Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Может показаться, что работать в пабе - скучно, и каждый предыдущий день похож на следующий, как две капли воды... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Хороший день, чтобы умереть


Хороший день, чтобы умереть

Сообщений 21 страница 34 из 34

21

В основном Чарли

В том весь Чарли Хантер. Когда ему плохо он делает вид что все хорошо, но зато выдает себя словесной диареей. Мы с ним в этмо разные. ОН обычно говорит, я чаще молчу. Мне сейчас вообще не до вопросов этики или того, почему я никому не сообщил о том, что возвращаюсь в Сакраменто. Наверное, потому что не хотел улыбок и объятий, которые мне казалось я не заслужил. Я не отработал весь свой контракт, я вернулся, потому что так решило начальство, они решили, что мне нужна реабилитация и восстановление. Но они ничерта не понимают в этом и во мне. Я восстановился бы там, на войне, быстрее и эффективнее, Приносил бы пользу ребятам и людям, а не тут на гражданке, просиживая штаны и таскаясь к терапевту, которого мне к тому же выписали. Ненавижу мозговставлятелей, то есть психиатров, в этом плане, с их попытками разобраться в том, что происходит с человеком.
- Мэм, зажмите тут, - говорю я женщине прижимая ее пальцы к ране и продолжаю осмотр, быстро написав на ее руке про повреждения. Медикам будет проще.
- Прошло около десяти минут, не больше. Мне не до точных цифр, тут слишком много пострадавших, Чарли, - говорю кидая взгляд на часы и передвигаюсь дальше. - Вытащить не вариант? Лучше потом прокапать серию антибиотиков, чем мучатся с ампутациями. Не спорь, - это я уже не к Чарли, а к парню, который решил, что умеет делать искусственное дыхание.
- Я проходил курс спасателя. У меня сертификат, - возразил незнакомец.
- А я военный врач и подумай над тем, чтобы сдать свой сертификат обратно. Ты загоняешь ей воздух в желудок, а надо в легкие. Вот, - поправлю голову девушки без сознания. - продолжай. - видимых повреждений вроде нет, разве что перелом ребра да и обморок. Он ее спасет.
- Поздравляю. Когда родили? - интересуюсь и узнав дату усмехаюсь. Осение дети, говорят самые одаренные. - Дай догадаюсь. В честь моей сексуальной пятой точки? Польщен, дружище, польщен.
Замираю слыша про раздробленную кость и артерию. Ругаюсь, в слух и опомнившись, замолкаю.
- Ремнем перетяни ногу в районе паха, зажми по максимуму снизит кровопотерю. И да, вы там не надолго. - осматриваю развалины видя что начался пожар. Так и хочется кого нибудь убить сейчас, правда. Полный хаос и неразбириха.
- Спасатели принялись помогать, приехали наряды скорой и пожарные, тут у нас небольшой локальный пожар, сам понимаешь, без этого не выходит. - усмехаюсь и оглядываюсь по сторонам. Ощущение, что время застыло на мгновение. прикрываю глаза, вслушиваясь в голоса рядом. Мне нужно вернуть спокойствие, потому что чувствую как подрагивают пальцы от нервного напряжения. Не этого я ждал от Сакраменто, не этого. Я хотел солнечный день и спокойно доехать до гостиницы, а не разбирать чертовы завалы. Маркус, расслабься. Дыши. Вдох и выдох. Вдох и выдох. Вот так. Все будет путем. Тут город, тут инфраструктура. Здесь до фига людей, которые могу помочь, и все будет хорошо. Просто дыши.
- Хантер, отставить панику. Ребята тут работают не покладая рук, а я постараюсь найти лазейку, - выдал я резко обрывая монолог друга или тишину. Я выпал из разговора с ним, ища спокойствие себе, но надеюсь, он меня за это простит.
- Чарли, найди откуда к вам поступает воздух. Надо мне найти точку, откуда можно будет с вами контактировать и вас разгребать. Давайте, Ребята, помогайте мне вас найти. - последнее звучало скорее как мольба, но мне было все равно. Я хочу спасти их, я их спасу, чтоб мне это не стоило. В какой-то из моментов разговора, я взобрался слишком высоко, насколько это мне вообще было дозволенно в связи с обломками, остановившись там я вздохнул. Внизу людям была нужна помощь, а на меня накатило то, что я страстно желал забыть.

