В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » bad fairy tale


bad fairy tale

Сообщений 1 страница 20 из 29

1

http://s7.uploads.ru/KFA3O.jpg
Участники: Delsin Row, Assole Bailey
Место: одна сказочная страна
Время: давным-давно
Время суток: периодически меняется
Погодные условия: опять же меняются
О флештайме:

Что будет если один очень злой дракон  похитит не того человека. Что если одна принцесса окажется посмелее целой рати рыцарей. Что если в сказках все врут и принцы не всегда получают руку и сердце принцессы. Тогда кто же? И чем это чревато...

обоже как мы с тобой упоролись хд

+2

2

На королевство напал дракон.
Ничего особенного, в общем-то, не случилось: напал и напал, драконы веками ошивались где-то поблизости и Ассоль с детства приучали не бояться огромных огнедышащих летающих ящериц, ведь испытывать страх монаршим особам не полагалось в принципе. С этой задачей вполне справлялись верноподданные, которые в этот раз превзошли себя, причинив королевству ущерб гораздо больший, чем сам дракон: сожгли несколько домов (в то время как монстр оных и не трогал) и в давке затоптали немалое количество людей. Обычный день в королевстве: паника, похищение девственниц, огонь и смерть. Королевская дочь и глазом не моргнула бы, если бы дракон не ошибся принцессой и вместо Ассоль (к чему ее тоже готовили, кстати) унес к себе заморского принца, недавно приехавшего в гости и еще не вполне ознакомленный с местными обычаями.
Ее семья слишком рассчитывала на этот брак, чтобы махнуть рукой и смириться с положением вещей. К тому же, если не вернуть драгоценного единственного наследника любящему отцу, его не менее любящая мать вполне могла в одиночку нанести больший ущерб небольшому королевству близ гор, нежели все драконы этого мира, вместе взятые. Одним словом, Ассоль была совсем не в восторге от будущей свекрови, но, как и полагается воспитанной принцессе, показывала женщине исключительно доброжелательную улыбку. По крайней мере, она старалась.
А Ассоль не любила, когда все ее старания катились в тартарары. Вдобавок ко всему, ей было немножко обидно, ведь по преданию, драконы едят прекрасных девушек, а, согласитесь, становится не по себе, когда сторонний наблюдатель вдруг решает, что твой жених - более прекрасная девушка, чем ты сама. Участь дракона, в общем, была решена еще в тот момент, когда принцесса с удивлением поняла, что стоит на земле, в то время как ноги принца уже болтались где-то над головой, вместе с руками, туловищем и, она надеялась, головой.
Ассоль с печальным вздохом положила шлем на место. Она понимала, что даже если дракон и перепутал ее с юношей, это ее таковым не делает. Она по-прежнему девушка, и доспехи для нее по-прежнему слишком тяжелы. Хоть с мечом такой проблемы не возникало: в конце концов, его выковали специально для принцессы, по ее давнему капризу, потакая абсурдному желанию девушки учиться не правильно махать рукой, а скакать верхом и фехтовать, по возможности - стрелять из лука, но принцесса предпочитала более современный арбалет, его и взяла с собой вместе с прочим скудным запасом оружия, который у нее имелся. Она могла бы пойти к ведунье за помощью, могла бы обратиться к придворному магу за какими-нибудь амулетами, но тогда по замку поползут слухи, из-за которых ее и под домашний арест могут посадить. На веки вечные.
За окном раздавался лязг стали и бодрые крики. Рыцари готовились к спасательной миссии.
Под покровом ночи Ассоль выскользнула из замка и, не оставив даже записки, поскакала на поиски своего принца. По правде говоря, не особо он ей и нравился, но политика есть политика, а мысль о любви даже и не приходила в юную голову, хорошенько промытую множествами "надо" и "ты обязана". Это слово существовало где-то там, за стенами замка, и к королевской семье не имело совершенно никакого отношения, а "я хочу" неизменно превращалось в "я должна". Проблема была в том, что понятие долга могло быть разным. Вот принцесса, например, была уверена, что должна разыскать Прекрасного и вызволить его из лап дракона, по возможности прихватив с собой и голову самого чудовища. Также она была уверена, что потом все заслуги припишут тому же Прекрасному, поскольку в их шовинистическом обществе запрещалась сама мысль о том, что женщина может что-то помимо родов и работы по дому. Внезапно разозлившись, Ассоль пришпорила коня. Она не знала, где находится логово дракона. По правилам, это должно быть темное, всеми богами оставленное место, в котором вершится лишь ужас и смертоубийство, но жизнь и правила разнились слишком сильно, чтобы утверждать о таком с уверенностью. Дракон вполне мог обитать на какой-нибудь полянке, слушать птичек и наслаждаться жизнью. Ну или принцем. Ассоль всегда было интересно, на кой черт дракону похищать девушек, если он может сожрать их на месте, а так как она была просвещенной принцессой, то некоторые догадки заставляли краснеть. Учитывая сложившуюся ситуацию, можно было еще и похихикать. Немножко.
Дорога все не кончалась, да и деревьев меньше не становилось. Смеркалось, принцесса устала, а вдали послышался волчий вой. Королевство оказалось больше, чем она думала. Невообразимо больше. Девушка спешилась, ведь конь тоже не железный.
Впереди виднелась пещера и выглядела она так, как и полагается выглядеть среднестатической пещере - как здоровенная дыра в скале. Никаких пентаграмм, черных магов и мстительных призраков.
Где-то в темноте пещеры посверкивал желтый глаз. Он-то и заставил Ассоль остановиться и схватиться за рукоять меча.
- Я тебя не боюсь, - сказала она скорее самой себе, чем чудовищу, а потом набрала в легкие воздуха и крикнула: - Верни то, что забрал, негодяй!
Кажется, так полагается кричать убийцам драконов.
К сожалению, Ассоль не подозревала, что самоубийцы, желающие жаркой смерти, кричали точно так же.

+2

3

Как хорошо что его позор более никто не видит. Будь у дракона подходящая ладонь, он бы треснул сам себя по морде в небезызвестном жесте, выражающем всю степень ужасного положения в которое он попал. Если другие узнают – засмеют. Впрочем, он уже лет этак триста не видел никого из своих сородичей и вполне себе спокойно переносил мысль о том, что остался единственным драконом на всем белом свете. Ну и хорошо. Еще одного чудища вроде этого  мир точно не перенесет.
Он жил уже так долго, что и не мог толком представить, сколько веков сменилось с момента его рождения. Он видел как цивилизации строились и падали, но что-то оставалось всегда неизменным. Человеческий страх. И тупость. Но  в основном страх. Именно из-за этого страха каждое последующее поколение вновь и вновь отдавало ему самое дорогое, что у него было – красоту и юность девушек, приносящихся ему в жертву. Милые создания сами шли к нему, а в глазах читался только страх. Но не перед ним, а перед неминуемой смертью, которую он им принесет. Сначала он пытался с ними разговаривать, но после понял, что занятие это бесполезное и лучше заняться тем, для чего собственно они в его логово и вошли, дабы более никогда не выйти. Но время шло и в итоге все изменилось. Люди ушли, позабыли его. А пришедшие вновь абсолютно про него не ведали.
Он был разъярен и обижен таким наплевательским отношением в свою сторону. И оттого ненависть внутри него порождала такую детскую обиду, которая вынудила его покинуть свою пещеру и стать проявлением того насилия и жестокости о котором они успели позабыть. Он врывался в города, убирал со своего пути любого, кто хотел ему помешать и возвращался обратно в свое логово с добычей. Но в этот раз… что-то пошло не так.
- Так ты принц, а не принцесса, - он еще раз взглянул на слишком тощего и ухоженного наследника короны, недовольно скривившись, - так какого лешего ты выглядишь как баба? И почему носишь платье?
- Это церемониальный халат! – Сорванным голосом пропищал тот, ибо весь свой девичий и тонкий голосок он успел сорвать еще в небе. В глазах принца отразился ужас. – Что ты будешь со мной делать?
- Вариантов было много, но твоя гендерная принадлежность решила все за тебя – жрать я тебя буду. – От подобных слов, исходящих из уст огромного чешуйчатого животного, принц побледнел и грохнулся в обморок. Да так комично, что в какой-то момент зверь передумал жрать его бездыханным. Авось очнется и выкинет еще что-нибудь смешное. Он давно так не веселился, даже не смотря на то, что так облажался с похищением.
От последующего его отвлек женский выкрик, который гласил, что его кто-то там не боится и что-то еще. Расслышать он не мог из-за звучащего эхо в пещере. Зато смог узреть у входа девушку с мечом наперевес. А вот это было уже интересно. Как часто к нему в пещеру наведывались храбрые рыцари, дабы сразить дракона и стать героями. Их было… много. Но ни разу к нему так не приходила девушка. К тому же, из памяти мутно вырисовывался ее образ. Кажется она тоже была на балу и кажется, стояла рядом с этим горе-принцем, которого он так по глупому перепутал с представительницей женского рода. И это что – и есть его принцесса?
- Ну-ну, вы только поглядите, - дракон подался вперед, вытаскивая свою тушу из проема, - кто это ко мне пришел. Так ты и есть его принцесса, да? Знаешь, последние часы я жалел тебя из-за такого жениха, но теперь, похоже, буду сочувствовать бедолаге из-за такой невесты.
Он бы с удовольствием посмеялся, если бы его голосовые связки это позволяли, но вместо этого в горле раздался рокот и, подняв пасть высоко вверх, дракон выпустил столп огня в небо, при этом расправляя черные кожистые крылья, закрывая ими солнце от принцессы. Опуская голову он уже надеялся лицезреть, как девушка хватает коня и пытается убежать отсюда, но та все так же стояла на своем месте, сжимая меч и, кажется, была готова атаковать.
- Ты не боишься? – Он удивленно повернул голову, рассматривая девушку. Хотелось бы добавить еще что-то, возможно даже клацнуть зубами перед ней, дабы напугать, но теперь меч в ее руке не казался таким уж забавным зрелищем. Где-то вдалеке раздался звук горна, оповещающий о том, что впереди следует королевская рать, от звуков которой разбежалось все зверье в лесах. – С удовольствием сражусь с тобой, только… встречу гостей.
Взмахнув крыльями, дракон унесся вперед, подхватывая потоки воздуха, навстречу голосам и отзвуку лязга металла. При его виде солдаты заволновались, послышались выкрики и десятки стрел устремились в небо в желании поразить чудище. Он еще раз взмахнул крыльями и воздушное сопротивление сделало свое дело, стрелы хоть и достигли своей цели, стукнулись о чешую и попадали вниз, скрываясь на земле. Лишь несколько, прошедших у крыльев, могли поразить цель и оставить следы в виде пробивающихся сквозь кожистые крылья лучей света. Огромный монстр приземлился прямо на головы стоящих в первых рядах рыцарей и тут же заревел, выпуская пламя огня на повозку, в которой те тянули свое оружие. Послышался крик и призывы об отступлении. Несколько человек все же попытались ткнуть его мечами и копьями, за что получили удар лапой. И только когда последний из героев бежал с поля боя, дракон  выдохнул последние остатки пламени из пасти и довольно зарычал. Его ждало еще одно дело.
Вернувшись в свою пещеру он не обнаружил у входа никого, зато в самом склепе раздавились недвусмысленные ругательства исходящее из рта той, кто по всей своей данности обязана была при таких словах падать в обморок. Дракон тряхнул крыльями и, обернувшись ими  как гусеница оборачивается листом, дабы стать бабочкой, стал ощущать как мир вокруг него увеличивается. Или это он уменьшается. Очень скоро крылья просто исчезли, зато передние лапы стали длиннее и походили на руки. Но этот трюк со становлением человека ему не особенно нравился – чешуя кое-где да оставалась, больше походя на какие-то болезненные коросты на теле, глаза были все такими же хищными, да и его привычка гнуть шею никуда не делась. Он не любил быть человеком – они слишком маленькие и слишком… мягкие.
- Я, конечно, хозяин гостеприимный, но не настолько, чтобы впускать своего потенциального убийцу себе в дом. – Он застал такую забавную принцессу рядом с ее ненаглядным принцем, и на этот раз состояние позволяло ему рассмеяться всей комичности ситуации. – Ты вроде бы хотела убить меня?

