Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Ей нравилось чужое внимание. Восхищенные взгляды мужчин, отмечающих красивую, женственную фигуру или смотрящих ей прямо в глаза; завистливые - женщин, оценивающие - фотографов и агентов, которые...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » This ain't the girl I used to know


This ain't the girl I used to know

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Участники: Nola Wilton & Henry Hunter
Место: аэропорт Сакраменто
Погодные условия: прохладно, без осадков
О флештайме: очередная встреча Нолы и Генри после нескольких недель отсутствия контакта

Отредактировано Nola Wilton (2013-11-10 19:08:28)

0

2

Двигаясь без цели под дождём и солнцем,
я очутился на перекрёстке малознакомой части города,
где и увидел это.
Не знаю почему, но я как-то уже знал, что будет дальше.
Впереди был целый день и было
понимание того, что этот день один их многих в последовательности называемой жизнь.
Было ощущение случайности реального и его малозначительности.
Будто-бы я был уже однажды кем-то, кого стоило бы вспомнить. Мне стоило бы позвонить ей, хотя я понимал, что я так
и не найду подходящих слов. Стоило бы позвонить ей...
(c)

внешний вид

http://24.media.tumblr.com/1e30fd37e4f67cfe10ca71a9fec11b68/tumblr_mvf5zvoidh1qhwfkzo1_1280.jpg

Он разделял людей на две категории: завтрашнего дня и сегодняшнего.
Он потерял десять килограммов. И теперь стал похожим на скелет, обтянутый белесой, практически прозрачной, пленкой кожи. Ему нравилась испытывать голод. И нравилось быть тощим. Он чувствовал себя в таком состоянии как никогда окрыленным музой. Значительным. Великим. Сильным. Творцом. Не простым созидателем.
Он отрастил бороду «на аристократический манер» и треугольные усы.
Он стал все тщательнее следить за своим образом. Его окружали стилисты. Они распределили его гардероб на образы. Он следовал каждому совету человека сведующего и с пренебрежением относился к критике.
Он упорядочил список «своих женщин». И все сильнее стал вживаться в образ хозяина.
Он сейчас сидел в аэропорту Сакраменто, размеренно и медитативно потягивая кофе. На нем был серый угрюмый плащ и поношенные джинсы. И сам он полностью соответствовал такому облику. Он был хмурый и лишь изредка мог заставить себя вскользь улыбнуться. Улыбка его была натянутой и фальшивый. Случайный наблюдатель назвал бы ее «печальной» или «прокисшей». 
Он не выпускал из рук телефона.
Ему все время приходили сообщения. IMessage. Без особого интереса, пренебрежительно и безэмоционально он читал их.

— У меня задержка. Две недели.
— Купи тест. Пописай на него.
— Я могу быть в положении. Я не знаю, что мне делать. Стоит мне только закрыть глаза и хоть на секунду представить в своей жизни материнство… Я начинаю сходить с ума...
— Я пришлю тебе деньги на аборт.
— Я НЕ СТАНУ ДЕЛАТЬ АБОРТ!
— Ты сама решаешь, как поступать со своей жизнью.
2 пропущенных вызова.
— Генри, меня раздражает, что ты отвечаешь на мои сообщения с такой медлительностью. Чем ты там занят вообще, что не можешь быстро набрать смску или поднять трубку, когда я звоню тебе?
— Фильтруй базар. У меня дела.
— Две полоски… Две полоски.
— Пришли номер счета. 
— Я не стану избавляться от ребенка.  Ты не будешь принимать участия???
— Нет, мне не нужен ребенок.
— Ты ебанный придурок. У тебя нет сердца. Я хочу, чтобы ты умер.
— Когда закончишь процесс моего бичевания, пришлешь номер счета.


Он допил кофе, спрятал телефон в карман джинсов, поднял с соседнего стула сумку и неспешно пошел к зоне посадки. Объявили его рейс. Лос-Анджелес, Калифорния.

— Я затаскаю тебя по судам. Ты за все поплатишься. ДА, ТЫ БУДЕШЬ В АДУ ГОРЕТЬ!!!

Генри Хантер протянул свой паспорт и посадочный талон контролеру.

— Ты ведь веришь в карму? К тебе все вернется.