+4

22

Наташа Освальд и ко. Ребята, смиритесь, вас спасут

Обычный, ни чем не особенный день. Простой день, который подходил к концу, то есть рабочий день. Феникс заканчивал дежурство, мечтая о том, чтобы наконец-то очутится в уютной постели, с родными и близкими. Я тоже думал о том, что прийти домой и проспать весь день будет не плохо, учитывая то, что как назло почти все дежурство ныло колено и болела голова. Я это все списывал на то, что скоро знаменательная для меня дата, год со дня аварии. Наверное, мои кости об этом тоже помнили, иначе бы не устроили бы мне такой ад, потребовавший от меня всю выдержку и пару таблеток обезболивающего еще утром, восьмого числа.
- Аэропорт Сакраменто. Взрыв...
- Что? - хором выдал весь Феникс подрываясь с места. Такое не бывает в шутку. Таким не выдают просто так. Конечно же, сбор происходит крайне быстро и ловко. Нет времени думать о том, чтобы что-то планировать согласно протоколам. Нет, они не нарушают ничего, кроме поспешности в сборах и проверки оборудования уже в машине, которая мчится по забитым улицам. Наблюдать панику им не привыкать, Но почему-то сейчас она кажется ужасной и не в тему. Как могло такое произойти? Увы, никто не может дать ответ, а телефон неожиданно и не в тему решает ожить, раздражая. Я сбрасываю звонок, выключаю телефон, извините все, у меня работа, у меня на кону слишком много жизней.
- Арчи, все как всегда? - уточняю для протокола и просто чтобы знать.
- Не уверен. приедем на место, сообщу, - Арчи натянут как струна, он слишком переживает, и молчание в машине повисает как натянутая тетива. Все на взводе. Мы не любим такие вызовы, это слишком страшно и больно наблюдать за тем, как некоторым нужна помощь и ничего не выходит.
- Дэнс, скоординируй работу скорых и парамедиков, Джесс ты и Кросс идете на обломки, организуйте спасателей, мы с тобой, - он обращается к Марку, - координируем пожарных. И смотрите, мне необходимо чтобы каждый вернулся домой сегодня вечером.
Мы киваем и рассредотачиваемся по местности, надев маску бесстрашия, отчуждения и спокойствия. Я даже рад, что Джесс сейчас со мной и мы работаем на обломках, иначе я не справился бы с волнением координируя кого-то иного. Так спокойнее, так больше пользы. И попытки отключится от мира, закрыть уши на вой сирен и плач других не помогут, потому что сегодня мы такие же люди как и все другие, просто мы пришли чтобы помочь, спрятав нашу боль за профессионализмом.
- Сэр, отойдите, - кидаю я маленькому мальчику, который растеряно на меня смотрит.
- Там моя папа, - говорит он и вытягивает палец, указывая на сложенный словно карточный домик терминал.
- Джесс, иди, я справлюсь. - отправляю подругу и коллегу. - Сколько тебе?
- Шесть.
- Кто-то есть еще тут из твоих родных?
- Только папа.
- А что он там делал?
- Встречал маму, - вот черт бы побрал... мысленно думаю я.
- Давай ты поедешь сейчас с Лекси, - к нам как раз подходит парамедик, - а мы найдем твоих родителей и пришлем их в больницу. - мальчик соглашается и я спешу дальше на обломки.
- Джесс, как тут?
- На раненых надписи, - говорит она читая вслух группу крови и время осмотра.
- Военная тактика. Тут кто-то из военных медиков. Отлично, знает как общаться с пациентами, - да уж, две недели в Кейптауне и не такому научат. Только вот такое не просто забыть, как бы сильно не хотел, и иногда пустыня с ее жарким солнцем настигает вновь и вновь даже через год после событий.
- Черт, - колено неожиданно подводит в самый не подходящий момент пронизывая все сознание сеткой боли, от которой темнеет в глазах. Мы стоит у разрушений, вокруг люди, а спасатель сам сгорбился упершись в колено. Тот еще видок со стороны.
- Что случилось, Кросс? - звучит по рации голос Дэнса.
- Оступился, - вру и не краснею, выпрямляясь и медленно делая вдох, пытаясь прийти в себя.
- Точно? От сюда видно что ты не просто оступился, - да уж, Чарли как никогда вовремя со воими замашками медика.
- Все хорошо, Работаем. - произношу я и поднимаясь на пару метров выше, замирая. - Арчи, объяви минуту молчания. Мне показалась, я что-то услышал, - сообщаю я Крузу и над площадкой разносится приказ молчать, остановить все работы, выключить сирены. Каждый человек замирает, в надежде на то, что получится услышать хоть кого нибудь. Хотя бы одну мысль в слух, одну молитву о спасении, одну просьбу помочь.
- Когда я получила право распоряжаться своим счетом, первое, что я сделала - это подарила ей туфли... - слышу я и резко поворачиваюсь. Перед мной полая труба, из которой доносится приглушенный и немного нервный голос девушки.
- Тут люди! - я замахав руками проверяю трубу. Да я не ослышался тут и правда люди. Радость озоряет мое лицо. Мы спасем их, обязательно спасем.
- Эй, мэм, вы меня слышите? - интересуюсь я и получив ответ улыбаюсь. Да, я счастлив тому, что мы нашли живых. - С вами говорит спасатель. Меня зовут Кристо. Расскажите, как вас зовут, в каком вы состоянии и есть ли кто-то еще. И да, я обещаю, мы вас вытащим.
К моменту, когда я заканчиваю свою речь, возле меня уже пара спасателей и мы начинаем разгребать завал. Кто-то вызывает машину, кто-то просит кран. Но все как один мы убираем обломки бетона, большие и маленькие лишь для того, чтобы помочь вытащить живых, даже если это один человек, это для нас уже много.

+4

23

Внешний вид

http://s8.uploads.ru/inD8R.jpg

Я летаю  в Женеву раз в полгода. Не по делам - на могилу родителей, похороненных там, где они прожили практически всю жизнь. Для них Женева всегда была и домом, и офисом, и местом, где они хотели бы дожить последние дни - жаль только недолго до них оставалось, и даже странно, что они даже успели оставить завещание - погибли они одновременно, в один день, в одной машине.  Смотрю за пролетающий за окном город - Женева прекрасна зимой - словно величественная княгиня в дорогом шелковом платье, и великолепном горностаевом палантине, величественно вышагивающая за окном моей машины. Здесь я - всего лишь одна из немногих, чей доход зашкаливает - Женева видела и не такие состояния, и не таких людей - для нее все равно - богат ты, или беден, она существовала и существует и будет существовать без нас, и с нами. Закрываю глаза, расслабляясь на мягком сидении машины - в Женеве я отдыхаю душой, в Сакраменто же возвращаюсь, одевая на свое лицо жестокую маску гуляки и шлюхи - именно так меня видят в этом американском городе без счастья.
Полет на частном самолете - просто уловольствие, но для того, кто не летает им постоянно. Единственный минус такого полета - закрытое одиночество. Да, в самолете есть обслуга, но они - не мои друзья, и с ними не лучше всего общаться и отдыхать. Сижу, смотрю в иллюминатор, наблюдая как проплывают облака, и появляются очертания знакомого города.
Наверное, стоило послушаться голос разума, и воспользоваться "зеленым коридором" как обычно. Но после утомительного полета, возникло острое желание побыть в толпе, даже возникла идея устроить очередную вечеринку на своей вилле - несколько месяцев там было тихо. Подхожу к терминалу, понимая, что что-то происходит не так, а в следующее мгновение, ощущаю резкий шум, толчок,  отбрасывающий меня на стекла ограждения и... мрак.
Больно. Не слишком, в принципе терпимо, но слишком много острого впивается в кожу. Шевелиться страшно. Слышу знакомый голос и медленно открываю глаза, чувствуя как по лицу скользят мелкие осколки. 
- Вызови спасателей! - В этот раз слышу крик откуда-то сбоку, пытаюсь вспомнить расположение частей терминала, но тяжелая голова отказывается соображать.
- Пэт! - Он единственный, кого я узнаю в какофонии голосов за полуобрушенной стеной, засыпанной стеклом.

