В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Мне нравится, что я больна не вами


Мне нравится, что я больна не вами

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Куинтон l Агата
Дом Агаты
Начало января 2014
Спустя месяц, Куинтон возвращается из России.
Разве что-то изменилось между ними?
Что-то изменилось в лучшую сторону?


Спасибо вам и сердцем, и рукой
За то, что вы меня
Не зная сами, так любите.
За мой ночной покой,
За редкость встреч
Закатными часами,
За наше негулянье под луной,
За солнце, не у нас над головами.

Дом

http://s6.uploads.ru/9IHmR.png
http://s6.uploads.ru/fR6uJ.png
http://s7.uploads.ru/B2aWN.png
http://s6.uploads.ru/o2OLf.png
http://s7.uploads.ru/CI7Ga.png

+1

2

Там, за окном ярко желтой машины с шапкой "такси", в которой я сидел в теплоте и писал на вспотевшем стекле имя испанки, шёл снег и было очень темно. Где-то, может быть, было за полночь. Я не смотрел на время. Просто... Просто мне захотелось, как никогда, навестить Тарантино. Несмотря на то, что я только сошел с трапа и в моих руках был кожаный коричневый чемодан, я с твёрдые разумом таки решил доехать до чужого мне адреса. Да, я, черт его, набрался. Набрался так, что от самого себя тошнило. 
- Дальше ехать невозможно. Пробки. - объясняет мне водитель, а я киваю головой и без каких либо претензий отстегиваю от своего кошелька сотню зеленых. 
Беру в руки красный мешок с подарками и чемодан. Ну и что что придется сделать хороший путь к дому Тарантино? Главное - есть желание, большего и не нужно. Ах да, забыл описать свой внешний вид - я приоделся в костюм Деда Мороза с хорошей такой белой бородой. 

- Блять. - упав на задницу (уже которой раз за эту ночь) и выругавшись сквозь зубы, я все же не пожалел, что пошел этим запутанным путем к её большому светлому дому. Осталось немного. За поворотом должен показаться коттедж Тарантино. Хорошо, что в такое время не встретить нормальных людей и мой необычный вид не заметит никто, кроме террористки. 

Жму долго на звонок. Не знаю, кого увижу сейчас. Может, дверь откроет некто иной, как Декстер Кортес? Или... Аарон. Декстеру я бы рожу разукрасил, честное слово. Как жаль, что я не купил тот волшебный посох Деда, что мне советовали приобрести русские продавцы. Засунул бы его в задницу этому хрену. Так, между прочим, подарок на Рождество.
Дверь отворилась и я, уже подготовленный, ору во всё свое горло, врываясь в дом: 
- И уносят меня, и уносят меня
В звенящую снежную даль
Три белых коня, эх, три белых коня
Декабрь, январь и февраль!

Оставив чемодан в углу, не разуваясь, я с мешком в руке прошел вовнутрь. Поспешив вытащить новогодние запоздалые презенты, вытаскиваю первый попавшийся предмет - матрешку. 
- Агата. Вон тебе русскую красавицу и... . - впихнув матрёну в руки девушки, я следом вытаскиваю священную «воду» русских мужиков - водку. - водка! Еще... Поезд Аарону.
Я всё делал наперекор ей. Напивался и буянил - этого не любила Агата. Но я не собирался меняться. Пускай она меняет своего Кортеса.
Смотрю в ее карие глаза. Черт, мне до сих пор обидно, что меня таким наглым образом выгнали из страны.

наряд (+мешок)

http://t0.gstatic.com/images?q=tbn:ANd9GcSSUQ4-SzIW2WIRb27hY_zO6_-wL4ltn8nNPlTqglLdZnlnrvCtMw

