В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Они найдут под елкой то, что не думали обрести


Они найдут под елкой то, что не думали обрести

Сообщений 21 страница 23 из 23

21

Даже тем, кто не верит в судьбу, жизнь иногда подбрасывает сюрпризы; те, кто старается делать свою судьбу самостоятельно, порой просто игнорируют такие её подарки, даже не разворачивая их упаковку. Гвидо верил в судьбу, как верил и в Бога. Но в то, что люди сами могут влиять на свою судьбу, как на судьбу целых городов, народов и даже всего мира, порой даже неосознанно, он тоже верил. Была ли их встреча жестом Судьбы или их самих, Монтанелли не знал, но если бы он хотел отказаться от этого подарка - остался бы с друзьями в этот вечер...
- Иногда не стоит даже пытаться этого понять, а просто быть собой.
- улыбнулся он в ответ, продолжая вести плавные движения под музыку, увлекая Хельгу в танце; одна композиция на радио сменялась другой, а они всё продолжали танцевать, хотя на улице было прохладно, а мангал уже догорел, и теперь в ночное небо поднималась только тонкая струйка дыма, тоньше, чем от горящей сигареты. Скоро не станет и её...
Гвидо старался быть собой, никогда не задавая себе вопросов о том, каким он должен быть - конечно, это мог бы быть вопрос его воспитания или культуры тех людей, к которым он себя причислял и с которыми общался большую часть времени, для которых самоуверенность было чертой не только отличительной, но и доминантной, но у Монтанелли никогда не возникало вопросов о том, как он должен был отреагировать на тот или иной поворот своей жизни, в том числе - на подобные "сюрпризы"; он редко думал о том, как всё могло бы быть, поступи он по-другому, и ещё реже - жалел о том, что сделал. Что сделано - то сделано, и раз он поступил так, значит, не мог поступить иначе. И всегда разделял свою жизнь на ту часть, где был Гвидо Монтанелли, уважаемый гражданин города Сакраменто, женатый и с двумя детьми-подростками, и ту, где он был чистильщиком, известным, как Патологоанатом. Ни у первого, ни у второго не возникало вопросов о том, кем они должны быть и когда... и один другому не мешал получать от жизни совершенно разный опыт.
Хельга же не оставила ему выбора - услышать или не услышать фамилию, которую она назвала; до этого момента Монтанелли знал её исключительно как Хельгу. Не обратив на этот факт особенного внимания сейчас, Патологоанатом отложил его где-то в глубинах своей памяти... когда-нибудь, возможно, он всплывёт, если будет возможность или необходимость его использовать.
- Это ведь совсем несложно. - впрочем, наверное в этом и есть вся прелесть - в возможности сделать кому-то приятно, не прилагая для этого никаких усилий. Для Гвидо приготовление нескольких кусков мяса на открытом огне сложным делом не было, огонь сам делал большую и самую важную часть работы, лёгкий танец и вовсе не требовал особых усилий, даже для самой Хельги, которая танцевала в первые в жизни - кажется, они уже танцевали пол-ночи, на прохладе, но совершенно не устали при этом. - Главный сюрприз заключается не в ужине или танце. Сама эта ночь - сюрприз для меня... И очень приятный. - мисс Рейхарт больше подходит на роль такого сюрприза, странного подарка, неожиданно решив появиться в его жизни этим вечером, дав ответ на давно заданный вопрос, оставленный до вчерашнего вечера без ответа. И казалось бы, в нём не было ничего жизненно важного, ничего из ряда вон выходящего или сверхъестественного не было ни в ужине, ни в медленном незатейливом танце на свежем воздухе - но всё равно это было значимо, и не только для Святой, для которой многое в жизни было первые, а многое, наверное, даже и не случалось ещё. Но предстоит - будет ли это постепенно или внезапно... Всё в жизни бывает впервые. Гвидо прикрыл глаза, когда ветер, коснувшись волос Хельги, направил их ему в лицо, но не стал отстраняться, позволив сквозняку пошалить немного, делая вид, что ничего не случилось, сосредоточившись на полминуты только на том, чтобы не сбиться из-за этого с ритма.
- Это русский? - он не слова не понял, но дослушал Хельгу до конца, позволив себе просто пропустить через себя звучание её голоса, как какое-то заклинание - порой, в этом можно найти даже больше смысла, чем в словах; и в этом нет никакого неуважения. В поэзии не может быть неуважения в принципе, если это настоящая поэзия, конечно, а не какие-нибудь похабные стишки, но что-то говорило, что Хельга на такое не способна даже ради шутки над ним. Даже безобидной. Гвидо улыбнулся, слушая то же самое на знакомом себе языке. Всё верно - до зари осталось немного... и они всё-таки протанцевали всю ночь напролёт, и небо на горизонте уже светлело. Он позволил ей отстраниться от себя, медленно завершая движения, но не сбиваясь с ритма, позволяя танцу словно затухать вместе с последним угольком в барбекюшнице, и наблюдая за тем, как небо, медленно светлея, отражается в глазах Святой. Просто встречать рассвет с человеком, с которым едва знаком, но кажется, знаешь его так же долго, как самого себя. Словно самого себя видишь в осколках странного зеркала, скрытого в полумраке... и отчего-то Гвидо не хочется того, чтобы Солнце разрушало этот полумрак, хотя восход - это прекрасное время суток.