+3

24

Чарли, Наташа, Саммер, Кристо и все-все-все :D

- Будешь должен, никуда не денешься. Я потом что-нибудь придумаю, если мы выживем, - не задумываясь особо над сказанным ответила Дана на высказывание Чарли. После чего неожиданно для себя поняла, что стала принимать вероятность того, что может не выжить. Что, возможно, оно и хорошо, что смогла сегодня попрощаться с родителями. Правда, жаль, что только с ними. Хотя... Стоп! Что за мысли депрессивные? Я обязательно выживу и уже со своей семьей слетаю в Бэнэ. Да... Так оно и будет...
- Мои родители улетели где-то полпятого вечера. Для развития краш-синдрома нужно примерно часа четыре. Если сейчас не девять вечера, тогда одной проблемой у нас должно быть меньше, - выловив из разговора Чарли обращение к ней, ответила МакКарти. Дальше Ди даже и не пыталась ничего воспринимать, пытаясь хоть на небольшое время отключиться от всего происходящего. В который раз захотелось быть как-можно дальше отсюда. Также стоило отметить иронию судьбы - еси бы она не отказалась от полета во Францию, тогда сейчас бы пребывала на борту авиалайнера в целости и сохранности, наслаждалась любимой музыкой в наушниках и наблюдала бы в иллюминаторе проплывающие мимо облака. Возможно, в этом всем есть доля эгоизма, но Дана подозревала, что о подобном сейчас думали все, кто сумел выжить. В себя Ди приводит чей-то крик. Она вздрагивает и оглядывается на источник звука. Чарли, кажется, уже переговорил с кем-то по телефону и принялся кому-то помогать. Все, что было в промежутке между этими событиями упорно не вспоминаются. Провалы в памяти начались, подумаешь... И не хочется признаваться даже себе, что ей и самой сейчас чертовски плохо. Также не хочется, чтобы ей помогали или жалели. Последнее - плохая черта, которая развилась еще в подростковом возрасте, примерно в то время, когда Ди узнала об усыновлении. Тогда она хотела выглядеть сильней и взрослей, чем была на самом деле, потому что казалось, что в таком случае она будет "проблемной" и родители ее отдадут в детский дом. Глупой была еще, не иначе. Этот бзик очень навредил ей в шестнадцать лет и едва ли не угробил. Из-за пристрастия ко всему острому у нее развился пиелонефрит (воспаление почек) и из правой почки пошел камень, попутно создавая адскую боль, из-за которой хотелось в прямом смысле лезть на стенку. В такие моменты Дана просто закрывалась у себя в комнате, прикрываясь учебой. Но однажды обо всем таки узнала мама и вызвала скорую. Очень вовремя, как впоследствии оказалось. Еще чуть-чуть и можно было распрощаться с жизнью. Пришлось обо всем рассказывать родным, затем слышать о том, что она невероятно глупая, ее любят и не было ни единого момента, когда ее считали неродной. Если возвратиться к теперешним событиям, то сообщение Наташи о том, что у нее недавно была операция, только усиливает тревогу изнутри за эту девушку, но вслух Дана пытается не высказывать свои мысли, чтобы еще больше ничего не усугублять. А еще приходит осознание того, что блондинку придется вытаскивать из-под стенда самостоятельно.
- Наташ, я сейчас попытаюсь убрать с тебя этот стенд, а затем посадить, чтобы хотя бы немного улучшить твое положение. Может быть больно, но..так нужно, - МакКарти, по сути, просто ставит девушку перед фактом, не предоставляя других вариантов. Нужно помочь и это пока единственный способ. Стенд оказывается не настолько тяжелым как выглядит, но с первого раза не поддается. Приложив чуть больше усилий его таки удается сдвинуть, но от усердий собственный ребра начинает болеть еще больше, дыхание снова затрудняется. Но самая тяжелая работа сделана и остается только усадить Наташу возле ближайшей стенки, что с горем пополам тоже удается.
- Спасибо за помощь, Чарли, - иронично обратилась Ди к старшему Хантеру, хоть и понимала, что его нельзя ни в чем упрекать. - Я, конечно, привыкла перетаскивать трупы, но... - осознав, что ляпнула, МакКарти поспешила умолкнуть и обессилено сползла по стенке вниз, усевшись на холодном полу. Ее слова могут расценить, если уже этого не сделали, неправильно. И даже немного усугубить ситуацию. Спасание приходит оттуда, откуда его все уже столько времени так упорно ждут. Откуда-то сверху раздается чей-то приглушенный голос, но слова различать получается.
- Нас здесь пятеро, - не дожидаясь ответа остальных откликается Дана. - Двое мужчин и три женщины. В критическом состоянии двое. У мужчины перебита нога, потерял много крови. Еще одну девушку завалило плитами, так что осторожней, когда будете их разбирать. И побыстрей, если возможно, - последнее предложение уже было сказано тихо и скорее самой себе. Одолевала усталость и все больше хотелось просто прикрыть глаза и хотя бы на время.

п.с:

Местами есть бред - извините http://imgs.su/tmp/2012-11-24/1353757210-517.jpg

+4

25

Вокруг царит атмосфера тихой паники, хотя действия выживших довольно слаженны; какой-то парень помогает раненным, оставшимся в неразрушенной части терминала, кто-то по мере сил транспортирует наружу тех, кто поддаётся транспортировке, и похоже, что до байкера, облачённого в цвета мотоклуба, не так давно обретшего печальную популярность, раскидывающего обломки, дела особенно никому нету. У Пэта нет никаких сертификатов, но аварии и разрушения ему приходилось наблюдать ни раз; у него нет и никакого опыта работы в сфере медицины, но оказать первую помощь он вполне способен, и инстинкты бывшего солдата срабатывают и сейчас, когда обстановка становится максимально приближенной к боевой, и борьба идёт за людские жизни - пусть не под пулями и не в огне, установка пока такая же - спасти как можно больше людей, если не удастся спасти вообще всех. Патрик продолжает разрывать обломки бетона с упорством крота, пока раненным помогают те, у кого есть соответственный опыт - об этих есть, кому позаботиться, а вот тем, кто остался под завалом, помощь явно нужнее. Их голоса становятся слышнее по мере того, как куча обломков, которые Патрик выложил из общего пасьянса, становятся слышнее, и уже можно даже разобрать отдельные слова... если не сказать - монологи, они там, внизу, похоже, беседовать друг с другом начали - но как он не пытается доораться до них, его они в упор там не слышат. Но это уже не так важно, если угроза их жизни настолько мала, что у них есть желание организовать кружок по интересам; жаль только, чая и печенек нету - разве что передать им чайник, если удастся расковырять завал. Хотя... наверное, лучше попкорна и колы - так будет лучше передано ощущение того, что смотришь кино про собственное спасение. Во всяком случае, Пэт и сам не отказался бы посмотреть такое, при условии, правда, что кости останутся целы - кровь с рассечённой - опять! - головы и так уже запеклась, мешая видеть... И тут отдалённые голоса внезапно перекрывает другой, более отчётливый голос, выкрикнувший его погоняло.
- Кто там, блин, меня только что позвал? - только и нашёл, что ответить, удивлённый такому повороту вещей Патрик. Не иначе, его либо пристукнуло слишком уж сильно, либо ему вообще всё происходящее просто кажется, потому что его всё-таки размазало той плитой по полу, и он перешёл в мир призраков, теперь слыша голоса из преисподней. Повернув голову, чтобы лучше услышать ответ, Пэт увидел, что спасатели всё же прибыли, начиная располагаться в зале. Прекрасно.

Отредактировано Patrick O'Perry (2014-02-19 14:17:20)

+3

26

Тем кто разгребает завалы... простите если не в тему.