http://www.rb.ru/upload/admins/picture/pictextsmirnoff_2008-10-14_08.46.03.jpg

http://i4.otzovik.com/product/2012/10/95966.png

http://123kupi.ru/img2/30388.jpg

http://td-karnaval.ru/Storage/Image/ShopProduct/Image/big/118/014.jpg

+1

3

Внешний вид

Ночь. Немного за полночь. Сегодня первый раз пошел снег. В калифорнии снег вообще редкость, учитывая, что градус не опускается ниже 14 днем. Но этой ночью было около 0 и шел мокрый, липкий снег. Он падал на траву и тут же таял. У меня на заднем дворе образовалась хорошая лужа в месте, где Аарон как-то копнул лопаткой. Ежик, спрятался от непогоды под елкой. Зверек так же, как и я, наблюдал за тем, что творится за окном. Только у него не было бокала вина в руке и кусочка шоколадки, чтоб заесть терпкость.
В последнее время, признаюсь, я начала чаще налегать на свой бар. Я не напивалась в хлам, нет, и меня не тянуло на подвиги. Просто пропускала по бокалу-другому прежде чем идти в постель. Так мне было легче уснуть.
Погружаясь глубоко в свои мысли, в своим воспоминания, от которых мне никак не убежать, и прошлое, от которого не скрыться, я не услышала как к дому подъехала машина. Зато от тихого шороха заволновался Таракан и божьи коровки в аквариуме. Я подумываю завести еще и бабочек, мне кажется, это добавит моему дому дикости и экзотичности, в которую я так хочу погрузиться. Иногда мне кажется, что этот дом похож на обитель Ядовитого Плюща, осталось только поставить пару цветных горшков по углам гостиной.
Звонок в дверь. Еще раз. Протяжный и противный, хотя раньше я не замечала, что этот перезвон действует мне на нервы.
Стиснув зубы, отставив бокал, иду к двери. Проходя мимо, глянула в окно, замети, черт его, Дед Мороза?!
Да, Дедушка, ты опоздал. Тебя я ждала еще лет так двадцать назад.
Открываю дверь, и тут на меня заваливается этот бородатое чудо, одетое в красный халат и что-то напевающее. Простите, но у меня сегодня совершенно не то настроение. Я хмурюсь, узнавая за белой ватой Куинтона. Пьяного Куинтона, которого я не видела месяц. Который послал меня в том разговоре на Рождество. Который предпочел изменять мне, вместо того, чтобы совершенствоваться. Хотя, наверно, громко называть его похождения изменой, ведь мы уже не вместе. Но если не вместе, зачем он сейчас стоит на пороге моего дома?
- Агата. Вон тебе русскую красавицу – пихает мне в руки матрешку. Я жду дальше.
- водка! Еще... Поезд Аарону.
- Что за маскарад? – говорю железным голосом, одергивая Гуидони. – Какого лешего ты пришел сюда? Чего ты хочешь этим добиться? – если мафиози думал застать меня врасплох, удивить и покорить, то, увы, не прокатило. На мне повисла вселенская апатия, поэтому я не склонна сейчас к подвигам и диким танцам. А уж тем более не желаю выяснять отношения и искать виноватых. Я надеялась, как бы жестоко это не прозвучало, что Куинтону понадобиться больше времени, и он дольше пробудет в Росси. Но, похоже, этот месяц его ничему не научил.
- Уходи. – настойчиво прошу, не закрывая дверь. Хватаю его за рукав, чтоб вывести. Надеюсь этот пьяный итальянец мне не окажет сопротивления. – Иди проспись. Поговорим утром – соврала я. На утро он все равно не вспомнит, что ему кто-то обещал разговор. А значит сейчас я могла сказать все, что угодно, чтобы он убрался.

+1

4

Ненавижу заявляться в чужие дома без приглашения. Ненавижу навязываться тем, кто не требует моего внимания. Ненавижу чувствовать это чувство неловкости на следущее утро, когда уже натворил делов. А собенно терпеть не могу оглядываться назад и бормотать себе под нос: "твою ж мать, нахуй я так пил!". На данный момент мне было все равно, что там думала обо мне испанка и, конечно же, на ее сына, который мог проснуться и заметить сие чудо в моем же лице.
- Что за маскарад?
Ути-пути, ей не понравился мой наряд. Между прочим, дорогого стоит - увидеть итальянского капориджиме в образе Дедушки Мороза! Чего тут она из себя строит? Да любая другая бы повесилась от счастья. Да любая другая мечтает увидеть меня в любом состоянии лишь бы в своем гнездышке. Мне там, в России, только и делали, что варили борщи да поили водкой, а она даже ради меня яичницу сварганить не может.
- Чего ты хочешь этим добиться?
- Это ты только делаешь что-то ради того, чтоб добиться чего-то. Я, знаешь ли, доволен всем, кроме тебя. - выставляю указательный палец на Агату и, поправив белую длинную бороду, хмурю брови. - Знаешь, если ты думаешь, что я пришел ради того чтоб тебя удивить, то ты ошибаешься. Мне не нужно стараться, чтобы понравиться другим - это ведь Я - Куинтон Гуидони.
Блять, перепил. Вроде бы и знаю, где эта золотая середина находится, но не хочу сохранять себя в здравом состоянии и все оставшееся время думать о несчастной жизни.
- Уходи. - берет меня в наглую за локоть и пытается прогнать из дома, как можно скорей, чем это сделаю я сам. Может я и пьян, но я всё так же силен, как и в трезвом состоянии.
- Я стеклышко, как трезв! Ой. Я трез-с, как стеклышк-в. Блять. Короче, баба ты, испанская, цыц. Приготовь мне кофе давай и не хмурься. Тебе не идет. Сразу выявляется твой возраст на этом прекрасном лице.
А я ведь только сейчас отмечаю, как она прекрасна в этом шерстяном "не пойми что", словно белый ангел, спустившийся с небес. Другим такие наряды не пойдут, а моей Тарантино все к лицу!
Смешная такая. Что-то пыжится там, кричит, указывает на дверь. Я лыбюсь, прекрасно уверенный в том, что через какое-то время она прекратит сопротивляться и подарит мне такое же лохматое чудо, как она сама. Пока ей не обязательно об этом знать. Вообще, лучше для нее будет секретом мои мысли, а то выстрелит из заряжённого ствола, не побоявшись запачкать идеально чистый пол моей ничтожно-грязной кровью.

