Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » ערב שבת ‡шабатний ужин в семействе Розенблюм


ערב שבת ‡шабатний ужин в семействе Розенблюм

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://i062.radikal.ru/1401/08/b8c37a9b72c6.jpg

Участники: Mordecai & Yonatan Jr. as real, Ester Leah, Yonatan, Dorit and random stripper Nona as our crazy fantasy
Место: немного стриптиз бара, далее дом семейства Розенблюм
Время: август 2013
Время суток: с 18:00 по 23:00
Погодные условия: жара
О флештайме: Обычный пятничный вечер спустился на город. По дороге в синагогу братья свернули пропустить по пивку в местный стриптиз-бар, в котором несмотря на ранний час уже были кое-какие перфомансы. Решено было остаться. И все было бы хорошо, если бы не званный шабатний ужин в семействе Розенблюм. Как-то из головы выпало, что после похода в синагогу всю семью Штельман ждали у себя в гостях эти немного странные религиозные люди. У них трое дочерей и бедолага - сын, который бредит общением с Эстер. Кажется, он в нее влюблен, естественно, безнадежно. В любом случае, отец семейства Штельман давно дружит с отцом семейства Розенблюм. От ужина не отвязаться, а выпитого не выплюнуть уже. Самое хаха начинается с того момента, как развратница и стерва Эстер является взгляду в длинной юбке и закрытой под занавес блузке. Родители настояли, чтобы не смущать религиозных друзей. И все равно Ицик пускает на нее слюни. Еще с братьями увязалась стриптизерша, которую всерьез заинтересовала атмосфера еврейского ужина в религиозной семье. Ее завернули в кулису, дабы прикрыть срамоту. В общем сплошная импровизация.

Отредактировано Mordecai Stellman (2014-01-02 23:27:53)

+1

2

Каким может быть августвоский вечер в Сакраменто для Йонатана Штельмана? Даже если предположить, чисто гипотетически с большой натяжкой, то как минимум сумасшедшим, отвязным и сложно идентифицируемым на следующий день. Лето, отсутствие обременительных процедур образца учёбы и работы, которую я пока так и не начал искать, и полная непередаваемая свобода - все ингредиенты коктейля под названием "Сладкая жизнь" соблюдены и заложены в шейкер. Нолан и Питерс уехали развлекаться стиркой и глажкой к своим маменькам примерно на неделю, так что мне оставалось три варианта, разнообразно и выбор вполне себе есть: вариант номер раз - последовать примеру своих соседушек и отправиться к родителям, терпеть всех понаехавших в гости родственничков и многозначительно ухмыляться на вопросы о том, когда же Йони сделает своих родителей дедушкой и бабушкой, и о том, какая умница у нас Эстер; вариант номер два - воспользовавшись ситуацией отсутствия соседей, устроить свою оргию с Джек Дениелсом и шлюхами; вариант номер три - провести вечер с братом. Что тут сложного, спросите вы? Несомненно  второй вариант по всем фронтам рождественский пирог с таким же рождественским венком из скрученных между собой весёлых косячков внутри, но я уже минут 15 сидел на бардюре и по третьему кругу собирал пазл на телефоне.