- Джимми, я уже в аэропорту, спасибо за приглашение. - на другой стороне линии Стамп интересуется, когда я вылетаю. - Перезвоню уже по прилёту. Удачи, старик.
Перелёт в Колорадо. Вот что ждёт меня в ближайшие несколько часов. Джимми Стамп, мой бывший начальник штаба, теперь уважаемый ветеран, один из председателей клуба офицеров в отставке, пригласил к себе. Мы не виделись черт знает сколько времени, и я жутко рад возможности увидеть старого товарища. Именно поэтому, практически не раздумывая, приобрёл билет и вот сейчас торчал в здании аэропорта. Мирная жизнь. После всех событий, произошедших в мире за время моей службы, было донельзя непривычно наблюдать изменившиеся города. Холодная Война закончилась, лица людей теперь светились радостью и надеждой на что-то хорошее. Не было того унылого напряжения, в атмосфере которого я рос. Черт побери, умеем же жить!
Боюсь, правда, что свою репутацию мы испортили дальше некуда. Только мы могли влезть в такое количество конфликтов, что до сих пор расхлёбываем дерьмо. Уже в начале века я мог сказать точно — большинство всех наших «операций по несению демократии» были не нужны. Но кто бы послушал нас, военных? Сколько ребят погибло, пока шли войны? Не счесть. И теперь, выйдя в отставку, можно спокойно перемывать косточки политикам. В одном я уверен — мы делали всё, чтобы не посрамить нашу форму. Наши погоны. Теперь будет время над чем задуматься, сидя без дела в пустых квартирах, собираясь лишь на День Ветеранов.
Выхожу на улицу и закуриваю, потирая пальцами переносицу. Тепло. Приятный ветерок освежает лицо, и кажется, что ничего плохого уже никогда не случится. Ха-ха-ха. Наивный подполковник Палмер. Птичка-интуиция клюёт в затылок, заставляя меня резко обернуться. Слышу взрыв. Он не рядом со мной, однако не так уж и далеко, внутри здания. Первая мысль: «Опять в Зелёной Зоне!». Рефлексы требуют, чтобы я схватился за карабин и занял выгодную позицию. Но это невозможно — воспоминания это воспоминания.
Бросаю сигарету в сторону и чуть ли не бегом направляюсь в аэропорт. Пыль осядает на пол, виден какой-то завал. Здесь уже копошатся охранники и сотрудники аэропорта. Через несколько минут уже прибывают полицейские, спасатели, медики. Чёрт. Меня нещадно отталкивают в сторону, выдавая что-то вроде: «Сэр, позвольте профессионалам заняться своим делом». Обидно. Но сейчас не до того. Толкаю полицейского, на его свирепый взгляд отвечаю не менее свирепым, показываю документ. И пусть там поставлен штамп «в отставке». Времени разглядывать его явно нету. Прорываюсь вперёд, направляясь к завалу. В голове стучит и бьётся только одна мысль: «Надо помочь!».
Там уже копошатся спасатели, разбирающие его. На ходу закатываю рукава и подключаюсь к работе, ничего не говоря, ничего не спрашивая. Надеюсь поймут, не станут прогонять. В висках стучит кровь. Адреналина нет, нет того чувства, которое могло бы заставить чувствовать себя живым. Ворочаю куски арматуры, какие-то плиты. Не приглядываюсь, стараясь как можно эффективнее помочь спасателям.
Это всегда страшно. Это всегда горько. Больше всего, конечно, переживаний за тех, кто сейчас под завалом. Они-то в чём виноваты? Можно чувствовать стыд. Стыд за тех, кто всё это устроил. Могу повториться, но не понимаю таких людей. Они не непримиримые борцы за свою свободу, которые берут оружие в руки. Они не хотят привлечь к себе внимание, дабы показать всему миру, что всемогущи. Они — отморозки. Отморозки, которые преследуют корыстные цели, не считаясь при этом с потерями среди гражданского населения. И... будет лучше, если все они будут убиты при задержании. Мысли проносятся в голове калейдоскопом, пока руки делают свою работу. Быстрым взглядом окидываю спасателей, которые разбирают завал. Да, у них это получается гораздо быстрее — тренировки, видимо, сказываются.
К остервенению прибавляется мерзкое чувство тревоги. Что будет, если не дай удача что-то не так сделаю? Ладно. Подумаю об этом после, когда буду заливать себя алкоголем.

+1

27

Dylan McMillan

Упасть с высоты третьего этажа и чувствовать себя в порядке? Да, Эмилии повезло с наставником и в этом девушка убеждалась день ото дня – супермен и бэтмен в одном флаконе, скрывающийся под формой полицейского. Хотя у них был свой супергерой – копомен, гроза преступности. Девушка была бы рада этому факту, как и тому, что МакМиллан возможно наделен сверхспособностями, особенно в такой ситуации, в какую они попали, наличие способностей не помешает. Единственное, что Сихо хотела, чтобы за всей этой бравадой МакМиллана не маскировался так умело шок – с этой штукой шутки плохи.
Из какого-то полутранса девушку вывела шуточка МакМиллана. Не знай она мужчину практически три месяца, не понимай, как он может шутить в любой ситуации, Эмилия точно восприняла бы его слова за чистую монету, если бы услышала их по телефону. Сейчас же она попыталась улыбнуться, представляя лицо Алекс, но вот мимические мышцы будто свело и у нее ничего не получилось, как и сделать хоть бы один шаг – окаменела, возможно, забыла бы как это дышать, если бы наставник не обратился к ней.
- Я и не заметила, - девушка удивленно посмотрела на сжимаемую в руках рацию, покрутила перед глазами и будто в первый раз ее включила. А ведь ей казалось, что она включила рацию еще в участке, что она работала, но вариант, почему она выключена был только один – падение, но сейчас не то время и не то место, чтобы оправдываться и говорить, что ни в чем она не виновата.
- Если?! Когда они прибудут? – дрожащим голосом произнося, девушка просто не поверила тому, что услышала. Как это «если»?! Там должны быть уцелевшие, это погибших не должно быть – наивная логика, но убеждая себя, что в терминале есть уцелевшие, пусть это и маловероятно после такого взрыва, у девушки получилось мыслить спокойней. Вот только в голове не укладывалось – зачем, почему и кто это сделал? Кем нужно быть, чтобы не побояться взорвать терминал? Откуда у этих людей такая уверенность, что все им сойдет с рук, иначе чем объяснить их поведение? Сихо никогда не поверила, что преступники полагались только на удачу и путеводную звезду.
Завязывая растрепавшие, лезшие в глаза, мешающие ей волосы в узел, жалея, что их не обстригла еще месяц назад, девушка вспомнила о чем хотела спросить наставника еще до того, как они так красиво спланировали в облаке мелких осколков.
- Сэр, офицер МакМиллан, - глядя на мужчину, она также потянулась к своему пистолету и перезарядила: «двигайся как я», переросло в «делай как я», для Эмилии это стало уже привычно, как дыхание: делай и выживешь. Жаль, что с собой был ограниченный запас патронов. – Вы можете предположить, кто с это сделал? – надежда на то, что наставник знает чуть ли не всех преступников в лицо и может предположить, кто так обнаглел, что ограбил банк и подорвал аэропорт. – []bЭто какие же средства нужно иметь, какое оборудование, связи…[/b] - она до сих пор думала, что на улицах сложно найти оружие и взрывчатые вещества, что нужно перетрясти ни одну сотню людей, чтобы выйти на нужного, что поставщики свободно не разгуливают, боясь полицейских.
Но МакМиллан прав, как никогда прав. Не время сейчас распускать нюни и стоять, ничего не делая – они обязаны действовать, пусть ей уже не раз говорили, что нужно забыть все, чему ее учили в академии, она то помнила, что в любой ситуации нужно реагировать на любое происшествие, она пусть и ненастоящий коп, но хочет им стать.
- Они могли уже покинуть территорию аэропорта, - вдруг девушка осознала, что эти люди могли захватить самолет. – Они же могут преспокойно улететь или затесаться среди пострадавших, припрятав в здании или багаже, чтобы отправить его прямиком в жаркие страны! - Эмилия никогда не любила в школе литературу, всегда старалась откреститься при любой возможности от посещения этого предмета под благовидным предлогом – что поделать девушка никогда не страдала избытком фантазии, тут же безумные мысли и идеи рождались в ее голове со скоростью полета пули: не успела до конца произнести одну, как вторая уже рвалась наружу, угрожая спокойствию.
- Куда сейчас, сэр? – вновь держа пистолет в руках, готовая бежать – не важно куда, но не стоять на одном месте, девушка взглянула на мужчину, рассчитывая, что своими глупыми идеями не вывела его.

