Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » .ничего не прося взамен


.ничего не прося взамен

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

после сотен и тысяч душевных войн
каждый новый мучительный долгий бой
я хочу проиграть.
и отдаться в плен.
ничего не прося взамен.

http://savepic.net/4601614.png

Участники:
Mark & Anna Gallagher
Место:
город Рим, Италия
Погодные условия:
довольно тепло для февраля
О флештайме:
Вперед, там где-то впереди мерцает свет,
Твоих побед, твоих счастливых долгих лет,
И есть всегда надежда, когда кажется, что нет,
И есть одна любовь, и есть еще один секрет.

после того, как все события нашего прошлого внезапно изменили ход и отказались играть против, мы с тобой понимаем, что это - именно та жизнь, о которой мы мечтали. отправляясь куда-то только вдвоем, наконец-то появляется возможность вспомнить обо всем, что так было важно.
я больше не терзаюсь воспоминаниями, а ты - рядом со мной.
кажется, открывается новая страница в книге, которую мы можем озаглавить по-своему, и мне определенно начинается нравиться эта повесть, и неважно, что ждет впереди: это все мы пройдем вместе.

Отредактировано Mark Gallagher (2014-03-22 13:33:46)

+3

2

I wanna believe in someone.
I wanna believe in something.
I wanna believe that i can love again.

  Когда приходит время перемен, сложно вообразить себе человека, кто оказался бы готов к новым течениям. Кто бы смог принять каждое изменение с радостью и восторгом - этот человек бы точно оказался полнейшим оптимистом с неиссякаемой верой в будущее. После жизненных уроков приходится учитывать, что не каждый третий желает счастья, и каждый второй норовит вернуть с небес на землю, однако самая простая мысль, которая позволяет держаться на плаву - это действительно уверенность в завтрашнем дне. Порой я напоминал себе того самого оптимиста, который точно верит в себя и гарантий того, что я ошибся в выборе своего пути, не существует абсолютно. Я отвергал любые мысли, которые могли бы закрасться в голову человека, который вечно сомневается в собственных поступках. Я был не таким человеком, а посему даже капля сомнений в собственных решений мне была чужда до ужаса.
  Сегодняшний день был таким же, как и все, однако одновременно с этим непохожим на других. Оказавшись в совершенно новой жизни, я с легкостью привыкал к ней, забывая даже порой мыслями возвращаться обратно, так как моим миром полностью завладели мои близкие люди - Анна и Роуз, в ком теперь и заключалось мое существование.
  Возвращаясь домой, я теперь понимал, что так сильно ценил в своей жизни прошлый Марк - мне казалось, что теперь я могу его понимать гораздо больше, а оттого - он перестал быть мне чуждым. Еще бы! Я практически ревновал его к Анне! Благо, той удалось меня убедить в неверности моих суждений, и тогда я более-менее успокоился, однако продолжал засыпать Анну вопросами. Мне была интересна вся их жизнь, безумно. Что они делали, чем занимались, какие у ни были отношения, и из-за чего спорили. И одновременно с этим я знал, что все остальное было моим, поэтому старых ошибок я не повторял, ну или хотя бы старался не повторять. Остановив машину в гараже, я вышел из автомобиля, рукой вслепую нашаривая ручку двери и открывая ее, впустил вместе с открывшейся дверью чуть морозный воздух, перебивший мне сначала все удовольствие от запахов, которые неслись из кухни. Кажется, я не ел весь день, однако эта иллюзия была ложной. Однако то, чо я безумно соскучился - правдой, настоящей правдой и ничем, кроме правды.
  - Привет, - оказавшись на кухне, я сразу же направился к ней, приобнимая сзади за талию и касаясь губами шеи, улыбнулся, зная, что на ее лице сейчас также была улыбка, - как прошел сегодняшний день? Пахнет просто восхитительно, я заметил еще к тому моменту, когда только подъезжал к дому. Ты уверена, что нам потом не придется выгонять толпы соседей, которые сбегутся на запах вкусной еды?
  Превращая сегодняшнее приветствие буквально в семейную традицию, оно мне начинало нравиться все больше и больше - в этой жизни все мне нравилось гораздо сильнее, с тех пор, как я остался в ту ночь у Анны. Утром, когда мы проснулись, я точно знал, что все отныне пойдет так, как мы и загадывали, и это придавало мне сил для того, чтобы продолжать двигаться дальше. Помимо работы у меня появилась цель в жизни и я уже не так хотел добиться собственного благополучия - я неясно, но ощущал, что в глубине души стало гораздо легче, та пустота, что я продолжал чувствовать на протяжении трех с чем-то лет, стала пропадать, постепенно, но пропадать, и я прекрасно знал, почему так случалось.

  Кажется, самый обычный зимний день, но мы с Роуз стоим у дверей детского сада - я впервые решил сам сходить за ней, попросив Анну подождать в машине. Та с радостью согласилась и сейчас, когда мне спокойно вручили мою дочь на руки, пожелав хорошего дня, я чувствовал себя действительно счастливым человеком. Мы с дочкой только что миновали большие двери детского сада и должны были направиться к машине, как я подхватил ее на руки, каждый раз думая о том, что мой поступок был не напрасным. Я мог дарить счастье - и я дарил его и Роузи, и Анне, и получал гораздо больше, чем отдавал - это был общепризнанный факт, с которым невозможно было поспорить. Я признавался в этом даже самому себе, и это было действительно большой победой над мнительностью. Когда она вновь назвала меня папой, уже осознанно, я не мог поверить, что это действительно правда.
  - Пап, а ты теперь всегда будешь с нами? - я стою, улыбаюсь, и пытаюсь понять, на кого она все-таки больше похожа: моя внешняя копия искупалась тем, что мыслила Роуз абсолютно, как ее мама, да и такого блеска в глазах я не видел лично у себя, зато вот у Анны его было очень и очень много. Невозможно даже представить, что я мог находиться где-то за сотни километров отсюда, и не понимать, что где-то далеко меня ждет моя семья, и что они действительно по мне скучают. Сейчас, когда я понимаю, через что пришлось пройти Энни, моей Энни, я уже не отношусь так легкомысленно к любому слову Роузи, ощущение того, что я потерял три года, заставляет меня ценить каждую минуту, которую я провожу с дочерью. Сложновато поверить, но в такие моменты я понимаю, что мое место сейчас не в кабинете, не в Бостоне рядом с родителями, а в Сакраменто, со своей семьей.
  - Конечно, Роузи. Я ни за что и никуда не пропаду, мама ведь говорила? - обхватив ее покрепче руками, я почувствовал, как девочка прижимается ко мне и обнимает за шею, - пойдем к маме, она уже заждалась, - погладив ее по спинке я, с улыбкой направился к Анне, которая уже заметила нас издалека и махала. Я сказал абсолютную правду. Мне было жаль, что я не успел увидеть, как растет Роуз, подержать ее на руках совсем маленькой, но даже и то, что я имел право наблюдать сейчас, было, вне сомнений, просто волшебно.

  Мне хотелось поскорей почувствовать себя окруженным домашним уютом. Даже не верится, что до этого я мог с удовольствием и удовлетворением от прошедшего дня возвращаться в свою квартиру, что-то делать, заниматься своими делами и у меня в сердце ни разу не отозвалось ощущение, что не тут мне хочется сейчас быть. Единственный раз, когда я позволил сердцу преобладать над разумом, это было то время, когда я выгнал Дерека не только из дома, но и навсегда из жизни Анны, и стал гораздо сдержанней относиться к поступкам, которые люди совершают на эмоциях. Возможно, это было действительно открытие для меня, ведь несмотря на то, что по поводу моего прошлого все также оставался белый лист, я продолжал гадать над тем, что заставило Анну полюбить того Марка - и, кажется, этот вопрос занимал меня достаточно серьезно. Это напоминало игру "найди отличия" и я боялся каждый раз, что где-то могу проиграть в этой сложной мозаике, позабыть какую-то определенную деталь и оказаться в проигрыше.
  - Что у нас на ужин? Сегодня был какой-то аврал, и я дико голоден. Я даже не понимал, что они творят, но мимо кабинета носились с таким топотом, будто бы президент поручил им какое-то дело, - дождавшись вопроса о своем дне, я покрепче обнял Анну, затем опускаясь на стул, стоящий у стола, я взглянул на нее. Неужели когда-то до этого я мог жить иначе целых три года? Это казалось полнейшим абсурдом, выдумкой, глупостью, ведь я находился здесь. Я мог обнимать Анну, целовать ее, чувствовать ее тепло и прикосновения. И точно не смог бы оказаться вдалеке - ни морально, ни физически.
  Ощущение, что вскоре мне вновь придется оставить свою семью, пусть и ненадолго - каких-то две недели! - будило во мне желание даже отказаться от командировки, но возможности возразить непосредственному начальнику у меня не было. Эта работа - то, что было мне необходимо и я просто не имел возможности отказаться - да, в мое положение обязательно бы вошли, перепоручив все другому человеку, однако мог ли я хоть кому-то доверить собственный профессионализм? Кажется, вместе с моей жизнью начали меняться и приоритеты, которые все же были неотъемлемой частью моей жизни.

+1

3

кто-то скажет: любовь — фарс.
кто-то крикнет: любовь — бред!
разум бьется в огне смут,
со слезами смешав смех.

