Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Ray
[603-336-296]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Your problems have just become my own


Your problems have just become my own

Сообщений 21 страница 40 из 43

21

Да, я была далеко не той девушкой коих рисуют в современных модных журналах на развороте первой страницы. Я не принцесса, тратящая всю свою зарплату на красивую обувь или короткие платья. Я живу иначе, я не шатаюсь, день и ночь по салонам, не загораюсь когда вижу листовки с кричащими буквами «распродажа», я не такая. Я просто не такая. Нет, в моем гардеробе есть платья, и надо сказать довольно симпатичные, ведь я становлюсь частой гостьей каких-нибудь вечеринок, дней рождений, или небольших ужинов устроенных в честь повышения коллег. Все это мне не чуждо, но я просто напросто этим не болею. Меня учили быть такой, какая я есть, и тот урок я запомнила на всю жизнь, наверное, потому что однажды меня этому научила мама. Поэтому я такая, я этим никогда не хвастаюсь, но даже притом, что моя грудь не силиконовая, а губы не накачаны какой-то гадостью, проблем с мужчинами у меня никогда не было. И кто после этого скажет, что искусственная красота правит миром? Только вся суть была в том, что я не особо этим пользовалась. Я чаще всего обходила стороной все эти намеки и приглашения, особенно если не видела в этом смысла. Я привыкла к короткому общению. Общение на одну ночь, а как оказалось некоторых молодых людей это в корне не устраивало. Все привыкли быть собственникам и не хотели делить свою добычу с кем-то другим, а я считала себя выше этого и просто уходила, особенно если считала это нужным. Сейчас я действовала, как и раньше. Отдавалась уходящему моменту. Забавная все же игра слов.

Да, в свои двадцать три я уже вполне могла быть замужем, воспитывать маленького ребенка и жить совершенно иной жизнью. Тогда там в магазина я бы не уложила этого гада на лопатки, я бы скорее всего просто жутко испугалась и в слезах выбежала из магазина. Тайлера я бы боялась как огня потому что его взгляд не должен был внушать мне доверия, но это была не параллельная вселенная, а я была все той же Джо с которой Тай и познакомился. И сейчас мы не собирались вести светские беседы, обсуждать каким это образом мы докатились до такой жизни. Мы собирались отлично провести время, так чтобы этот вечер скрасился не только драками и хорошим алкоголем, но и кое-чем еще более приятным. Именно этого я была лишена два последних месяца, а теперь представьте, что со мной происходило сейчас, когда я чувствовала эти непередаваемые импульсы, исходящие от мужчины к которому прижималась.

― Думаешь за это тебя накажут? ― с нескрываемым вызовом в голосе, прошептала я, когда моя ладонь уперлась в его крепкую грудь, вырисовывая на ней незамысловатые узоры кончиком указательного пальца. Да, пожалуй, я рисковала, бросившись в этот омут с головой. Я его не знала и не могла быть уверенной в том, что те выводы, которые я сделала о человеке спустя два часа после знакомства будут верными. Он мог поступить со мной как угодно. В конце концов, кто узнает? Сэм? Заткнуть его казалось бы задачей куда более легкой, чем та же расправа со мной. Но я все же привыкла доверять своему внутреннему голосу, а сейчас я действовала именно так, как он мне говорил. Не стеснялась своих желаний.

― Хочешь проверить? ― это был уже даже не вопрос, а скорее предложение, которое не помешало бы немедленно выполнить. Но я позабыла, что хотела сделать, когда почувствовала его настойчивые губы. Мои пальцы тут же впились в кожу на его спине, а я разменивая воздух на удовольствие совершенно не желала прекращать этот поцелуй, ставший уже совсем не простым, когда его ладони оказались на моих ягодицах.
Через пару минут мы уже двигались куда-то назад и в итоге оказались у стены, резко пропечатавшись к той, и продолжая начатое. Я не отрывалась от его губ не давая ему возможности оглядеться по сторонам. Дальше поведу я, ему не стоит волноваться. Я выгибаюсь и откидывая голову назад, пока он покрывает поцелуями мою шею, и спускается к плечам. Тихий стон срывается с моих губ, когда я чувствую как он меня кусает, я тут же притягиваю его к себе и впиваясь в его губы желая вновь почувствовать этот вкус. Вкус страсти. Отлипаю от стены и веду его куда-то в сторону, в темный коридор, наощупь прокладывая путь к своей спальне. Мне приходится оторваться от него на жалкие мгновения и сделать шаг назад, чтобы прислонится к холодной двери и поманить его к себе одним только взглядом. Почувствовать его снова, вплотную прижатого к себе, ощутить как он меня хочет и не откладывая самое сладкое на потом, дернуть дверную ручку и в буквальном смысле завалиться в темную спальню.
Подтолкнув его к кровати, я завалила его на покрывало и села сверху, припадая губами к его плечам и начиная медленно покусывать его кожу, ощущая как кровь венах начинает бежать еще быстрее.
― Еще чуть-чуть и я больше не смогу терпеть, ― хриплым голосом  бросаю обрывки своих слов куда-то в горячий воздух, и возвращаюсь к его губам.

+1

22

Больше всего я ценю в женщинах страсть. Это то чувство, которое женщина обязана пронести с собой и ни в коем случае не утратить. Страсть — это внутренний огонь, который зажигает любого, даже самого стойкого представителя противоположного пола. Это чувство, придающее женщине ещё больше шарма, ещё больше привлекательности, даже если она затянута в полицейскую форму или целыми днями перемазывает руки мазутом. Нельзя передать словами то чувство, которое вспыхивает в тебе, стоит только увидеть эту страсть в глазах женщины, которую ласкаешь. Это невообразимо красиво и сексуально. Ты понимаешь, как она горит под твоими руками, что чувствует и чего на самом деле хочет. Даже в светской беседе, когда вас разделяет большой стол переговоров, этот взгляд выдаст её с потрохами, стоит только по-внимательнее приглядеться. Глаза женщины, которая хочет, всегда заводили меня с полоборота. Я был от них зависим, как от колдовских чар. Я никогда не мог сказать женщине «Нет», когда она так смотрела на меня. Да и что кривить душой, я никогда не упускал шанса хорошенько покувыркаться, но это уже грязная и неухоженная сторона моей далеко не тонкой души.

Сейчас я снова поймал этот взгляд, ещё задолго до того момента, как прижимал её к стене, кусая за шею. Мы только перешли порог квартиры, а я уже видел эти глаза. С загадкой, с прищуром оценивающим и заманивающим, видел улыбку, таинственную и дерзкую, она говорила мне — попробуй, может повезёт? И мне повезло. Откинуть в сторону то обстоятельство, что мы оба были пьяны, плохо соображали и поддавались минутному порыву — и всё прекрасно. Я полностью перестал ориентироваться в пространстве ровно в тот момент, как мы завернули в тёмный коридор. Я не видел вокруг себя ровным счетом ничего, а Джо делала всё, чтобы я даже не пытался. Стоило мне на секунду оторваться от поцелуя и громко вдохнуть воздух ртом, как она тут же грубо хватала меня за скулу, привлекая обратно за прежнее занятие. Сказать, что я завёлся — ничего не сказать. Как можно остаться равнодушным, когда совершенно обнажённая девушка, изнывая от нетерпения и желания так трётся о твоё бедро, что ты не только догадываешься о степени её возбуждения, но и прекрасно ощущаешь это собственной кожей. - Я готов понести любое наказание...- перекрывая случайно вырвавшийся из её уст, стон, в ответ я буквально прохрипел пересохшей глоткой ей в губы, распуская руки куда только было возможно в этой темноте. Пару раз что то глухо стукнулось об пол, один раз — разбилось. Видимо я умудрился посбивать все вазочки, фотографии и прочие элементы декора, пока шёл к спальне.

Дверь в спальню отворилась, сопровождаемая довольно недвусмысленным намёком, а точнее вопросом. Хочу ли я проверить? Я даже не сразу нашёлся, что ответить, расплываясь в хищной улыбке. Конечно хочу, не только проверить, но и использовать в личных целях. - А тебе...разрешено использовать служебную амуницию...в личных целях? - С трудом выговорил я фразу, на которую собирался очень долго и был тут же опрокинуть на кровать и прижат сверху воинственно устроившейся Джо. Ну а дальше тормоза отказали окончательно. Под поцелуями, щедро осыпающими моё тело, соображать я не мог. Таращился в потолок мутным взглядом, периодически окончательно теряя фокус и закрывая глаза. Ёрзал от нетерпения и удовольствия, которое никак нельзя было переносить без проявления каких-либо эмоций. Сопел, дышал через плотно стиснутые зубы и выдавал себя роем мурашек и отменным стояком, который, спасибо алкоголю, слегка припозднился и заявил о себе только сейчас. Хорошо, что вообще заявил. - Если бы...в полиции всегда проводили задержание так... я бы... вечно нарушал закон... - Паура продлилась недолго, запоздалая мысль вынудила меня открыть рот снова. - ...задержания...ну...женщинами... - Я исключил мужиков таким невнятным пояснением, в надежде на то, что Джослин, в конце концов, меня поймёт. А если не поймёт и пропустит мимо ушей — и чёрт бы с ним.

Где-то вдалеке пронеслась мысль о том, что я забыл бумажник. Казалось бы, какая глупая мысль, кто думает о бумажнике во время секса? Я, потому что в нём я всегда хранил пару резинок, на вот такой вот неожиданный случай. Бумажник лежал в джинсах, джинсы валялись где-то в гостиной. А Джо говорила, что некому вещи разбрасывать. Да вот, пожалуйста. Я прерывисто вздохнул, решив, что смогу обойтись и без резинки, в конце концов, мы взрослые люди, но какая-то, через чур правильная часть моего рассудка, намекнула, что я способен и налажать. Тому виной бурбон, напрочь отрезавший мне путь к трезвым мыслям и действиям. А впрочем.... Уверена? - Спросил я, хватая блондинку за бёдра. Рывком вперёд каким то чудом я умудрился сесть на мягкой койке, теснее прижимая к себе девушку. Тонкий аромат всё того же геля для душа щедро растекался по комнате, мешаясь с нашими ферамонами, бил по башне не хуже выпивки, а я и сам понимал, что вряд ли сдержу себя ещё на минуту другую. Когда я хочу женщину, держаться я не в состоянии. Высвободив руку от крепкой хватки Джослин, я нырнул ладонью к внутренней стороне бёдер, проводя кончиками пальцев по нежной коже. Вдаваться в подробности не буду, но рука добралась туда, куда следовало добраться ещё полчаса назад и я пустил в ход пальцы, аккуратно вводя их внутрь раскалённого женского тела на одну лишь фалангу, лишь бы раздразнить. - Ммм...вот теперь...не сможешь...

+1

23

Мой выбор мужчин порой казался странным и не понятным, но я не руководствовалась чьей-то логикой или советами журналистов печатающих статейки в глянцевых журналах. Мне нужно было нечто большее чем "правильный человек" я хотела знать что этот человек сможет разжечь во мне пламя, что он заставит меня смотреть на него так, словно я больше не в состоянии ждать удобного момента чтобы просто взять и накинуться на него, как бы дико это не звучало. Мне нужны были эмоции, страсть, а не банальная любовь и идеальные взаимоотношения. Я хотела быть зависимой, получать кайф от того чего другие стесняются или бояться показывать на людях. Да видимо с такими замашками я походила на вулкан, поэтому не каждый был способен выдержать мой нрав, не каждый мог заниматься в моей жизни именно ту ношу которую бы мне хотелось. Всегда чего-то не хватало, мне всегда всего было мало, поэтому когда сегодня мне представился шанс вкусить то, чего мне так все это время не хватало, я не смогла себе в этом отказать. Да мы были пьяны и мало что соображали, когда избавились от полотенец как от ненужного никому мусора. И завтра мысли в голове будут совершенно иными, но завтра будет завтра. Ведь так? Почему бы не насладится моментом, пока он не исчез.

Казалось Тай сейчас был для меня идеальным партнером, я давно так не заводилась от одного только взгляда. И да я позвала его выпить не просто так, думаю он все прекрасно понял, он не маленький мальчик ему не нужно объяснять что значит то или иное действие человека, особенно если этим человеком является молодая и свободная девушка. Я не притворялась идиоткой которая не понимает на что идет, я просто делала что хотела не думая о последствиях. А теперь пути назад уже не было, когда наши пальцы были там, где им и следовало быть а губы в нетерпении блуждали по его скулам вновь спускаясь к желанным губам, которые я не отпускала ни на секунду. Даже в кромешной темноте коридора я ощущала как гулко бьется мое сердце, будто бы я уже успела пробежать длинный марафон а сейчас мне просто необходимо перевести дыхание. Но об этом не могло идти и речи, любая даже короткая пауза свела бы меня с ума. Тогда до спальни мы бы не дошли и все бы произошло здесь, прямо у стены, но у меня были планы куда более интересные, поэтому нашей целью стал мягкий матрас, на котором Тай и лежал спустя пару минут.

- Учти, ты сам это сказал, - голос становился все тише, срываясь  лишь на хриплые стоны пока я просто пыталась не сойти с ума от ощущений охвативших мое тело. И сейчас каждый изгиб, каждое мое движение, каждый тяжелый вздох воспринимался как зов, как прошение, как требование о немедленном утолении. Внутри всё безумно тряслось, пылало, в безумной жажде продолжения, и эти секундные задержки отдавались тягостной, но такой сладкой болью. Пульсация в висках с каждой секундой  становилась все сильнее, а кожа стала еще восприимчивее к любому самому маломальскому прикосновению. Я медленно но верно растворялась под его ладонями, не зная насколько долго смогу терпеть еще, - А я никому не скажу, что мы с ней делали, - прикусываю губу и  почти обессилено улыбаюсь. В полумраке он вряд ли заметит как сейчас сверкали мои глаза но я едва ли ждала чего-то подобного. Дышать становилось еще сложнее, горячий воздух проникал в легкие разрывая их на куски, каждый мой шумный вздох опалял его кожу, там где я оставляла поцелуй за поцелуем, - Когда ты решишь вновь нарушить закон, знай в чью дверь ты можешь стучать, - прозвучало как заманчивое предложение на будущее, но сейчас это слетело с моих губ скорее на автомате. Я плохо соображала что говорю, просто поддавалась инстинктам.