Он обернулся назад к автомату с напитками… И его взгляд невольно задержался на молодой женщине с каштановыми растрепанными волосами. На ней тоже было пальто. Она также стояла в очереди на этот рейс. В нескольких шагах от него.
Генри Хантер узнал ее.
Это была Нола Уилтон.
Он подошел к ней. И коротко улыбнулся.
— Зачем ты летишь в Калифорнию?

Отредактировано Henry Hunter (2013-11-10 21:29:10)

+1

3

внешний вид
Я ехала в такси и нервно барабанила пальцами по кожаному сиденью, каждые полминуты прерываясь на то, чтобы посмотреть время. Регистрация на мой рейс до Лос-Анджелеса закроется через пятнадцать минут, а до аэропорта ехать еще минут семь. Пожалуйста, пусть там не будет очередей, - мысленно молю я вселенную. Да, я проспала. Так ведь иногда бывает. Со мной это случается уже в четвертый раз на этой неделе. Будь моя воля, я бы спала постоянно. Может это знак? Природа готовит меня к бессонным ночам, ждут меня уже через двадцать три недели, поэтому дает мне возможность поспать сейчас? Проблема в том, что в моем окружении еще нет посвященных в мое положение, поэтому они не могут понять, почему я в очередной раз опаздываю на работу или на встречу.
Такси останавливается около входа в аэропорту, я сую водителю несколько купюр и благодарю за то, что достал из багажника мою сумку. Спешу внутрь и чуть ли не бегом направляюсь к стойке регистрации. Сдаю сумку, беру посадочный талон, прохожу контроль и с облегчением выдыхаю - я не опоздала! По пути к нужным воротам я покупаю маленькую бутылку воды и довольно быстро опустошаю ее - от спешки и волнения у меня в буквальном смысле пересохло в горле.
И вот я уже стою в очереди на посадку и разматываю шарф. Я давно ждала этого уик-энда. В Лос-Анджелесе меня не было уже больше полугода, туда мне даже по работе не нужно было, а чтобы вот так просто приехать в аэропорт, купить билет и улететь... все время находились какие-то отговорки. Но не в этот раз. Билет был куплен неделю назад, все семь дней я жила в предвкушении отдыха: походам по магазинам, прогулкам по пляжу, ужинам в любимых ресторанах...
Здесь немного душно, поэтому я расстегиваю пальто. По правде, я немного волнуюсь - не знаю, я переживу полет, в беременность в транспорте меня иногда сильно укачивает. Но одно дело, когда я еду в машине - всегда можно остановиться и выйти. А тут... не могу же я подойти к пилотам и попросить их срочно приземлиться, потому что меня тошнит и мне немедленно нужно на воздух.
- Зачем ты летишь в Калифорнию? - звучит рядом со мной голос, выводя меня из размышлений о том, как мне попросить соседа выпустить меня, чтобы попасть в туалет. Черт, а если в этот момент кабинка будет занята? Но, услышав вопрос, я поднимаю взгляд и вижу рядом с собой мужчину, в котором не сразу признаю Генри Хантера. Вот это да! Он здорово изменился за то время, что мы не виделись. Сильно похудевший и бледный, больше похожий на тень отца Гамлета, чем на живого человека. Небрежно одетый. Мимолетная улыбка на его лице выглядела неестественной и неподходящей к общему образу. Если бы я не знала Генри лично, непременно решила бы, что он писатель.
- Маленький дружеский совет - завязывай с алкоголем. Мы и так в Калифорнии, - отвечаю я, хмыкнув и тоже не утруждая себя приветствием. - У меня выходные, я лечу на отдых в Лос-Анджелес. А у тебя какие планы? - спрашиваю я и запахиваю пальто, быстро застегивая его на пуговицы.

