Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Такой чувственный глубокий антракт


Такой чувственный глубокий антракт

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://25.media.tumblr.com/0df0d64aa2bc3a4a897c8c87210b2031/tumblr_n04klnNHUZ1r86ti8o1_400.gif
Участники: Geoffrey Boothroyd vs Dittmann Blake
Место: gay bar
Время: 2013 год'декабрь
Время суток: глубокая ночь
Погодные условия: внутри бара накурено и душно, на улице зима в разгаре.
О флештайме: Суббота, гей-бар, знакомый контингент лениво ошивается у барной стойке и чудом можно назвать то, что среди знакомых лиц удается зацепиться за незнакомый взгляд серо-голубых глаз. Джеффри скучно и он не прочь развеять скуку в компании загадочного посетителя. Чем руководствуется Дит, заходя в бар в столь поздний час и присаживаясь рядом с молодым человеком, знает лишь он один. А чем закончится эта неожиданная встреча не известно даже Богу, хотя в голову у юного гения уже построен четкий план действий и нарисована схема проезда до ближайшего отеля.

Отредактировано Geoffrey Boothroyd (2014-02-01 12:21:20)

+1

2

Это была длинная рабочая неделя, и ты очень сильно устал. Твоя двухкомнатная квартира пустует, в ней становится иногда даже страшно. Стены давят на больные виски, хочется вырваться из всей этой суматохи, но ты не знаешь как. Не можешь кинуть свою работу, не можешь без предупреждения свалить куда-нибудь. Ты повесил на себя этот крест, ты его несешь, ты будешь его нести до самой смерти. Хотя, кто его знает, может, и после смерти ты будешь гореть в Аду за все свои деяния.
         Но тебе не страшно, просто горечь на языке, хочется попробовать что-нибудь «эдакое». Снять женщину на ночь? Было. Напиться в хлам? Было. Пойти кого-нибудь убить? Тоже было. Это все примитивно, скучно. Ты сидишь на небольшом балконе, выкуриваешь уже третью сигарету подряд. Ты никак не можешь заснуть, хотя на дворе уже глубокая ночь. В голове роятся мысли, много самых разных мыслей. И тебе от них тяжело, потому что они сливаются в общей гул. Проще пулю в рот себе выпустить, но ты отлично понимаешь, что этого не сделаешь. Ты слишком молод, чтобы покончить жизнь самоубийством, да и много незаконченных дел.
          Тогда ты надеваешь свой повседневный рабочий костюм: белая рубашка, верхние пуговицы расстегнуты, строгие черные брюки, пиджак, ботинки, сверху легкий плащ. На улице холодно, но ты не чувствуешь этого холода. Ты ко всему этому привык, а жаль, кому нужна такая рабочая машина? Вот бы ты пошел по другому пути, где все этого нет. Завел бы семью, нарожал детишек, работал только ради того, чтобы прокормить счастливую ораву. Но, нет, ты послушался отца и стал военным. Первоклассным военным, пусть теперь гордится тобой, суки сын.
          Ты выходишь из квартиры, закрывая ее на ключ, включаешь сигнализацию. У тебя тяжелая судьба, поэтому всегда нужно быть предельно осторожным. Все-таки, на пищу ты зарабатываешь черной работенкой, поэтому каждый глупец захочет залезть в твои карманы. Но ты уже для себя все продумал, ты всегда на шаг вереди. А что же сейчас? Тебе просто хочется расслабиться, но ты не знаешь, что делать. Куда идти? Чего ты хочешь? Просто расслабиться, забыться, может, даже напиться. Снять девушку? Да, легко, но это все уже было.
          Не видишь, куда идешь, просто прогуливаешься по темным улицам, убрав руки в карманы. Неожиданно, в глаза ударят яркий свет, ты поднимаешь голову и видишь надпись: «Гей-бар: Золотая корона». На губах тут же появляется брезгливая улыбка. Призираешь? Не по душе? Хотя, в этом есть какая-то искорка, что-то новенькое, чего ты так сильно желал! Поэтому твои ноги не вмерзают в холодный асфальт, ты дергаешь плечами и ступаешь на порог заведения.
          Внутри душно, много народу, играет громкая музыка, по залу бегают яркие лучи. Все развлекаются, отдыхают, они такие же, как и ты. Просто все это достаточно странно, тебе не понятно. Ты любишь женщин, но уважаешь в них именно красоту. Ведь бывают и красивые парни. Ты наконец-то расслабляешь деревянные плечи, двигаешься в сторону бара. Тут такой вообще есть? Да, конечно, как же без выпивки. Очень много голых мужчин, но ты не осуждаешь, ведь это твой выбор. Ты мог бы пойти и в другой бар, но почему-то выбрал именно этот.
- Двойной виски, - легко бросаешь, усаживаясь за высокую барную стойку, выдыхаешь, ибо здесь намного теплее, чем на улице.
          Пока твой заказ готовится, ты оглядываешься по сторонам, и замешаешь молодого человека, сидящего рядом. Кажется, он скучает: на глаза очки, в руках пустая бутылка пива. Он никого не ищет, поэтому у тебя, Дитт, есть отличный шанс. Не упусти его, ты же так любишь рисковать. Когда адреналин в твоей крови заканчивается, ты начинаешь затухать. Ты никогда еще не пробовал мужского тела, ты даже не задумывался на этот счет. Так, почему бы сейчас не рискнуть? Что тебе стоит, лихой ковбой?
- Хэй, - окликаешь, подсаживаясь ближе, пальцами касаешься острого плеча. Когда к тебе разворачиваются, ты на пол секунды замираешь, ибо эти голубые глаза невероятные, затем сглатываешь и усмехаешься, ты всегда ведь так делаешь, - Хочу тебя угостить, ты ведь не против? – улыбаешься, уверен в себе, но ты не знаешь, как правильно нужно вести себя в этой ситуации. Ладно, хорошо, посмотрим, что будет дальше.

Отредактировано Dittmann Blake (2014-02-01 17:50:47)

