В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » У меня все - таки, офигенная мать


У меня все - таки, офигенная мать

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://s6.uploads.ru/BDTLt.png http://s6.uploads.ru/C0prN.png
Участники: Anabelle & Wanda Hafermann
Место: дом Хаферманнов, пригород
Время: 27 октября
Время суток: вечер+ночь
Погодные условия: ветер, намечается дождь
О флештайме: - Мам, можно я приеду на ночь? Конечно, Солнышко.

Отредактировано Wanda Hafermann (2013-11-25 17:58:36)

+1

2

Я никогда не любила одиночество, оно так давит, так угнетает и ты невольно осознаешь, что жизнь проходит с большей скоростью. Я всегда так себя чувствовала, когда Джеймс уезжал в командировки, когда он был рядом я чувствовала себя более уютно, защищено, а без него вновь я оставалась наедине с домом. Я пришла с работы пораньше, так как несколько занятий отменили, да, по выходным обычно я занималась индивидуально, дополнительный доход всегда был мне приятен.
Я закрыла за собой дверь, неспешно сняв верхнюю одежду и повесив на вешалку. Переобувшись, я завязала волосы в ленивый хвост, а после направилась в спальню, чтобы переодеться в свою излюбленную белую майку и спортивные удобные штаны. Я устало гляжу на часы, где около шести часов, а после спускаюсь в ванную, чтобы умыться, смыть макияж, а так же нанести свой любимый увлажняющий крем, который не дает коже высохнуть и испортиться от косметики и городского ритма жизни. Закончив с процедурами, я вышла из ванной в кухню, делая себе ароматный кофе, чтобы наконец почувствовать, что дома и можно позволить себе расслабиться. Заварив чашечку ароматного кофе, я достала из шкафчика кусочек домашней шарлотки, которая осталась ещё с вечера. Я хоть и следила за собой, но от домашней, тем более своей, выпечки никогда не могла отказаться. Положив кусочек на блюдце и взяв кружку и десертную ложечку, я направилась в гостиную, где села на мягкий диван, подобрав под себя ноги, а после включила телевизор, лениво листая каналы, ища что-нибудь интересное и ненавязчивое для воскресного вечера. Я остановила свой выбор на каком-то фильме, который заинтересовал меня тем, что был снят по 19 веку, а может даже и раньше. Я начала следить за происходящим на экране, осторожно делая глоток горячего кофе, тут же ощущая как тепло быстро расходиться по телу. Я отломила маленький кусочек пирога ложечкой, отправляя его тут же в рот, а после снова запивая кофе. Я спокойно облокотилась на спинку дивана, наконец ощущая полное умиротворение, пускай мне и не хватало рядом крепких объятий мужа. Я невольно начинаю думать о семье, уходя далеко в мысли. Моя дочь так быстро выросла, выпорхнула из дома, что я и не успела оглянуться. Казалось, ещё недавно я держала её на руках, целовала в лоб, смотрела как она сначала садиться, а после делает первые шаги. Первое "мама", "папа", те непередаваемые эмоции, когда эти маленькие ручки тянуться к тебе, когда этот маленький человечек бесконечно нуждается в тебе и твоей любви. На моих губах невольно появляется милая улыбка. И вправду, я не успела оглянуться, как прошли девятнадцать лет, словно одно мгновение. Ванда уже взрослая девушка, которая потребовала быть свободной и самостоятельной. Я отпустила, пускай и сердце до сих пор обливается кровью от того где она, с кем, как чувствуешь и что. Я не смею требовать от него постоянно извещать где она и с кем, да и она слишком самостоятельная и независимая, чтобы это делать, пускай и всё равно дает о себе знать, не давая мне окончательно сойти с ума. Сколько бы ей не было лет, она остается моей маленькой девочкой. Я невольно начала ощущать в этот самый момент некое беспокойство, но отчаянно не понимала от чего. Как только я об этом подумала, тут же мой мобильный ожил, и я отложила всё на столик и быстро нашла свой телефон, на самом деле я ожидала, что это позвонит мой муж, но на экране был мобильный Ванды, который тут же определился. Я быстро подняла трубку, тут же тепло приветствую свою малышку. Впрочем разговор был недолгим, Ванда лишь спросила разрешения приехать, я глянула на часы, где было уже пол десятого, невольно ощущая как сердце нервно застучало, но я не стала устраивать лишний расспросов, лишь сказала  Конечно, солнышко. а после положила трубку, оставив телефон на придиванном столике. Я тут же выключила телевизор, забирая посуду и недопитый кофе со стола, унося на кухню. Я доела остаток шарлотки и допила остатки кофе, а после принялась мыть за собой посуду, далее раскладывая всё по своим местам. Я вообще любила, чтобы каждая вещь имела своё место, а творческие беспорядки это не для меня. Я вытерла руки о полотенце, а после вновь пошла в гостиную, садясь на диван и как прежде поджимая под себя ноги.
Я сама и не заметила, как в своих мыслях слегка задремала, но меня в скором времени разбудил звонок в дверь, я тут же наскоро поправила свои уложенные в ленивый хвост волосы, а после направилась к двери, чтобы открыть её для дочери.