+1

4

— Я потерял счет времени и всякую пространственную ориентацию от этих перелетов, — он улыбается с искусственной учтивостью и протягивает вперед руку, чтобы помочь ей застегнуть пальто.
— У меня выходные, я лечу на отдых в Лос-Анджелес. А у тебя какие планы? — спрашивает она. В ее голосе слышится суета. Он даже оглядывается по сторонам, чтобы проверить, находится ли Нола Уилтон в аэропорту одна или ее сопровождает кто-то…  Тот, кому выдавать присутствие бывшего любовника нельзя. Он отступает на шаг, прищуривается и оглядывается то направо, то налево уже с большей внимательностью.
— Моя любовница беременна. Я принуждаю ее сделать аборт. Дети мне сейчас ни к чему, — он небрежно елозит руками по волосам, пытается придать своему внешнему облику напущенную опрятность…
— Ты поправилась. Полнота тебе не к лицу,— на его губах проскальзывает теплая улыбка.
— Ты летишь в Лос-Анжелес одна? Я ведь тоже направляюсь туда. Чудно-чудно. Вот и составишь мне компанию. Я, правда, дунул в туалете чутка... Поэтому соображаю еще скверно. Ты смотрела мою последнюю рукопись? В ней была глава о тебе. Я ведь искал бета-ридеров… Ты внимательно читаешь почту?— она застегивает  пальто… Он напротив расстегивает пуговицы на своем. Ему становится душно. Вся эта встреча в аэропорту кажется ему какой-то бесчувственной. Он часто думал о Ноле Уилтон. Она задела его самолюбие, когда не пришла в назначенное время на встречу в его квартиру. Генри Хантер купил ей тогда подарок, но так до сих пор и не вручил его…
— Мистер Хантер, проходите, пожалуйста, на посадку, — слышится за их спинами голос контролера в фирменной форме Delta Air Lines.
— Вот курица! Тебя разнесло не на шутку! Я что тебя мало нравоучал?! Как можно было так распуститься? — его голос срывается на крик. На них начинают оглядываться другие пассажиры. Наконец, он прикладывает руки к животу и начинает безудержно смеяться.
— У тебя красивый румянец. От тебя пахнет здоровьем. Ты нравишься мне такая. Летишь бизнес-классом?— он выхватывает из ее рук посадочный билет и принимается его разглядывать.
— Бизнес-класс. Отлично! Какая удача! Я сейчас договорюсь, чтобы нас посадили на соседние кресла, — Генри бережно обнимает Нолу за плечо и с какой-то настойчивостью подводит к контролеру.
— Я трахну тебя в туалете, когда мы будем в воздухе, — говорит он, прислонившись губами к ее уху.
— Как там у тебя дела? Блядствуешь потихоньку? Джулиан еще волочится за тобой? Или эта игра ему уже наскучила?

Отредактировано Henry Hunter (2013-11-11 02:05:12)