+1

3

Алкоголь жег горло и внутренности, дурманя мозг и щекоча нервы. И, кажется, что ты можешь все. Что нет преград и обязательств, не нужно слепо следовать правилам и мнениям. Бар кишит крайне доступными телами, все так и виснущими на твоих плечах. Вот какой-то пьяный в ноль блондин уже лезет шаловливыми пальчиками куда-то за ремень твоих брюк, желая… Да будто бы мы не знаем чего он жаждет. Сюда приходят не читать научные трактаты по философии. Сюда приходят ради удовольствия. Секс – все, что нужно людям. Мы же, как животные, следуем инстинктам. Еда, вода, сон и секс. Одно лишь исключение – мы вовремя делаем аборты или предохраняемся. И все по следующему кругу. Так что в этом мы уделали зверей, мы придумали средство для безнаказанной похоти. Как белки в колесе – днем, нам нужна разрядка ночью. Так что ничего иного тут никто и не желает. Переспать и забыть. Забыть и вновь переспать.
   Современность, что сказать. На дворе далеко не 18 век, когда после ночи любви следовало пышное венчание. Народ стал практичней, научился прогибаться под обстоятельства и как молитву читает в душе «я свободен». Девушкам не нужен прекрасный принц, они мечтают о тугом кошельке. А парни уже не ищут благочестивую леди – им бы погрудастей, да пофигуристей. Мы умудрились опошлить все в нашей жизни. И нам это нравится.
А этот блондин… Он легко заменился широкоплечим парнем, который с ухмылкой обнимает тебя за талию и шепчет всякие пошлые бредни тебе на ухо. Но не хочется. Совершенно не хочется куда-то идти с ним и сходить с ума в его объятиях. Рожей, можно сказать, не вышел. Чужие руки тянут за собой, и больших усилий стоит отстраниться от навязчивого внимания, и категорично послать внезапного кавалера куда подальше.
   Хотя, что он там болтает о таблетках? Ах да, экстази. Еще один бич современности. Такое ощущения, что не закинувшись, у вас не встанет, ей Богу. А если не встанет, то на кой черт начинать? Травить себя наркотой, как обезьянка тянуть ее в рот… Поколение 21 века, саморазрушающееся и самовосполняющееся.
   Джеф не любил быть пьяным, но сейчас сознательно напивался до состояния, когда мозг считает любую сумасшедшую идею вполне достойной того, чтобы быть воплощенной в жизнь. В очередной раз оторвавшись от такого желанного горлышка бутылки, мягко сжимаемого капризными губами, Бутройд снова оглядел танцующих, уже не находя идею присоединиться к ним - верхом безумия. Еще глоток, не очень аккуратный так, что тонкая струйка хмельного напитка стекла с уголка жадного рта куда-то в район шеи, теряясь за расстегнутым воротом дорогой рубашки. Вытерев дорожку тыльной стороной ладони, он провел по чуть влажным алкогольным пальцам кончиком скользкого языка, пробуя, как это будет выглядеть на коже. Оказалось, неплохо.
   В воздухе витал сладковатый дым каннабиса, приятно щекотавший ноздри. К нему подходили люди, предлагали свою компанию и прикладывались к его бутылке. Иногда Джеф позволял милым мальчишкам приложиться к своим губам, лаская своим языком чужой рот со вкусом пива. Пора уже было остановиться на ком-то определенном, но он все чего-то ждал. В голове было приятно легко, пустая тара оттягивала руку. Он нарочито медленно взял бутылку уже не очень верными пальцами и сделал жадный глоток, запрокидывая голову и обнажая линию шеи с дернувшимся кадыком, и тонкую резьбу ключицы из-под чуть сползшей рубашки.
- Ммм,… - отрываешься от горлышка бутылки, слизывая с губ алкогольные капли и рассматриваешь внезапно собеседника, который ненавязчиво касается твоего плечами. Мужчина не того круга. Мужчина из высотных офисных зданий, в костюме, начищенных до блеска туфлях. Что ему могло понадобиться в темноте этого бара?
- Мое пиво закончилось, - демонстрация пустой бутылке и пристальный взгляд на незнакомого субъекта, – поэтому не откажусь от предложения, - отвечает на усмешку легкой улыбкой и поворачивается к бармену. - Эрик, налей мне виски, мужчина угощает, - кивает улыбчивому парню, который привык к подобного рода знакомствам и уже не реагирует на сарказм молодого человека, который как бы не выделывался, все равно не оставался в одиночестве у барной стойки.
- Я раньше не видел вас здесь, - криминалист, поправляет соскользнувшие с носа очки указательным пальцем и изучающе разглядывает ви-за-ви, отмечая дороговизну костюма и аксессуаров, небрежность жестов и заинтересованность на дне голубых глаз.

+1

4

Ты понимаешь, что это реально – что-то новое, именно то, что ты искал. Молодой парень, изрядно пьян, немного даже потрепан. Скорее всего, уже походил по рукам, но ничего, для старта достаточно. И не факт, что у вас зайдет куда-то дальше разговора. Странно, Блейк, обычно ты рвешься в первых рядах, а здесь тормозить, как будто не знаешь, что нужно делать. А ты и, правда, не знаешь, потому что все бывает «впервые». И здесь хочется пошутить, да голова какая-то пустая.
Парень не отказывается от выпивки. Уже хорошо, значит, ты действуешь правильно. Черт, а молодые люди очень похожи на женщин – огромное минное поле, ночью, главное – это не подорваться на какой-нибудь глупости. С каких таких времен ты стал осторожным? Наверное, еще со времен Афганистана, когда нарвался на ту самую бомбу, искалечившую твою жизнь. Ничего, до свадьбы заживет, если так можно выразиться.
     Бармен смотрит на тебя, как будто спрашивает разрешения, а ты приторно улыбаешься и киваешь. А почему бы его и не угостить виски? Гулять, так гулять! Чтобы на утро стыдно было, хотя, тебе даже после самых разных приключений никогда стыдно не бывает. Ты подсел на адреналиновую иглу, мой милый друг, сможешь слезть? Навряд ли, хотя тебе и плевать. Тебе плевать на будущее, ты навсегда забывал о прошлом. Ты живешь «здесь и сейчас», а в этот момент рядом с тобой куча симпатичных парней. Действуй, рядовой.
     Голос у него мужественный, совершенно не подходит под образ. Ты всматриваешься в мельчайшие детали. Ты просто хочешь зацепиться за какой-нибудь факт, из-за которого сорвешься с теплого места и убежишь. Тебе просто страшно, признайся. Ты закручиваешься в дерьмо только на работе, а на гражданке, ты до сих пор так называешься «этот мир», за границами военной базы, на гражданке ты хочешь расслабиться. Ты пытаешься расслабиться, но у тебя не получается. И ты ищешь себе дозу, любую, уже не важно, у кого покупать.
- Да, я здесь впервые, - задумчиво киваешь, но не видишь смысла врать незнакомцу. Взгляд сползает с лица на шею, а затем заползает под чуть расстегнутую рубашку. Симпатичный типаж, похож на молодую девушку, но все-таки мускулинность присутствует, - А я гляжу, ты тут уже давно сидишь? Каждый вечер так проводишь? Или выходной?
     Не похож он на обычного студента, взрослый ведь. И совершенно не похож на глупенького мальчонку, который случайно сюда забрел. Знаток, отлично, хотя бы здесь ты не будешь чувствовать себя решающим звеном. Ты просто отпустишь себя по течению, а этот… Ты даже имени его не узнал, очередная шлюха? Иногда ты лежишь в ванной, отмачивая свое больное колено, и вспоминаешь имена всех девушек, которых перетрахал. Есть пара-тройка девиц, которые запали тебе в сердце, но имена стирают… А вот вид их упругих тел – нет.
     Наконец-то, бармен подает на стойку два граненых стакана с виски. И ты перехватываешь сразу два, притягиваешь к себе, чтобы парень развернулся к тебе лицом. Ты всегда играешь, ты всегда охотник, как бы ты не хотел, но ты не можешь стать жертвой. Ты либо агрессор, либо охотник – тебе не дано познать другого полюса. Тебя это пугает? Нет, тебе придает это стабильности, ибо, если ты изменишься, то увидишь в себе ту бездонную пропасть, которой боишься. Дитт, ты – потерянный человек, смирись с этим уже.
- За что будем пить? – как бы ненароком кидаешь ты, отдавая парню стакан только тогда, когда он к тебе полностью разворачивается. Обалдеть, еле умещает свой плоский зад на стуле, кажется, Блейк, ты нашел себе спут… Спутника до дома, - Давай за наше знакомство.
     Смотришь на парня, подносишь стакан к губам, подмигиваешь. Ты всегда так делаешь, ты просто чертов магнит для проблем. Ты не знаешь, но делаешь, а ведь не думаешь, что можешь ошибиться. Опрокидываешь голову вместе со стаканом, залпом выпивая двойной виски. Жгучая вода смазывает горло, но ты даже не поморщился. И закусывать тебе тоже не стоит. Хорошо, подзаправились, теперь можно действовать дальше. Ведь именно за этим ты сюда пришел.
     Опустив голову, ты видишь его худощавые бедра. Вполне, как у девушки, только между ног… Тоже самое, что и у тебя. Маленький ребенок, боишься, тебя тяготит мысль о том, что у него между ног тоже член. Тогда, зачем пришел? Встал и ушел отсюда! Нет, ты протягиваешь руку, теплая ладонь ложится на острое колено, большой палец оглаживает, а кожа чувствует тепло под штаниной. Грязное домогательство? Плевать, тебе ведь нравится, поэтому ты ведешь ладонью чуть выше, до середины бедра, а потом возвращаешься руку на месте. Гаденько улыбаешься, молчишь, смакуя язык, на котором еще чувствуется виски. И не смотришь ему в глаза, правильно, потому что ты всегда берешь то, что хочешь, без спросу.