Отредактировано Quinton Guidoni (2014-01-07 22:11:23)

+1

5

Стоит отметить, что Гуидони не собирался сдаваться и уходить пораженным. Он проходит в дом, продолжая при этом нести несуразицу. Ему-то хорошо, на утро он вряд ли вспомнит о том, как старательно расшатывал мою психику и выводил меня, а я… А я трезвая и не смогу выгнать на улицу человека, к которому испытывала симпатию, как бы ни была зла, сколько бы обиды у меня не накопилось на него. Хотя, может именно порога моего дома он и заслуживает?
- Короче, баба ты, испанская, цыц. – мои глаза непроизвольно ползут на лоб, округляясь. Я принимаю грозную позу, утыкая руки в боки. Пока что молчу.
- Приготовь мне кофе давай и не хмурься. Тебе не идет. Сразу выявляется твой возраст на этом прекрасном лице. – это у меня-то возраст? Я пол года назад отметила (отметила, конечно, громко сказано) свои 26 лет, и могла похвастаться, что далеко не каждый догадывался, когда я гуляю с Аароном, что он мой сын, а не брат. Стоит заметить, что некоторые особи в Семье меня и вовсе считали малолеткой.
- Возраст?! – взбушевалась я – Придурок, я моложе тебя на 11 лет. Или теперь тебе стали интересны несовершеннолетние нимфетки, кои ублажали в России? – если он считает, что тот рождественский разговор я прощу ему, то ошибается. Если думает, что за кадром я не услышала голос зовущей его женщины, то опять мимо.
- О, сейчас я напою тебя кофе. – и нет, я не собиралась вливать кипяток с зернами ему за шиворот, хотя эта мысль посетила меня. Как хорошо, что Аарон живет со своим отцом, и не имеет возможности лицезреть как его маму унижает мужчина, которому он исцарапал машину гвоздем, оставив на капоте грозное слово «уходи».
Я хватаю Куинтона за край красного халата и веду через гостиную, воспользовавшись задней дверью, чтоб попасть на пристань.
Наверно, по пьяни мужчина ожидал от меня чего-то хорошего и не злорадного. Ох, как же он ошибался! Оказавшись на заднем дворе, я без замедления столкнула итальянца в воду, в самую реку-матушку Сакраменто. Вода холодная. Ночью едва достигала шести градусов тепла. Но так я знала наверняка, что это отрезвит Куинтона.
И, может, моей ошибкой было в том, что оставив гангстера промокшим до нитки, мне придется теперь его высушивать. Я не была такой уж зазнобой и фурией, чтобы выставлять итальянца за дверь, подвергая пневмонии. К сожалению (или к счастью), Семье я была вернее чем своим мужчинам. Хотя и с мужчинами никогда не была замечена в измене.
К тому же, это будет отличным шансом поговорить, ободрать до косточек, в который раз, наши отношения, перевернуть все с ног на голову и оставить кровоточить рану под ребрами.
- Так лучше? Ice? – спросила я, когда красный поплавок в виде Деда Мороза Гуидони всплыл. – Теперь мы можем поговорить. Мокрое шмотье оставь снаружи. – я не хотела, чтобы Куинтон решил, что все это было затеяно ради того, чтоб раздеть его и заставить щеголять голым по моему участку, поэтому поспешила спрятаться в темноте комнаты, отправляясь за бордовым полотенцем, чтоб предложить его мафиози.

+1

6

- Возраст?! - брови ее резко взлетают, а рот приоткрывается от удивления. Да, чую, я перешел все границы дозволенного и недозволенного тоже. Возраст для женщин - это тема, которую не нужно открывать ни при каких обстоятельствах. Даже если пьян и не ведаешь о чем болтаешь. - ... нимфетки, кои ублажали тебя в России?
Упрек? Ха, она меня еще и ревнует. Царапает мне, видите ли, тут на машине своё последнее слово, а потом предъявляет, что этой холодной зимой я не рядом и не грею ее горячими объятиями. Никогда не понимал их - женщин. Хотя, я их и не пытался понять - тупое занятие, знаете ли. Я искренне рад, что мне подарили такой шанс родиться мужчиной.
- О, сейчас я напою тебя кофе.
Не успеваю я сказать и слово, как на меня надвигаются с угрозой. Но из уст этой великолепной испанки любое запугивание было настолько сексуальным, что я плевал на них и, что греха таить, назло будил в ней ненависть к себе.
Еще немного и я чувствую, как меня ведут умелые сильные (!) руки в сторону выхода. Я скольжу по отполированному паркету ботинками, оставляя грязные следы. Пускай помучается дорогая хозяйка! Чтоб ей пусто было.
Я назло молчу дабы не доставить ей такой радости увидеть меня доведенным ею же.
- Если злишься, значит что-то продолжаешь ко мне чувствовать.
Озвучиваю мысль, появившуюся в голове. Но я был настолько пьян, что: а) не заметил, как меня выпроводили на улицу и б) заметил в последний момент, как меня толкнули в речку и смог я лишь замахать руками да заорать:
- ЧТО Ж ТЫ ТВОРИШЬ!
Вы знаете, какое ощущение возникают, когда тебя резко выкидывают в холодную воду? Ощущения будто бы в тебя воткнули разом тысячи иголок. У тебя нет возможности даже закричать - ты просто задыхаешься. Выплываю резко и с силой, схватившись руками за что-то.
- Так лучше? Ice?
- Сука. - выплевываю я, отхаркиваясь. Как же я тебя ненавижу испанское ты отродье!
Захожу в дом и захлопываю дверь. Как холодно-то! Дрожу, блять, как осиновый лист на сильном ветру.
Снимаю с себя ненужные красные тряпки что-то отдаленно напоминающие мне достойный наряд Деда Мороза. Да что тут говорить, я даже от боксеров избавился. 
Прохожу в зал голышом. Все же добавлю от себя, что мой друг, тот что был предан мне на протяжении всей жизни, стоял колом. Это меня вовсе не смущало. А чего стесняться-то? Агата там уже всё успела разглядеть. А и как можно стесняться своих огромных достоинств? Искренне не понимал таких людей.
Слышу шаги девушки. Поворачиваюсь к ней и без зазрения совести выпаливаю, едва увидев в её руках полотенце:
- О, Агата, мне и так удобно ходить. Что ты, не нужно было обо мне беспокоиться!