  Иногда хочется пуститься в свободное плавание, поддаться течению реки, отдаться всецело в руки водной стихии и ждать, куда же потом она нас заведет: в пучину смерти или на берег рая? Никому неизвестно, что будет завтра, но это не мешает нам планировать свое время на несколько недель вперед. Я люблю контролировать свою жизнь, мне действительно нравится рисовать в своей голове картину будущих событий, и тогда, когда мои загаданные события сбываются в точности, как я их себе распишу, я не могу не радоваться. Несложно сделать вывод, что я не люблю сюрпризов и неожиданных событий, которые могут каким-то образом нарушить мой покой относительно моей жизни. С появлением в моей жизни Марка, моего любимого человека, моего спасителя, моего человека, моя жизнь потекла в совсем другом русле, и это направление, безусловно, гораздо лучше то, коим я обладала ранее. Зато теперь я боюсь не только за каждый собственный шаг, шаг Роуз, но теперь и за Марка: я не нахожу себе места, если он задерживается после работы, я готова сойти с ума, если мой любимый не берет трубку, и уж тем более, я и представить себе не могу, что, однажды, Марк захочет покинуть стены этого дома по собственной воле. Что же будет тогда, если уже сейчас, когда утром за ним захлопывается дверь, маленькая частичка внутри меня медленно умирает от того, что его нет рядом каких-то пару часов? Все возвращается на круги своя, когда Марк возвращается с работы домой, когда я вижу его улыбку, чувствую его запах, его прикосновения, знаете ли вы, насколько велико это счастье? А знаете, сколько я собираюсь бороться за него и за нас? Каждую минуту, каждый день, каждый год, и я обещаю, я никогда не устану, я никогда не опущу руки, потому что у меня есть вера - вера Марка в мою любовь.
    Я всегда была уверенна в Марке, как ни в ком другом, ведь за всю свою жизнь я не встречала людей преданней, чем этот мужчина, а это, к слову, одно из тех его качеств, за которые я когда-то его полюбила. Каково же было мое удивление, когда сегодня, в мой выходной, в нашем доме раздался весьма странный звонок: некая женщина по имени Кэтрин утверждала, словно она является сотрудницей фирмы, в которой работает мой Марк. Конечно же, поначалу меня совсем не насторожил ее звонок, ведь моя новая знакомая сообщила мне, что Марк забыл какие-то важные бумаги дома, и что, скорее всего, в ближайшее время кто-то подъедет и заберет их, а моя задача заключалась в том, чтобы просто передать пакет бумаг. Естественно, я ни малейшего понятия не имела, что это за документы, где их взять и кому отдавать, да и я бы никогда не стала лезть в дела Марка, если бы тот сам меня об этом не попросил. Немного погодя, после моих  долгих объяснений, я поняла, что женщина звонит совсем по другому поводу: сообщить мне, что в ближайшие дни Марк будет вынужден отправиться в командировку, но это не простая командировка, скорее это деловая поездка романтического характера с другой женщиной. Стоило мне только переспросить незнакомку, как она тут же положила трубку. Если вы думаете, что я дальше не находила себе места, то я вам скажу откровенно - это еще цветочки! Я доверяла Марку, но в связи с последними событиями: частыми задержками после работы, пропущенными звонками и чрезмерной усталостью, даже в моих мыслях начали возникать подозрения! Они не могли быть беспочвенными, так как мы вместе были всего лишь месяц, именно с этим Марком, с новым Марком, которого я все еще узнавала день за день. В тот момент я медленно выдохнула, дрожащими пальцами пытаясь нажать на кнопку "отключить", я сумела убедить себя в том, что мне надо дождаться Марка, а не верить первой звонящей женщине, желающей насолить нам. Марк ничего не говорил мне о командировке, так что если он все же заведет об этом разговор, тогда я не за что с ним сделаю, а вот пока мне ни к чему себя накручивать, верно? Ах, если бы это было так просто!
  Было уже около восьми вечера, когда Роуз смотрела в гостиной мультики, а я во второй раз решила разогреть ужин для Марка, когда все же послышался щелчок открывающегося замка входной двери: наконец, Марк сумел добраться домой. Я никогда бы не позволила себе сказать Марку о том, что его работа занимает слишком много времени, ведь я понимала, сколько сил он вкладывает в свое дело, с какой серьезностью относиться к своей работе, и, что немаловажно, действительно любит то, что делает. Однако, поздние визиты начинали меня беспокоить, в особенности с тем, что я сегодня была вынуждена услышать по телефону: как бы я не старалась скрыть тот факт, что внутри меня все горит от переживаний, я не могла. Даже маленькая Роуз заметила, что сегодня ее мама какая-то сама не своя. Я включила электрический чайник, сделав тем самым вид, что вовсе не услышала шум, с которым пришел домой Марк, а немного погодя, я сама испугалась того, что Марк обнял меня сзади. По телу пробежались сотни мурашек от его неожиданный прикосновений, но я не могла позволить себе ответить им и поддаться. Я отставила в сторону кружку и резко кинула лопаточку, которой перемешивала приготовленный для Марка ужин, прямо на столик: - ты своим комплиментом решил сделать мне приятное и загладить свою вину за свое очередное опоздание? Или, быть может, ты мне скажешь, что не голоден и поужинал уже на работе, с кем-нибудь еще? - я злилась и ничего не могла с этим поделать. Выключив газ на плите, я отошла от Марка и прислонилась спиной к холодильнику, скрещивая руки на груди. Все бы ничего, если бы не мои подозрения на беременность: я ни с того ни с сего стала менять свое настроение, мой аппетит увеличился, а страх за то, что возможно нас станет еще больше, когда мы с Марком и так не устаканили наши отношения, заставлял меня нервничать. Еще и этот звонок! Все это должно приносить радость, а не безумное волнение, которое сейчас разыгрывалось во мне с новой силой!
  - Скажи, а аврал был не из-за того, что ты забыл дома какие-то документы? - все еще пребывая в том же расположении духа, я отвела свой взгляд от Марка, понимая, что я не смогу долго сдерживать себя, но все же этот момент мне стоило оттянуть, хотя бы ради Роуз, которая сейчас попросту испугается, если ее мама закричит. До кухни доносились какие-то фразы из мультика, из-за которых моя маленькая девочка громко смеялась. Это успокаивало меня. Ненадолго. Пока я вновь не посмотрю на Марка: нельзя было не заметить, как выражение его лица менялось, ведь обычно, когда тот возвращается домой с работы я встречаю его с совсем противоположной реакцией. Но не в этот раз. Не после того, что мне сообщили. - это правда, что ты едешь в командировку? В какую-то срочную командировку, от которой ты не можешь отказаться ни при каких условиях, потому что тебе предстоит очень важная сделка? - я поджала губы, все же решившись посмотреть Марку в глаза. Забавно, да? Когда ты только собираешься что-то рассказать, а человек, каким-то образом, благодаря неизвестным людям, уже знает все твои планы раньше тебя? Марка сейчас может спасти только то, что он ответит, что тот никуда не уезжает. Это ведь и будет доказательством того, что та женщина, которая сегодня позвонила к нам домой, соврала! Я долго думала, что могло заставить ее сделать этот звонок: желание насолить или, возможно, сделать доброе дело и предупредить меня о возможном предательстве моего мужчины? Несмотря на хмурое выражение моего лица, я была расстеряна и не знала, что мне делать сейчас. Лучше бы вообще никто не звонил! Лучше бы вообще ничего не было! - я ведь еще не понимала, что моими эмоциями сейчас управляет маленький человечек, о котором я даже не подозревала тот момент.

+2

4

— Ты не умеешь любить. Ты никогда не бросаешься в омут.
— Зато ты — всегда. Вот почему тебя вечно кто-то спасает.

  Все изменяется со временем - если не в один момент разум настигает резкая волна, то это происходит постепенно, так, будто никто не замечает - точно также забываются слова, проходит время, тянутся секунды по часовой стрелке - и этот мир приходит в движение. То, что неизменно веками, все равно постепенно приходит конец, и даже высеченным на камне истинам когда-нибудь придумают веское оправдание для глупости ее автора - как следствие, никто не останется в истории с незапятнанной репутацией, как бы то ни было, тебя все равно будут и ненавидеть и уважать. В моей истории не было завоевательных походов или выигранных битв, однако была одна-единственная война с самим собой, и я успешно ее выигрывал, зная, что ни за что не позволю хладнокровию и разуму испортить все, что строилось таким непомерным трудом.
  В отличие от многих и многих, мне было, что терять, поэтому, пока все старались хоть как-то исправить свои жизненные принципы, я давно жил с ними в согласии и старался только лишь сделать так, чтобы они не сильно мешали моему разуму принимать решения. Особенно сейчас, когда этого от него не требовалось - я был лишь возвращающимся домой усталым мужчиной, который хотел нормально поужинать и провести время со своей семьей, забыв про рабочие моменты. Если же ранее мне не удавалось отодвинуть свою деятельность на второй план, то в последнее время она уходила туда самостоятельно - справляться с постоянными обязанностями никогда не было для меня сложным, и я был готов поручиться, что мои коллеги довольны моей работой - иначе чем же еще объяснить приличные гонорары, которые я получаю за каждое дело, за кое берусь? Хотя стоит признать, что в последнее время их стало действительно много, этих дел, и я действительно стал немного задерживаться на работе: для меня эти пятнадцатиминутные задержки не значили абсолютно ничего, в то время как для Анны они могли бы оказаться каким-то катализатором для того, чтобы начать переживать.
  Мои слова обрываются на полуслове, когда Анна отстраняется от меня и делает пару шагов в сторону, поворачиваясь ко мне с хладнокровием, которому могут позавидовать любые актеры - но в ее глазах оно искреннее и я понимаю, что ей действительно не хотелось, чтобы я к ней прикасался. С удивлением я продолжаю смотреть на Анну, которая медленно отходит от меня и становится напротив, обхватывая себя руками, а я поднимаю взгляд на ее глаза, и пытаюсь разгадать ее истинные мотивы такого разговора. Сказать, что я сразу растерялся, так как о командировке действительно узнал несколько часов назад, значит, ничего не сказать. Я понимал, что Анна сразу же бы оказалась в курсе этих новостей, однако тогда, когда я только прибуду домой, а не за пару десятков минут до моего приезда. Я опираюсь боком на небольшой кухонный столик и, подперев его рукой, изучающе смотрю на нее, однако, кажется, томлю ее этим еще больше, но мне действительно важно знать, откуда могут возникнуть такие претензии - если с моей стороны ничего нет, то основания для них могли бы пойти как раз с тех источников, откуда Анна узнала о командировке.
  - Подожди-подожди. О каких документах ты ведешь речь? - я поднимаю руку, показывая, что хочу, чтобы этот поток упреков чуть-чуть приостановился. Я оказался настолько удивлен резким ее вопросом, что даже забыл о собственном чувстве голода - обычно наши встречи после моей работы проходили в совершенно иной атмосфере, в то время как сейчас я был полностью огорошен и даже не сразу сообразил, что сказать - до этого момента я ни разу не предполагал, что Анна может разозлиться из-за какого-то пустяка, мы все всегда решали мирно и спокойно, да и, если быть до конца честным, перед нами еще не вставал такой вопрос о том, когда бы наши интересы столкнулись на равных началах, и сейчас, казалось бы, происходил именно такой момент, - о тех, которые лежат у меня на столе? Да, я действительно их забыл, но могу привезти в фирму в любой другой день, потому что они и так справятся - на моем столе лишь копии, основные документы я давно унес шефу на подпись - вот сейчас он их как раз и ищет. Анна, это же всего лишь какие-то документы, в них ничего нет.
  Мне казалось чуждым то, каким тоном сейчас со мной разговаривала Анна - да, я задержался на работе, но это вовсе не значило то, что я мог себе позволить какую-то халатность в отношении своей семьи - она прекрасно знала, что домой я спешил по мере возможностей, особенно с тех пор, как моя квартира была успешно продана и уже довольно долгий промежуток времени я называл дом Анны, дом ее родителей, своим домом. Здесь меня ждали любимая женщина и дочь, и у меня не было никаких оснований, чтобы хоть что-то от них утаивать. Я прекрасно понимал, что со стороны Анны эти обвинения могут и не быть беспочвенными, потому что сам был из тех людей, которые додумывают все за других - именно это мне когда-то помогло ворваться к ней в дом и ликвидировать единственного и последнего человека, который бы помешал моей семье вновь воссоединиться - однако моя ревность пока что не доходила до какого-то определенного предела, хотя я старался по большей степени как можно сильнее вникнуть в жизнь Анны и в какой-то степени даже контролировать ее - встречая ее с работы домой, когда у меня возникала возможность, я старался присмотреться к ее коллективу и придумать для них оправдания, почему я не могу ненавидеть всех этих мужчин, которые, весело переговариваясь, оставляли свои смены и дружной компанией шли к выходу: но затем ко мне подходила Анна, целовала меня и я забывал абсолютно обо всем, понимая, что именно в ней и заключалось моей спасение. Ей удавалось подчинить себе абсолютно все мои жизненные эмоции - да, порой они выходили из-под контроля, но это было редкое явление, когда я начинал понимать, почему тот Марк Галлахер так сильно был привязан к своей девушке.
  Я не хотел сейчас возвращаться в контору, а особенно - огорчать Анну тем, что мне действительно придется ехать в командировку, однако эта новость обошла нашу семью даже быстрее, чем, кажется, достигла моих ушей. Холод между нами сейчас можно было бы резать ножом, и, к слову, именно так я себя и ощущал, однако это не был какой-нибудь кинжал, который царапал кожу, нет, это было что-то холодное и быстрое, что за секунду могло раз и навсегда заставить Анну потерять ко мне доверие. Сегодня, когда мне сообщили о командировке, я, конечно же, был разочарован, однако сообщить о ней я планировал слегка по-иному, а не в такой яркой и резкой форме. Тем более что у меня была для Анны еще одна небольшая новость, которая бы могла немного скрасить ее настроение - хотя сейчас я очень сомневаюсь, что она бы помогла.
  - Что происходит, Анна? Я надеялся сообщить тебе о командировке самостоятельно, а сейчас, оказывается, ты знаешь о ней раньше. Откуда, позволь узнать? - я говорю более холодным тоном, и более тише, потому что после последних слов Анны мы оба поворачиваем головы в направлении гостиной, откуда слышится смех Роузи, и, кажется, на секунду между нами нет этой пропасти, но она возникает сразу же, как только мы оба убедились, что дочка нас не слышит. Я стараюсь не привлечь ее внимания резкими словами, и одновременно с этим не могу говорить тише, потому что подозрения, которые появляются во мне с первым же упреком Анны, уже не дают покоя, - да, я действительно не могу отказаться от нее, потому что итогом этой встречи будет решено, заключаем мы важный контракт или нет, даже меня самого не предупредили заранее, поэтому рейс буквально через пару часов, если быть точным, - я взглянул на часы, - через четыре часа, но регистрация начинается гораздо раньше.
  Да, не так я собирался сообщить своей семье о том, что отправляюсь в командировку, не так. Я стараюсь сохранять спокойствие, однако это очень сложно. Продолжаю смотреть на Анну и в ее глазах вижу все невысказанное мне. Тревога, очень знакомое мне чувство, но я не понимаю, чем мог расстроить такие родные мне глаза, что сейчас они смотрят на меня с осуждением и недоверием - кажется, это действительно какое-то проклятие, и я осекаюсь на своих словах, думая, что они прозвучали немного резче, однако мне ничего не изменить - если бы у меня была такая возможность, то я бы вообще отмотал все происходящее на день назад, чтобы не заставлять волноваться ни Анну, ни себя, ни тем более Роуз.