+1

5

Во мне возрастает волнение, сердце начинает биться чаще. Уик-энд начинается вовсе не так прекрасно, как я планировала. Боюсь, теперь меня не спасет новый плей-лист в моем плеере. Лететь в одном самолете с Генри Хантером в один и тот же город - не самая удачная затея, особенно учитывая, как легко мне удавалось избегать встреч и общения с ним в последние несколько недель. И надо же - какой прокол! Не знать, что он летит в Лос-Анджелес в тот же день, что и я.
- Моя любовница беременна. Я принуждаю ее сделать аборт. Дети мне сейчас ни к чему.
Очередной веский довод к тому, почему я не говорю ему о своей беременности. Я знаю, что ему не нужен мой ребенок, равно как и я. Скажи я ему все сразу, как узнала сама, он бы и меня отправил на аборт. Если скажу сейчас - он превратит мою жизнь в ад, разрушив тот прекрасный пузырь счастья и гармонии, в котором я сейчас нахожусь и вылезать из которого я не намерена. Меня не колышит его мнение о моем положении. Хотя, может мне и хотелось бы узнать, как он отреагировал бы на это известие. Но рисковать я не хочу.
- И зачем ты мне это говоришь? - недоуменно спрашиваю я. - Хочешь похвастаться тем, какой ты безответственный, но все еще мачо? - я фыркнула. - Мне даже тебя немного жаль. В старости, если ты до нее, конечно, доживешь, рядом с тобой никого не будет. Думаю, Шарлотта отплатит тебе той же монетой - приедет к тебе на денек, а ранним утром тихо ускользнет из дома...
Я отстраняю руку Генри от своего пальто. Ни к чему тут этот столь близкий контакт. Я учусь жить без него. Учусь не любить его. И, должна признать, у меня неплохо получается. Получалось, пока мы не столкнулись в очереди к самолету... Кто такой Генри Хантер, чтобы так запросто рушить все мои достижения?!
- Ты поправилась. Полнота тебе не к лицу, - он улыбается. Он что, смеется надо мной?! Чтоб ты знал, мерзкий говнюк, во мне ни грамма лишнего веса, я прибавила ровно столько, сколько надо к началу пятого месяца!
- Да уж, куда мне до тех тощих моделей, которые тебя окружают, - я закатываю глаза к потолку.
- Ты летишь в Лос-Анжелес одна? Я ведь тоже направляюсь туда. Чудно-чудно. Вот и составишь мне компанию. Я, правда, дунул в туалете чутка... Поэтому соображаю еще скверно, - сумбурно тараторит Генри.
- М, нет, я не составлю тебе компанию, - я улыбаюсь и качаю головой. - У меня совершенно другие планы, в которые ты не вписываешься, - отвечаю я ему.
- Ты смотрела мою последнюю рукопись? В ней была глава о тебе. Я ведь искал бета-ридеров… Ты внимательно читаешь почту?
- Мадлен сортирует всю почту. Я получаю лишь то, что связано напрямую с сериалом. Ты доставил нам немало проблем, уволив главного актера и заняв его место. Мне не до чтения рукописей, - я пожимаю плечами. Мысленно хвалю себя за героическое спокойствие при разговоре с Генри. Надо будет себя чем-то порадовать за это!
Нас зовут на посадку. Я киваю и хочу двинуться в самолет, надеясь, что на этом мое общение с Генри закончится. У него, по всей видимости, другие мысли на этот счет.
- Вот курица! Тебя разнесло не на шутку! Я что тебя мало нравоучал?! Как можно было так распуститься? - внезапно взбесился он. Хотя, чего еще ожидать от человека, находящегося под кайфом? Однако, это не оправдание для него...
- Не смей ко мне прикасаться! - почти взвизгнула я и с силой ударила по рукам Генри, чтобы он убрал их от моего живота. Вот, что интересно, очень многие беременные женщины не разрешают никому прикасаться к своему животу, кроме врача и, собственно, мужа/отца ребенка. Генри, отец моего ребенка, был первым, после меня и акушерки, кто приложил руки к моему животу. И это неимоверно взбесило меня. Я не хочу, чтобы он прикасался к нему. Не хочу, чтобы налаживал тактильный и слуховой контакт с моим ребенком.
- Баб своих будешь лапать, а меня не трогай, - уже тише говорю ему я, заметив, что мы привлекли внимание всех окружающих.
- Мисс, все в порядке? - поинтересовался у меня подошедший охранник. Я коротко улыбаюсь ему и киваю, заверив, что нет никакой проблемы. Генри в это время рассматривал мой билет и что-то сказал про места. Я слишком поздно спохватилась...
- Я трахну тебя в туалете, когда мы будем в воздухе, - говорит он, когда мы стоим у стойки контроля.
- Я вовсе не собираюсь разводить перед тобой ноги, если ты еще не понял этого, - цежу я сквозь зубы и протягиваю работнику Delta Air Lines свой билет и паспорт. Мне приходится сделать несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы унять учащенное сердцебиение, вызванное ощущением дыхания Генри по моей коже. - Пожалуйста, не сажайте этого мужчину рядом со мной, - я киваю на Генри, и ухожу в самолет, получив обратно свои документы.
Сажусь в своей кресло и пристегиваюсь, заранее сняв пальто и теперь прижимая его к себе. Кто бы мог подумать, но моя просьба не была удовлетворена - рядом усаживается Генри Хантер и, как ни в чем ни бывало, продолжает вести со мной беседу.
- Как там у тебя дела? Блядствуешь потихоньку? Джулиан еще волочится за тобой? Или эта игра ему уже наскучила?
- Послушай, - я поворачиваюсь к нему с вежливой улыбкой на лице. - Мне льстит, что ты делишься со мной подробностями своей личной жизни, чего я знать совсем не хочу. Но взаимности от меня ждать не стоит. Я не стану тебя посвящать в детали моей личной жизни.