+1

5

В вашем арсенале немало капканов, для привлечения привлекательной жертве, Ваше Высочество. Вы любите играть на струнах человеческой похоти, приманивая к себе, казалось бы, хрупкостью и наивностью образа. Почему-то все эти самцы, которые впервые приходят в это заведение, или просто ранее не сталкивались с тобой нос к носу, видят в тебе лишь глупого мальчишку, которым можно попользоваться одной темной ночью и забыть о существовании оного. Только вот именно ты покидаешь их той же ночью и пары лишних минут не проведя в их объятиях, на смятых, испачканных простынях отельных постелей. Именно ты вольготно одеваешься, поправляя идеально выглаженную рубашку, которую не смяли жаждущие руки очередного незнакомца. Именно ты вызываешь такси и оставляешь чаевые прислуге и, бросив безразличное «номер оплачен до утра», выходишь, легко хлопнув дверью. Они лишь ночное развлечение, не более того, Ваше Высочество.
   Повторные встречи лишь для избранных, которые умудрились не ляпнуть чего-нибудь лишнего, не задеть тебя свей наглостью и попыткой раскинуть на тебя свои собственнические порывы. Таких мало и они не надоедают вниманием, лишь мало что значащими именами отображаясь в телефонном списке контактов. В любой момент набрать. В любой момент встретиться. Никто, ничего не значит. Никто ничем не обязан. А кто пытается перешагнуть эту невидимую черту самоуничтожается под взглядом серьезных, ехидных глаз, в которых, если приглядеться, то можно прочесть усталую обреченность и «идиот, куда лезешь».
  У тебя ежедневные авралы и отчеты, трупы и ненормальные преступники, ты умеешь отшивать и быть самодостаточным и самоуверенным в своем одиночестве. Те, кто говорит, что каждый стремиться к единению с любимым человеком – брешет. Циник в тебе не пытается даже представить, что можно впустить в свою жизнь кого-то постороннего. Что можно просыпаться в одной постели и не кривиться, находя под кроватью чужие носки, на кухне цепляться взглядом за неизвестно откуда взявшуюся кружку, готовить завтрак на двоих и верить, что задержки на работе, это просто задержки на работе, а не короткое рандеву в чужую постель.
   И этот индивид напротив, уверенной рукой протягивающий тебе стакан с виски, так же улетит в трубу, стоит лишь тебе удовлетворить вполне логичные, мужские потребности. Пусть он и притягателен в своей взрослости, состоятельности и, трудно не заметить, искушенности. Пусть от него и веет силой и уверенностью не глупого мальчишки, который бравирует своими победами на личном фронте, составляя списки «1000 парней, что я трахнул». Завтра у тебя в планах провести день перед телевизором в обнимку с кружкой кофе и планшетом, на котором мелькает информация по финансовым махинациям очередного преступника. И менять свой распорядок ты не намерен.
  - Каждую субботу, - поправляешь рассеянно, сам не замечая, как сдаешь первому встречному свое расписание. Но деваться некуда, слов не воротишь и приходится играть с теми картами, что раздала Судьба. – Тяжелая трудовая неделя, нужно дать себе расслабиться, а тут алкоголь не разбавляют. Решающий фактор, - мимолетно улыбаешься бармену, который салютует тебе бокалом, и снова возвращаешь свое внимание мужчине.
   Можно пить за здоровье, но это слишком банально. Можно пить за удачное завершение ночи – провокационно. За встречу. Всегда за встречу, главный и, пожалуй, основной тост, который слышали эти стены столь часто, что они успели набить оскомину. Ты поднимаешь стакан, соглашаясь с мужчиной, и в пару глотков выпиваешь горючую жидкость, которая приятно опаляет горло и внутренности, сразу же ударяя в голову, да так, что приходится зажмуриться на долю секунд. Лед перекатывается на дне, ударяясь о стенки с мелодичным звуком.
   - За встречу и, - запустил в волосы пятерню, заводя лезущие в глаза пряди назад, - за приятное, надеюсь, знакомство, - расплываешься в пьяно-довольной улыбке, чувствуя чужую ладонь на собственном колене. Первый шаг сделан, возможный партнер не забыл подтвердить свои намерения, и ты доволен: не нужно делать дополнительных намеков, выдавать авансы в виде мокрых поцелуев. Пальцы скользят выше, будоража кровь не хуже выпитого алкоголь, и сбегают обратно, сжимая колено, а тебе остается лишь положить на них свою ладонь, легко оглаживая пальцами костяшки на кисти, потирая подушечками запястье. Все правильно, господин незнакомец, вы движетесь в верном направлении, только не пытайтесь трахнуть в туалете, не пройдет. Криминалист предпочитает уединение и комфорт, пусть и отельной, постели, что бы идеально отутюженная рубашечка не помялась при встречи с жесткой поверхностью стены.
   В глаза не смотрит, будто для прикосновения не нужно разрешение и это возбуждает: давно в твоей постели не оказывались столь уверенные в своей привлекательности и притягательности мужчины. Это тебе не торопливый, смазанный алкогольными парами секс, когда партнер совершенно забывает о том, что в сексе участвуют двое и нужно доставить удовольствие не только себе. Теперь дело стоит за малым: выбрать отель, который станет вашим пристанищем этой ночью и выбрать правильные слова, чтобы собеседник не сорвался с крючка и не отправился в свободное плаванье. В короткое плаванье, нужно заметить, такого приберут к рукам быстро и без сожалений.
   Анализируешь ты всегда и везде, поэтому и сейчас в твоей голове тысяча и одна схема дальнейших действий, и ты выбираешь одну из самых простых, которая не пестрит туманностью фраз и недомолвок. Просто и ясно, так тебе привычнее. Пальцы ложатся на чужой затылок и тянут к себе, заставляя наклониться, и ты пробуешь на вкус чужую заинтересованность, проверяя границы дозволенности и согласия легким, до целомудрия коротким поцелуем.