Умение ждать - лучшая способность снайпера наряду с образным мышлением. Снайпером как-таковым я не был, но ждать я научился ещё в детстве. В особенности своего старшего брата. Я собирался позвонить Мори ещё на выходе из своей квартиры. Ключевое слово из всей фразы - "собирался". В наушниках заиграло что-то из ранних Битлз, и я увлёкся томной пешей прогулкой среди снующих по улочкам достопочтенных граждан города и туристов, перекликающихся друг с другом на корявом английском с примесью не совсем занакомых мне слов из других языков. Благо, я этого не слышал, вкушая преести вокальных данных молодого Леннона. И вспомнил я о том, что мой дорогой братец, ни сном ни духом о том, что я планирую нанести ему визит вежливости, только когда свернул в знакомый проулок. Подниматься я не стал, погода была слишком великолепной, а зависнуть у Мори мы могли и до завтрашнего утра, с большой перспективой не вспомнить, что было и был ли кто-нибудь ещё.
Мы могли бы жить вместе, сыкономили бы время и, наверное, использовали бы второй вариант из выше мной перечисленных чуть ли не так же часто, как меняли бы носки. Я это делаю 2 раза в день минимум, не для протокола, если что. Но я предпочитал жить отдельно от семьи впринципе, хотя меня это и не обременяло никогда. И если бы мы всё же делили одну жилплощадь, а не изредка, напившись, путали адреса и оставались ночевать друг у друга, то, через год, я бы стал похож на Высокоградусного Уилли, декана медицинского факультета, по совместительству дядюшку одного из моих флэтмэйтов. Уилли - знатный эксперементатор, он часто задерживается на работе, экспериментирует в лаборатории, где, по достоверным данным, на утро пахнет как в пивнушке на Тортуге.
Солнце пекло нещадно, но удачно умостившееся деревце заздравно делилось со мной своей тенью и я не замечал ход минут. Старенький телефон, напичканный приложениями по самое не хе-хе, натужно соображал, прежде чем похвалить меня за очередной успех в очередной балалаичной партии, а я продолжал ставить своим рекордам ежеминутный Шах и Мат. Мимо моего ботинка стройной вереницей промаршировала небольшая армия муравьёв, которую я отметил, когда оторвался от телефона на звук голоса вывалившегося из подъезда брата. Мори сиял как начищенный самовар и лучи отражались в его щеках, как в тазу с оливковым маслом, которое трудолюбивые работники только что нещадно вытоптали из кострявых плодов. Тусить готов, всегда готов!
- Ты сегодня чертовски красив, Мордехай Штельман. Я так и вижу тебя за столиком в баре, полном голых нимф, и в обрамлении льющегося рекой алкоголя. - Отчётливо с усмешкой проговорил я, протягивая брату руку и подтягивая себя в вертикальное положение следом.