Сейчас то я и умудрилась вспомнить, что нам бы стоило подумать о защите. Не очень удобный для этого момент но у Тайлера в голове скорее всего пронеслась подобная мысль. Мужчины были бы не мужчинами если бы не думали о резинке. Но я была всегда готова к подобного рода ситуациям, поэтому в моей тумбочке никогда не валялась парочка старых не использованных презервативов, - Не думай о защите. У меня все под контролем, - сейчас я не должна была объяснять подробности, ему просто стоило мне доверится, в конце концов я же не ребенка тут собираюсь зачать. Хотя такой риск есть всегда, но сейчас я думала не о будущем потомстве а о мужчине лежавшем подо мной. Да я любила быть властной даже в таких ситуациях, хотя бы настолько насколько мне позволял это делать мой партнер.

Я схватила губами раскаленный воздух, когда он резким движением ладоней сжал мои бедра и сел в кровати, притягивая меня ближе. Так я оказалась у него на коленях. Мои ладони уже вспотели, хотя скажем так влажно было не только там. Едва уловимый запах бурбона чувствовался так же как и аромат геля для душа, а еще было сложно не уловить запах невероятного желания, такого манящего и томительного. Я замерла когда почувствовала его пальцы на внутренней стороне бедер и громко ахнула, когда они вошли внутрь, доводя меня до экстаза. Он замер, зато я не была готова остановится. Негодник, он лишь растягивал момент чтобы немного помучать меня. Я подалась вперед и едва коснувшись его губ, слегка прикусила нижнюю, после чего вновь накрыла его губы поцелуем, но поспешила резко оторваться от них, - Дразнишь меня? - рука нырнула вниз а пальцы уже обхватили его запястье насколько это было возможно, - Хочу тебя. Немедленно.

+1

24

Кажется у меня окончательно съехала крыша. Затрудняюсь ответить, что было тому виной, возбуждённая женщина в моих руках здесь и сейчас, алкоголь, чьё действие усилилось с повышением физической нагрузки или какой-то третий, неведомый фактор. Я не задумывался. Увы, сейчас голова перестала работать и, кажется, это на долго. По крайней мере утолять свой и чужой голод, я был намерен ещё как минимум весь ближайший час. Иногда внутри скапливается столько напряжения, что избавиться от него можно только таким способом, и чем дольше затянется наше совместное удовольствие — тем лучше. Пока не кончатся силы и пока не откажут руки, ноги и, конечно, самый главный орган, за работой которого я тщательно следил. Ладно, опустим эти подробности и вернёмся к настоящему. А в настоящем, нас сопровождала тишина, кромешная тьма ночной улицы, скрытой за жалюзями комнаты и букет запахов, которые не ускользнули и от Джо. Когда она приближалась ко мне, я слышал, как громко втягивает она запах мой кожи. Я делал тоже самое, подстёгивая себя ароматом влажных волос. У женщин свой запах, его сложно объяснить на словах и уж точно тяжело понять человеку не искушённому. Женщины вообще — существа уникальные. Кто-то из их представительниц как-то сказал: «Господь специально сделал нас маленького роста, чтобы вы, мужчины, могли обнимать нас и вдыхать феромоны». Я тогда ржал как конь и не понимал, как права была моя мимолётная и недалёкая знакомая. Всё было действительно так, как она говорила.

Втягивая полными лёгкими запах влажных волос, я забывался окончательно. Букет ароматов напрочь отключал мозг и включал инстинкты, вынуждая меня прижиматься теснее, быть ближе и не забывать про пальцы, которые сейчас были моим оружием, против меня же самого. С каждым очередным жестом, блондинка взрывалась у меня на коленях, оставляя на моей шее грубые красные следы. Ох и всыпет мне кто-то за эти борозды потом...Но это потом... Сейчас мысли не уходили дальше этой спальни, собственного паха, где напряжение всего тела скопилось в один плотный комок, и мои собственных ощущений, в которых я блаженно купался. - Я запомнил...твои слова... Если вдруг когда-нибудь окажусь в чужом участке, буду требовать не адвоката...а тебя... - Я расплылся в ухмылке, не сдержав громкого выдоха, который претендовал на первый стон удовольствия, на который я, чаще всего скупился. С корректным проявлением эмоций у меня всегда было туго, надо это признать. Но если что-то я мог скрыть от себя самого и других, то многое пролетало мимо моего контроля и выдавало меня с потрохами. Замутнённый, бледный взгляд, например. Он не был признаком безразличия, наоборот, знаком того, что женские чары подействовали на меня стопроцентно и я больше не в силах с ними бороться.
Да и когда я боролся с этими чарами...проклятыми чарами, затягивающими в безвозвратный омут, в проблемы, в переживания, чары, облитые кровью, потом, слезами... это всё женщины...

Последние мысли вынуждающие меня медлить были развеяны уверенной фразой блондинки. Если у неё, такой пьяной то ли от бурбона, то ли от всего происходящего, всё под контролем, то я не против. В конце концов, моё дело спросить, её дело — отказаться. Собственный опыт научил быть осторожным. Я понял, что головы у меня нет, и я способен на неприятные недоразумения, заканчивающиеся бешеной скачкой по квартире в поисках нужных таблеток и прочих средств к спасению. Было дело. Давно и неправда. Ладно. Забыли. - Намёк понял. - Требование Джо было безапелляционным. Противиться ему означало подставить себя под мишень и попасть под лютый гнев неудовлетворённой женщины. Да и я к этому времени уже успел завестись настолько, что терпение мягко стало намекать на то, что вскоре оно подойдёт к концу. Медлить я больше не стал. Лишь нехотя потянул руку, крепко сжимаемую цепкими женскими пальчиками, назад, подхватил блондинку под спину и ловко перевернул её спиной на койку. Мягкий матрац скрипнул и поддался под весом двух тел. Укусил за шею, за мочку уха, за линию подбородка, пробираясь пальцами в тяжёлые, светлые локоны. По хозяйски уместился посередине, отводя ладонью в сторону настырное бедро, которое так и норовило сжать мою многострадальную поясницу. Та, кстати, обзавелась очередным рубцом. После удара заточкой я всё-таки лишился селезёнки и теперь горстями жрал какие то таблетки, вызывающие у меня страшный сушняк. Я опять уехал в сторону. В самый ответственный момент. Я прогнулся в спине, как кот, кусая зубами нежную кожу на шее Джо, опустил ладони вниз по талии, пристроив одну руку на упругой ягодице, сейчас находившейся в приятном напряжении. Другая рука мягко проскользнула по влажному бедру, колену, сползла на внутреннюю сторону, поднимаясь к паху. Задержался на минуту с поцелуями, останавливая зубы где-то в районе ключицы. Джослин придётся походить покусанной пару-тройку ближайших дней. Пауза была недолгой. Каких то несколько секунд для того, чтобы слегка помочь себе рукой и наконец плавно войти. Нежностей в постели от меня добиться было сложно, поэтому...стоило Джо привыкнуть к новому ощущению на каких-то несколько секунд, я напряг бёдра, проникая глубже куда более резко и настойчиво, на громком выдохе, плавно переходящем в стон. Обратного пути нет. Я крепче взялся за бедро, сжимая его в пальцах, воткнулся рукой в мягкий матрац где-то у уха Джослин, выпятил назад острые лопатки и принялся методично двигаться внутри, задавая бодрый ритм нашему веселью. Странно, но на сосредоточенном по-началу лице, появилась какая-то подозрительно хищная улыбка, я смотрел прямо в глаза лежавшей подо мной блондинки и ни на минуту не отрывался, во всю любуясь открывшимся мне видом.

+1

25

Я соскучилась по этим ощущениям. По чувству, охватывающему все мое тело, когда я сжимала пальцы в кулак и тут же их разжимала, пытаясь унять сладостную дрожь, что взяла меня в свой плен этой ночью. Он заставлял меня терять голову, и я окончательно перестала соображать, когда оказалась у него на коленях, будучи не в силах ни отпрянуть назад, ни податься вперед. Да, теперь дрожь, прокатывающаяся по телу, была такой приятной, с примесью страсти и неимоверного наслаждения. Каждое его прикосновение дарило мощный электрический импульс, волной пробегавший по телу, от самой макушки до пяток. Тай сводил меня с ума, а я с удовольствие поддавалась этому чувству, даже не желая возвращаться в реальность, потому что там я была одна в совершенно пустой квартире, а эта ночь должна была подарить мне гораздо большее. Пока я еще буду в состоянии чувствовать, пока у меня не закончатся силы, пока его руки еще будут блуждать по моему телу. Я пыталась дышать, когда легкие сжались от нехватки кислорода, но было сложно разменивать поцелуи на вдохи, когда я уткнувшись носом в его шею, вдыхала аромат его кожи.
Будь моя воля я бы растянула это удовольствие до утра, пока солнечные лучи не начнут пробираться в спальню сквозь жалюзи на окне, разрушая ту темноту в которой мы сейчас увязли.

Я вновь почувствовала его тяжело дыхание, то как он прижимает меня ближе. Я чувствовала что все это обоюдно, каждое движение и прикосновение. Собственная страсть ведь не стоит ничего, когда человек рядом не ощущает того же. Все вокруг вновь задвигалось, стало пританцовывать и выдавало немыслимые пируэты. Когда мы смешивали все образовывая невообразимую комбинацию из образов, картин, звуков, запахов, действий. Сейчас мое собственное тело, словно являлось лишь способом единения, начинало мешать и хотелось вырваться из него и слиться вне. В какую-то секунду я обрела невыразимо-тонкую чувствительность, когда все ощущения обоюдны и лишь на двоих, и каждое малейшее движение кажется поглощением. И в этот момент ничего не могло быть слаще между нами.

Теперь каждый из нас чувствовал, что больше не в силах изводить друг друга. Каждая секунда была похожа на вечность, либо могла пролетать настолько быстро, что мой затуманенный рассудок просто физически не мог улавливать этого. Жар между нами уже так же достиг пика, обжигая каждый участок моей кожи, ладошки все так же блуждали по его плечам, очерчивая немыслимые линии скользящие то вверх то вниз. Мы погрузились в тишину прерываемую лишь чувственными вздохами и стонами, пока еще не такими громкими какими они могли бы быть. Тай ловко уложил меня на матрас, который тут же прогнулся под весом наших тел. Я вздрагивала от каждого укуса, не сдерживала стонов, пока его ладонь вновь не скользнула к моему бедру. Я замерла в сладостном ожидании, и прикрыв глаза выгнулась как кошка когда он плавно вошел в меня. С губ сорвался очередной стон, а я только успев привыкнуть к новым ощущениям уже не могла сдерживать громких стонов когда он стал двигаться во мне более резко и настойчиво. Мои пальцы вцепились в простынь, но этого оказалось мало, вновь выгибаясь я как-то дотянулась до спинки моей кровати и зацепилась пальцами за её деревянные края.

Стоны срывающиеся с моих губ стали все более громкими, и мне было наплевать услышат ли меня соседи и будут ли они скрывать свою улыбку этим утром, когда решат со мной поздороваться. Мне было все равно.
Мои руки от напряжения устало отрываются от деревянной спинки и я тут же утыкаюсь ему в шею, вплетая свои пальцы в его волосы, оставляя поцелуй за поцелуем где-то в области шеи, двигаясь ему на встречу и задавая какой-то бешеный ритм нашему веселью. Немного отстранившись я смотрю в его  затуманенные глаза, которые наблюдали за мной все это время. Ловлю взглядом его хищную улыбку и прикусив губу, вновь выгибаюсь ему на встречу ощущая дикое удовольствие от каждого толчка. В горле вновь и вновь пересыхало, воздуха катастрофически не хватало, отчего хотелось чувствовать его губы, заменять каждый вдох поцелуем, покрывать поцелуями его скулы и шею. Каждый момент, каждый взгляд, каждую искорку в его глазах, сейчас я ловила абсолютно все, из последних сил. Ощущение его губ на её шее, горячее дыхание около уха и тихий стон. Моя рука вновь скользнула по его  торсу, опускаясь еще ниже в область паха, после чего переместилась к моей груди, которую я тут же сжала, наслаждаясь тем, что он до сих пор наблюдал за мной.

+1

26

Что такое страсть? Ответить на этот вопрос односложно, практически нереально. Это смешание совершенно непохожих друг на друга чувств, порывов и ощущений. Это способность организма перестраиваться на совершенно иную ступень, которая была совершенно недоступна собственному мозгу. Сейчас мой мозг был напрочь отключён, а собственное тело я чувствовал с таким трудом. Лишь далёкие отголоски работы собственных мышц, бега крови по жилам и стука собственного сердца напоминали мне о том, что я всё ещё жив. Необыкновенная лёгкость, к которой с каждым новым движением и вдохом добавлялось ещё и удовольствие, делали меня попросту неуязвимым. В такие моменты я считал, что способен на всё. И никакие супермены из комиксов не могли тягаться со мной. Я ощущал в себе силу, какую-то тщедушную долю ответственности, меня переполняла необъяснимая гордость и, конечно, моё самолюбие росло.
В сексе я был страшным эгоистом. Нет, не потому что я хотел доставить удовольствие только себе, наоборот, я старался доставить удовольствие ей, но мне жизненно важно необходимо было видеть, как женщина тает. Как она растворяется под моими руками, как стонет и смотрит на меня — всё это придавало мне сил, и превращало поток моей энергии в нескончаемый. Я не мог без эмоций. Я жаждал увидеть, как закатывает она глаза от удовольствия, как кусает в кровь губы, как сминает под собой простыню и прогибается всем телом. Такая картина — бесценна. И это, пожалуй, единственное, что заводит меня по настоящему. Знать и видеть что я доставляю женщине такое удовольствие.