+1

6

Как давно поменялось твое отношение к сексу? Раньше ведь это была очень даже крутая утеха, а сейчас? А сейчас… Тебе абсолютно все равно, но без секса ты жить не можешь. А кто это будет под тобой? Парень или девушка? Молодой или в возрасте? Без разницы, абсолютно. Тебе ведь только пар спустить, а в этом нехитром деле есть множество способов. И поз, кстати, тоже. Поэтому ты никуда не бежишь, потому что ты успокоился, тебе не страшно. Тебе плевать на мнение окружающих, ты никогда от него не зависел. Ты пришел сюда за удовольствием? Расслабься и получай его в полной мере.
     Ты аккуратный, никуда не торопишься, у вас еще вся ночь впереди. Сейчас ты не тот участник ударной группы, нет, ты обычный человек. Мужчина, который просто напросто запутался в этом мире. С кем быть? С кем спать? Твоя отправная точка затерялась где-то далеко в прошлом. И у тебя нет примера подражания, ибо все твое окружение живет так, как положено. И у тебя тоже положено на все. В такие моменты ты забываешь о военном воспитании. Совершенно не скучаешь по командному голосу, здесь ты можешь делать все, что тебе захочется.
     Молодой человек никуда не убегает, но ты чувствуешь его напряжение. Ему надоело ждать, а ты просто хочешь растянуть этот приятный момент. Если все от твоей медлительности разрушится, навряд ли ты поймешь искать себе другую жертву. Перейдешь в бар для «нормальных» мужчин, напьешься, снимешь себе самую красивую девушку и забудешь с ней где-нибудь. Может, даже у себя дома, но сейчас не об этом. А ты опять осуждаешь, потому что не знаешь, чего ждать от гомосексуального мальчишки.
     Совершенно неожиданно, чужая рука ложится к тебе на шею. Ты тут же сгруппировался, готовый в любой момент ринуться в бой. Это уже безусловный рефлекс какой-то. Но ничего такого уж опасного не случается. Он просто давит, а ты подаешь вперед. Он просто целует тебя, а ты не знаешь, что делать нужно. Его губы тоньше, чуть грубее, но приятные на вкус. Поцелуй буквально невесомый, и тебе этого реально мало. Ты получаешь зеленый свет: «действуй, если хочешь добиться чего-то большего». И ты все понимаешь с первого раза, тебе не нужно повторять. Представь, что это девушка, делов-то!
     Твои руки резко ложатся на его шею, пальцы чуть сжимают, чтобы не смог вырваться. Губы надавливают на чужой рот, смакуют, требуют большего. Ты грубый и неотесанный, ты просто какой-то мужлан! Но плевать, кажется, мальчику это даже нравится. Ты усмехаешься сквозь поцелуй, поглаживая шершавыми подушечками больших пальцев кожу на его щеках. Точно бритый, это чувствуется сразу же, видимо, работает в офисе, где особый дресс-код. Хотя, это не важно. Кто вы? Где вы? Почему именно вы? Сейчас уже все не важно.
- Предлагаю уйти отсюда, - тихо шепчешь ты, и точно знаешь, что он прислушается, ибо хочет того же самого, - У меня есть свободный номер в отеле. Не испугаешься?
     Ты даже не спрашиваешь: хочет ли незнакомец пойти с тобой или нет. Ты предлагаешь, всегда готовый к отрицательному ответу, и это тебя не разозлит. Обычно ты не даешь людям выбора, делаешь его сам, но почему бы впервые в жизни все не сделать по-другому? Ты ведь чувствуешь, что он хочет, что он тоже желает. Ты создаешь все условия для того, чтобы этот молодой парень пошел за тобой. И тот пойдет, если уж остался после первого поцелуя, значит, и сейчас пойдет за тобой.
     Но нужно уладить некоторые дела, ты пообещал его угостить. Стираешь всю романтику, резко отстраняясь, убирая руки с его лица. Залезаешь во внутренний карман своего пиджака, откуда достаешь сверток купюр. Ты неплохо зарабатываешь на гражданке, но так же отмываешь деньги и зачет мафии. Тебе нравится эта мешанина, потому что никогда не бывает скучно. Ты достаешь первые попавшиеся сто долларов и кидаешь их на барную стойку. Эта сумма в несколько раз превышает ту, на которую вы выпили. Кстати, ты даже не удосужился спросить, сколько стоит такое удовольствие. И ты не про мальца, ты про выпивку. Бармен смотрит удивленно, а ты киваешь.
- Сдачи не надо, - добавляешь, чтобы мальчик в фартуке не полез считать сдачу. Ты ведь пообещал себе, что будешь отрываться на полную катушку, и ты всегда держишь свое слово, - Пошли?
     Перевел взгляд на своего нового знакомого, у которого даже не спросил имени. Или у вас будут кодовые ники? У тебя есть уже парочка, добавишь и еще одно прозвище в арсенал, в таких местах всегда им будешь пользоваться. И ты никак к себе больше не привязываешь, просто поднимаешь со стула и оглядываешься в поисках выхода. Потому-то ты знаешь, что он пойдешь за тобой, поэтому ты спокоен. Даже не бросаешь на брюнета взгляда, просто, увидев дверь, направляешься к ней, протискиваясь между разгоряченных, танцующих тел полуголых молодых людей. Ты нашел то, что хотел.

+1

7

Вы знакомы с теорией притяжения? «Противоположности притягиваются», как-то так говорят знатоки человеческих отношений и, пожалуй, они правы. Что у тебя общего с этим мужчиной, который, если задуматься, в отцы тебе годиться, хоть и выглядит преступно привлекательно? Он вполне мог бы оказаться твоим преподавателем, или очередным «под следствием», ты не знаешь о нем ничего и знать не хочешь. Как обычные прохожие, следующие по своим личным никому неизвестным маршрутам, вы столкнулись лишь на одну ночь в прокуренном темном баре, где все следуют неписанному правилу - «секс ради секса». Тебе совершенно не хочется знать, куда он поедет после встречи, чем живет в своем мире, в который нужно входить в дорогом костюме и с уверенностью бульдозера. Тебя больше заботит, что он может дать тебе здесь и сейчас, что у него в штанах, а не в кошельке. Ведь оплатить выпивку, номер, поездку к теплым водам ты можешь самостоятельно и для этого не нужно спонсирование или поддержка. Ты даже не будешь заморачиваться и лезть во всезнающую интернет сеть, что бы пробить своего случайного партнера по все возможным базам и спискам, раскрывая перед собой всю его подноготную. О чем ты можешь узнать, гонимый любопытством и профессиональной въедливостью? О неоплаченных штрафах за парковку? Не выплаченных элементах бывшей жене? Карту соц. страхования? А нужны ли тебе эти заморочки, когда единственное, что связывает вас – это секс на одну ночь? Увольте, выкладываться в такой манере ты привык лишь для выгодных, стоящих того, дел.
   А сейчас лишь грубые, не приемлющие отрицания губы, что не побоялись ответить на твой наглый поцелуй и сильная рука, которая не дает отстраниться и глотнуть воздуха. От такой страсти и задохнуться не долго, но слишком горячо, чтобы отказывать себе в этом сиюминутном желании распробовать… Товар? Ты привык оценивать партнеров, как нечто неживое, созданное Богом лишь для удовлетворения твоих желаний. Неодушевленных, обезличенных. Если бы ты запоминал каждого, проникался к ним какими-нибудь чувствами, то очень скоро сошел с ума, превращаясь в неврастеника и глотая таблетки пачками.
   Поэтому нет магии первой встречи. Бабочки в животе давно прибиты безжалостной рукой. Остались лишь логика и животные инстинкты, которые не обращают внимания на душевные метания и места не оставляют хрупким попыткам сделать такую глупость, как влюбиться.
   - Такси вызывать не нужно – машины дежурят у входа, - голос ровный, без возможной дрожи и ты не понижаешь его, совершенно не собираясь играть в интимные перешептывания. Будто хоть кто-то в этом месте может подумать, что вы едете по действительно важным делам. Спасать детей Ниггерии. Искать лекарство от СПИДа. Трахаться вы едите, невтерпеж вам и скрывать нечего, когда вокруг точно такие же люди, смотрящие на вас с некой долей зависти, потому что им еще придется потрудиться, что бы найти себе партнера на ночь… А некоторые вновь уйдут в одиночестве, потому что «секс» требует более эксклюзивной демонстрации и более ярких внешних данных нежели у них есть в арсенале. – Надеюсь, отелем вы называете именно отель, а не клоповник у дороги.
  Хотел ляпнуть что-то про «все оплачено», как спутник вытащил деньги, оплачивая выпивку, и всякие попытки бравировать собственной материальной обеспеченностью отпали. Банкует. Главное что бы сие были не последние деньги, вытащенные ради нелепой попытки «бросить пыль в глаза» случайному партнеру. Иначе будет как-то… неудобно, что ли. Странные они, эти люди, все им кажется, что платя по вашим счетам, они имеют вас полностью и без остатка, покупая и приковывая к себе. Сколько их было, неудачников, решивших поиграть в «хозяина и содержанку». Но после ночи за решеткой всякое желание и дальше играться с вредным экспертом пропадало на раз-два. Потому что не продается, а куда вы тратите ваши деньги – ваши проблемы. Хотите купить выпивку? Да кто же вас неволит. Решили оплатить номер и обслуживание туда же? Комфорт мы любим и ценим, продолжайте. Система «оплати и пользуйся» прокатывает лишь с молоденькими глупцами, которые еще не поняли суровых реалий этой жизни.
  - До следующей субботы, Эрик, - киваешь с улыбкой бармену и следуешь за поспешно ретирующимся мужчиной, стараясь не потерять его в толпе полуобнаженных тел. Знакомые норовят тебя приостановить, завлечь в разговор или танце, но ты озабочен лишь широкой спиной, которая то теряется, то вновь появляется в поле зрения.
   Свежий воздух наполняет легкие, когда ты все же выбираешься из темного чрева гей-бара на улицу и приходит плотней запахнуть кардиган, спасаясь от зимнего ветра. Благо идти до такси не далеко, машина и правда стоит прямо перед входом, будто только и ждет, хотя это все иллюзия, обман – таксист возьмет либо вас, либо следующую, торопящуюся уединиться, парочку.
   - И куда же мы едем? – вопросительно вскидываешь брови, уже сидя на заднем сиденье машины и небрежным жестом накрываешь чужое колено ладонью, что бы ненароком соскользнуть по нему к бедру, существенно сжимая плоть через ткань дорогих брюк. Ты бы врал самому себе, если бы сказал, что совершенно спокоен: внутри все горит, рвется в желании прикоснуться, но уже не к ткани, а к обнаженному, незащищенному костюмом телу.

