Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Может показаться, что работать в пабе - скучно, и каждый предыдущий день похож на следующий, как две капли воды... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » So what's it gonna be this time


So what's it gonna be this time

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Участники:
Caesar vs Wanda

http://s6.uploads.ru/fgM3o.png http://s6.uploads.ru/nXRoi.png
Место:
Университет, деканат
Время:
21.09.2013
Время суток:
день
Погодные условия:
ясно, безоблачно, тепло и бла-бла-бла
О флештайме:
  Он видел её много раз то там, то здесь, в коридорах университета, в окружении галдящих однокурсников, в центре внимания. Он никогда не был там, среди них, и считал её всего-лишь шумной выскочкой - дерзкой, нагловатой показушницей.
  Знала ли она вообще о его существовании? Вероятно, но не более того.
  Говорят, нет в жизни второго шанса произвести первое впечатление? Что ж, зато всегда есть шанс получить второе впечатление, более убедительное.

Отредактировано Caesar Avery (2013-10-31 12:20:22)

+1

2

внешний вид + в руках (закрытый) + трость
Мне не хватает проблем, вот честно. Я живу как птичка, порхая меж ними и не задевая ни одной ни крылом, ни оперением брюшка. И теперь, я прямо с самолета, не заезжая домой,- а есть ли он, мой дом? Квартиру снять не успела, с мужем жить вообще не вариант, родители – отпадают сразу же. В общем, прямо с гитарой в кофре я лечу на всех парах на такси в деканат университета. Конечно я была в курсе, что нужно являться даже заочно обучающимся в первых числах осени, конечно я была уверена, что неявка создаст мне проблемы, поэтому заранее написала декану письмо на электронку, мол, такую – то студентку не терять, уважительная причина: турне по Германии со скрипачом – звездой мирового уровня. Но нет. Нужно было обязательно достать меня по телефону, едва я сошла с трапа. До сих пор в ушах звенит от визгливого голоса декана из трубки. Я не боюсь ни штрафа, ни отчисления – даже если так, журналистика уже давно отошла для меня на второй план, и навряд ли я вернусь в эту деятельность. Я есть музыкант, и ничем это из моей дурной головы не вышибить. Таксист затормозил у лестницы, я расплатилась, вышла с кофром в руке. Что – что, а гитару я камере хранения доверить ну никак не могу. Наверное, помирать буду – но в обнимку с инструментом.  Надеюсь, меня не сочтут киллером, у которого вместо гитары винтовка в чехле? И надеюсь, что вахтер помнит меня и без студенческого. Если не сменился.
Поздоровавшись с персоналом на входе, я прошла на второй этаж - туда, куда меня в общем-то приглашали, в деканат, морально готовясь отхватить звездюля, забрать документы, развернуться и уйти с железобетонным выражением моськи лица. Однако, в деканате было пусто. Придется ждать. Американская, мать ее, культура: хоть бы стул поставили рядом с дверью. Меня, конечно, ноша моя дорогая весом в 25 кило не тянет, но все же, мало ли… Иногда хочется и попу удобно положить. Минут двадцать сижу уже как. И ни души. Ни души преподавателей, студентов-то как раз полно. Все подходят, здороваются, спрашивают что это у меня в руках. Гитара у меня в руках, что еще может быть? То что для акустики я использую простой тканевый чехол, не значит что электрогитару нельзя носить в кофре, сильно смахивающем на гроб? Народ начинает фотографироваться со мной, а я всего лишь жду декана. В конце концов слышу звонок – старт занятия, и ребята начинают медленно расползаться по своим кабинетам. Вот она, обратная сторона популярности – где бы ты не появился, как бы ты не выглядел, все равно для людей ты будешь чем-то эфемерным, одновременно близким и далеким, тебя можно, казалось бы, потрогать, но люди опасаются, что ты вот-вот растаешь в воздухе, что ты всего лишь мираж. Что – то вроде ангела, спустившегося с неба. Мне откровенно жаль этих людей, они верят не в того, в кого нужно верить. Любовь любовью, но фанатизма я не приемлю ни в каком его виде. Я не Господь Бог, и даже не Дева Мария, чтобы удостаивать меня подобного внимания; я устала от этого, и хочу иметь возможность просто сходить в супермаркет, без Джейсона, просто прийти в деканат разобраться со своими пропусками, просто сесть в человеческий самолет, в котором помимо меня и команды техников будут еще, обычные, нормальные люди, которым до фонаря как я выгляжу и кто я есть. Просто выйти из дома в парк на пробежку, не натыкаясь на папарацци. Просто не прочитать заголовок очередной желтой газетенки о том, какая коварная соблазнительница гитаристка-виртуоз Ванда Аннабель Хаферманн. Чуть больше свободы – это все, чего мне желается. О, а вот и декан.
- Добрый день! – мимо меня проходят, и слова даже не говорят. Не обращают внимания буквально так, как не обратили бы на соринку на полу. Нихрена же себе, мои мечты сбываются как-то неправильно. Эй там, наверху, живо вертай все взад!
- Здравствуйте, мистер… - черт, я не помню его фамилии! – декан. C неохотой оборачивается. Ну и рожа, дай бог не увижу ее еще долго.
- А, мисс Хаферманн-Смит… Вынужден вас огорчить: вследствие неявки на занятия даже при заочном обучении, вас отчислили. Приказ от  четвертого числа этого месяца, если есть желание – могу ознакомить. – все это он говорит на ходу, как бы между делом, словно особщает мне новость не о моем отчислении, а о назначении президентской стипендии за отличную учебу. Я вслед за ним захожу в деканат, проходя ближе к центр кабинета.
- Ну, в принципе, этого я и ожидала. Какие документы необходимо забрать, чтобы покинуть это место навсегда? – стараюсь быть милой, даже улыбаюсь, хотя очень уж хочется осторожно поставить кофр на пол, подойти и выдрать ему последние оставшиеся волосенки на его полулысой башке.
- Обождите с документами. Вам ведь наверняка необходимо высшее образование? Я могу подать заявку на ваше дистанционное обучение, – в голове слышится какая-то странного интонирования подначка. Словно это какая-то замануха, вроде мышеловки.
- Так что ж вы раньше этого не сделали, зря только перлась сюда. Я ведь проинформировала вас по почте о моем отсутствии на занятиях заочных групп, я, пардон, по Германии в турне колесила, деньги зарабатывала на оплату этого самого обучения, - причем немалые.
- Для того, чтобы я подал заявку, потребуются, кхм, некоторые усилия с вашей стороны. – упс, кажется я догадываюсь, к чему он клонит…
- Сольный концерт на утреннике для первокурсников? Извините, я дорого стою. – попытка свести разговор о бакшише в нечто, похожее на шутку. Однако походу шутить со мной никто тут не собирается…
- Нет, мисс Ванда. Меня вы интересуете не с точки зрения артистки, а немного более… интимной, - с этой фразой декан был переквалифицирован в моем понимании в «глухопердяя старого», ибо разница в возрасте такая, скажем, нифиговая, да и замужем я, вроде как. Мужчина нарочито медленно сокращал расстояние между мной и собой, а у меня в мыслях было только как побыстрей свалить отсюда. Но я стояла, будто вкопанная. Видимо, это шок. Кости словно окаменели и не желали слушаться усердных команд мозга, - Вы мне в дедушки годитесь, и вы видели мой паспорт. Там стоит печать о бракосочетании. Кольцо показать? Мой столбняк еще не прошел. Единственное, что я могу сейчас – это молоть языком. Он гладит меня по щеке… Фу, мерзость! Как же мне хочется плюнуть сродни верблюду: так, чтобы все лицо было в соплях! Однако, заряд гайморита в голову я сейчас осуществить не в состоянии – я здорова, как горная коза. Тянется к моему лицу, подтягиваясь на носочках. ФУ!!!!
- Какие. Документы. Я. Должна. Получить? – размеренным, спокойным голосом вопрошаю я, готовясь не то к прыжку, не то к толчку, не то к вылету из декана в стиле пушечного ядра.
- Мисс Хаферманн, успокойтесь. Вы можете остаться студенткой нашего университета… – блин, меня тошнит от его речей, дайте мне бумажки и я пойду по своим делам! Этот престарелый вонючий осел тянется сорвать поцелуй с моих губ. Ну уж нет! Резко отклоняюсь, аккуратно, но быстро ставлю кофр с самым дорогим и ценным на пол, и бью наотмашь по месту соединения шеи с головой. Сонная артерия там неподалеку – надеюсь, хоть в обморок упадет. Вырываю левую руку из его цепких скрюченных пальцев и чеканю:
- Я отказываюсь от вашего предложения, и готова получить документы. У него, видимо, немного закоротило в голове, да и на документы мне стало как-то резко плевать, декан пошатнулся, а я схватила гитару и попятилась назад, понимая, что могла организовать ему кому, если неправильно рассчитала силу удара.
И впечаталась спиной во что-то… явно живое. Мужского пола. Стоящее прямо на пороге между деканатом и коридором.

Отредактировано Wanda Hafermann (2013-10-31 20:47:24)

+2

3

внешний вид

http://cs10771.vk.me/u6864887/128598438/y_9d95f2cf.jpg
*без очков, очки висят на рубашке*

