В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Игра в засаду


Игра в засаду

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Участники: Frank Altieri, Guido Montanelli
Место: Пентхаус Винцензо Монтанелли
Погодные условия: Комнатные
О флештайме: Пришли из дома Гвидо

0

2

Гвидо не собирался никем выставлять Фрэнка - они с Винцензо прекрасно и сами справлялись в последнее время с тем, чтобы привлекать к себе внимание своей враждой; и пусть даже последствия они вполне осознавали, не будучи ни полудурками, ни маленькими детьми, делали для того, чтобы избежать их, они явно не так уж и много, и сами прекрасно понимая, что рано или поздно их деятельность будет стоит Семье крови, когда - это лишь вопрос времени. Гораздо интереснее был вопрос о том, чья же именно это может быть кровь - на месте Альфонсо вполне могли бы быть и Фрэнк или Энзо, и даже они оба, ещё и вместе с доброй долей своих команд. Впрочем, нет, то, что Аль стал жертвой этой их вражды, ещё требовало доказательства - его убийство могло бы быть следствием и других процессов, в которые был вовлечён как Альтиери, так и лично Риццони, так и, наоборот, вся организация - как капо сам сказал, все они заводят новые знакомства время от времени. И силу знакомств недооценивать не стоит: они порой могут совершенно ничего не означать, но иногда - могут стать летальными. Но куда более летальными последствиями, чем знакомства, могут обернуться собственные действия и решения - и Винензо, который лишился доли, сделав неосторожный ход, можно сказать, ещё повезло. Это Фрэнк как раз хорошо понимал, а потому и не торопился делать шагов по этому поводу, не посоветовавшись с Монтанелли предварительно - дороги назад уже не будет.
- А зачем? - пожал плечами Гвидо, искренне удивившись такому предположению. Врать в лицо - это было совершенно не стилем Маргариты, она предпочитала обманывать тихо, не говоря ни слова, просто скрывая что-то за спиной, недоговаривая, но не врала о чём-либо напрямую. Вот скрывать зачем-то факт нападения на себя целую неделю от мужа - это да, в этом узнавался почерк его жены. И что-то говорило о том, что если бы не эта болезнь, Марго продолжала бы скрывать от него это и дальше, попросту ожидая, когда либо на неё будет совершено второе покушение, либо же кто-то придёт за документами... С Тарантино она не общалась в последнее время так близко, чтобы заразиться от неё - к тому же, похоже, это скорее Агата могла бы заразиться от неё, а не наоборот; а подставить остальных... Аль, Тео и Джордано были для неё слишком мелкими сошками, во вражде же Энзо и Фрэнка для неё не было никакой выгоды - с чего бы ей придумывать такую легенду? Или, может, всё же стоит поискать её мотоцикл на дне реки?.. - Марго была в своём мотокостюме, он ведь имеет какую-то защиту... и частично даже водонепроницаем. Да и не мне тебе рассказывать о том, как можно быстро привести себя в порядок... - в их деле одежда - всего лишь рабочий инструмент, имеющий две стороны, как игральная карта - с одной стороны безликая, с другой - демонстрирующая всю свою значимость. Так и гангстеры меняют свою шкуру в зависимости от ситуации, порой даже не один раз на дню, превращаясь из обычных горожан в уважаемых граждан своей общины, и затем - растворяясь во тьме, принимая обличие воров и убийц, когда это было необходимо. И меняя и эту шкуру тоже, по причине того, что с неё приходится отстирывать кровь... - Ты думаешь, она хочет нас кинуть? - прямо спросил он. От Маргариты и впрямь можно всего ожидать, но отчебучит она всё равно именно то, чего не ожидал, о чём даже не подумал... - Это вряд ли... ты ведь её знаешь столько же, сколько я. - Монтанелли пожал плечами. Фрэнк был моложе него, но тоже помнил ту Маргариту, которая была более известной внутри Семьи под прозвищем "la nostra bambina" - опасная и жестокая юная убийца, воспитанница дона Фьёрделиси. Конечно, с тех пор много воды утекло, за эти пятнадцать лет, которые она отсутствовала в Сакраменто, многое изменилось, и изменилась сама Марго и её взгляды, поменялась и её роль в семейной иерархии, но суть осталась прежней - Гвидо не верил, что ди Верди способна предать Семью. К тому же, если бы она хотела обмануть их, то скрипя зубами играла бы роль покорной жены, принимая заботу мужа, а не убегала бы от него при любой возможности... да и ударила в спину бы уже давно, если бы у неё было это желание - Монтанелли даже сам помнил, когда давал ей такую возможность.
Альтиери старательно спрятал от него взгляд прежде, чем дал ответ - уже по этому суть его дальнейших слов становилась Гвидо понятна. Фрэнк ему врал почти так же, как Агата, разве что чуть менее скрыто, что ли - намекая на собственное враньё той частью рассказа, что была правдива, и точно так же не давая возможности уличить себя во лжи, поскольку не произносил ничего, что было бы ложью.
- Меня в этой истории даже не товар больше интересует... - Гвидо ли не знать, куда пропадают люди? Худшее, что могло бы случиться - это если кто-то где-то обнаружит труп этого Сантьяго и опознает - станет сразу ясно, что он не в отпуск неожиданно собрался, а действительно всё это время был мёртв; то есть - убит кем-то сразу после сделки с представителями Семьи Торелли. А труп наверняка существовал - если они не решили подключить Линду; что было бы разумно - в том случае, если бы они не решили сделать тайну. Но Гвидо хотя бы понимал теперь, что именно за осложнения чувствовал. Про эту пропажу Агата не упоминала - впрочем, на тот момент Сантьяго его друзья вполне могли попросту ещё не хватиться. Откинувшись на сидение, Монтанелли несколько секунд просто наблюдал за дорогой...