+1

8

Прохладный вечер ударяет в лицо, как только ты выходишь из бара. На улице намного лучше, чем внутри. Тут даже как-то чище, хотя нельзя назвать это заведение каким-то запущенным. Ты бывал в местах и похуже, но там практически не было людей. Только террористы, в любой момент готовые выстрелить тебе в лоб. Там люди не задумывались о том, чтобы с удовольствием выпить бокальчик шампанского, а затем затащить кого-нибудь в постель. Там либо ты убиваешь, либо убивают тебя – одно из двух, и выбора у тебя нет точно.
     Ты чувствуешь парня за своей спиной, он не струсил, последовал за тобой. И ты начинаешь его уважать, хотя это вообще лишнее. Не так ситуация, ты же не задание какое-то выполняешь. Ты ведешь молодого мальчика трахаться в отель, ты никогда раньше еще этого не делал. Через тебя прошла целая толпа женщин, но никогда среди них не было кого-то мужского пола. Может, ты не за новым пошел, а просто опустился ниже плинтуса? Тебя уже ничего не будоражит, ни что уже не сможет привести тебя в чувства. Ты просто мертв, Диттманн, признай это, ты – труп.
     Действительно, такси вызывать не пришлось, машины ждут у входа. Их несколько, выбирай любую. Ты вздергиваешь бровью, хм, какое интересное заведение. Обычно возле баров стоят чужие машины, но такси… Значит, ты все-таки пришел в правильное место, тебя сюда тянуло. Ты ценишь красоту, а не пол человека, а этот… Ты опять забыл спросить его имя, как не культурно, но все равно. Ведь на следующее утро ты уйдешь, попросишь уборщицу проследить за тем, чтобы мальчик вовремя покинуть номер. И никогда не вспомнишь об этой ночи, значит, нужно хорошенько напиться. Да, ты высушишь до последней капли мини-бар дорого отеля. Кстати, про отель, ты поедешь в свой любимый.
Вы усаживаетесь в машину, здесь намного теплее, хотя, разницы ты не чувствуешь. Ты запрещаешь себе думать о прошлом, хотя свое настоящее всегда с ним сравниваешь. Это достаточно противоречиво, знаешь ли. Либо тебе просто хочется вернуться в свое прошлое. Ибо там всегда было спокойно и уютно, там тебе было хорошо. Приказ – выполнение, и ничего больше. Не нужно было думать своей головой, можно было просто делать. Ничего лишнего, все отлично. А что на гражданке? Ты постоянно должен отвечать за каждый свой шаг. Хотя, глупости, сейчас ты не отвечаешь за свои поступки.
     Ты отвлекся, а рука молодого человека оглаживает твою ногу. Ты поворачиваешься к нему в пол оборота, его ладонь сжимает твое бедро. И в какой-то момент ты дергаешься от такого прикосновения, потому что не привык. Ты привык к тому, что тебя хватают, что тебе делают больно. А здесь… Это называется лаской, друг мой, да-да, людям это нравится. И мальчику это тоже нравится, нужно как-то взамен прореагировать. Но ты ничего не можешь сделать, ты только улыбаешься, кончиком языка облизывая пересохшие губы, ну хоть что-то – это уже большой подарок.
- Мы поедем в отель «Плаза», у меня там уже забронирован номер, - ты говоришь тихо, не напрягаешься, все силы отправляешь на то, чтобы наконец-то расслабиться.
     Ведь ты знаешь, что этой самый дорогой отель в городе, самый лучший. Им заправляет мафия, ибо некоторым ее членам нужно где-то останавливаться. Кому-то нужно в принципе скрыться, но не у всех там есть свой номер. Просто ты всегда был достоин лучшего, никогда не отказывался от благ, которые тебе дают. Поэтому у тебя есть номер, в который ты можешь придти в любой момент. И туда ты можешь привести кого угодно, только, придется замести следы. Чтобы парень ничего не запомнил, хотя, он так пьян, что навряд ли он что-то запомнит.
     Ты просто не знаешь, что нужно делать, поэтому сидишь смирно. Пытаешься расслабиться, откидывая голову на спинку сидения, прикрывая глаза. Тебе хорошо, что уж там врать, очень уютно, этот мальчик не так уж и плох собой. Просто нужно решиться, сделать этот шаг с закрытыми глазами. Окунуться в это с головой, почувствовать: твое или не твое. Скорее всего, это будет не для тебя, но почему-то ты ведешь его в свое логово. Ты почему-то не выкидываешь его по середине дороги, или сам не желаешь отвести его домой. Почему-то ты позволяешь незнакомому молодому человеку дотронуться до своего бедра. И это достаточно интимный жест, нечего скрываться.
-Будь паинькой, хорошо? – спрашиваешь, или утверждаешь, ты, когда машина останавливается около многоэтажного здания.
     Улыбка на твоих губах, ты хватаешься указательным и большим пальцами за его подбородок. Притягиваешь к себе, коротко целуешь в губы, но успеваешь их облизать кончиком языка. Это всего лишь игра, из которой вы оба сможете выйти победителями. Тебе хочется секса, ему так же, есть хорошее место для этого. Всего одна ночь, а потом вы и не знали друг друга. Отличный план, Блейк, сделай все, чтобы он не провалился.
Ты отстраняешься, чтобы самому вылезти из машины. Пока парнишка освобождает такси, ты расплачиваешься с водителем. Пусть сегодня все будет за твой счет, ничего страшного. Когда машина отъезжает, ты подходишь к высокому брюнету. Черт, он все-таки чуть выше тебя, это раздражает, но ничего, в моральном плане – ты все-таки выше. Глядишь в его блестящие глаза, усмехаешься, киваешь в сторону входа. Никак не прикасаешься, а следуешь к большим дверям. Чувствуешь, как паренек плетется следом, кажется, ему нужна помощь.
     На ресепшне тебе встречает женщина в возрасте, вы улыбаетесь друг другу, все понятно. Тебя здесь знают, ибо ты частый клиент. Тебе нравится номер, который выделили специально для проживания, потому что он большой и уютный. Только один раз оборачиваешься на паренька, чтобы он не заблудился, двигаешься в сторону лифта. Ключи у тебя в кармане, вместе с ключами от квартиры. Ты вызываешь лифт, стоишь, засунув руки в карманы, не обращаешь внимания на того, кто стоит рядом. Как будто и не вместе, как будто дальше ничего интересного между вами не произойдет.
     Приезжает лифт, вы вместе заходите вовнутрь, дверцы закрываются, когда ты нажимаешь на кнопку. На ней написано «13» - это, твое любимое число. Твой номер находится на тринадцатом этаже, и тебя все полностью устраивает. Кабинка дергается, ты поворачиваешься к мальчику и пару секунд на него смотришь. Всего пару, тебе хватит, ты просто запомнил его внешний вид. Затем срываешься с места, прижимая его своим телом к стенке. Здесь все сделано очень богато, что приятно. Твои пальцы заползают в его кудрявые густые волосы, а губы накрывают чужой рот. Странно, с ним приятно целоваться. Чуть надавливаешь, чтобы пропихнуть язык вглубь, а колено – между его ног. Приподнимаешь ногу, натыкаешься на возбужденный член, спрятанный в классических брюках. Усмехаешься, тебе нравится такая реакция.
- Возбудился от одного вида? – с улыбкой, спрашиваешь сквозь поцелуй, а затем тут же затыкаешь мальчику, наглым образом завоевывая его рот, властвуя над всем его телом.