Нет, я шел к декану вовсе не затем, чтобы похвастаться. Продемонстрировать успехи, отчитаться о проделанной работе - называйте это как хотите, но называть вещи своими именами мне категорически не хотелось, потому что в такие моменты, когда я едва ли не прыгал на одной ножке, дожидаясь одобрения к проделанной работе, на которую убил неимоверное количество сил, бессонных ночей и нервов (притом, далеко не всегда своих), чувствовал себя экзальтированным молокососом, хотя по сути ничего сверхъестественно странного в этом не было. Когда ты из кожи вон лезешь и считаешь свое творение достойным, но при этом объективно понимаешь, что нужен взгляд со стороны, и только тогда можно будет с уверенностью сказать, что да, действительно, таки молодец, постарался на славу, и пирожок с полочки для протирания пыли получил вполне заслуженно,  - то уж очень хочется, чтобы этот взгляд со стороны был одобрительным. Иными словами, я жаждал признания. Признания своего таланта, своих умений, и признания простого - человеческого. Разве не ради этого живут творческие люди?
   Хотя, если говорить уж совсем откровенно, мнение этого усыхающего мужичонки сложно было назвать хоть сколь-нибудь авторитетным, что касается моей профессии, но вернемся к тому, что, как ни крути, а для меня его оценка была важна. Как минимум для подпитки амбиций.
   Предусмотрительно притормозив у кабинета, я прислушался - сам ненавижу, когда не в тему врываются и прерывают на полуслове, поэтому даже перед стуком предпочитаю убедиться, что нужный мне человек в комнате один. А если не один, то в таком положении, чтобы ни мне не пришлось прятать глаза за "челодланью", ни ему. С одной стороны, наш декан находился на рабочем месте, поэтому заведомо неудобные и конфузные ситуации были исключены, но привычка - вторая натура, поэтому я все же прислушался, о чем после ни капли не пожалел. Первым, что полоснуло мой слух, было абсолютно чужеродное в стенах учебного заведения слово "интим" и уже тогда дельце для меня слегка засмердело. Последующая возня и реплики многое прояснили, но, увы, не в лучшую сторону - мне стало только еще более мерзко от того, что довелось стать невольным слушателем этого спектакля, не рассчитанного на широкую публику. Голос девушки, подвергавшейся столь гнусному и мерзкому совращению, показался мне смутно знакомым, хотя точно идентифицировать его и не удалось. Я замер, решая, как лучше поступить- либо заснять всю эту прелесть - разумеется, не из праздного желания выложить в ютьюб и собрать овер тыщупицот просмотров, а с более серьезными намерениями - написать куда надо, предоставить факты, вещдоки, смысл ясен? - либо вломиться прямо сейчас и вломить  этому линялому павиану, решившему пустить свои дряхлые корни куда не следует. Времени на раздумья особо не было, поэтому я сделал то, к чему подтолкнуло наитие - оно, конечно, не всегда подсказывает верно, а где-то с вероятностью 50 на 50, но в данном случае любой расклад был лучше, чем просто остаться в стороне.
  Я рывком открыл дверь, удивляясь, что вышло это у меня по-шпионски тихо и, не успев даже слова произнести, оказался чем-то вроде подушки безопасности для отступающей назад девушки.
  Опаньки! Этот прикид и гитару, которая для этой девушки являлась чем-то вроде части тела, приобретенной в процессе эволюции от хомо-сапиенса к хомо-музыкантусу, я узнал совершенно точно и безошибочно. Но знаете, было решительно плевать с большой высоты на то, как я относился к девчонке до этого момента, что она меня местами раздражала, хотя между нами ни разу не состоялось даже короткого диалога, да и знакомы мы, вобщем-то, официально не были. Сейчас она была просто студенткой - одной из, вероятно, многих, к которым на хромой кобыле пытался подкатить свои тухлые помидоры эта просроченная жертва спермотоксикоза. И еще я успел заметить, что моя помощь здесь уже будто бы и не требуется, потому что осоловело-рассеянный взгляд декана и его шатающаяся дряхлая фигурка явно и недвусмысленно орали о некоем физическом воздействии. И вряд ли такое воздействие можно было отнести к разряду "интима". Что ж, молодец, девочка, не растерялась. Уважаю.
  А вот к господину декану я уважение потерял в одну секунду окончательно и бесповоротно.
  - Эй, что случилось? - дурацкий вопрос, да. Похоже на то, как в дебильных ужастиках визгливая блондинка нависает сиськами четвертого размера над раскромсанной жертвой милашки Крюгера и глубокомысленно вопрошает: "Ты в порядке, милый?". Вопрос мало того, что риторический, да еще и откровенно пахнет умственной неполноценностью.
  Просто все происходило так быстро - распахнутая дверь, мимолетный взгляд, оценивающий ситуацию, что-то мягкое и теплое, случайно вжавшееся в меня - нежданного визитёра. Пожалуй, любая другая фраза звучала бы не менее нелепо, даже если бы это было предложение добить презренную престарелую озаботу. Правда, в следующий момент мне показалось, что зря я это все затеял - девчонка никогда не выглядела безобидной лапушкой, которую можно вот так безнаказанно домогаться, и в целом производила впечатление одной из тех агрессивных штучек, которым пальцы в рот не клади - откусит. Эдакая независимая дерзкая выскочка-барби - собственно, такой я ее все время и считал, сколько видел в коридорах университета.

Отредактировано Caesar Avery (2013-11-01 15:09:57)

+1

4

Так, надеюсь что я не в трилогии «Люди Икс», и это не дубликат тела декана меня столь дружелюбно встретил? А то мне придется вновь ставить на пол кофр и бить уже более доходчиво. Ан нет, он как стоял так и стоит в полуобмороке, хрипит-шипит мне что – то вроде: «секретариат». Отлично, значит секретариат, там забрать документы. В ушах звенит, на голову надели кастрюлю и хорошенько рубанули по ней кувалдой. Оборачиваюсь. Молодой (хоть это слава богу!) светловолосый парень, один из многих студентов сиих стен. Я раскаянно обратилась к нему: - О, извините… - мало ли, может отдавила ногу, или еще какую жизненно важную часть тела задела, я, пардон, в куртке не почуяла, вкуда умудрилась припечататься. Мне действительно неловко, я едва ли не стесняюсь, закусывая нижнюю губу, - я в норме, валим отсюда, - чуть потеснив блондина, я разворачиваюсь, захлопываю дверь со стороны коридора, и зачем – то хватаю его за руку, дав при этом деру со второго этажа. Секретариат на первом, и я уверена, что там меня уже ждут, - Как тебя зовут? – да, лучший способ познакомиться ты выбрала, Вандусь, ума палата. Однако, поблагодарить за адекватное поведение и отсутствие попыток сразу же на месте со мной сфотографироваться, извлечь из кармана штанины гитару с целью чтобы я ее подписала, или же просто выразить мне свое почтение/уважение/любовь, - Я Ванда, раньше была на факультете журналистики, а от четвертого сентября этого года – на факультете ничего.
Какая – то хрень происходит. Я слабо разбираю ситуацию, а описать причину, по которой тащу его за собой, вообще не в состоянии. Просто после всего что произошло в деканате, мне нужно, чтобы со мной кто-то был. Пусть даже незнакомый студент. Иначе крыша потечет и до конца дней буду сидеть на батарее и распевать «Кукарачу». Добежали мы весьма быстро, сроду не скажешь, что у меня в руке тяжелый инструмент. Причем даже неизвестно, тяжелее сама гитара или кофр. Черт, надо было его еще куда-нибудь стукнуть, декана-то. Чтоб понял. А нет, я какая-то слишком воинственная стала, видимо, из-за недосыпа в перелете. От нервного истощения начал садиться голос, если не успокоюсь, то часа через полтора буду разговаривать как русский монстр с труднопроизносимой фамилией… Джигурда, кажется.
- А случилось… Тот старый хрыч хотел меня трахнуть. На что только надеялся, - пожимая плечами на ходу проговорила я, словно подобные поползновения случались изо дня в день, и реагировала я на них спокойнее, чем на лопнувшие струны. В стиле: «сама виновата, зачем нужно было так перетягивать».
- Вот и секретариат, - блин, вот тебе и момент икс, когда надо разжать свои сильные пальчики и выпустить ладонь несчастного парня, обреченного пробежать со мной половину корпуса. Отпускаю его, достаю паспорт и щемлюсь в кабинет. Там две миловидных девочки моего возраста спокойно сверили мою физиомордию с фоткой в документе, и выдали мою папку, пожелав успехов в труде и обороне, за что огромное им человеческое спасибо, и клевые фотки со мной. Вот соцсети – то я вечером порву, процентов пятьдесят всего универа будут ходить в аватарках в обнимку со мной, сидящей на полу с кофром в обнимочку. Вернувшись из секретариата, я слегка удивилась тому, что парень еще не ушел. Даже не знаю, что ему сказать. Знаете, бывает такой эффект, когда жуешь зеленую хурму, и она тебе напрочь язык завязала. Примерно также у меня сейчас. Стою как дура – в одной руке папка, в другой кофр и паспорт. Надо или прощаться-вызывать такси и ретироваться отсюду по-быстренькому, ибо мало ли, вдруг декан решит заявить о нападении студентки (ха-ха, слабая девка уделала взрослого седовласого мужика), или этот блондинчик подумает будто я его похитила.
- Ты, кажется, шел к декану, но зная свой удар могу сказать, что ближайшие часа три он будет спать на ходу, а в адекватное состояние вернется только наутро.
Упс, этого только мне не хватало. Прозвенел звонок, свидетельствующий о перерыве между парами, студенты гурьбой высыпали из кабинетов подышать свежим воздухом коридора и университетского парка. Сейчас мне будет хана…
- Пока меня не раздавили в обнимашках, мне будет лучше тихо исчезнуть… - произнесла я, оглядываясь по сторонам и ожидая нападения. Плохая была идея – ломиться сюда без Джейсона. Узнай он о произошедшем – по башке надает, даром что бодигард. И тут я вспомнила, что я не использую трость. Она просто лежит в моей руке вместе с ручкой чехла от гитары. Я стою самостоятельно, и могу делать шаги без необходимости на что-то опираться.

Отредактировано Wanda Hafermann (2013-10-31 22:49:18)

+2

5

Я основательно и добросовестно подготовился к тому, что в ответ получу какую-нибудь ехидцу, щедро приправленную ядовитым сарказмом  - вот и помогай после этого людям! Не то, чтобы я уже пожалел, что вмешался (хотя вмешательство мое не было так уж необходимо), но заведомо зная, что "спасибо" за свое фееричное явление точно не услышишь, упрямо совать свой нос - дело бесперспективное и неблагодарное. Но, к моему величайшему удивлению (а вернее будет сказать даже изумлению), в свой адрес вместо агрессивного указателя, куда пойти и куда деть свой вездесущий любопытный нос, я получил сдавленное, едва ли не смущенное извинение. Я даже растерялся на какую-то долю секунды, потому что внутренне подготовился достойно принять любую пакость и более того, вдохновенно на нее ответствовать. Поэтому лишь бессвязно мурлыкнул нечто вроде "Да ладно, не прибила и на том спасибо" (а по факту это прозвучало как "да ладн...ничё...не парься...") и, полностью поддерживая рациональную идею драть когти в более уютное место, где не водится всякая мерзость вроде нашего декана, вывалился следом за девушкой из кабинета.
   Я с опозданием заметил, что не просто так покорно валю по пятам за гитаристкой (да как же ее звать-то, не могу вспомнить!), - на моей руке наручниками сомкнулись сильные пальцы музыканта, хотя это было лишним - я бы и без конвоя по доброй воле и по собственному желанию все равно пошел бы следом хотя бы с целью убедиться, что с ней действительно все в порядке и моя помощь не требуется. Как свидетеля, я имею ввиду(если понадобится перед кем-то подтвердить увиденное), а не утирателя женских соплей - не потому, что я черствый и не способный на сочувствие чурбан, а по причине того, что в случае гитаристки сам факт развезения соплей вряд ли может претендовать на звание иное, чем фантастика.
  - Эйвери, - машинально лаконично ответил я. Просто как-то подзадолбало всякий раз слушать какую-нибудь стёбную ахинею насчет моего исторического тёзки - притом ведь каждый недоделанный остряк считает своим святейшим долгом что-нибудь эдакое сморозить и считает, что он в этом так убийственно оригинален... Как-будто, черт возьми, нет на свете других Цезарей кроме меня и трижды кувыркнувшегося в гробу Гая Юлия. Ну а поскольку Ванда (как славно, что она таки представилась наконец, и память торжественно ахнула, дескать "да! Точно! Ванда Хаферманн!") все еще не отделалась в моем представлении от образа задиры с ядовитым язычком, хотя это мнение после кроткого "извините" и сопутствующих милостей заметно пошатнулось, я решил с именем немного повременить.
   - Вот же чертов недоделок... Яйца бы ему на уши намотать! - брезгливо морщу нос и даже слова произношу так, будто в этот момент жую что-то гадкое на вкус, цвет и запах. Меня всегда нереально бесили подобного рода поползновения престарелых пикаперов, а тут еще и на моих глазах... Хотя я уже и не нуждался в этом объяснении, и вопрос о том, что случилось, был задан мною невпопад, но мало ли, вдруг  ей надо выговориться - оно, знаете ли, немного помогает, когда разложишь ситуацию словесно по полочкам, при этом не забыв пятиэтажно откостерить почем зря виновника. - Если что, то я кое-чего услышал и успел увидеть, надо будет - засвидетель... - вряд ли Ванда слышала хотя бы слово из того, что я так авторитетно вещал, потому что, выйдя из состояния пост-шоковой растерянности она юркнула в секретариат так быстро и ловко, как будто и не таскала вовсе за собою этот увесистый мини-гроб.
- Ну что ж... Нет, так нет, - чтобы как-то логически завершить свой неудавшийся благородный порыв, я развел руками, размял шею и подзавис, раздумывая, куда теперь, собственно, податься мне. Переворошил в памяти планы и понял, что ближайшая к осуществлению их часть благополучно накрылась медным тазом. Будто в тон моим мыслям передо мной снова нарисовалась Ванда. Ее аргумент в пользу того, что к декану мне сейчас идти не нужно, очень отличался от моего - мне теперь просто даже не хотелось иметь с ним никаких дел. И уж тем более никакие его похвалы и одобрения не подсластили бы мне тяжкие учебно-режиссерские будни.
  - Да я уже и передумал, - отмахнулся я, заткнувшись в аккурат перед звонком. Продолжай я говорить, мои слова снова растворились бы в никуда, поэтому я дождался, пока мерзкий звон затихнет и собирался было повторить, что в случае необходимости, если Ванда захочет побороться за справедливость, я охотно этому посодействую в меру своих сил и осведомленности, но девушка так быстро переключилась на другую тему, как-будто и не было домогательств в деканате, а мы просто столкнулись в преддверии перемены в университетских стенах.
  - Тебя проводить? - неожиданно для самого себя, предложил я, кивком указывая на "гроб" и с легким налетом скептицизма воспринимая ее слова о вселенских обнимашках. Мне это показалось самым что ни на есть простым и будничным бахвальством - дескать, глядите, какая она вся из себя популярная, что добрая половина университета за одно только объятие и мать, и родину в ломбард сдаст без права выкупа. Но что-то необъяснимо двойственное появилось в моем еще не окрепшем и не до конца утвердившемся отношении к Хаферманн. - Если рядом с тобой буду я, то все отвлекутся и бросятся обнимать меня, - беззлобно шучу, подтрунивая над Вандой. Вряд ли, конечно, произошедшее можно было бы отнести к разряду тех, после которых всякий раз позволяя себе лишнее, можно апеллировать к бессмертному аргументу "После всего, что между нами было...", и у меня все еще был шанс получить свою порцию словесного яда, если эта девушка все же именно такова, какой я ее себе представлял. Но не стебаться и не шутить...? Увольте, выше моих сил.