+2

4

Дракон умел говорить.
Для Ассоль это, в общем-то, новостью не было, но она ожидала чего-то...менее раскатистого. Ощущение было такое, будто она угрожала грому, а тот, кто тычет пальцем в небо, как известно, первым схлопочет молнию. Умирать она не собиралась, хотя теперь у нее не было особого выбора собственного будущего: дракон был здесь, был весел и явно собирался позабавиться еще больше. Все хищники играются с жертвой перед тем, как сожрать с потрохами. Закон природы.
Но ведь она принцесса, и для нее закон не писан. Поудобнее перехватив меч, она уняла начавшуюся дрожь и как могла сурово ответила монстру:
- Еще чего, бояться...ты же самая обыкновенная ящерица, мой папа таких сушил для коллекции, - протараторила девушка, приправив реплику самым суровым из взглядов. По крайней мере, принц, который сейчас капризничал в углу пещеры (этот индивидуум капризничал даже когда молчал и ничего не делал), долго не мог от него отойти и неделю пытался не смотреть Ассоль в глаза. Как чудо-взгляд подействовал на чудовище, она узнать так и не успела: взмахнув кожистыми крыльями, оно взлетело навстречу звуку охотничьего рога. Принцессе казалось, что дракон ухмылялся, уверенный в своей победе. Самое страшное, что девушка его уверенность разделяла целиком и полностью - казалось невероятным, чтобы его убили какие-то рыцари в сверкающих доспехах. Скорее он превратит их в жаркое, завернутое в фольгу, дабы сохранить вкус поджаристой плоти неизменным.
Рвотный позыв после таких мыслей был неизбежен, как майская гроза, но Ассоль мужественно преодолела свою слабость и направилась к принцу, первым делом отвесив тому пощечину. Тот захныкал, лишь плотнее кутаясь в свой халат. Чертовы восточные императоры, - подумалось принцессе, - неженки, привыкшие к тому, что все можно получить, лишь щелкнув пальцами.
Внутренний монолог сопровождался ругательствами, которые Ассоль очень постаралась донести до юноши во всей их полноте и красочности. С чувством, с толком, с расстановкой, как и учил отец.
- Вставай, - в голосе зазвенела сталь, за которой старательно прятался страх и смутная надежда, что королевская рать разберется с драконом, - Ну же! Он может вернуться с минуты на минуту, - уже нетерпеливо она дернула его высочество за рукав. Тот захныкал и дернул цепь, которая металлической змеей уходила в недра горной породы. Ассоль вздохнула и размахнулась мечом, но опоздала - вдали послышался знакомый рев. Принцесса беспомощно опустила руки, покорно ожидая собственной смерти.
- Освободи меня! - дернул ее за руку принц, - Я приведу подмогу, клянусь!
Дракон мягко приземлился и Ассоль инстинктивно встала в боевую стойку, лишь отмахнувшись от писка Прекрасного. Он был красив, и поначалу она думала, что они смогут жить долго и счастливо даже несмотря на то, что брак скорее политический, чем по любви, но потом принц открыл рот.
Она начала всерьез задумываться, а не дать ли дракону сначала полакомиться его высочеством, а потом уже разделаться с чудовищем. Убить двух зайцев одним ударом.
Проблема в том, что дракон...уже не выглядел как дракон. Высокий человек с нечеловеческими чертами лица. От взгляда все еще золотых глаз у Ассоль по спине побежали мурашки. Так он казался еще опаснее - хотя бы потому, что она не могла заставить себя взмахнуть мечом. Девушка сглотнула и, призвав на помощь предков, гневно воззрилась на дракона.
- Хотела! - упрямо кивнула она, - И убью, обязательно убью! Не сомневайся, - уже тише добавила она, прекрасно понимая, что переступить через древнейшую заповедь не сможет ни за какие коврижки. Одно дело - пырнуть острием меча чешуйчатого монстра, сжигателя деревень и уничтожителя миров, и совсем другое - убить человека. К такому ее не готовили.
Она опустила меч. Скулеж принца достиг заоблачных высот, голос из пискливого тенора превратился в не менее пискливое сопрано.
Я пожалуюсь отцу! - заверещал паренек, - И свадьбы не будет, слышишь? Очень нужна мне такая принцесса, и такое королевство. Вы даже с драконом не можете сладить.
- Заткнись, - коротко бросила Ассоль, не спуская с дракона глаз. В сказаниях о таком не было ни слова. В сказаниях драконы были драконами, и человеческую форму принимать не могли в принципе. Они не для того существовали.
Зато теперь легенда о похищении девственниц обрела новое дыхание.
Похотливая старая ящерица, - девушка сощурилась, стараясь не упускать мужчину из виду.
- Кто ты? - спросила она, и позже убежденно добавила, - Не дракон. По крайней мере, не просто дракон.
Сказания всегда правдивы. Они не врут. Старики слишком боялись драконов, чтобы привирать и подвергать своих внуков смертельной опасности. Ассоль верила легендам.
А если не врут легенды, значит обманывает тот, кто стоит перед ней, именуя себя драконом.
Или нет?

+2

5

И все же если кто-нибудь спросит, для чего Дракон похищает людей он ответит – с ними весело. С ними действительно весело, орут ли они как резанные, плачут ли как маленькие дети, моля их не убивать или, его самое любимое, пытаются защищаться.
В глазах девушки можно было прямо прочитать весь испуг и попытку обосновать свой поступок, вкупе с сожалением и злостью, судя по всему на своего избранника. Но это не мешало ей все так же сжимать в руках меч, хотя в данный момент она и вцепилась в него как утопающий в круг. И это тоже было по своему забавно, настолько, что дракон даже и не скрывал своей улыбки, наслаждаясь реакцией как девушки, так и ее принца, что с каждым последующим звуком становился на ноту выше.
- Все вы герои так говорите, - коротко отчеканил он, делая шаг вперед. И еще один. И еще. – Разбрасываетесь бахвальными речами, что-то мелите про долг и честь. Называете меня чудовищем и хотите убить.  Но как-то забываете, что убив – сами станете чудовищем.
Сделав еще шаг, дракон уперся  грудной клеткой в острие меча, рассматривая  грань лезвия и прикидывая, действительно ли у принцессы хватит духа убить не чудовище, но кого-то, кто похож на человека. Взгляд желтых глаз скользнул с оружия на ту, кто держала его. Давно никто  так рьяно не сопротивлялся как она, давно никто не пытался дать ему отпор и, что самое главное, так самоотверженно бежал спасать кого-то постороннего. Взгляд уперся на этот раз в принца.  Такой капризный, слишком нежный и хрупкий, как барышня; дракон до сих пор с сомнением относился к высказываниям, что это все же мужчина, уж больно плавные у того были как черты лица, так и жесты, вкупе с ранимым характером. Женоподобный, жеманный и слишком ранимый – неужели сейчас именно таких любят юные девушки и готовы умереть ради такой любви?
Дракон лишь только тяжко вздохнул от такой мысли. Оказывается все эти грубые и неотесанные рыцари, которые в своих неснимаемых доспехах пахли так, что любой аппетит пропадал, еще были не самым худшим вариантом. Он даже успел понастольгировать по тем временам.
- Я дракон, которого ты так долго искала, - спокойно сказал он, все так же пристально всматриваясь в глаза принцессы, словно пытаясь заглянуть той в душу, - который похитил твоего жениха. Абсолютно случайно, при взгляде на вас доминантом явно выступаешь ты.
Когда это времена успели измениться, что мужчины стали нежными и ранимыми созданиями, в то время покуда их женщины взяли в руки оружие и что – пошли на войну? Неужели он уже настолько стар, что окружающий мир решает надсмехаться над ним, переворачивая все с ног на голову.
- Мне очень много лет, я видел,   как горы становились долинами и высыхали реки. Я видел как погибали королевства и строились новые. И я уже перевидал с сотни храбрецов, наставляющих на меня меч. Как думаешь – куда они все делись?
Хотя ответ не заставляет себя долго ждать, дракон не беспокоился о чистоте своего жилища и то здесь, то там, под слоем мха и пыли можно было бы откопать тот или иной атрибут доспеха, возможно даже с остатками рыцаря в нем. Конечно был в его пещере и природный зал в котором были свалены  сокровища разных эпох и культур, что успели принести ему свои почести до того как сгинули в небытие. Он не был падким на золото, но вид этих украшений навевал воспоминания о былом величии и страхе, которым восхищались.  Все же он был животным как таковым и уют ему не был нужен, но как кто-то разумный и мыслящий ему порой не хватало компании или секундного, но все же общения. Вроде такого как сейчас. Эта парочка неплохо повеселила его и, если честно, не особенно хотелось их отпускать.
- Вы сегодня хорошо повеселили меня. – Вдруг сказал он, вновь улыбаясь своим гостям. – Потому я предлагаю вам сделку.  Один из вас может уйти, я не буду препятствовать и не последую за ним, обещая полнейшую безопасность, возможно даже подкину до границ королевства. Но второй… обязан будет остаться в качестве моего пленника в этой пещере. И так, кто же это будет? Решайте скорее, я ведь могу и передумать…