+3

28

Emilia Siho,

- Да, если. Я оптимист, все-же... - попытался разрядить напряженную обстановку МакМиллан.
Конечно, он не был бездушным человеком и ничто людское ему не чуждо. Просто, за все эти годы, изо дня в день видя трупы, пятна крови, увечья, его чувства притупились. Он научился не поддаваться влиянию эмоций, сохранять хладнокровное спокойствие, выдержку. Дилан всегда старался в подобных случаях думать рационально, определить приоритеты, разработать планы действий и следовать им. В подобных случаях никогда нельзя действовать сгоряча, лишние эмоции только мешают, сбивают мысли в бесполезную массу бессвязной информации. Любой коп знает, промедление в таких случаях измеряется жизнями людей. В данном случае, от их действий зависело, будет ли число пострадавших расти или же они прищучат гадов и отправят их гнить в федеральную тюрьму. Хотя, Дядя Сэм не жалует тех, кто устраивает взрывы на американской земле, так что этих парней скорее всего ждет электрический стул.
Вопрос Сихо был как нельзя кстати. МакМиллану и самому было интересно, кто, черт возьми, были те парни? Очевидно было, что это не уличная шпана, да и как для мафии слишком броско и дерзко. Вполне вероятно, что эти парни "залетные" или чересчур самоуверенные местные. Дилан прокручивал в голове все, что он успел увидеть, прежде чем преступники отошли и взломали полицейскую частоту. Да и сам отход, то как они двигались, как отстреливались, как воспользовались взрывчаткой, все указывало на высокий уровень подготовки и скоординированность каждого шага. Так кто же они? Полу-мифический синдикат наемников, якобы действующий в Сакраменто и по слухам как-то связанный с мафией? Террористы? Или еще более мифическая группа русских военных преступников, о которых заговорили примерно год назад? Вспомнив последние слова того, кто вышел с ним на связь, последняя теория уже не выглядела настолько смехотворной.
- Есть предположение... Но конкретных фактов, которые могли бы подкреплять его, не существует. Перед взрывом, кто-то вышел на полицейскую частоту, он меня знает, хотя я о нем не знаю. Перед активацией взрывчатки, он обратился к кому-то и назвал его Юрием. Так что как минимум один из них русский. Если мы их догоним, сможем узнать, кто они, наверняка.
Пыль уже практически полностью осела, так что сейчас можно было оценить обстановку более точно. Дилан начал осматривать здание, насколько было вообще возможно. Та часть терминала, в которой скрылись грабители, каким-то образом не получила столь сильных повреждений, как та часть, где находились люди. Как минимум, противоположная стена была цела, а обвалившаяся здесь крыша подперла несущую  перегородку, не дав рухнуть части крыши как раз в той части терминала, куда направились злоумышленники.
- Сихо, за мной. Надо вернуться в здание. Попробуем поискать другой вход. Что бы они не задумывали, оставаться здесь они не намерены, так как после взрыва тут каждый камушек проверят и каждую щель. Они попытаются скрыться, но самолет это слишком приметно. Надо понять, куда они движутся...
Взяв пистолет поудобнее, МакМиллан начал двигаться скорым шагом вдоль стены. Он слышал шаги стажера за спиной, а потому был спокоен. За последние месяцы, он хоть и не разубедился в мысли, что напарник ему не нужен, но зато хотя бы знал, что Сихо исполнительная и если он что-либо прикажет, она последует за ним. А ведь порой бывает, двое угодили в передрягу и один из них полагает, что у него тыл прикрыт, а когда словит пулю в бок, окажется что напарника уже и след простыл. В отношении стажера, МакМиллан был спокоен, пока что она его еще не подвела. Видимо, она всерьез решила заработать свой значок, а потому не станет пасовать, учитывая еще и то, что это не самая дерьмовая ситуация, какая может случиться в жизни полицейского. По своему опыту он знал, это не самое худшее, что может произойти.
Сделав крюк вокруг терминала, Дилан обнаружил служебный ход. Дверь была не запертой, а потому выставив вперед пистолет, дав напарнице сигнал, он стремительно вошел внутрь. Внутри все еще висела плотная пелена пыли, а потому МакМиллану пришлось прижмуриться и приложить титанические усилия, чтобы не зайтись кашлем или не чихнуть. Незачем врагам знать, что они пережили взрыв. Они станут для них сюрпризом, который прихватит их задницы и пинком спровадит прямиком в тюрьму. Сейчас они находились в коридоре, один его конец был завален рухнувшей крышей, а другой сворачивал куда-то за угол. Была вероятность, что они вышли здесь, но там всюду была открытая, хорошо просматриваемая территория и если бы они вышли здесь, они бы уже заметили их и начали преследование. Значит, они прошли куда-то туда, по коридору. Он посмотрел на стажера через плечо и кивнул, чтобы она продолжала следовать за ним. Продвигаясь осторожно, но быстро, Дилан приблизился к углу и высунув ствол выглянул. Как и стоило ожидать - никого. Дальше были несколько служебных помещений, по сути ничем не примечательных. А вот в конце коридора обнаружилась выбитая дверь, за которой находилась лестничная шахта, откуда лестница одинаково шла как вверх так и вниз.
Подземные коммуникации. Так они смогут оказаться в любой части аэропорта, будь то взлетная полоса или ангар... Или другой терминал...
- А чтоб тебя... Дела плохи. Сихо, сообщи диспетчеру, пусть полицейские берут в кольцо всю территорию аэропорта. Также, пусть достанут планы подземных шахт коммуникаций и отправят спецназовцев к каждому люку, ведущему на поверхность. И не отставай, - с этими словами он начал спускаться вниз по лестнице.

Отредактировано Dylan McMillan (2014-02-28 19:24:31)

+3

29

Patrick O'Perry и все, кто слышит.
Спина просто разламывается напополам от боли - то ли неудачно упала, то ли просто ушибла, падая на обломки. а может разбередила ударом старую травму - развлекаясь по полной, я порой забывала о том, что смертна и хрупка и результаты таких развлечений превращались после в шрамы и недолеченные травмы.  И все это очень часто отзывалось мне в полной мере. Не говоря уже об основательно попорченных нервах и внутренних органах, которые сейчас дружно вопили о необходимости срочно обследоваться во избежание неприятных инцидентов. Хотя куда уж неприятнее, чем обсыпавшее меня стекло и обломки терминала надо мной. Тяжело дышу, слышу голос Патрика, он что-то спрашивает, но сознание плохо воспринимает происходящее и совершенно не разбирает текста и его слов.
- Пэт! - Из последних сил, кажется уже кричу, но крик больше похож на сорванный шепот. Мне кажется или я совсем сошла с ума от пронзающей в следующее мгновение боли? Выгибаюсь, чувствуя как осколки впиваются в руки и ноги. - Пропащий! - Странное слово, звучащее сквозь искореженные стены, сквозь разбитое стекло, огромным куском висящее над головой, странное темное небо, похожее на миллион расколотых кусочков, капли которых кажется режут лицо и глаза. Слово, которое должно перекрыть голоса и заставить единственного, кого я сейчас слышу, и кого знаю, в судорожных попытка заставить себя сделать хоть что-то в стороне от основных завалов, но оказавшись в странном простенке между стеной и стеклами терминалов. Невезучая..
Грохот заставляет резко вздрогнуть, и с трудом посмотреть наверх - меня осыпает мелкой стеклянной пылью, а  в следующее мгновение кусок стены обрушивается с отвратительным скрежетом и скрипом, рассыая еще миллион осколков вглубь терминала. Пытаюсь кричать, но сорванный голос уже не вырывается из легких, только начинаю кашлять, задыхаясь от пыли попадающей в легкие с отвратительной легкостью, и засоряющие их. Кажется мне тут придется сдохнуть.