Отредактировано Caesar Avery (2013-11-01 13:44:42)

+1

6

- Очень приятно, но это, похоже, фамилия, - хоть ты Васей Пупкиным назовись, но лучше сказать свое имя сразу, ибо задолбаю вопросами при необходимости, - если тебя зовут Акакий, поверь – я не буду ржать, и не такое слыхивала. Вновь пожимаю плечами. Меня саму достал этот жест, а отучить себя не могу. Нервное, скорее всего.
- Так я бы и намотала, - тихо хрюкаю, пытаясь не засмеяться во весь голос, - просто руки не желала марать, да и одного удара было вполне достаточно. Главное знать, куда бить, чтобы отключить, и не оставить синяка, - да я прям патологоанатом-каратист какой-то, судя по разговорам!
- Не, благодарю покорно, я не планирую никуда заявлять. Пусть себе отрабатывает навык соблазнения на других студентках. На мне – поздно, да и срикошетить, в случае чего, смогу. Увы и ах, обломился дедуля. В этот момент у меня зазвонил еще и телефон – достать с занятыми руками его невозможно, поэтому хай пока побрякает. Под универом меня ждет такси, там и перезвоню.
- Да, было бы прекрасно, если я перемещусь отсюда не одна, - нервно оглядываясь по сторонам в поисках необходимых путей отхода от студенческого населения, проговариваю я, - а если это так – то вообще чудесно, примешь удар на себя, буду считать тебя благородным рыцарем. Правда, принцесса из меня, прямо скажем, фиговенькая. Ну ты все видел, короче, - вновь улыбаюсь, с трудом сдерживая смешок. Зато правду сказала – пусть не удивляется.
Я уже немного успокоилась, дыхание после пробежки выровнялось, можно двигаться дальше. А что у меня по плану? Правильно, снять квартиру, перетащить туда все вещи, и посмотреть, куда можно пристолбиться с гитарой наперевес на этот вечер. Не хочу оставаться одна, публика – мое все. Наверное, я когда – нибудь переквалифицируюсь в бабушку с курагой и дровами, но помру именно там, на сцене, сидя в инвалидной коляске, оборудованной мощными комбоусилителями по бокам, от которых будет трясти в ритм все сидение.
- А ты точно не занят сейчас? А то мало ли, не хочется отвлекать от дел, - да, можешь сколь угодно удивляться, не верить своим ушам, но меня действительно интересуют планы других людей, и по возможности, я стараюсь их не нарушать присутствием своей личности. Зато в мою жизнь вмешиваются все, кому ни лень. Я двигаюсь в сторону парадного выхода, вежливо прощаюсь с вахтером, сдаю студенческий билет и вот, больше я не студентка данного университета. И грустно, и радостно – тот самый момент, когда не знаешь, что тебе делать: ржать, или плакать. Ну, раз второе в моем случае маловероятно в связи с некоторыми особенностями организма, то посмеяться мне никто не запрещал. И посмеюсь как-нибудь, в одиночестве.
- Меня такси ждет, и я понятия не имею, куда себя девать, пока риэлторы ищут мне съемную квартиру, сяду в машину – решу. Есть еще не растерял желание меня проводить, то милости прошу, - щурясь от солнца, я приглашаю парня занять место в авто, укладывая кофр в багажник авто. Это редкий случай, когда гитара едет не в салоне, но если ее сложить на заднее сидение, то деваться нам вдвоем будет решительно некуда, - я сейчас присоединюсь, одну секунду, отвечу на звонок. Отвечать, правда, пришлось, на два параллельных, зато угрохала двух зайцев: и заключила договор о найме жилья, и устроила себе вечернее выступление в клубе на окраине. В тесноте, да не в обиде – скорее всего приеду с акустикой, нечего электруху по таким местам трепать. Хотя… менеджер заведения сказал что-то о том, что мол расширение произошло. Вдруг приеду, а там целый комплекс?
- Мне в аэропорт - забрать чемодан, затем на восточную сторону города - на окраину, а потом на юг, и тоже в задницу мира. Устраивает маршрут? - я подмигиваю. Это нормальное человеческое общение, где нет необходимости строить из себя пуп земли. Обожаю такие моменты.

Отредактировано Wanda Hafermann (2013-11-06 19:26:35)

+1

7

Надо же, эта "звезда балета" оказалась еще и не в меру догадливой юной особой - несмотря на то, что моя фамилия вполне сошла бы за имя, она продолжала допытываться. Причина моего инкогнито, конечно же, была явно не в том, что  родители в свое время приняли участие в каком-нибудь конкурсе типа "самое дурацкое имя для ребенка", и уж чего-чего, а просто смеха я ожидал меньше всего, но после такого ее заявления захотелось из чистого принципа взять да и выдать что-нибудь такое, чтобы ей стоило огромных усилий удержать лицо в серьезном виде... Но фантазия моя крайне неохотно генерировала такой малополезный бред, чаще практикуясь на вещах более абстрактных - идеях, образах, так что самым "гениальным" оказалось "Джастинбибер" (ну знаете, есть такие люди, которые безумно и бездумно фанатеют от всяких медийных личностей настолько, что называют детей в честь домашних питомцев вышеназванных, а в лучшем случае ограничиваются инициалами). Правда, родители обзавелись мною раньше, чем родители Бибера этой, -я не побоюсь этого слова и захлебнусь сарказмом,- легендарной личностью, поэтому пришлось отставить свои мысленные полубредовые баталии и серьезно, без уверток  ответить:
- Цезарь. Меня зовут Цезарь, - так спокойно и беспристрастно, будто я и не ставил целью свое имя каким-то образом скрывать.
   В отличие от Ванды, мне все же хотелось как-нибудь показательно наказать зажравшегося и зарвавшегося декана, хотя я и с трудом представлял себе, как это возможно в принципе, учитывая, что сама жертва никаких фактических претензий предъявлять не намерена. Можно было бы, правда, спуститься до банального шантажа и что-нибудь в свою пользу да выкрутить, но размышления об этом я оставил на потом - не настолько уж я криминально-увлеченный субъект, чтобы с ходу генерировать всякие подлости.
- Видел. На принцессу какого-нибудь варварского племени...или амазонского, шут их там разберет, вполне себе покатишь. Только не уверен, что такие принцессы имеют дела с благородными рыцарями, - для поддержания разговора брякнул я - не то, чтобы совсем невпопад, но в данный момент все шло к тому, чтобы решить вопросы более насущные, чем погружение в исторические справки и некоторые этнические особенности.
   Уж не знаю, на самом ли деле я привлекал внимание окружающих больше, чем Ванда и тем самым отводил от нее взгляды, или просто так удачно легли звезды. А может, любвеобильные поклонники существовали только в больном воображении гитаристки и не имели никаких контактов с реальным миром. Но вероятнее всего я просто умудрялся вовремя и успешно прикрывать своей скромной кубатурой девушку (первый вариант был вообще из ряда фантастики, но не озвучить его в силу своей влюбленности в себя я просто не мог!), так что Университет мы покинули без легендарных обнимашек и прочих проявлений разрушительной фанатской любви.
  - Нет, дел на ближайший час у меня точно нет, - ненадолго задумавшись, подтвердил я, потому что действительно все, что я планировал до явки на студию по своим учебно-режиссерским делам, так или иначе сводилось к декану. Стоящему на ногах декану. К декану, который мог соображать головой, давать советы, выражать свое мнение. Но поскольку вместо него в наличии имелся только скрюченный и обезвреженный озабоченный мерзкий тип, эти планы были благополучно отвергнуты. И так уж случилось, что я был совершенно не прочь удовлетворить свое любопытство - в кои-то века появилась возможность присмотреться к этому загадочному белобрысому фрукту поближе, не созерцая её довольную мордаху в окружении других обожающих взглядов, и не боясь оказаться причисленным к отряду поклонников. Посмотреть на нее такую, какая она есть и, возможно, узнать, на самом ли деле она так уж известна в узких кругах, или просто любит пустить пыль в глаза. Правда, интуитивно я ощущал, что Ванда - не из тех, кто опускается до примитивного выпендрежа, но думать что-то наверняка и обоснованно я пока не мог.
  Что и говорить, предложение прокатиться с ней на такси в неизвестном направлении прозвучало довольно неожиданно, и я не успел определиться - то ли она просто не смогла вежливо меня отшить, то ли действительно была не против моего общества - в конце-концов, на фоне распускающего руки старикана и восторженных почитателей я выгодно выделялся полным отсутствием лишнего интереса к ее персоне. Интерес, конечно, был, но, повторюсь - он не плескался через край и, надо думать, был ненавязчивым и незаметным.
  - Вообще-то, я имел ввиду до машины - ну чтобы не доставали всякие там...поклонники, - равнодушно усмехаюсь, вскидывая бровь. Может, прозвучало и не слишком вежливо, но зато правда. Напомню, что в ряды лобызателей звездных пяток я не записывался, так что, знаете ли, могу себе позволить... Однако, вопреки своим собственным  словам, все же упаковываю свое туловище в салон авто - эгегей, не каждый день САМА_ВАНДА_ХАФЕРМАНН_КОТОРУЮ_НЕ_ТАК_ДАВНО_ОБЛАПАЛ_ДЕКАН (привет, сарказм, давно не виделись!) приглашает покататься.
   Подслушивать нехорошо, но что тут поделаешь, если я просто оказался в такой непосредственной близости, что чужие слова просто-таки запрыгивали в уши самостоятельно, тогда как я к этому никаких усилий даже не прилагал? Из недолгого, но весьма информативного разговора Ванды я пришел-таки к выводу, что должен несколько пересмотреть свой взгляд на эту девушку. Кажется, она действительно чего-то в своей жизни стоит, если ее разыскивают, ее приглашают выступать. Что ж, тем лучше. Не очень-то хотелось бы убивать свое драгоценное время на человека, не стоящего внимания. Молчаливо общаясь тихо сам с собою, я беззвучно присвистнул - собственно, от присвиста осталось только выражение лица и чуть подкаченные глаза - дескать, уоу, ну надо же, а эта детка действительно что-то вроде звезды... Не тоже самое, конечно, как если бы встретить в трамвае Брэда Питта и усердно в его лицо всматриваться, думая - "Парень, где-то я тебя видел", но таки любопытство разжигает ровно настолько, чтобы кивком согласиться на маршрут, не особенно вслушиваясь, что в эту культурную программу входит.
  Когда машина тронулась, во мне вдруг зашевелилось и заерзало услышанное и, вместо того вопроса, который я готовил, спросил я совершенно другое:
  - Окраина? Неподалеку от пересечения Пятой и Оу-Стрит находится мой театр... - и тут я осекся, потому что что-то очень острое и болючее полоснуло по нутру. - Был... Театр, - как это мило, очаровательно и вежливо - не начав толком разговор отвернуться к окну, чтобы прогнать от себя воспоминания. А потом повернуться, как ни в чем не бывало, как будто и не было этой дурацкой фразы , и спросить наконец то, что давно вертится на языке: - Так что, ты... действительно что-то вроде местной знаменитости? - надеюсь, по совершенно спокойной и будничной интонации, которой был задан вопрос, было ясно, что от ответа абсолютно не зависит то, начну ли я сейчас визжать, вести себя неадекватно и пресмыкаться от обилия восторженных чувств. Это было чисто приятельское любопытство.