+1

3

- Да черт ее знает, - отвечая, Фрэнк также пожал плечами, - твоей жене причины нужны далеко не всегда.
С тех пор как Гвидо и Марго были вместе, Альтиери, чтобы не схлопотать по морде, старался вслух при Монтанелли никаких суждений касательно его избранницы не давать, хотя порой и хотелось - ведь, как консильери она касалась всей их Семьи, не только Гвидо. Чистильщик, переняв не самый удачный опыт у Донато, ставил своих людей в крайне неудобное положение, когда любая критика консильери вполне могла привести к вражде с доном.
- Она на мотоцикле была? - тогда тем более странно, что на ней ни царапинки. Или же она невероятно везучая - пневмония меньшее, что могло ее ожидать от падения в реку на мотоцикле. - Слушай, этих чокнутых, - он имел ввиду байкеров и прочих мотолюбителей, которые вечно провоцировали аварийные ситуации на дорогах и зачастую в них же убивались, - даже шлемы не спасают, в авариях с их участием процент смертности самый высокий. - Фрэнк понимал, что любящему мужу не просто поверить в обман жены, он будет выгораживать ее до последнего. - Не знаю, - также скептически отозвался на то, что привести себя в порядок можно очень быстро. Получив по голове бутылкой две недели назад, Фрэнку наложили пару швов, и совсем зажить они еще не успели. - Нам с тобой может и можно, но женщинам обычно требуется больше времени.
В том то и беда, что Фрэнк ее знал давно, пускай и не так близко, как Гвидо, но в отличие от него разум капитана не был затуманен чувствами к женщине.
- От Марго можно ожидать всего. Вспомни ее филиппинцев. - Фрэнк даже не представлял, где находились Филиппины. Откуда она вообще откопала тех парней? - И история с Корлофф... - столь внезапно открывшаяся на собрании по случаю ограбления Шляйхера. И это было лишь тем, что произошло совсем недавно.
Когда Марго носила прозвище "la nostra bambina" и ела за одним столом с доном Фьёрделиси, Фрэнк даже не был еще принят в организацию, хотя конечно в соучастниках значился давно и постоянно крутился рядом людьми Чести, но сам дон о его существовании не представлял, как и сама Марго наверняка. И, тем не менее, славное было время -  трахнуть воспитанницу дона, с юных лет отличавшуюся красотой, не мечтали разве что импотенты. И то, что она сама способна была трахнуть любого, засунув в задницу ствол пистолета, наверное, еще больше раззадоривало. Кто бы мог из них тогда подумать, что осуществить «мечту» удастся неприметному Монтанелли? Суровый чистильщик, ко всему прочему, и ребенка ей заделать успел, лишив тем самым своих друзей ответа на столь волновавший их вопрос - так ли хорошо отсасывала Марго, как ходили о том слухи? Касательно женщин, родивших одному из них детей, такие вопросы автоматически табуировались, если, конечно, отец сам не начинал подобных разговоров, что, в общем-то, тоже случалось…
- Ладно, тебе виднее, - Фрэнк решил махнуть на нее рукой. Пускай Гвидо сам думает и решает, делом Фрэнка было лишь подкинуть мыслей. - С документами я буду внимательнее. - Несмотря на недоверие к Марго совсем игнорировать ее рассказ было бы глупо. - И постараюсь навести справки касательно контактов Аля. Если сам что-нибудь накопаешь - тоже рассказывай, не молчи, как Марго. Эта стройка в наших общих интересах.
Фрэнк помнил, где жил Энзо - не так давно они с Агатой заезжали к нему. Зная город, как свои пять пальцев, он выехал на широкую авеню, двигаясь по которой, уже спустя минут десять, они бы подъехали к дому Винцензо.
Что интересовало Гвидо в истории с мексиканцами, Фрэнк выяснять не хотел. Таким образом, он даже обрадовался зазвонившему у него телефону, так удачно заполнившему образовавшуюся в их разговоре дыру.
Короткий разговор в привычных им общих фразах. Альтиери сбрасывает вызов, несколько секунд задумчиво молчит и затем произносит:
- Машину Энзо нашли возле того же кладбища, где был убит Аль.
Звонил брат Альфонсо, который вместе с другими парнями успел смотаться на место преступления. Для него присутствие автомобиля Энзо было прямым доказательством причастности того к убийству. Причастен он был несомненно, вопрос возникал лишь в том, зачем Монтанелли среднему понадобилось бросать свою машину на месте преступления?
- Он до сих пор не отвечает на звонки?

Отредактировано Frank Altieri (2014-02-20 20:31:16)