+1

9

Ты тихо фыркнул, услышав название отеля, в который собрался сопроводить тебя твой партнер. Плаза? Да вы шутите, господа. Что этот субъект забыл в том захудалом гей-баре, если может позволить себе вот так просто взять и снять номер в самом дорогом отеле города? Нельзя сказать, что ты впечатлен или шокирован, давно уже перестал реагировать на финансовый разрыв между твоим миром и чужим, но удивлен, это да. Не каждый день тебе удается перешагнуть через порог подобных зданий, на правах клиента, а не криминалиста. Ты привык к местам попроще, где золотой нитью расписывают подушки, не подают чай в фарфоре. Простые отели, не менее чистые и опрятные, со скромным ассортиментом бара, в них ты не теряешься, чувствуя себя в своей ниши социального положения и финансовых возможностей.
   Но если товарищ банкует, то сдерживать его порывы никто не собирается, желание сделать все по высшему разряду только радует. Правда тот факт, что придется оказаться на чужой территории, в чужом номере, слегка деморализует, но придется свыкнуться с той мыслью, что не все в этом мире подвластно вашему гениальному мозгу, месье Бутройд. А это, кстати, невозможно бесит, потому что ты привык держать под контролем свою жизнь. Свою и окружающих, в обязательном порядке. Например, ты точно знаешь, сколько не платит налогов сосед по лестничной клетки; сколько должна банку офицер из твоего отдела; и точно в курсе, когда следующая выплата по ипотеки у вредного прокурора.
   - «Паинькой»? – удивленно вскидываешь брови, пытаясь понять, с каких пор к тебе применимы подобные эпитеты. Вроде бы впечатление сладкоголосой шлюхи за сто баксов не производишь, да и возраст уже не тот, когда малознакомые мужики могут с тобой говорить в подобном тоне. Захотелось приложить собеседника лбом и спинку пассажирского сиденья, но сдержал себя в руках, резко убрав руку с чужого колена. – Не обольщайтесь, - поцелуй получился прохладным, ты предпочел не отреагировать на действия мужчины, лишь кривя капризные губы в насмешливой улыбки, позволяя чужим прижиматься, изучать языком.
   И почему единственный отель в данном городе, где ты побывал по служебному долгу – именно «Плаза»? Почему за стойкой имена та барышня, которую тебе пришлось допрашивать в связи с убийством в одном из «люксов»? Ты склоняешь голову, пряча лицо за растрепавшимися волосами, и молишь Бога, чтобы консьерж тебя не узнала и не раскрыла случайному партнеру твое истинное обличие. Не хватало еще, что бы внезапно стала известна твоя профессия, а то мало ли, вдруг испугается и сбежит, а в штанах слишком уж тесно. Тетенька, пожалуйста, не нужно меня узнавать. Вы меня всего раз в своей жизни видели, не более десяти минут разговаривали и вообще, я такое эфемерное «ничто», что помнить обо мне, право, не стоит.
   И, слава Всевышнему, та не обращает на тебя внимания, лишь протягивает ключи спутнику и улыбается понимающей, пусть и несколько растерянной улыбкой. Вот вы уже в лифте и ты позволяешь себе расслабиться, прекрасно понимая, что через пару минут можно будет забыться и утонуть во вполне понятной животной страсти, а на утро и не вспомнить образ случайного любовника. Хотел было что-то сказать, возможно, разряди напряженную тишину, но благим намерениям не суждено сбыться. Тебя вжимают в стенку лифта, да так что из груди вырывает удивленно-возбужденный стон, ты ухватываешься за чужие плечи нервными пальцами и следующие вздохи теряются в губах мужчины, а возражения покидают разгоряченным желанием мозг. Ты отвечаешь на поцелуй страстно, не давая партнеру полностью поработить тебя, хоть и хочется сдаться на волю победителя и нетерпеливо вжимаешься в чужое колено, чувствуя как ведет от вспыхнувшего внутри возбуждения.
   - Вам бы этого хотелось, не правда ли? – усмехаешься, торопливо облизывая губы, и ужом выныриваешь из его объятий, когда лифт останавливается и раскрывает перед вами свои двери. – У тебя возбуждающие повадки, признаюсь, - коротко смеешься, звонко шлепаешь ладонью по его ягодице и выходишь из лифта, следуя за мужчиной к его номеру.
   Номер именно такой, каким мы привыкли представлять номера в дорогих пятизвездочных отелях: шик, кричащая дороговизна и простор. Но у тебя нет времени на то, что бы разглядывать занимательные мелочи на полочках и проверять на сколько «настоящие» цветы в вазе. У тебя сейчас по плану секс, а не ревизия и ты хватаешь мужчину за плечи, прижимая его к захлопнувшейся двери и продолжаешь то, на чем вы остановились в лифте – жадно исследуешь чужой рот своим языком и оглаживаешь ладонями бедра, сминая пальцами рубашку.