Отредактировано Mark Gallagher (2014-03-21 14:56:55)

+2

5

но ведь любовь слепа, и тот, кто любит,
не видит сам своих безумств прелестных..

  Никто никогда не задумывался над тем, как многогранен может быть обыкновенный букет цветов? Внутри может быть спрятано что угодно: красные лепестки роз, несущие за собой неизбежное кровопролитие, зеленые лепестки папоротника, привносящие собой в букет немного спокойствия, а также всевозможные украшения, которые распыляют нам глаза. Марк - был именно таким букетом цветов, в который я иногда даже боялась заглянуть, чтобы лишний раз не наткнуться на те шипы, из-за которых потом больно болят мои пальцы. Порой этот мужчина раскрывался передо мной, показывая себя с самой лучшей стороны, а порой рядом с ним мне становилось страшно, словно нечто неизвестное душит меня. Я всегда знала всевозможные его состояния, будь то нежность, с которой он будит меня по утрам, будь то гнев, вызванный его работой или одной из неизбежных неудач, но сейчас, в данный момент, мне казалось, что Марк от меня что-то скрывает, утаивает, недоговаривает. Слишком уж легко все можно было прочесть по его лицу, слишком уж просто было раскусить его, отчего мне на душе становилось гораздо хуже. Что это значило: выходит, что тот разговор с незнакомой мне женщиной все же правдив? Он подкреплен фактами, резкостью и грубостью Марка, а заодно и удачным стечением обстоятельств? Говорят, что нельзя верить первым встречным людям, что надо для начала поговорить с человеком один на один, чтобы выяснить правду, однако, я, к сожалению, убеждалась в обратном. Всего лишь каких-то пару шагов разделяли меня от Марка, хотя в душе я понимала, что если все это подтвердится, я никогда не смогу к нему подойди ближе, чем на метр! И, черт возьми, что вообще со мной происходит?! Я была готова подойти к нему и обнять, как тут во мне уже бурлят нешуточные эмоции! То есть, чисто теоретически, прямо сейчас мне предстояло разобраться не только с Марком, но еще и с самой собой. Если бы это было так просто!
  Наверное, благодаря тому, что за дверью находилась Роуз, мне удалось взять себя в руки. Не срываться. Не начать кричать в тот момент, когда Марк попытался поднять тон своего голоса. Я медленно выдохнула, сжимая свои руки в кулаки: определенно, обстановка между нами постепенно накалялась, причем не только из-за недоговоренности. Спиной оттолкнувшись от холодильника, я направилась к выходу из кухни, но не для того, чтобы покинуть ее, а для того, чтобы закрыть дверь немного плотнее - я не хотела, чтобы Роуз подумала, что ее родители ругаются. Убедившись в том, что дверь плотно вошла в створку, я повернулась к Марку, в недовольстве сдвигая свои брови: - во-первых, ты можешь говорить немного тише? Или тебе наплевать, что Роуз может все услышать, испугаться, а затем начать плакать? - я перешла на шепот, но отнюдь это изменило мою интонацию: резко обратившись к мужчине, я и не сомневалась, что это не заденет его. Мне не нравились наши отношения, мне не нравилось то, что творилось между нами. Прошло относительно немного времени с того момента, когда мы стали вновь вместе, хотя для Марка, который так и не вспомнил ни меня, ни нашу жизнь до аварии, все это было в новинку, в отличие от меня. За этот недолгий срок я уже успела убедиться в том, что все для него стало приниматься, как должное, будто он заранее знал, что обязательно найдет себе женщину, которая будет просто с ним жить. Сложно ли оценить наши отношения со стороны? Напротив, очень легко! Только лишь по началу наших отношений Марк старался, забирал меня с работы, пытался мне угодить, я не говорю о том, что это должно быть постоянно, но перемена в его поведении произошла слишком быстро. Принято считать, что мужчина устает от женщины спустя год, но о каком сроке может идти речь, если мы вместе всего лишь один месяц? В общем, я не знала, как мне правильно поступить, какую выбрать стратегию и как сделать так, чтобы ко мне вернулся тот Марк, мой Марк, который бы никогда не позволил себе разговаривать со мной в подобном тоне.
  - Да при чем тут твои бумаги, когда речь идет не о них, а том, что ты слишком много мне не говоришь? Ты ведь даже толком так и не знаешь, кто я такая, а кто мы с Роуз для тебя и тому подавно, да, Марк? Скажешь, что я не права? - я показала указательным пальцем на себя, а затем, почувствовав, что все перед глазами постепенно начинает застилать черная полоса, решила все же присесть. Отодвинув для себя стул, я присела на него и, локтями оперевшись о стол, вновь решила посмотреть на Марка. Нет, он еще и делает вид, что не понимает, о чем я ему сейчас говорю! Не буду скрывать того, что тот звонок не оказал бы меня подобного влияния, если бы я не наблюдала изменений в Марке: я слишком сильно путала, где находится тот человек, которого я полюбила очень много лет назад, а где тот, чужой мужчина, с которым я решила связать свою жизнь. Если честно, раньше я и подумать не могла, что мой Марк может так со мной обращаться, а теперь, когда это начинало входить в привычку, я отказывалась это принимать лишь потому, что знала - это не тот, кого я так долго ждала. - если ты утверждаешь, что эти самые документы сейчас ищут, но, тем не менее, они не важны, то какой смысл в твоих словах? Сам факт того, что все это правда, есть? Почему эту самую правду я узнаю не от тебя, а от чужих людей, которые звонят мне и говорят такие вещи? Почему бы тебе не попросить у меня привести их к тебе на работу? Или ты так торопился утром, скорее всего на работу, что даже не подумал об этом важном деле? - все явно вело не в лучшую сторону. Да, я хорошо понимала, что вряд ли из этого разговора выйдет что-то хорошее, но я не собиралась сейчас сидеть, сложа руки. Я никогда не прощу ему того, что он мне солгал, а уж тем более его связь с другой женщиной, когда наши отношения только-только начали формироваться!
  - Да что ты себе позволяешь вообще? Решил, что со мной так можно разговаривать, Марк? Ну уж нет, я тебе не позволяла так с собой обращаться, я не игрушка, на которой можно сорваться или которую можно заткнуть, когда она тебе надоела! И надо же, какое случайное совпадение, что ты именно сегодня должен вылетать в срочную командировку, а я, позволь тебе сказать, уже об этом знаю! - все, я не хочу его даже больше видеть. Я очень сильно пожалела о том, что дома сейчас Роуз, ведь в противном случае я бы сейчас заорала на весь дом! Хотя, стоп! Что со мной происходит? Я завелась слишком быстро, с такой же скоростью я начала говорить все, что не попадя про Марка! Медленно отведя взгляд от Марка, я посмотрела прямо перед собой: мне нужна была передышка или пару таблеток успокоительного? Неужели я действительно могу быть беременной? Но, если это так, то и мой второй ребенок опять останется без отца? Так, хватит пороть чепуху про беременность! Привстав со своего места, я сделала несколько торопливых шагов в сторону Марка. Оказавшись рядом с небольшим кухонным столиком, на котором я обычно готовлю, я потянулась за какой-то чашкой, к слову, немытой, и поддавшись своим эмоциям, я запустила ее прямо в Марка, но, увы, я не смогла попасть в него, но мне было очень и очень жаль! - знаешь, что, вот и катись к ней! Говоришь, что осталось совсем немного часов? А тебе же надо еще вещи собрать, зайти купить цветы и подарок, так что давай! Иди и собирай свои вещи, иначе они полетят в окно! - непонятно откуда взявшиеся слезы постепенно начинали подступать к моим глазам: я на самом деле не понимала, откуда во мне бурлило столько эмоций. Обычно мало что могло вывести меня из равновесия, да и в случаях ревности я предпочитаю просто молчать. Я отвернулась от Марка, не желая более смотреть ему в глаза. Если у него хватит ума на то, чтобы поскорее уйти отсюда, я буду ему очень благодарна.