+1

4

Кто-то до сих считал (и полагать это безосновательным было бы тоже глупо), что Маргарита была консильери Гвидо, а какое-то время - и покойного Джованни, потому, что делила с Монтанелли постель; позже история про сына в этот миф вплелась тоже очень даже гармонично, но штука-то в том, что с самого начала всё было неправдой - хронологически, Гвидо, вышедший из-под ареста, сначала планировал сделать ди Верди своим советником, и только позже (фактически - всего через минуту) узнал о том, что Дольфо - это его ребёнок... в общем-то - к возобновлению их отношений, или вернее, к фактическому началу именно отношений, а не ещё одному случайному всплеску, подобному тем двум в Риме, поспособствовал именно тот вечер в Сантане. Так что нет, нельзя сказать, что Гвидо повторил опыт супругов Донато, построивших свою империю вместе с самого начала. Фактически, он вообще ничего не строил - попросту однажды обнаружил, что всплыл на вершину, не сделав для того ровном счётом ничего; и поняв, что ему на этой вершине не удастся удержаться в одиночку, не спровоцировав падение всей организации, собрал новую команду, начав действовать...
- Эй! Ты что, вздумал оскорбить мою жену? - напротив, Гвидо никогда не помнил, чтобы Маргарита делала чего-то без причин; они, правда, иной раз являлись идиотскими, но назвать деятельность Марго необоснованной у Монтанелли никогда бы язык не повернулся. Фрэнк что, пытается назвать его жену дурой? И что это такое было за "чёрт её знает"? - Я ещё могу тебе позволить назвать Энзо ублюдком, хотя его отец - мой родной брат, упокой Господь его душу; но если сейчас ещё раз неуважительно отзовёшься о Марго - я тебя головой об руль приложу. - пригрозил Гвидо, сжав челюсть, сделавшись похожим на напыженного бульдога, готового броситься на жертву, сомкнув пасть и не выпуская. А Альтиери ещё и начал подливать масла в огонь, напомнив про всё то, что Монтанелли и так хорошо помнил - особенно, когда видел этого железного монстра, или Маргариту в её мотокостюме, но в самой большей степени - когда всё это наблюдал в сочетании. Мотоциклисты умирают не от пневмонии. Во всей этой истории одно хорошо - этот мотоцикл Гвидо больше никогда не увидит.
Гвидо лишь скептически усмехнулся, отвернувшись к окну, когда Фрэнк сделал вывод о том, как быстро женщины могут привести себя в порядок. Пожалуй, одна из тех немногих вещей, которой женщины, допущенные до общего дела, научились в совершенстве, переплюнув мужчин по всем параметрам - это восстановить свой образ в любой ситуации; по крайней мере, Марго это удавалось отлично - Альтиери вот не присутствовал при их сцене в туалете клуба "Бурлеск"... да и слава Богу.
- Слушай, я знаю, то, что она сделала с Джоуи - ужасно... - смягчился Гвидо. Та история на кладбище давно уже должна была считаться закрытой; те филиппинцы не были верны Семье, но были верны ей лично - неудивительно, что Маргарита так принялась мстить за них. В какой-то степени, Монтанелли её понимал - если бы кто-то нанёс вред Санчес... впрочем, были и примеры более яркие - как та бойня на пирсе, спровоцированная Бруклин, так и история с Рут Оскар Хансен, которой Гвидо на деньги Семьи оплатил реабилитацию, и затем спрятал от её врагов. - ...но он получил за это солидную компенсацию. Она отдала ему свою долю. Может быть, Терзи и не может больше наслаждаться вкусом хорошего вина, но зато у него есть возможность меньше работать и больше уделять времени своей семье. - а не об этом ли мечтает каждый, кто вступает в дело? Конечно, состояние Джоуи Терзи не может быть оценено однозначно, да и Фрэнка наверняка беспокоит и тот факт, что он в тот день находился с ним рядом, но Маргарита его не трогала - да и вообще, её деятельность никогда не была направлена ни против Фрэнка, ни против Семьи целиком... в основном, её поступки работали только против Гвидо.
- Если бы она нас обдурить хотела - давно слила бы документы налево, а не выдумывала бы про историю с этой рекой. Возможность у неё всегда была. - подытожил дон. Была и остаётся, как, впрочем, и у Энзо, и у Фрэнка, и всех остальных, кто имел доступ к документам и информации о них. Тут сложно кому-либо доверять, но, впрочем, когда в их бизнесе было по-другому?.. Доверие - тот товар, что слишком дорого обходится.
- Перепрячь их туда, где никто их не сможет найти. Сейфы - это вообще вещь слишком очевидная.
- посоветовал Гвидо в ответ. Кроме того, если никто, кроме Фрэнка, не сможет найти эти документы - будет сразу понятно, от кого именно пошла утечка, если она вообще произойдёт; хотя, конечно, Альтиери не так глуп, чтобы так подставиться. Так тем лучше - возможность такой утечки будет закупорена в любом случае...
Разговор про мексиканцев, как и в случае с Агатой, растворился в воздухе, подобно призраку. Тему просто никто не хотел поднимать, и сам Монтанелли - в том числе, и в общем, приходилось ждать того, чтобы она всплыла однажды сама по себе, и надеяться на то, что этого исхода вообще никогда не случится - фактически, это было молчаливым согласием с желанием Альтиери справиться с проблемой самостоятельно. 
- До сих пор не отвечает. - Гвидо воспользовался паузой, чтобы ещё раз попробовать дозвониться до Энзо, попутно прислушиваясь к фразам Фрэнка, которые были более информативны, нежели знакомая всем до боли в ушах фраза оператора; одному дьяволу ведомом, где Энзо носит - может, он спит у себя после очередной вечеринки, или как раз в её процессе... убрав телефон, Монтанелли повернулся к капо: - Его красивый феррари? То есть, получается, Винцензо не только приехал на кладбище убрать Аля лично, да ещё и машину свою там бросил, чтобы дать всем зацепку? - Гвидо приподнял брови. С чего их вообще принесло на кладбище, и зачем было надо устраивать этот цирк именно там? - Вот что, скажи своим ребятам, чтобы отогнали её оттуда и спрятали где-нибудь. Пусть стекло разобьют, если понадобится, но не оставляют машину там. - не хватало ещё, чтобы полицейские записали Энзо в подозреваемые и начали разыскивать параллельно с ними. Куда они направятся в этом случае? Правильно. Прямо сюда, к нему домой, по адресу, до которого они сами только что добрались...

+1

5

- Остынь. - Не хватало им еще подраться в машине и также как Марго вылететь в реку. По иронии судьбы они как раз въехали на мост, и Альтиери значительно прибавил скорости, обгоняя неторопливо ехавший впереди них фургон. Вряд ли Гвидо не осознавал, что, ударив капитана, внесет в их Семью еще больший разлад. Все-таки Фрэнк контролировал значительную часть улиц и для многих бандитов боссом был он, а не Монтанелли. Эти люди не отличались изысканностью манер, зачастую не имели никакого кроме школьного образования, уважали с раннего возраста лишь силу, и естественно никакой бабе командовать собой не позволили бы. И если Гвидо планировал оставаться на вершине их пирамиды, окружать ему себя следовало не юбками, а теми, кто реально способен представлять его власть на улицах. Женщина даже в столь свободной стране, как Америка, оставалась женщиной. Что бы там ни говорили про равенство прав, в борьбе за власть она чаще всего проигрывала, для примера можно было сравнить количество мужчин и женщин в Сенате - и это политика, та область, в которой разговоры о женских правах помогали зарабатывать голоса электората. Криминальный же мир в этом отношении находился в состоянии позапрошлого века - там причин для привлечения женщин до сих пор никаких не было, были разве что дополнительные с их появлением причины для конфликтов. Вот как сейчас. Фрэнк, конечно, мог понять Гвидо. Если бы кто-то оскорбил его жену, Альтиери бы и предупреждать не стал, просто бил бы до тех пор, пока жертва не перестала бы шевелиться. Вот еще и поэтому он не хотел работать вместе с ней. В его работе конфликты - обычное дело. Все-таки интеллигентных и культурно разговаривавших людей среди них практически не было. А в случае оскорбления жены долей от какого-нибудь бизнеса не отделаешься. Вряд ли бы тот же Гвидо разменял деньги на инвалидность Марго, если бы она и Терзи поменялись местами.
- Тебя послушаешь, так ему повезло, - фыркнул Альтиери. Разумеется, Марго для своего мужа была святой. Вот только не ослеп ли Монтанелли от ее священного сияния?
Касательно же документов Фрэнк подумывал открыть ячейку в банке, а то сейчас они лежали не то что в сейфе - дома в ящике письменного стола. Давно к нему федералы с обысками не наведывались... успел расслабиться.
- Хорошо, - Альтиери согласился с Гвидо и повернул на улицу, по которой жил Энзо. С новостью о найденном автомобиле загадка нападения на Марго отошла на второй план. Учитывая, что те события произошли чуть ли не месяц назад, расследовать там что-то реальным не представлялось. А вот убийство Риццони... тут они шли по горячим следам. В самую пору было Фрэнку разродиться очередной теорией, но, то ли действие кокаина закончилось, то ли картина преступления была чересчур путанной, в общем, ничего более или менее разумного в голову капитану не лезло.
- Феррари, да, - подтвердил он. Езди Монтанелли средний на чем-нибудь менее приметном его машину, быть может, и не заметили вовсе. - Я уже и не знаю, что там к чему, - признался Фрэнк. - Но кто-то убил Аля - это факт. Моего человека и члена Семьи.
А машину и впрямь стоило перегнать куда-нибудь. Даже если за убийством Риццони стоял Энзо, разобраться с ним они должны были сами, полиция только помешает возмездию. Вызывая последний принятый, Фрэнк не сильно был уверен, что парни к этому времени еще не успели поджечь дорогущий спорткар.
- Лино, перегоните его машину куда-нибудь, чтобы копы не нашли, - велел капо. - Да пофиг куда. Но только не ко мне на склад. На свалку можете.
Припарковавшись у дороги, Фрэнк потревожил Гвидо и залез в бардачок, откуда достал пистолет. Идти к Винцензо без оружия он рисковать не хотел. Заглушил двигатель и вышел на улицу. Перед ними стояла одна из много численных в этом районе высоток. В какой именно квартире жил Монтанелли Альтиери не знал, поэтому вперед Гвидо не лез.
- Думаешь, он дома? - С сомнением произнес Фрэнки. Что могло заставить Энзо бросить свой автомобиль? Уж наверняка не желание пройтись пешком и подышать свежим воздухом.