Сейчас всё это было. Своими собственными глазами, пускай и нечетко, как в тумане, я видел, как она сходит с ума, слышал стоны, невнятный шепот и ощущал, как острые ноготки царапают мою кожу на боках, бёдрах, спине. От этого я заводился сильнее, двигался внутри неё быстрее, улыбался шире и чувствовал себя настоящим хищником. Я не знал куда себя деть от того потока возбуждения, накрывшего меня с головой. Я не мог без секса, как и любой другой полноценный мужчина. И если порой мне удавалось сбить с себя эту потребность выматывающими тренировками в спорт зале, то месяцы затишья, пускай и с мелкими перебежками я выдержать был просто не в состоянии. Сегодня был именно тот момент, когда я смело высвобождал всё то скопившееся во мне напряжение без вреда для себя и окружающих. И я наслаждался этим моментом, как мог. Как кот, ленивый, но в тоже время гибкий и грациозный, прогибался, кусал за мочку уха, за шею, оставляя довольно неоднозначные следы, о присутствии которых Джо ещё долго придётся рассказывать байки на манер «налетела на косяк».

Ей это нравилось, и посему, она время от времени одаривала меня таким красноречивым взглядом, что описать его словами было просто невозможно. Я же отвечал взаимностью, облизывал пересыхающие губы, унимал, как мог, тяжелую отдышку, улыбался, в те моменты, когда просто не мог сдерживать себя, раз за разом делая движения ей на встречу.
В какой-то момент, мой взгляд медленно опустился на её руки, беспомощно хватающиеся за воздух, где-то в районе моего собственного паха. Немая просьба быть настойчивее, глубже и сильнее была воспринята без лишних вопросов. Я подался вперёд, проникая глубже и касаясь животом её раскрытой ладони и замер, наблюдая за тем, как медленно скрываются под отяжелевшими веками её глаза. Нравится.

Оперся на руки, расслабил бёдра, чувствуя, как сильно она сжимает меня изнутри, склонился, как мог, кусая за распухшие от удовольствия губы. Завтра утром на них уже будут красоваться синяки, говорящие о многом, произошедшим этой ночью. Спустился губами ниже, не переставая слегка покачивать бёдрами, провёл языком по линии ключицы, задержался на симпатичной ямке на шее, аккуратно обходя стороной свежий шов на шее, а дальше — дальше больше. Незаметно выскользнул из неё, продолжая опускаться языком теперь уже к груди, прошёл вокруг острых тёмных сосков и перешёл на линию живота, губами спускаясь по подтянутой, бархатистой коже. Развёл ладонями напряжённые колени, добрался до пупка, остановившись там не на долго и с вызовом поднял глаза, наблюдая за её реакцией. Ещё немного и я сорвусь сам, отбросив в сторону эти совершенно ненужные ласки. Хотя признаюсь и это заводило меня не на шутку. Обдав горячим дыханием напряжённый живот, я пошёл ниже, с трудом пытаясь держать взгляд на ней, то ли пьяной, то ли такой же, сошедшей с ума от желания. Мне маниакально хотелось большего, хотелось слышать, как она кричит, именно поэтому томить долго я не стал, миновал линию паха, пройдясь губами по гладкой, нежной коже и спустился вниз, пуская в ход язык. Вкус и запах возбуждённой женщины — дорогого стоят. Это бесценная награда, достигнуть которой не так то уж и просто. И я, наконец, достиг, отключая голову окончательно и погружаясь в это удовольствие, которое невозможно описать словами. Кажется, настала моя очередь сжимать в руках её напряженную грудь.

+1

27

Не знаю, кому нужно сказать спасибо за сегодняшний вечер, господу богу, шайке тех идиотов которые нарывались на проблемы или самой себе за то, что вырвалась в магазин за пивом а не пошла на привычную вечернюю пробежку. Кому мне нужно было сказать это простое, но очень искреннее спасибо? Потому что я была готова сделать это, конечно не сию же секунду, а может быть позже или завтра, но не в этом суть. Кажется, в большем я сейчас просто не нуждалась, и кто бы только мог подумать, что нужное мне лекарство просто приплывет мне в руки. Мне уже давно хотелось расслабиться, забыть обо всем и просто отдаться какому-нибудь парню с сильными руками и такими же затуманенными как у меня глазами. Знаю, звучит пошло и совсем неприлично, но какая разница кто что подумает, я пашу как проклятая и имею право на личную жизнь, какой бы дикой она кому-нибудь не казалось. А сдерживать себя слишком долго я не могла. Вся страсть, что накопилась во мне за это время сейчас выплеснулась наружу. Все мои желания я собиралась воплотить в жизнь именной этой ночью, и кажется, Тай был именно тем с человеком, который понимал меня в этом без всяких слов. Жесты, движения, взгляд, ему хватало лишь этого, чтобы прочувствовать меня, чтобы доставить мне удовольствие и получить это удовольствие в ответ. Я прогибалась под ним, стонала все громче и громче выдавая себя с потрохами. Мне было хорошо, так хорошо, что я едва ли соображала, в какой мы реальности. Мои влажные ладони уже давно перестали чувствовать ткань, которую они сжимали, потому что я ощущала лишь его. Чувствовала каждый его рывок, кусала губы, когда он входил еще глубже и закатывала глаза, от удовольствия сжимая ногами его напряженные бедра.

Я уже чувствовала вкус крови на губах, которые кусала слишком рьяно, не видя грани между чем-то реальным и тем, что он заставлял меня ощущать. Закинув голову назад я выгнулась ему на встречу; приятная дрожь прокатилась по всему телу, когда он коснулся губами моей шеи, оставляя на ней алые пятна от укусов. Мне еще не один день придется скрывать их за шарфом или придумывать глупые отговорки, пытаясь отшить слишком любопытных коллег на работе, которым только дай повод по обсуждать чью-то личную жизнь. Такое чувство, что поговорить им было больше не о чем. Но мое тело и все, что с ним происходит это мое личное дело, и лишь в редких случаях, как например, сейчас я отдаю его кому-нибудь на растерзание, не ставя себя и своего партнера в какие-то жесткие рамки. Каждый из нас хотел получить желаемое, так зачем нам ограничения, не так ли?

Попытка податься вперед и коснуться его губ закончилась тем, что я провела языком по его шее, и коснулась губами мочки его уха, зажимая ту зубами и нежно покусывая его кожу. Не одна я буду носить следы этой ночи в ближайшее время, ему тоже останется пара тройка бонусов которые он заметит лишь утром, а сейчас…он неожиданно выходит из меня, чем заставляет меня шумно ахнуть. Я хватаюсь за его плечи, пока он спускается все ниже, переходя к ласкам от которых я медленно но верно сходила с ума. Не знаю, что он задумал, особенно сейчас, когда смотрел на меня таким взглядом обжигая горячим дыхание кожу на животе. Я смотрела на него в ответ с немым вопросом, а он предоставил мне ответ через пару мгновений. Он развел в сторону мои колени и спустился еще ниже, заставляя меня вскрикнуть, стоило его губам завертеть эту карусель. Я напряглась, вновь врезаясь ногтями в простынь и кажется, порвала её, когда попыталась потянуть ткань куда-то в сторону. Я накрыла его ладони, сжимающие мою грудь своими и вздрогнула, вновь срываясь на крик. Я не соображала что бормочу, но кажется своим криком я лишь доказывала то, что не ошиблась в своих решениях этой ночью.

Да. Сотни и тысячи раз - да. Я простонала это слово уже с десяток раз, когда мои ладони легли ему на макушку, а я продолжала хватать влажными губами воздух, глотая его своим пересохшим горлом. Мне начало казаться, что я вот-вот взорвусь. Не описать словами, что я чувствовала и как реальная картинка перед глазами начала медленно уплывать куда-то в сторону. Почувствовав секундную паузу, я тут же этим воспользовалась и поднявшись на колени, я прижалась к нему всем телом, впиваясь в его губы жарким поцелуем, все еще чувствуя на них свой вкус и запах, бьющий по вискам получше любого афродизиака.
Отвлекая его я медленно заставила его лечь на смятые простыни и примостившись сверху стала скользить ладонями по его животу, спускаясь ниже к паху делая там небольшую остановку чтобы именно в этот момент поймать его взгляд и почувствовать его реакцию, когда пальчики одной руки спустятся еще ниже, продолжая ласки и теперь сводя сума уже его. Поначалу лишь медленно, распаляя удовольствие, а потом, прибавляя темп, пока мои губы не блуждали по его торсу, а напряженные соски не касались его горячей кожи.

+1

28

Она добра где-то внутри, где нет денег и рифм, где между нами ток это миф,
Неловкие взгляды на кожу, потные руки укравшего неосторожно,
Можно же спать и видеть, послушай, под бит, но даже после любви я готов ненавидеть,
   Ночь уютна, и так тепла, это вдохновение, питает мой мир,
Безумием тела, безумием белого снега, жестами, когда мы одни,
Послушай, так падает серое небо, обнажая даже скрытые вены,
Как будто ты, станешь одним из тех, кто, расставаясь на миг, забывает на век,
   Стегающая красота отныне станет демоном, толкающим людей на измены,
Сказать о вере или любви, шептать о страсти, но услышать просьбу уйти,
Неосторожно, люди твердят слова одни и те же, превращая в алгаритмы нежность,
Заключая в код позывы к похоти, прикосновений к тебе, солнце, выдохни этот космос.
(с) Ассаи - Неосторожно


Не можешь вдохнуть усталыми лёгкими, прокуренными, напряженными от тяжёлого и прерывистого дыхания, просто хватаешь губами воздух и глотаешь его как воду — вот те самые ощущения, которые я испытывал на протяжении этого часа. Такого долгого и такого неуловимо быстрого одновременно. Секунды, в нашем ночном пространстве меняли своё свойство раз за разом. Мне то казалось, будто время вовсе остановилось и лишь изредка даёт о себе знать тяжёлой секундной стрелкой на часах, сиротливо наблюдавших за нами на прикроватной полке; то, словно по команде, часы срывались в безумный карьер и вот, казалось бы, ты только что зацепил взглядом стрелку, сам не зная почему, а теперь, она уже далеко внизу, понуро опускается и близится к без двадцати... Странное чувство, словно ты гуляешь от пространства к пространству. И в одном и в другом безумно хорошо. Тут нет тяжести воспоминаний, нет физической боли, мучившей меня дни и ночи напролёт, нет забот, нет проблем, нет долгов, нет раскаяний, извинений и чудовищной скуки. В этом пространстве хотелось жить. Тут была женщина, которая пахла корицей, лимоном и сексом, тут было тепло и тут была ласка, которой, чёрт возьми, так сильно не хватало в последнее время. Тут было спокойно, приятно, тут было волнительно, жестоко и нежно одновременно, тут был запах табака и привкус алкоголя и тут были мы, ни в чём более не нуждавшиеся, свободные люди, не требующие к себе особого внимания.

Соседи наверняка бросили затею звонить в 911. Громкие крики, сперва возможно воспринятые, как насильственные, были списаны на вполне мирные и где-то даже через чур. В моей бы квартире несчастная соседка махнула бы рукой и лишь ворчливо подметила, что я в очередной раз трахаюсь. Ну а тут, в незнакомых стенах, я совершенно не заботился о мнениях окружающих. Мне было хорошо, ей было хорошо, а на остальное глубоко насрать, как бы эгоистично это не выглядело. Я слишком устал быть зависимым от людей, чтобы сейчас продолжать это делать. От части я лукавил, я зависел. Здесь и сейчас, я питался удовольствием, страстью и женскими стонами, кожей впитывал в себя чужой запах, который был мне в новинку, купался в собственном возбуждении, в её вдохновении и охрипшем голосе, шепчущим какие-то невнятные непристойности. Здесь и сейчас я был захвачен врасплох, пойман ногтями за кончик уха, за коротко стриженный затылок схвачен цепкими пальцами, встормошен и опрокинут на спину, где мне суждено было провести десять прекрасных минут. Десять минут всё той же страсти и покоя, потому что сейчас я позволил себе расслабиться, сладко облизнуться и закрыть глаза, пока яркая блондинка исполняла своё соло, заставляя меня кусать губу, прогибаться в спине и довольно посматривать из-за полуприкрытых век куда-то вниз к широко раскрытым её глазам.