+1

22

Оставив руку на плече мужчины, девушка повернулась, раскрывая объятия, разомкнув руки, устремляя взгляд в еще темное небо. Ночь, подаренная ей, ускользала как песок сквозь пальцы, оставляя лишь чувство, что она была реальна, что мужчина стоящий рядом завершил образ Рожественского дара Судьбы, который Хельга заберет с собой, запрячет в дальний уголок своей памяти. А на утро, когда наступит новый день, Рейхарт снова станет той, которая скроется в тени штор квартиры, затеряется в толпе спешащего люда, толкаясь, торопясь прогнать день, отсчитав еще минуты жизни, исчезнет из мира живых, становясь Святой, играющей в партию дартса, только вместо дротика пуля, вместо центра мишени будет спина жертвы, которая почувствует приближение конца, но как пугливая лань, не узреет мгновения, не скроется.
Медленно, пядь за пядью, солнце отвоевывало у утреннего мрака землю, даруя всему живому надежду на новый день, на радость теплу. Лишь двое, что в эту ночь, укрытые ее покровом, желали остаться в сумраке границы утра и ночи, словно меж мирами бродя в танце, познавая друг друга через мысли, шепот листьев и взгляд. Девушке казалось, что в эту ночь она нашла нечто особенное, что сохранит в сердце, уставшем от одиночества, - образ Гвидо Монтанелли, увидевшего Рейхарт такую, которая скрыта даже от отражения в зеркале. Хельга взглянула поверх окружающих их деревьев, переводя взгляд на мужчину, нежно провела рукой по его щеке, прошептала:
- Ночь покинула нас. Утро не моя стихия, слишком я видна в его рассветном зареве. Предпочитаю тень, - оставив невесомый поцелуй на его щеке, девушка разомкнула руки, слегка сжав пальцы Гвидо, пошла в сторону веранды, где оставила свои вещи. – Я бы предложила Вам поездку к океану, но единственное, что попрошу – поведите машину, а у дома перехвачу. Не привыкла, не спать ночь, если не на работе.
Взяв мужчину под руку, поднимая воротник, будто защищалась от ведомой только ей силы, вышли на стоянку. Слегка кивнув, вложила ключи от машины Гвидо, Хельга села на пассажирское сидение, откидываясь на спинку, прикрыла глаза.
- Если Вам нравится скорость, то просто возьмите ее у дороги, если предпочитаете соблюдение правил, то просто оставьте мысли здесь, потому что все блюстители порядка сейчас, либо спят, либо их мозг скован мыслями о восьми часах утра, чтобы быстрее уйти с работы, окунуться в нормальную жизнь.
Тихое урчание мотора автомобиля, словно колыбельная, шепчущая на ухо Хельге известную только ей одной кантилену. Расслабившись, девушка повернулась к мужчине, слегка улыбнувшись дрогнувшими уголками губ, замерла.
Пустая дорога. Словно молния летящая машина. Рождественское утро наполнится звуками псалмов, восхваляющих рождение Сына Божьего. Но они не услышат их, увлеченные мыслями о скором расставании, возможно навсегда, ведь Святая и Патологоанатом никогда не работают в паре. Но жизнь полна неожиданностей, и может быть…