Отредактировано Frank Altieri (2014-02-21 21:00:57)

+1

6

Это "священное сияние" Гвидо увидел яркой вспышкой любимого автомобиля, на котором он откатался двадцать лет и который вполне мог бы прослужить и ещё дольше; уж чего, а силы и наглости Маргарите было не занимать, и на тех же улицах когда-то давно её старое прозвище наводило никак не меньший ужас, чем нынче - имя Альтиери или Монтанелли-среднего, каждый член Семьи подспудно боялся того, что юная воспитанница дона Фьёрделиси придёт за ним, если тот оступится - Гвидо хорошо помнил те времена, и до недавнего времени он сам был частью улиц, в основном - ночного времени суток. За пятнадцать лет отсутствия Маргариты многое поменялось в Сакраменто, теперь к ней уже не проявляли того почёта, как раньше, её попросту перестали бояться, перестали опасаться осуждать её, более того, стали это делать в голос, и Фрэнк, не постеснявшийся это сделать при её муже и главе Семьи - самый явный тому пример. Впрочем, в этом была вина её самой, поступок с Джоуи, взрыв автомобиля Гвидо, да и присутствие этих чванливых узкоглазых (коих Торелли в последнее время в любом виде не величали) авторитета в глазах остальных ей явно не прибавили. И её муж... в общем-то, Монтанелли-старший не был исключением - и хотя с Фрэнком эту тему обсуждать он точно не собирался, но как бы он не любил Маргариту, он был способен нажать на курок в том случае, если она зайдёт слишком далеко. Сказать по правде, Омбра сама уже была на волосок от этого; и дело уже не в бизнесе, а в личном отношении. Марго знала об этом. В их доме велись разговоры далеко не только о любви. И так же оба знали, что Гвидо должен будет сделать это лично, так как сам и возродил Маргариту к жизни год назад. Да и никому другому он это доверить попросту не смог бы... если вообще дошло бы до этой крайности.
И дело даже не в том, что она - женщина, а в тех проблемах, что она создаёт - почему-то никого не смущали ни Агата, ни Санчес, ни Ливия. В целом, Энзо умел находить неприятности ничуть не хуже, правда несколько другого рода; пожалуй, своего Гвидо всё-таки добился - в организации под его началом сложился образ двуликого Януса из его племянника и его жены. Плохо только то, что он становился сильнее самого Гвидо.
- Нет. Повезло как раз тебе и остальным, что не отведали того же самого. - видно, что Марго всё-таки знала, где остановиться, коснувшись только главного исполнителя и не тронув остальных, понимая, что в этом случае ей этого с рук точно не спустят ни муж, ни сами покалеченные, ни их друзья. С другой стороны - Монтанелли не скрывал того, что вообще был бы рад тогда увидеть Чезаре и Луиджи в гробах, а на больничных койках. Но сейчас вопрос с ними был решён, и положение братьев Вицци по отношению к Семье окончательно утвердилось. - Я хочу сказать, что Маргарита никогда не шла против Семьи. Тебе же лично её деятельность вообще не доставила проблем - ты-то какое отношение имеешь к Корлофф?
Да чёрта с два она вообще приберёт к рукам эту компанию - у Медеи там положение гораздо прочнее, чем у любого из них, несмотря даже на то, что она находится в Италии и управляет салоном дистанционно. Гвидо немногое в этом понимал, но слова Марго вообще тогда не воспринял особенно серьёзно - для неё этот кусок всегда был лакомым...
- Всё это вообще странно. - ну что, мест других в городе мало, что ли, чтобы перестрелять друг друга - обязательно надо осквернить кладбище? Почему бы тогда сразу в церкви палить не начать, прямо во время службы, чтобы куражу было больше? В любом случае, машине Энзо там делать нечего, как и людям Фрэнка, впрочем, тоже - не хватало ещё копов развлекать своим там присутствием, давая новые зацепки. Гвидо, по большому счёту, плевать было, даже если машину и сожгут - главное, чтобы это сделали не прямо там, а догадались увезти подальше.
- Понятия не имею. - отозвался Монтанелли, проводив глазами ствол, который Фрэнк достал из бардачка. И зачем он ему понадобился, если он даже не верит, что Винцензо находится у себя дома? - Но он либо вернётся туда, либо его обнаружит кто-то и сообщит тебе. - надо бы связаться и с его людьми, возможно, они сейчас вместе с ним, хотя если Энзо и впрямь причастен к убийству Аля и они с ним заодно, это немногое даст.
Естественно, без ключа лифт не поднял их прямо в пентхаус, остановившись на предпоследнем этаже, и пришлось ещё один пролёт идти пешком до чёрного хода в апартаменты. Постучавшись и убедившись, что никто не отвечает, Гвидо кивнул Фрэнку, молчаливо приказав высадить дверь - замок для Энзо потеря и вовсе ничтожная. Пройдя в пустую квартиру, дон включил свет в гостиной, опытным взглядом чистильщика оглядывая помещение, пытаясь найти какие-то зацепки; заглянул в холодильник, в мусорный контейнер, в спальню, ощущая смутное дежа вю - не так уж и давно примерно те же самые действия ему приходилось производить в квартире Агаты в компании Флэнагана. Его племянник явно был здесь ещё не так давно...
- Что ж, осталось дождаться его возвращения. - Гвидо уселся на диван, включая телевизор. Придётся на старости лет сидеть в засаде на собственного племянника, проникнув к нему в квартиру, как вор-взломщик. Здорово... - Можешь пока поспать немного. - Монтанелли начал щёлкать пультом, пока не наткнулся на новостной канал, проэцирующий городское кладбище - журналистам даже в такой час не спалось. На заднем плане мельком было видно упомянутый феррари, исчезающий вдали за спиной журналиста, но внимание Гвидо привлекли другие детали. Во-первых, почему именно эта часть кладбища и именно эта могила? Во-вторых, репортёр с азартом обсуждал тему того, что труп был один, а кровавых луж было две. В третьих...
- А Альфонсо всегда на кладбище с дробовиком ходил?