+1

8

Я хоть и разговаривала с наконец – то нормально назвавшимся парнем, но глаз от мобильника не поднимала: мой разум был занят тем, чтобы оттащить за шкирку свой бойз-бэнд в лице барабанщика, басиста, второй гитары и клавишника, с которыми я активно чатилась в аське. Как только получилось так, что меня в первый же день прилета пригласили поработать – я не знаю, если только хозяева или админы заведения не следили за моим гастрольным графиком и не ждали моего прилета как второго пришествия. Первым отказался сегодня работать клавишник – у него ангина. Ладно, опустим. Вторым сошел с дистанции барабанщик – у этого вообще тяжелый случай, девчонка беременная. Фиг с ним, конечно, но когда отказы я услышала и от басиста с гитаристом, моя голова реально пошла кругом. Что я буду сегодня делать в гордом одиночестве? Нипаняяяятна (с). Однако, выход должен же быть! Пропустив высказывание о том, что принцесса весьма воинственна, я ответила на главный вопрос, волнующий Цезаря.
- Никакая я не местная знаменитость, я просто гитарист. Некоторые говорят, что даже виртуоз, пророчат большое будущее, но это все меня мало волнует. Я занимаюсь тем, что мне нравится, а если это нравится людям – то вдвойне хорошо. Особенно когда поклонники не виснут на мне, словно блохи на беззубой собаке, а просто слушают, - грустно отвечаю я, пытаясь найти в телефоне хотя бы один действующий контакт, который спасет меня от провала, столь быстро приближающегося. Нет, конечно акустическое выступление тоже хорошо, однако после того фурора, что творился на концертах Гарретта, транслируемых и в Сакраменто тоже, я уже не считаю такой вариант выигрышным. Пальцы мелькают по экрану с такой скоростью, что наверное Рид Ричардс из фильма о фантастической четверке со своей суперрезиновой гибкостью позавидовал бы. И выход я – таки нахожу. Дисней! Нет, это я не о мультипликационной студии, просто так зовут одного моего знакомого диджея, статус которого в аське гласит, что он сегодня выступает в том же клубе, куда пригласили меня. Попросить его остаться после разогрева, чтобы пособить мне, коли уж я прибуду в гордом музыкальном одиночестве, не составляет большой проблемы. Дис с удовольствием соглашается, а я блаженно выдыхаю: мы на приближении к аэропорту. Такси тормозит на парковке, я выскальзываю из авто, даю отмашку: - Пять минут.
Возвращаюсь точно через указанное время с чемоданом, укладываю его в багажник, и запиливаю свою тушку в машину обратно. Такси везет нас на мое новое жилище, и там я тоже на пять минут утилизируюсь, самостоятельно перемещая свои манатки наверх. Инструмент не трогаю: все равно скоро доставать, только и успею что доехать. Десять минут, и я выгляжу уже далеко не как элегантная особа в шляпке, а скорее как девчонка-сорванец, почти что панк, но с элементами глэм-рока и искрой в глазах. Знаете, моя муза имеет меня каждый день, но как только меня приглашают продемонстрировать свои возможности, мое внутреннее состояние надо описывать как Машу из мультика, где она с Медведем, а точнее, как ее реплику: «Сейчас я буду кушать, сейчас меня покормят!». Вот ничем не отличаюсь!
Цезарь, наверное, соскучился там в такси, если еще не ушел. Не представляю каково его терпение, если честно. Но отблагодарить надо.
- Театр, говоришь? – вновь возвращаясь в авто, переспрашиваю я, - а ты актер, или кто? – этот вариант первым пришел в мою изможденную перелетом и странностями особой любви декана к молодым девушкам голову первым, - да, и забыла сказать: спасибо за нормальное человеческое отношение. Мне этого не хватает среди всей этой кутерьмы, на которую я не подписывалась по доброй воле.
У меня снова звонит телефон, я успеваю только назвать адрес клуба таксисту, и отвечаю. Дис сказал, что подмога близко, а я начала продумывать примерный план выступления. Сначала диджей немного раскачает народ, затем техперсонал расставит столы по углам, начнется дискотека. Вопрос только один – как я смогу органично во все это вписаться?
- Устала от этого дерьма. Лучше б не ездила я в это гребаное турне и не получала подобных вот дивидендов. Мне тебя просто Бог послал, что так повезло удачно скрыться из универа, не привлекая всеобщего внимания. У меня настолько мало людей, с которыми можно поговорить о какой – нибудь фигне, абсолютной ерунде, на которую обычно не обращают внимания в артистах, да и в обычных человеках, что даже обидно. Вроде командую народом, а с другой стороны одна. Не понимаю, почему я это все тебе рассказываю, – запустив пальцы в свои волосы, я откидываюсь на спинку сидения, запрокидываю голову назад и смотрю в потолок, шумно выдыхая, словно только что пробежала стометровку. Профессиональная привычка, - не смотреть в глаза собеседнику. Так проще запоминать минимум в людях. Я не бесчувственная стерва, просто со временем и ростом определенного ко мне отношения, приходится жертвовать простым человеческим общением, пусть даже невербальным.
- Наверное потому что ты первый, кто не кинулся на меня как последний мудак кидается с распростертыми объятиями на скоростной поезд и криками: «Задавлююююю!», а заговорил по-человечески. Участливо, что ли. На самом деле такое отношение мне куда приятнее, чем повсеместное залипалово на мою персону. Стоило мне прийти на занятия с акустикой, потому что я знаю, что мне после учебы выступать на другом конце города, и что я просто не успею заехать домой за инструментом, так срывались пары, и ладно бы просто студенты – преподаватели переставали вести лекции и зависали в толпе моих слушателей. Я ничего не имею против популярности, но черт… С каждым новым днем я осознаю, что это ничерта не то, чего я хотела. Я живу не для себя, и мне это нравится, однако многие понимают подобную отдачу как влюбленность в толпу вокруг себя. Я гораздо… человечнее, что – ли.
Я прерываюсь, чтобы вернуть свою голову на место. Сдуваю отросшую челку с носа, пытаюсь заставить себя улыбнуться, но не могу. На самом деле мне больно и горько от того, что эта самая вышеупомянутая толпа всегда видит лишь мою обложку, красивую барби с вишневой электрогитарой, которая может делать вещи, которым могут научиться абсолютно все, стоит только пожелать и потрудиться.
- Скоро на месте будем? – вопрос адресован таксисту. Водитель мотнул головой, а я увидела перед нашим автомобилем громадную пробку. Черт.
- Мдя, значит надолго мы здесь. Хорошо что у меня еще час в запасе. Плюс-минус двадцать минут, которые я могу выпросить у Диса, пока мы тут загораем. О, моя вина, я совершенно забыла спросить – не желаешь посетить сегодня мое выступление? – да, так оригинально, да еще как невзначай, я не приглашала еще людей на мой мини-концерт. Это, несомненно, прорыв. Надеюсь, что к лешему меня пошлют не прямо сейчас?
переодетый внешний вид

Отредактировано Wanda Hafermann (2013-11-06 23:01:51)