Отредактировано Quinton Guidoni (2014-01-11 18:35:36)

+1

7

- Если злишься, значит что-то продолжаешь ко мне чувствовать. – какая глупость со стороны Куинтона так полагать. Может до того как он приехал, я что-то и чувствовала, но после того как Гуидони перешагнул порог моего дома будучи пьяным, вся симпатия и намеки на трепетные чувства испарились, сменяя раздражением.
- Ты прав! Я чувствую к тебе глубокое отвращение и желания утопить тебя в своем бассейне. – кстати, бассейн был куда теплее, но вместо этого я решила окунуть Куинтона в воду, от которой сводит зубы. Он закричал, как только оказался в воде.
- Сука. – процедил мужчина в мой адрес. Наверно, после такого ему следовало скорее покинуть мой дом, боясь дальнейшей расправы. И мне следовало его гнать в шею. Но весь ослепительный наряд капореджиме промок насквозь. Разве что укутать его в полотенце, как ребенка и посадить на такси?
- О, Агата, мне и так удобно ходить. Что ты, не нужно было обо мне беспокоиться!
- Я беспокоюсь не о тебе, а о любимом ковре, на который ты капаешь – ну, ковер у меня был не такой уж и любимый, но сырость в доме я терпеть не могла.
Кидая Гуидони полотенце заметила, как странно реагирует его второй мозг, активизируясь. Не уж то мужчина выпил виагру, чтобы произвести на меня впечатление? Другое объяснение такой активности я не могла найти, да и не желала. Готовность Куинтона меня не впечатляла.
- А теперь ответь что тебе надо еще от меня? – я стояла в нескольких метрах от итальянца, между нами был столик и новогодняя елка, а так же длинный ковер. Но на самом деле между нами гораздо глубже пропасть, чем эти три метра.
- Ты уже поставил жирную точку в наших теплых отношениях, когда кинулся в объятия другой русской женщины – конечно, про «теплые» я загнула, но суть оставалась ясна: измену не прощаю. Да и был бы смысл прощать, когда солнце больше не светит для нас.

+1

8

Linkin Park - Numb
Полехче, мне и так хватило холода на сегодня. Красноречивый взгляд, что не обещал ничего хорошего, а так же её язычок, что просился на неприятности, уже говорили мне о дальнейшем неблгоприятном развитии наших отношений.
Мы с разных планет, как бы это не было глупо. У нас другой язык, на котором мы пытаемся высказаться. Я говорю на языке любви, а она на языке ненависти. Как жаль, что я не могу насильно влюбить её в себя, заставить по принуждению испытывать хотя бы что-нибудь. Но что скрывать? Я благодрен Тарантино, ведь она мне подарила ураган чувств, которых так просто не забудешь. Испанка заставила меня чувствовать. Пришла, как пробужденье после долгого сна забвения.
- Давай не будем приплетать в наши отношения этот ни кому ненужный ковер? Ну, мне.
Хмыкаю, выслушиваю следующее предложение. Не люблю, когда ставят меня виноватым. Ту женщину я и женщиной не считал. Простое удовольствие, продлившееся всего-то пять часов. Террористка не из тех дур, кто будет сравнить себя с подстилками и я был уверен, что упоминание о той ночи скорее повод избавиться от меня. Хочешь порвать, припомнив мне мою так называемую ошибку? Как бы не так, Агата.
- На самом деле изменила первая ты.
Подхожу к ней близко. Но не для того, чтобы прикоснуться к ней, а просто для того чтобы взять полотенце из рук и обмотать его вокруг бедер. Делаю нарочито паузу, не отрывая прожигающего насквозь взгляда от хозяйки сей шикарного дворца. Ни я, ни она не отрывали друг от друга глаз.
- Тогда, когда появились первые мысли у тебя о Декстере, тогда ты изменила мне. Не нужно выставлять меня виноватым. Я знаю, что ты не любила меня, но я тебя... Люблю. Заметь, я не никогда не бросаюсь словами на ветер. Я мог подарить тебя всё. До последнего момента я верил, что между нами могло быть что-то, но ты не открывалась мне. В этом не было ничьей вины. Видимо, я не настолько хорош. - ухмылка показалась на моих губах, а в глазах отразилась боль, что копилась во мне. - Не говори мне о той Рождественской ночи. Не ищи оправдания, чтобы поставить на наших отношениях точку. Я знаю, что потеряно, то не вернуть. - замолкаю. Как бы я хотел, чтобы то наше пять утра повторилось и те часы незабываемого удовольствия не заканчивались. - Единственное, что я хочу сейчас - чтобы ты поцеловала меня, и тогда я уйду, как ты того хочешь. Исполни последнюю волю утопающего. - попытался я пошутить, но, как видно, безуспешно. Ненавижу выглядеть таким, каким я сейчас был - открытым на распашку. Открытых людей легче всего распять. Убей, вытри об меня ноги, плюнь в меня - этого ты желаешь. Я выстою любую твою насмешку.