+1

7

Фрэнка начинал уже раздражать этот не прекращавшийся разговор о Марго. Поменять свое мнение об избраннице Гвидо он был готов лишь в том случае, если ди Верди, вдруг внезапно поумнев, сама придет к выводу, что играть в консильери ей, как жене, уместно разве что в спальне и на кухне. Чтобы если она и лезла в их дела, то об этом никто кроме Гвидо не знал. Этим она бы в первую очередь своему супругу одолжение сделала, позволив тому хотя бы в глазах парней отцепиться от бабской юбки.
- Если бы я имел отношение к Корлофф, я бы ее уже завалил, - не выдержал Альтиери. Он отдавал себе отчет, что сейчас его слова могли расцениваться боссом и как угроза и как оскорбление, но, вероятно, тот сам хотел спровоцировать Фрэнка, раз не позволял этому разговору завершиться. - Поэтому постарайся оградить ее от меня и от моих дел. Так, на всякий случай. - Ему казалось, что документы по стройке, которые он велел отдать ему, достаточно красноречиво передавали намерение контролировать все самому. И Фрэнк, пускай на эмоциях, но уже готов был сам подраться с Гвидо, если тот продолжит капать ему на мозг своей женушкой, которую капитан - неужто не понятно? - на дух не переносил. Терпел он ее только, чтобы не оскорблять Монтанелли. И уж точно Альтиери не испытывал страха перед Марго - ни тогда ни сейчас. Было абсурдно полагать, чтобы взрослые мужики - не какие-то там простоватые работяги, а известные своей гордостью мафиози - трепетали перед двадцатилетней девчонкой. Они бы просто перестали уважать себя, как мужчин, если бы вдруг такое стало реальностью. Одно ее присутствие уже итак унижало их в собственных глазах, признать же еще, что она выше их - значило бы расписаться в собственном ничтожестве. Как женщине, оказавшейся в мужском коллективе, ей достаточно было совершить всего одну ошибку, чтобы дискредитировать себя, а Марго уже совершила их куда более. Самое время было отослать ее обратно в Италию и прихвостней ее филиппинских туда же. Хотя нет. Прихвостней лучше пристрелить – кого-то же нужно было пристрелить, ведь Гвидо свою жену убить вряд ли решится.
Ну, и ночка выдалась. Сперва Ливия его вывела из себя, потом эта новость про убийство Аля, и теперь Гвидо со своей ненаглядной решил доконать. Хорошо хоть самой Марго тут не было. Фрэнк вместе с Монтанелли поднялся на лифте, затем преодолев лестничный пролет, они вроде как отказались перед дверью, ведущей в квартиру Энзо. 
- Ты серьезно? – изогнув бровь, взглянул на Гвидо, когда тот кивком приказал высадить дверь, будто Фрэнк был бойцом спецназа, ежедневно проделывающим такие трюки. Повезло, что по факту она оказалась менее непреступна, чем казалась на первый взгляд. С третьей попытки Альтиери все же сумел ее выбить и, пропустив Гвидо вперед, зашел в апартаменты. Устроился Монтанелли средний в Сакраменто неплохо. Фрэнку даже понравилось – просторненько для холостяка. Следом за Гвидо он заглянул в холодильник – отметил отсутствие пива и захлопнул его обратно. Содержимое мусорки проверять не стал, сразу направившись в гостиную.
- И долго мы его будем ждать? – поинтересовался Фрэнк, заваливаясь в ботинках на диван. – У тебя есть телефон кого-нибудь из его людей?
Можно было отловить одного из них и допросить – вероятно, они могли быть в курсе, где их босс.
В этот момент по телевизору начался репортаж с места убийства Риццони. Фрэнк не ожидал, что журналисты настолько быстро состряпают сюжет. Прильнув к экрану, он начал слушать об «очередных гангстерских разборках» и с интересом отметил, что, вероятнее всего, на кладбище был убит кто-то еще. Ну, или серьезно ранен, как предполагалось, из дробовика, обнаруженного рядом с телом убитого.
- Может дробовик ему подкинули?  - предположил Альтиери. – И убили кого-то еще. Черт, надо бы удостовериться, что остальные парни целы. – Фрэнк принялся перебирать список контактов в телефоне.