Отредактировано Nola Wilton (2013-11-27 22:41:27)

+1

6

Во мне был силен лишь только один порыв — схватить  Нолу за горло и сдавать его так сильно, чтобы она едва ли смогла дышать. Я хотел посмотреть на то, как она станет захлебываться, пытаясь поймать губами воздух, разводить в сторону руки, чтобы нащупать хоть какую-то точку опоры и из-за всех сил дать мне отпор, брыкнуться…
Я пропускал мимо ушей ее болтовню. Нола была заядлой любительницей потрепать языком. Ее слова ничего не значили. Как в этот раз. Так и в прошлый. Я пристально разглядывал ее лицо, выражение глаз, следил за мимикой, жестами, положением рук. Невербалика служила мне главным ориентиром.... Находилась Нола Уилтон в закрытой позе или открытой. Выдерживала ли она мой взгляд. Была ли она полна решительности или вновь пыталась от меня откупиться небылицами.
— Думаю, Шарлотта отплатит тебе той же монетой - приедет к тебе на денек, а ранним утром тихо ускользнет из дома... — сказала она, отвернувшись. Я меланхолично улыбнулся, с нежностью ухватывая ладонью плечо Нолы.
Она так ужасно любила говорить.
Я так страстно читал ей нотации.
Она не разделяла моих ценностей.
Я называл ее обыкновенной женщиной, такой, каких в мире были тысячи. Такой, которая никогда бы не смогла зацепить меня по-настоящему.
Нола умела красиво скандалить.
Я кричал, что она сумасшедшая. И никак не мог ее оставить. Эту обычную девочку.
— Да уж, куда мне до тех тощих моделей, которые тебя окружают, — театрально закатывая глаза к потолку добавила она.
— Малышка, я буду любить тебя даже с целлюлитом. Для меня это совсем неважно, — я с настойчивостью посмотрел ей в глаза.
— Ты лжешь мне, Нола Уилтон. Ты все время врешь мне. За что ты так наказываешь меня? — мне захотелось избавиться от маски циничного и матерого скупердея, эдакого Хэнка Чинаски, дать слабину. И я открыл Ноле Уилтон свои настоящие карты.
— В твоей жизни было слишком мало мужчин. Твоего послужного списка мало для меня. Понимаешь… Представь, что мы с тобой боксеры. Ты провела, предположим, 1000 боев, а я — 10. Будет ли тебе со мной интересно? Я не говорю о том, что меня притягивают женщины, которые трахаются со всеми подряд… Просто… Пока в жизни человека не случается какая-то трагедия, он не приобретает жизненный опыт и не кажется мне интересным игроком... достаточно смышленым... Каждый из нас прокачивается через страдания или богатый опыт.  Ну, или деградирует…— меня пошатнуло от озноба... И взгляд мой стал рассеянным и холодным. Я провел ладонью по щеке Нолы и отстранился. Пришло время предъявлять посадочные билеты контролеру и проходить на борт.
***
В самолете я снова набросился на нее. Мы оказались на соседних креслах. Я это подстроил. Она уже с большей яротью отказывалась от меня, закрывалась, не позволяла себе лишних эмоций...
Нола Уилтон была стойкой. А я слишком обдолбан, чтобы мириться с ее непослушанием. Я хотел ее сегодня увидеть голой. Я знал, что добьюсь этого, чего бы мне это не стоило.
— Послушай… Мне льстит, что ты делишься со мной подробностями своей личной жизни, чего я знать совсем не хочу. Но взаимности от меня ждать не стоит. Я не стану тебя посвящать в детали моей личной жизни, — сказала Нола. По правде сказать, меня ее личная жизнь не очень то и волновала. Я хотел задрать ее юбку. Предлог не был важен.
— Ах, ты гребанная недавалка! — неожиданно закричал я и поднялся с кресла. Ко мне тот час же подлетела стюардесса и попыталась вновь усадить обратно, приковав ремнем безопасности…
— Люди добрые! Эта девушка женщина не дает мне! Представляете, какое безобразие! Она мне плешь проест, эта черствая содержанка! — я всплеснул в воздухе руками как неуемный ребенок.
— Как вы считаете, девушка, почему она сдерживает свои сексуальные позывы и не отвечает мне взаимностью?— я поймал кураж. Мне нравилась игра. Я любил дурачиться. Мне было даже уже все равно, даст мне Нола Уилтон или не даст. Я улыбался. И чувствовал себя безумным и свободным.
— Может быть из-за того, что она беременна? Кхм… Я доктор… Если посмотреть на ее внешний вид… То… Глядя на то, как налилась ее грудь… И то… Под какой тканью она прячет живот… Можно предположить… — заискивающимся и робким тоном ответил один из наших соседей… Вид у него был интеллигентный… Очки, плотно надвинутые на нос, практически впечатанные в переносицу… Глаза умные. Пиджак скромный…
Мое сердце бешено заколотилось. Я медленно перевел взгляд на Нолу. Теперь я смотрел на нее уже не так решительно.
— Убери пальто…— прошептал я.