+1

9

Макс Иванов (Торба-на-Круче) – Что с тобой?

Что с тобой?
Осколками мыслей, обрывками фраз,
Остатками слов, ручьями из глаз
Чувства стекают к ногам. Что с тобой?

Он подходит ко мне, но сначала бросив в меня обвинением. Измена? Я молчу, желая узнать продолжения этого фарса.
- Тогда, когда появились первые мысли у тебя о Декстере, тогда ты изменила мне. – Декстер? Я прыснула через зубы, отворачиваясь. Мне начало казаться, что Куинтон просто искал к кому меня приплести. Странно, что здесь не прозвучало имя Джозефа или Флэтчера. По мне, так они больше заслуживают право быть названными моими «любовниками», чем тот, с кем я ладила хуже чем кошка с собакой. Ну, по крайней мере до того, как мы с Кортесом встретили новый год. Но об этом Гуидони не знал и клеймил на мне измену с датой гораздо раньше.
- Ты с ума сошел! – взорвалась я, дергая руками. – Какой Декстер? – вместо того, чтоб услышать слово «люблю», я обращаю внимание совсем на другое. Нет, безусловно, есть у тебя слух или ты глухой на два уха, это не влияет на то, что люди друг друга не слушают. Мне кажется, что раньше я слышала то, чего не слышали здоровые люди.
- Ты чертов эгоист! – взорвалась я – С Декстером меня связывает сын. Представляешь?! До тебя у меня были мужчины. И с мужчиной, который решил со мной судиться, мне приходиться видится! – кажется, я была на грани ударить Куинтона. Он выводил меня своим желанием обвинить во всех грехах. Я, наверно, его тоже…
- Ты только ищешь себе оправдание. Но оправданий нет – отрезала я, прошипев сквозь зубы. На несколько секунд закрываю глаза, делая вдох. Слова итальянцем эхом отзываются во мне:
- Я знаю, что потеряно, то не вернуть. – а ведь Гуидони мог бы стать тем_самым. Он оплачивал мои долги, он решал мои проблемы, он организовал мое лечение. Но, видимо, что-то изначально пошло не так и тем щедрыми шагами, которыми ходил Куин, было уже не разобрать наши недочеты.
Наверно, он слишком давил на меня. Или я изначально поставила на нем клеймо поддонка, хотя разве не бэд бои меня привлекают?
- Единственное, что я хочу сейчас - чтобы ты поцеловала меня, и тогда я уйду, как ты того хочешь. Исполни последнюю волю утопающего.
- Перестань. – устало попросила я. Последний поцелуй? Это словно покойника провожать в последний путь. А Куинтон был еще живой. Ведь как говорят «никогда не говори «никогда».
- Иди прими душ, согрейся… - а я пока найду для тебя одежду – подумала, но продолжать не стала.
Я надеялась, что несколько минут порознь сейчас, в этом доме, разбежавшись по разные комнаты, даст нам возможность успокоиться. Куинтону нужно было немного времени, чтобы привести мысли в трезвый лад. А мне нужно было время, чтобы больше не кричать на него, и понять чего я хочу: чтобы он ушел или чтобы он навсегда пропал.
Гуидони был отправлен в душ, а я тем временем заварила крепкий чай. Поставила две кружки на столик рядом с аквариумом с божьими коровками, и пошла за вещами для мужчины. Если Куин подумает, что это одежда Декстера, то я жестоко его разочарую, так как это были вещи Джованни. У меня несколько коробок его вещей хранится в кладовке. Как оказалось, пригождается…
Когда гангстер вышел из ванной, я сидела на диванчике, прикрывая пальцами рот, теребя сухие губы. Передом мной две кружки чая, от которых еще исходил пар. Рядом мужская одежда, - рубашка и джинсы стопочкой. Я засмотрелась на то, как роятся десятки красных божьих коровок за стеклом, поэтому и не заметила, что в комнате уже не одна.