+1

8

Странное дело - во времена супругов Донато, организация Торелли была куда более разномастным синдикатом, и неитальянцы, и женщины в Семью пропускались гораздо проще, нежели теперь, при этом мнение Комиссии вообще никого обычно не интересовало; но в этом разношёрстном коллективе почему-то никто не стремился никого завалить, никто не пытался никому нагадить, даже ссоры между своими были скорее исключением - несмотря даже на то, что женщин на организацию напрямую работало даже больше, чем сейчас; хотя, казалось бы, именно этого и достаточно для развала любой организации. Теперь же, когда Гвидо делал всё, чтобы приблизить Семью к организации классической Коза Ностры, его основные ребята вдруг начали цапаться друг с другом, Энзо и Фрэнк, видимо, расслабившись после перемирия с китайцами, затеяли бесполезную войну уже между собой, Агата и Куинтон решили выяснить свои отношения, при этом ни к самому дону, ни к его супруге, бывшей ещё и консильери организации, никто не желал проявлять и половину должного уважения, хотя оба они были в Семье дольше любого из тех, кто входил в их команду. Маргарита была принята в организацию в восемнадцать лет, и это было вовсе не по решению Гвидо, на тот момент он вообще не думал, что когда-нибудь будет что-то решать,  - что бы там Фрэнк не считал, но это было не просто так. Как бы тяжело это не было принимать - она всегда была выше его; что в качестве смертельно опасной воспитанницы дона много лет назад, что сейчас, когда она была консильери, а Альтиери капитаном. Возможно, вот почему он весь сейчас исходил на говно?
- Отлично, сначала Энзо, а теперь Маргарита. Что дальше, захочешь завалить моих детей, или меня самого? - слова не могли расцениваться Гвидо иначе, как глупость, поскольку Альтиери демонстрировал явное желание решать уже абсолютно любую свою проблему с другим членом Семьи через убийство. А за полчаса беседы он уже с радостью был готов убрать и андербосса, и консильери - вот уж действительно широкий полёт мысли. - Может, тебе самому не помешает принять отрезвляющей пилюли из свинца? Как я смотрю, отношения ни с кем не клеятся именно у тебя. - кем Фрэнк вообще себя возомнил? Не успел примерить статус капо, как уже считает себя неприкосновенным, да ещё думает, что вправе ему указывать кого от каких дел ограждать? Эту стройку вообще невозможно контролировать кому-то одному, именно потому и необходимо было, чтобы Марго отвечала за юридическую часть операции, а Альтиери - за часть практическую. Это было проектом Семьи, не было тут слов "меня" и "моих".
- А что? Из нас двоих, по-моему, ты моложе. - усмехнулся Гвидо на его вопросительный взгляд; он вполне мог бы и сам справиться с этой дверью, но не видел особого смысла заниматься ей лично, если рядом был Фрэнк, у которого явно чесались кулаки сломать что-нибудь, да и вообще, раз уж зашёл об этом разговор, босс Семьи, ломающий двери - не лучшая картина для глаз его людей...
- Не знаю. - отозвался Гвидо, устраиваясь на диване, скептически посмотрев на подошвы ботинок Фрэнка. Откуда ему-то знать, когда Энзо вернётся домой, если и вернётся вообще - если он не хотел, чтобы его нашли, то в квартиру ему приходить уж точно не резон; но вряд ли он стал бы так подставляться из-за этого убийства, разве нет? Что-то подсказывало, что к этому убийству вообще не имеет отношение никто из Семьи - слишком уж почерк не сходится, у Монтанелли никто не спрашивал разрешения на этот ход, а Монтанелли-средний явно не захотел бы потерять всё, что нажил в Сакраменто, просто из-за своей гордости спустив курок. - Есть... парочка. А у тебя? - про телефоны, впрочем, Гвидо тут же забыл, внимательнее вглядевшись в экран; журналисты стряпали сюжет прямо на ходу, в прямом эфире, в лучших американских традициях нагнетая и так напряжённую обстановку и не стесняясь произносить имена раз за разом, но в этом как раз не было ничего особенно удивительного. Больше заинтересовал Монтанелли даже не факт наличия дробовика у Альфонсо.
- Ты знаешь, чья это могила?
- Гвидо тыкнул пальцев в экран, указывая на залитый кровью памятник, но картинка уже сменилась. Фрэнк едва ли мог это знать, он и сам еле вспомнил это имя... вторым, кого на этом кладбище застрелили, вполне мог бы быть Энзо. Вернее, это определённо был его племянник - больше на эту могилу никто не пришёл бы. Свежие цветы на могиле только ещё более явно указывали на происходящее. Места убийств - это тот вид достопримечательностей, которых Монтанелли достаточно в своей жизни перевидал, и потому разбирался, пожалуй, не хуже детектива из убойного, но... почему тогда тело Энзо вынесли с места происшествия, а Аля оставили там же? - Там лежит человек, который научил Винцензо практически всему, что он знает. - и в общем-то, сам стал жертвой собственного педагогического таланта, когда этот талант стал больше, чем тот, что позволял ему удерживаться в деле. - Сдаётся мне, что это Аль стрелял в Винцензо, а не наоборот. - Или их обоих планировали убить - но с чего бы им встречаться на могиле Доминика? Гвидо встал с дивана, сжимая пульт в руке до такой степени, что тот едва не трещал: - Ты что, б**ть, заказал моего племянника и мне теперь ещё и мозги пудришь?

+1

9

Времена супругов Донато, когда традиции их организации смешались с грязью, Фрэнк вообще хотел забыть, как страшный сон. Но тогда он был моложе и его дядя не сидел за решеткой. Джо делал то, что не мог делать Гвидо, а именно вправлял мозги своему племяннику. Без него бы Фрэнк вряд ли и до тридцати дожил, с его-то способностью развязывать конфликты, и вряд ли Монтанелли старший этого не учитывал. Как знали все и о пристрастии Альтиери к кокаину - даже Энзо оказался в курсе, упрекнув в этом капитана. Все это не обещало, что Фрэнк будет с легкостью поддаваться контролю, но с другой стороны, связываясь с ним, Монтанелли обретал в его лице сильного и решительного союзника, с уровнем айкью (когда трезвый) значительно выше среднего. Может, поэтому и решил рискнуть? Гангстер еле сдержался, чтобы на вопрос Гвидо со злости не ответить: "если потребуется". Он и впрямь был способен на это, однако дело было не в нацеленности на семейство Монтанелли. То, что Марго и Энзо были родственниками Гвидо, можно считать совпадением. Что же касалось его детей... это не Фрэнк втянул их в этот бизнес. Вероятно, Монтанелли старшего устраивала перспектива того, чтобы его отпрысков окружали люди, решавшие проблемы через убийства. Фрэнк, конечно, не мог гарантировать, что его собственный сын не ступит на ту же скользкую дорожку, но, по крайней мере, он готов был сделать все возможное, чтобы этого не произошло. В их деле процент смертности очень высокий, и Альтиери, как отец, не желал своим детям, чтобы однажды их кто-нибудь пристрелил.
А Гвидо, меж тем, пригрозил угостить своего зарвавшегося капитана свинцом и уже этим несколько его отрезвил, ну, по крайней мере Фрэнк решил больше не подливать масла в огонь и придержал с ответными угрозами, пока к консильери и андербоссу не прибавил дона в перечень своих врагов... хотя, положа руку на сердце, какой к черту дон? Гвидо еще не так давно дерьмо за ними всеми убирал.
- Большим боссом стал? - только и усмехнулся Фрэнк. Больше он ничего отвечать не стал, считая, что Энзо и Марго далеко не вся их Семья. На самом деле Альтиери хотел помочь вернуть их организации подобающий вид и уважение других Семей, но вероятно Гвидо считал, что это можно будет сделать какими-то другими методами, нежели чисткой рядов. Что ж, этого следовало ожидать, сторонником радикальных методов он никогда не был.
Оторвавшись от поиска в телефонной книге номера Майка, Фрэнк, отвечая на вопрос, чья могила послужила местом гангстерских разборок, лишь безмолвно пожал плечами. Ему просто неоткуда было знать все эти подробности о наставнике Энзо, они с племянником Монтанелли никогда не были настолько близки, чтобы делиться подобными историями.
Дальнейшего же поворота Фрэнк просто не предвидел. Ожидая, что Гвидо вот-вот засветит ему по голове пультом от телевизора, Альтиери поднялся с дивана и сделал несколько шагов назад.
- Е**нулся что ли? - не понимая в чем дело, но чувствуя, что свинцовую пилюлю ему готовы были скормить уже прямо сейчас, Фрэнк принялся защищаться. - Там вообще-то мой человек трупом лежит, а не твой племянник! - ткнул рукой в телевизор. - Я что совсем, по-твоему, долбанулся, заказывать члена Семьи? - Вспомнив свои недавние слова, спустя две секунды добавил, - с Марго, ладно, погорячился. - Может, от этого Гвидо так взбеленился? Поверил, что Фрэнк любого готов завалить? - Слушай, я тебе отвечаю, я не причастен к тому, что там произошло. Сам подумай, зачем мне все так усложнять? Аля, что, тоже с моей подачи пристрелили?