Отредактировано Henry Hunter (2013-11-30 17:38:57)

+1

7

Пока Генри распинается на тему того, что у меня было слишком мало (по его мнению) мужчин, я смотрю на него и пытаюсь понять - что я, черт подери, в нем нашла?! Он совершенно не соответствует моему представлению о том мужчине, с которым мне бы хотелось прожить всю жизнь. Да что там - прожить! Даже просто быть вместе! За все эти месяцы я столько натерпелась от Генри, сколько не терпела за все годы жизни. И после всех унижений, драк, скандалов и слез мне еще хватило ума сказать ему о своей любви. Клянусь, я нездорова. Как вернусь домой, позвоню свою психотерапевту, пусть вправит мне мозги.
- Слушай, я понимаю, что тебя как магнитом тянет к моделям и шлюхам. Я не отношусь ни к тем, ни к другим. Я незаурядная, как ты говоришь сам, не большого ума и с отсутствием вкуса в искусстве. Но ты постоянно ошиваешься рядом со мной! Ты никак не можешь отпустить меня. Может наконец скажешь, почему? - я выжидательно посмотрела на Генри. Мы в самолете. Ему некуда деваться.
- Ах, ты гребанная недавалка! - он орет на весь салон и тычет в меня пальцем. Я чувствую, как начинаю краснеть. Мне хочется провалиться сквозь землю, но я только вжимаюсь спиной в кресло и закрываю лицо своим пальто. Господи, за что ты заставляешь меня пройти все эти унижения? Разве недостаточно того, что меня тошнит по восемь раз на дню? Почему я должна еще страдать от неконтролируемых приступов агрессии Генри в мой адрес?
- Ради всего святого, заткнись, - шиплю я, стянув пальто с лица. Хотя, чего это я так переживаю? Генри просто высадят сейчас, полчаса еще все будут коситься на меня, а потом этот инцидент забудется.
- Может быть из-за того, что она беременна? - или нет... Я поворачиваю голову в сторону этого всезнайки, который решил поделиться со всеми своей догадкой. Кто его просил рот открывать?
- Кхм… Я доктор… Если посмотреть на ее внешний вид… То… Глядя на то, как налилась ее грудь… И то… Под какой тканью она прячет живот… - я плотнее прижала к себе пальто, чтобы не дать окружающим рассматривать себя. Какое им дело вообще? Ну беременна. Мало ли беременных летает в Лос-Анджелес из Сакраменто! Мне страшно хочется превратить очки этого лекаря в линзы двумя резкими движениями рук. Кто его просил выступать?!
В самолете повисла тишина. Кажется, тут всех интересуют события, разворачивающиеся в бизнес-классе. Замолчал даже Генри. Его взгляд устремлен на меня, он пытается рассмотреть меня, найти подтверждение слов нашего соседа. Я не отпускаю пальто, хотя и понимаю - меня вывели на чистую воду, недолго осталось хранить в тайне свое положение.
Я отстегиваю ремень, поднимаюсь на ноги и отбрасываю пальто на кресло. Преисполнившись смелости, я даже натягиваю рубашку на округлившимся животе, уперев руки в бока.
- Да, я беременна, - подтверждаю "диагноз" местного врачевателя. - Доволен? - спрашиваю я Генри, поднимая с кресла пальто и сумку. - А теперь прошу меня простить, я потеряла настрой на поездку в Лос-Анджелес, - я оказалась в проходе, но дорогу мне преградила очнувшаяся стюардесса:
- Простите, мисс, но вы уже не можете покинуть самолет. Вам придется вернуться на свое место, - она направляет меня обратно. Я плюхаюсь в свое кресло, плохо соображая, что натворила. Я призналась в том, что беременна, а теперь мне придется лететь в ЛА с Генри под боком. - Пристегните ремень, пожалуйста, - напоминает мне стюардесса. Повинуясь ее указаниям, я прикидываю, успею ли я добежать до такси раньше, чем меня остановит Генри...