+1

9

Если бы я знал, что после отлучки Ванда вернется с чемоданами, ни за что бы не дал ей вот так просто и безнаказанно выпорхнуть, оставив меня безмолвно созерцать скучную обстановку вокруг. Возможно, в любой другой раз я бы нашел массу интересного в окружающем мире,  но сейчас мои мысли были заняты перевариванием новой информации и мне все-таки до ужаса хотелось узнать побольше, распробовать, как неизвестный экзотический фрукт, раскусить и понять, что там внутри. В частности, хотя у меня и не было объективных причин подозревать гитаристку в завышенной самооценке, в моей голове пока еще не укладывалось то, что она - вот эта обычная девочка с гитарой, ездила в тур, блистала перед публикой, вызывала такие эмоции, какие во мне вызывают любимые артисты (вспомнить хотя бы тот же концерт Мьюз, на котором я в феврале столкнулся с Амбреллой!). Она действительно говорила и вела себя со мной слишком по-свойски, слишком не сопоставимо с тем, как это могло бы быть, будь передо мной, скажем... какой-нибудь зазвездившийся артист. Кстати, думаю, рано или поздно мне предстоит все же узнать, каково это - скрепя зубами терпеть несносные капризы венценосных снобов, ведь я не планирую до конца дней своих прозябать в подмастерьях. Как раз будет возможность сравнить...
   Я молчаливо, но крайне возмущенно нахмурился, когда Ванда таки вернулась с чемоданом и, как ни в чем не бывало, упаковала свой скарб в багажник. Она переоделась и теперь выглядела еще проще. Умом я понимал, что вряд ли хоть одно слово сказанное ею - неправда, но все мое естество противилось тому, чтобы воспринимать Хаферманн как-то иначе, чем любого другого обыкновенного человека.
  - Я, видимо, слишком привык воспринимать тебя наравне со всеми, ведь не первый день вижу в универе, - коротко пояснил я, и это, стоит отметить, было чистой правдой. Вопрос о моей деятельности в театре вызвал снисходительную усмешку - вот странно, почему при упоминании театральной деятельности или, на худой конец, киношной, в первую очередь все думают об актерах?  Кого вспоминают в первую очередь, когда речь заходит о каком-нибудь нашумевшем блокбастере? Актеров главных ролей. Однако же я никогда не смирюсь с мнением, что именно им принадлежит ключевая роль, потому что знаю не по наслышке, что актеры, сколь бы талантливы они ни были, будут оставаться кучкой неорганизованных баранов без пастуха, не знающих, в какую сторону и когда повернуть голову, ровно до тех пор, пока властная рука режиссёра не скомандует. - Нееет, - протягиваю с особым чувством, потому что я, черт возьми, всегда гордился и горжусь тем, кто я. - Я - Режиссёр, - ты чувствуешь эту торжественность в голосе? Я не знаю, насколько это заметно или не заметно со стороны, но я всегда вкладываю столько много смысла в эти два простых слова, что этим по моему мнению сказано решительно все - и то, насколько я люблю свое дело, и то, что я буквально продан ему в рабство с самого детства, и то, как беззаветно следую выбранному пути с полной самоотдачей.
   Поскольку я уже давно не меняю позы и сижу, вальяжно откинувшись на сиденье, а голова находится в легком полуобороте в сторону спутницы, мне с такой позиции вполне удобно наблюдать за её жестами. И они, как верные и не предвзятые свидетели, истинно подтверждают все, что она говорит - в них сквозит эта усталость от излишне навязчивого мира вокруг.
  Вообще я из тех людей, которые в диалогах, что называется "душа нараспашку" - я не страдаю излишней скрытностью, отсутствием эмоциональности и эгоизмом в такой степени, чтобы он мог заслонить участие. Поэтому вполне искренне пытаюсь вникнуть в проблему. Не могу сказать, что проникся словами Ванды, потому что мне, еще не получившему свой кусок славы, этот всё кажется напротив привлекательным и ничуть не утомительным. Возможно, все дело в моем самолюбии, которое находит в подобных проявлениях внимания подпитку. Но так или иначе, мне кажется, на ее месте я бы напротив с удовольствием купался в лучах признания. Однако, что касается обычного человеческого понимания - здесь не могу не согласиться, поэтому с небольшой долей обреченности в голос усмехаюсь. Ведь и действительно, иногда до того хочется потрепаться о ерунде, отбросив все условности, что хоть садись перед зеркалом, да сходи с ума, общаясь с собственным отражением... Хотя и людей вокруг достаточно, и многие из них близкими считаются/считают себя (нужное подчеркнуть), а в некоторые моменты ощущаешь себя ни дать ни взять - волком-одиночкой.
- Наверное, рассказываешь, потому что твое интуитивное чутье, - я бы сказал чутье задницей, да как-то не комильфо... - тебе подсказывает, что потрепаться о ерунде - это ты по адресу. Встретились, как говорится, два одиночества... Так что обращайся, не стесняйся, - мне и правда все еще любопытно потрепаться с тобой. Твое чутье тебя не подвело. У нас в корне разные проблемы, мое мироощущение кардинально отличается от твоего, но есть в этом всем что-то неуловимо похожее. Я нутром ощущаю, но пока не могу придумать слова, чтобы это описать. Это какая-то искра. Нет, даже не искра. Это что-то, что горит внутри. Должно быть, твой талант, который ты просто не можешь держать в себе и только в его отдаче окружающему миру видишь свою жизнь. Это что-то горит и во мне, потому что мне не меньше твоего хочется творить и растворятся в своем деле.
   Похоже, я нашел определение. Это влюбленность. Влюбленность в свое дело. Вот что так зацепило меня в твоих словах. И, радуясь, как ребенок, сделавший очередное открытие, я расплываюсь в широкой улыбке. Хрен знает, что ты подумаешь, если заметишь это зубоскальство без повода (в особенности, учитывая, что твое настроение сейчас оставляет желать лучшего), но мать твою, я не могу не радоваться, что хоть кто-то в этом мире непременно поймет меня, если я попытаюсь выразить, что чувствую, делая свое дело! Нет, девочка, мы должны еще непременно встретиться.
   Теперь меня уже не заедал вопрос, каким боком я вообще все еще сижу в этой машине, тогда как необходимость в сопровождении уже давно исчезла. Я понял, что Ванде просто нужна компания и был совсем не прочь ее составить. Было бы неплохо, если бы она не помахала мне ручкой, как только мы бы добрались до места, потому что слышать из  её уст о музыке, но не услышать её " в деле" - это считай что не досмотреть фильм до конца и не узнать ключевой мысли. Поэтому, не перебивая её рассуждений, я уже заготовил ненавязчивый вопрос о выступлении - напрашиваться и навязываться не люблю, но уверен, ей хватит и намека. И тут-то, фактически самым наглым образом прочитав мои мысли, Ванда сама предложила.
  - Ахаха, черт, - я звонко хлопнул ладонью по колену и в немом вопросе очертил  непонятную линию в воздухе: - Я как раз собирался об этом спросить! Ты так вкусно и живописно рассказывала о своей музыке и популярности, что я просто обязан в этом убедиться! - невежливо с такой искренней непосредственностью тянуть лыбу, будто спонсором нашего разговора является какая-нибудь новая супер-отбеливающая паста "Зубная фея", но мне когда-то говорили, что улыбаюсь я очень заразительно. И если это правда, было бы неплохо, чтобы зараза перешла и на Ванду - разве можно идти на выступление, как на убой?

Отредактировано Caesar Avery (2013-11-08 13:47:09)