+1

10

Иногда подсознание играет с тобой злую шутку. Что, разве не так? Оно заставляет верить в то, чего нет и никогда не было. Не помню, когда в последний раз оно играло со мной не по правилам, но сейчас, когда я нахожусь наедине с Агатой, мне кажется, что каждое ее слово, движение - это возможность восстановить наши с ней нелегкие отношения. Кажется, что она согласна стать моей, пускай ведет себя неприступно и холодно. И чем сильнее я верю в эту глупость, тем больше унижаюсь перед ней, словно мне это поможет вернуть былое.
Дева Мария, куда меня заведет эта женщина?!
Холодная вода остужает меня и мой разум. Прислонившись к прохладной плитке, я постепенно пртхожу в себя, отрезвляясь. Задаюсь вопросом. Что такого в ней, чего нет в других женщинах? Я видел женщин красивее ее, сексуальнее, но почему-то именно она забрала покой у меня. Неужели я ей так противен? Она ведь не может и пяти минут пробыть в моем обществе. А главное, за что я заслужил такого отношения? Да, изменил. Но не кажется, что эти слова сказаны слишком громко? Мы ведь расстались и сейчас я свободен, а значит я не предавал ее. Тогда в чем причина?
Оттягиваю свое появление до последнего лишь бы не видеть ее глаза и не чувствовать аромат ее духов, что витают по всей гостиной. Хотя, поможет ли мне эта пауза собрать остатки самообладания? Хорошо, что она не открыла мне дверь в пеньюаре иначе я бы совершил что-нибудь... очень нехорошее... с ней, с ее телом. Ведь я и так еле держусь лишь бы не коснуться её кожи, волос... губ.
Когда мне достаточно надоедает стоять босиком под струями воды, я, как можно медленнее, выхожу из душевой кабины, повязывая полотенце на бедрах.
Перед тем, как встретиться с Тарантино, я обследовал чуть ли не каждый угол. Интересно, как она может жить в доме мертвого любовника? Будь она гордой, то не стала бы соглашаться на это безумство. Или настолько надоела та коморка? Захотелось уюта? Я бы ни за что не жил в этом доме, зная, что в нем жила моя бывшая.

- Хм, одежда?
Внимательно смотрю на то, как аккуратно лежат сложенные стопочкой вещи незнакомого мне хозяина. Перевожу взгляд на испанку, которая сидела на диване и безучастно смотрела в пустоту. Надеюсь, вспоминает, как нам было бесконечно хорошо друг с другом.
- Что-то мне подсказывает, что они не могут принадлежать Аарону. Дай подумать... Они Декстера? Или... Джованни, да? - сузив глаза, я беру в руки рубашку, которую натягиваю на себя. Уф, единственное, что сейчас чувствую - это ненависть. - Хранишь это ненужное барахло? Зачем? - без зазрения совести, скидываю полотенце и столь же быстро справляюсь со штанинами. Не отказываться же мне от ее доброй услуги? Не дай бог, простужусь. А болеть-то ой как не хотелось.
- Ммм... Чай? Что ж, спасибо. Но я бы предпочел кофе. - все таки, присаживаюсь на кресло, стоявшее рядом с диваном, на котором уселась хозяйка. - Не сочти за наглость, но у меня к тебе вопрос. Гитара, что собрала всю пыль с твоей квартиры, она все еще у тебя?