этотакупороточтоянемогунайтиоправдания

Отредактировано Delsin Row (2013-12-09 14:33:57)

+1

6

Принцессы - это вам не цветы в оранжерее, говорил ей отец. Принцессы должны быть сильными, ведь, что бы ни говорили, в конечном счете, потеря королевы равносильна смерти короля.
Папа любил играть в шахматы.
Ассоль не была слабой. Север не любит слабых, они слишком хрупкие и недолговечные и не могут пережить здешних зим.
Но и героем она себя назвать не могла, как бы ни хотела. Равно как и убийцей. Судорожно вздохнув, она, тем не менее, не опустила клинка, пытаясь собраться с духом, и хныканье Прекрасного явно не располагало к этому.
- Героем, - поправила девушка, искренне веря своим словам, - Не чудовищем. К тому же, по законам королевства, за массовое убийство, тебя, так или иначе, полагается казнить, я лишь привожу приговор в действие, - без спроса, естественно. Здесь все действовало ей на нервы, и как же хотелось покончить со всем побыстрее. Девушка осторожно надавила на эфес и теперь завороженно наблюдала за струйкой крови. А потом увидела всю картину в целом.
И опустила меч, поджав губы и глядя куда-то в сторону, как-то забыв про тот факт, что дракон не преминет воспользоваться этим, чтобы напасть.
- Но прежде, чем мы продолжим, - тщательно фильтруя слова, отчеканила Ассоль, - оденься.
Она не слушала дальнейшие его речи, хотя вот, судя по выражению лица принца, они были не столь лестными, по крайней мере , для последнего. Монстр, похоже, любил говорить. Разглагольствовать. Размышлять вслух.
- По мне, так большинство из них банально умерли со скуки, пока слушали тебя, - бросила девушка, чувствуя, как уходит страх. Бояться дракона - нормально, но с какой стати испытывать страх перед человеком? Подсознательно, возможно, он никуда не делся, однако усмирить его она была в силах.
Она не хотела слушать этого странного человека, зато Прекрасный слушал за двоих и сейчас дергал ее за рукав, явно пытаясь что-то сказать. Ассоль нахмурилась, выслушав пересказ слов дракона из уст принца.
Соблазн оставить хныкающего неженку здесь был велик. Можно было сказать, что она попросту не успела и никто бы ей слова не сказал, но...было понятие долга. Она прекрасно осознавала, что, не вернись принц домой, империя объявит им войну и не пощадит никого, невзирая на обстоятельства пропажи наследника престола. Она крепко задумалась над предложением Дракона.
- Или мы можем поступить так, - наконец, выдала она, глядя в желтые глаза, - Ты отпускаешь обоих, а потом улетаешь в какое-нибудь другое королевство и там уже терроризируешь местных жителей. Есть еще вариант убить тебя и в любом случае вернуться целыми и невредимыми, но я верю, что ты - тварь разумная. Даже очень, - в довершение речи можно было потрепать дракона по голове, мол, хороший мальчик, возьми косточку, но Ассоль и так чувствовала, что обнаглела до невозможности.
Все испортил Прекрасный. Как всегда.
- Оставь ее себе, - этому вероломству она даже не удивилась, только глаза закатила. Августейшая особа неопределенного пола, тем временем, продолжала милостиво вещать благодарным слушателям, - Обо мне папа беспокоится больше, чем о тебе.
А вот это было наглостью. Принцесса смерила принца испепеляющим взглядом.

Тот факт, что он не носится за мной с серебряной ложкой, слюнявчиком и погремушкой, не значит, что он не переживает за меня, - подумала Ассоль, а вслух сказала, все еще пытаясь убить принца взглядом:
- Хорошо, - и демонстративно села на пол, обхватив руками коленки, - Прекрасно. Я остаюсь, доволен? - это уже адресовалось дракону. Словно никого в этой пещере, кроме нее, не было, девушка подняла с пола какую-то палку и принялась увлеченно вертеть ее в руках.
Потом оказалось, что палка - это кость и принцесса с выражением глубочайшего омерзения выронила оную из рук.
- А кормить ты меня тоже человечиной будешь? - поинтересовалась Ассоль, - Или до обеда я не доживу?

+1

7

За всю свою долгую жизнь дракон понял лишь одну вещь – если люди вобьют себе что-нибудь в голову, то исправить эту мысль может только  прямая лоботомия. Да и от не всегда срабатывает. Он смотрел на девушку тем самым взглядом, которым мать смотрит на ребенка, решившего  разукрасить стены и потолок красками, вроде бы он и старается делать хорошо, но и ремня за это дать бы не мешало.
- Герой? Рассказать тебе сказку про героя? – Впрочем, разрешения он спрашивать не собирался, скорее это был риторический вопрос. – Жил много лет назад один такой герой. Он был без памяти влюблен в принцессу. Принцесса была красива, изящна, у нее был прекрасный голос и не менее прекрасное лицо, волосы ее были словно золото, а глубокие синие глаза завораживали. Но принцесса была надменна и очень тщеславна. Ей хотелось, чтобы весь мир говорил о ее красоте, а те кто не говорил… те встречались с влюбленным в нее героем. Но девушке надоел ее поклонник, и она решила избавиться от него так, как посчитала правильным – она послала убить его самое жуткое чудовище, обитающее глубоко в пещере, от которого еще никто не уходил живым. Герой сломя голову помчался в логово чудища, обнажил меч и вызвал того на поединок… бой был долгим и трудным, но в итоге чудовище было свергнуто и упало под ноги герою,  истекая кровью. А кровь та, густая и вязкая, черная как гладь воды в полнолуние, потекла под ноги герою. Он взглянул на собственное отражение в этой крови и увидел все так, как оно было на самом деле. Он увидел никогда не любившую его  принцессу, его слепую щенячью преданность, над которой потешалось все королевство, он увидел скольких он убил, не  важно за что, важно что именно он лишил их жизни. И тогда герой закричал и крик этот превратился в дикий рев. Он стал расти, покрылся чешуей, а из-за спины взмахнули крылья. Он возненавидел род человеческий за его обман и ложь. В итоге, конечно, принцессу он получил, но не так как та ожидала, и не так как он представлял это себе ранее. Он прожил в этой пещере многие сотни лет, забывая всю свою прошлую жизнь, забывая даже собственное имя. Переставая быть человеком. Вот такая сказка…
Дракон замолчал, смотря в глаза принцессе, при этом отмечая, что меч она все так же не опускала и даже, похоже,  собиралась все же убить его. По всей видимости она действительно считала, что совершает правильный поступок, действуя по правилам и законам королевства, которое рождалось и угасала на его глазах, как и множество других до него. Он слишком долго прожил, чтобы  позволять себе такую незначительную вещь как осознание морали в обществе, которое есть сегодня. Одно уйдет – придет другое. Так было и будет всегда. А он… навсегда останется в этой пещере ее неизменным жителем.
- А что тебя смущает? - Он раскинул руки, смотря на то, как девушка старательно отводит взгляд от него. – Вы люди вечно придумываете какие-то формальности. Почему я не могу говорить с тобой так, как удобно мне. Я же не восклицаю по поводу острого меча в районе моего сердца, не так ли?
Хотя ему нравилось. Его действительно веселила реакция девушки и он вдруг подумал, что еще можно такого сделать, чтобы заставить ту покраснеть еще сильнее. Но и нахальства в ней было хоть отбавляй, как и дерзости. Давно уже никто так с ним не разговаривал – без дрожи в  голосе. Как  с маленьким ребенком, который начинает капризничать.
- Ты слишком многого требуешь, ничего не предлагая взамен, - коротко оповестил он об абсурдности предложения девушки, - к тому же, поживи с мое в гордом одиночестве, разговор самим с собой покажется тебе самым адекватным времяпрепровождением.
Он привык быть один, это было… комфортно. Никто его не трогал, никто его не тюкал, а внезапные гости долго не задерживались, либо убегали, либо, самые упертые из них, оказывались его обедом. Он слишком долго прожил в одиночестве и теперь даже эти двое казались для него сущей толпой и производили этот раздражающий вой, от которого волновалась такая огромная пещера. Но люди сами решили все свои проблемы и можно было бы увидеть, как недовольно кривит губы принцесса и как по детски счастлив принц.
- Будешь много препираться, действительно недоживешь, - пожал плечами дракон, обращаясь уже к принцу, - ты свободен, можешь идти на все четыре стороны.
Как, собственно, его монаршее величество уносило ноги из его места обитания, дракон уже не видел, его волновали другие думы. А именно то, что он, предлагая сделку, как-то не особенно задумывался о том, как, собственно, здесь жить человеку. Дракону было уютно и в темноте, лежа на золоте – это правда. Да и ляг он на камни ничего бы не поменялось. Холоднокровное существо с толстой чешуей не могло оценить удобства перин или недостаток каменных выступов.
- Идем, - он кивнул вглубь пещеры, приглашая идти за собой. Туда, где белым светом сияли грибы, освещая пространство и не давая права споткнуться, ведя все дальше, в природный зал, выстроенный самой природой и украшенный ей же. Туда, где тусклый свет падал на золото и создавал сияние. Дракон открыл один из сундуков, принявшись копаться в груде хлама, выуживая на свет что-то из одежды, что прошлый владелец сундука положил туда в качестве дани. Одежду он и правда не любил, но  все же заставил себя натянуть оную. Все же теперь он действительно не один.
- Если ты все еще хочешь есть, - коротко сказал он, подбирая несколько монет с земли, - то по этому тоннелю можно выйти в горную деревню, по другую сторону горы. Еда там, конечно, не королевская, но баранина у них сочная и откормленная. Уж я-то знаю…

Отредактировано Delsin Row (2013-12-11 13:43:37)