+1

3

В таком виде я могу заявиться только в два места: к Наоми, которую я уже изрядно задолбала своей способностью магнитить неприятности и травмы, либо домой, к маме. Да, звучит из моей головы весьма и весьма странно, ну а щито поделаешь – мама услышит, и мама поймет, как я гитарным грифом не маши, и я даже уже позвонила-предупредила, мол, могу ли я приехать. Конечно я знаю, что мне никогда не откажут в посещении отчего дома, но все – таки, о своем появлении лучше осведомить заранее. Мало ли. Я старательно замазывала кровоподтек в уголке губы тональным кремом (специально для этого случая купила – обычно не пользуюсь, кожа итак отличная), думая о том самом вечном вопросе, терзающем меня всю мою непродолжительную, казалось бы, жизнь. Вот почему я такая? Вроде руки есть, ноги тоже на месте, таланта кое-где отсыпал Господь, а мозгов пожалел, ну не дал, просто не доложил в котелок где меня сотворял! Хотя, в принципе, этот вопрос лучше задать маме, она у нас по мозгам спец, а точнее, по их промыванию по первой необходимости. Настало время показаться дома, а то в последний раз я видела маму уже не помню когда. Точно до тура не заезжала, а значит… На том злополучном ужине. Ох огребу я сегодня, ох достанется мне от мамочки, чую я это своей попой, затянутой в мотоциклетный костюм. А нет, придумала, я сниму шлем только тогда, когда войду в дом. Надеюсь, будет полумрак.
Я бегом спустилась с лестницы, нырнула в подземную парковку, и через минуту уже мчалась в сторону выезда из города. Одиннадцать часов – время детское, как раз в половине первого буду. Завтра отпрошу маму с работы, если зависнем сегодня с разговором на всю ночь.
Черт, фу-фу-фу, дождь, ну зачем, зачем ты выперся вот прям сейчас, ну нафига попу гармонь, что ты поливаешь в это время года, ты клубнику собрался выращивать, что ли? С мыслей сбиваешь, зараза ты, барабанящая мне в шлем. В башке словно колоколом отзываешься, знаешь? Ах, снять шлем? Щазз! (с)
К моей ссадине на губе мне только черепно-мозговой травмы не хватало.
И все равно, у меня хорошее настроение. Не знаю, какая-то внутренняя сила двигала меня туда, где меня сначала прибьют за все хорошее (ой, а хорошего – то много как накопилось: тур с Гарретом, о котором я не успела банально предупредить, отчисление из университета, попытка суицида, явление мужа во время моих посиделок с Бэрроу, оставившее косяки на моем лице и теле, ну и прочее, так сказать, «некоторое дерьмо»), но потом обязательно наставят на путь истинный и совершат волшебное промывание мозгов. Главное – не растечься сиропной лужицей еще с порога. Да, меня обидели. Да, у меня проблемы. Но в любом случае, никто и никогда не сумеет меня сломать. Как учил папа.
Резко затормозив и выбросив вбок заднее колесо ямахи, я подползла на ногах к гаражу. Код я знаю, мотоцикл приткнула на его законное, по сути, место, и прямо вот так, в шлеме и комбезе из смеси кожи и пластика, позвонила в дверь. Только бы маму не напугать, а то вдруг спросонья не узнает родную дочу…
Но вот, дверь уже открыта, и я предстаю всеми своими сантиметрами роста перед мамой. Здороваюсь, не снимая шлема, зато расстегивая верхнюю часть обмундирования, я начинаю морально подготавливать маму к моим полуношным кошмарикам:
- Мам, я тебя люблюююююю, и я ненадолго. Просто только ты обладаешь тем самым всемогущим ершиком, чтобы промыть мне мозги. И да, давай я сейчас сниму шлем, а ты не пугаешься, что у меня на лице, это ерундааа, – тянусь снять шлем, а на правой кисти синяк – дверью приложило, когда она на меня падала, еще не сошел. Да и по всему телу тоже не сошли, задолбалась эти гребаные гематомы обрабатывать, спасибо Малкольм, тварь такая, пособил от Бога просто!
- У меня, в принципе, все хорошо, пишу альбом, с людьми встречаюсь, студию организовала… - резво щемлюсь за обнимашками, надеясь что косяк с губой мамуля все – таки заметит не сразу. Да, прекрасная была идея приехать домой в таком виде, будто тебя в подворотне избили. Мой родной, уютный дом, как я, оказывается скучала по тебе. Дышащие теплом стены, пропитанные детством и горой воспоминаний, которые сами по себе затираются в памяти, когда начинаешь жить отдельно. Как же хотелось вернуться в свои четырнадцать лет, когда в моем распоряжении был гараж и акустическая гитара, путь в познании которой я тогда только начинала… Господи, я почти год не была дома, а здесь все также, изменилась только я, я изменилась. И к сожалению, далеко не в лучшую сторону. Меня тянет попросить прощения у дома. Перед родителями я виновата вдвойне, но первым все – таки будет дом. За то, что я забыла почти всю свою жизнь. Забыла, как вылазила из окна своей комнаты на втором этаже, боясь лишний раз вздохнуть, но задавшаяся целью выступить ночью в прокуренном баре. Я тогда даже не думала, что меня заметят, просто чувствовала где – то под диафрагмой, что если мне дан талант, то я должна приносить людям пользу, радость, и неважно где – в крошечном заведении, или в роскошном клубе, важно что каждый слушал меня с открытым ртом… И испытывал счастье. Я точно знаю.
Я точно знаю, что я не должна была так резво вылетать из этого гнездышка. Конечно, определенные рамки мне мешали жить, но как же я была глупа, что исчезла вот так, не оставив в своем сердце даже ключа от этого места. Ключ есть воспоминания. Воспоминания и есть наша жизнь. Черт возьми, как же я напортачила по жизни… причем напортачила самой себе!
- Ма, я так соскучилась по тебе, - у меня сильные руки, но маму я обнимаю очень осторожно. Папа определенное время перестарался, тренируя меня. Это теперь мой бич.
- наверное я теперь никогда отсюда не уеду, - я успокаиваюсь, закрывая глаза, но не выпуская маму из объятий. Слишком долго меня здесь не было, чтобы прервать этот момент, дарующий столько боли и счастья в одном флаконе, столько обиды и радости, оздоровляющий разум, мысли и чувства. Если бы я могла плакать – наверное слезы лились бы рекой. Но я, слава Богу, не ходячий водопад, поэтому все эмоции сейчас на лбу написаны, большими светящимися буквами. А гласят они только одно: «я – дома!!»…

приехала на нем (+внешний вид костюма), под костюмом футболка и шорты, вся в синяках и полузаживших кровоподтеках, на правом уголке губы замазанная ссадина

Отредактировано Wanda Hafermann (2013-12-04 18:00:20)

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » У меня все - таки, офигенная мать