+1

6

Люди любят друг друга, и в этом - все! Это и самое невероятное, и самое простое на свете.
  Вполне возможно, что после смерти людей ждет возмездие совершенно не за сотворенные дела. Наоборот, они - лишь являются прошлым, и осознать это прошлое поможет оскорбленная совесть, задетая гордость и полнейшее жизненное упрямство, поэтому это возмездие настигает людей наверняка не за те поступки, которые они совершали, а наоборот, за те, к которым не оказались готовы. Могли, а не сделали, побоявшись чего-то, либо растерявшись в момент - однако секунды ни в чем не знают пощады, и все, что не произошло, рано или поздно закупорит сознание собственным постоянством. Кажется, половина моих поступков не заслуживала того, чего стоила парочка тех, которые я не сделал. Последнее время все действительно было как-то довольно шатко - я понимал, что нужны были перемены, и старался просто думать об этом почаще, однако раз за разом все сильнее уходя в свою работу, понимал, что должен поговорить с Анной во избежание какого-либо конфликта, быть готовым к тому, что у нее будут свои причины для того, чтобы не пожелать отпускать меня в командировку. Собственно говоря, я хотел бы отказаться, потому что провести вместо этого пару выходных в своей семье было бы для меня гораздо ценнее.
  Однако, будучи еще под присмотром тех, кто мне всячески не доверяет, я старался браться за всю работу, которую мне вверяли, а тем более - такую важную. Именно поэтому я заранее подумал о том, чтобы Анна не переживала за меня и решил предложить ей отправиться вместе со мной, но, чьи-то злые языки ввели в курс дела мою жену еще раньше, чем я добрался до дому. Интересно, кого я могу поблагодарить за столь приятный сюрприз?
  Перебирая в голове имена, я оперся рукой на кухонный столик, вновь прислоняясь к нему и, слушая Анну, не мог поверить, что сейчас говорила именно она, а не кто-то за нее. Наверняка у нее были действительно причины для подобных слов, но я не понимал, чем вызвана такая резкая реакция - точнее, понимал, но не мог выбрать между командировкой и моим к ней обращением. Я вовсе не собирался вызывать чьего-то гнева, наоборот, ожидал только лишь покорного согласия, от которого мне защемит сердце и я раньше любого другого времени продолжу говорить о том, что у нас есть возможность отправиться в эту поездку вдвоем. К слову, это был Рим! Один из самых красивейших и известных городов, и я просто не мог отказаться от впечатления, которое произведет этот город не только на меня, но и на Анну.
  - Анна, послушай! Эти документы будут нужны в командировке, именно поэтому я сейчас их и искал по всему офису, но вспомнил, что они лежат на моем столе, а значит, я ничего не потерял, - мне хотелось доказать обратное, сказать, что она не права, сказать, что я давно так не нажимал на газ сильно, чтобы поскорее вернуться домой, но я не стал повышать голоса, однако заговорил более гневным шепотом, надеясь, что Анна успокоится. Мне не хотелось ни волновать ее, ни устраивать скандал при Роуз, тем более что, кажется, девочка уже прислушалась к нашему разговору - иначе как бы она сделала, услышав голос папы на кухне? Мне все еще не давала покоя осведомленность Анны о командировке, и я уверен, что обязательно выясню эту часть недописанного романа, уверен, что здесь хоть как-то да фигурирует Дерек - из старых ребят после его увольнения у него остались тут друзья, которые почли бы за радость оповестить Анну о том, что я отправляюсь куда-то с какой-то женщиной. Да что за глупость вообще? Собравшись с мыслями, я продолжил говорить, вглядываясь в лицо женщины и не беспокоясь, буду ли я услышан - потому что несмотря на то, какие бы отношения между нами не царили, Анна слышала все мои слова, и принимала их к сведению, уж в этом я был полностью уверен, - А о командировке я узнал ненамного раньше тебя, к слову, и, думаешь, я бы не сообщил тебе, что мне нужно вылетать через пару часов? - ну не мне, а нам, - я собирался приехать домой и рассказать тебе об этом, а вместо этого встретил упрек, потому что еще даже ничего не успел сказать!
  Однако я не успел закончить последнее предложение, как в меня полетела чашка - уклонившись, я проводил взглядом легкие осколки, брызнувшие по полу кухни и понял, что пора все-таки рассказывать обо всем. Думаю, что Анна будет очень сильно удивлена, что я успел сделать пока якобы задержался с работы сегодня - узнав у ее шефа все расписание, я договорился о том, чтобы ее отпустили с работы ровно на шесть дней - это было точное время моей командировки, и сейчас вполне мог претендовать на знатока всех смен, которые выпали бы Анне в эту неделю - потому что шеф заболтал меня так, что под конец я не был уверен, что в командировку еду именно я. Я вообще не представлял, как можно было бы столько болтать, если работаешь на кухне - либо это просто моя немногословность взыграла во мне сильнее, чем желание поскорее положить трубку, добившись нужного ответа.
  Растерянность, которой обдало меня, как будто холодной водой, сняло буквально за секунду. Я вспомнил о том, что телефон я в портфеле не оставлял, и, поэтому, преодолев расстояние до Анны в пару секунд, я осторожно перешагнул кухонное пространство, засыпанное осколками и оказался напротив нее. Что бы то ни было, какое бы раздражение меня ни разъедало, я бы хотел ее обнять. Обнять и успокоить, что ничего такого не произошло, что мне действительно плевать на эти документы - хотя наверняка это те копии контракта, которые отправятся вместе с нами в солнечную Италию. Обхватив плечи Анны, я заставил ее на себя посмотреть, крепко и одновременно мягко сжимая ладонями ее руки. Не желая причинить боль, лишь только сказать, что я не имею никакого отношения - правдивого или лживого - к этому звонку, что я даже не собирался от нее ничего скрывать.
  - Да с чего ты взяла, что у меня кто-то есть?! Командировка действительно должна быть, только вот сопровождать меня должен ни кто иной, как ты! Я хотел сделать тебе сюрприз и отправиться вместе в другой город, хоть и ненадолго, и пока ехал домой, договорился с твоим шефом о том, чтобы тебе перенесли смены. И я договорился с твоей сестрой, она согласна посидеть с Роуз все то время, пока нас не будет. Вот, смотри, - я выдохнул, все еще одной рукой держа Анну за плечо, свободной залез в карман пиджака, доставая оттуда мобильный, поворачивая его дисплеем от себя и находя в ее карих глазах его отражение, - и, если ты мне правда не доверяешь, то можешь посмотреть звонки и перезвонить твоему шефу - на этой неделе у тебя больше нет рабочих дней, потому что официально мы вылетаем уже через несколько часов.
  Взглянув в ее глаза, я с облегчением заметил нотки недоверия. Но не ко мне - а к тем, кто сегодня взбудоражил ее звонком - честное слово, я найду этого анонима и как следует вправлю ему мозги, потому что заставить волноваться Анну мне хотелось в самую последнюю очередь, да и таким образом загубить мне сюрприз! Это была действительно высшая мера. Я надеялся, что она правда перезвонит своему шефу и убедится в том, что я не вру, и я был прав, потому что моя Анна под натиском действительно хоть каких-то аргументов понимала, что мне действительно незачем ее обманывать. Проходило всего ничего времени, а я уже до безумия завидовал прошлому Марку. Теперь понятно, почему он решил поскорее забрать под венец такую женщину - наверное, именно от этого уюта, создаваемого Анной, я начинал понимать, что моя пустота девается куда-то - она не возвращалась набегами, как это было ранее, будто я по кому-то до боли скучаю, не знала преград, а сейчас все, что делала для меня Энни - строило все большие и большие преграды для моей собственной растерянности.
  - Перезвони на работу. К слову, твой шеф всегда так много болтает? И да, у меня к тебе маленький вопрос, - я же не сказал даже, куда мы летим! - ты когда-нибудь была в Риме?
  Я знал, что мы оба сейчас не хотели ругаться. Я надеялся, что этот скандал был последним в череде тех дней, которые мы должны провести только вдвоем, прерываемые моей работой, однако, как мне пообещали, именно ее и будет по-минимуму, а это значило, что у меня к Анне будет еще очень много времени, чтобы рассказать ей о том, что я действительно перестал жить прошлым, и в своем будущем вижу именно ее.

+1

7

любовь к жизни – это не то, чему можно научиться,
но ее можно подхватить, точно заразу.
подхватить от кого-то, у кого она есть.

  Мы слишком часто убеждаем себя в том, что от нас ничего не зависит, в то время как на самом деле вся наша жизнь находится только в наших руках, и никто, ни одна душа, ни один человек, не может помешать нам осуществить задуманное. Мы боимся не последствий, мы боимся этого чувства страха, которое может окутать нас, стоит нам вступить на правильный путь. Я всегда считала, что нет ничего важнее семьи и домашнего уюта, я так тряслась над ним, переживая, что внутрь может проникнуть холодный ветер, что в конечном итоге позабыла о реальности. Я не сумела стать идеалом красоты и заботы, я не знаю, что такое быть лучшей всегда и во всем, быть может, поэтому доверие между мной и Марком постепенно улетучивалось в неизвестном мне направлении. Дело не в чувствах как таковых, а в доверии, которого между нами не существовало, ведь если бы оно было, меня бы так резко не вывел из себя звонок незнакомой женщины.
  Что меня больше пугало и удивляло в этой ситуации? Его совсем не волновало, кто бы это мог быть, не заботило то, что кто-то желает испортить наши отношения, словно Марку давно известно это имя. К сожалению, а может даже и к счастью, теперь я в этом не была уверенна, я стала чувствовать большую разницу между прошлым и настоящим. Где-то там, несколько лет назад, я жила в сказке, которую придумала сама, где не было места равнодушие и нелепым отговоркам, где не надо было ждать так долго, чтобы получить заветный поцелуй, а здесь, в настоящем, меня вытянули из мира собственных фантазий и грез, показав жестокую реальность, которая совсем не нравилась мне. Действительно, я не знаю, что будет завтра, живу, словно на пороховой бочке, ожидая, когда она взорвется в следующий раз, а мне хочется чего-то другого, тепла и любви, а не бесконечных переживаний. Быть может, пора было окончательно проснуться и перестать себя обманывать в том, что что-то может измениться?
  Марк что-то говорил. Он постоянно что-то говорил. Заученный текст, который мужчина повторял время от времени, ничего того, чтобы действительно смогло убедить меня в обратном. Однако, я почему-то была уверенна, что он не врет. Совершенно точно. Это не мое желание поскорее прекратить ссору, а адекватность его рассказа. Вроде все и сходится, а вроде я настолько устала, что просто не хочу сейчас подробнее выяснять детали. Также меня очень сильно беспокоило то, что совсем рядом находится Роуз, которая не хотела бы услышать то, что ее родители ругаются.
  - Хорошо, даже если вся твоя история правда, с чего ты решил, что я захочу поехать с тобой? - я выдохнула, посмотрев на Марка. Нет, наши отношения - это не то, что я себе представляла и не то, о чем думала. Мы чужие друг другу люди, и наши интонации служили тому подтверждением. Меня не устраивало, что он держал меня за юную и наивную девушку, а спустя всего пару минут делал вид, что вовсе не позволял себе со мной такого обращения. - Марк, у меня работа, ты же знаешь, что меня могут уволить за любую повинность, все так просто не решается, а если ты и правда уговорил моего шефа, то я понятия не имею, как у тебя это получилось, - я немного смягчилась и даже улыбнулась, но, легко поведя плечами, высвободилась из рук Марка и отошла в сторону. В горле немного пересохло и мне захотелось выпить воды, но для начала, мне все же следовало убрать осколки кружки, которые пару минут назад летели в сторону Марка. Я не хотела, чтобы Роуз могла пораниться, поэтому, достав веник и савок, я принялась поспешно убирать весь этот мусор. К счастью, что еще моя малышка не услышала такого грохота и не прибежала сюда, чтобы узнать, что здесь творится. Наверняка, мультики оказались настолько интересными, что ей просто не до нас. И, к слову, хорошо!
  - Я не буду никому звонить, потому что я верю тебе, Марк, - умело орудуя веником, я не стала поднимать свой взгляд на мужчину, хорошо понимая, что он и так меня слышит, а главное верит мне. Ну, был звонок - чья-то глупая шутка, которая очень некстати вышла боком для меня и Марка. Не устраивать же из-за этого теперь истерику? Мало ли что было? Я ведь не видела все это своими глазами, верно? - и вообще, если я правильно тебя поняла, то прямо сейчас здесь должна оказаться Дженнифер, а мы должны уже собираться в аэропорт? Получается, мы едем в Рим? - я улыбнулась, сметая остатки осколков в мусорное ведро. Я была сильно удивлена тому, что мы можем куда-то поехать - раз, что всего через пару часов мы можем быть уже в другой стране - два, что придется неизвестно насколько оставлять Роуз - три. Со дня ее Рождения мы не расставались более, чем на сутки, а теперь я и представить себе не могла, что будет дальше, и как же она будет здесь, без меня? Пожалуй, только лишь это меня расстраивало, а предстоящая поездка, на которую я еще не дала согласия, мне нравилась, хоть тоже не внушала никакого доверия и не располагала к чему-то хорошему.

+1

8

К тому добавить можно очень мало,
Но я сказал бы, робость прогоня:
Когда бы жить любовь не помогала,
Когда б сильней не делала меня.