Отредактировано Yonatan Stellman (2014-01-03 05:45:04)

+1

3

יש אחד שמביט לשמיים
יש אחד מסתכל לאחור
בתפילה הוא פותח ידיים
ואולי זה הזמן שלך לבחור

“Вы везунчики! Вам забить на всю эту рождественскую суету. Вы не тратите сотни долларов на украшение новогодней елки и не догадываетесь о существовании пасхального зайца” сказала мне как-то одна моя университетская подруга. “Вы, евреи, живете совсем по-другому. У вас странная жизнь и дибильные традиции. ”Я лишь посмеялся в ответ. “Вы – одна большая секта!”. Джесс допивала свой третий мятный махито. “Ты же не женишься никогда на мне?!”. Я больше шутливо, нежели отрицательно покачал головой. "Ну, тогда, как попадают в ваше братство?”. Я обещал ей рассказать перед тем, как улечься с ней в одну постель, сразу после того, как кончил, а потом через неделю на том дне рождения, когда музыка была слишком громкой, а алкоголь слишком крепким. Но так и не рассказал. Место Джессики заняла Адель, а потом Фелиппа и Эйприл. Я постоянно с кем-то встречался, не гнался за еврейскими девушками, на одной из них я итак когда-нибудь женюсь, а пока можно насладиться гостеприимством других народов. Йонатану, походу, вообще было все равно на все эти предрассудки. Однако он прекрасно понимал, какое лицо будет у нашей матери, если он представит ей однажды невесту «не нашего» происхождения. Знаете, чем отличается еврейская мама от террориста? Так, с последним можно хотя бы договориться. 
Йони ждал меня в тени уродливого дерева, распластавшись у его мощных корней. Мы живем в нескольких кварталах друг от друга (с Йони, конечно же, а не с деревцем) и это самое правильное для нас решение. Достаточно близко, чтобы прогуляться при необходимости, и достаточно далеко, чтобы почувствовать то, что на иврите называется «пратиют» (личное пространство). Я проспал десять часов после почти суток глядения в компьютер и бюджетные сметы. Я должен был закончить все до вечера субботы, но доделал к утру пятницы. В шабат я стараюсь не работать и по возможности не решать денежные вопросы. Я думаю, великий Меир Лански похлопал бы меня по плечу за это, так знаете, одобряюще. Довольный и умытый я предстал перед младшим братом с широченной улыбкой на губах.
- Сходим в синагогу? Посмотрим на девочек? – произнес я, протянув руку, дабы помочь подняться брату с земли. – Уйдем сразу после Амиды, обещаю. Не останемся на Двар Тора.
Йонатан знал мою слабость. Где, как не в синагоге можно было найти себе достойную еврейскую подружку. Достаточно просто прийти пораньше и с увлеченным видом вести разговоры у самого входа, заодно подмечая заходящих в здание красоток. Ловишь взгляд самой красивой из них, а потом будто бы мельком встречаешься с ней глазами во время молитвы. Меня интересовали именно такие девушки, а еще те, которые делали вид, что им все это неинтересно, а сами страстно с балкона второго этажа сверлили мне дырку в спине. Я прекрасно знал об этом и чувствовал. Я ходил только в ортодоксальные или консервативные синагоги, но никогда в реформистские. Там мужчины и женщины сидели вместе, доступные и зачастую вовсе не евреи. Моя семья, несмотря на то, что была светской, тоже придерживалась этой традиции. Хотя Йони и Эстер Лея мало чего вообще придерживались, а мы же с отцом частенько хаживали на шабатние молитвы.
Уйти после Амиды, означало уйти примерно через тридцать-сорок минут, как пойдет. В общем, достаточно скоро. Я знал, что Йонатан будет мяться, но в итоге согласиться. Надо было его чем-то подкупить. Синагога находилась в минут пятнадцати езды, если поймать такси. Можно было завернуть в какой-нибудь бар, выпить немножко для рывка, а потом идти на пятничное шоу.
- Видел, тут в паре метров от меня открылся какой-то злачный бар? Девчонки крутятся вокруг шестов. Правда, я думаю, еще для этого рановато, но можно заскочить на стаканчик портвейна и прочекать что это за место позже? Я знал. Я видел, как глаза Йонатана привычно загорелись. Ему наконец-то понравилась моя пятничная идея. Так, что после синагоги мы направимся в тот бар разогнать тоску.
- Говорю же тебе, рассадник порока прямо напротив моего дома!