+1

8

По мнению Ассоль, умудренные опытом люди не должны много говорить. Многозначительное молчание подходило им куда больше, из чего девушка сделала разумный вывод: дракон этот, может, существо и старое, но мудростью веков явно не обремененное. Проводив презрительным взглядом бежавшего плакаться папочке Прекрасного, она фыркнула, одним-единственным звуком выразив свое отношение ко всему, что творилось в последнее время. Вообще принцессе был присущ пофигизм жвачного животного, взирающего на этот мир безмятежными глазами и при этом томно почавкивающего сеном. Поколениями в ее роду именно этот навык и отрабатывался, ведь король должен печься о нуждах верноподданных, следовательно, лишние переживания ему ни к чему. Ее не волновало ни замужество не по любви, ни, мягко говоря, шокирующее убранство пещеры, ни история, рассказанная драконом, ни даже она сама - разве что о близких и родных она переживала, порой слишком надоедливо и привязчиво.
Концентрация романтичности в этой конкретно взятой принцессе стремилась не то, что к нулю, а давно уже ушла в минус. Именно поэтому, хорошенько обмозговав драконью сказку, она флегматично подвигала бровями и, еще немного поразмыслив, выдала:
- Это наверное, моя прапрапрапрапрапрапрабабушка по линии тетиного мужа была. Та еще стерва, - доверительно сообщила она существу, по инерции ловя монету, и задумчиво добавила, - По крайней мере, мне так говорили.
Ассоль повертела золотой кружок в пальцах. На кой черт дракону золото, она не понимала еще когда он, по крайней мере в ее сознании, был существом мифическим. Что он может купить на это золото? Да и кто ему вообще что продаст, ведь он, на секундочку, дракон, здоровенный чешуйчатый монстр, страх и трепет перед которым укоренился в людях еще когда те висели на деревьях вниз головой и пытались сорвать особо крупный кокос. В конце концов, цепочка умозаключений закончилась единственно адекватным предположением о том, что все эти сокровища - не более, чем замануха, западня, устроенная жадным до желтого металла искателям приключений.
- И ты не боишься, что я сбегу? - принцесса перевела взгляд с монеты на одевшегося, - слава богам! - дракона, - Что вернусь с подмогой? Знаешь, мужики с вилами только с виду смешные, а как пырнут - поминай как звали, - глубокомысленно произнесла она.
Она думала о побеге. Ну разумеется, думала. Кто бы в ее ситуации не размышлял бы о возможности слинять из логова дракона, который рано или поздно тебя съест? И чем дольше думала, тем яснее понимала: ничего не получится, а если получится, монстр, чисто из принципа сожжет все ее небольшое королевство. Территория по объемам, конечно, жалкая, но там жили люди, которых она знала. В небольшом государстве несложно знать всех жителей если не по именам, то по лицам, к тому же, это ее обязанность как будущей королевы.
Ассоль закусила губу. Ничего не поделаешь, придется обустраиваться поудобнее, да и молчание становилось совсем уж гнетущим, словно одной из своих фраз она расстроила...его.
- Жаль, что так получилось...с той девушкой, - неловко пробормотала она, - С другой стороны, понял, что она тебя недостойна, верно? Как тебя зовут? - вдруг спросила принцесса, пристально взглянув на дракона.

блячтоэто

+1

9

Такое наплевательское отношение к его персоне жутко задевало его же собственное эго, что за времена пребывания чудовищем, коего все боялись, раздулось до неимоверного размера. На то он и был чудовищем, что его эгоцентризм был развит до небывалых высот. Всю свою жизнь в этой шкуре он заботился только о себе и своих прихотях, только о том, что хочется ему, не ведая таких слов как уступки или прочее проявление щедрости. Разве должно чудовище проявлять сострадание, разве обязано оно делиться чем бы то ни было. Даже если это ему и не особенно нужно. Золото приносили ему веками в качестве дани и желание задобрить грозное существо, дабы то не убивало и не разоряло селение. Какой-нибудь любопытствующий мог бы  откопать здесь много чего интересного, если бы дракон пустил его в свое убежище, но такой расклад был маловероятен.
- Ты слышала, что я сделал с небольшим отрядом, что вооруженный решил припереться сюда, - он посмотрел на принцессу, подняв одну бровь, словно спрашивая ту, умеет ли девушка вообще логически мыслить. – Если ты действительно имеешь хоть каплю сострадания к своим поданным то не пошлешь их на верную смерть, не так ли? Не подвергнешь опасности.
Угрожать он умел – одна из ярких черт его таланта разорителя деревень и убийцы. На самом деле если дракон нападал, то только на скот, а еще на тех, кто по глупости своей мешает ему есть, это правда. Но когда видишь, что огромное чудовище жрет твою корову, подумай дважды, прежде чем бежать напролом и тыкать в него вилами.
Следующая ее фраза заставила дракона измениться в лице.  Мимика человеческого тела все еще была неподконтрольна ему и порой он мог не замечать и сам, как меняются эмоции на лице в этом теле. Думать о том что было не хотелось, вспоминать еще сильнее. С одной стороны хотелось обратиться обратно в зверя и сожрать принцессу за то, что пробудила давно забытое, а с другой… было в этом и что-то приятное. Да и не виновата она в том, что он завел такие разговоры и поведал историю.
- Я не помню своего имени, - коротко сказал он, - чудовищам оно ни к чему, их и так прекрасно узнают и без имени. В историях о них рассказывают и без упоминания. Они безликое зло, которое должно быть побеждено. Кровь, пролитая только во благо. Ведь именно так и заканчиваются все истории, не так ли?
Он прекрасно знал сказки, ни были чуть ли не частью его самого. Проявлением его натуры, жестокой и кровавой. Он был не против такого – люди не лезли к нему, боялись и, что самое главное, уважали. Более ничего он не требовал и не хотел. Выстроив для себя удобный мир, в котором комфортно лишь ему и который, как ему начало казаться, начинает медленно рушиться.
- Так ты собираешься  идти и покупать себе еды или дождешься темноты, пока все голодные звери решат вылезти из своих укрытий? – Дракон скрестил руки на груди, провожая недовольную принцессу взглядом. Сам он никуда уходить не собирался, но и прекрасно понимал, что сама принцесса никуда от него не денется. Самоуверенность, которой до краев он был переполнен, была его верным спутником. И только когда звуки ее шагов стихли, дракон посмел сменить свое местоположение.
Он вновь обратился к своему золоту, измеряя шагами свои владения, осматривая  нагромождение драгоценностей, пока, наконец, не нашел то что искал – золотую диадему, слишком тонкую и узкую, чтобы быть приготовленной для короля.
- Ты так многое забрала у меня, включая человечность, - коротко произнес он, перебирая в пальцах грани диадемы, - но в итоге все мы получили по заслугам. Ведь получили, не так ли?

+1

10

- Нет, не слышала, - тут же среагировала принцесса, - и, по-моему, ты слишком много о себе мнишь. Может, у тебя комплексы какие?
Ассоль ни в коем случае не хотела обидеть дракона, тем самым ускорив свою смерть. Ссориться с ним было последним в списке возможных способов разогнать скуку. Просто девушка привыкла рубить правду-матку и потому, родись она мальчиком, ни за что не стала бы достойным правителем. У королей это было признаком дурного тона. У королев - шармом, отличающим отдельно взятую венценосную женщину от своих товарок, всех, как на подбор, жеманных и капризных. По крайней мере, так говорил ей отец. Он вообще много чего говорил, особенно когда принимал на грудь, а выпивал он всегда - по крайней мере, перед разговорами с дочерью точно, слишком неудобной чертой характера она обладала и слишком хорошо чувствовала ложь.
Вот и сейчас девушка поморщилась, выслушивая речь чудовища.
- Все ты помнишь, - зло огрызнулась она, - просто не хочешь вспоминать.
Боишься, только и всего, - Ассоль отвернулась от дракона. Страх - это нормально, лично она не видела в этом ничего зазорного, но было что-то неправильное в словосочетании "трусливый монстр". Что-то омерзительное. Настолько, что ей не хотелось больше смотреть на дракона. Никогда.
И на его грубое напоминание о провизии она откликнулась как на удобный повод как можно дольше не пересекаться с драконом и молча вышла на свежий воздух, слегка ежась от вечерней прохлады. Она даже сейчас чувствовала на себе его взгляд - злой, внимательный, подозрительный. Девушку передернуло.
Деревня простиралась прямо перед ней и принцесса прекрасно понимала, что по ее неприметной, почти мальчишечьей одежде в ней не признают особу королевских кровей, и вести себя по-королевски совсем не обязательно. Ассоль ненавидела театр, но сейчас должна была перевоплотиться в простолюдинку и, что важнее, не имела права завалить свою роль, первую и, она надеялась, последнюю. Она шла в толпе, низко опустив голову, открывая рот лишь тогда, когда нужно было сказать торговцу, что ей нужно. Не смотрела по сторонам и в местный трактир ей хватило ума не соваться. Неподалеку виднелись остроконечные башенки замка и принцессе стоило недюжинных усилий не смотреть на близкий, но в то же время неимоверно далекий дом. Равно как и сопротивляться водовороту бушующей вокруг деревенской жизни, но потерять счет времени Ассоль все же умудрилась и опомнилась, лишь осознав, что время близится не то, что к вечеру, а к ночи. Девушка заспешила домой, не оглядываясь на сгущающиеся тени и, возможно зря. Она слышала лишь ветер, гулявший по округе, а тяжелое дыхание и мягкую поступь за спиной не разобрала. Ей стоило ускорить шаг, но все вокруг казалось ей слишком безопасным и безвредным, чтобы чересчур осторожничать или нестись во весь опор, да и пещера дракона была не тем местом, куда стоит спешить.
Ассоль росла, уверенная в том, что ни один человек и пальцем не посмеет ее коснуться без серьезных последствий. Год от года ей внушали, что она - будущая королева и любое сказанное ей слово тотчас будет исполнено.
Сейчас, слишком поздно осознав, что стоило прибавить шагу или, резко развернувшись, огреть преследователя мечом (если он, конечно, один), принцесса начала понимать, что, по сути, единственное, что отличало ее от прочих молоденьких девушек - диадема на голове, с которой ей посчастливилось родиться.
А в данный момент она была напрочь лишена этого преимущества.
Поступь невидимого недоброжелателя была, действительно, мягкой, но тяжелой. Скорее всего, это был мужчина.
Принцессе не должно быть страшно, но сейчас Ассоль принцессой не являлась и, наверное, впервые в жизни, испугалась. За себя, за свою жизнь, за свою честь - неважно. Она была лишь юной девушкой и имела полное право бояться.