Врать в сексе я не умел. Не мог. Симулировать тоже. Поэтому в постели превращался либо в податливого и зависимого, мягкотелого мужичишку, поддающегося на любую внезапную ласку по отношению ко мне, либо в зверя, озлобленного, маниакально сорванного, резкого, грубого и настойчивого. Тут я уже успел сыграть обе роли и сейчас как раз доигрывал вторую. Пассивную, но не менее приятную во всей этой нашей ночной затее сегодня. Прекрасной затее. На испытующий взгляд в мою сторону я ответил таким же, весьма говорящим и вызывающим. Мне нравилось, чёрт побери то, что она сейчас вытворяла и лучше всего об этом говорило моё собственное тело, готовое продолжать на все сто процентов. Свою эту готовность я поддержал совершенно пьяной ухмылкой в её адрес и тут же охнул, в удовольствии закрывая глаза и откидываясь на мокрую подушку. Хватит с нас зрительных контактов. И пускай эти глаза сейчас затягивали меня в какой-то совершенно незнакомый мне, синий омут, сейчас я был способен видеть только черноту перед собой, которую периодически вспарывали яркие, разноцветные всполохи. Это кровь била в лицо и тут же отступала, а потом снова подкатывала к вискам и ударяла по мозгам очередной порцией удовольствия. Периодически я добирался слепыми ладонями до её влажного тела, касался напряженных бёдер, сжимал грудь в руках, кончиками пальцев пересчитывал выступающие из-под кожи рёбра, лопатки, ключицы. Словно слепой, смотрел глазами и при всём при этом прекрасно видел картинку. В центре внимания была её ладошка, ловко пристроившаяся к ритму моих собственных бёдер где-то, внизу живота. Умеренный ритм, к которому я успел привыкнуть, сменился приятной женской настойчивостью и остротой, заставившей меня открыть глаза и приподняться на локтях. Знала ведь, что творила и вынуждала меня поддаваться на движения и ласки, выдавая себя с потрохами. Пьяный взгляд скользнул по раскрасневшейся женской щеке, а ладонь настойчиво перехватила за шею сзади, принуждая подняться выше. Разозлился. Не на что. Просто так. Сыграл самца, потому что возбудился до предела. Требовательно схватился зубами за нижнюю губу, убивая в себе мастера поцелуя нелепым и жадным укусом. Стиснул зубы, не сильно, но ощутимо и наверняка до синяка на губе и глухо зарычал. Попытка убрать шуструю ладошку закончилась неудачей. Я перехватил ускользающее удовольствие за запястье и вернул на место, задавая довольно быстрый темп. Доводила, заводила и вытягивала все силы, но так возбуждала, что от пупка не отогнуть. Зарычал, а потом обессиленно засипел, понимая, что долго так точно не продержусь, а тело и дешёвые остатки голоса шли наперекор мозгу, выдавая вслух: - Быстрее...быстрее...
Хотел её, чёрт возьми, нереально.

Отредактировано Tyler Cutcher (2013-10-31 00:24:57)

+1

29

Я принимаю правильность движений
И я хочу еще быстрей
На озаренную поверхность,
Ложится сладостность очей.
Мне хочется высматривать желанье,
Мне нравится ловить его рукой,
От этих мыслей с замиранием
Сердце не дружит с головой
Прекрасное отчаяние наступит
Истомой сладкой и слепой
И каждый миг тогда полюбит,
Тот, кто сегодня был со мной.

В этой комнате растворилось все; тиканье часов, что еще час назад бы отбивало ритм в моем сознании, воздух, что кажется, просто закончился, когда мы  появились в спальне. Здесь не осталось ничего кроме нас двоих, таких страстных и волнительных. Отдающихся на растерзание своим желаниям и инстинктам; прямо здесь и сейчас. Я не видела перед глазами четкой картинки, потому что все просто плыло из стороны в сторону, погружаясь в темноту, взявшую в плен эту небольшую спальню. Лунный свет отражал на стенах причудливые тени деревьев еле – еле виднеющихся из окна, и наших тел, двигающихся в унисон друг другу, пока пульс не стал зашкаливать до предела, заставляя меня стонать еще громче. Я даже не думала сдерживаться, даже не думала фальшивить, потому что буквально сотрясалась от возбуждения, впиваясь пальцами в его кожу. Мне все равно, что подумают соседи сверху и снизу и тем более те, кто живут по соседству, это моя жизнь, и я делаю с ней все что захочу. Даже если завтра я буду ловить на себе неловкие взгляды, меня это едва ли заденет; а то, что я их буду ловить, я даже не сомневалась. Но думаете, сейчас я думаю об этом? Едва ли. Я, вдыхаю запах его кожи, до этого мне совершенно не знакомый, упиваюсь тем, что это просто сводит меня с ума. Одурманенная привкусом алкоголя на его губах смешавшегося с запахом секса, чувствую, что рамки, за которые я в каких случаях не заступала сегодня я нарушить, готова, и далеко не один раз.

Это делал со мной он, мужчина благодаря которому сейчас хотелось раствориться в этом моменте и запечатлеть его в памяти. Впервые за долгое время мне было так хорошо, впервые я не думала ни о чем, и не о ком кроме него. Сейчас он был здесь, и нам было хорошо. Вот единственная вещь, которая овладела моим сознанием и ей богу я так не хотела, чтобы эта мысль покидала мою голову. Прикусив губу, я спустила свободную ладонь к своей груди, накрывая его руку своей; сжала её сильнее, чуть не вскрикнув от удовольствия. Сейчас каждое даже маломальское движение отдавалось сильным импульсом в моем теле. Мне нравилось доставлять ему довольствие, нравилось наблюдать, как он наслаждается этим, как поддается мне в эти редкие минуты своей слабости. Мне нравилось чувствовать, что я делаю ему хорошо, нравилось поэтому я не останавливаясь то замедляя, то увеличивая темп, и просто ловя кайф от того что комок напряжения поселившийся между нами сейчас расстилается по телу сладостной болью, болью от нетерпения.

Выдохнув горячими губами, куда-то в воздух очередную несвязную фразу я ахнула от удовольствия, когда он приподнялся на кровати и схватился зубами за мою нижнюю губу. Мне нравилось, когда он был таким, необузданным, немного грубым, но безумно страстным и сексуальным. Я едва ли променяла бы это на скучный секс в миссионерской позе. Но признаюсь на одно короткое мгновение я расслабилась, чуть отведя ладонь в сторону. Тай быстро вернул все на свои места, безмолвным взглядом попросив меня прибавить темпу, я поддалась, и пошло улыбаясь, продолжила то, что заставляло его получать удовольствие. Но едва ли я могла еще терпеть, его шепот лишь раззадорил меня. Слегка приподнявшись, я расслабила хватку и плавно опуская на него, вновь почувствовала его в себе, погружаясь настолько глубоко насколько это возможно. Мои ладони на его груди разжались, и я скользнула ими вниз, упираясь пальцами в его живот, и закатывая глаза при первом движении вверх, пока еще очень медленном, но таком сладком.

Я чувствовала его нетерпение, чувствовала как он ерзает подо мной желая сделать все быстрее, но по начала я двигалась очень медленно, тем самым доводя до экстаза не только его, но и себя. С каждым толчком темп становился все быстрее. Я двигалась ему на встречу, быстрее и еще быстрее. Резко опустилась вниз, прижимаясь всем телом к нему, и кусая его за подбородок а потом и за губы. Его руки были где-то в области моих бедер, он помогал мне не терять ни мгновения. Громкие стоны вновь заполнили комнату а я почти кричала, чувствуя как мое тело вот-вот взорвется на тысячи мелких кусочков.
— Сделай это вместе со мной…— простонала ему в ухо, судорожно повторив, —…еще…да…со мной…— кажется я медленно но верно отключалась от реальности, но мне это так нравилось что я упивалась каждым моментом, впитывала в себя каждое движение пока это еще было возможно. Ощущая как мои влажные волосы, разбросанные по шее щекочут кожу, улыбалась как ненормальная. Сейчас я была во всех смыслах обнажена, я кричала и стонала, как животное, я была на пике физического и эмоционального катарсиса. И здесь не была места намекам или эвфемизмам. Иначе все это лишь имитация. А жизнь коротка, и тратить ее на имитации глупо.

+1

30

Я перестал считать секунды ровно в тот момент, когда мы столкнулись друг с другом в горячем и требовательном поцелуе, закусывая губы друг друга до агрессивных синяков. Ровно с этого момента, я перестал соображать и даже пытаться. Тело моё было полностью погружено в удовольствие, обжигающую страсть вскипающую во  мне каждый раз, когда очередное движение руки заставляло терять едва нормализовавшееся дыхание. К чёрту всё. Все обязательства, все обещания, которых не было, все ограничения тоже к чёрту. Это был умопомрачительный секс, напоминавший борьбу горячих темпераментов, ни в чём не уступающих друг другу. Я неистово хотел эту женщину и не разменивался на комплименты и пустую болтовню, а она хотела меня, и я видел это в каждом её движении, в каждом слове и взгляде. И это было здорово.
Пытка удовольствием продолжалась, а я лишь удивлялся, как мне удавалось держаться так долго после двух месяцев тотального воздержания. Мне казалось, я не вытерплю больше двух минут и сдамся под натиском этой сексуальности и опытности. Но всё оказалось иначе. Джо умело пытала меня, заставляя выпускать из себя всю стойкость и мужественность через перенапряженные лёгкие, она доводила меня до края, толкала в спину ладонью, а потом вдруг ловила в последний момент за ворот и требовательно оттягивала назад, заставляя буквально завыть от негодования, вцепиться губами в губы, кусая до крови и рычать от нетерпения и желания довести всё, наконец, до желаемой точки. Я то и дело вздрагивал, глотая внезапные судороги, улыбался, пропуская сквозь стиснутые зубы напряженный воздух. То и дело кидался рукой к её пальцам, крепко сжимавшим мою напряженную плоть. Стоило им только остановиться, заставляя меня протяжно и измученно стонать, как я хватал её за запястье, принуждая продолжать, до синяков на кисти сжимал крепко, с трудом сдерживая себя от резкого порыва. Накинуться, растерзать, овладеть и поглотить без остатка. По воле или против неё – об этом я даже не думал. А Джо только пьяно улыбалась, дразня во мне зверя, изгибалась, как кошка, дышала тяжело, отбрасывая с лица мокрые волосы и продолжала медленно тянуть из меня жизнь.

Нет, я не угасал, но успешно терял нить реальности, за которую пытался хвататься хоть как-нибудь, чтобы не забыться и не забыть…да хотя бы то, что сейчас мы сходим с ума без резинки. Видимо её это волновало мало. Сильный толчок в грудь ладонью заставил меня опомниться на мгновение и покорно откинуться назад, влажной спиной на мокрые простыни, мгновенно прилипшие к коже. Взмах тяжёлых от влаги, светлых волос, испытующий взгляд сверху вниз из-под полуопущенных век, загадочная улыбка, подчёркнутая припухшими от укусов губами, изгиб стройной шеи, влажные ключицы под бледным светом, пробравшимся к нам с улицы, тяжело вздымающаяся возбуждённая грудь. Вот всё, что я успел увидеть прежде, чем окончательно сошёл с ума. Раскалённые ладони уперлись мне в живот, а мои собственные руки потянулись ей на встречу. Пальцы сжали упругие бёдра, напряженные от возбуждения и вот он, момент истины, вынудивший меня блаженно закатить глаза и сопроводить полное отключение мозгов победным, глухим стоном.
Голова больше не думала. Работало на износ только тело. А единственное, на что я был способен – это на невнятный шепот, превращающийся раз за разом в шипящее рычание. Если такое вообще возможно представить. Я подался вперёд, обхватил её за талию рукой, крепко прижимая к себе и поймал ритм, сливаясь с ней в единое целое. Отнял от мокрых простынь вторую руку, и ей обхватил Джо за шею, грубо прижимая к себе. Ну а дальше, дальше было, что было. Сумасшедший ритм то и дело прерывался. Блондинка останавливалась, заставляя сжимать в нетерпении собственные бёдра, оставлять синяки у неё на спине и стискивать зубы, втыкаясь лбом в её мокрое плечо. Секундная пауза, в которой ощущался лишь сумасшедший пульс в голове и паху, сменялась очередным ритмом, теперь куда более скорым, резким и грубым. Силы кончались, и на место растянувшемуся удовольствию приходил экстаз. Агония, к которой мы оба были готовы. За темпом уже никто не следил, мы просто слепо сношались, стараясь приблизить момент наивысшего удовольствия как можно быстрее. Оба усталые, изнеможённые, но счастливые. Впрочем, до этого состояния ещё надо было дойти.

Услышал шепот в правое ухо. Страстный, горячий, обжигающий дыханием воспалённую кожу. Я понял бы это и без слов, но угукнул глухо, хватая зубами выпуклую скулу, мокрую и солёную от выступившей испарины. Волна оргазма пришла внезапно, когда голос уже пропал, сил стонать и кричать, да и двигаться в этом бешеном ритме просто не было, когда казалось, что вот-вот остановится сердце, так отчаянно оно лупилось в грудную клетку. Эта волна была спасением. Приятной судорогой свело бёдра, и вдруг перескочило вдоль позвоночника к затылку, заставляя кожу головы неметь. Она подалась мне навстречу, крепко прижимаясь всем телом и  я почувствовал, как сильно она сжала меня изнутри. Охнул. Замер. Но через мгновение снова вернул прежний темп и только ускорил его приближая её оргазм, вцепляясь зубами в выпирающую ключицу. Под ладонями, стройные мышцы спины и бедер сокращались, словно под властью разрядов электрического тока. Я утопал  в женских, охрипших стонах и, кажется, захлёбывался сам. Кончил бурно, под бешеную скачку тел, вместе с ней. Под её стон, судороги и тяжёлое дыхание. Сказать, что это было безумно круто – ничего не сказать.  Я замер, наслаждаясь этим чувством в полной мере. С наступлением оргазма уходило напряжение, злость, скованность, а на их место медленно приплывало удовольствие, невероятное спокойствие и удовлетворение. И я не желал прерывать эти ощущения, еще не в полной мере завладевшие моим собственным телом. И потому, я не шевелился, сохраняя прежнюю позу и держа Джо в крепких объятиях, под которыми изредка я чувствовал свои и её судороги. Я чувствовал, как она дышит, как трепещет внутри, я ощущал всем телом этот безумный пульс внизу живота и, клянусь, был готов повторить этот подвиг ещё несколько раз, пока руки не перестанут чувствовать женскую кожу, а в паху не перестанет стоять по стойке смирно.. Без этого жить нельзя. Без женщины существовать нельзя. А когда она дрожит под твоими руками от удовольствия – просто невозможно.

