аромат каштановых волос, касаясь кончиком носа ее прохладной кожи, чувствуя, как тонкие руки обнимают меня за стан и она терпеливо держит меня, ждет, когда я наконец успокоюсь, когда я буду готова сама с ней заговорить. Она была чертовски тактичной, не смотря на свое воспитание и болтливость.
Сколько мы так еще просидели? Минут двадцать? Может час? Ее слова не прозвучали резко в нашей тишине, о нет, я послушно кивнула головой, поднимаясь за ней следом и отправляясь в наш дом. Слезы словно очистили мою душу, а утро, будущее утро очистит и мой разум. Сейчас мы вернемся в наши постели, я попрошу Бони лечь со мной, обниму ее крепко за талию и постараюсь уснуть под ее размеренное дыхание. Мне всегда становилось намного легче, когда она рядом. Как бы мы не ругались, какие бы импульсивные речи не кидали в сторону друг друга, мы будем рядом. Обиженные, рассерженные и злые, разочарованные и хмурые, мы будем друг с другом, потому что… потому что это и есть настоящая дружба, одна душа, живущая в двух разных телах.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » - мы не ждём перемен, тишина - абсолют.