0

10

Мне вот интересно, этакая форма проявления женского любопытства: кто создал такое клише, как то каждый, кто покатался по миру в качестве аккомпаниатора кому-то знаменитому, обязан быть тяжелобольным звезданутостью? Кто придумал этот фейк, кому мне следует выдрать ноги, чтобы не было более желания нести бред в этот мир, в котором его итак предостаточно? Нет, правда, меня это искренне задолбало. Да, Ванда на сцене резко отличается от Ванды в обычной жизни, но это ли не норма для артиста – перевоплощение, абсолютное изменение сознания, выгул монстров, живущих в голове музыканта? Где и когда, как ни на выступлении освобождать себя, по-настоящему жить, и играть чувства, которые заведомо не сбудутся в реальности? Для чего тогда вообще существует музыка?
- Это хорошо, что хотя бы один человек из всей численности университета меня видит не напыщенной мадам, все мастерство которой ушло в выпендреж, но… В универе ты видел меня в последний раз, – и это, отчасти, прибавляет сотню к счастью, и сороковник к мане, - охтыж, это здорово. Тебе с выбором профессии повезло чуть больше, чем мне. На твое появление тише реагируют, - в то время как мне приходится работать лицом и руками, - любишь организовывать людей? Моих бы придурков кто организовал, вечно не вытащить когда нужны позарез, - нет, я люблю свою группу, они сопровождают меня еще с чудесных школьных годов, когда я еще только училась играть, и юзала исключительно акустику. Но их способность быть занятыми в ненужное время меня начала порядком раздражать: я едва ли не подумываю о том, чтобы набирать новый народ. Опять же – как набирать? Нужно сойтись характерами, свыкнуться в стиле, сыграться… Геморроя больше, чем с моими опаздунами! Деваться некуда, буду выкручиваться так, как есть. Я перекидываю ногу на ногу, благо габариты салона такси позволяют. Водитель улыбается мне в зеркало заднего вида. Я перевожу спокойный взгляд на Цезаря, и выражение моськи моего лица смотрится так, будто не у меня через сорок минут начнется микроконцерт.
- О да, с интуицией я никогда проблем не имела. Да, кстати, на всякий случай, - я достаю из кармана пиджака визитку с простецким дизайном, указанием моего имени, фамилии, рода деятельности и мобильника, и протягиваю ее парню, - если что-то случится, ну или не случится, а просто грустно будет, звони. Доступ круглосуточный, да и я человек мобильный. Словом и делом, коли что. А мне надо думать. Думать-думать и еще раз думать, но найти, чем я могу удивить сегодня слушателей. Совершенно точно, что ничего своего я исполнить не смогу: пустой звук электрогитары без ритма, баса и клавиш смотрится крайне преотвратно, вкупе с моим тяжелым вокалом. Судя по сказанному менеджером, клуб очень расширился, вмещает в себя до трех сотен человек и есть возможность устроить танцпол. О. Придумала. Дис будет рад – он хоть и диджей, но всегда хотел поработать со мной в режиме реального времени. Это будет весело. Даже более чем! Мой взгляд приобретает определенную хитринку, этакий прищур, по которому можно легко определить, что я задумала нечто эдакое, вкусное и незабываемое. Аська хрюкает, и я читаю сообщение от Диса, тот просит поторопиться, публика более чем сговорчива, и уже на взводе, не хватает только меня. В этот момент мы трогаемся с места, и умница-таксист выводит машину в переулок. Я знаю это место, здесь можно очень быстро прошмыгнуть на необходимое расстояние, чтобы обогнать пробку. Превышает, вижу по спидометру, но это даже к лучшему. Я, как блюдо, подаюсь горячей. Фу-фу-фу, какая мерзкая ассоциация!
- Ну вот видишь, не такое уж я и зазнавшееся беспардонное дерьмо, как все могут представлять, мысли читать умею, - из меня вырывается легкий смешок, окончательно разрядивший обстановку. Странное ощущение, будто я знаю его не полтора часа, а сто лет. Редкость, да еще какая. Ух ты, как резко мы развернулись. Я обожаю таксистов города Сакраменто, успевают прошмыгнуть в любую дырку, не задев и не поцарапав машину, да еще и вовремя. А паркуются – то они как, песня просто! Меня аж в сторону Цезаря отнесло: надо было пристегиваться, а не лясы точить.
- Пардон, надеюсь не сильно зашибла? хотя какое там зашибла, с моим весом можно разве что только погладить, даже упади я полностью, а не прислонись боком, - осторожно отпрянула я, выглянув в окно. Мы на месте, можно рассчитываться. С меня сдирают катастрофически мало, под предлогом: «красивым девушкам – скидка, пользуйтесь услугами Сакраменто Рэйстар Такси!»
- Уно моменто, - я вновь роюсь в кармане, но на этот раз уже заднем – на джинсах. Извлекаю оттуда именной медиатор, - держи, с этой штукой пройдешь випом, пустят по максимуму близко к сцене, при желании - даже в гримерку, раз уж так загорелся желанием узнать, фигня я, или действительно что-то стоящее, сможешь плюнуть мне в лицо, если что, – бесцеремонно беру крепкими пальцами ладошку Эйвери и вкладываю туда кусочек пластика, игриво подмигиваю в ответ на его дружелюбный зубоскал, и утилизируюсь из салона, в полпрыжка оказываясь у багажника. PRS покоится там в той же позе, в которой я ее положила: вот что значит хороший водитель, побольше бы таких, чьему багажнику можно доверить хрупкий инструмент. Издалека я смотрюсь как девушка, в руках которой не много ни мало – мощный объемный гроб. А Здание весьма изменилось, на удивление увеличилось в габаритах, неожиданно, но насчет расширения однако не врали. Интересно, дела с акустикой у них все также хорошо обстоят? Я ныряю в заднюю дверь клуба, щемлюсь через гримерки к закулисью. Понастроили катакомб – нихрена не разберешься, но надеюсь что подобное расширение пошло только на пользу. Распаковываюсь, подключаюсь, точечно проверяю звук – все отлично, инструмент не потерял строя, и я могу выходить. Цепляю мониторинговый наушник, бросаю в рот мятную жвачку, чтобы хоть как-то купировать нервы, и из-за кулис шепчу Дису, чтобы включал что-нибудь легкое и простое. Сказать, что я волнуюсь, нервничаю, боюсь – это ничего не сказать. Но ничего из перечисленных чувств даже не думает отображаться на моем лице: монстр отпущен на вольные хлеба, и сейчас на сцене будет происходить обыкновенное чудо, к которому я шла исключительно на горючем из одного процента таланта и девяноста девяти процентов труда. Сегодня я сделаю все, чего от меня ждут. Я принадлежу своей публике. У меня нет сердца: оно давно разделено на части и роздано слушателям. Я работаю на генераторе, который питается эмоциями, чувствами, ощущениями, энергетикой зала, я дышу вами, ребята. И пусть я немного прихрамываю на правую ногу, ничто не должно мне помешать сегодня поразить вас. Выдохнула, показала из-за угла гриф, затем высунулась сама. Зал взорвался овациями. Я подошла к микрофону на стойке.
- Всем привееет! – мой задорный голос прерывает просто аццкий радостный возглас-визг всей толпы, - Вы все знаете лучше меня, что я никогда не работаю под фонограмму, и сегодняшний вечер – не исключение, - опять визг, - но небольшое изменение в стандарте моего выступления вас все – таки ждет, и я очень хочу, чтобы вы его оценили, - я скоро оглохну на незащищенное правое ухо, воистину, - сегодня я буду выполнять ваши желания. Что угодно, любую песню, которую вы ни закажете диджею – я буду интерпретировать для моей гитары в режиме реального времени. Я не готовилась ни к чему подобному, поэтому назовем это импровизацией джем-сессии. Надеюсь, что у меня все сегодня получится, а вы? – опять «уиииии», похоже, идея проканала. Надеюсь, мой слух меня не подведет. Незаметно отворачиваюсь, чмокаю медиатор, зажатый между пальцами, замечаю собственную дрожь, вновь обращаюсь лицом к людям, снимаю микрофон со стойки и опускаюсь на корточки, протягивая одной рукой его залу, а другой придерживая вишнево-красную гитару. Слышу первый выкрик:
- «Call me maybe»!
- Да, я чуть не забыла: так как места теперь предостаточно, и вас сегодня очень и очень много, чему я очень рада, вы можете делать все что вам вздумается: можете танцевать, можете ходить по залу, можете прыгать, или даже подпевать, - когда я кого-то ограничивала?
Улыбаюсь, киваю Дису, вслушиваюсь в первые ноты, и отпускаю. Отпускаю себя, свои руки, свои пальцы, свое дыхание, свои движения, свой взгляд. Я свободна. Я слышу все заранее, наперед, успеваю распробовать каждую ноту, повышение и понижение тональности, каждое тонкое вибрато, чувствую это, и отражаю на струнах. Играю и рычажком тремоло, и медиатором, и нижними пальцами. То закусываю губу, то улыбаюсь во все тридцать два, то склоняюсь к слушателям, то убегаю в конец сцены, ближе к диджейскому пульту. Да, это поистине незабываемый опыт, это настоящее приключение, рядом с которым тур в Дэвидом кажется мне детским лепетом. Пританцовываю, практически ношусь на сцене, не замечая слабости в правой ноге, народ качается в такт музыке, судя по их лицам я понимаю, что такая Ванда им тоже нравится. Я осознаю, что я делаю невозможное, делаю это прямо сейчас, и это ощущение меня опустошает. Где-то глубоко в груди холодной змеей сворачивается страх, что ничего подобного я повторить больше не смогу. Но трек кончается, я низко кланяюсь, и ребята, кажется, вошли в раж не меньше меня. С трудом переборов прерывистое дыхание, я выполняю следующий заказ. Этакие гитарные ремиксы получаются, или «что было бы, если песни аранжировали бы рокеры». Следующая песня давно забытая, слышала я ее только пару раз, и уже очень давно. Дис начинает сам с клавишных, а потом делает свободный микс. Задание усложняется – я должна успевать раньше, чем услышу. Басы, басы, нижние, черт, я делаю это! Я не знаю как, но у меня действительно выходит молниеносно реагировать и играть в унисон с треком, который Дисней миксует прямо сейчас, я еще и пританцовывать умудряюсь: передерну плечами в ритм во время вариации, хлопая тремоло по нижней струне выставлю ногу, склонюсь к самому краю сцены, хочешь – вытяни руку и коснись. Я чувствую, что я растворяюсь. Растворяюсь в единении с мелодией, принадлежу публике, казалось бы еще чуть – чуть, и мне стоило бы отойти на более безопасное расстояние. Но весь страх словно улетучился. Исчез, пропал в воздухе. Я чувствую, я знаю, я уверена в том, что никто из присутствующих не дернет меня за волосы, не заденет мою гитару, а лишь обрадуется этакой частички близости, единения с музыкантом. Зал я подняла. Все отрываются, танцуют, кайфуют – я даже немного успокоилась, основной квест пройден, пух расшевелен. Теперь осталось только подбрасывать в костер угля и дровишек, следующий микс играю практически пальцем в небо. Хорошо Дис миксует без дабстепа, иначе я повесилась бы от Этты Джеймс со Скриллексом в одном флаконе. У нее сложный вокал, фига с два в момент уловишь и начнешь свободно импровизировать. Я играю практически как два гитариста одновременно, акустичку добавляет с пульта диджей. Иногда я жалею, что у меня всего лишь две руки, хоть и без того почти человек-оркестр. Я лучезарно улыбаюсь, демонстрируя всей своей статью то, что так вот экстренно играть под микс для меня не представляет никакой трудности. На деле – повеситься было бы проще. Но мне не привыкать тянуть все на себе, да и плюс сегодня хотя бы нагрузки на связки практически никакой. Четвертая песня – попсовая радость от Рианны. Играть проще некуда, этот ремикс практиковал Дис еще до знакомства со мной. Одна только проблема – ремикс скоростной до жути. Словом, приходится оправдывать звание виртуоза, которое столь активно присудили мне критики концертов Гаррета. Люди танцуют, им весело. Я хочу рискнуть, и я сделаю это. Не прекращая играть Рианну, я подхожу к микрофонной стойке и прошу освободить немного места. Да, я чертова сумасшедшая, я спятила ровно настолько, насколько хватает шнура от гитары: метров на пятнадцать!! Я прыгаю со сцены в зал. Сегодня толпа адекватная: расступается, и дает мне свободу. Я веселюсь, мне легко, я в своей колее, это чудесное ощущение. Я полностью растворяюсь, пританцовываю и двигаюсь в ритме с собственным исполнением трека. Мне хочется кричать от счастья, я готова взорваться от эмоций прямо здесь и сейчас. Чуть прихрамывая, пробегаюсь до конца зала и обратно, меня подсаживает на сцену какой-то паренек, словно интуитивно поняв, что так оно и надо, так и было задумано. Сегодня я окончательно укоренилась в мысли, что импровизацию, тем более такую рисковую и экстренную, я обожаю. Черт возьми, только не это! Глаза боятся, а пальцы лады шлифуют! Пятый трек радует своей неприхотливостью и приятным звучанием. Ремикс его почти не изменил, зато изменяю я, успевая подмигнуть танцполу во время пауз! Это практически дискотека… Зато шестой трек немного охлаждает народ. Это тоже полезно: а то мало ли, плохо кому станет от такого забега на длительную дистанцию. Сердце колотится, пытаюсь успокоиться и устаканиться сама, здравствуй linkin park, с сюрпризом от adele. Такого от нас с Дисом не ожидал никто. Предпоследний трек я выбираю сама, и он тоже прокатывает, не хуже чем то, что я сыграла раньше. Оказывается, есть еще в молодом поколении поклонники Майкла Джексона! Я шарюсь из одной стороны сцены в другую, меня штырит от того, чем я занимаюсь, мои губы на автомате подпевают, шепотом. Я слилась с инструментом воедино, и плевать на стертые до крови пальцы, на разодранные и распиленные мозоли, я просто… просто счастлива. У каждого свое, собственное, счастье. Я умираю и возрождаюсь, как птица Феникс, ваши эмоции, ваши счастливые глаза, которые я замечаю, это самая настоящая подпитка, топливо для меня. Я не какой-нибудь энергетический вампир, я всегда отдаю больше, больше чем всю себя, чем забираю от вас. Вы, мои слушатели – это моя жизнь, я люблю вас и ни за что, никогда не предам. Я заглушила последние ноты, и поставила одну ногу на комбоусилитель, без микрофона прокричав:
- Итак, на пути у нас последний микс. Кто закажет?
Слышу из толпы - «Comatose». Ну Skillet так Skillet, мне ничуточки не жалко, я люблю эту группу, и в чем-то училась у них. Ради последнего трека я опускаюсь на сцену, свесив ноги. Так легче будет пробраться в толпу. Редкий случай, когда меня не пытаются зажевать сразу же, и мне приятно играть для них. Хотя сматываться все равно придется через задний ход… Дис почти не миксует, только делает необходимые мне паузы. На красной гитаре не видны капельки крови, которыми мои пальцы обильно удобряют корпус. Кажется, после этого я неделю буду фаланги заживлять, но пусть. Я не чувствую боли, все мое естество, все мое тело и душу заполняет абсолютно неконтролируемая эйфория, теплым сиропом разливающаяся по венам. Мне уютно на сцене, но я спрыгиваю и вновь совершаю прогулку по залу, чуть задевая присутствующих, чему они – только рады… Я полностью отдаюсь игре. Здесь я по-настоящему живу, запрокидывая голову и кусая губы на резких вибрато. Столько драйва, столько кайфа, вот он - мой личный наркотик, с которого невозможно соскочить, попробовав лишь раз.
Это конец. Я выжата как лимон, но и счастлива, как никогда. Провожаемая бурными овациями я исчезаю за кулисы и в гримерку, неспособная унять клокочущее в груди сердце и идиотскую улыбку на устах…пальцы

playlist

[mymp3]http://content.screencast.com/users/WandaHafermann/folders/Default/media/7be9cf34-6652-4f4d-b8c7-00e002027de6/Cole%20Rolland%20-%20Call%20Me%20Maybe.mp3|1[/mymp3]

[mymp3]http://content.screencast.com/users/WandaHafermann/folders/Default/media/f59c2919-e7d2-40c5-82e5-2aff75afd993/Cole%20Rolland%20-%20I%27m%20Blue.mp3|2[/mymp3]

[mymp3]http://content.screencast.com/users/WandaHafermann/folders/Default/media/adc7018a-5022-4725-8dde-e903360d041b/Levels%20SKRILLEX%20Remix%20with%20Good%20Feeling%20Flo%20Rida%20-%20Cole%20Rolland%20Guitar%20Remix%20Ft.%20Navi_2.mp3|3[/mymp3]

[mymp3]http://content.screencast.com/users/WandaHafermann/folders/Default/media/2ad5e95b-6718-42dd-8351-434c1f1ed3ef/We%20Found%20Love%20guitar%20remix.mp3|4[/mymp3]

[mymp3]http://content.screencast.com/users/WandaHafermann/folders/Default/media/dfc0b775-f142-44be-b0d9-d507dd45c8c5/Cole%20Rolland%20-%20Gangnam%20Style_1.mp3|5[/mymp3]

[mymp3]http://content.screencast.com/users/WandaHafermann/folders/Default/media/38cb9c93-54f2-4571-a613-ac0c4992b06f/Cole%20Rolland%20-%20In%20The%20End_1.mp3|6[/mymp3]

[mymp3]http://content.screencast.com/users/WandaHafermann/folders/Default/media/1919ae92-4ddd-4abf-8fe4-238751c94760/Cole%20Rolland%20-%20Smooth%20Criminal%20-%20Michael%20Jackson.mp3|7[/mymp3]

[mymp3]http://content.screencast.com/users/WandaHafermann/folders/Default/media/efa1f155-0b46-42d1-b8c1-475d28a2c370/Cole%20Rolland%20-%20Comatose%20(Skillet%20cover).mp3|8[/mymp3]

Отредактировано Wanda Hafermann (2013-11-09 12:52:29)