+1

31

Еще, еще, и еще раз. Жаркий воздух, и он; он сейчас мой, на ощупь, на вкус, моими жадными губами и руками. Обрывистые движения; глубже и глубже. Кажется, что даже в воздухе пахнет нами, и на губах он, я чувствую это. Снова движения, снова толчки; глубже, сильнее, все вокруг горячо, темно, невыразимо, и воздухе крик. И снова; еще ближе, я больше не могу дышать, но двигаюсь ему на встречу, двигаюсь как заведенная. А он все сильнее, все горячее. Мне хочется прижиматься к нему, исступленно ласкать, все, все вокруг, и его, и воздух, и смятые простыни, все едино, все окружает, проваливается внутрь. Мой бессвязный шепот, и темнота, ближе, еще, глубже, сильнее, воздух, крик, шепот, и он, он. И кажется, что меня уже нет… теряю контроль над собой, теряю контроль над своими действиями, я просто наслаждаюсь, растворяюсь в его руках. Этот момент кажется бесценным.

Он становится настойчивее, ни минуты расслабленности. Рывок за рывком, мы просто движемся к точке кипения, чтобы наконец-то взорваться, чтобы почувствовать, как все тело сводит приятной судорогой, и как сердце начинает бешено колотиться, прямо как у него сейчас. Я чувствую, как он расслабляется под моим телом, чувствую как его пальцы на моей спине, больше не вдавливают меня в него еще сильнее. Чувствую это всего несколько мгновений потому он вновь задает бешенный ритм, доводя меня до оргазма в считанные секунды, когда я срываясь на хриплый стон замираю у него в объятиях, утыкаясь носом куда-то ему в шею. Обжигаю горячим дыханием его кожу и прикрывая глаза от невероятного удовольствия. Руки и ноги сводит приятной судорогой и кажется, я сейчас улыбаюсь, молчу и просто улыбаюсь. Унять эту дрожь сейчас было почти невозможно, и я едва ли этого добивалась. Я любила, просто обожала эти последние, трепещущие минуты, когда всё вокруг кажется сущим хаосом, а на самом деле, движется в строгом порядке. Любила потому что эти ощущения нельзя было сравнить с чем-либо еще. Они бесценны, они невероятны, и если их разделяет с тобой кто-то еще, то вряд ли в этом мире найдется что-то действительно круче. Думаю Тай считал именно так же, это можно было легко прочесть в его взгляде.
Сейчас в моей голове было столько мыслей, столько эмоций, но сил едва ли хватало на то, что бы даже пошевелиться. Я лежала почти неподвижно на его теле, все еще тяжело дышала и пыталась прийти в себя, после самого умопомрачительного секса, который у меня только был за последнее время. Он был подобен тропической грозе, ты мгновенно промокаешь насквозь и во время вспышки молнии успеваешь вобрать в себя всю яркость и пронзительность стихии, включая хищника, что готовится к прыжку. Хотя бы ради таких моментов я бы согласилась жить. И пока его руки на моей спине и бедрах, я не пытаюсь разрушить этот момент, но лишь до поры до времени, пока вдыхать кислород не становится сложнее.

Медленно, я все же сползла с Тая и легла, рядом упираясь взглядом в потолок. Не знаю, нужны ли были слова, потому что сейчас мне хотелось просто помолчать; вот так, рядом с ним, чувствуя, что его пульс так же как и  мой до сих пор зашкаливает за пределы разумного. Мы были схожи не только в этом. Кто знает, столкнись мы с ним в магазине просто так, к чему бы это нас привело, разве финал был бы таким же? Этого я точно не знаю, но, то ощущение близости, которое вызвала эта заварушка, стоило того, особенно учитывая то, что к желанию добавилась пусть малая, но толика взаимной симпатии. С первых же минут от «вы» мы перешли на «ты», и кажется, будто человек, встретившийся только сегодня, имел право на такую степень откровенности, до какой я бы не дошла ни с одним человеческим существом.

Чувствуя как простынь прилипла к моей влажной спине я оторвалась от ткани и легла на бок, прижимаясь к нему бедрами и медленно разворачивая его лицо к себе. Медленно коснулась его губ, накрывая их легким и нежным поцелуем, совсем не таким, каким он был несколько минут назад, когда я кусала его губы до крови. Сейчас я смаковала лишь послевкусие нашего безумного секса, от запаха которого я отделаюсь еще не скоро, — Знаешь, я передумала тебя арестовывать. Не хочу лишать женщин такого удовольствия, — ухмыляясь, пробормотала я, вернувшись в обратную позу, и потянула на себя простынь, которая упала на пол, и была неимоверно приятно прохладной. Прижав спасительную ткань к себе, я откинула прилипшие к спине волосы назад и прикрыла глаза.

— Как же ты меня вымотал, — не без улыбки на лице, я произнесла это не как жалобу, а как констатацию факта и даже благодарность. Это было лучше любой пробежки или похода в спортивный зал. А ведь именно таким способом в последнее время я снимала свое напряжение, — Останешься до утра? — не знаю для чего я спросила это сейчас, но если честно я бы не отказалась проснуться во все еще теплой постели. Раз сегодня мне так повезло, то пусть моя карета превратится в тыкву на рассвете.

0

32

Сейчас, в этот самый момент, я вдруг понял одну простую истину. Это был не просто секс — потребность сбросить с себя это ничем неоправданное, вечное и неистребимое влечение из-за такого же глупого воздержания, не просто разряд, физический и не более. Это был мощный эмоциональный выброс, в котором я нуждался не меньше, чем в воздухе, которым сейчас дышу с трудом. Последние несколько недель, я был сам не свой. Огрызался, дрался, изнашивал себя, как старые кроссовки в зале, а потом доволакивал ватные ноги до дома и перечеркивал все многочасовые труды дешевой выпивкой. Что я заливал? Сам до конца не знаю. Возможно одиночество, неудовлетворённость, всё то же напряжение и ничем не оправданную злобу, направленную на всё живое вокруг. Эта ночь должна была произойти. Это был жест Господа Бога в которого я, правда, не верил. А может вовсе и не Бог, а просто судьба в очередной раз повернула меня на двоякий поступок. Правильный и неправильный одновременно. Но я судьбе был благодарен, какими бы ни были последствия сегодняшней ночи, она была мне нужна. Я почувствовал не только небывалую лёгкость во всех конечностях, но мне стало легче внутри. Что-то чёрное, агрессивное и необузданное вылетело из меня как пробка из бутылки тёплого шампанского. Со всеми этими стонами, укусами, яростью в постели — всё моё зло куда-то вдруг ушло. Мы не случайно встретились там в магазине, и уж точно не случайно эта встреча повернулась именно так.

Сейчас я плохо понимал где нахожусь. Понимал только с кем и при каких обстоятельствах. Картинка вокруг была словно затёрта мылом. Она расплывалась перед глазами и виной тому был далеко не выпитый алкоголь. К спиртному я был стоек, и мог бы выпить ещё одну такую бутылочку в одиночку и отделаться лишь противной изжогой. Виной моему пьяному состоянию была женщина, которую сейчас я обнимал. Мокрая, распаренная, довольная и совершенно обессиленная, она не предпринимала никаких попыток выбраться из моих объятий, сила которых нисколько не ослабела с того самого момента, как наши тела вдруг перестали двигаться в такт друг другу. Я молчал, вслушиваясь в улыбку Джо. Я именно слышал её, не видел. Она была в тяжёлом, но довольном дыхании, щедро обжигающем моё плечо. Я всё ещё был внутри неё и чувствовал, как медленно сходит на нет этот сумасшедший пульс внутри неё. Как на смену неимоверному напряжению и тесному сжатию, приходит тёплое расслабление, влажное, ароматное. Этот запах я буду чувствовать на себе ещё долго и вряд ли забуду. Запах женщины — это самый волшебный и необыкновенный аромат, способный свести с ума любого мужчину. Он индивидуален и застревает в мужском сознании надолго. Стоит только почувствовать его снова, как былое возбуждение на равне с природными инстинктами берёт своё. Я молчал. Язык отказывался шевелиться, а глотка была занята судорожным сглатыванием тягучей слюны. Только кончики указательного и среднего пальца бесцельно бродили вверх вниз по впадине позвоночника на мокрой женской спине. Добирались до ямочек на пояснице и ползли вверх до впадины между лопаток, а потом снова вниз...

Моё возбуждение, ещё минуту назад бьющее в паху и голове мощным пульсом, сходило на нет, постепенно обмякая внизу живота. Мне было достаточно выпить стакан воды, выкурить сигарету и я был бы готов пойти на второй круг, но Джо была измотана и, сама того не замечая, мало-по-малу теряла кровь. После бурных выгибаний, стонов и резких движений, швы она всё-таки потянула. Я заметил кровь у себя на плече, но решил оставить всё без комментариев.
Холодные, мокрые простыни охотно приняли мою раскалённую спину, когда я понял, что больше не могу сидеть вот так, на коленях. Тело загудело и затребовало покоя. Хотя бы временного, но всё же покоя. Удовлетворённый и громкий выдох и на пылающее румянцем лицо вылезла довольная улыбка. Я закрыл глаза, вслушиваясь в дыхание блондинки, заворачивающейся в простынь у меня под боком.
В голове начало проясняться. Осмысление того, что я сделал пришло через пять минут после того, как моя голова наконец достигла подушки. Жалел ли я о случившемся? Чёрт возьми, нет. Но, скорее всего моя совесть проснётся утром и может быть мы даже поговорим обо всём, как взрослые люди. Дьявол, ещё полгода назад, я бы даже думать не стал о том, что сделал. Я даже не стал бы обсасывать последствия, которые могли бы быть и меня явно не волновало бы будущее этого случайного секса. Сейчас всё было иначе. Я не жалел о том, что сделал, но во мне медленно, но верно просыпалось истинное осмысление происходящего. Забраться глубоко в себя мне не дала Джо, ловко обустроившись на плече. Лучшей наградой за всё был тонкий комплимент, заставивший меня улыбнуться и облизать пересохшие губы и короткий, благодарный, и может быть даже где-то нежный поцелуй. На него я ответил, так же, не настойчиво и мягко, едва касаясь онемевшими губами припухших женских губ. Ох и красивой будет Джо с утра. С вспоротой шеей и съехавшим на ней швом, синими от укусов, губами и многочисленными засосами на ряду с царапинами. К своему удовольствию я чувствовал, как щиплет кожа на моей собственной спине, а это означает — блондинка поработала на славу. - Вот если бы...вся полиция работала и принимала решение так...Я заслужил амнистию? - Я почти беззвучно рассмеялся, поворачивая голову к Райдер. - Ты ценный сотрудник. - С лукавым прищуром прохрипел я, кусая блондинку в переносицу.
- Я тебя вымотал? - Возмущённо ответил я. Голос окончательно пропал и я сам того не подозревая, перешёл на спокойный шёпот.  - Это ты меня вымотала. Я ног не чувствую. - Чистосердечное признание не заставило себя ждать. А далее последовал вопрос, над которым я даже не успел подумать. Остаться до утра? Если честно, ещё часа полтора назад, при лучшем раскладе я рассчитывал уехать сразу, после того, как мы устанем друг от друга. Но я и понятия не имел, что в действительности мы устанем на столько. Я глубоко вздохнул, закрыл глаза и представил, как на негнущихся коленях, с ноющей спиной, опухшими причиндалами и совершенно онемевшими ногами я поеду домой в четвертом часу утра. Дорога до дома была не близкой, моя машина осталась сиротливо прозябать на парковке возле супермаркета, а в моих карманах были только мелочь, жвачка, два презерватива и сигареты. На всё это я вряд ли смог бы поймать такси. Кстати о сигаретах...

Так и не ответив на вопрос, я с трудом сел на кровати, придерживаясь за спину, одарил Джослин многозначительным взглядом. Хотелось ещё раз увидеть её обнажённую, усталую, мокрую и чертовски привлекательную. Ещё раз.
А потом встал, и ничего не говоря, сверкая голой задницей скрылся за пределами спальни. Но, вопреки возможным предположениям, вернулся. Подмышкой была зажата пачка сока, под другой — остатки бурбона, в руках я нёс сигареты, зажигалку и довольно громоздкую пепельницу. Я страшно хотел курить. В постель я вернулся с охотой, издав утробный звук, определённо означающий наивысшую степень удовольствия от происходящего. - Вот теперь...останусь... - Я достал зубами из пачки сигарету, чиркнул зажигалкой и блаженно откинулся на подушку, запрокидывая голову назад. Первая затяжка заставила напряжённые лёгкие приветливо раскрыться и впустить в себя желанный яд. Выдохнул дым через нос и, приоткрыв глаза, скосился на Джо. Возможно мне стоило ответить иначе, сказать «Нет», собраться и уехать. Но я в очередной раз принял бессовестное решение, ответив «Да». Я не хотел сейчас выбираться на холод, не хотел возвращаться домой пешком, возвращаться в пустую, заброшенную квартиру и гнить там снова...в одиночестве. Рядом была женщина, которая пахла желанием и страстью, она была тёплой и не исчезала сейчас в пустоте, как мимолётное видение. Она была реальной. И я хотел в этом тепле остаться. Вопреки всему. И, возможно, раствориться в ней снова.
В стакан плеснул спиртного и сделал крупный глоток, промокая напрочь пересохшую глотку. И да будет, чёрт возьми, так.

+1

33

Довольно часто я принимала решения полагаясь на свои инстинкты. Делала так как хочется мне и никогда не жалела о содеянном, конечно были исключения, но очень редкие в моих случаях. Я жила на полную катушку, насколько это было возможно, ловила кайф, жаль он был не всегда таким крышесносным как сегодня. Может быть, у этой ночи будут последствия, может быть даже не самые приятные, но мне была нужна такая разрядка. Мне нужно было отдать кому все скопившееся во мне напряжение, выбросить его наружу, получить удовольствие, почувствовать как приятная сладкая истома заполняет мое тело, каждую свободную клеточку которая до этого была наполнена одиночеством. И сейчас мне было так легко, так хорошо, что я бы остановила это мгновение или просто растянула его на более долгий срок, чтобы вдоволь насладится им, пока оно от нас не ускользнуло. Я говорю «от нас» потому что знаю, что он чувствует что-то подобное. Я видела это на его лице, в этой довольной улыбке; видела, чувствовала и улыбалась в ответ. Не чувствуя боли которая наверное чуть позже напомнит о себе, в синяках на моем теле, на губах которые он кусал от нетерпения, на порезе на шее, швы на котором немного разошлись пока я выгибалась на нем как кошка. Но знаете, оно того стоило. Все это стоило того, чтобы сейчас лежать рядом с ним и под мелодию стихающего возбуждения просто наслаждаться происходящим.