+1

8

Мой мир снова переворачивается с ног на голову.
Не успеваю я толком опомниться и осмыслить происходящее в салоне, как Нола Уилтон уже подрывается со своего места и несется куда-то вперед по проходу — она снова отрекается от моего естества, снова отталкивает меня…
Будущая мать моего ребенка оказывается неуемной и изворотливой истеричкой. Да-да, она сейчас уже во всю ругается со стюардессой, чтобы ее выпустили из самолета, который вот-вот готовится ко взлету. И подобной выходкой она снова бросает меня в один на один с моими несбывшимися планами и надеждами. Мне не суждено ее сегодня оттрахать в туалете, прижимая руками горло. Мне назначено рандеву с ужасающей действительностью — отцовством.

Как думаешь, сколько у меня было женщин?
Открою тебе большую тайну. Я не похож на занозу Казанову или подонка из фильма «Девушка моего лучшего друга» с Кейт Хадсон. Но их было много и разных. С тех пор, как я стал известным, женщины так и норовят оказаться в моей койке. Их даже не устрашает мое поведение и этот треклятый имидж умалишенного. Они раздвигают ноги и раздвигают. Я так устал ебаться.
Побывай в шкуре мало-мальски известного человека. И ты поймешь, что это такое.
Женщины так привыкли кричать о своей уникальности… Они делают это при любой удобной возможности. Ставят статусы в социальных сетях, подчеркивая свои эксклюзивные качества. И становятся одинаковыми в этом проклятом множестве. Все они воспитываются похоже и управляют ими тривиальные шаблоны.
Я так любил тебя, Нола Уилтон, когда ты ворвалась среди ночи в мои апартаменты и проткнула мне руку ножом! Вот он выход за рамки типичного воспитания! Я боготворил тебя! Я рукоплескал тебе! Я желал тебя. Ты влекла меня невообразимым образом. Я был одержим тобой… И сейчас, когда я узнаю, что ты носишь моего ребенка, ты убегаешь как трусливая овечка? Как обычная женщина?
Я льстил себе. Мне казалось, что я раскрыл твой потенциал. Мы кричали друг в друга заклятия из книги «Гарри Поттер» в моем кабинете…  Но ты убегаешь, когда я говорю тебе что-то напрямую. Когда ты узнаешь, что в моей реальности блуждают другие женщины. Я самец. Я охотник. Я никогда не прекращу эту гонку за юбками. Когда у меня не стоит, я глотаю виагру. Я игрок. Я люблю сражения. Я люблю страдать. Люблю купаться в эйфории. Мне нравится испытывать разные эмоции. Я насытился девушками на одну ночь. Со мной подобные переделки уже случаются чрезвычайно редко. Я привык заводить отношения. У меня есть несколько постоянных любовниц. Ты выделялась на их фоне. И я хотел, чтобы твой ребенок оказался и моим ребенком.
Женщины так часто говорят, что принято. И так редко у них поворачивается язык сделать что-то, что выходит за шаблоны воспитания. Мне, как мужчине пресыщенному женским вниманием, интересно удивляться. Наши отношения с тобой, Нола Уилтон, стали системными, потому что ты показала мне не просто один прием карате, ты научилась драться.


Вот стюардесса волочет обратно Нолу в кресло. И я встаю возле нее на колени. Захватываю ее руки своими руками.
— Моя девочка, я хочу, чтобы этот ребенок родился. Я буду помогать тебе по мере возможности. Почему ты не сказала мне раньше такую счастливую новость? — от себя я не мог ожидать подобного признания. Но мои слова правдивы. Я хочу, чтобы этот ребенок родился.
— Мы полетим с тобой вместе в этом самолете в Лос-Анжелес, — с уверенностью добавляю я и с особой пламенностью целую ее ладони. Если Нола Уилтон сейчас, когда она находится в положении, не готова признать мою реальность, в которой находятся несколько женщин, я создам для нее такую, в которой она окажется единственной.
— Я очень люблю тебя. И этот день я посвящу тебе. Я буду исполнять каждое твое желание. Все двадцать четыре часа. Все, о чем ты попросишь меня — исполнится. Двадцать четыре часа. Чего ты хочешь?