+1

11

Как и любое существо, прожившее в этом мире много и много лет,  дракон не знал счета времени. Для него года могли проходить за секунду, в тоже время один день мог длиться нескончаемо долго. Все зависело от инстинктов, от силы его потребностей и прочих факторов.
Порой, лицезрев что-то, он мог забыться и выпасть из мира. Он мог углубиться в собственные мысли, разговаривая сам с собой, погружаясь в воспоминания от которых не было абсолютно никакого толку, только лишь очередной приступ боли где-то в области груди, от которого никогда нельзя было избавиться.
Но даже  такой как он мог замечаться некоторые изменения. Например то, что уже давно начало темнеть, а его пленница все никак не возвращалось. Неужели она была настолько эгоистична, что поставила собственное благополучие и нежелание обитать в неуютном месте выше блага собственного народа. Этим она кого-то напоминала, кого-то причинившего боль и внутри дракона закипали ярость и негодование.
Но все же закрадывались и сомнения, какие-то непонятные и незнакомые ему самому. Они заставили его выйти из пещеры, идя вниз по тропе собственными ногами, а не как обычно, преодолевая расстояние всего парой взмахов крыльями, но так, как он давно уже не путешествовал – пешком. И признаться такой вид перемещения был крайне неудобным, угол обзора был до безобразия маленьким и нельзя было угадать, что ждет тебя за поворотом – пустота ночного леса или сбежавшая принцесса, что в данный момент была преследуемая кем-то, чьих лиц он не особенно разбирал в темноте, зато прекрасно почувствовал их ну слишком горький запах, от которого защекотало в носу.
Тут стоит сказать, что характер дракона был более чем эгоцентричен и он не любил, когда кто-то смел трогать то, что принадлежит ему, будь то абсолютно ненужное золото или же принцесса, которую он шантажом привязал к себе. Возможно именно это, а может и что-то другое, чего он до сих пор не хотел сам в себе признавать, заставило  огню в груди заклокотать. Всего минута потребовалась для того, чтобы на месте, где стоял человек, вновь появилось чешуйчатое чудище, расправляющее крылья и издающее такой рык, от которого содрогнулись верхушки деревьев. Всего минута потребовалась для того, чтобы одним прыжком наброситься на человека в темноте и, схватив в пасть, отбросить куда-то в сторону деревьев. Еще меньше потребовалось, чтобы обратить в бегство всех, кто еще эту самую минуту назад считал себя безнаказанным. Еще одна минута, что бы вновь вместо лап лицезреть у себя руки, пусть и сохраняющие черты зверя, все же человеческие.
Он обводил глазами пространство, высматривая знакомый силуэт и, подходя к принцессе, осторожно прикасаясь к плечам, привлекая к себе внимание.
- Как ты? – Он взглянул на девушку, отмечая, что физически она в порядке, но люди так любят создавать себе травмы душевные, от которых так сложно избавляться. Следовало бы  сказать ей, что не стоило  задерживаться там надолго, что она сама виновата в своей неосмотрительности, но остатки чувства такта не давали этого сделать. Да и на данный момент не особенно хотелось ругаться с и так напуганной девушкой. Он не впервые видел страх, но впервые боялись не его, а кого-то другого. Другой участи.
- Идем, сделаем так, чтобы последующая дорога была без приключений. – Рук он не убирал, ведя принцессу за собой, весь свой путь проводя в молчании. Он так часто думал, что будь собеседник, он бы всегда нашел с ним темы для разговора, но когда такой оказался рядом, всякое слово выветрилось из головы.
- Ты права, - вдруг произнес он, уже на подходе к пещере, - я действительно не хочу вспоминать свое имя. Оно принадлежало человеку, верящему в слепые идеалы. Монстру же оно ни к чему, и без него о нем прекрасно все знают. Занятно… будь героем, соверши сотню подвигов, но о тебе будут говорить лишь десятки, а вот пролети над шпилем башни и о тебе заговорят абсолютно все. Спокойной ночи, принцесса.
Дракон  разжал  руки, оставляя девушку одну, возвращаясь к своим сокровищам, что были и будут у него всегда, до самого последнего вздоха. Ему вдруг подумалось, что не стоит засыпать в присутствии монаршей особы хотя бы из опасения, что та зарубит его во сне.  Но что-то ему подсказывало, что такая слишком правильная и следующая долгу принцесса не станет делать то, что обычно делают убийцы и наемники. Да и спать ему сейчас не особенно хотелось, оставалось лишь только смотреть на богатства что никогда и никому не достанутся. Пусть лучше они сгниют в этой пещере, чем достанутся алчным людям.

всеяушелспать Х_х

+1

12

Пожалуй, впервые за время своего существования как личности в целом и принцессы в частности, Ассоль повела себя, как поступила бы любая (ну, или почти любая) девушка в подобной ситуации: села на землю и расплакалась, то ли от страха, то ли от облегчения, что все закончилось, то ли просто захотелось - сама не понимала, да и наплевать.
- Жить буду, - всхлипнула девушка, и не думая подниматься на ноги. Ей тут нравилось. Тут было спокойно, пусть и немного грязно - вытерев лицо грязной рукой, она и не заметила, как под носом расцветают пышные темно-коричневые усы, которым позавидовал бы любой уважающий себя рыцарь, но, опять же, какая разница? Кто ее здесь видит? Дракона за "кого-то" она не считала, хотя тот, надо признать, в очередной раз удивил ее, придя на помощь в трудную минуту. Более того - сделав это не в чем мать родила. Ассоль еще раз шмыгнула носом, уже с благодарностью.
Хотя с прикосновениями уже перебор. Но шут его знает, это чудовище, может, ему так удобнее идти по темному лесу. Так или иначе, принцесса не особо сопротивлялась, всю дорогу до логова шумно всхлипывая и размазывая слезы по щекам, добавляя последние штрихи к образу странствующего рыцаря, который цирюльни не видел год как минимум. Она даже пререкаться не могла, лишь изредка открывая рот и снова его захлопывая, ведь сказать-то было нечего, кроме как "спасибо".
Уже в пещере, глядя заплаканными глазами на темное пятно, которое, предположительно, являлось драконом, она немного да позволила себе отреагировать на происходящее.
- Определись уже, человек ты или монстр, - буркнула Ассоль, закрывая глаза и сворачиваясь калачиком под импровизированным одеялом. Умыться она всегда успеет, а спать ей хотелось прямо сейчас. Возможно ее не слушали - или не хотели слушать, однако она подумает об этом завтра, бодрая, сытая и полная сил для новых свершений, и завтра же примет меры по вдалбливанию в голову этого дракона, что люди - это не только потенциальная еда, которая, к тому же, сама в пасть бежит, у них еще и право голоса есть. Как минимум последнего слова. Уже погружаясь в сон, девушка подумала, что не успела сказать еще чего-то, очень важного.
- Спасибо, - чуть ли не шепотом проворчала Ассоль и провалилась в сновидения, где по небу летали стаи Прекрасных и пищали свои заграничные песенки душераздирающим фальцетом, а дракон почему-то сидел на белом коне и наслаждался жизнью, отстреливая принцев из арбалета. Иногда из леса появлялись веселые разбойники и заводили похабную песню про ежика, которую сама принцесса слышала один-единственный раз в жизни, но этого, видимо, хватило на всю жизнь.
И все эти личности вне зависимости от молодости, степени облысения и социального статуса, носили усы.
По крайней мере, что-то, очень на них похожее.

+1

13

Как и любой дракон он обладал удивительной особенностью,  он мог  не спать  месяцами, порой, даже годами, при этом же дремать столетиями, если он того захочет. Если его ранят или же просто нанесут травму, стоит только уйти в самую темную даль пещеру и, свернувшись, забыться столетним сном, по прошествии которого все измениться. Сон может быть и дольше, он может быть прекраснее реальности, такой, каким его захочет видеть он сам. Может именно по этому он уже так давно не видел своих собратьев – они все погрузились в прекрасный сон, поменяв его на жестокую реальность. Возможно, ему бы и тоже пора сделать нечто подобное, забыться сном в котором все прекрасно и не хочется уходить. Но что-то ему подсказывало, что это далеко не выход из сложившейся ситуации и надо пребывать в этом мире и далее, покуда… он и сам не знает что. Что-то должно произойти.
А ему остается только безучастно смотреть в единую точку, размышляя о чем-то далеком и необъятном, при этом прислушиваясь как где-то вдалеке сопит о сне принцесса.


Щебетание птиц пробивается даже сюда. Пернатые создание врываются в его пещеру и строят тут свои гнезда, прекрасно осознавая, что сам дракон их не тронет, а вот хищников, которые могут покуситься на гнезда, вполне так. Сколько уже поколений этих созданий тут вили гнезда он не знал, знал только, что с их приходом начиналась весна. А это значит жаркие дни, слишком живой и активный лес и люди, любящие в этих лесах праздновать свои праздники, жгущие костры до утра и распевающие свои песни.
Дракон был похож на этакого старого деда, что ненавидел когда дети шумят под его окнами. Звуки музыки его раздражали, точно так же как и шум голосов тех, кто был хоть и далеко, прекрасно были им слышимы из-за чуткого слуха.
Хотя в форме человека слух был не так остер, но даже в таком  состоянии он мог услышать, как где-то на поляне уже собираются люди, дабы отпраздновать приход теплых времен, сжиганием чучела и прыганьем через костер.
- Ты бы умылась, - коротко кинул дракон, накидывая на себя рубашку, ту самую, которая казалась ему такой неудобной, как и любая человеческая одежда. – Ты выглядишь так, словно я над тобой издеваюсь и морю голодом. Вон, там кто-то оставил сундук с одеждой, можешь взять что-то себе, вместо того… что на тебе сейчас.
Он не был щепетилен к своим сокровищам, но и другим их тоже трогать не позволял. Принцессе разве что сделал исключение и то из чистого благоразумия, ибо видеть перед собой неухоженную и достаточно грязную на вид девушку не очень-то и хотелось. На то он и похищал принцесс, что те были достаточно опрятны и не любили грязь.
- И все же, до сих пор не могу взять в голову, неужели то, что я случайно принял за тебя сейчас и есть идеал Прекрасного принца? – Дракон тряхнул головой, отводя от себя наваждение в виде милого на вид и слишком нежного принца, который полностью отличался от того, что он видел и с кем сражался ранее в свои года. – То есть… вам девушкам действительно нравится, когда  ваш избранник на вид как барышня и пахнет так, словно искупался в бочке с благовонным маслом?
Не то чтобы ему было действительно важно это знать, простой интерес мешал ему сосредоточиться на более важных вещах, например на… на чем-нибудь другом. На раздражающих звуках в пределах его пещеры, например.

