Луиза откровенно забавлялась, чувствуя податливые мягкие губы незнакомой...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Bang bang, my baby shot me down


Bang bang, my baby shot me down

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

частная клиника Сан-Франциско; 08.11.2013
Билл Кэррадайн и Агата Тарантино

Пиф-паф, я застрелила тебя,
Пиф-паф, ты упал на землю.
Пиф-паф, этот ужасный звук.
Пиф-паф, раньше я стреляла в тебя...

http://s6.uploads.ru/PO1Jo.png

+1

2

Сегодня второй день, как я слышу. И для меня мир словно заново открылся. Будто я никогда в жизни не различала звуков, была все свои 26 лет глухой и тухлой рыбешкой, парящей в своем аквариуме.
Я могу смотреть телевизор и общаться с людьми. Могла звонить по телефону и в первый день позвонила Аарону. Он был удивлен и рад. Я слышала как он хлопал в ладоши, а потом сын сказал, что хочет сыграть мне на дудке. Оу… и даже его скрипучей игре я была рада.
А потом пришел Куинтон и провел со мной вечер. За все время нашего общения, это четыре месяца, я не думала что его голос звучит именно так. Да, я представляла пару раз его голос, надевала образы услышанных ранее звуков или приписывала ему голос Корбена Даласа из фильма «Пятый элемент», но реальность оказалась куда приятнее ожиданий. Хотя бы потому, что это было все правдой.
Несмотря на обретенный слух, я по привычке все равно смотрела на губы и отключала звук в телевизоре, чтоб посмотреть беззвучную картину. Когда понимала, что теперь все это необязательно, радовалась, как маленький ребенок. И все это я прожила за два дня.
Врачи хотят, чтоб я еще неделю полежала. И я не сопротивляюсь. Возвращаться еще рано. Мне надо обдумать как дальше действовать. Ведь новая жизнь требует перемен.

На следующий день я проснулась поздно. Наверно, врачи дали какое-то успокоительное или транквилизатор. Они ведь так часто говорят о том, что мне нужен покой и нельзя перенапрягаться.
А когда я открыла глаза… то испугалась. На стуле, что стоял возле окна и все покоился, сидел человек. И мой страх был не от того, что в моей палате был незнакомец. Страх был из-за того, что я его как раз знала.
Билл Кэррадайн.
Мой спаситель. Когда мне было 21 год, он помог мне избежать эмиграции домой. Когда мне исполнилось 22, я уже была его пешкой. Орудием зла. И признаюсь, мне это нравилось. Нет, не то, что я делала. А то, что у меня был такой человек как Билл.
Когда мне исполнилось 25, я узнала, что тот, на кого я молилась, меня предал. И началась череда наших боев. Не знаю пытался ли он меня вернуть, хотя не припомню, чтобы возвращали с помощью дула у виска. Но я вот хотела избавится от него.
Избавилась.
Это был Нью-Йорк. И я поехала туда под прикрытием каких-то дел, а сама ринулась на поиски Билла. Ринулась мстить ему, поквитаться.
Это было год назад и я помню этот день как сегодня. Я сжимала детонатор в руках, смотря твердым взглядом на Кэррадайна. Он смотрел на меня уже не на как девочку, а на повзрослевшую женщину. Это как, когда вы ездите каждое лето к бабушке, общаетесь с детворой из соседнего дома. А потом, в одно лето, та девочка, которая таскалась все время за вами, вдруг выросла и теперь не хочет играть в «казаки-разбойники».
Так же и я смотрела на Билла.
Нет, в тот день я не смогла его убить. Раздался взрыв, но Кэррадайн ушел. Я дала ему уйти. И для него это было поражение. Подаренная жизнь от той, кто всегда равнялся на тебя? Той, которой ты решал жить или нет, теперь сама действовала и взвешивала убить или пощадить.
Так мы и расстались. Я старалась о нем не вспоминать, хотя, так или иначе, что-то наталкивало на мысли о Кэррадайне. Может быть я ждала, что он появится и попросит прощения, потому что его уже простила давно.
И вот он, словно услышал мои мысли, сидит в моей палате, сбросив пиджак на подлокотник, смотрит на меня, как ни в чем не бывало… Я молчала…

В двух случаях людям нечего сказать друг другу: когда они расставались так ненадолго, что ничего не успело произойти, — и когда разлука так затянулась, что изменилось все, в том числе и они сами, — и говорить уже не о чем.