+1

11

Было определенное зерно истины в том, что на режиссерские морды реагируют не в пример тише, чем даже на тех же актеров, которые у того самого режиссера в его самых культовых картинах снимались. Но на данный момент вся загвоздка была в том, что на мою физиономию вообще никто не реагировал в принципе - не дорос еще, знаете ли. Впрочем, и в будущем я, конечно же, предпочел тихое перешептывание за спиной с благоговейным "Смотри, ЭТО ЖЕ ЦЕЗАРЬ ЭЙВЕРИ, КОТОРЫЙ СНЯЛ ... (здесь можно подставить любое охренительно эффектное и нишиша не открывающее смысл название кино)". Но это уточнение я предпочел оставить при себе.
   Совершенно внезапно полученная из рук в руки визитка Ванды была изучена мною с должным вниманием - я оценивающе пробежался по минималистическому оформлению взглядом, мысленно ухмыльнувшись - ну надо же, всякое бывало в моей жизни, и сам хитроумно разводил девушек на телефоны, и свой номерок подсовывал за милую душу, но чтобы вот так легко и непринужденно девушка просто давала мне телефон, а у меня на этой почве не появлялось странного ощущения, что это беспардонно и "не так"... В этом что-то было. Храбрая девочка. Девочка, которая совершенно не парится по поводу таких несущественных мелочей. Дает мне номер телефона не как специалисту в какой-либо области, да и вообще, не связывает это ни с моей, ни со своей профессией. А просто как человек человеку - для самого что ни на есть обыкновенного общения, тогда как таких желающих пообщаться у нее, должно быть, целая орда и еще одно небольшое государство типа США. Что ж, приятно - не буду кривить душой, быть неким исключением (ведь сомнительно, чтобы она действительно разбрасывалась телефонами налево и направо). А ведь я позвоню - с меня станется! Непременно позвоню, потому что это знакомство не должно закончится сегодняшним вечером, в конце улочки, после нескольких ее изгибов, когда путь упрется в стоянку на заднем дворе клуба.
  Кстати, о пути, который водитель проложил, возможно, и самым оптимальным образом, но так, что каждый выверт машины казался внезапным и совершенно случайным. После последнего такого виража Ванду практически занесло на меня, но и это на удивление не вызвало во мне никаких негативных чувств. Во мне. В человеке, который не шибко любит, чтобы к его царской персоне без дела прикасались.  Я не социопат и не социофоб, и не мизантроп даже (разве что в самой малой мере, да и то - относительно отдельно взятых личностей), но вот не люблю, когда кто зря вторгается в мое личное пространство. Так вот, повалившаяся на меня Хаферманн совершенно не была расценена, как чужеродный объект. Должно быть, виной всему было то самое ощущение некоего внутреннего родства, которое теперь заставляло меня воспринимать девушку, как "в доску свою".
   Получив пропускной билет к лучшим местам, а заодно и к гримерке, я не был до конца уверен, что воспользуюсь случаем и действительно навещу новую знакомую после концерта. Не потому, что сомневался в своих впечатлениях от выступления и не хотел ни в кого плевать. Просто, хотя приглашение и было высказано вполне искренне и без намека на формальность, я не был уверен, будет ли это вообще уместно. Но с другой стороны Ванда действительно не походила на человека, который может брякнуть нечто подобное из чистой вежливости.
   Я пожелал гитаристке успешного выступления, шутливо пообещал постараться потом плевать в нее так, чтобы не выплюнуть мятную жвачку прямо ей в волосы, и поспешно ретировался, не желая путаться под ногами. Джентльмен, должно быть, счел бы своим долгом помочь девушке по полной программе с ее аппаратурой в багажнике, но... Но здесь и сейчас я был просто случайным лицом, а она музыкантом, так что всякие законы комильфо явно утрачивали свою актуальность. По крайней мере, меня бы уж точно раздражало, попытайся ко мне в такой момент полезть кто-то со своей ненужной помощью. Я был уверен, что Ванда немного нервничает, хотя внешне это, конечно же, не было заметно ни в коем разе - она профессионал, что и говорить. Почему я был так уверен в правильности своих измышлений? Опять же, если вернуться к вопросу о родстве душ, то я просто ощущал это тем самым местом, на котором сижу и которым периодически думаю (для справки - на голове я не сижу...) - просто тоже самое чувствовал бы на ее месте я, даже будучи уверенным в успехе, собственном таланте и силах.
   Я чувствовал себя несколько по-идиотски, предоставляя вместо проходного билета медиатор - как малолетний увлеченный игрой пацан, который авторитетно тычет серьезному соседскому дяденьке жетон из фольги, искренне воображая себя самым настоящим великим детективом. Но, потолкавшись то там, то тут и наконец избрав для себя наиболее удобное место, я вмиг оценил всю прелесть своего привилегированного положения. В последние минуты ожидания в очередной раз попытался представить, что меня сейчас ждет, буду ли я разочарован, или наоборот - приятно удивлен? Впрочем, где-то глубоко внутри я уже давно ответил на все вопросы и заочно считал, что Ванда действительно стоит всей той шумихи, которая вокруг нее неизменно поднимается (ну надо же, время нашего знакомства исчисляется не годами, не месяцами и даже не днями, а я думаю так, будто знаю ее черт знает сколько!).
  Когда на сцену вышла ОНА, я не только увидел это зрительно, но и в полной мере ощутил всеми частями тела (это не то, что вы подумали!) - волнами слева, справа, сзади и спереди пошло шевеление, так или иначе меня задевающее - люди приветственно поднимали руки, не то пытаясь выказать этим свою радость, не то каждый по-своему пытаясь привлечь внимание гитаристки. Ее диалог с залом был живым и непосредственным - таким же, как и она сама. Она была вроде бы той же самой девчонкой из такси; той же, которую я увидел в кабинете ректора, но что-то неуловимо другое, совсем-совсем другое в ней появилось. Это была другая Ванда. И она очень гармонично и естественно смотрелась на сцене. Это прозвучит странно и непонятно, но в какой-то момент появилось ощущение, что ей идёт эта сцена, как кокетливой моднице новый тщательно подобранный дизайнерский наряд. Ей к лицу орущая публика вокруг, и нигде и ни при каких обстоятельствах Ванду больше не представишь. Это было наглядное пособие, иллюстрация на тему "Человек, выбравший Свой путь". Человек, который нашел Свое в жизни. Дай-то Бог, чтобы точно так я выглядел в своей стихии - на съемочной площадке, в окружении видеокамер, осветителей, хлопушки и неизменного режиссерского стульчика.
  Она заиграла.
  Я всегда, всю свою сознательную жизнь довольно холодного относился к гитаре, как к инструменту, в общем, и к электрогитаре в частности. Но, как любят говорить те, чью любовь их вторая половина не разделяет "моей любви хватит на двоих". Любви Ванды к собственному инструменту, к музыке хватало не только на нас двоих, но и на весь зал! Я никогда не слышал, чтобы гитара звучала ТАК. Так заразительно, так восхитительно. Я никогда не думал, что скрипучие переборы электроинструмента могут заставить меня улыбаться во всю ширину рта, кивать в такт и ловить кайф от каждой ноты, от каждого такта, от каждого непривычного перелива. Энергетика артиста всегда так или иначе отражается на зале - что уж говорить о том, что стало твориться со всеми нами (да, я стал просто частью единого организма ликующей толпы), когда Хаферманн принялась щедро эманировать на нас!
  Ничего подобного ей я не видел и не слышал в своей жизни. Я опускал глаза и смеялся, потому что мне становилось стыдно за то, что я думал о Хаферманн. Мне было стыдно за каждую букву своей крамольной мысли, когда я считал её зарвавшейся выскочкой, отчаянно дохрена о себе мнящей. Нет, ее мнение о себе не соответствовало действительности! Она играла гораздо лучше, гораздо круче, чем сама могла предположить! Она говорила мне там, в машине, что такого может достигнуть каждый, что ее таланта всего один процент, остальные 99 - настойчивость и труд. Ни.Хре.На. Нужно родиться Вандой Хаферманн. Нужно иметь это внутри себя. Никаким трудом не достигнешь такого эффекта, никакого вдохновения и желания не хватит, чтобы разжечь умения до таких высот, чтобы музыка действительно могла проникать в публику. Она живо перебирала пальцами, а мне казалось, что мы все - весь зал, струны.
   Даже приевшийся, задолбавший до печеночных коликов Корейский Стайл... Да кто бы мне сказал, что я буду на грани того, чтобы заплясать этот дебильный культовый танец, дал бы в глаз без зазрения совести, потому что всю свою сознательную жизнь я говорил "Нет" примитивной попсе и сопровождал свой отказ нецензурными комбинациями пальцев!
   Когда зазвучал Линкин Парк... Мне сложно описать адекватно и человеческими словами, что начало происходить с залом и со мной в частности. Эта блондинистая детка просто отымела свой инструмент, а прицепом еще и сделала именитых дядек, и волна эстетического творческого оргазма накрыла меня с головой.
   Это больше, чем просто талант - передавать людям свою любовь к инструменту и своему делу. Это больше, чем просто музыка.
   Кажется, Ванда даже не заметила, что последний заказ был сделан мною - еще пару песен назад я хотел запросить что-то из любимых Скиллетов (причем, "что-то" подразумевало как минимум три-четыре песни, особенно любимые) и теперь едва ли не отчаянно выкрикнул "Коматоз", понимая, что не прощу себе, если не услышу любимую композицию в исполнении Ванды. Впрочем, если бы я не услышал знакомого вступления сейчас, я бы наверняка слезно умолил Ванду на персональное выступление для своей наглой персоны, но... Она заиграла. И я растворился в ней, в ее умении, в звуках и собственном экстазе. Я закрыл глаза и просто вычеркнул из мыслей присутствие вокруг других людей.
  Ты меня сделала, блондиночка. Ты нежно овладела мною и выпотрошила изнутри непомерно много залежавшихся эмоций. Под закрытыми веками легко было прокручивать зрительные образы - они рождались один за одним, выстраивались в бессюжетный фильм и  мне казалось, что, окажись передо мной сейчас моя студия, я бы творил-творил-творил. Я бы мог пахать двое суток на одном только топливе из этого нахлынувшего вдохновения - не припомню, чтобы когда-либо у меня было столько желания! Нет, желание заниматься своим делом у меня было всегда, потому что это, черт возьми, было МОЕ дело. Но ощущение, что я все могу, что у меня получится все - от самой безумной затеи, до самого бесперспективного эпизода... Спасибо, Хаферманн.
   Скиллеты отзвучали. Концерт подходил к своему логическому завершению, оставляя по себе послевкусие алчного желания слушать еще, еще, еще. Ненасытно поглощать больше и больше звуков, висеть в этой толпе, как раб, посаженный на цепь, которому господин подкидывает крохи своего таланта. Бестия прощалась с публикой. Тоскливо и пусто становилось от этих оваций, которые предвещали конец фееричного шоу.
   Я некоторое время не двигался с места, хотя противостоять потоку толпы, которая двинулась к выходу, было сложновато. Не то, чтобы я ждал выхода на бис, скорее это был некий ступор, попытка понять, где я и кто я, ведь в голове все еще бушевали звуки электрогитары и ее голоса.
  Выплюнувшись из заведения, наполненного восторженным гулом почитателей хаферманновского творчества, я помыкался туда-сюда, но так и не смог заставить себя двинуться куда-то дальше прежде, чем я снова увижу её.
  "В гримерку, говоришь, пустят с медиатором? Вот сейчас и проверим,"- решительно подумал я, лукаво улыбаясь собственным мыслям и твердой походкой направляясь в сторону, противоположную клубу, где сегодня вечером состоялось маленькое чудо.
  Я не хулиган и не вандал, но ей-Богу, в том, что в такое время нигде поблизости не отыскать открытого цветочного магазина - тоже не моя вина, поэтому за это досадное недоразумение пришлось расплачиваться ни в чем не повинной клумбе цветов у заведения через дорогу. Рвал я их весьма неаккуратно, торопливо и вдохновленно - а вдруг полицейские поспеют? А вдруг Хаферманн уедет отдыхать раньше, чем я успею надрать приличный букет?
  Какая, к демонам, разница, любит она цветы или нет? Это как раз тот самый случай, когда важно не подарок, а внимание, потому что драл я цветы с огромным чувством, переполняющим меня! Бесцеремонно, смело и с диковатой улыбкой и прищуром глаз. И только удовлетворившись результатом я оставил в покое несчастную пострадавшую клумбу и торопливо ринулся к запасному выходу. Пустили меня не сразу, с подозрением оглядев импровизированный "букет", на котором значились явные следы того, откуда я добыл все это великолепие (кое-где выдирал с корнями, местами даже кусочки земли попадались, но я был так одухотворен, что мне было абсолютно не до таких бытовых мелочей!). Но медиатор действительно многое решил, хотя даже и он не обеспечил мне мгновенной аудиенции. Видимо уж больно подозрительным был мой видок, потому что охранники еще некоторое время шушукались, наверное, обсуждая, насколько вероятно, что вещицу я просто где-то спёр. Я уже собирался достать визитку и попросту позвонить Ванде, сообщив о своем желании снова увидеться и тем самым попросту похерить момент внезапности и прелесть сюрприза, но в тот самый момент превратники синхронно кивнули головами на коридор - дескать, путь открыт, вали.
    Следовало бы постучать, наверное. Но я торжественно распахнул двери и предъявил гитаристке свою пафосно сияющую восторгом физиономию. А потом предъявил медиатор, выставив его вперед себя, как воображаемый букет. Припомнив, что букет у меня таки есть, и совсем даже не воображаемый, я извиняясь кашлянул, и достал из-за спины вторую руку, замечая, что попутно еще и слегка намусорил землёй.
  - Сам рвал! - гордо отрапортовал я, не найдя ничего лучше для приветствия. Слова, наверное, были излишни, да и не знал я, что говорить, чтобы не выглядеть полным экзальтированным болваном. - Если я сейчас рухну на колени и попрошу сыграть персонально для меня еще Скиллетов, меня выставят из гримерки, как особо назойливого фаната?