+1

14

Мысли с утра пораньше всегда находятся в состоянии спутанном, если не отсутствующем. Неудивительно, учитывая тот сюрреализм, который обычно видится во сне и который так сложно потом сопоставить с реальностью, особенно если реальность эта еще более невнятная и фантастическая. Ассоль едва заслышала пение безымянных пташек, как ее мозг уже принялся лихорадочно раскладывать по полочкам все увиденное и услышанное, тщетно пытаясь сообразить, что из происшедшего - правда, а что - порождение нездоровой фантазии испуганного и измученного обилием событий человека. Рациональная частичка в принцессе вовсю сопротивлялась тому факту, что она действительно находится в одной пещере с драконом, но холодный камень под щекой и характерный запах горелого говорили об обратном. Заслышав мужской голос, слишком малознакомый и грубый, чтобы принадлежать одному из слуг, Ассоль мигом принялас вертикальное положение и тут же ударилась головой о потолок пещеры.
- Ай! - ответила девушка на предложение дракона. На сей раз у того хватило ума не шокировать принцессу наготой и одеться более-менее прилично, чего нельзя было сказать о самой Ассоль. Рубаха перепачкалась в земле и в нескольких местах была порвана, а, проведя рукой по волосам, девушка и вовсе решила, что там ночевала стая ворон. Все еще держась за голову, девушка поморщилась, проанализировав вопрос.
- Все лучше, чем если бы он был крылатой ящерицей необъятных размеров, - съязвила она, по шажочку преодолевая сложный путь к выходу, где надеялась найти скрытый от чужих глаз относительно чистый водоем, коли ванну налить в здешних условиях было нельзя, - со скверным характером, к тому же. Не знаю, - наконец, сжалилась она над существом, которое вроде как добровольно обрекло себя на сожительство с Ассоль, - меня как-то не спрашивали, что считается эталоном мужской красоты ни до того, как сосватали к принцу, ни после. Возможно там, откуда он родом, такая внешность считается...идеальной, - пожала плечами принцесса, выйдя-таки на солнечный свет и с наслаждением потянулась, разминаясь перед тяжелым днем. То, что легким он не будет, она подозревала хотя бы из-за ситуации, в которой оказалась.
- Хотя, знаешь, я была бы удивлена, обнаружив народ, в котором ценится умение как следует капать на мозги и ныть без остановки, - добавила девушка, - Не подскажешь, где здесь можно вымыться?
В идеале хотелось, конечно, узнать, какая у них сегодня программа, но Ассоль здраво рассудила, что все лучше делать по очереди, а не вываливать весь здоровенный мешок накопившихся вопросов на голову несчастного дракона сразу.
По закону он, конечно, обязан ответить монаршей особе, но из того, что узнала о драконах девушка, плевать этот субъект хотел на законы, более того - следовал лишь самим собой установленным правилам. Не то, чтобы принцесса отказывалась от попыток надоесть ему или разозлить дракона, просто теперь она отдавала себе отчет, что надавить на мужчину без последствий не получится.
Разве что можно отбежать подальше, прежде чем тот среагирует.

Отредактировано Assole Bailey (2014-05-21 21:50:28)

+1

15

У Дракона было на удивление гадкое настроение с самого утра. Словно кто-то очень хорошо знакомый с ним напомнил каждый косяк и хорошенечко посмеялся над ним, после чего, разбив что-то очень дорогое и обвинив в этом его самого ушел хлопнув воображаемой, но громкой дверью. В общем не такое,  когда хочется бегать по полю и собирать цветы. Скорее полностью противоположное, когда хочется схватить какого-нибудь рыцаря и перекусить этими ходячими шпротами.
Он внимательно посмотрел на похищенную принцессу. Интересно, когда они из нежных и милых барышень успели перекочевать в личностей, от манер которых самая последняя селянка вякнется в обморок? Впрочем узнавать ему не хотелось. И вообще было ощущение, что пора завязывать со всеми этими похищениями, да и вообще со всем этим.
Никто не знает, какого это – быть последним. Смотреть на мир и понимать, что в нем остался только ты один, а все остальные готовы только на то, чтобы пронзить тебя вилами. Быть ненавидимым за одно существование и отвечать такой же ненавистью в ответ. Он не имел жалости к людям – они глупы, мелочны и жадны до золота. Каждый из них жаждет его золота, славы от его поражения. В общем хотят использовать как вещь, коей он не является.
- Ручей у входа, смотри на этот раз не прогляди. – Съязвил он на реплику его новой сожительницы. - Ах да, запланированный пару десятков лет назад брак. – Проговорил дракон, кивая в ответ. – Помню, пару сотен лет назад, я точно так же унес с венчания одну принцессу, но  вместо того, чтобы умереть от сердечного приступа она кинулась мне на шею. Оказывается ее хотели обвенчать с каким-то дико противным уродом, от брака с которым я ее собственно и спас.
Дракон рассмеялся собственным воспоминаниям, которые пронзили его сознания. Он помнил, что ему было весело от подобного, что принцесса была довольно мила и что была жутко благодарна ему, чего не случалось много сотен лет. Она и не сопротивлялась ему особо. Она вообще не отказывала ему ни в чем и не упиралась. И потому, когда попросила уйти, он отпустил ее. Что случилось с ней после Дракон не ведал, но что-то подсказывало, что жизнь она прожила лучше той, которой ее хотели обеспечить родители. Для всего королевства он в очередной раз подтвердил свой статус душегуба и убийцы, но что поделать. По крайне мере хотя бы в тот раз все окончилось хорошо хотя бы для одного человека.  Пусть и не для него.
- Как будто я хотел быть монстром, - недовольно буркнул Дракон в ответ на шпильку принцессы. – Все только и знают, как строить планы по моему убийству и завладению моего золота. И никто из них никогда не хотел проявить сострадания к существу, непохожему на них. Никогда не спрашивал, можно ли из зверя вновь стать человеком. Приходили, чтобы забрать своих принцесс и свою слепую славу. Они все были эгоистами и мне оставалось только перенять эту черту, чтобы выжить в этом мире.
Быть жестоким к жестоким. Быть безжалостным к безжалостным. Не жалеть тех, кто не хотел жалеть тебя. Быть агрессивным в ответ на агрессию и эгоцентричным в ответ на слепую уверенность в превосходстве каждого. Сколько таких – смелых и уверенных в собственной несокрушимости, сияющих орденами и шрамами славных битв, вставали у входа в пещеру. Готовые сокрушить дракона и настолько уверенные в победе, что абсолютно не осознавали, что сказки пишут только о тех, кто выжил. Только дракон успел подумать об этом, как где-то у входа раздался лязг металла.
- Выходи на битву чудовище! – Раздалось раскатистым эхом по пещере. – Отдавай то, что ты забрал именем меня! Меня – рыцаря из не таких уж далеких земель, услышавшего призыв о помощи бедных людей, которых ты терроризуешь, похищаешь! Выходи и отведай моего клинка!
- Не ори – тут все-равно открыто. – Выкрикнул дракон своим человеческим голосом и с удовольствием отметил, что от звериного его он не особенно отличается, что несказанно порадовало зверя. Свой раскатистый голос, пугающий одним лишь звучанием, он все же любил.
- Э… а где дракон? – Зашедшего в пещеру война осветили флуоресцентные грибы, открывая его покрытое шрамами лицо и тяжелый молот, больше похожий на кусок скалы, вырванный откуда-то поблизости. Дракон прикинул, что прими он сейчас форму зверя, то первым делом получит по голове этим предметом, что будет хоть и не смертельно, но довольно неприятно. И в какой-то момент его посетила мысль, а не покончить ли со всем этим – сказать рыцарю, что вот перед тобой, последний дракон, убийца и прочие бла-бла-бла. Убей его и навеки покончи с эрой волшебства и чудных зверей. Покончи с тем, что длилось века. Дракон хитро взглянул на принцессу и в ухмылке мелькнули острые зубы.
- А он вышел, - спокойно ответил Дракон, не меняя своего положения, - скоро вернется. Можешь пока его подождать.
- О, спасибо, - рыцарь бухнулся  на камень рядом с ним, тяжело выдыхая, - задрался, пока на эту гору во всем этом поднимался. Видите ли похитил он тут давеча какого-то принца. На кой ему принц, хрен разберет. Может он из этих… ну вы меня поняли, да. Так принц сутки назад вернулся, говорят, визжал так, что все витражи в замке полопались. Собрал свои шмотки и укатил обратно к себе. А еще рассказал, как дракон принцессу тутошнюю пришиб. Так король быстро организовал за него награду. Ну а я чо. В деревне на прошлый мясоед взял быка за рога так и перевернул его, во. Подумал так и решил – чо это всю жизнь в подмастерьях у кузнеца сидеть. Героем буду. Ну а… вы тож герои, его ждете что ли?
Дракон внимательно взглянул на принцессу и ухмылка его стала еще шире. Впрочем сидящий рядом герой не особо так увлечен лицом его собеседника, иначе бы давно заметил как желтые глаза, так и остатки чешуи на лице. Но герой, явно из деревенских, небольшого склада ума, продолжал свою открытую и простую беседу, к которой привык у себя в селе.