Реальность медленно, но верно стала напоминать о себе в моем сознании, я стала понимать, что сейчас происходит и что об этом думает моя совесть. Конечно, мало кто скажет, что секс с почти незнакомым парнем это хорошее решение, но эти люди явно никогда не ощущали того, что ощутили мы сегодня, поэтому не думаю, что они могут давать мне советы. Не будь я так вымотана, я бы сейчас продолжила начатое, заходя на второй круг, но мое полностью расслабленное тело было не оторвать от простыни; хотя…еще не вечер. Алкоголь в моей крови приятным теплым чувством разливается по моему телу, все еще влажному и податливому, но требующему небольшого отдыха. Я почувствовала, как у меня онемели ноги, когда попыталась повернуться на бок, легкое покалывание в коленях вновь привело меня в чувства, — Не думаю, что тебе бы понравились все, кто там работает, — продолжаю улыбаться, пока пальцы одной руки медленно бродят по его плечу, — Заслужил…и знаешь, мне нравится, как ты это сделал, — хитрый взгляд с прищура и моя ладошка вновь скользит по его груди, вовремя останавливаясь чуть ниже.

— Хочешь стать первым кто на это пожалуется? — с вызовом в голосе интересуюсь я вновь откидывая голову на подушку. На мой следующий вопрос Тай отвечает безмолвным взглядом. Честно говоря я не ждала от него положительного решения, и более того не хотела его обременять. Но что-то мне подсказывало, что это еще далеко не «нет». Поэтому я спокойно проводила взглядом его голый зад, когда он встал с кровати и побрел в гостиную. Будто бы знала, что через несколько мгновений он вернется назад. Так и произошло; Тайлер вернулся в постель но в компании бурбона, пачки сока и желанных сигарет за которыми он видимо и отправлялся, — Отлично, а то мне совсем не хотелось воплощать свои планы в жизнь этим утром совершенно одной. В душе…— сок быстро перекочевал в мои руки, и я жадно припала губами к крышке. Мне дико хотелось пить, а мое пересохшее горло больше напоминало пустыню, которая просто нуждалась хотя бы в капельке чего-то более и менее напоминающего жидкость. Я пила так быстро, что не почувствовала как несколько капель стали медленно стекать с подбородка на шею и обжигать место зашитой ранее раны, — Ау…— пробормотала я, отрываясь от напитка и прикладывая ладонь к шее, теперь на моих пальцах красовались следы от крови. Я покачала головой, отставляя сок в сторону и обернувшись, стала рыться в ящике прикроватной тумбочки, кажется там у меня были бинты или что-то вроде этого. Эти швы явно не предполагали бурный секс, последовавший после их наложения, но кто знал, что закончится этим? Я могла догадываться, но знать наверняка. Нет.

— Я не сильно переусердствовала? — обращаясь к Таю, я разворачиваюсь к нему лицом и демонстрирую свою растерзанную шею, — Второй сеанс в квартире напротив я проводить не хочу, — ухмыляюсь, понимая как это будет выглядеть в повторе, и как Сэм будет пялиться на мои синяки и засосы. Он, скорее всего и так услышал, чем мы тут занимались. Скорее всего, слышал весь дом, поэтому меня это вообще не должно волновать. Впрочем, меня и не волнует, но лицезреть этот взгляд из разряда «почему он, а не я» у меня сейчас нет желания, — Я бы лучше повторила кое-что другое, что не включает в себя осуждающий взгляд и иголки, — Тай все понял и без намеков, наверное, именно поэтому на его лице заиграла такая улыбка. Я забрала из его рук бутылку бурбона и сделав пару глотков, тут же потянулась к сигарете в его зубах. Мне хватило одной единственной затяжки, чтобы медленно выпустить дым в воздух, тут же возвращая её хозяину. Уже остывшая простынь вновь приняла меня в свои объятия, и я прикрыла глаза наслаждаясь тишиной изредка прерываемой нашими голосами. Вот оно настоящее блаженство, не смотря на все «но» которые присутствовали при этом.

+1

34

Если честно, я совсем не хотел, чтобы наступало утро. С ним вернутся прошлые проблемы, повседневность, рутина, дела и старая жизнь в одиночку, которая терзала меня на протяжении двух месяцев. Но как назло секундная стрелка часов сейчас неслась сломя голову, принуждая черное ночное небо постепенно бледнеть. В нашем распоряжении оставалось не больше двух-трёх часов, которые по своему свойству превращались в жалкие кучки минут. Эта совершенно незнакомая мне спальня, которую я с интересом буду рассматривать с утра, превратилась в отдельный, мизерный мир, умещающий всего лишь двоих людей и ограниченное количество кислорода. Здесь не было работы, политики, войн, проблем, забот, посторонних людей, катаклизмов, болезней — здесь были только мы. И лучшего мира я просто придумать не мог сейчас. А что будет потом — будет...потом.

Я закурил сигарету, вернувшись обратно в душную спальню, развалился на кровати и молча наблюдал за тем, как она жадно пьёт сок. Улыбался, каким-то своим мыслям и внутренним сигналам. - Всё же лучше, чем отдуваться в суде, правда? - хмыкнул я на замечание Джо о моей амнистии. Взгляд невольно зацепился за рыжую капелю сока, зацепившуюся за нижнюю губу и покатившуюся ниже, по подбородку к шее, а вместе с тем и услышал многообещающую фразу, про планы на утро, в нетерпении заёрзав по мокрым простыням. Взгляд пробежался по расслабленной, обнажённой фигуре Джослин и вернулся к ней, слегка засуетившейся и отвлечённой. Вытащил из-под себя полотенце, которое припёр с собой из гостиной и уселся напротив неё. - Дай ка.... - Аккуратно прижал полотенце к шее, взяв её за подбородок, промокая набежавшую на коже сукровицу, и поднял глаза к блондинке. - И что это за планы на утро? - Бровь вопросительно изогнулась вверх, а полотенце, мягким ворсом спустилось ниже к блестящей от испарины груди. Я сладко облизнулся, предвкушая возможное продолжение нашего случайно сформировавшегося, персонального праздника. Придвинулся ближе, втянул носом благоухающий аромат мокрых волос и довольно закрыл глаза, прижимаясь губами к воспалённой коже на шее. - Второй сеанс не потребуется. Я прекрасно справлюсь лучше этого врача. - недвусмысленно намекнул я, проходясь кончиком языка по коже вокруг рубца. Ушёл левее, сомкнул губы в лёгком поцелуе и занялся ключицей, искусанной мною ещё несколько минут назад.

Сигарета, забытая в пепельнице, медленно истлевала, осыпаясь пеплом в стеклянный сосуд, остатки бурбона в стакане сиротливо высыхали белыми разводами на стенках, небо по прежнему, неумолимо продолжало светлеть, а мы снова были заняты только собой, принимая на свои плечи ещё больше грехов, чем раньше. Гулять, так гулять.
Больших трудов мне стоило оторваться от этой шеи, которая буквально манила меня к себе. И перевести взгляд. Стройная, молодая, красивая — что она забыла в этой полиции? Приключений мало? Работала бы моделью, актрисой, в шоу-бизнес бы пролезла.
Я прищурился, касаясь кончиками пальцев выразительного бедра, обращённого в мою сторону.
С другой стороны, что делать в этом шоу-бизнесе, пихать в карманы зелень, давать продюсеру каждый раз, когда это необходимо, нюхать кокаин и умирать молодым? Нет, такая красота быстро там загнётся. Наверное всё должно быть так, как есть сейчас. Ведь не зря же мы встретились. Не пойди Джо за пивком после тяжёлой смены, мне пришлось бы отбиваться одному, и не факт, что я отбился бы.
Пальцы прочертили невидимую линию от бедра до талии и спустились на втянутый живот, до которого чуть раньше добрались мои губ, наградив красными пятнами засосов. На ней вообще осталось хоть немного живого места, или я перестарался?

- Есть способы лучше, чем визиты к врачу, который глаз от тебя оторвать не может. - Я подвинулся ближе, подтягивая к себе стройное женское бедро. - Не кричала бы так...пожалела бы парня... - На морду вылезла довольная ухмылка. Невольно вспомнил, как ещё полчаса назад мы нарушали режим тишины, между прочим утверждённый законами штата. Но если под окнами этого дома до сих пор не сверкали маячки полицейской машины, значит наши многострадальные соседи стойко терпели наши кувыркания и...этот врач, с определённо золотыми руками, ладным характером и слабыми нервами — тоже. Ладонь поглаживала женское бедро, то и дело скрываясь где-то у поясницы. Кончики пальцев прощупывали позвонки и поднимались выше по спине, проходились по лопаткам и останавливались на груди, к которой периодически обращался и мой взгляд. Я сжимал её аккуратно, улыбался, кривя рот и жадно сглатывал наворачивающуюся во рту слюну.

+1

35

Иногда мне хотелось закрыться в четырех стенах своей спальни и не выбираться отсюда в течении недели, особенно если для этого рядом со мной мог быть подходящий человек, способный забить на реальность и погрузится со мной в особенный мир, в котором можно будет забыть о проблемах и окончательно расслабится, пока солнечный свет медленно пробираясь из-за плотных штор не будет напоминать мне о том, что там за окном течет другая жизнь. Сегодняшние пару часов с ним, были гораздо круче любой недели о которой я могла тайно мечтать в минуты полного одиночества. Они в буквальном смысле перевернули мое сознание с ног на голову и я не знаю сколько еще буду благодарить вселенную за этот маленький подарок внезапно свалившийся мне на плечи. Сейчас здесь в своей спальне, пропитанной запахом наших тел, хорошего бурбона и сигаретного дыма я чувствовала себя невероятно. Жаль стрелки часов неумолимо следовали друг за другом по кругу, приближая то самое утро о котором я только что говорила, утро на которое у меня были планы и которые теперь могли стать продолжением нашего веселья приносящего столько наслаждения.
Я откинула голову назад, когда он сев напротив коснулся моей шеи сухим полотенцем. Вдохнула в легкие побольше кислорода и довольно улыбнулась услышав его вопрос. Мне нравилось, что он был на моей волне, что он не завалился на бок после проделанной работы и не захрапел. Нравилось что чувствует меня, чувствует мои мысли, и не важно что это ускользающий и скорее всего последний миг, когда мы может подарить друг другу немного удовольствия. Жизнь слишком скоротечна чтобы отказываться от таких вещей. Потом наши дороги снова разойдутся, зато эта ночь будет внашей памяти еще очень и очень долго.

- Планы в которые входит твое тело. Или ты против? - тихим голосом шепчу я, когда он касается губами моей шеи, медленно покрывая ее поцелуями. Там же где какое-то время назад он кусал меня и там где завтра будут синяки, - Говоришь справишься? - мне нравилась эта игра, нравилась потому что я снова ожила, снова тянулась ему на встречу хотя дикая усталость еще никуда не подевалась и еще напомнит о себе когда снова придет время. Сейчас мне не хотелось терять ни единый миг, не хотелось лишать себя удовольствий, их я точно заслужила.

Ночное небо медленно, но верно светлело. Скоро рассветет и наступит новый день, в нем все будет иначе, в нем найдется место другим делам и заботам, в нем я вновь стану прежней Джо, копом разъезжающей по городу на патрульной машине. Все будет как и прежде, и сейчас я не готова от этого убежать. Но пока наступит утро у нас в запасе еще есть время, и мы точно используем его с пользой. В конце концов именно мои обычные привычки привели меня к тому, что сейчас я была в одной постели с ним. Будь все хотя бы чуточку иначе не знаю чем бы я сейчас занималась, может быть просто спала. Боже как скучно это звучит.

Его пальцы вновь коснулись моего тела, плавно скользя вниз, от груди к животу, который я инстинктивно втянула и шумно выдохнула когда почувствовала его прикосновения. Не знаю как он этот делал, но я вновь хотела его, прямо сейчас и ни минутой позже. Мокрые простыни под нами уже вряд ли выдержали второй акт, но кто сказал что это обязательно должна была быть кровать? Кажется я уже упоминала душ, - Я же не заставляю его смотреть, а остальное он стерпит, - шепчу я притягиваясь к нему еще ближе, - Я не привыкла сдерживать свои эмоции, а кое-кто заставил меня кричать…- выдыхаю ему в губы хитро улыбаясь. Кажется моему терпению вновь пришел конец, я завелась и завелась не на шутку, - Что ты со мной делаешь…- обрывисто пробормотала я, прикрыв глаза от наслаждения, но решила взять все в свои руки и резко оторвалась от него, слезая с кровати. Не говоря ни слова я взяла его за руку и потянула за собой, в темный коридор а потом прямо туда, в сторону ванной в которой он уже успел побывать. Там на полу по прежнему была разбросана моя одежда, нижнее белье в перемешку с грязными джинсами и что-то еще что я не особо успела разглядеть. Я включила воду в душевой кабине и не медля ни секунды подтолкнула Тайлера к стеклянным дверкам пропуская его вперед. Он был тут же припечатан к холодному кафелю а я не сдерживаясь прижалась к нему всем телом и страстно впилась в губы, ощущая как приятные теплые струи воды бьют мне по коже.
- Я хочу тебя, - изредка отрываясь от его губ я смогла прошептать лишь это, чувствуя что если не скажу это, просто сойду с ума.