Отредактировано Frank Altieri (2014-02-23 23:54:50)

+1

10

Альтиери, видимо, считал, что чистка - это единственный способ заслужить уважение других Семей; забывая о том, что всё, что происходило с Торелли за последний год, иначе, как чисткой и не назовёшь, начиная от событий в Плазе, и заканчивая на похоронах Джованни - состав Семьи обновился почти наполовину, верхушка и вовсе поменялась полностью, ещё одной такой "чистки" организация попросту не выдержит - в прошлый раз, чтобы удержатся на позициях, пришлось задействовать помощь Семей из Италии и Нью-Йорка, учитывая ещё и взбеленившихся Триад; кстати, именно этой экспортной помощи Фрэнку как раз стоило сказать спасибо - практически вся эта территория теперь принадлежала ему. Но послушать его - так здесь каждого нужно было устранить, кроме него самого. Вот что интересно, при Донато таких заявлений вообще никогда не поступало, а если и поступало - они пресекались на корню, свои почти не спорили со своими, и редко стреляли друг в друга, по любому из поводов; это время для многих было лучшим периодом Семьи - для Агаты, например, да что там - Гвидо было в то время даже вольготнее, чем при Фьёрделиси, и уж понятно, чем теперь. Теперь же это время некоторые почему-то были рады забыть, как страшный сон, а фамилия Донато стала едва ли не руганью - возможно, из-за выходки Анны, которая привела к смерти Джованни и психологической травме у Тарантино, но при всём при этом - из-за одного-единственного хода каждый теперь был рад забыть о том, что Анна и её команда сделали для Семьи за девять лет своего правления. Это ли называется честью? Сказать по правде, было бы правильно устранить как раз Гвидо - сыграв свою роль по выходу из тюрьмы, далее он был звеном уже абсолютно лишним, и сам чувствовал, что рано или поздно или Джованни устранит его, или ему самому придётся нажать на курок - двоевластие может приносить пользу, но только в том случае, когда не бывает долгим.
- Я могу сделать вид, что стал, если будешь продолжать выпендриваться. - Монтанелли имел в виду решение, которое вправе принимать только босс Семьи, Фрэнк наверняка это понял. Большим человеком Гвидо никогда себя не считал, да и вообще, насколько велико значение словосочетания "дон Торелли", относительно других Семей в этом штате и во всей Америке, относительно других криминальных и не очень организаций, и относительно других папок в федеральных архивах - вопрос вообще спорный. Альтиери сам видел, что представляет из себя "большой босс" - его машину взорвали ещё в прошлом году, а новую он покупать себе так и не торопился, на его имени не было никакой собственности, помимо профсоюзного билета, и даже дом, фактически, принадлежал Маргарите - Гвидо официально не имел ничего, изначально свою позицию выстроив по девизу "управлять, а не властвовать". А управлять он вполне мог и из подполья; в те непростые времена, когда его дом стоял на прослушке, и тогда, когда Анна вернулась из Италии, Гвидо именно это и делал.
- А из-под кого тогда вторая лужа крови - сама выступила? - не унимался Монтанелли. Могила Доминика, автомобиль Энзо, молчание на том конце провода при попытке набрать его номер - вот сейчас-то всё начинало складываться в более чёткую картинку, нежели раньше; едва ли кто-то другой попёрся бы на эту могилу, да и Винцензо именно там был уязвим, как, возможно, нигде более. Правда, видимо, не настолько, чтобы не суметь защититься вовсе - и то ли он там был не один, то ли Альфонсо пришёл туда не один, но Энзо так просто тоже не сдался. - С чьей подачи Аль вообще поехал на это кладбище? - странно только, что тело племянника забрали, а машину - бросили; даже с точки зрения того, кто о ремесле чистильщика и по наслышке ничего не знал, слишком уж грубая ошибка получается. Или это сделали намеренно, чтобы их запутать ещё больше? Хотя, казалось бы, куда больше-то...
Возможно, его племянник вообще ещё жив - вот какая мысль свидетельствовала о том, что сейчас чистильщик наступал на те же самые грабли, которые сам раскидывал в течение тридцати лет: он не видел тела, не было свидетельства, не было никаких подтверждений того, что Винцензо - мёртв, и в то же время - среди живых его племянника тоже вроде как и не наблюдалось. Исчез, пропал без вести, прямо как в военное время.
- Вот именно, там твой человек трупом лежит, и повсюду - кровь Энзо. В этом я уверен.
- не стал бы он эту могилу использовать как отправную точку очередного хода для своей эго-вендетты, в этом Гвидо тоже был уверен; даже если бы Монтанелли-среднему и взбрело бы в голову убить кого-то из людей Фрэнка, или даже самого Фрэнка, он это сделал бы где угодно, но только не там. - Где вот теперь искать самого Энзо? Если он жив - то скорее всего, думает, что это я его убийство подтвердил. - а мало ли причин было для принятия такого решения? Мало ли причин было у всех у них - и у Марго, и у Фрэнка, и у Агаты, и у самого Монтанелли, который тоже был далеко не эталоном преданности боссам, и многое совершал за их спинами, во избежание ненужных расспросов и проблем. - Обзванивай своих ребят, а я позвоню парням Энзо... будем разгребать это дерьмо. - отбросив пульт на диван, Монтанелли взял мобильник, начиная пролистывать список контактов.