Отредактировано Mordecai Stellman (2014-01-14 23:45:59)

+1

4

Мори выглядел бодрым и как всегда улыбался той улыбкой на все случаи жизни, благодаря наличию которой у этого парня водились дамы в таком количестве. Но я не был бы братом, если бы не отметил внушительных размеров синяки под глазами. Я не стал вдаваться в подробности от недосыпа это или он случайно глянул косо в сторону мусорки, а бомжи решили - "Вот он, тот самый конкурент." Естествено, я был осведомлён о том, какие дела отвлекают его ото сна кроме секса. Впрочем, я и сам выглядел передавленный трактором, хотя мне не особо хотелось спать. Вот она прелесть молодости - можно провести всю ночь в диком трэш-угаре, поваляться для виду пару часов и быть бодрым, свежим и готовым провернуть дубль, как только солнце спрячется за тучки. Вчерашняя ночь прошла для меня, так скажем, интересно. Охранник попал в госпиталь из-за того, что они с женой купили "Камасутру" и решили поэкспериментировать, так что пока новый не вышел, студенты углублённой ступени и старшекурсники помогали с ночными дежурствами. Вчера дежурными по графику были я, мой приятель с соседнего потока, студент факультета искусств, полмый размандяй - Фил МакМендес, и вечно обдолбанный - Марк Брайтсен, учился он где-то в районе медицинского. Мы не остались в долгу перед любимой обителью знаний, кому-то вкладываемых, кому-то вдалбливаемых в черепную коробку. Фил принёс старые грамофонные пластинки смачного рока конца прошлого века и еды прозапас, Марк отвечал за дурь, я за выпивку. Не видела ещё учительская того, что могла бы видеть, купи охранник пособие для молодых семейных пар "Как оригинально сунуть член в мясорубку", круче только "Как сломать лодыжку во время мастурбации, чтоб прогулять школу/универ/работу безнаказанно", на пару годков раньше. Университет Сакраменто миновала забава разгрома учебного корпуса, доставалось обычно кампусу, но мы всё же попытались замести за собой следы, чтоб осталась возможность под конец учёбы вдарить туш. Соответственно, о Морфее речи и не шло.
- Разве что сразу после Амиды, в противном случае твой братец свалится тебе под ноги. Этот нарушитель временных рамок, мародёр сна и просто попуститель режима сегодня снова не спал почти всю ночь. - Я хохотнул и легко ткнул брата локтём в бок. Тот картинно согнулся пополам, мол как минимум деморализован, но пока не повержен. Я прекрасно знал, во что выльется этот поход и что буду сидеть где-нибудь в радиусе необзора и проковыривать в штанах дырки, чтоб колено дышало, периодически ржать над братом, пока он будет петлять в поисках принцессы из мякиша, пахнущей цветами и сладкими булочками, как в кафетерии после ленча, параллельно помаливаясь. Понятное дело, что он делает это скорее по привычке кадрить каждую симпатичную особу, совершенно не желая связывать себя надолго и впринципе заводить долгоиграющие романы. Может прикалывается, чужая голова не то что потёмки, а колобородун не иначе. В этом мы похожи. Разница лишь в том, что мои заслуги на данном фронте гораздо менее масштабные и предшестующие им события не напоминают крестовые походы. Если девушка делает ошибки в сложнопроизносимой фразе "Привет, красавчик, не угостишь меня выпивкой/дурью/своим членом" и при этом она трезва, меня начинает воротить от неё. - Если ты снова будешь пялиться на них, мычать и пускать слюни, я пристрелю тебя из водяного пистолета.
Я согласился, не совсем потому что он подкупил меня добавкой фразы о барах и разврате, но больше всё же именно по этому. Мне искренне нравится чтить какие-то традиции, будто связь с прошлым, что-то стабильное в жизни. В моей совершенно нестабильной жизни. Мы шли до стоянки такси минут пять, я изъявил желание пройтись, а не вызывать карету к дому. Марево августовского дня медленно сходило на нет и, если и было жарко, то только за счёт того, что земля нагрелась и солнце ещё не ушло в другие края. Я знаю, что такое мороз и снег, мне нравится кататься на лыжах и выделывать трюки на сноуборде, который так ненавидела девушка, с которой я провёл целых две недели на горнолыжном курорте в Европе, но могу заявить с уверенностью, что тепло я люблю гораздо больше. Может, это передалось с генами. Ведь снежная зима в Израиле - это, скорее, нонсенс и полный охреней, чем привычное дело.
Такси, что даже странно, простаивали, и отловить из кучки сгрудившихся и шумно обсуждающих выпивку, сиськи и свои машины водителей одного не составило труда. Доехали мы быстро, я даже не успел толком послушать музыку, делая вид что рву на сцене барабаны или струны гитар. Со стороны, правда, это больше походило на ломку или приступ, но меня это мало заботило. Когда мы вышли в некотором отдалении от синагоги, я запрыгнул Мордехаю на спину. Когда я был маленьким, и отец привозил нас в синагогу по выходным, я забирался брату на спину, и тот тащил меня до самых ворот. Я хотел проделать этот трюк, даже вопреки явно недовольному сопению Мори. Ну что ж, никто не заставлял тебя рождаться старшим братом.
- Как ты там? - Я перегнулся через плечё Мордехая и совершенно нагло улыбнулся, маскируясь под заботу. - Не тяжело, герой?

Отредактировано Yonatan Stellman (2014-01-14 23:19:05)