Отредактировано Jocelyn Ryder (2013-11-03 02:33:03)

+1

36

- Как я могу быть против, когда речь идёт о моём участии в таком важном деле? - Я натянул на морду ухмылку, не отрываясь от самого приятного за последние пару часов, занятия. Женщина, которая находилась сейчас рядом со мной заводилась с пол оборота. Возможно, это некультурно и не эстетично (но сами знаете, с кем дело имеете), но я сравнивал её с прекрасной спортивной машиной. Замечательный отклик, прямой контакт, стоит лишь слегка коснуться, как обороты готовности взлетают до небес. Я упивался этой её чувствительностью, позволяя себе делать всё, что заблагорассудится. Касался губами, целовал, скользил кончиками пальцев по гладкой коже, шептал на ухо, выводил на откровенности в нашем довольно затруднительном разговоре. Как же это, чёрт возьми, охрененно, когда под малейшим твоим прикосновением, она вздрагивает так, словно кожи касаются не обычные человеческие пальцы, а раскалённые угли, только что изъятые из костра. Только они не оставляли ожога, а стоны, которыми то и дело заполнялась спальня, имели совсем иное происхождение.

- Ты такая эмоциональная. - Подытожил я, услышав фразу Джо про несдержанность. Мне это нравилось. Стоит ли говорить, КАК заводили женские стоны. Именно они заставляли меня вытворять бог знает что и сходить с ума от желания. - Продемонстрируешь мне свою несдержанность ещё раз? - Мурлыкнул я, опуская мокрую ладонь по животу ниже. - Люблю эмоциональность в людях... - Оправдался я, пряча улыбку в тяжёлых, влажных волосах, ароматно пахнущих какой-то косметикой, или женским парфюмом. Я уже не разбирал.
Сам того не замечая, заводился сам. Пара её неожиданных фраз, эта опасная близость «нос к носу», её совершенно неприличный шёпот и манящие губы вернули мне прежний стояк. Чёрт возьми, да я готов был воспевать эту ночь на год вперёд, так прекрасно я себя чувствовал сейчас и так хотел снова и снова ощущать весь букет ощущений и эмоций, уже когда-то испытанных здесь, в этой комнате, часом ранее.
Джо поняла меня без слов. То ли меня выдал мой собственный взгляд, покрывшийся прежней поволокой, то ли неприкрытая тем же полотенцем или простынёй, физиология, буквально кричащая о том, что я безоговорочно хочу эту женщину.

Джо внезапно сменила тактику ровно тогда, когда моя ладонь уже опустилась ниже, скрываясь на внутренней стороне бедра. Я успел схватить ртом и руками разве что воздух, так быстро она отстранилась от меня, лукаво сверкая взглядом. Её игру я понял довольно быстро и мешкать не стал, охотно поднимаясь с кровати. Наш путь лежал до душа, был недолгим, но уже сейчас я понял, что эти пять — десять метров преодолеть на своих двоих в компании этой девушки совершенно невозможно. Я буквально слышал, как быстро лупит в грудь её сердце, как она дышит и как крепко сжимает руку. Узкий коридор мы преодолели с большим трудом. Ещё тяжелее дался душ, в котором я принялся активно приставать ещё не добравшись до кабинки. Начал, да был довольно грубо одёрнут и заталкан в кабинку под горячие струи душа. Пришпилен к стене с холодным кафелем и полностью обездвижен под мощным натиском Джо. Сверху барабанил «дождь» из душа, приятно расслабляя тело горячей водой, а рядом буквально поедала меня поцелуем сама Райдер.

Я не протестовал. Напротив, старался подхватить этот внезапный порыв страсти, разрывающий Джослин буквально изнутри. Укусы, глубокие царапины на плечах — всё это не доставляло боли, напротив — только удовольствие. Я кусал в ответ, нахлёбываясь водой из душа, отплёвывался, фырчал и старался ухватить губами и руками максимум её тела, прижимая к себе так сильно, как только мог. Руками за упругие, но скользкие бёдра. - Ну... где же твоя...эмоциональность...- Лицо подёрнуло совершенно пьяной улыбкой, словно мною был выпит ни стакан бурбона, а что-то куда более крепкое и в совершенно других объёмах. В глазах промелькнул вызов, его я сумел рассмотреть и в её взгляде, хаотично мелькавшем прямо передо мной в опасной близости. Зарычал в очередной раз, когда женское бедро как бы между прочим коснулось моего до неприличия торчащего хозяйства. Так с мужиками нельзя. Это всё равно, что потрясти сочным окороком перед глазами голодного цепного пса. Скорее всего, он психанёт и сорвавшись с цепи заберёт то, что по праву ему принадлежит. Так сделал и я, ухватив Джо за плечи. Секунда — и мы поменялись ролями. Теперь блондинка в безвыходной ситуации, беспомощно прижата грудью к стене и вынуждена хоть как-то существовать под натиском тяжести моего тела.  Пока мои губы были заняты искусыванием многострадального плеча (которое и без моего повторного вмешательства уже выглядело достойно работы настоящего насильника), руки, как змеи скользнули по гладкой влажной коже и скрылись где-то внутри, меж бёдер. Я мгновенно ощутил степень её возбуждения на собственных пальцах. Оскалился, колючей щекой прижался к виску. Уже не помню, что в этот момент я нашептывал ей на ухо, суетливо пристраиваясь сзади, но явно что-то не из высшей математики. О математике в душе не говорят.

+1

37

Я ощущала себя одержимой, стоило мне только взглянуть в его глаза, как электрически заряды пробегали по моему телу заканчивая свой пусть где-то на кончиках моих пальцев которые впивались в его сильные плечи сжимая влажную кожу, находя опору в той страсти которая подобно какой-то химии связала нас этой ночью. Я в буквальном смысле балдела от ощущений вновь нахлынувших на меня с головой; казалось после этой эмоциональной разрядки у меня не хватит сил ни на что, но как же сильно я ошибалась потому что сейчас готова была повторить наши игры и далеко не один раз. Я была готова вновь срываться на стоны, была готова кусать губы до крови, хотела чувствовать его в себе снова и снова и терять чувство реальности потому что это нельзя было променять ни на что другое в этой жизни. Сходить с ума от ощущений которые он дарил мне бсконечное количество раз и чувствовать, что сейчас одиночество не поглотит меня одну в холодной постели, пока я буду вслушиваться в тиканье часов. Я не буду лезть на стену из-за поедающей меня тишины, я буду вслушиваться в шум воды бьющейся о стеклянные стены душевой кабины и вдыхать распаренный воздух, пока его руки уже касаются моих влажных бедер, скользя по мокрой коже то вверх, то вниз. Я привыкла отдаваться уходящему моменту сполна а если этот момент дарил мне столько чувств и эмоций я была готова в нем задержаться, намного дольше чем планировала изначально.

Прижимаясь к нему еще сильнее я жадко целовала его губы, так словно изголодалась по мужчине как дикий зверь; я делала лишь короткие паузы, открывалась от него на жалкие мгновения а потом вновь рывком припечатывалась к его телу изводя не только его, но и себя. Прижималась к нему бедрами чувствуя что он уже давно готов, дразнила его потому что хотела проверить как на долго его хватит, играла на его терпении как только могла, но в этой игре Тайлер был явным победителем, на что он отреагировал моментально. Быстро схватив меня за плечи он прижал меня грудью к холодной стене у которой только что стоял сам и загнал меня в тупик тем самым лишив меня возможности быть ведущей в этой маленькой битве. Нравилось ли мне это? Безусловно. Ведь именно этого я и добивалась, именно этого я и ждала. Теперь вел он; кусал меня за плечи, ласкал меня меж бедер и уже почти пристроился сзади когда я опустила свою ладонь на его руку и сжала ее своими пальцами прервав его движения. Но я не собиралась останавливаться, наоборот, я хотела его поторопить, терпения на прилюдии у меня не осталось, рядом с ним вообще было сложно оттягивать главный момент, поэтому я ерзала у стены своим мокрым телом, вбирая в себя всю прохладу которая уже совсем скоро просто испарится.

- Не томи…- обрывисто пробормотала я облизывая влажные губы; прикрыла глаза и откинула голову назад касаясь макушкой его плеча. Улыбнулась прикусив губу и чувственно прошептала, - Возьми меня…- он вошел у меня в ту же секунду заставив меня шумно застонать. Я выгнулась ему на встречу и начала двигаться, не дожидаясь того пока это начнет делать он. Я дико хотела его и любая даже короткая пауза сводила меня с ума. Я маниакально хотела чувствовать его, хотела ощущать его каждой клеточкой кожи, поэтому сейчас моя ладонь сжимающая его руку между моих бедер скользнула еще глубже и я стала ласкать себя  его пальцами прямо в такт его движениям. Стоны становились все громче а я двигалась еще быстрее, раз за разом выкрикивая какие-то несвязные фразы и взывая к господу богу, что в порывах страсти было обычным делом. За эту ночь соседи уже должны были привыкнуть к тому, что слышали, поэтому теперь это их вряд ли беспокоило.

Вода бьющая по телу добавляла дополнительную порцию новых ощущений, когда я уже перестала слышать что либо еще кроме его шепота; я была возбуждена до предела. Каждый толчок, резкий и такой глубокий я принимала  чуть ли не с криком, продолжала кусать губы и как безумная скользила влажной спиной по его торсу. Рука сжимающая его пальцы быстро расслабилась и я скользнула ею вверх, накрывая ладонью свою напряженную грудь и сжимая ту еще сильнее, пока на коже не стали проявляться красные пятна. Да видок у меня завтра будет тот еще, словно меня не только пытались прирезать но и изнасиловать, что как подумали бы некоторые кто-то с успехом сделал, учитывая все синяки и царапины на моем теле. Но я и не думала сопротивляться... наоборот, я сама терзала и себя и его, оставляя отметины и на его теле которые пройдут еще не скоро и которые легко напомнят ему об этой ночи когда он будет далекое отсюда, в той жизни в которой он привык существовать.

+1

38

Можно ли как-то на словах охарактеризовать то безумие, которое сейчас творилось в ванной? Вряд ли. Особое беспокойство стоит проявить по отношению к душевой кабине, которая надрывно дребезжала приоткрытыми дверьми-купе, в то время как мы развлекались внутри этой запотевшей капсулы по полной программе. Моё вынужденное воздержание в купе с непростым характером и взрывным темпераментом творило с моим телом и моими повадками бог знает что. Конечно и раньше я отличался излишней агрессивностью в постели, которая нравилась девушкам, но чтоб настолько. Я не мог понять, чего я хочу больше: высосать силы из этой девушки без остатка, заставляя её кричать, извиваться и испытывать физическую боль от каждого моего движения или порыва; или мне хотелось самому наконец взорваться и разлететься на мельчайшие частицы, тем самым освободившись от всего того, что успешно скопилось во мне за последние несколько месяцев.
В итоге получалось и то и другое. Я изводил и её и себя, тоже самое получал в ответ. Никакой покорности, никакой покладистости, постоянная борьба характеров и обоюдная попытка доказать наличие своей доминанты. Мне это нравилось. Хотя, не скрою, преобладать и властвовать в этом процессе я любил и крайне редко позволял себе спускать всё на тормоза.

Сейчас моя требовательность и жёсткость снова всплыли на поверхность, балансируя на гране срыва в опасной близости. Я не жалел силы, насколько это было возможно с женщиной, во мне не было никакой романтики, меркантильности, сентиментальности. Я хотел только обладать и доказывать свою силу малознакомой женщине, согласившейся провести эту ночь со мной. Кажется, об этом согласии мы оба не пожалели.
Мне приходилось щуриться от постоянных потоков воды, льющих сверху прямо на лицо, я отплёвывался, отфыркивался, захлёбывался то водой, то градом её поцелуев, которые иногда приходилось только хватать ртом вслепую. Долго держаться в этом сумасшедшем темпе и не менее безумном воздержании я больше не мог. Ладони встретили её плечи, настойчиво повернули к запотевшей стенке душевой кабины и уперлись в стену рядом, пока я бессовестно кусал нежные плечи не жалея силы и беспардонно тёрся пахом о женские бёдра. И впрямь, утром Джо будет похожа на жертву насильника, который применил помимо собственной силы ещё и холодное оружие. Вот будет здорово, если пытливые коллеги на её работе, в отделении, прицепятся к ней с вопросами и достанут меня, совершенно невиновного, из-под земли. Впрочем, это совсем другой разговор. Сейчас мы были заняты куда более интересными вещами, в процессе которых думать о чём-то постороннем, даже о том, что будет утром — было невозможно.
Руки скользили по влажной стенке душа, губы — по влажной спине, прогнувшейся сейчас в удовольствии от каждого прикосновения, обжигающего без огня.