+1

16

Возможно, жить в пещере дракона было не такой плохой перспективой по сравнению с нежеланным замужеством. По крайней мере, здесь она обладала большей свободой передвижений, нежели в замке: Ассоль, единственного ребенка короля, берегли как зеницу ока, и один-единственный чих девушки мог закончиться неделей постельного режима, закрытыми окнами и толпе горничных у кровати больной. И дело не в том, что принцесса была растением оранжерейным, скорее наоборот: просто после смерти матери отец, ратующий за свежий воздух и возможность хорошенько размяться всегда и везде, стал несколько внимательнее относиться к своей единственной дочери. Да что уж внимательнее - с параноидальной дотошностью отслеживал каждый ее шаг и чудо, что Ассоль вообще удалось вырваться из отчего дома и ускользнуть от всевидящего ока короля. Здесь же она с легкостью могла сбежать, наверное - если бы не боялась за свой народ, равно как и перспективе быть сожженной заживо взбешенным зверем.
- Если бы он был запланирован пару десятков лет назад, - возразила принцесса, беспардонно перебивая дракона с его разговорами о каких-то худосочных принцессах, - я бы не так его ненавидела. Было бы время подготовиться и смириться. Просто отец в кои-то веки послушался советников и принял-таки решение заключить политический брак.
Только вот я тебе на шею кидаться не собираюсь, - Ассоль поджала губы, отмывая шею от засохшей корки из пыли и грязи, оставшихся со вчерашнего вечера. Случившееся было, несомненно, поводом взглянуть на дракона по-новому, но спросонья много не наглядишь.
- Отвернись или отойди. Лучше и то, и другое, - твердо попросила-полуприказала Ассоль, - мне нужно переодеться.
Ей бы углубиться в пещеру, но было лень, да и солнышко грело слишком ласково, чтобы променять его тепло на прохладный мрак драконова логова. Да и вода освежала неимоверно, даже находясь рядом с ручьем, принцесса чувствовала, как просыпается - не из-под палки, без понуканий и ласковых пинков: еще до смерти королевы отец очень любил вытаскивать дочь из одеяла ни свет ни заря - и отправлялся кататься по округе вместе с ребенком.
Она не возражала.
Из невеселых дум ее вырвал боевой клич одного из бравых рыцарей, бесконечных, как человеческая глупость. Ассоль аж поморщилась - так громко он сообщал чудовищу, что собирается убить того. Да и, к тому же, долго - достаточно долго, чтобы дракон за это время успел свалить за тридевять земель и оттуда подпалить нарушителю спокойствия доспехи. Поморщившись, она повертела мизинцем в ухе и недовольно посмотрела на рыцаря. Тот был ничего. Вроде как.
Если не учитывать, что элем от него разило как будто он только что из пивной, что веселые словечки, как называла ругань одна из впечатлительных горничных в замке, вставлял через слово-два. Да и что меча он в руках отродясь не держал - разве что дубину.Но вид был бравый, да и байки рассказывать рыцарь этот был мастак. Принцесса аж присела на камень, слушая ту ересь, которую принц скормил народу.
От неожиданного вопроса она аж поперхнулась водой, которую еле успела пригубить.
- Мы? - охрипшим голосом спросила она, взглядом ища поддержки у дракона, - Да, конечно. Ждем вот. Так ведь, - она замялась. Ассоль не знала, как обратиться к дракону: обзовешь человекоподобной ящерицей, рыцарь что заподозрит и крышка наступит всем; назовешь "ты" - может обидеться уже сам дракон и исход мог быть тем же. Принцесса решила сыграть на элементе неожиданности, - милый?
Бывший подмастерье пристально изучил дракона и принцессу и, видимо, решив, что эти двое - ему не конкуренты, понимающе хмыкнул.
- Острых ощущений ищете? Я слышал, в деревне клуб такой есть. Кройки и шитья называется. Вы там часом не состоите?
- Да как-то не особо, - пожала плечами Ассоль, подумав, что куда уж острее ощущения, - да и о клубе мы не слышали. Вольные стрелки, так сказать.
Будь человеком, - мысленно взмолилась она, глядя на желтоглазого.
Ей совсем не хотелось наблюдать за процессом жарки в полевых условиях.

+1

17

И что его чешуйчатую душу постоянно дергают. Как будто кому-то, кроме него, есть дело до происходящего. Да не затронь эти похищения горы золота, никто бы и пальцем не пошевелил в сторону похищенных. А так нет – бегают, суетятся, что-то пытаются урвать в надежде обогатиться на чей-то чужой крови. И пусть даже с мозгами у них бывает туговато, вот как у этого парнишки, что желает даже не принцессу спасти, а для себя славу урвать, стать избранным, спасителем, прочие радости. Думает, что стоит ему одно чудовище убить и все, тут же его жизнь изменится.
А ничего она не изменится, только все твои демоны наружу выползут. И повезло этому деревенскому парню, что он небольшого склада ума и все его грехи заканчиваются тем, что он старосте деревни под дверь насрал, не иначе.
Ну а самому дракону оставалось лишь только подавлять воспоминания, те самые, из-за которых он так много страдал. Те самые, из-за которых ему было еще гаже, чем есть на самом деле. И хоть все это было так давно, боль в груди не утихала даже сейчас и острыми иглами впивалась при упоминании о происходящем.
Хотя вот сама принцесса довольно таки бодро общалась с этим помощником кузнеца, толи видела в нем действительно возможный вариант своего спасения, толи просто сказывалась вежливость обычного человека. Так или иначе, остатки слов, долетевшие от принцессы, заставили дракона резко измениться в мимике.
- Несомненно… дорогая. – Подтвердил он ей, стараясь спрятать улыбку, состоящую из ряда острых зубов, впрочем их новый гость не особенно так обращал на это внимание и вещал на своей волне, словно не осознавая, что тут что-то не так. Истории его были просты до одури – он пересказал всю свою жизнь минуты за три и пошел проходиться по костям своих односельчан. Конечно, порой было весело послушать подобное, но в конце умопомрачительной истории недопекшегося героя, дракону захотелось все же обратиться в чудовище и сожрать того, лишь бы заткнулся.
- Все же не понимаю, где дракон? – Бравый воин  встал со своего камня, растирая спину. – От старости что ли сдох, не иначе. Я вот одного не понимаю, говорят старая ящерица таскал золото – это ясно, но на кой черт ему сдались девушки. Не ради же еды только волок к себе красавиц? Чо думаешь, тощий?
Дракон приподнял одну бровь,  не сдвинувшись со своего места. Этот человек, конечно, веселил его, но были темы, затрагивать которые лучше не надо. Например не надо затрагивать тему одиночества у существа, для которого это было самым важным.
- Дракону тоже нужно общение, - пожал он плечами, словно и не притворяясь вовсе человеком, хотя, даже в лоб скажи, что он и есть эта старая ящерица, герой только у виска покрутит. Перестали люди верить в магию. – Ему тоже нужно с кем-то говорить. Ему тоже хочется, чтобы кто-то обнимал его по ночам и говорил ему вникуда летящие бессмысленные фразы. Скажем так… не только героям хочется, чтобы его полюбила принцесса.
- А ты что – знаток что ли? – Впервые за столь долгий промежуток времени в глазах героя мелькнуло сомнение, которое моментально отразилось во всей его позе. Он, наконец, пригляделся к сидящему в темноте внимательнее, чем оно ого стоило.
- Знаток по драконам, - кивнул он, вновь улыбаясь, - самый лучший в своем роде. Можно сказать, я могу влезть в шкуру животного, чтобы понять его.
Впервые за все то время, что он был тут, герой проводил активную работу головного мозга, что полностью выражалось на его лице, которое кривлялось даже в полумраке пещеры. В этом же полумраке можно было разглядеть насколько сильно растянулись губы в ухмылке у дракона. Откуда-то издалека послышались крики – это местные шли на ближайшую поляну праздновать один из своих многочисленных праздников. На секунду герой повернул голову в сторону выхода, прислушиваясь к крикам. По всей видимости смех и веселье были ему куда как ближе, чем схватки с драконами.
- Скучно тут с вами, - констатировал вдруг герой, вставая со своего места, - пойду я. Никуда эта ящерица от меня не денется.
С этими словами он вышел из пещеры, размахивая дубинкой как хворостинкой вокруг своей оси, насвистывая себе под нос какой-то старый мотив. Впервые за время появления нового участника действия, дракон встал со своего места, рассматривая оставленные незваным гостем следы.
- Милый, значит? – Хохотнул он, хитро всматриваясь в принцессу. – С чего бы это такая резкая смена? Я все сидел и удивлялся, когда же ты крикнешь ему, что я и есть тот самый дракон и чтобы он освободил тебя. Что изменилось, принцесса?

+1

18

Иногда быть девушкой очень даже удобно, особенно в глазах таких, как незваный гость, который, получив ответы, теперь обращал на Ассоль примерно столько же внимания, как не деталь пещерного интерьера, предпочитая говорить с мужчиной. Принцесса расслабилась и присела на камень, тем не менее, внимательно следя за ходом беседы: никогда не знаешь, в какое русло может зайти разговор с драконом, особенно, если вы пришли его убивать.
Дракон, кажется, наслаждался происходящим, но не видел в детине с дубиной угрозы себе и своим владениям. Этот деревенский паренек не узнал в девушке принцессу и не видел причин вступать в битву с таким же искателем приключений, как и он. Одним словом, он демонстрировал исключительное простодушие и наивность.
Принцесса слабо улыбнулась ему на прощание. Этот случайный визит заставил ее задуматься, а что будет, если следующим придет не крестьянин с вилами, а экипированный по всем правилам рыцарь из личной охраны короля, не только знающий в лицо Ассоль, но и достаточно сообразительный, чтобы не вестись на обманчивый внешний вид дракона. Хотя нет, какое тут если - когда, ведь она королевская дочь, а ее жених наверняка уже рассказал, что принцесса в плену у дракона. Скорее всего, еще и понасочинял с три короба, с него станется. Девушка поморщилась, услышав ехидные нотки в вопросе и, прищурившись, взглянула на мужчину.
- Ты бы его убил на раз-два, - ответила принцесса, - А так он жив, здоров и ищет тебя в другом месте, наверняка и остальным сказал, что здесь дракона нет, более того - конкуренты шныряют. Тебя что-то не устраивает? Да и меня ты пока не собираешься убивать, но если я попробую сбежать - сожжешь мою страну подчистую, так есть ли смысл обрекать невинного человека на смерть? - она пожала плечами, словно отвечая на свой вопрос.
Причин можно было найти кучу, если так подумать. У нее болит нога, ей лень, да и дома ничего хорошего не ждет. Она не хотела замуж, не хотела дарить королевству наследника и уж тем более не хотела остаток дней своих провести в замке и его окрестностях. Ассоль подозревала, что рано или поздно такие мысли приходят в голову всем принцессам и не могла ничего с ними поделать - хочется подебоширить и набедокурить.
Но был долг, о важности которого ей твердили денно и нощно. Была свадьба-союз государств, без которой небольшая страна, окруженная одними лишь врагами, не могла долго протянуть: небольшой кусочек земли, на котором, по иронии судьбы, расположилось ее королевство, был пропитан древней магией (с которой мало кто хотел связываться, но все же), неудивительно, что остальные то и дело пытались на него покуситься. Были будущие родственники по линии мужа, которые решили посватать сына к принцессе только потому, что не хотели затраты средств на кровопролитную войну.
А теперь, когда Ассоль сгинула в когтях дракона, захват королевства был вопросом времени и желания - разумеется, если ее не найдут как можно скорее. Девушке не нравился ни один из вариантов, и дракон оказался на ее пути как нельзя кстати, однако ее чуть ли не с пеленок приучали ставить интересы государства превыше собственных. Этого она игнорировать не могла.
- Ты спросил, что изменилось? - сжав руки, в кулаки, она посмотрела на дракона, - Все. Зачем ты вообще появился на этой свадьбе? Нет других королевств, других принцесс? Целый мир у твоих ног - похищай кого хочешь, никто слова не скажет. Но ты решил залететь именно туда и это изменило все. Не для тебя, конечно, - с ехидцей в голосе заметила принцесса, - что история для такого долгожителя, как ты? Но теперь принц наверняка рассказал, что случилось, возможно, присочинил. А, должна заметить, его родители вполне могут расценить это как бегство и отказ выполнять обязательства, - девушка поднялась на ноги и, отряхнув платье, выпрямилась, - Твое появление дало им повод развязать войну. Надеюсь, ты это понимаешь.
Она могла бы устроить истерику, но не видела смысла. Слова ее, каким бы спокойным тоном ни были произнесены, показались принцессе слишком резкими, да и вина дракона в том, что могло начаться, преувеличена.
- Возможно, я в чем-то неправа, но результаты все равно будут именно такими, - извиняться она все равно не стала, - Но тебе не об этом стоит беспокоиться, ведь правда? - издевательские нотки как по мановению волшебной палочки вернулись в ее голос, - Меня ищут, и ты об этом знаешь. Стоит ли добыча таких беспокойств, дракон?