+1

10

Признайся, парень, что ты просо потерялся во всем этом дерьме. Тебе без разницы, где жить: в номере отеля или в своей квартире. Тебе без разницы, с кем работать: со своими ребятами или с кучкой агрессивных парней, которые просто хотят убивать. Тебе без разницы, с кем разделять постель на эту ночь: с парнем или девушкой. И ниже уже некуда, тебя хоть сейчас запаковывай в гроб и закапывай под толстый слой мокрой земли. Что же такое? Даже в Афганистане ты мечтал о том, как после войны вернешься домой, найдешь себе любимое дело, будешь жить на широкую ногу. Вот, у тебя все в руках, но ты этим не пользуешься. Ты все куда-то бежишь, что-то ищешь, но так ничего и не находишь.
     А малец оказался очень даже юрким, он не дает тебе играть по своим правилам. Он выставляет свои ограничения, ничего страшного, тебе не помешает его все равно нагнуть. И ты попробуешь мужское тело, потому что тебе этого хочется. Тебе хочется увидеть этого незнакомца обнаженным, тебе хочется дотронуться до его кожи губами. И ты этого даже не скрываешь, только нагло усмехаешься, когда его ладонь звонко бьется о твою ягодицу. Девушки никогда себе этого не позволяли, а здесь что? Вы ведь практически на равных позициях, ибо вы оба – мужчины. Но кто-то этой ночью будет сверху, а кто-то снизу, и все уже решено, осталось только в жизнь воплотить.
     Лифт раскрывает свои стальные двери, вы вываливаетесь на этаж. Тут очень тихо, свежо, ты передергиваешь плечами, находишь в кармане ключ от номера. Ты идешь прямо, ищешь знакомые цифры на двери, находишь, открываешь дверь, толкая ее в темноту. Пропускаешь паренька вперед, пусть чувствует себя здесь не просто гостем. Ты ведь уже сказал себе: «я буду шагать широко, чтобы насладиться всем быстро и полностью». Вот, поэтому даже и не вздумай оборачиваться назад.
     Как только дверь за вами захлопывается, ты чувствуешь давящие руки на своих плечах. Чужие губы накрывают твой рот, не сопротивляешься, ибо тебе этого не хватало. Ты совершенно забываешь о том, что все это неправильно, что за такое в армии либо убивали, либо ссылали. Над такими издевались, издеваются и будут издеваться. Но тебе плевать, ведь тебе, Дитт, всегда плевать на какие-то правила и законы. Ты живешь в каком-то своим мире, вылезаешь из кокона только тогда, когда тебе обещают хорошо заплатить.
     Твои руки ложатся на его ягодицы, крепко сжимают, исследуют. Плоская, твердая задница, совершенно в этом смысле не похож на девушку. Твои губы резкие, они впиваются, зубы кусаются, а языки сталкиваются во влажном танце. Но это приятно, шорох на всю комнату, в которой темно и прохладно. Идеально, все идеально, именно этого ты и хотел. Но ждать уже больше нет сил, ты хочешь двигаться вперед. Поэтому оглаживаешь его бока, парень очень худой. Болен или телосложение такое? Кем он работает? Кто он вообще такой? А тебя это трогает? Нет, просто делай то, чего так хотел.
     Ты нащупываешь ворот кардигана, который прикрывает узкие плечи. Ты его срываешь, грубо, можешь даже ненароком порвать, но тебе все равно. Вещица летит куда-то в сторону. Затем, ты находишь многочисленные пуговицы, половина из них уже расстегнута. Мальчик, так ты не первой свежести, плевать, и такой сойдет. На первый и последний раз, больше ты никогда так не оступишься, правильно? Сломанные пальцы расстегивают оставшиеся пуговицы, так же резко срывают с юного тела ткань, откидывая. И вот, наконец, ты можешь до него дотронуться.
     Кожа на твоих пальцах шероховатая, поэтому ты никак не можешь быть мягким и нежным. Ты оглаживаешь плечи, проводишь ладонями вниз по его рукам. Затем возвращается вверх, оглаживаешь грудь, очень медленно. Ты исследуешь, тебе не хочется торопиться, тебе хочется все сделать медленно, чувственно, чтобы попробовать все и сразу. Ты наклоняешься, чтобы коснуться губами одной ключицы, оставляя на ней влажный след. Ты добираешься до его живота, который дрожит, усмехаешься, цепляя кончиками пальцев за ремень на брюках. Правильно все делаешь? Не знаешь, ты слепой, а в комнате в принципе темно, но ты знаешь расположение в этом помещении, как свои пять пальцев.
- Пошли, - неожиданно выдыхаешь на гладкую кожу, хватая парнишку за руку, крепко ее сжимаешь в свой лапе, и ведешь в сторону спальни.
     Тебе ведь не хочется, чтобы все это произошло в коридоре. Тебе хочется на кровати, чтобы было комфортно, чтобы надолго заполнилось. Ты резко дергаешь незнакомца на себя, прижимаешь к своей груди, а затем толкаешь на кровать, но сам не двигаешься с места. Из окна падает свет, ты видишь его худощавое тело, бугорок на брюках. Ты улыбаешься, протираешь ладонью подбородок, потому что не знаешь, как правильно. Он такой несуразный, угловатый, а ты такой огромный, неподвижный, как тумбочка или танк. Но это потрясающее чувство, и ты хочешь ему отдаться.
- Не желаешь выпить? – тихо предлагаешь ты, хотя чувствуешь, что это совершенно неподходящий момент, у вас у обоих горит, - Тут отличный мини-бар, могу тебя угостить.
     Но не двигаешься с места, ждешь, пока парень примет решение. Ты просто видишь в нем девушку, симпатичную девушку, которую снял на ночь. Но почему-то ты не знаешь, как с ней управлять. Блейк, ты же практически знаменитый любовник во всем Сакраменто! Ты берешь то, что тебе нужно, а не мнешься на пороге. Но сегодня особенная ночь, сегодня тот день, когда тебе понравился мальчик, и это нужно отметить. Но он слишком соблазнительный, и на вас слишком много одежды. Поэтому ты облизываешь губы кончиком языка, нагло улыбаясь, складывая руки на груди, ждешь, пока он взорвется.