  Воспоминания всегда хоть как-то отличаются от настоящей жизни. Они не позволяют упасть вновь, туда, однако гораздо чаще манят в прошлое, потому что именно оно нам представляется тем самым, идеальным вариантом жизни. Там всегда хорошо, все точно знают, что будет дальше и нет выбора - все просто живут, как пришлось. Я, к счастью, избежал этого в какой-то степени, но все равно оказался подвержен своим воспоминаниям - еще несколько месяцев назад я был одиноким холостяком, который понятия не имел, что в каком-то далеком городе, абсолютно на другом конце континента, живут женщина, которую я хотел назвать своей женой и моя родная дочь. И то, что мы встретились, возможно назвать только судьбой, ничем иным - да, я был слишком скептичен, чтобы верить в случай, но я точно знал, что ничего не происходит просто так. Что сейчас было у меня? Сейчас спустя месяц я точно знал, что у меня в этом городе есть настоящий уютный дом. Что у меня есть близкие, которые меня всегда будут любить просто потому, что я у них есть. Несмотря на то, что порой у нас действительно возникают разногласия.
  Слова Анны сбили меня с толку и я даже какое-то мгновение помолчал, просто смотря на нее. Затем, задумавшись, я облокотился корпусом на кухонный стол и рукой провел по подбородку, встречаю чуть легкую щетину и отвел взгляд в сторону. Подобный разговор не входил в мои планы, и, более того, я совсем не хотел понимать, какие такие звонки вынудили Анну так со мной разговаривать. Мы были вместе лишь только месяц, а мне не хотелось бежать прочь, наоборот, я лишь спешил домой и старался быть там по-максимуму, проводя со своей семьей гораздо больше времени, чем за бумагами. Нет, работа никогда не шла в жертву, но порой тоже претерпевала изменения. Лишь последнее время я стал действительно задерживаться, но только потому, что всей компанией мы готовили именно этот большой заказ, с которым нужно было утрясти столько документации, сколько я не видел за все свои годы адвокатской практики. Однако когда я говорю об этом, она словно закрывается и не желает меня слушать! Это меня больше всего и выбивало из колеи, потому что всегда, всегда так было, чтобы Анна ко мне прислушивалась, но сейчас я встречал лишь только холод и пустую стену, которая молча покорилась моим действиям. Не знаю, что именно было хуже.
  - То есть, ты мне не веришь? - я склонил голову, в тот же момент, когда Анна отошла от меня и начал постепенно раздражаться - не знаю, от ее тона или от бессилия, что она мне не доверяет, но начал переживать - нет, мне было в данный момент абсолютно плевать на эту поездку: лишь потом я соображу, что это работа, ответственное и серьезное поручение, важный контракт и прочее, однако в данный момент я лишь оставался в полнейшей растерянности - что могло так легко вывести Анну из равновесия, что внезапно ложью оказались для нее именно мои слова? Неужели это был кто-то из знакомых, кому она доверяет? Сильнее, чем мне, - почему ты с такой готовностью поверила в этот звонок? Почему так легко поверила в то, что лгу я, хотя не знаешь даже, кто это был?! Я вообще не представляю, кому могло прийти в голову испортить наши отношения, но даже когда я сказал, что это неправда, то ты поверила почему-то не мне! Он хоть имя-то мое назвал, или это был просто какой-нибудь идиот с глупыми шутками?!
  До этого, возможно, в далеком-далеком прошлом я знал, что такое быть сильным ради любимой женщины - да, определенно знал, потому что именно Анна дарила мне эту силу - нет, она совсем не та, что выражается в собственных взглядах и принципах, она где-то внутри. Тот Марк наверняка имел гораздо больше преимуществ, потому что для него все это было в первый раз, я же натворил слишком много дел для того, чтобы быть уверенным в своей правоте. Но и сейчас, несмотря на весь этот холод, который я чувствовал, я продолжал верить в то, что Анне не все равно - ведь причиной нашей сегодняшней ссоры был именно тот телефонный звонок, который вывел ее из равновесия. И это значило, что она действительно переживает за нас. За наши отношения и за наше будущее, которое мне в последнее время стало видеться все отчетливей. И тогда я понял, что это все действительно не шутка - не иллюзия и не мираж - виданое ли дело, когда судьба действительно сталкивает тех, кто однажды друг друга потерял? Как бы то ни было, я был на все сто процентов уверен, что после наших разговоров, я по-новому был открыт для Анны, да и она для меня - стала тем человеком, которого мне все это время не хватало.
  Анна смотрела на меня, как на чужого. Чуждого ей, будто бы не было этого месяца, который мы провели практически всегда вместе. Да, я пропадал на работе, но пару раз мне приходилось даже брать отгул, потому что мне ни в какую не хотелось отправляться в эти бумаги, когда дома меня ждала Анна. Да, радость встречи не омрачалась ничем, однако это был первый раз, когда мы действительно повздорили: ручаюсь, что до этого момента, не будь этого звонка, я бы не услышал от Анны ни одного плохого слова что в свой адрес, что куда-либо еще. Что говорить, я был действительно растерян. Одновременно с этим, где-то далеко, собран и раздражен недоверием, я терпеть не мог, когда меня подозревали в чем-то, чего я не совершал - наверняка не просто профессиональное качество, а что-то из разряда совести.
  - Можешь посмотреть сама на билеты, если до этого все было не таким убедительным, - отодвинувшись от кухонного шкафчика, я стягиваю пиджак с плеч, перебрасывая его через руку и достаю оттуда два билета, а также наши паспорта, протягиваю их Анне, а пиджак бросаю на спинку стула, чтобы тот не свалился на пол, - ты прекрасно знаешь, что я не стал бы тебе врать, тем более что отправляться в командировку ради каких-то отношений! Наоборот, я решил порадовать тебя и никак не ожидал, что ты поверишь первому встречному, кто намекнет на то, что у меня есть от тебя секреты! Да я просто даже подумать не мог, что внезапно ты поверишь кому-то, кого совершенно не знаешь!
  Если бы я летел туда один, то я бы наверняка просто отменил бы эту поездку ко всем чертям, чтобы Анна не думала, что я вру - мне было гораздо важнее доказать свою правоту, нежели чем остаться сохраненным на работе. И все потому, что я не хотел недоверия именно от нее. С тех пор, как я переехал жить в этот дом, Анна ничего от меня не скрывала - ни своих эмоций, ни слов, ни своих мыслей, и сейчас эти сокрытия были для меня не той новинкой, которой бы я обрадовался. Не тем замечательным открытием, которое бы я для себя сделал. Но хоть чем-то, что заставило ее действительно кричать и выпустить эмоции. Я точно знаю, что за этот месяц произошло слишком много всего, чтобы решить это так быстро, но я был готов это решить. И сейчас главней всего для меня было - это заставить Анну поверить в то, что вся наша поездка задумывалась не просто так, что она ошибается в своих суждениях обо мне. Мне действительно не хотелось ее расстраивать - ведь вместе с этим переживала и сама Анна, и Роуз, и я находился как на иголках, поэтому нужно было делать все, что угодно, чтобы предотвратить это недоразумение.

+1

9

любовь довольно жестока.
и она ещё более беспощадна и жестока к тем, кто в неё не верит.
она находит их.

  Независимо от времени года, от разного рода астрологических прогнозов или предсказания каких-нибудь людей, наша жизнь меняется только тогда, когда понимает, что нужны перемены. Возможно, для многих останется загадкой тот факт, что течение не всегда может плавным и ровным, посторонние обстоятельства, такие как сильный ветер или гроза, обязательно вмешаются в нашу реку. Так и с жизнью. Порой не все зависит только от наших действий, иногда, так уж выходит, в отношения может вмешаться кто-то третий, кто совсем не имеет никакого отношения к семье, но именно из-за этого звена начнет рваться та нить, которая связывает двух влюбленных. Почему я так быстро поверила незнакомой мне женщине, ведь у меня и в мыслях не было того, что Марк может мне изменить? На самом деле все проще некуда: я не была до конца в нем уверенна. К сожалению, так бывает, когда ты ждешь человека из прошлого, но встречаешь совершенно другого, изменившегося, да и наши отношения длились всего месяц, но за эти тридцать дней уже слишком многое изменилось в наших жизнях. Откуда мне было знать, что он привык ко мне? Что его действительно устраивает наша жизнь и он не хочет возвращаться к прошлой? Все настолько сложно, что мои предположения еще и усугубили ситуацию.
  Я не знала, что именно сейчас вывело меня из себя: мое поведение вряд ли можно было назвать нормальным, да и не было это похоже совсем на меня. Скажите, подменили? Нет, но со мной, определенно, что-то происходило. Мне стало стыдно как только кружка пролетела мимо Марка и ударилась о стену: звук был довольно-таки четким и громким, поэтому было даже странно, что Роуз все еще не прибежала. Но так будет даже к лучшему, потому что я не была готова на эмоциях разговаривать с дочерью. Закончив свою работу, а именно уборку стекла, с помощью совочка я смела все в мусорное ведро, а затем закрыла нижний шкафчик, и прежде чем посмотреть на Марка, облокотилась спиной о раковину.
  Откровенно говоря, я уже не знала, рада ли я этой поездке в Рим или нет. Внутри меня по-прежнему оставались смешанные эмоции: как будто что-то не то и не так. Но ничего с этим поделать я не могла, да и Марк, кажется, так ничего и не понял. Но, быть может, это я сама виновата, что возложила на него столько обязанностей, подумав, что он должен соответствовать тому образу, который я продумала в своей голове и который хранила внутри себя много лет подряд? Вздохнув, я все же посмотрела на Марка: он не лгал насчет билетов, их наличие и служило подтверждением его слов. Просто чья-то глупая шутка. Нет, не глупая, а очень хитрая и умелая, раз так сильно подействовала на меня. Тем не менее, я не хотела, чтобы чей-то звонок так просто рушил наши с Марком и без того шаткие отношения, которым едва исполнился месяц. Если для меня они длятся вот уже много лет подряд, то для Марка, напротив, они едва начались. А кто бы так быстро смог привыкнуть к тому, что в придачу к отношениям он получит целый груз воспоминаний, которых сам не помнит, а также еще и свою маленькую родную дочь? Скорее всего, я переживала даже больше, чем Марк, поэтому сегодня так неуверенно повела себя. Чересчур накручивала? А как же без этого, это ведь я.
  - Я не знаю, Марк, этот звонок был, как часы, точным и ясным, да и к тому же, весь этот месяц ты был где-то вне, вне этого дома, вне меня, о каких отношениях может идти речь между нами? Не суди меня, ведь вряд ли бы ты сам отреагировал по-другому на подобную ситуацию. Но я больше не хочу говорить на эту тему, честное слово, - я взяла билеты, которые мне протянул Марк, и бегло посмотрела на них: очевидно, что дата была сегодняшней, а имена там были написаны не чьи-то еще, а именно наши. Кто-то действительно хотел нам помешать, какие-то злые языки, с которыми мне не хотелось больше связываться. Хотя, по крайней мере, я больше никогда не буду никого слушать, пока лично не поговорю с Марком и не выясню все. Надо только понять, что я боюсь его потерять, а любая мелочь, тот же самый телефонный звонок, для меня будет как красная тряпка, которая превращает меня в другого человека. - все это значит только одно - кто-то хочет насолить нам, кто-то, кто знаком с тобой и знает о твоих планах, а я не хочу, чтобы это повторилось вновь, я не хочу этого постоянного напряжения между нами, откуда взяться чему-то хорошему, когда у нас нечего взять друг у друга? - мой голос был слегка грустным, а я продолжала неотрывно смотреть на Марка. Да, я была расстроена и, к слову, очень сильно. Всего лишь месяц, какой-то несчастный месяц, о котором я мечтала четыре года подряд, но получив его, я в итоге не была удовлетворена ни тем, что он просто был, ни тем, что мне он достался, поэтому эта недомолвка между нами просто открыла мне глаза на то, что было между нами все эти тридцать дней. Я понимала, что у Марка много работы, я знала, что не могу взять отпуск у себя на работе, поэтому времени, проведенного рядом с любимым, мне категорически не хватало.
  Меня больше обижал тот факт, каким образом Марк сейчас оправдывается: он не ведет себя как мужчина, который действительно хочет открыть мне глаза на правду, он ведет себя как человек, который растерян. Я тоже растеряна, ведь это мне сегодня позвонили и рассказали небылицу про Марка. В который раз мне приходилось быть всем, в том числе и мужчиной, чтобы хотя бы постараться сдержать гармонию в этой семье, а была ли эта семья? Никто бы не осмелился назвать меня с Роуз и Марка одной семьей за столь короткий срок. Что-то внутри подсказывало, что стоит еще немножко подождать. Чего? Неизвестно. Скорее всего, мне опять придется заботиться о своем благополучии, но разве может быть иначе? Разве за столько лет я не привыкла к тому, что все зависит именно от меня? В любом случае, слова Марка оказались правдой, настоящей, не ложью во благо, что внушало хоть какие-то надежды на наши отношения. А даже если дальше все пойдет не в лучшую сторону, я буду хотя бы знать, что попыталась. Я могу лгать кому угодно, кроме себя, в том, что я ожидала другого от этих отношений, совсем другого, так что, возможно, виноваты мои слишком большие запросы.
  - Выходит, нам уже пора собираться? - я улыбнулась, откладывая наши паспорта и билеты в сторону. Мне едва верилось в эту авантюру, хоть билеты уже были в моих руках. За всю свою жизнь я едва раза два могла совершать необдуманные поступки, а эта поездка в Рим для меня была как гром среди ясного неба! Свободной рукой я оттолкнулась от столешницы и подошла ближе к Марку. Скользнув пальчиками по вороту его рубашки, я одной рукой приобняла его за плечо и коснулась своим носиком его: - давай забудем то, что сегодня произошло, хорошо? Я верю тебе, не какому-то звонку, а именно тебе, и не хочу, чтобы это разрушало то, что есть между нами. Хотя ты и придумал с этой поездкой! Нет бы все сразу сказать! - я легко засмеялась и на пару секунд коснулась своими губами губ Марка. Мне было с ним хорошо. Вот здесь и сейчас, а что будет завтра мы увидим только завтра, верно?