Отредактировано Henry Hunter (2013-12-22 21:44:36)

+1

9

Кровь шумит у меня в ушах, я почти не слышу стюардессу, тем более перешептывания зрителей нашего маленького шоу. Конечно, я думала о том, чтобы рассказать Генри о своей беременности. Когда-нибудь. В перспективе. Вообще-то, наилучшим вариантом я видела то, как он не застает меня на рабочем месте, а Мадлен на его немой вопрос удивленно округляет глаза и произносит: "Как, вы разве не знали? Мисс Уилтон ушла в декрет." По крайней мере, так мне бы удалось избежать не самого приятного разговора и вопросов со стороны Генри. Не уверена, что смогу на них ответить, не разревевшись от ощущения себя полной идиоткой. Полной - в обоих смыслах слова.
- ...чтобы этот ребенок родился. Я буду помогать тебе по мере возможности. Почему ты не сказала мне раньше такую счастливую новость? - доносится до меня голос Генри. Он стоит передо мной на коленях и сжимает мои руки в своих ладонях.
- Чего? - тупо переспрашиваю я.
Секундочку, все развивается не так, как я себе это живо представляла. А где крики "Ты уже записалась на аборт?" или "Ха-ха, хорошая шутка, вот тебе подарок на Рождество - абонемент в спортзал, похудей, Уилтон"? Или даже "Нагуляла, а теперь решила обогатиться за мой счет"? У меня даже речь заготовлена в ответ (да, я не собиралась рассказывать ему о своей беременности, но на всякий случай приготовила речь в свою защиту). Как же там было...? "Ах ты мерзавец, как ты смеешь выставлять меня шлюхой... И да, ты прав, ребенок не твой, а мой и только мой... Мне... нет... Нам от тебя ничего не нужно...", а в конце я отвешиваю ему звонкую пощечину, разворачиваюсь и ухожу уверенно походкой от бедра, ветер колышет мои длинные волосы... Хм, кажется, мысленно я больше внимания уделила мелочам, чем словам, которые хочу использовать. Но мне не доведется ни говорить что-то, ни дефилировать навстречу своему прекрасному будущему, оставляя Генри в последний раз любоваться моей попой.
- Ты... рад? - неуверенно спрашиваю я, все еще пребывая в шоке от его реакции. - В чем подвох?
Я слишком давно знаю Генри Хантера, чтобы поверить в искренность его слов и действий. То он называет меня толстой, неопытной, неинтересной и относится исключительно как к секретарше, что регулярно раздвигает ноги перед шефом, то теперь вдруг изображает радость от того, что я ношу его ребенка.
- Я очень люблю тебя. И этот день я посвящу тебе. Я буду исполнять каждое твое желание. Все двадцать четыре часа. Все, о чем ты попросишь меня — исполнится. Двадцать четыре часа. Чего ты хочешь?
- Так вот оно что! - я начинаю смеяться. Выдергиваю свои руки из его и прикрываю рот ладонью, чтобы немного приглушить собственный смех. - Я выиграла супер-приз - двадцать четыре часа твоей доброты, заботы и любви! А потом ты радостно свинтишь, оставив меня одну, чтобы я училась сама себе завязывать шнурки, когда буду на девятом месяце, чтобы я сама таскала пакеты с вкусностями из круглосуточного супермаркета посреди ночи, чтобы освоила, как работает шуроповерт, когда придет время собирать паззл из деталей детской кроватки. И ты бескорыстно отдаешь мне все бессонные ночи, когда наш сын будет просыпаться от того, что у него вдруг поднялась температура или режутся зубы или с ним происходит что-то еще, а я одна должна буду разгадывать этот ребус! Все это я получу бонусом к тому, что ты проведешь сутки, потакая всем моим желаниям? - хоть и возмущенная до глубины души, я нашла в себе силы не орать на весь самолет и не устраивать дальнейших сцен, поэтому говорила я не так уж и громко, однако, вкладывая в голос все негодование.
- Знаешь, у меня в горле пересохло. Страшно хочется свежевыжатого лимонного сока, - я пожимаю плечами и откидываю спинку сиденья назад, устраиваясь поудобнее. Мы уже в воздухе, скоро приземлимся в Лос-Анджелесе. Я продолжу свои беременные капризы и из-под земли достану Хэнка, если он решит сбежать. "Город ангелов" я знаю достаточно хорошо.

0

10

В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » This ain't the girl I used to know