+1

11

Я просидела на диване, уставившись в одну точку все то время, пока ждала Куинтона из душа. О чем думала? Не о себе, не о нем, не о нас. Я желала сейчас остаться в покое, погрузиться в безмолвный вакуум, и пыталась этого достичь. Мне кажется, что в этом было что-то от медитации.
- Хм, одежда?
- Одежда. – киваю в ответ, на случай ,если Гуидони еще сомневается, что вещи приготовлены мной для него. И что вещи действительно мужские.
- Что-то мне подсказывает, что они не могут принадлежать Аарону. Дай подумать... Они Декстера? Или... Джованни, да? – я опять, не смотря на все ранее сказанные мужчиной слова, на все действия меня забыть и оттолкнуть, чувствовала ревность. Может это что-то животное, на уровне инстинктов, когда забирают твое. Может человечное, уязвленная мужская гордость. Или просто попытка сцепиться со мной… вновь.
- Это Джованни. Ты угадал со второго раза! – торжественно объявила я, не скрывая сарказма в голосе.
- Хранишь это ненужное барахло? Зачем? – со смерти Риккарди прошло два с половиной месяца. Еще свяжи воспоминания и кажется, что друг просто уехал решать свои дела, оставив меня приглядывать за домом. Нет, так скоро я не смогу избавится от коробок, которыми была заполнена кладовая.
- Он был моим другом. И мне его вещи не мешают. – или я просто боюсь отпустить? Избавится от всей тяжести воспоминания, полагая, что тогда у меня ничего не останется…
Несмотря на явное непонимание, Куинтон все-таки оделся и сел рядом со мной в кресло.
- Ммм... Чай? Что ж, спасибо. Но я бы предпочел кофе. – я недовольно смерила итальянца гордым феминистским взглядом, но о его вкусовых предпочтениях промолчала. Пусть пьет что дают! Какая-то усталость держала меня от того, чтобы снова не взорваться парадом негодований, грубости, жестокости и холода.
- Не сочти за наглость, но у меня к тебе вопрос. Гитара, что собрала всю пыль с твоей квартиры, она все еще у тебя?
- Давай посмотрим как выглядит это со стороны. Ты являешься пьяным в мой дом, обвиняешь меня в измене, несешь всякий фарс, ревнуешь, воротишь нос из-за чая, который я приготовила, вместо того, чтобы выставить тебя за дверь. А потом ты просишь гитару? – изумилась я. – О, конечно, Куинтон! – пожалуй, интерес услышать голос мафиози под звук гитары заставил меня подняться с дивана, обойти его и достать гитару, стоящую у стены.
Заметила странную закономерность: в этом, 2014 году, голые мужчины в одежде покойного друга зачастили играть на моей гитаре. Наверно, всему виной атмосфера этого дома. Колючая и заброшенная. В моем доме полноправно живет зима. А мороз и грозы – это норма моей погоды.
- Если ты не против, я сыграю? – никогда не играла для Куинтона. Мое упущение… много неспетых песен осталось в моей душе. Осталось в прошлом много красивых текстов и плавного касания струн. Я спою, но это песня не со счастливым концом. Это песня для нас.

Амели на мели – Зима по проводам

- На выдох и на вдох - улыбка между слов
Бессодержательные разговоры
Еще раз – выдох-вдох, но кто-то не готов
Из нас двоих услышать приговоры.

Я закончила, доигрывая последние аккорды, переходя на шепот, не поднимая глаз от струн. Сколько угодно - вот только давай без меня. Вдохнула я про себя. Удивительно, но вместе с песней пропала и злость на Куинтона. Я словно поняла и приняла всю его тоску по тем временам, когда были «мы». Если он думает, что я не переживаю, то ошибается. Просто я спряталась за маской, потому что кто-то из нас должен быть твердым и хладнокровным, чтоб пережить, переждать эту щемящую боль в груди и разочарование от угаснувших отношений.
- Ну, что, добавишь ром в чай? Вдруг полегчает – и я не шутила, даже не пыталась подтрунивать над его привычкой выпить, ставшей для Гуидони в последнее время довольно частой. Когда в последний раз мы общались на трезвую голову?

+1

12

- О, конечно, Куинтон! - сарказм в ее голосе здесь уместен и я ухмыляюсь, понимая, что доставил ей немало хлопот сегодняшним вечером.
Была ли логика в моих словах, когда я спрашивал ее о гитаре? Все же, признаю, что веду себя, как идиот. Но мне так хочется услышать игру Агаты, что мне плевать на то, каким я смотрюсь в ее глазах.
- Если ты не против, я сыграю?
- Конечно не против. - открыто улыбаюсь ей, проследив за тем, как она уверенно берется за гитару. Ее длинные пальцы касаются струн и это означает начало мелодии души. Ее мелодии души, которую она хочет поведать мне. У нее красивый голос, который обволакивает меня и я забываю о секундах, пролетающих так быстро за ее игрой. Каждая строчка - мелодия нашей с ней несостоявшейся любви. Понятно и без слов, почему она выбрала именно ее. Морщинам пролегает меж ее бровей, а сама переходит на шепот, забывает, кто сидит рядом с ней, обнажая себя. Я рад, что мне удается запечатлеть именно этот момент, ведь этого дорогого стоит - увидеть террористку за гитарой, поющую.
- Только давай без меня...
Прекращает перебирать струны, а я, задумавшись, не слышу ее предложения о чае. На самом деле, не хочу никаких ромов и чаев. Меня тронула песня, которую она играла и... Мне захотелось, чтобы она услышала мою, не менее печальную и глубокую, историю. Ту, которая хранила себя еще с тех пор, когда я был мальчишкой, не понимавший понятия слова "amore".
Я беру гитару, которую держала Тарантино в своих руках, и, попытавшись вспомнить первые аккорды, начал наигрывать.
Ты её, должно быть, помнишь. Но поняла ли ты её, как я? Красивая, с ноткой грусти, она въелась мне в память. Пускай простая, но она стала родной мне, душевной. Та, которая напоминает мне о любимой Италии. В памяти всплывают отрывки любимых мною узких улочек, небольших домов, украшенных цветами и бесконечно красивого моря. Моря, что так напоминало мне о тебе, Тарантино.
Parla piu piano
- Давай чуть тише говорить
И никому
Не будет слышно,
Разве небу одному.
Но и ему не скажем мы,
О том, что знают
Только двое: я и ты.
Давай чуть тише говорить
и подойди
Ко мне поближе,
И смотри в глаза мои.
Никто не будет знать тогда
О той любви,
Что не исчезнет никогда.
С тобой навеки буду я,
Любовь моя, любовь моя.
Давай чуть тише говорить,
и подойди
Ко мне поближе,
И смотри в глаза мои.
Никто не будет знать тогда
О той любви...
Что не исчезнет никогда.