+1

23

Они - просто две невидимых, две скрытых в полумраке грани одного предмета, который большинство людей никогда не видят полностью, и немногие хотят его видеть, а потому просто привыкли не замечать, пока он не касается их самих, считать, что его попросту не существует, пока не сталкиваются с ним. Большинству людей, к их же счастью, и не надо с ним вот так столкнуться, но каждый так или иначе соприкасался с организованной преступностью и её системой, сам того не замечая - в Сакраменто сплетение таковой теневой экономики представляла преступная семья Торелли, и Гвидо был одной из самых невзрачных, а потому - скрытых её частей. Хельга вовсе не имела отношение к Семье, но теперь, через Монтанелли, и она успела соприкоснуться с ней. Чем это для неё обернётся - пока ещё доподлинно не известно, возможно, она и не заметит этого касания, как и большинство мирных жителей, проживающих в Сакраменто или проезжающих через город, возможно, это принесёт ей полезные или не очень плоды в будущем, а может быть, это будет даже началом более тесного сотрудничества когда-нибудь - кто знает?.. На данный момент - всё, что у них есть, это домик, аренда которого уже заканчивается, и ещё более недолговечный и непрочный рассвет. Взойдя, Солнце снова разделит мир на свет и тьму, даруя людям тени...
- До океана ехать минимум три часа.
- ближайший выход к океану - в Сан-Франциско, и это скорее надо не ехать, а лететь; с учётом утренних пробок и послепраздничной суеты, выйдет гораздо больше. - Боюсь, когда мы доберёмся до него, на пляже будет уже слишком светло... - слишком светло для теней. Взойдя, Солнце разрушит их власть над миром, вновь запустив борьбу света и тьмы, которой много тысяч лет; и вряд ли Гвидо мог называть себя самого прислужником Света в этой борьбе - хотя и никогда не обращался за помощью и к тёмным силам. Дело Чистильщика - всегда нейтралитет. Он хранитель этого нейтралитета, та часть, что удерживает баланс на весах, скрывает последствия борьбы, делает свет и тьму одним целым, чтобы остались только тени произошедших событий, только память, неподвластная уже никому.
Гвидо не "любил" скорость, как выразилась Хельга, хотя и мог водить быстро, если того требовала ситуация; он мог бы пересечь город на автомобиле в рекордные сроки, если было необходимо куда-то попасть или что-нибудь доставить (хотя в его случае - чаще что-нибудь наоборот, увезти), мог бы попытаться уйти от полицейской или другой погони, но это не делало его ни гонщиком, ни любителем острых ощущений, и хотя правила дорожного движения он тоже не всегда соблюдал, водить он предпочитал неторопливо. Взяв связку у Хельги, Монтанелли вставил ключ зажигания и завёл мотор, мягко выводя машину сначала с парковочного места, затем и вообще с территории коттеджного посёлка, направляясь обратно по пустынной дороге в город, где заканчивалась утренняя служба, и те немногие, кто оставался на ногах к утру, заканчивали праздновать. Автомобиль двигался навстречу встающему солнцу, не слишком быстро, но достаточно уверенно; его лучи бесшумно дополнились вспыхнувшим экраном телефона Гвидо, но затем он вернул его обратно в карман куртки. Не только патрульным предстоит вернуться обратно в свою обычную жизнь этим утром, рождественская ночь подходила к концу для всех, и он понимал, что не хочет отпускать рождественское чудо, но осознавал так же, что это придётся сделать. Просто потому, что у всего есть конец... Девушке было чуть легче - это утро она встречала во сне. Жаль, конечно, что она почти не увидела чудесного рассвета, захватив только первые лучи Солнца и увидев зарю, но, впрочем, и Гвидо немногое увидел после того, как автомобиль вошёл в черту города, заслонившего небо своими постройками. Он только улыбнулся, увидев спящую, обратившую своё умиротворённое лицо в свою сторону, и продолжил движение, не выжимая из мотора лишнего - позволяя ему и дальше тихо урчать, не будя хозяйку автомобиля.
Площадь опустела - аттракционы закрыли окошки своих будок, карусели остановились, утих шум, и только мишура и конфетти, оставшиеся лежать на заснеженном асфальте напоминали о том, что несколько часов назад здесь было много людей. Разрезав восстановившуюся тишину на несколько секунд, автомобиль проследовал дальше, мимо площади, затем мимо собора, из которого выходили люди, оставшиеся на службу, мимо того куста, отдавшего несколько своих веточек ради двух фигурок ангелов, занявших место на одной из лап ёлки в соборе. Они и теперь оставались там. Но вот их с Хельгой пути на этом должны были разойтись...
Гвидо припарковал машину на то же самое место, откуда они взяли её, не став будить девушку, лишь коснувшись губами своих пальцев и затем приложив их к её лбу на секунду, запечатлев таким образом "поцелуй" на её челе, и просто покинул машину, оставляя ключи в замке, окончательно растворяясь в этом безмолвном утре. Сегодня была его очередь уходить тихо и не попрощавшись... Возможно, когда Хельга проснётся, она и вовсе сочтёт, что всё, что было сегодня ночью - это всего лишь её сон. Впрочем, говорят, сны, которые снятся перед Рождеством - сбываются...

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Они найдут под елкой то, что не думали обрести