Отредактировано Amadei Leoni (2014-03-01 02:49:13)

+3

30

Dylan McMillan,

Предположение МакМиллана более, чем не понравилось девушке. Сихо читала о русских и выходцах из стран бывшего СССР, тех, кто относился к преступным элементам – наемники, в большинстве своем элитные наемники, знающие свое дело, не жалеющие, не щадящие никого. Для таких людей главное выполнение цели, а средства неважны, как и человеческие жизни – им что газон вытоптать, что семью вырезать. И такие люди умели готовить достойную замену себе, натаскивать новичков так, будто те прошли не одну горячую точку. Но все это было прописано в книгах, а Эмилия уже знала, что жизнь реальная намного сложнее, намного больше наполнена кровью случайных жертв, чем об этом пишут и доносят до обывателей. За три месяца стажировки градус наивности в девушке постепенно стал снижаться: да, многие вещи ее продолжали удивлять, но в меньшей степени, чем полгода назад. А сейчас если мужчина был прав, их ждет не очень веселое времяпрепровождение.
- Вышли на полицейскую частоту? – вот такой наглости Сихо не ожидала. Совсем потеряли страх! Что за игру они ведут, уже не кошки-мышки, где роль мышек предоставлена полиции? – Вы- популярная личность, сэр, многим дорогу перешли, - Эмилия попыталась улыбнуться, но в этой ситуации это выглядело более, чем неуместно. Но то, что она считала Дилана популярным это так. Популярная, неординарная личность, привлекательный мужчина. Девушка замечала, как на него смотрят женщины, когда они приезжают на вызов, как они быстрее и с большей охотой ему дают показания, да при том стреляют глазками и улыбаются так, что противно становилось. Была бы возможность они давали листочки бумаги с номерами своих телефонов, была одна такая попытка и Эмилии безумно захотелось удушить ту мадам на месте, чтобы не позорили женский род. Только по этой причине Сихо хотела вправить таким дамочкам мозги и не по какой другой. Еще со школы она не переваривала таких «куриц», что сами вешаются на парней.
Дважды Эмилии повторять не пришлось: услышав приказ, она тут же стала его выполнять – следовала за мужчиной шаг в шаг, держа оружие на изготовке, не забывая осматриваться по сторонам. Она привыкла к такому, с первого дня заучила, когда офицер МакМиллан «промыл» ей мозг, убедив, что для них важно и нужно, а что нет. И это помогало уже не раз, заставляя задуматься, что все это не причуды наставника, как ей казалось раньше, а школа выживания, без уроках которой на улицах города не выжить – свернут шею раньше и не сможешь потом помогать людям.
Плохо было то, что Эмилия совершенно не представляла план аэропорта, она была в нем всего лишь один раз и не удосужилась прийти туда вновь, и сейчас из-за этого корила себя, ощущала новорожденным слепым котенком, незнающим что будет за поворотом. Сейчас она представляла расположение в городе тех или иных улиц, знала их маршрут и все благодаря работе, а тут. Тут из неоткуда появилась дверь запасного выхода. Сихо видела сигнал наставника: как только он вошел внутрь, она проскочила следом, встав спиной к спине мужчины, вытянув руки вперед с пистолетом и осматривая территорию. Никого и ничего кроме пыли, от которой слезились глаза и свербело в носу, да не было сил сдержаться от чихания. В таком месте долго не пробудешь не выдав своего присутствия. Уловив взгляд МакМиллана, девушка старалась не отставать от него, шагая как можно тише. Все окружающее их напоминало ей кадры из постапокалиптических фильмов, где из комнаты, с потолка а то и из дыры в полу выползают странные существа, жаждущие полакомиться героями.
Проверяя каждую комнату, думая об этих существах, Сихо понимала, что ее начинает душить страх, что больше она ни за какие блага в мире не станет смотреть подобные картины – в жизни все было намного ужаснее, чем на экране. Быстро продвигаясь, они дошли до лестничной шахты. Сихо не стала медлить и тут же связалась с диспетчером по рации.
- Диспетчер, говорит офицер Сихо, - дождавшись отклика, она продолжила. – Необходимо взять территорию в кольцо. Нужны планы подземных коммуникаций, срочно. Проверьте люки, выходящие на поверхность. Прием! – она ждала ответа, сама же прислушивалась к эху от шагов МакМиллана по лестнице, пытаясь просчитать приблизительную глубину, на которую нужно будет спуститься, да и понять нормально ли спустился мужчина.
- Вас поняли. Меры предпримем. Не лезьте на рожон. Отбой, - рация еще секунду пошелестела и отключилась, а Сихо стала спускаться вниз, убрав пистолет в кобуру. Начав спускаться, она больше не слышала эха от шагов офицера МакМиллана, старалась легче наступать на ступени, но не всегда это удавалось. Были бы здесь преступники, ее бы уже давно «сняли», приходилось убеждать, что они ушли дальше и им придется заниматься самым ужасным в мире делом вновь – догонять. Спустившись, девушка сразу увидела наставника и в два шага оказалась рядом с ним. Впереди не было ни одной лампы, ничего, что давало бы свет. Достав фонарик и пройдя пару метров, Эмилия услышала шорох и чуть не завизжала, думая, что там крыса. Девушка дернула мужчину за локоть от неожиданности, светя в направлении, откуда шел звук. Привалившись к стене спиной на полу сидел мужчина, рубашка на его груди и животе были в крови, но он был в сознании и смотрел на них затуманенными глазами.