челодлань

Отредактировано Assole Bailey (2014-02-10 17:39:52)

+1

19

Дракон внимательно слушал как удалялся от его места обитания так и не состоявшийся герой, его чуткий слух улавливал колебания земли, вой ветра, проносящийся мимо его пещеры, вкупе со звуками леса, наполненным волнением. Вся земля содрогалась с тех самых пор как сюда пришли люди – разрушители собственного мира. Они использовали эти земли слишком расторопно и невежественно. Они не уважали то, что когда-то породило их. Их взгляд не хотел устремляться куда-то за горизонт и им всегда хотелось жить одним днем. А дракон, пусть и был праздным, бессердечным и не обращавшим внимание на чужие жизни, давно уяснил для себя, что только такое поведение спасет его в этом вечно меняющемся мире.
Слова принцессы он уже слушал не так чутко и все они складывались в один единственный вопрос «почему». Почему он заявился на ее свадьбу, почему решил разрушить такой идеальный для бракосочетания  день. Он же, сидя глубоко в своей пещере, еще засветло услышал как трубят в рога готовящиеся к празднику. И мир вокруг волновался слишком активно. Его словно раздирали на части и Дракон, услышав стон, проснулся.
- Пойдем, - он встал со своего места, разминая плечи и желтыми глазами всматриваясь в очертания принцессы. – Ты же не собираешься просидеть в полутьме весь оставшийся день?
Дракон научился жить  не рядом с природой, но наравне с ней, он чутко улавливал изменения в балансе и так же остро реагировал на них. Стыдно было признать, но с тех самых пор, как он был могучим и непобедимым, прошло слишком много времени и  люди, истощая окрестности, точно так же истощали его самого. Они пользовались землей, пользовались магией, выплёскивая ее в небо и иссушивая его самого.
- Я слышал, еще когда спал, сотни голосов, что говорили о твоей свадьбе, отголоски этих слов доносились до моей пещеры и многие из них составляли простую досаду о том, насколько несчастны бывают люди в подобных браках. Никто не простит сбежавшую из под венца, а вот павшую мученицу, - он на миг замолчал, поднимая лицо к небу, втягивая  лесной воздух и ощущая как сама магия разносится по этим человеческим легким. – Я никогда особенно не обращаю внимание на дела людей, но когда их слова доходят до моей пещеры и будят меня – я просыпаюсь. Ведь… надо же и мне как-то развлекаться.
Дракон улыбается своим собственным мыслям, как-то умалчивая тот факт, что это, к тому же, отвлекает от тяжких воспоминаний. Так непривычно для него, выходить из пещеры на двух ногах, а не выползать, задевая хвостом каменный своды, в поисках того,  обо что можно клацнуть зубами в порыве жажды крови. Так необычно ощущать, что высокая трава достает тебе практически до пояса, а деревья, так нечасто, но все же выше тебя и закрывают солнце, позволяя тому проникать в лес лишь отдельными длинными лоскутками, стремящимися к земле.
Его внимательный взгляд вновь обращается на принцессу, что всем своим видом выражает недоверие и такую привычную для пылающих сердец страсть. Ту самую, которая давным-давно погасла в нем самом, оставив только черные угли, порой тревожимые ветром перемен.
- Стоит ли жертв пылающее храброе сердце? – Задумчиво проговорил он, полностью поворачиваясь к принцессе. – Стоит ли жертв храбрец, не задумывающийся о себе, идущий навстречу опасности и неизвестности? Стоит ли жертв знающий страх, но отвергающий его  в угоду благ других? Стоит ли жертв красота, принесенная в жертву обстоятельствам? Ты прекрасна, принцесса, но сама не понимаешь этого. Возможно потому лишь, что никто тебе раньше этого не говорил. Никто не вглядывался в тебя, как в кого-то, достойного и равного, но смотрел лишь только как на  возможный достаток. – Дракон на миг замолчал, проводя пальцами по щеке девушки, набирая в такую слишком узкую и маленькую грудь побольше воздуха. – Так слушай – ты храброе, самоотверженное создание, пришедшее ко мне с отвагой в сердце и умеющая жертвовать. Ты боишься, но скрываешь этот страх, как этого не делают другие, ты говоришь, но говоришь лишь только то что идет от сердца, а не от корыстных мыслей. Ты пробуждаешь во мне что-то давно забытое, что я когда-то давно затоптал внутри себя, но оно опять рвется наружу. И я хочу обладать тобой. Не только как пленницей обстоятельств.
Дракон нагнулся ниже, вдыхая запах принцессы и ощущая ее волнение и дрожь. Его руки схватили девушку за плечи и увели под тень раскидистого дуба, пока глаза жадно изучали лицо в попытках понять, как подействовало сказанное. И, прикасаясь губами к принцессе, слишком опасливо для самого себя, он вдруг подумал, что впервые был так с кем-то откровенен.


прикинь и даже без шишки

+1

20

Когда принцесса соглашалась на этот брак, мысли ее были довольно просты: если она не выйдет замуж за принца, их страны не объединятся (точнее, крупная империя не поглотит небольшое северное скопление городов и селений) мирным путем. Если этого не произойдет, правящая династия найдет способ завоевать королевство отца Ассоль. А когда это случится, погибнут люди. Девушка была наслышана о жестокости одной из крупнейших армий в мире. Она видела беженцев из других, менее удачливых королевств, и не хотела, чтобы то же произошло и с теми, кого она видела в замке изо дня в день, чуть ли не с младенчества.
Когда она приняла решение остаться с драконом, логическая цепочка мало чем отличалась от вышеприведенной, только вот на сей раз принцесса сильно сомневалась, что на выжженной земле останется хоть один выживший, что хоть кому-то удастся избежать всепожирающего пламени.
О такой роскоши, как собственная жизнь, Ассоль уже и думать забыла и молча шла следом за драконом, всем своим видом показывая независимость, пытаясь за ней скрыть страх. Зачем он ведет ее на открытую местность? Там ее будет видно за версту, да и его тоже. Девушка покосилась на мужчину - на солнце его глаза отливали золотом так, что только дурак не догадается, кто перед ним. Ей захотелось, чтобы он принял другую форму, ту, которой все боялись. Чешуе дракона пара стрел не повредит, а вот человеку...она сокрушенно покачала головой. С ним было весело, да и жалко терять единственное в стране чудовище, которое боятся даже сильнейшие государства. С ним можно было быть самой собой и говорить обо всем, что придет в голову, не боясь навлечь войну на головы жителей ее страны.
- И ты полетел в замок, - скептически хмыкнула Ассоль, - Но вот чего я не понимаю: ты ведь можешь перевоплощаться в человека, так почему бы не развлечься другим способом, не становясь причиной международного скандала?
Мужчина повернулся к ней лицом, но ответа на вопрос не последовало. Девушка пыталась, действительно пыталась найти в его словах хоть намек, малейшую зацепку, однако не смогла. А потом вникла в смысл сказанного.
И застыла, зачарованно глядя на дракона большими глазами. Зачем он все это говорит? - она отступила на шаг. Злодейской кривой ухмылки она боялась меньше, чем легкого прикосновения. И еще на один.
Она не понимала, что происходит и уж тем более не понимала, какого черта еще не развернулась и не сбежала, раз так его боится. К страху примешивалось легкое возмущение и какая-то окрыляющая гордость. Ей никогда не делали искренних комплиментов. По крайней мере, к ним всегда примешивалось что-то еще, неуловимое, но неизменно портящее общее впечатление. От дракона таких слов она ожидала в последнюю очередь.
Последние его слова и вовсе ввергли ее в ступор, сквозь который изредка пробивалась паника. Принцесса густо покраснела, она была слишком неопытна во всем, что не касалось управления страной и вопросов долга и чести, но говорить об этом дракону не собиралось. Успокаивало лишь то, что он и сам, похоже, волновался, осторожно целуя ее.
Покопавшись немного в себе, Ассоль пришла к выводу, что совсем не против такого развития событий, и дело было даже не в том, что если она откажется, дракон возьмет ее силой или в порыве бешенства убьет и королевскую дочь, и все население их небольшой страны. Она закрыла глаза, и неуклюже зарылась пальцами в его волосы, прижимаясь чуть ближе. Щеки все еще горели, девушке вообще было жарко и неудобно в этом дурацком костюме, но о том, будто она чего-то там не умеет, принцесса и думать перестала, полностью растворившись в собственных ощущениях. Краем уха она слышала звук рога, доносящийся откуда-то издали вместе с ветром, и ей на это было совершенно наплевать.
А вот на полное отсутствие опыта наплевать так же легко она не могла и нехотя разорвала поцелуй.
- Я...есть одна проблема, - зардевшись еще сильнее, хрипло проговорила Ассоль, - Я не...не знаю, как...
Под насмешливым взглядом дракона она потупилась, вцепившись пальцами в тонкую ткань рубашки.
- Точнее, я знаю, но... - она беспомощно взглянула на мужчину, надеясь, что объяснять дальше не понадобится.
Безусловно, ей говорили о том, что она должна подарить наследника своей стране. Но это всегда было "должна", вне зависимости от ее собственного "хочу", она воспринимала это как обычную рутину наподобие приема просителей.
И сейчас принцесса дико боялась собственных желаний.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » bad fairy tale