+2

10

Именно это я и называю любовью — когда оглядываешься назад и ничего не хочешь менять.
  Нельзя прожить одинаково две жизни, как бы этого не хотелось. Все равно малейшие отклонения, и вот, выбор уже сделан, и, пускай даже не в пользу обстоятельств, но сделан - а это влечет за собой новые и новые последствия, когда обычное эхо отдается в горах огромной лавиной, которая затем сносит за собой все подряд, в том числе и человеческие жизни. Эти жизни действительно были важны, однако лишь их выбор сейчас поставил их на эту тропу, протоптанную многими альпинистами. Я не ощущал себя этим альпинистом - да, я жил заново, я позволял себе быть собой, новым собой, однако замечал в голосе и настроении Анны все, что могло хоть как-то выдать перемены во мне. И это мне не нравилось. Мне хотелось быть тем, кого она так сильно когда-то любила - и о сих пор! - мне хотелось радовать ее, не разочаровывать, ведь мужчина в ее жизни был тем самым рыцарем, которым становлюсь я.
  Я читаю в глазах Анны настороженность, однако она тут же пропадает, едва ей стоит подойти ко мне ближе, и сам я словно уже не чувствую этой усталости, навеянной сегодняшней ссорой. Будто бы не было этих пары часов и я только что не повышал голос на Анну, проследив взглядом за полетом разбившейся чашки, чьи осколки сейчас покоились в мусорке. В отличие от наших отношений, которые действительно научили меня чему-то новому - каждый раз понимая, что в определенной ситуации наше поведение может совершенно не соответствовать настроению, я был абсолютно уверен в том, что сейчас все прекратилось. Действительно, и я надеялся, что поездка, которой Анна еще не доверяет, только сильней скрепит нас вместе, а не разделит по разные стороны. Хотя этого точно не случится, потому что я ни за что больше не позволю Анне оказаться не то что по другую сторону жизни, хотя бы по другую сторону какого-нибудь здания.
  - Обещаю, что это будет незабываемая поездка, - я перехожу на громкий шепот, улыбаясь и обнимая Анну обеими руками. Склоняю голову к ней, чувствуя запах ее кожи и моя улыбка становится еще шире. Она ведь совсем не знает, что у меня на уме, - и мы даже выключим все телефоны, чтобы до нас не могли дозвониться вообще никакие новости. А сейчас вперед, собирайся, и ты же помнишь, что если платье будет короче колена, то тебя от себя ни на секунду не отпущу? Фотоаппарат я уже положил в чемодан, нам осталось только рассказать все Роуз и уложить вещи - проще простого! - я смеюсь, целуя Анну в губы. Я так сильно хотел это сделать.
  Вот так просто было все улажено. Благодаря чему? Благодаря улыбке Анны и ее спокойному тону - я сам начинал понимать, что весь этот скандал действительно ничего не стоил - ни моего повышенного тона, ни ее нервов, и мы смогли спокойно поговорить. На самом деле я был абсолютно также взволнован этой поездкой - несмотря на то, что мне удалось все уладить, я действительно беспокоился за Роуз, которая за месяц уже очень привыкла ко мне, мне не хотелось оставлять дочку под опеку сестры Анны, однако другого выхода у нас не было - тащить в поездку с собой маленькую девочку я просто не имел права, ведь для моих партнеров это в первую очередь, был контракт, однако для меня - скорей время, которое мы проведем с Анной вдвоем в Риме, в одном из моих любимых городов. С другой стороны, эта поездка была ознаменована для меня тем же, что сейчас Анне не нужно было знать, и поэтому я только лишь позволил себе улыбнуться, когда следовал вслед за ней по лестнице, когда нужно было собирать чемоданы. Я точно знал, что именно этот день стал каким-то новым для нас обоих.
Пали надежды одна за одной,
А сердце все ждать продолжает;
Так скалы — преграда стихии морской,
Но бурю они не смиряют…

  Через буквально час все вещи были упакованы, а мы с Анной спешили к стойке регистрации. Я тащил чемоданы, а у Анны были в руках билеты - она глазами выискивала стойку с регистратурой. Благодаря ей все дела были улажены абсолютно за минимум времени - я никогда не знал что чемоданы складываются так легко и быстро, а успокоить Роузи оказалось вообще парой пустяков, особенно после того, как Анна пообещала ей звонить каждый день. Конечно же, мы сдержим свое обещание, потому что я действительно волнуюсь, оставляя дочь с сестрой Анны, не зная, что будет с ней. Меня грела абсолютно другая мысль, и ею я успокаивался - это будет целая неделя только наедине с Анной, помимо всех этих контрактов и встреч я обязательно выкрою время для того, чтобы мы осмотрели каждый уголок Рима. И могли бы провести время просто вдвоем - в этот месяц мы пытались как-то все устроить, однако быта было слишком много, чтобы до последнего почувствовать себя действительно свободными. И поэтому я уже чувствовал эту небольшую свободу, выходя на прямую перед стойкой регистрации, однако не зная, куда именно идти - направо или налево - их были ровно две одинаковые.
  - Мы, кажется, опаздываем, - я с улыбкой, но без единой нотки тревоги в голосе приостанавливаюсь, чтобы осмотреться вокруг и киваю на огромные часы, которые показывают сразу несколько часовых поясов. Нам нужен именно наш, чтобы определиться с вылетом самолета, и, по моим подсчетам, у нас остается не больше получаса, - я думал, мы уже никогда не выберемся из этой пробки, и, причем, везет только сегодня всем, потому что вчера я ездил по той же самой дороге, и было пусто. Надо чуть-чуть поспешить, ты не видишь, там нет случайно огромной толпы народа, который также сейчас опаздывает? - киваю в сторону одного из выходов к самолетам и, удивленный, что Анна мне не отвечает, резко оборачиваюсь, - Анна? Анна!
  Оставив чемоданы, я кидаюсь в Анне, которая слабо смотрит на меня и точно также испуганно пытается что-то сказать. В суматохе все не сразу понимают, почему молодая женщина, привалившись к стене, медленно по ней сползает, а мой голос резко отдается в тишине, которая внезапно образовалась в этом действительно до жути гулком месте. Мой голос звучит непривычно напуганно, но я не растерян, вовсе нет, потому что сейчас я ощущаю то, что мне нужно помочь Анне, а не усугубить ситуацию. Медленно гадая, что же могло с ней случиться, я бросаюсь к женщине, забыв про чемоданы. Забыв про поездку. Ведь если сейчас ей хоть на секунду что-то будет не по душе, я действительно готов отменить поездку.
  - Тебе нехорошо? - быстро опускаюсь рядом с ней, обхватывая одной ладонью ее лицо, заставляя на себя посмотреть, а затем второй нащупываю пульс, обхватывая пальцами за запястье. Вокруг начинает собраться толпа страждущих-испуганных, и я отмахиваюсь рукой, жестом прося их отойти, - кто-нибудь, принесите воды! Анна, ты меня слышишь?
  Взглядом скольжу по ее лицу, последнюю фразу произнося как можно тише, но чтобы Анна слышала меня. Наверняка спертый воздух и ужасная духота в аэропорте. Но этим делу не поможешь и я надеюсь, что скоро прибудет кто-нибудь с водой - либо я отправлюсь сам, однако оставлять ее хотя бы на секунду мне совершенно не хочется. Нет, я не хочу выглядеть маленьким мальчиком, просто я правда не представляю, что бы было, если бы я внезапно ее потерял. Я не знаю, как Анна выжила после той аварии, если за месяц я успел так сильно привязаться к ней, полюбить ее, что тогда было, спустя несколько лет? Она нашла в себе силы жить ради Роуз, и для меня это до сих пор оставалось той непостижимой загадкой, которую я так и не успел разгадать в своей будущей жене.

+1

11

чем сильнее любишь человека,
тем больше шансов, что ты будешь по-настоящему счастлив.