Отредактировано Emilia Siho (2014-03-07 22:56:46)

+2

31

И можно было бы уже притормозить немного, присев и вытерев кровь с лица, казалось бы - спасатели-то своё дело знают, и хотя помощь им - дело тоже не самое последнее, чем именно помочь и что надо сделать, они скажут; а вот от помощника с разбитой головой и процентами шестидесяти пятью зрения - из-за крови - толку не так уж много, сказать честно, под личную ответственность с такими параметрами действуется всё-таки более спокойно, но вот тот, кто снизу орал его имя, не давал ни передохнуть, ни привести себя в относительный порядок, продолжая голосить и что-то требовать; а вот чего именно - непонятно. И это уже даже злить начинает.
- Да, это Пэт! Кто говорит?!
- попытался Патрик изобразить из завала неисправный телефонный аппарат, параллельно раскидывая обломки камней и осколки бетона, словно собирался прорваться к источнику крика, как крот. Наверное, со стороны байкер в своей яркой кожаной жилетке выглядел, словно сбрендивший, разговаривавший с завалом на повышенных тонах, и вообще-то подобные элементы при спасательных работах совершенно нежелательны, но он знал, что делает, и завал разбирал максимально аккуратно, так, чтобы не стать причиной его движения, ясное дело, что лишение груды камней одной из её опор - это синоним ханы всему живому, что под ними ещё осталось. Правда, следующая фраза прямо-таки провоцировало его именно так и сделать. Что дальше, эта радиоведущая снизу всю криминальную хронику клуба за последние лет десять рассказать захочет, или что?
- Вам там внизу какого хрена надо от Пропащего?! - очередной вопрос, и его уже даже начинает забавлять эта игра. Если ещё раз кто-то снизу не назовётся - начнёт хохмить... Правда вот становится не до шуток, когда вместо ответа снизу вдруг слышится грохот. - Эй, говорилка, ты в порядке там?

0

32

Стажер была права, он многим успел перебежать дорогу. Правда, такой популярности ему и даром с наваром не надо. Лишний аргумент в пользу того, что он научил дочку драться и стрелять, что не могло не успокаивать. А то директриса школы, где учится Кэйтлин, почти убедила его в том, что зря он научил ее болевым приемам, с учетом сложного характера Кэйти. Но уж лучше, чтобы она знала и могла за себя постоять, чем с ней что либо случилось. Ну а смотря на такие вот случаи вопиющей дерзости и разгула криминалитета, возникает желание отправить ее служить в армию, там ее еще и не таким штучкам научат. Хотя, это все эмоции, на деле же у Дилана все уже было продумано, как только Кэйтлин закончит школу, пойдет на юридический, станет прокурором и не даст ни одной сволочи уйти безнаказанной.
Не дожидаясь напарницы, он спустился вниз по лестнице и открыл еще одну выломанную дверь. Перед ним разверзлась кромешная темнота подземных шахт. Достав левой рукой фонарик, он включил его и начал использовать левую руку вместо дополнительной опоры для правой. Свет фонаря падал как раз в ту сторону, куда он направлял пистолет, обычная практика в таких ситуациях. Осторожно переставляя ноги, МакМиллан принялся плавно но быстро переводить свет фонаря из стороны в сторону. На распределительном щитке он задержался на пару секунд, он был практически раскурочен. Наверное, парни очень сильно спешили, а потому, чтобы отрубить освещение в катакомбах, они разнесли весь щиток. Надо же не дать вероятным преследователям двигаться на большой скорости. Как будто не достаточно того, что в этих шахтах подземных коммуникаций черт ногу сломит...
За спиной послышались шаги Эмилии, да и вскоре свет ее фонарика присоединился к его. И тут откуда-то  справа послышался шорох... Судя по тому, как дернулась Эмилия и как вцепилась в его руку, она испугалась. Когда свет ее фонаря выловил из темноты силуэт мужчины, прислоненного к стене в той части туннеля, МакМиллан поблагодарил Бога за две вещи. Первое, что это был не преступник и второе, что у него была железная выдержка, так как другой на его месте мог случайно выстрелить, особенно после того, как его дернула напарница.
- И что это было? - удивленно посмотрев на новичка, поинтересовался Дилан, - Если бы это был противник, мы были бы уже мертвы. Где пистолет? Прикрывай, а я посмотрю, как он.
Сказав это, он начал осторожно пробираться в сторону мужчины, не забывая при этом смотреть по сторонам. Враг мог подготовить им ловушку, оставить растяжку, в какой-нибудь нише мог засесть стрелок, вариантов много и это только для замкнутых помещений. Только приблизившись, Дилан заметил, что рубашка человека была в крови. Дав сигнал рукой, он приказал стажеру занять позицию и прикрывать, а сам он опустился рядом с мужчиной исветя фонариком, начал осматривать его. Это был уже немолодой мужчина, лет пятидесяти или шестидесяти, в форме обслуживающего персонала аэропорта. Но МакМиллану очень сильно не понравились его новые дырки на теле. Было видно, стрелял профи, пули легли довольно кучно да и стреляли именно по наиболее жизненно важным органам. Нельзя также было не отметить, что стрелявший страдал какой-то разновидностью маниакальности, так как он специально избегал попадания в критические точки, как например сердце или голова. Кто бы он ни был, он хотел, чтобы этот человек сперва помучился, а уже затем умер, истекая кровью. Судя по луже крови, возле мужчины, жить ему осталось недолго.
- Не волнуйтесь, мы вам поможем. Куда они пошли?
Самое паскудное дело в моей профессии, врать людям, когда у них уже нет шансов на спасение... Вызывать медиков бесполезно, они не успеют сюда дойти, а мы не можем прекратить погоню и попытаться вытащить его отсюда. Он либо истечет кровью или умрет от болевого шока, когда мы попытаемся отнести его...
- Диспетчер, нужны медики в шахту, сектор "В - 28". Пострадавший: мужчина, возраст  пятьдесят - шестьдесят лет, белый, сотрудник аэропорта. Как слышите, прием? - но в ответ был лишь треск из рации, сигнал плохо проходил здесь, так что не было уверенности, что хоть часть его сообщения прошла.
А между тем, мужчина пытался что-то сказать, но всякий раз заходился кашлем и из уголков его губ стекали струйки крови. Дилан понимал, что сейчас чувствует старик, он прошел через это. Захлебываться собственной кровью, когда каждый вдох и каждое слово приносят боль, а из-за нехватки кислорода перед глазами плывут круги и мозг буквально атакован тревожными сигналами. Инстинкты самосохранения в такие моменты просто сходят с ума, побуждая человека к опрометчивым действиям. Дилана спасло только то, что он словил всего одну пулю в грудь. Также его спасло то, что его вовремя вывели оттуда и Алекс удалось "прижечь" рану с помощью пороха. Ну а дальше все зависело только от его жажды жить и настоящего везения.
- Туда... Кхть... Они пошли туда... Они спросили о старой ветке коммуникаций... Кхе-кхе-кхе... Ее замуровали, когда... Когда... Аэропорт реорга... Кхе-кхть... Два года назаад... Кха-хе... Она ведет за пределы... Пределы... - из последних сил, захлебываясь собственной кровью, просипел старик, после чего умолк, уронив голову на грудь.
Выпрямившись, он пошел в указанном стариком направлении. Он был зол, зол на тех ублюдков, что заставили его мучиться перед смертью. Кем бы ни были воры, но людьми они не были.
- Максимальная маскировка, только один фонарик. Мы должны не дать им уйти. Если они смогут попасть в эту старую ветку коммуникаций, оцепление аэропорта ничего не даст. Не отставай.