0

3

- Как себя чувствуешь? – первым прерывает молчание Билл. Его тон… его голос… он звучал так, словно ничего не произошло. Словно не было между нами Аарона. Не было преступлений. Не было ненависти. Не было сжатым в руке детонатора. Не было года безмолвия.
Его голос… я уже забыла о том, какую власть он имеет надо мной. Он опять лишал меня самообладания.
Как себя чувствую? Боги, Билл! Что ты имеешь в виду? Как себя чувствую после того, как ты украл у меня сына? После того, как пытался убить? После того, как я пыталась тебя убить? Или как я себя чувствую после тебя?
Сколько вопросов и столько же ответов, которые я боюсь дать.
- Как ты себя чувствуешь? – повторил вопрос Кэррадайн уже более настойчиво.
- Зачем ты вернулся? – встречаю я его ответным вопросом. Мужчина усмехается и качает головой, словно старый дед, который снисходительно смотрит на необразованного и невежливого ребенка.
- Потому что тебе нужна была помощь – и из его уст это звучало как дважды два. Но, черт побери, помощь? Сейчас мне помощь не нужна уже. Я всегда справлялась со всем сама.
- Если думаешь, что ты в одиночку со всем справилась, то ошибаешься – мне показалось, что Билл прочел мои мысли. Или в моих глазах так очевидно прочесть возмущение?
- О чем ты? – несмотря на то, что я хотела сохранить вид обидчивой и расстроенной особы, Кэррадайн вытягивал меня на диалог. Да, интриговать он умел.
- Думаешь, кто тебе помог в Сирии, оплатил лечение, сделал паспорт? – проклятье… А я ведь это упустила из списка своих дел. Вернее я начала поиски Декстера, когда думала, что он жив. Потом, прознав о его гибели пыталась найти концы того, кто оплачивал мои счета на лечение. Но информатор так и не добрался до правды. То ли специалист он был фиговый, то ли до истины действительно было невозможно добраться.
И в вопросе, что задал испанец открывалась та самая истина. Я онемела.
Думаешь, что навсегда пропал из виду, избавился от этой преследующей тени у себя за спиной, от этого контроля. А, оказывается, что то чувство духоты, скованности, давления, было потому, что за мной стоял Билл.
Мне показалось, что я оказалась на сцене перед толпой людей голой… на ладони. Со всеми своими ошибками, пороками, слабостями. Может, я превышаю его значимость и возможности, но мне казалось, что он читал меня как открытую книгу.
- Зачем? – глупый вопрос. Будто я не нуждалась тогда в хоть каком-то герое. Нет, мне нужна была помощь, но я хотела знать почему он это сделал. Что им двигало? Альтруизм? Бред. Так бы он не появился спустя пол года здесь. Значит, Билл помог мне намеренно, чтобы я осталась должной. А чувство долга у меня было остро развито. Уж не ему ли не знать – человеку, который вытащил меня из суда, и которому я была обязана.
- Зачем? – переспросил мужчина – А разве мне не нужен был повод, чтобы вернуться? Смотри, повод есть. Все в твоем мире снова стало объяснимо. – Кэррадайн развел руками и вернул их опять на подлокотник кресла. Он был по-прежнему серьезен.
Не спорю, что Билл отчасти прав: мне нужно основание, чтобы простить человека. Нужна причина, ради которой он вернется. Это словно искупление грехов: скажи «прости», сделай доброе дело и ты снова молодец и тебя снова любят. Кэррадайн сыграл по моим правилам. А я думала над тем, что его визит все равно не принесет ничего хорошего в мою жизнь. Он не даст мне спокойствия.
- И что тебе нужно?