+1

5

Мой брат какой-то придурошный! Очередной раз замечаю я, наблюдая, как Йонатан устроил расколбас под слышимую только им музыку. Его хиленькое тельце дрыгалось словно в эпилептическом припадке, а лицо выражало перекошенную мимику душевно больного. Однако я знал, что с ним происходило. Обычно я ему подыгрывал. Мы любили сражаться в придуманных нами тупые состязания, вроде поедания невидимого мороженного или выгуливание на поводке виртуального бешеного пса. Мы с детства были неразлучны в своих дурачествах. Мне кажется, что это он меня заразил. Каким бы я вырос без своего безумного младшего брата?
- Эй, Йонс, мы приехали! – кричу ему в уши, прорываясь через орущие звуки музыки в его наушниках. Обычная история. Такси в соседнем квартале и вроде, как мы пришли сюда по всем канонам пешком. Йонатан не скупясь на эмоции, лихо запрыгивает ко мне на спину и я мчу его в сторону синагоги приставными перебежками, как раненого солдата. На самом деле в армии на имуним (тренировках что ли хз, как по-русски) мы часто таскали подобным образом друг друга, даже девчонки пацанов. Я служил в смешанном боевом подразделении, так что нагрузка была одинаковой и все остальное мы делали с девчонками вместе, но разве, что спали в разных палатках (и то невсегда). Йонатану нравились мои сексо-наркотико-рок-н-ролльные истории про армию, а я за три года так все ему и не рассказал, вечно в моей голове всплывали какие-то забавные истории. В основном они были с курса молодого бойца. Там мы делали много глупостей. Когда же началась реальная служба на границах, иногда даже было страшно. Как-то со стороны Ливана границу пыталась перебежать здоровенная собака. Было раннее утро. Я молил быстрее закончить свою смену и нырнуть в свою койку, но тут она – огромная как черт. Гили кричит с вышки: «Стреляй!». Но это же обычный пес?! И откуда он тут взялся? Тамар стреляет в воздух, и собака мчится со всех ног мимо нас, а я, выпучив глаза, смотрю не привязано ли что-нибудь к ее пузу: взрывчатка или что-то  в этом духе. «Вы бы видели свои рожи!» позже смеялся над нами офицер. «Однажды пришлось гусей пропускать. Никто не хочет жить с этими мусульманами» рассказал он, просматривая камеры наблюдения. Мы тогда были после курса, совсем зеленые. Но этот случай я хорошо запомнил. Больше ничего подобного не было, только тот бедолага-пес. Кажется, об этом я раньше не рассказывал Йонатану. Делюсь с ним, пока мы минуем квартал, и я не сбрасываю его со своего горба в паре метров от входа в синагогу.
- Дальше своими ножками!
У входа пустота. Все же, мы немного опоздали. Запускаю руку в ящик с кипами. Одну сажаю себе на голову, другую непутевому брату. У него сразу лицо преображается. Чувствуется в нем какое-то смирение и покаяние. Такой безобидный еврейский мальчуган. Хотя выражение лица все равно наглое. В синагоге был не рыбный день. Двадцать калек, но для миньяна (необходимое количество для коллективной молитвы) это было предостаточно. Из девиц парочка «блаженных» (так я называл религиозных, выглядевших как невесты Христа), да тетушки в париках (после свадьбы религиозные женщины, как правило, носят парики или же прикрывают волосы платками и шляпками).
- Если ты хочешь знать, где обитает тоска, так это здесь. – Шепчу я на ухо брату, пока тот выбирает для нас Сидуры на полке (книги-сборники молитв). – Не придем сюда больше! Будем в другую ходить, куда родители ходят. Тут только на праздники народ собирается. Надо ли говорить, что даже в таком месте, как синагога мне хотелось быть на публике. Я терпеть не мог заунывные безлюдные места и полу пустующие бары. На меня мгновенно находила тоска или же я чувствовал потребность всех вокруг развлекать. Мы присоединились к молящимся под пение «Леха доди» (песня-молитва, после чтения которой образно наступает Шабат). Кроме нас из молодежи был еще один наш общий с Йонатаном знакомый, настолько прилипчивый, что просто невозможно. Мы оба знали, что теперь точно надо валить строго после Амиды, иначе Джейкоб Ривслей увяжется за нами. И хрен потом от него отвяжешься. Глубокий поклон в сторону входной двери, откуда должна прийти Царица Суббота в финале молитвы и я тут же бегу глазами по Сидуру, спешно читая Амиду. Йонатан делает тоже самое, или же его губы шевелятся в известной только ему молитве. Три шага вперед, три шага назад на согнутых коленях, переворачиваю страницу. Долгая молитва, но не такая, как утренняя на двадцать с лишним листов вместе с благословениями. Забавно, наверное, все это смотрится со стороны: прыгающие, наклоняющиеся, кланяющиеся и забавно раскачивающиеся во время молитвы евреи.

Отредактировано Mordecai Stellman (2014-01-15 23:22:24)

+1

6

Игра в Архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » ערב שבת ‡шабатний ужин в семействе Розенблюм