+1

33

Dylan McMillan

Да, и что это было? Этот вопрос волновал девушку не меньше, чем офицера МакМиллана. Как у нее получилось забыть вытащить пистолет, когда она спрыгнула с лестницы и нагнала мужчину? Чем она только думала, да и о чем?! О страхах? Стушевавшись под взглядом наставника, Сихо в ту же секунду вытащила пистолет и сделала несколько шагов вперед, светя фонариком в темноту, пытаясь что-то выхватить взглядом вереди, расслышать в этой липкой противной тишине.
Нет ничего естественнее смерти, да и кажется, что в этом ничего нет страшного, пока смерть не появляется рядом с тобой, пока ты ее не видишь рядом. Смерть. Когда ты молод, смерть всегда кажется вселенской несправедливостью независимо от того, кого она забирает, в каком возрасте. Постепенно, проживая десятилетие за десятилетием, осознаешь, что смерть необходима, что это логичный финал такого увлекательного, захватывающего, изматывающего фильма под названием «Жизнь». Всегда всему должно быть завершение. Но только сейчас девушка не была готова пробежать по этой логической цепочки, доказывающей, что в смерти нет ничего плохого, это грозит всем и каждому, и ни один человек на свете не может выбрать свою смерть, если только у него нет суицидальных наклонностей.
Сихо старалась не смотреть на умирающего мужчину, не проецировать ситуацию на свою жизнь, не думать о том, что израненный, еле дышащий человек был практически одного возраста с ее отцом. У этого мужчины были родственники, друзья, коллеги, те, кому он был дорог, а грабители решили не связать его, не оглушить, чтобы он не сообщил о них, а убить. Неужто у них не было отцов, дедов, нет никаких принципов? Стараясь сконцентрироваться на том, чтобы различить в темноте возможных преступников, девушка то и дело мысленно возвращалась к умирающему, слышала его голос, но слова разобрать не могла.
За тот срок, что она проходила стажировку уже произошло не мало: каждый день приносил сюрпризы, ничто не повторялось до мельчайших деталей – были и задержания, и трупы, и погони, но еще ни разу не было такого, чтобы на ее глазах умирал человек, а сделать ничего не было возможно. Невыносимо трудно слушать последние слова человека, его хрипы. Девушке хотелось закрыть уши ладонями, чтобы только не слышать всего этого, хотелось проснуться от этого кошмара.
Эмилия сразу поняла, что пожилой мужчина умер, стоило МакМиллану выпрямиться и пойти вглубь туннеля. Глубоко вдохнув, попытавшись заставить себя не думать об этом сейчас, Сихо отправилась следом. Должны, значит, будут выполнять. Они прошли метров сорок по туннелю, когда он начал раздваиваться, и совершенно не понятно стало, куда идти дальше: образовавшиеся туннели ни чем не отличались друг от друга, на них не было никаких опознавательных табличек, указателей – будто при реорганизации специально все сняли, чтобы никто не смог по ним перемещаться, если не было карты или опыта передвижений. Ни единого звука не доносилось из туннелей – будто и не было впереди преступников, будто они расстворились, распались на молекулы, будто не нужно им ломать проход и кто-то сделал это за них до этого, но это было просто не возможно.
- Разделимся, - больше утвердительно, чем вопросительно, произнесла девушка. Другого варианта не было: будут оба обследовать один туннель, из другого противник спокойно может выбраться наружу и ищи их потом. А так у них есть шанс задержать преступников. Тем более тоннель не может быть бесконечен и можно будет определить шли по нему люди до этого или нет.
Скользнув в правый тоннель, пока МакМиллан не передумал, не нашел изъян в этом плане, девушка быстро и направилась вдоль стены, стараясь не прикасаться к кабелям то тут, то там свисающим с потолка. Света фонаря хватало лишь на то, чтобы осветить дорогу перед собой, да видеть, где повернуть. Эмилия уже не шла, а бежала, не останавливаясь, минуты три, когда натолкнулась на завал из старых тележек, стульев, каких-то скамеек. Уж точно здесь преступники не проходили. Чтобы удостовериться в своем мнении, девушка попыталась разобрать завал – один стул, другой. Девушка осветила завал еще раз, пытаясь найти что-то, что подскажет ей права она или нет. Свет попал на пол, где были видны только ее следы, остальная поверхность была покрыта ровным слоем пыли.
- Черт возьми! – как обычно, удача ей не сопутствовала, а, значит, нужно спешить, бежать изо всех сил обратно. Только бы тот туннель был длиннее, а наставник не спешил. Забыв о маскировке, о том, что нужно стараться двигаться бесшумно, девушка добежала начала туннеля и юркнула в туннель, который обследовал офицер МакМиллан. Выстрелов не было слышно, что радовало, девушка слышала только стук своего сердца, да стук каблуков по бетонному полу. Пробежав метров двести, повернув, девушка натолкнулась на офицера МакМиллана. Впереди, из коридора, были видны блики света и тени, слышен шум строительных работ – что-то сверлили, разбивали.

+1

34

хрен знает что, ребята. я уже смутно помню на чем мы остановились Оо
тем, кто в завалах.

Мужчина, которому Чарли помогал, отключился. Проверив пульс и удостоверившись, что это скорее всего от болевого шока, мужчина оставляет его лежать там, где он и лежал, возвращаясь к женской части звала. Вот так мысленно он их разделил, наглец. - Мы рядом с шахтами лифта, думаю поэтому нам так повезло. - охренеть повезло, как утопленникам. Но вслух он этого не говорит Марку, но самый главные ориентир сообщить он надеялся, что успел. Потому что потом связь оборвалась, проинформировав об этом механическим женским голосом. Беда не приходит одна - проносится в голове мужчины.
- А что было второе, что ты сделала, Наташ? Купила ей маркеры? - все еще скудно, но пытаюсь шутить и не молчать. Как только замолкаешь, начинаешь понимать всю хреновость ситуации во всей ее красоте. Они где-то в самое жопе под бетонными завалами. Здесь душно, становится жарче, значит где-то недалеко может быть пожар. Вместе с обвалом, рушатся и коммуникации, а это никогда не грозит чем-то хорошим.
- Саммер, не молчи. Там наверху офигенно крутой мужик рвет жопу, чтобы добраться до нас. И он не умеет сдаваться. А это может означать только то, что мы все отсюда выберемся. - Чарли опускается рядом с Саммер на пыльный бетонный пол, осматривая плиты, которыми ее прижало. Нет, он был в этом не силен, он был врач, а не спасатель, черт бы его побрал.
Наверху, над нашими головами начинается какое-то движение, слышатся голоса. Голоса, черт, как же они были им сейчас рады. Их ищут, их услышали, а значит начнут пробираться к ним. Более того, среди спасателей наверху был Кристо со своей командой, а значит можно было расслабиться и доверить жизни в руки этой группе людей с отшибленным напрочь чувством самосохранения.
- Теперь нас ищет группа крутых парней. - Зная Денса и его команду, можно было с уверенностью сказать, что любой из этих парней скорее сам ляжет под завалы, но будет биться до последнего. - Скоро, уже совсем скоро. - негромко повторял он себе под нос, пытаясь не дать себе отключиться. Наверное с рукой все же что-то не так, она до сих пор адски болела, будучи единственным, что спасало мужчину от желания отключиться.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Хороший день, чтобы умереть