  Если бы жизнь была похожа на лотерейный билет, то каждый из нас отдавал бы последние деньги для того, чтобы наша мечта сбылась, но разве не деле так не выходит? Мы каждый день ждем, что судьба подкинет нам немножко удачи, какой-нибудь счастливый случай, и наша жизнь изменится в лучшую сторону. Все чего-то ждут: неважно, стар или млад, пессимист или оптимист, мужчина или женщина. Веру нельзя отнять ни у кого, даже у самого бедного человека на земле можно отнять последнюю рубаху, но надежду - никогда. Вот, почему те, кто умеют верить, являются счастливыми людьми. Я не считаю себя исключением, ведь мне за мою же веру воздалось сполна. Многие, кто знал мою историю, всегда говорили мне одно и тоже: я слишком молода, чтобы жить прошлым и верить в то, чего никогда не будет. Мне бы надо было начать новую жизнь, но как я могла это сделать, когда я день ото дня жила лишь прошлым? Я не хотела его отпускать. Мне было недостаточно того, что у меня остались воспоминания о прошлом. Мне не давали покоя вопросы, на которые я не знала ответов. Я слишком много сил отдала на то, чтобы восстановить события дня, который разделил мою жизнь на две части "до" и "после". Сейчас же началась новая, совсем другая жизнь, у которой не было точного разграничения, не было точки отсчета, этого точного времени, когда я поняла, что все, моя жизнь изменилась. Стала другой. Она просто приобрела тот смысл, которого ей так не доставало. Нет, это не значит, что я не жила Роуз, наоборот, она всегда была и будет моим факелом во тьме, просто теперь все словно встало на свои места: сердце билось в нормальном ритме, внутри больше не было пустоты, а рядом со мной больше не было холодной постели и снов о прошлом, где я была счастлива. Почему? Потому что я была счастлива здесь и сейчас. В этой реальности.
  Предстоящая нам с Марком поездка все больше и больше приобретала какие-то очертания и краски. Дело в том, что до того момента, как мы поцеловали Роуз, оставив ее в компании моей сестры, и все же не доехали до аэропорта, я до последнего не верила в то, что нам удастся это сделать. Мне почему-то казалось, что вдруг, из ниоткуда, вновь возникнет неведомая преграда, которая и помешает нам сделать задуманное. Не знаю, как Марк, но после аварии я больше никуда не выезжала, тем более за границу. Единственный раз я съездила в Бостон к его родителям, а далее моя жизнь вертелась только в Сакраменто. Да и где бы я смогла найти время на то, чтобы куда-нибудь отправится? Моей мечтой на данный момент является простое желание свозить Роуз на море, но для этого необходимо, чтобы малышка немножко подросла. Жизнь, кажется, совсем потеряла какую-либо логику, потому что еще утром я строила планы о том, куда мы отправимся на выходные, а уже вечером я нахожусь в аэропорту и направляюсь вместе с Марком в Италию! Если бы мы кто-то об этом сказал, я бы ни за что не поверила! Ведь только сейчас, когда мы направляемся на посадку, я начинаю верить в происходящее. Когда мы оказались в зале ожидания, я тут же глазами начала искать стойку регистрации. Найти ее было не так сложно, ведь там всегда были очереди. Повернувшись к Марку, я улыбнулась: - если бы ты предупредил меня о поездке еще позже, я бы набрала еще больше вещей! - засмеявшись, я коснулась губами щечки Марка. Действительно, наш чемодан, в котором было моих вещей гораздо больше, чем у него, весил не так уж и мало, а для меня и вовсе казался неподъемным! Мне просто хотелось сейчас как-то приободрить любимого мужчину, хотя он и не казался уставшим. Я все же понимала, что тот несет на себе непосильную ношу! - кажется, нам туда, пойдем зарегистрируемся, у нас еще есть время, а потом уберем багаж в другое отделение.
  Время поджимало, поэтому нам с Марком ничего не оставалось, как поспешить. Однако, дальше произошло то, чего я никак не планировала и то, что никак не вписывалось в наши планы! Сделав несколько шагов вперед, я тут же почувствовала легкое головокружение, а затем в глазах мгновенно потемнело и в один лишь миг мне просто стало трудно дышать. Тщетно попытавшись ухватиться за плечо Марка, я почувствовала, как мои ноги подкашиваются и я падаю на пол. Правда я больше ничего не почувствовала. Ни боли. Ни удара. Ничего того, чтобы могло показаться мне вполне естественным. Я просто отключилась на пару секунд. Ровно до того момента, как услышала громкий голос Марка. Долго ли он просит меня очнуться? Едва ведь прошло несколько секунд? Что это было? Прежде чем открыть глаза, я почувствовала легкий дискомфорт внизу живота. Что бы это могло быть? Что за слабость на меня напала так резко, что я не смогла даже проконтролировать ситуацию, ну а главное - в чем причина? Я не хочу, чтобы неизвестно что помешало нашей поездке с Марком! Ни за что! Чуть приоткрыв глаза, я потянулась рукой к Марку, чтобы ухватиться за него: - все хорошо, Марк, все в порядке, не надо воды, - я все еще не знала, что произошло, но уверенна в одном была точно - это не стоит того, чтобы все отменять. Я не хотела, чтобы Марк так перепугался из-за меня, ведь со мной ничего особенного не произошло. Просто слабость после тяжелого дня. - здесь очень душно, это все из-за нервов, правда, - опершись о руку Марка, я все же встала с места и поспешила отряхнуться, хотя и в руках, и в ногах, у меня все еще была слабость. Я успею отдохнуть уже в самолете, а теперь ничто не должно нас остановить! Ну, а если бы до конца откровенной, я бы не хотела, чтобы Марк видел меня в таком состоянии и тем более переживал. Скорее всего, это просто пустяк, поэтому не стоило сейчас нам обострять свое внимание. - пойдем скорее, я не хочу, чтобы мы опоздали. - приободряющее улыбнувшись Марку, я потянула его к стойке регистрации, где постепенно расходилась очередь.
  - Можно я не буду садиться около окна, пожалуйста? - и вот, наконец, когда мы уже оказались в самолете, я могла выдохнуть: по крайней мере мы точно летим, и нам уже ничто в этом не помешает. Даже мой организм, который решает сыграть с нами злые шутки и подпортить нам настроение с Марком. Теперь осталось дело за малым. Я не очень люблю смотреть в окно, так как не люблю все эти дальние виды: я не то, чтобы боюсь высоту, но предпочитаю не знать, на какой высоте мы находимся. Пропустив Марка вперед, я села рядом с ним. До взлета оставалось совсем немного времени, поэтому времени позвонить Роуз уже не было. К сожалению, во время полета всегда следует отключать свои средства мобильной связи по каким-то важным причинам. Мне бы хотелось узнать, все ли в порядке с Роуз. Как у нее дела, не скучает ли она, поела ли она. Я не могу без этого. Даже сейчас я скорее волновалась не о том, долетим ли мы, а о том, что с Роуз может что-то случится. Хоть она и в надежный руках, я все же не привыкла оставлять свою дочь так надолго. Пара дней? Неделя? Кто знает, сколько дел выдастся у Марка? Повернув голову к Марку, я коснулась его руки своими пальчиками, а затем мягко сжала ее в своих руках, улыбнувшись уголком губ: - как думаешь, все дома в порядке? Все хорошо? - мне просто требовалось, чтобы он сейчас сказал да. В какой-то степени это эгоистично, но только его словам я могу поверить и хоть как-то успокоиться сейчас. Перелет предстоял не самый быстрый, поэтому у нас не будет возможности связаться с домом не просто пару часов, а немного подольше. К сожалению, сплю в самолетах я тоже редко, поэтому волнение мне в этом, определенно, не поспособствует. Мне все еще было не по себе после случившегося не только днем, но и несколько минут назад в зале аэропорта, поэтому мои мысли просто требовали хоть какой-то разрядки, которую мне мог дать только Марк.

+2

12

Никогда нельзя быть ни в чем уверенным наверняка. Всегда в жизни остаются хоть какие-то сомнения, которые и дают почву остальным происшествиям, произошедшим не по воле людей, которые просто оказываются заложниками обстоятельств. Люди точно понимают, что для них важно, и порой идеалы и ценности, дабы не пострадать, оказываются слишком возвышены над человеческими эмоциями. Я старался переставать делать акцент на том, что мне раньше казалось до дикости важным. Так, моя работа могла уходить на второй план, однако поручения всегда были на первом, по сравнению со всем остальным. Моя семья, которую я не признавал, оставалась в Бостоне и, в общем и целом, хоть нас и объединяла одна цель, я не мог позволить им вновь вмешаться в мою жизнь, которая стала действительно претерпевать изменения. Изменения, которые были мне по душе.
  Сейчас, чувствуя, как рука Анны сжимает мою ладонь, я поддерживал ее за талию вплоть до того, пока не посадил ее в кресло рядом с собой. Опустившись напротив я впервые за это время, пока сердце переставало тревожно сигналить, задумался о том, что же все-таки случилось с моей любимой только что, пару минут назад. Я верил ей до последнего, и был уверен, что будь это что-то серьезное, то я точно бы оказался в курсе, Анна бы не смогла и не стала бы от меня это скрывать. Однако мои мысли шли совершенно в другом направлении - как сделать так, чтобы подобного больше не повторилось? Что все-таки произошло и действительно ли это причина в нервах?
  - Я уверен, что дома все в полном порядке, - я ободрительно улыбнулся Анне, поражаясь тому, как она отважно держится - я до сих пор замечал в ее глазах нотки усталости и беспокойства за дом, однако мои мысли вертелись скорей вокруг нее. Обхватив ее ладонь своей рукой и чувствуя, как ее пальчики сжимают мою руку, - даже не волнуйся, я пообещал, что мы позвоним, как только окажемся в номере. А сейчас у нас есть пара часов, чтобы отдохнуть. Поспи, тебе станет гораздо лучше.
  Но мы так и не сомкнули глаз, вместе. Анна не хотела спать, однако я постоянно внимательно наблюдал за всеми ее движениями - естественно, не давая ей возможности усомниться в том, что я слежу за каждым ее взглядом.  Мое беспокойство было оправданно, но рядом с ней я чувствовал себя действительно умиротворенно. Анна могла купировать мою злость, сохранять терпение, стараться уладить что-то между нами - и сейчас я требовался ей точно также, как когда-то она мне, чтобы прийти вновь в душевное равновесие. И это для меня было самое главное.