+1

11

Как бы тебе не было хорошо, ты все равно морщишься и рычишь в чужие губы, когда с тела, совершенно не церемонясь, срывают одежду; грубо, почти выдергивая пуговицы, срывают рубашку, которую ты так старался сохранить в оглаженном, первозданном состоянии. Терпеть не можешь, когда с твоими вещами обращаются столь наглым образом, даже когда страсть затмевает глаза и дыхание перебивается, при каждом прикосновении чужих пальцев вздрагивая нервно и лихорадочно. Твои соседи до сих пор считают, что ты пай-мальчик, который «горит» на работе, ловишь преступников даже в выходные дни, поэтому совершенно не хочется появляться перед ним в непотребном состоянии, со следами ночных загулов и в разворошенной одежде. Иначе начнутся шепотки, расспросы, звонки родителям с сетованиями на то, что «хороший мальчик, похоже, летит по наклонной и нужно его спасать». А после этого все завертится, как снежный ком – мать будет рыдать в телефонную трубку, отец страдать за кружкой пива, а нервы твои станут чем-то совершенно растрепанным и ломким. Поэтому ты всегда раздевался сам, пропуская фразы про собственную педантичность мимо ушей. А тут вот оно как, нетерпеливое животное ломает все твои планы и тебе даже подумать страшно, что стало с одной из твоих рубашек и как с этим быть после.
   Но все возражения, возмущения и иные протесты потонули в жадном поцелуе чужих губ. И ты яростно отвечаешь, изучая язык рот своего любовника, пробуя на вкус и вылизывая наглым языком нёбо, пытаясь вытеснить на задворки сознания все моральные стенания и навязанные обществом нормы поведения. Их попросту не может быть здесь, где двое сошлись в страстном танце, рассчитанном на одну ночь. Смакуешь чужую силу, руками оглаживая сильные плечи и бока, нетерпеливо дергая рубашку и вытаскивая ее из-под брючного ремня, для того что бы пересечь границу и прикоснуться пальцами к разгоряченной коже. Твоя наглая рука следует ниже, задевает низ живота и ложится на выпуклость на штанах, ощутимо сжимая ее. Ты резко отстраняешься от мужчины, пьяными от возбуждения глазами смотря на него.
   - А ты отчего возбудился? – вспоминаешь его собственные слова и уверенно дергаешь за язычок молнии на его штанах, расстегивая. В тишине комнаты, где раздаются лишь их тяжелые дыхания, звук, который издала молния, сдавая оборону, кажется оглушительным. Мужчина может соврать, но бастионы пали, белый флаг выкинут и армия разбита, а генералы подписывают перемирие.
   Оказавшись на постели ты теряешь пару секунд на то, что бы смириться с реальностью и откидываешь голову назад, смахивая пальцами волосы лезущие в глаза, и смотришь, буквально прожигаешь любовника взглядом, в тайне сожалея о том, что не в пример ему, не успел стащить с манящего тела одежду и теперь остается лишь догадываться что же скрывается под кусками тряпок. Воображение уже давно трахнуло его и готовиться к наслаждению «на бис», а ты еще даже не раздел партнера, экий негодник.
   - Тебе в баре не хватило выпивки? Я думал мы сюда по другому поводу заехали, - усмехаешься, обводя взглядом возвышающегося над тобой мужчину, и плавно поднимаешься с постели, оказываясь в паре миллиметров от долгожданной добычи. – У меня другое предложение: максимум – душ, - вкрадчиво, будто ребенку втолковываешь таблицу умножения, с каждым словом расстегивая новую пуговицу на чужой рубашке. – Если ты хочешь поболтать, могу позвать портье, им за это платят, - распахиваешь рубашку и, еле касаясь, проводишь пальцами по груди, обрисовывая подушечками неровные линии шрамов. Не офисная крыса, как бы ни старался на нее походить – роспись на теле, как карта боевых действий. Вот тут след от ножа, вскользь, наверное, он даже не заметил. А вот тут, между третьим и четвертым ребром, тоже нож, но уже глубже, скорее всего латал не профессионал, слишком неровный шрам. Вот тут, на плече, огнестрельное ранение, навылет… Ты изучаешь каждый, прикасаясь губами к чужим доказательствам отваги, почти с трепетом и поклонением. – Хоть одно «живое» место на тебе осталось, герой? – вскидываешь голову и вопросительно поднимаешь брови, пока пальцы, получившие «белый свет», легки на пряжку ремня и избавились от очередной преграды на своем пути.

+1

12

Давай, малыш, начинай разогреваться. Ведь тебе сейчас очень нужен твой знаменитый порох. Если не получится выстрелить, то вечер будет окончен очень печально. А тебе этого не хочется, ведь так? Парень очень симпатичный, худой, схож с любой девушкой. Только у него нет груди, а между ногами болтается член, как и у тебя. А еще, ты не знаешь, как эти гавномесы занимаются сексом. Ведь ты никогда не думал, что дойдешь до такого. Но ты не слабак, нет. Даже тогда, в Афганистане, когда в стволе оставалась всего одна пуля, ты смог уложить всех своих врагов. И здесь сможешь, ведь задачка выдалась более легкой, чем в прошлый раз.
     Ты не мешаешь ему говорить, а он ёрничает. Но ты лишь улыбаешься, глядя ему в глаза. Они красивые, как и весь твой спутник на ночь. Кажется, он отлично понимает, что за этим больше ничего не последует. Вот и славно, отлично. Всего лишь «поиграться», вам ведь обоим больше ничего не нужно? Ни компании, ни отношений, ни чувств? Ну и отлично, тогда наконец-то заставь свои руки двигаться, а то паренек может подумать, что у него какие-то дисфункции. Хотя это совершенно не так.
     Ты обнимаешь его худощавое тело, резко дергаешь на себя, чтобы он прижался. Особенно становится приятно, когда полы рубашки расходятся. Ткань слезает с твоих плеч, ты ими лишь передергиваешь, выдыхая. Ты знаешь, что твое тело испещрено разными шрамами. Это самые настоящие трофеи, если нормальный человек их так сможет назвать. Ты можешь рассказать историю каждого шрама, каждой царапины на твоем теле. И каждое слово будет отдаваться болью где-то в коре головного мозга. Да, ты помнишь ту боль, ты засунул ее так глубоко, что не можешь теперь от нее избавиться.
     Ты усмехаешься, откидывая голову назад, показываешь юноше свою сильную шею. Просто хочешь собраться с мыслями, с силами, чтобы сделать наконец-то шаг на встречу. Ведь это не так уж и просто, оказывается. Ты любишь все новенькое, ты всегда знаешь, как нужно поступать. А здесь что? Ты пойдешь назад? Нет, точно нет. Твои ладони обводят его теплую кожу, пальцами пересчитывая ребра, расплываешься в улыбке. Пальца пробегаются по груди, задевая соски. У него нет пышной груди, ничего страшного, сможешь пережить эту потерю.
- А с чего ты взял, что я герой? – все с такой же наглой усмешкой, дергаешь бровью, а затем наклоняешься вперед и быстро целуешь его в губы, - Разве, сейчас ты очень сильно нуждаешься в душе? Я думаю, что это сможет подождать.
     Твои пальцы впиваются в его обнаженную кожу, а затем руки толкают. Он падает на мягкую кровать, но ты больше не стоишь на месте. Ты так же залезаешь на кровать, укладывая руки на его колени, чтобы развести их в сторону. Оглядываешь, как будто оцениваешь товар, затем хмыкаешь, но ничего не говоришь. Нет, все-таки нужно избавиться от одежды. Ее все так же много. Поэтому твои руки ложатся на низ его живота, поглаживая, спускаются вниз. Лязгает бляшка ремня, затем расстегивается пуговица, жужжит молния ширинки. И вот ты чувствуешь подступающий страх, но снова засовываешь его в задницу.
     Ты хватаешься за штанины и резко рвешь их вниз, стягивая с мальца штаны, которые летят куда-то под кровать. Ты не можешь вот так резко приступить к ласкам, которые тебе не свойственны, поэтому решаешься отсрочить свою участь. Пододвигаешься ближе, расположившись между его худыми ногами, упираешься руками в кровать по обе стороны от его головы. Смотришь в чуть затуманенные глаза, а затем снова усмехаешься, но ничего не делаешь, как будто не решаешься.
- Я буду очень благодарен, если ты мне немного поможешь, - шепчешь, а затем наклоняется, чтобы медленно и чувственно поцеловать тонкие губы, отрываешься и выдыхаешь, - Все-таки, я новичок в этом деле, поэтому мне нужна конкретная инструкция.
     И ты не издеваешься, ты реально не знаешь, что нужно делать, а этот незнакомец кажется тебе вполне опытным. И обратно целуешь, проникая языком в чужой, по-хозяйски там все исследуешь. Разрешаешь себе прижаться к нему, опуская нижнюю часть тела. Ты все еще в брюках, но хорошо его чувствуешь. У вас у обоих встал, и когда ваши члены, даже через ткань одежды, соприкасаются, то ты горячо выдыхаешь в его приоткрытый рот. Черт, а это приятно. Ты чуть морщишься, глядя на него, а затем смеешься, как будто лишаешься девственности. Но тебе ничего не остается, как просто снова его поцеловать.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Такой чувственный глубокий антракт