0

4

Рядом с ним я опять превращалась в 20-летнюю девчонку без гроша за спиной, приехавшую в Америку, чтобы восстановить справедливость. За эти пять лет, что я оказалась в Штатах, я заметно выросла. Нет, надо мной так же стояли люди, вещающие куда мне идти, но теперь и я могла отдавать распоряжение кого убить в первую очередь, а кому еще дать пожить. Из девушки, которая неосознанно взяла на себя ношу террористки я превратилась в настоящую убийцу. Теперь уже не наивную, что прожитый кошмар можно забыть. Я уже знаю, что это не стереть. И умершие будут приходить во снах.
Что мне снилось чаще всего? Наверно, война. То, что показывают в фильмах – просто сказки. На деле кровь гораздо ярче. На деле крики громче, а мучения невыносимее. На деле воняет гораздо отвратительнее и совсем невозможно спать.
Я засунула подушку под спину, чтоб ровнее сесть на койке и выглядеть более величественно рядом с Биллом. Хотя с ним мне точно можно было не притворяться – это как раз меня и расстраивало, что он видит меня насквозь.
- И что тебе нужно?
- Скажу по другому: это нужно тебе. Обрести независимость от Торелли. Учитывая сложившиеся после смерти Риккарди изменения… - он как обычно оставил мысль неоконченным. Нет, я и так понимала, что у власти сейчас находится тот, кто не вступиться за меня в случае опасности. Наши отношения с Гвидо были омрачены тенью недосказанности и недоверия.
- Ладно, я уже поняла, что ты изучил мою жизнь вдоль и поперек, но вот… - мог бы ты не лезть ко мне? Пожалуй, звучит строго. Учитывая, что Билл спас меня в Сирии. И этот факт мне было и противно, и радостно осознавать. С одной стороны я понимала, что нужна ему. С другой… это никогда не заканчивалось чем-то хорошим. Кэррадайн – человек циничный и меркантильный, он всех вокруг делает своими пешками. И кажется, я снова купалась на это.
- Тссс – словно поняв что я хочу сказать, испанец останавливает меня. – Береги нервы – ай, какой заботливый.
Я сжимаю одеяло крепче в ладонях. Береги нервы? Пф!
- А знаешь! Мои нервы были бы гораздо целее, если бы ты не пытался меня убить! – Я повысила тон. Никогда не позволяла себе кричать на Кэррадайна, но теперь у него уже нет источников воздействия на меня, а значит можно поговорить так, словно мы друг другу ничего не должны.
- Я знал, что ты до сих пор злишься – но голос его был до неприличия безразличен и спокоен. Я махнула рукой и отвернулась к окну.
- Итак – снова заговорил Билл, будто выжидал, когда пыль моего недовольства уляжется.
- Зная, что в твои полномочия теперь входит и ударная группировка Семьи, тебе предстоит заняться этим куда усерднее. Это отличный шанс тебе остаться на плаву и подняться вверх. – для меня все еще его появление оставалось шокирующим событием. Вот не было Билла год, и не скажу, что я скучала, я даже начинала отвыкать. Зачем было возвращаться и что-то менять? Зачем что-то придумывать и искать повод? Есть вещи, которые не стоит тревожить.
И от того как Кэррадайн резко ворвался в мою жизнь, я испытывала легкое недопонимание. Словно все это было не больше, чем сон. А я просто заработалась.
- Тебе-то какая польза от этого всего? – не удержалась я спросить.
- Времяпровождение с тобой – явно пошутил Билл. Не выношу, когда он подтрунивает надо мной. Я недовольно насупилась, хотя и старалась делать вид, что меня его слова не задевают.
- Мне надо во что-то вложиться. И я решил, что ты – более чем выгодное дело. – то, что он говорит так, словно о товаре меня не столь задели, сколько факт, что Билл мог бы мне все рассказать. Он не откроет все карты. Не мне. Не сейчас.
- Надо подумать – выдыхаю я, пытаясь заглянуть на несколько шагов вперед. Я ожидала, что после этих слов испанец покинет мою палату, но он удобнее уселся в кресле, будто ожидая, когда мой мыслительный процесс закончится.
- Не против, если я посижу с тобой? – зачем задавать вопрос, на который заведомо ясно, что я не смогу ответить отрицательно? Я промолчала, пожав плечами, а сама тихо боролась с тем, чтобы не улыбнуться. Наконец-то мое сердце успокоилось и все встало на свои места. Пусть я еще настрадаюсь с ним, но сейчас я была рада снова молчать вместе.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Bang bang, my baby shot me down