Я молча наслаждался картиной, представшей у меня перед глазами: стройная смуглая спина с ровной линией позвоночника, с ямочками на пояснице, с острыми, симметричными лопатками, выпирающими назад в моменты особой страсти. Ровная линия плеч, кричащие своей сексуальностью бёдра, то и дело настойчиво упирающиеся мне в пах, и эта линия рук, испещренных синяками и потёртостями моей крепкой хватки. Это какое-то безумие.
Терпение кончалось у нас обоих и всё происходящее стало вдруг напоминать какое-то прозрачное и невидимое соревнование. Кто сдастся раньше, чья тонко натянутая струна нервов лопнет быстрее. Сдалась Джо или мне просто так показалось, когда блондинка изогнулась словно кошка, откидывая голову назад мне на плечо. Фраза, сказанная с таким чувством, что в квартире глухо завибрировали стены, не дала мне шанса. Она прозвучала, словно выстрел судьи на стартовой линии, как щелчок плёткой.
Глухой стон, перерастающий в громкий, несдержанный крик был стартом настоящего безрассудства и похоти. Тяжёлой, белой пеленой возбуждение заволокло рассудок и взгляд, в очередной раз лишив меня основного визуального контакта. Хотя сейчас он вовсе не был нужен. На то были руки, которыми я чувствовал её тело как нельзя лучше. Требовательно прижал её ладонью за шею к собственному плечу, мешая дышать, другой рукой скользнул вниз между бедер, помогая себе войти.
Она пустила меня с охотой, позволяя проникнуть максимально глубоко. Я замер, закусывая вслепую её висок, так и не достигая его зубами, но даже выдержать секундную паузу и впитать в себя максимум ощущений, она мне не позволила, настойчиво качая бёдрами в такт ещё не существующему ритму. Один толчок, следом за ним второй, шёпот, вдох, выдох и снова бессвязная речь, скрип сырых ладоней о скользкую стенку душа, шум воды с потолка, её дрожащая рука, в суете прижимающая мою к невесомой, нежной коже между бедер, покрывшейся скользкой влагой возбуждения. Вёл не я, вела она. Настойчиво. Упорно. Не желала останавливаться, задавая темп нашему довольно экзотическому танцу. Мне нравилось, как она прижималась ко мне раскалённой спиной, соединяя линии наших тел в идеальную фигуру, в безупречный рельеф. Недаром же тела мужчины и женщины различны до безобразия. А всё для того, чтобы в союзе между собой, словно в сборном пазле, создавать идеальную живую скульптуру. Не зря трудился Господь Бог, в которого я начинал верить именно в такие моменты. Да если бы даже верил всегда, во мне столько грехов, что святая вера для меня была бы недоступна. Я точно попаду в ад.

Я двигался медленно, растягивая каждое движение как только мог. Терпел эту свою медлительность только для того, чтобы она закатывала глаза, ругала меня, царапала ногтями бёдра, живот, пыталась поймать воздух губами, а я не позволял. Как жаль, что сейчас я не мог наблюдать за нами со стороны. Зрелище было то ещё.
Ладони в спешке легли на бёдра. Я отпустил ту хватку, которой насильно держал Джо в убогом подобии удушающих объятий. Но и тут руки мои не задержались. Как змеи — поползли вверх по напряженному телу, скользя по влажной коже, накрыли ладонями упругую грудь поверх её рук и крепко сжали, но через минуту спустились ниже, на напряженный живот, там и замерли, прижимая Джо к себе. Как долго ещё это могло продлиться? Я не знаю. В какой-то момент мне показалось, что это может длиться целую вечность. Но через секунду, стоило только Джослин прогнуться в спине, словно кошке, позволить проникнуть глубже, я понимал, едва ли выдержу минуту. И чувства эти попеременно сменяли друг друга, не позволяя расслабиться. Да что там...расслабиться и вдох то сделать.

+1

39

В какой-то момент мне захотелось выйти из своего тела и понаблюдать за нами со стороны; провести взглядом маршрут его ладоней упирающихся в запотевшие стенки душевой кабинки и заметить следы от своего собственного тела которым я ерзала по стеклу не боясь того, что оно в итоге не выдержит нашего напора и нас ждет не самый веселый финал. Хотелось видеть как наши тела сливаются воедино, как его бедра упираются в мои а каждый резкий и грубый толчок доводит меня до экстаза, но единственное что я могла, это представлять эту картину у себя в голове чтобы окончательно не потерять чувство реальности и еще иметь возможность стоять на своих ногах, не скользнув куда-то вниз от бессилия. Внутри стало так жарко, что я едва ли могла разглядеть то, что было за пределами душевой кабины. Здесь мы были как в собственном мирке, таком тесном но принадлежащем только нам. Никаких лишних движений, ничего что могло бы нас отвлечь, мы были слишком поглощены друг другом чтобы даже думать о чем-то другом. О наступающем утре, о новом дне, о работе, о любопытных взглядах и лишних вопросах, все это ожидало меня впереди но сейчас я просто не позволяла себе думать об этом. Не могла и не хотела позволять. О каких лишних мыслях вообще могла идти речь когда он делала со мной такое.

Извиваясь прямо под его руками я без умолку стонала; не в состоянии сдерживать свои эмоции я проявляла их с удвоенной силой. Не знаю чего мне сейчас хотелось больше, свести с ума его или окончательно свихнуться самой, но он умело растягивал удовольствие двигаясь слишком медленно и заставляя меня чуть ли скулить от негодования. Чувствуя его в себе я не могла задать более быстрый ритм нашему танцу, он крепко прижимал меня к себе и продолжал отбирать у меня пальму первенству доводя меня до беспамятства невероятно медленно. В попытке поймать воздух своими влажным губами я приоткрыла рот но была тут же остановлена, его руки легли поверх моих и теперь мою грудь они сжимали с удвоенной силой отчего я улыбалась как ненормальная, чувствуя невероятный прилив сил, который он дарил мне сегодня уже не раз.

Но я не теряла времени зря, каждый раз прогибаясь как кошка заставляла его войти еще глубже, пока он как и я окончательно не сдался и не ускорил темп, отчего наша кабинка чуть ли не затряслась вместе с нами. Уперевшись руками во влажные стенки я оторвала голову от его плеча и подалась вперед; бешенный ритм который он задал нам в следующую секунду я похватила без разговоров. И снова эти невероятные ощущения. Вдох, выдох, громкий стон; перед глазами лишь белая пелена, я просто перестаю различать что вижу перед своими глазами; грубо хватаю его за руку и прикладываю ее к животу, прокладываю путь ниже и сама замедляю темп, вновь прижимаясь к нему всем телом. Хочу прикоснуться к его губам но не имею такой возможности, поэтому медленно веду его руку вверх и касаюсь губами его пальцев, медленно провожу о по ним языком и чувствую глухие стоны у своего уха; развязно улыбаюсь и успеваю выскользнуть из его объятий пока он даже не успел опомниться. Резко разворачиваюсь к нему лицом и высвободив его руку припадаю к его губам, целуя их страстно и жадно.

Не оставляю его без удовольствий и веду свои пальчики вниз, сначало к животу а потом к паху, медленно обхватываю его возбужденную плоть и начинаю двигаться по началу очень спокойно а потом чуть быстрее. Отрываюсь от его губ, веду кончиком языка от его скул к уху и томно шепчу, - Нравится? - сглатываю ком вставший посреди горла и опускаюсь к его плечам, поцелуи чередую с укусами, наслаждаясь его горячей кожей от которой так и веяло невероятными желаниями и пахло сексом. Беспощадным, непрерывным и умопомрачительным сексом. Мои движения становились все быстрее а я уже поднималась к его губам, не давая ему променять меня на кислород; вновь играла с ним пытаясь довести его до грани, до конечной стадии в которой он уже вообще перестанет что либо соображать.

Джо...Джо, ты никогда не была хорошей девочкой, что подтверждала и сейчас. Заводясь с пол оборота и заводя того, кто был рядом; воплощая в жизнь свои самые темные фантазии и ловя от этого невероятный кайф, - Хорошо...ммм? - раззадоривала его еще больше и не боялась того, что он может сорваться, как зверь загнанный в клетку которого продолжали мучать; но едва ли пугало то, что будет дальше, я уже отдалась этому момент сполна и меня вряд ли удивит что-то еще, хотя Тай по прежнему был для меня большой загадкой. Но это мне даже нравилось, быть с тем кого я почти не знаю, отдаваться ему и не думать о последствиях, будут они ли они, или нет не так важно. Главное сейчас что есть мы, прямо здесь и сейчас и никто этого не изменит. Ни ворчливые соседи, ни боль от царапин и ран на наших телах, ни совесть которой не было места в нашем разуме в данную секунду. Все это просто не имело значения. Я лишь продолжала шалить своими маленькими хрупкими ладошками, ощущая что еще немного и он достигнет апогея. Мне нравилось наблюдать за его реакцией, нравилось видеть что ему хорошо, я испытываала удовольствие уже только от этого и не собиралась останавливаться если только он сам меня не остановит.

0

40

Пути женщины неисповедимы. Никогда не знаешь, какой шаг она предпримет в следующую секунду. И, самое главное, женщину невозможно разгадать. В мире нет ни одной представительницы слабого пола, которую можно было бы прочитать, как книгу и закрыть, выучив наизусть все повадки, замашки, отличительные черты. Всегда что-то новое. На твоё «Да» или «Нет» следует совершенно разная реакция. Она по-разному улыбается, по-разному смотрит и ведёт себя. Каждый раз иначе. Порой это невыносимо и вся эта особенность частенько выливается в настоящий скандал. Но чаще всего такие всплески женской индивидуальности превращаются в приятные неожиданности. По крайней мере для меня. Отсутствие ужина дома, вспыльчивость на фоне критических дней, беспричинные капризы, необоснованная (и обоснованная) ревность — ко всему этому я привык. А вот к таким поворотам — нет. И вряд ли когда-нибудь привыкну.

Мне показалось, что сейчас всё произойдёт. Что ещё буквально пара минут, несколько громких криков, серия интенсивных движений и я сдамся, спустив в одночасье всю свою силу, когда-то накопленную внутри. Но как же я ошибался. То ли Джослин почувствовала это вместе со мной, то ли разгадала моё поведение и подозрительную скованность в движениях, внезапно напавшую на всё моё тело, но стоило мне только подумать, как она вывернулась из моих рук, словно кошка. Ловко, торопливо, словно боялась опоздать. От удивления я только и успел, что шумно и громко выдохнуть, теряя перед собой опору. Секундное замешательство привело к полной смене ролей. Через мгновение я был пришпилен к стене, которую только что Райдер беспомощно царапала идеальным маникюром. Стена показалась мне ледяной, впрочем, не на долго. Жар собственного тела мгновенно нагрел стекло-пластиковую поверхность, сравняв наши температуры. Ещё немного и она начнёт плавиться подо мной, как масло на сковородке. Острые, небольшие ладошки в принудительном порядке воткнулись мне в грудь, не давая возможности предпринять хоть что-то. Мне только и оставалось, что развести руки в стороны, изображая из себя беспомощного и обездвиженного противника, хватать ртом её редкие губы, ловко порхавшие по всему моему телу и демонстрировать качественный стояк, находившийся сейчас в таком же беспомощном положении, что и я.

Впрочем, в таком состоянии неопределённости я пробыл недолго. Секундную прохладу, подаренную мне неожиданной паузой, резко прервал обжигающий, стремительный и страстный поцелуй, вынудивший меня шумно втянуть носом воздух, словно сейчас я, как когда-то, снова принимал очередную порцию кокаина. Только этот наркотик не нёс вреда и доставлял в сто крат больше удовольствия. Я ухватился руками за плечи Райдер, но тут же отнял их, словно ухватился за сковородку. Ладони изобразили в воздухе неизвестный вензель и в растерянности впились пальцами в полку с какими-то пузырьками, ровно в тот момент, когда Джо, неожиданно для меня взялась рукой за мой прибор. Неожиданно и чертовски приятно. От вспыхнувших ощущений я едва сумел устоять на ногах. В этом мне помогли полки, в которые я вцепился, как в последнюю надежду на спасение. С полок парфюм полетел вниз, под ноги. Там и остался. А я только хватал ртом воздух и метался взглядом, то опуская его вниз, к рукам Джо, то поднимая к её глазам.

Вряд ли на моём лице сейчас отразилась хоть капля недоумения. А интеллекта там вовсе не было. Мутные глаза то и дело уезжали за «шторки», заставляя меня проваливаться в блаженную темноту. Конечно тысячу раз я делал это сам, но поверьте, удовольствие несравнимое, когда это делает женщина и делает хорошо. Теперь я играл роль предмета для игр, выдавая все свои слабости ей и без сил поддаваясь на ласки, выгибаясь под одним только движением руки так, словно это было что-то из ряда вон выходящее. Стонал, и не скрывал этих стонов, расплывался в пьяной улыбке и запрокидывал голову назад, утыкаясь затылком в скользкую стенку душевой, когда держать глаза открытыми не представлялось возможности. Вопрос я услышал не сразу. Он прозвучал где-то далеко и до меня донеслось только эхо. Ответить на него оказалось сложнее, чем я думал, да и Джо сама прекрасно видела насколько мне было хорошо. Стоило ей только сократить межу нами расстояние, как я  пустил в ход собственные руки. Ладонь мгновенно скрылась между бёдрами, вынуждая плотнее сжать их друг с другом в ту же секунду. Я не хотел получать удовольствие в одиночку. Организм громко кричал о том, что вот  вот сдастся под методичными движениями и вот тогда мне придётся доставлять ей удовольствие совсем другими способами.
Я вошёл в неё беспрепятственно, двумя пальцами, чувствуя, как её рука замерла на мне на какие-то несколько секунд. По бледному лицу, испещренному мелкими красными пятнами, слабо напоминающими румянец, поползла ухмылка. Где-то надменная, где-то томная и коварная. Не без этого. Теперь её движения перемежались моими, и нашими обоюдными, бессмысленными «Да». Вот и ответ на её вопрос. Было ли мне хорошо? Конечно было. «Хорошо» - это не то слово, которым можно описать моё состояние.

С каждым новым движением, Джо неумолимо приближала меня к конечной точки нашего совместно удовольствия. Я начинал краснеть, словно испытывал какое-то невообразимое удовольствие, всё тело сковала судорога, за которой я наблюдал совершенно расфокусированным взглядом. Спазм дёрнул ослабшие колени, прошёлся по бёдрам и перекинулся на спину, от души сводя судорогой ягодицы. Пытаясь ускорить заданный темп собственными бёдрами, я ухватился за всю ту же полку, которую успел расшатать на шурупах за всё это время, и не удержал громкий стон. Он вырвался против моей же воли. Но о какой воле может идти речь, когда я не волен управлять даже собственным телом, не то, что головой, которая потерялась ещё полчаса назад во всём происходящем.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Your problems have just become my own