Я был счастлив, и жалею лишь о том, что осознал это только сейчас.
  Как иногда сумбурны бывают воспоминания. Они на дают покоя, не позволяют от них отказаться, и если они переполнены негативом и чем-то не очень ярким, то ни за что не пропадут из памяти. В то время как хорошие моменты, которые длятся по времени гораздо короче, потому что оно в такие минуты летит на огромной скорости, практически исчезают, и люди стараются сделать все, чтобы этих моментов было гораздо больше. И я старался сделать то же самое. Для меня эта поездка была не только возможностью провести время с Анной, но и узнать то, как мы себя чувствуем, оставшись полностью наедине - в чужой стране, но вместе. Честно говоря, Италия нас поразила сразу же, как только мы стали приземляться в самолете - Анна дремала, а я продолжал рассматривать в окно приближающийся город, и тогда, когда мы высадились в Риме, преодолевая на подготовленном заранее такси улицы и переулки, невозможно было сказать, что мы не оказались очарованы этим городом. Именно по Риму я сейчас спешил ранним утром, пока Анна еще спала - мне хотелось как можно быстрей завершить свою небольшую прогулку, тем более что эта прогулка была для меня действительно важной. Наверное, из-за нее у меня слегка сильнее билось сердце, а не из-за того, что я преодолевал один лестничный пролет буквально за пару секунд.
  Протянув ладонь, я чувствую, как дверная ручка поворачивается и я вхожу в наш гостиничный номер, впуская вместе с собой легкий сквозняк из-за открытого окна. На улице было по-особенному свежо, а, может быть, это мне так казалось из-за особого душевного подъема, который не отпускал меня все это время, пока я преодолевал расстояние до гостиницы, затем огромными шагами бежал по лестнице, забыв о лифте, потому что мне не хотелось, чтобы Анна проснулась раньше того, как я окажусь в номере. Моя спешка могла быть оправдана, именно поэтому, осторожно притворив за собой входную дверь, я прислушался - нет ли какого звука движения либо намека на то, что моя любимая уже проснулась. Однако нет, повсюду стояла тишина и поэтому, скинув пиджак, я по-быстрому оставил ботинки в небольшом коридорчике, я быстрыми шагами направился в спальню. Анна еще спала, а я опустился на одно колено рядом с кроватью, не желая нарушать ее сон. Все-таки таким безмятежным человек бывает только во время сна, обычно любимые мной черты лица освещала улыбка, обращенная ко мне, либо к дочери, и я не любил, когда Анна расстраивалась или хмурилась.
  Когда я только-только приехал в Сакраменто, я не был уверен, что здесь мне так легко удастся сложить всю свою жизнь - все-таки я слишком тяжело привыкаю к новым местам, завожу новые знакомства или обживаюсь в домах - прожив на одном месте всю свою жизнь, я не подумал, что моя судьба сможет приготовить мне более резкий поворот, чем повышение по службе и принятие на работу в качестве старшего компаньона. Однако моя жизнь распорядилась иначе, и сейчас я точно уверен, что я не жалею абсолютно ни о чем, а что касается желаний - мне действительно больше нечего желать. У меня появилась семья, любимая женщина, появился смысл жизни помимо постоянной гонки по карьерной лестнице. Сейчас я не хотел менять абсолютно ничего, и такое состояние, как мне кажется, достигалось мною в прошлой жизни лишь один раз - за буквально пару часов до аварии. С тех пор, как я стал узнавать Анну, я начал понимать, что она точно была в моей прошлой жизни и занимала там действительно большое место, точно также, как и в моем сердце. Сейчас ничего не изменилось, мы стали лишь на четыре года старше, но это значило лишь то, что эта пропасть может быть преодолена.
  Я склонился над Анной, улыбаясь и чувствуя, что она знает о моем присутствии. Положив букет перед ней на кровать, я заметил, что веки Анны чуть дрогнули после того, как шуршание обертки от букета прекратилось. Мне одновременно хотелось и не хотелось ее будить - продлить момент ее сна или как можно скорее получить свой заветный ответ? Я действительно волновался, но не в моих правилах было выигрывать время, оттягивать что-то, тем более что я так хотел увидеть улыбку на ее лице, что начал говорить приглушенным голосом даже раньше, чем Энни приоткрыла глаза.
  - Представляешь, - я начал говорить абсолютно будничным тоном, меня выдавала разве только улыбка, которая не желала сходить с моих губ, - в номер постучались, а когда я выглянул, то нашел букет прямо перед дверью. Думаю, что его точно передали специально для тебя, - потянувшись к Анне, я коснулся губами ее скулы, улыбаясь и понимая, что она уже практически проснулась. Рукой я скользнул к карману брюк, в котором припас кольцо и, прежде чем Энни успела приподнять веки, чтобы окончательно проснуться, я приоткрыл коробочку и, поставив на ладони, склонил голову, взглянув на женщину, которую хочу назвать своей женой, - я точно знаю, что ничего не повторяется дважды, однако, видимо, судьба была недовольна, что мы друг друга упустили. И также невозможно - казалось бы - полюбить человека во второй раз, но я полюбил. Искренне и даже сильнее. За этот месяц я понял, каким же все-таки счастливчиком был тот самый Марк Галлахер, которому ты когда-то ответила "да". Если бы я сейчас не стоял на одном колене, я бы точно сказал, что завидую ему всей душой. Поэтому, наберусь смелости и попрошу твоей руки во второй раз: Анна Мередит Голдберг, ты согласна стать моей женой?
  Я улыбнулся, а сердце в груди предательски стучало - да, я действительно переживал, как переживает любой мужчина, который когда-либо желал бы связать свою судьбу с женщиной. Я прекрасно понимал, что это ответственность, что все, что мы друг другу испытываем - это и есть основа для крепкого брака, что мы уже взрослые люди и имеем право выбирать, а оттого наш выбор делается еще сложнее. Но я бы точно не знал, как бы я отреагировал на отказ - в любом мужчине живет нотка сомнения, когда мы совершаем поступки, которые требуются, однако это сомнение было оправданным. Единственное, в чем я не сомневался - это в том, что я люблю Анну и хочу быть с ней. Продолжать жизнь так, какая она у нас сейчас есть - все, что случилось за этот месяц было для меня невероятно близким и знакомым, и я уже ни одни годы свои не смог бы променять на несколько последних недель. Они вселяли в меня жизнь.

Отредактировано Mark Gallagher (2014-04-19 23:38:16)

+1

13

Не выдумывай ложных препятствий, не играй с Богом в игры, и не ставь в жизни условий, и, возможно, тогда ты смысл её поймешь.
Жизнь — это свет. Свет — это любовь. А любовь — это жизнь.
Живи пока жив, люби пока жив.

  В жизни зачастую приходится выбирать в какую дверь нам стоит зайти. От этого выбора, соответственно, будет зависеть наша будущая жизнь. Вот мы стоим перед сотней разных дверей, но выбрать можем лишь одну единственную, за ручку которой мы потянем и окажемся внутри. Но жизнь не стоит на месте, поэтому через какое-то время мы вновь окажемся перед закрытыми дверьми и открыть сможем только одну. Выбрав однажды, мы не можем вернуться в прошлое и исправить свое решение, поэтому приходится думать заранее, опираясь на разум и интуицию, чтобы не прогадать. Так уж повелось, что без ошибок мы ничему не научимся, поэтому не стоит жалеть о прошлом, даже если оно было более радужным, чем настоящее. Гораздо лучше просто смотреть в будущее с надеждой и верой: так и только так мы можем выжить в этом жестоком мире, где все хотят идти по головам, забывая о чувствах других людей. Я всегда верю в то, что все наладится. Однажды, мои руки чуть было не опустились, но именно в тот момент, в тот самый день, я увидела своего Марка. За столиком в ресторане, где я работаю. Я часто думала: а что было бы, не встреть я его? Не заведи судьба этого мужчину в такой далекий от Бостона, Сакраменто? Чтобы в таком случае стало с моей верой в лучшее? Скорее всего, я бы продолжила свою жизнь в том же русле, но с течением времени медленно бы угасала, как было в момент после случившейся аварии. Многие удивлялись, как я не потеряла ребенка при таких травмах, как физических, так и моральных, на что мне оставалось отвечать, что этот маленький комочек внутри меня - это и есть моя жизнь, мое спасение. Все, что у меня осталось от Марка, всегда было со мной, поэтому я никогда не простила себе, если бы потеряла Роуз. Мне безумно повезло, что на момент аварии у меня был маленький срок, поэтому плод не пострадал, зато теперь, любуясь дочерью, я не жалею ни о чем, ведь судьба вдоволь заплатила нам с Марком за то, что когда-то попыталась нас развести.
  Перелет оказался весьма и весьма удачным, потому что я практически не чувствовала никаких неудобств в самолете. Я никогда не бывала в других странах, поэтому эта поездка, сам ее факт, уже приводил меня в восторг, ведь в Италии мне хотелось побывать очень давно, а такой сюрприз от Марка показался мне невероятным подарком, хотя, я еще не совсем отошла от звонка той незнакомки. Почему я так в штыки восприняла его? Да потому что мой страх вновь потерять Марка чересчур велик, и малейшее отклонение от нашей привычной жизни приводит меня в ступор. Я на самом деле безумно боюсь, что однажды, проснувшись утром, я не увижу Марка рядом с собой, а ночью, не смогу прижаться к нему и не услышу, как он тяжело дышит во сне. Любая мелочь в наших отношениях для меня - целый мир. Я не хочу, чтобы кто-то вмешивался в нашу жизнь, не хочу, чтобы какие-то звонки тревожили и его, и мои нервы. Однако, на ошибках учатся, поэтому я уверенна, что если такое повторится вновь, я обязательно сначала поговорю с Марком, а не буду устраивать сцен ревности. Сами посудите, как я могу не ревновать такого мужчину? Любая женщина бы согласилась со мной на тот счет, что стоит быть особенно внимательной. Поэтому я также внимательно смотрела на женщин в аэропорту Рима, чтобы те следили не за нами, а за своими мужчинами, ровно до того момента, пока мы не добрались до номера в нашем отеле. Безусловно, я понимала, что Марк прибыл сюда по работе, и что большую часть времени мне придется провести одной, но у меня в голове уже был небольшой план на счет того, как провести свободное время. К тому же, я очень надеялась на то, что у Марка выдадутся хотя бы два свободных дня и мы сможем вдвоем изучить местность и побывать во многих местах. Кстати, у меня был и профессиональный интерес, как же я могла обойти стороной итальянскую кухню? За то время, пока Марк будет договариваться о контракте, я посвящу пару часов каким-нибудь специальным курсам. Они мне никак не помешают, а лишь пойдут на пользу. Однозначно.
  Я проснулась от того, что услышала какой-то странный шорох рядом с собой, а когда все же приоткрыла глаза, то не увидела рядом с собой Марка. Пожалуй, это привело меня в чувство быстрее любого другого средства, но немного погодя, я увидела, как мужчина подходит ко мне с букетом цветов. Я не смогла сдержать свою улыбку. Я не знала, чем заслужила такого обращения к себе, серьезно. Чем заслужила такого мужчину? Откровенно говоря, я не понимала, к чему такой сюрприз. Нет, серьезно. Буквально два месяца назад я была уверенна в том, что между нами больше никогда и ничего не будет, потому что этот мужчина ничего ко мне не чувствует, а теперь, эмоции просто переполняли меня, стоило мне только посмотреть на Марка. - Доброе утро, любимый, - мягко проговорила я, когда мужчина коснулся губами моей скулы. Мне было невероятно приятно получить от него ранним утром букет своих любимых цветов, поэтому я все еще не могла скрыть улыбку со своего лица. Я попыталась приподняться на лопатках, чтобы удобнее присесть. Я не знала, что Марк о чем-то хочет поговорить, но чем дольше шло время, тем с большей уверенностью мужчина начал продолжать разговор. Я растерялась и мое сердце забилось чаще. Я не успела даже ни о чем подумать, ничего предположить, как услышала самые заветные слова в своей жизни. Однажды, давным-давно, Марк мне уже делал предложение, но все было по-другому, ведь в том прошлом, был уже другой Марк, не тот, что сейчас со мной, но ведь я любила сейчас именно настоящего, того, кто несмотря ни на что, остался со мной и с дочерью, того, кто полюбил меня вновь всю такую, какая я есть. Но я замерла. От неожиданности. Широко открыв глаза от удивления, я смотрела на Марка и понимала, что секунды тянутся. Но я не могла ничего ответить только из-за того, что счастье сковало мне горло, настолько велико оно было! Мне так хотелось, чтобы этот момент продлился как можно дольше. Я ведь даже не видела кольца, я только видела глаза моего любимого человека, с которым хочу провести всю свою жизнь. Медленно опустив свой взгляд, я все же посмотрела на коробочку, а затем вновь на Марка, уже не сдерживая свою счастливую улыбку:
  - Марк, ты серьезно? Ты правда этого хочешь? - я не знала, что во мне зашкаливает больше: счастья от того, что это произошло, или любви к этому человеку? Мне хотелось закричать изо всех сил, чтобы все услышали, как я его люблю! Но я честно, мужественно, терпела, потому что я должна была услышать это Марка. Дело было не в том, что я не верила в его намерения, а в том, что боялась, что он сам не думает о том, что делает, ведь мы вместе всего относительно недавно, но он уже готов связать свою жизнь со мной. И я, конечно же, надеялась, что дело не только в Роуз. Но я была такой счастливой в этот момент, что не могла ни думать о чем-то, ни что-то решать, я просто хотела поскорее сказать Марку то, что должна была еще минуту назад: - Да! Да! Да! Я выйду за тебя! - я вскочила со своего места прямо в нижнем белье и накинулась, в прямом смысле этого слова, на Марка, крепко-крепко обнимая его изо всех. Сегодня это мужчина сделал меня самой счастливой на свете, и я не могла сдержаться, даже если бы очень хотела. Я обхватила его лицо обеими ладонями и посмотрела в его карие глаза: - я люблю тебя, Марк. - чуть позже, буквально через минуту, когда я поцелую его, он наденет кольцо мне на палец. Но в эту же секунду я коснулась своими губами губ Марка, мягко и нежно начиная поцелуй. Я слишком долго жила без его губ, слишком долго не чувствовала его дыхания, слишком долго он был для меня только воспоминанием, а теперь он - моя реальность, из которой я никогда и ни за что его не отпущу. Я никак не могла предположить, что наше путешествие, эта небольшая командировка Марка, приведет к таким изменениям, конечно же, в лучшую сторону, в моей жизни! Я не давала Марку даже что-то сказать, и все сильнее цеплялась в него руками, прижимаясь изо всех сил к себе. Даже понимая, что у нас вся жизнь впереди, я боялась, что могу что-то упустить.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » .ничего не прося взамен