+1

12

В моей, с позволения сказать, работе главным фактором является чувство публики. Если ты понимаешь, как дышат люди, и настроены они на нечто серьезное, долгое и незабываемое, или же наоборот на что-то легкое и быстро проходящее, и умеешь пользоваться этим знанием – тебе нет цены, как артисту. Иногда нужно встряхивать слушателя. Давать ему того уголька, который он не получит ни отплясав полночи в клубе, ни вылакав полбутылки дорогого коньяка. Тот заряд, на котором человек способен прожить дней десять без еды и без воды, от которого у него в жилах начнет струиться яд, поддерживающий его жизнь без вмешательств со стороны физиологических особенностей организма. Это все у нас в голове. И я могу это раскрыть. Сегодня я выступала очень поверхностно, и честно сказать – была на грани провала. Импровизировала. Я не готовилась к этой работе ни получаса. С меня льет пот, капая со лба и подбородка на брюки. Я сижу в кресле перед зеркалом. Надо же, никогда не пользовалась гримерками до концертов. Это скорее место, где я могу отдышаться несколько минут перед финальным квестом – побегом из клуба во мраке ночи.
Устала ли я? И да, и нет. С меня льет пот, будто я пробежала двадцатикилометровый марафон в полном обмундировании с защитой от газовой атаки. Конечно, PRS весит на порядок меньше этого обмундирования, но поверьте – это не такая усталость, при которой вырубаешься и спишь целые сутки. Это иное, совершенно идеальное состояние. Постэйфорическое послевкусие, самый настоящий кайф наркомана. Правда наркотик – слушатели. Не скажу, что безвредный, - всякое бывает, но в целом, дает на порядок лучше и гармоничнее эффект после принятия, чем от того же кокса и героина. Сама я ничего из перечисленного даже близко не трогала, в отличие от моего мужа, чтоб он трижды сдох. Я зависима от людей. Я никогда не смогу жить для себя. Меня слишком много для подобного извращения. Если я не буду выплескивать эту энергию, заряжая ею других – то я погибну. Лопну, как передутый воздушный шарик, не принесший никакой пользы человечеству, потому что много жадничал. На сцене я словно дышу. Мне гораздо уютнее на ней, чем на интервью, или фотосессии. По интернету гуляет минимум моих фоток и цитат, хоть я и не прячусь. Просто известность такая штука, которую необходимо жестко контролировать, не позволяя ей выйти за твердо выставленные рамки. Автограф-сессию на сегодня клуб не заказывал, фото с фанатами тоже получилось миновать, теперь я пару минут приду в себя, отзвонюсь отцу, и можно паковать мой чемодан, сваливая в вечность. Первым делом я уложила гитару в кофр, протерев гриф, струны и верхнюю деку нашатырем: не есть хорошо, когда засохшая кровь изнутри жрет металл, даже если это кровь музыканта. Я обожаю свой инструмент. Наверное, даже больше, чем все остальным участники моей банды любят свои. Боготворю его. Но, к сожалению, после сегодняшнего экстренного «отжига», мне придется расстаться с гитарой на неделю. Проблема вовсе не в том, что я неженка и для меня порезанные пальцы – что-то из разряда нонсенса, просто трещинами на фалангах я не чувствую то, что я играю. Мне не больно, это скорее привычное состояние моей левой руки. Но на ближайшую семидневку я, можно сказать, пешеход. Зато полезно не держать в руках инструмент несколько дней, а потом срываться, как с цепи, и заниматься-заниматься-заниматься, упиваясь игрой и придумывая новые приемы, отрабатывая до автоматизма свое навык импровизации как на слух, так и на гриф; ощущать неимоверную тоску по инструменту, которая с лихвой окупается в первые три недели. Потом можно снова. Этакий творческий мазохизм.
Множество людей считают, что то, чем я занимаюсь – это очень тяжело. Я отдаю энергию, отдаю себя на служение людям, опустошая себя вновь и вновь. Я перфекционистка, и привыкла равняться на лучших. Из всех артистов, кого мне довелось когда-либо видеть или слышать, будь то на экране, или же вживую, в качестве эталона качества я давно выбрала для себя Майкла Джексона. Непревзойденный человек, невозможный, нереальный. Он говорил, что хочет дарить людям сказку – и он делал это, предугадывая желания публики настолько, что люди падали в обмороки, сходили с ума на его живых выступлениях, но чувствовали себя фантастически счастливыми. Он самый настоящий волшебник. И если я и буду жалеть о чем-то за всю свою жизнь, так это за то, что не успела попасть ни на один его живой концерт. Для меня он всегда останется недосягаемой путеводной звездой.
Я вдруг поймала себя на мысли о том, что мне совершенно не нравится то, что я сегодня делала на сцене. Абсолютно. Этим вечером я не добилась ровным счетом ничего. У меня есть собственный материал, который я не смогла сегодня воспроизвести. Просто потому что произошло экстренное выступление, к которому я не готовилась, которого не ждала, и не планировала как таковое – этакая сумбурная вакханалия, растрата ресурсов попусту. Я чувствовала удовлетворение только от общения с публикой, которая, в принципе, от меня готова была съесть все, что угодно. Даже этот сраный гангам. Я в бешенстве. Звонит телефон, на проводе папа. Прошу его подогнать мотоцикл к клубу, он не может: задержался на работе, но обещает завтра пригнать к дому. Что ж, и на том спасибо, хоть прокачусь, мозги проветрю. А то совсем дурная стала. Я пару раз крутанулась в кресле, пытаясь отключиться от реальности хотя бы на несколько секунд. Мне это необходимо, иначе эта гребаная реальность сожрет меня. Пока крутилась, в динамике раздался голос начальника охраны, слава Богу, не моего – охраны клуба.
- Вандусь, к нам в гости клумба пожаловала, к тебе пускать? – знаете, за что я люблю охранников в заведениях подобных этому? Они все, даже самые угарные, смешные, или чудовищно противные новости доносят до тебя с совершенно спокойным фэйсом и не меняя тона своего голоса. Я же от услышанного чуть выпитую за секунду до минералку изо рта не расплескала.
- Да ладно? – кое-как проглотив злополучную воду, вопросила я. Охранник повторил ранее сказанное, но добавил, что в руках у клумбы мой именной медиатор. Я потерялась в догадках, кто бы это мог быть: медиаторов, как щас помню, в природе всего пять. Два у предков, один у Номи, одним я играю, а пятый… Блин, точно!
– Запускайте бабуль! – решительно отвечаю я, поворачиваясь в кресле лицом к двери. Задницу отрывать катастрофически не хочется, и жду я в общем-то Диса, он меня домой забросить обещал, как соберет всю аппаратуру. Перекрестилась, на всякий случай. Дверь распахивается и я лицезрею своего недавнего знакомого с медиатором… а нет, с особой приметой наперевес. Надо же, действительно клумба! Только одна проблема: не коза я, и цветочки не ем. А скорее даже так… нейтрально к ним отношусь. Но этот букет мне стало откровенно жаль, видя что цветы в большинстве своем еще живые, но вполне возможно, что скоро погибнут. Я не мямля и не сопливая девчонка, но иногда во мне просыпаются какие-то глубоко запрятанные человеческие качества, называемые женской… бережливостью, что ли?
Честно говоря, я не знала, как мне реагировать. Впервые за свои девятнадцать лет я зависа в ступоре с немой перезагрузкой, потому что вид у Цезаря был… Кхм, не будем о смешном, а то я опять воды отхлебнула.
-Эм, спасибо… Думаю, мне понадобится пакет, чтобы не мусорить больше, и донести их до дома в целости, – не скрывая своего удивления, я взяла цветы, а в голове кое-как родилась мысль о том, что в этот пакет нужно налить воды, и использовать как импровизированную вазу, - насчет Скиллета – тяжелый случай… Так уж вышло, что на ближайшую неделю я, кхм, - демонстрирую свою левую руку с распиленными фалангами, - пианист, да и только. Ну, еще, как вариант – барабанщик. Да и не выхожу я на бис, это принцип. Как – нибудь в другой раз обязательно сыграю, – с одной стороны мне стыдно давать такую отмашку, а с другой – Дис уже собрал аппаратуру, а пустой звук электрогитары не комильфо. Здесь изюминка была вся в обработке, а ее играть впустую – невкусно.
- Я немного устала, - наглая ложь, ибо мозги набекрень. Спроси меня сейчас, что и как я играла в сегодняшней импровизации - в жизни не вспомню, - поэтому у меня сейчас только три желания: я хочу есть, в душ и спать. Не знаешь, кстати, где ближайший круглосуточный супермаркет? Черники ужасно хочется… Я выглядываю за дверь, обращаясь с весьма нестандартной просьбой к охране: наполнить водой пакет и принести мне. Не знаю, чего ребята там подумали, но наверняка покрутили пальцем у виска, прежде чем принести требуемое. Пристроив цветы ножками-корешками в пакет и аккуратно его завязав (почти аквариум, только с землей!), я принюхалась, дружелюбно улыбаясь. А клумбу жалко, с одной стороны… Надеюсь, смогу хоть их реанимировать. Беру кофр с гитарой свободной рукой, и уведомляю Эйвери: - Минут через десять  тут все закроют. Если есть желание посмотреть, как «звезды» - о да, это слово я произнесла с нескрываемым сарказмом, явно дав понять, что к данной касте себя не отношу ну никак, - домой добираются, то пошли отсюда. Моя трубка вновь пиликнула, это пришли деньги на карточку. Не буду раскрывать сумму, но скажу, что очередной лакомый кусочек из всей необходимой для моей студии аппаратуры я позволить себе могу…

Отредактировано Wanda Hafermann (2013-11-16 11:24:21)

+1

13

в архив

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » So what's it gonna be this time