Столько воспоминаний охватило меня, что я только после некоторой паузы поднял глаза на Агату. Не знаю, поняла ли она хоть что-нибудь, ведь я пел на итальянском языке. Но эту песню понимаешь и без слов.
- Ты слышала ее? 

+1

13

Куинтон перехватил инициативу вместе с гитарой. Я плохо знала итальянский, хотя, состоя в итальянской Семье, это можно считать недопустимым. Но некоторые, самые простые и уловимые слова, понимала.
Это песня была о любви. Итальянцы не поют других. Они романтики, одна Венеция чего только стоит. Правда, криминальная деятельность накладывает свой отпечаток. Но только не сейчас. Сейчас все страхи, вся жестокость, ушли на второй план. И можно было просто слышать, расплываясь на плавных нотах и его низким голосе.
- Ты слышала ее? – спросил Гуидони, когда завершил последние аккорды. Я кивнула:
- Слышала, но не в Италии. У тебя красивый голос. – песня была старая, ее много перепевали и любители, и профессиональные певцы, а теперь и Куин. В его исполнении мне нравилось больше. Наверно, из-за той искренность и таившихся чувств, с которыми он исполнял. Сейчас я была готова поверить, что он любит меня, а не просто хочет завоевать и приручить. Но, включая свой цинизм, боюсь, что мое ощущение ложное и сиюминутное. Скоро итальянец вернется к своему амплуа, а я к своему… Не хочу застать этот миг, считаю, что лучше прервать нашу сегодняшнюю встречу на этом волшебном и трепетном моменте.
- Куинтон… - начала я с нескрываемым сожалением. Хотя о чем жалеть? До признаний в музыке, мы успели достаточно друг другу наговорить, чтобы сейчас забыть обо всем этом.
- … Тебе пора уйти. Мы поговорили, ты отрезвел, высох, согрелся. Поэтому теперь тебе пора.
Я боялась, что еще пол часа и мы зайдем дальше. Мы попробуем начать все сначала, я сломаюсь под его защитой, в которой так нуждалась сейчас. А он просто воспользуется моей слабостью. Поэтому нет, надо разрубить гордиев узел.
Я боялась, что еще пол часа и мы зайдем дальше. Мы попробуем начать все сначала, я сломаюсь под его защитой, в которой так нуждалась сейчас. А он просто воспользуется моей слабостью. Поэтому нет, надо разрубить гордиев узел. Иначе, придется уйти мне. Думаете слабо сбежать от мужчины в собственном доме? Вот и нет!
Когда Гуидони уходил в душ, в моей безумной голове мелькнула такая мысль, как оставить вместо себя только запах и недопитый чай. Но это был бы зенит моих наглых и неуважительных поступков. Поэтому я пока что прошу его, пытаясь натянуть свитер на голые коленки.

+1

14

Что может быть хрупче этой глупой надежды? Смотрю на тебя, слушаю твой голос и не хочу расставаться, какие бы следующие слова ты не говорила. Я могу прожить без тебя целую вечность, но вопрос: хочу ли я этого? Тогда, когда я ощутил, какой ты можешь быть рядом со мной, я понял, что влюбился так, как никогда не влюблялся.
Тишина повисает между нами и я понимаю, что эту неловкую паузу нужно как-нибудь заполнить. Открываю рот, но ты опережаешь меня.
- Куинтон...
- Да? - приподнимаю голову, оторвавшись от непрошеных мыслей. Догадываюсь, о какой услуге она хочет попросить меня. Снова закрывается, запирается на все замки, чтобы не сблизиться со мной. Неужели я не внушаю ни капли доверия? Ах, да, забыл - я ведь продаю жизни людей. Разве такие достойны хорошего, светлого? Вот она - моя плата за то, что я не ценю чужие жизни.
- … Тебе пора уйти. Мы поговорили, ты отрезвел, высох, согрелся. Поэтому теперь тебе пора.
- Сколько угодно - вот только давай без меня? - улыбаюсь, вспоминая строчку из её песни. - Хорошо.
Поднимаюсь на ноги и подхожу к ней. Присаживаюсь перед ней на корточки и касаюсь большим пальцем ее щеки. Губы прикасаются к ее лбу и я шепчу:
-  Спасибо за то, что ты не выгнала меня на улицу. Мне и в правду стоит идти. Не хочу обременять тебя своим присутствием.

Агата заказывает мне такси, а я, накидывая на себя высохшие лохмотья, на прощание окидываю взглядом Тарантино. Еще одна наша встреча закончилась на непонятной мне ноте. Кем мы остались на сегодня - бывшими любовниками, друзьями или влюбленной парой, только начищающей свои отношения?
Это я не знал, но единственное, в чем я был уверен - мне и ей потребуется время, чтобы ответить на этот вопрос.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Мне нравится, что я больна не вами