+1

11

Из-под кого вторая лужа крови… Зачем Аль поехал на кладбище…
Это все риторические вопросы?
- Я понимаю не больше твоего, - вполне искренне ответил Фрэнк. Чувствовал он себя сейчас довольно растерянно. Ведь еще каких-то пятнадцать минут назад, до того, как они включили этот несчастный телевизор, уверенность Фрэнка в том, что это Энзо стрелял в Аля, а не наоборот была непоколебима. Решив взять паузу, Альтиери не стал предпринимать попыток перекричать или переспорить босса, сейчас ему просто нужно было время, чтобы все осмыслить. Новые факты ломали сложившуюся в голове картинку на корню, и попытки придумать какие-то логические объяснения, оправдывавшие его самого и его человека, казались даже самому Фрэнку притянутым за уши бредом. Если Аль в действительности стрелял в андербосса Семьи и при этом умудрился так позорно оплошать, не убив его, то этим своим самоуправством он подготовил для своего капитана и гроб, и крышку от гроба, и горстку гвоздей. Оставалось только собрать эти комплектующие воедино, что Энзо, если все-таки он жив, вряд ли упустит шанс осуществить. То же самое, похоже, понимал и Гвидо, также начавший переживать, что его племянник, выжив, будет иметь все основания полагать, что люди Альтиери действовали с благословения дона. Но если у старшего Монтанелли был вариант доказать свою непричастность, расплатившись с Винцензо головой капитана, то у самого капитана такой возможности в связи со смертью стрелка не было (хотя, если бы и была, он бы наверно сам его завалил за тот геморрой, что доставил).
К тому моменту, как Гвидо отдал распоряжение звонить парням, Фрэнк уже набирал номер Майка, человека, которому вполне мог доверить не только свою жизнь, но и жизнь близких. Ждать долго ответа на другом конце "провода" не пришлось – в эту ночь, наверное, не спали все Торелли.
- Нужно встретиться. – Фрэнк отошел в сторону от Монтанелли, чтобы им не перебивать друг друга. - Подъезжай в контору. Я как освобожусь, буду там же. Да, и Мэнни с собой прихвати. Надо обсудить последние события.
Фрэнк бы очень хотел, чтобы Энзо никогда не нашелся. И сейчас это желание было вызвано уже не жаждой мести, а инстинктом самосохранения. Фактически ему не оставалось никакого выбора, кроме как отдать своим людям приказ, достать Винцензо из-под земли, убедиться, что он и впрямь мертв и закопать обратно. Либо же, если тот был жив, добить и опять-таки закопать. Сложность была в том, как провернуть столь масштабные поиски так, чтобы Гвидо оставался не в курсе. Именно это Фрэнк и собирался обсудить со своими ближайшими соратниками, может, у них появятся какие-нибудь умные предложения.
- Скажи им, что я не причем. – Закончив короткий разговор с Майком, Фрэнк пошел советовать Гвидо, что тот должен говорить парням Энзо. – Запрети действовать против меня и моих людей, пока ситуация не прояснится.
Согласие Гвидо защитить Альтиери, конечно, не отменило бы решение последнего добить Энзо, но во всем остальном дон за такую услугу имел возможность получить в свое распоряжение одного из самых преданных капитанов. Сейчас только у Монтанелли была реальная власть остановить войну, которая уже вот-вот обещала перестать быть детской забавой.

Отредактировано Frank Altieri (2014-02-28 22:43:37)

+1

12

Вслед за Фрэнком, и Гвидо решил поступиться, заканчивая с выяснением кто прав, кто виноват, в этом суде всё равно не было особого смысла, поскольку один из "судившихся" был мёртв, второй - чёрт знает где находился, и возможно, был мёртв тоже; пожалуй, стоило пока посчитать, что они перестреляли друг друга, и выяснить причины того, почему это произошло, и уже основываясь на этих причинах начинать судить, рядить и действовать. В идеале, конечно, стоило бы найти Винцензо, живого или мёртвого, или хотя бы обнаружить хорошие доказательства его смерти - хотелось бы сказать "неопровержимые"; но неопровержимого в их мире ничего, на самом деле, нет, и нет у Мафии того закона, который всегда является стержнем расследования полицейского. Здесь важно, что ты видишь своими глазами, и что по этому поводу чувствуешь... что сделаешь и что не сделаешь. В общем-то, жизнь Альтиери, как и жизнь Гвидо, как и жизнь Энзо, зависела именно от этих нехитрых правил; вне их теперь был только Альфонсо, но это не означало, что он выиграл, как раз таки наоборот... лишь не совсем понятно, сколько именно он проиграл и сколько проиграли из-за него. Но так или иначе, стрелял ли Энзо в Аля, или Аль в Энзо, может там, на кладбище, кровь и вообще не Энзо, а стреляли не Аль и не в Аля, а их обоих решил кто-то почему-то завалить, дело в любом случае дрянь, и голова от этой дряни идёт кругом покруче, чем от той дряни... какую там Фрэнк принимает?
- Это само собой. - мрачно заверил Гвидо капитана, поглядев на того исподлобья. Естественно, на это время сейчас все склоки солдат между собой будут запрещены, даже те, к которым ни Энзо, ни Фрэнк отношения не имеют, хотя бы по случаю кончины одного из людей Семьи - это из уважения к Алю и его родным, да и вообще ко всем остальным; хотя из того же уважения к нему, сейчас парни Фрэнка готовы сорваться в драку с парнями Энзо, и наверняка именно это и обсуждали сейчас между собой, и команда андербосса наверняка отвечала взаимностью. Да что там - они с Фрэнком и сами сейчас едва друг в друга не вцепились. - Если ты своим скажешь примерно то же самое... - в общем и целом, понятно, что сейчас кровавые действия неприемлемы в любом виде, и уж тем более - в массовом; тем более, и полиция и так уже на ушах, эта забава перестала быть детской уже на том моменте, где появился первый труп и две лужи крови. Но явно не последние, несмотря на то, что сейчас требуется затишье - позже за это должен будет кто-то ответить; Энзо, Фрэнк, сам Гвидо - поди разбери - и уж точно тот, кто стоял за всей этой чередой событий в целом. Только для этого нужно было быть абсолютно уверенным в том, что ты собираешься делать - а уверенности сейчас не было совершенно ни в чём. Телефонные линии загудели - процесс был запущен; и как бы там не распорядился Альтиери со своей бригадой с Винцензо, если обнаружат его живого или не очень, проблема хотя бы начала решаться сейчас... Но уже утром, когда Гвидо уже планировал заканчивать эту неожиданную сходку, его мобильный вдруг принял совершенно другой звонок, от человека, который не был связан с командами ни Фрэнка, ни Винцензо... напрямую, во всяком случае. В клиентской базе "Paradise" вполне могли числиться и ребята Альтиери, и ребята Монтанелли.
- Ciao, Ливия. - Лив сообщила порцию дурных новостей - Альфонсо был не единственным человеком в Сакраменто, который умер этой ночью насильственной смертью, вернее сказать, не единственным, чьё тело нашли; вторым счастливцем оказался Генри Харрисон. - Это который кандидат в мэры? Мадонна миа... - Гвидо подошёл ближе к Фрэнку, нарушая то расстояние, позволявшее им до этого спокойно обзванивать каждый свою группу солдат и соучастников Семьи - пожалуй, ему стоило знать о том, что происходит сейчас в борделе, да и вообще - всем стоило быть в курсе. Похоже, теперь ещё и бордель вылетает из дел на неопределённый срок, уж прибыли от Лив в этом месяце точно не стоит ждать ни Куинтону, ни Монтанелли. - Кто ведёт следствие? - он тронул Фрэнка за плечо, обращая на себя его внимание, хотя, пожалуй, этого особенно и не требовалось - говорил Гвидо достаточно громко. - Этот англикашка? Могло быть хуже... - этим расследованием могла бы заниматься женщина. Более того, они с Фрэнком знали, какая женщина могли бы заниматься этим расследованием, и пожалуй, не стоило даже объяснять, почему к той псиной драке, что затеяли команды юга и севера, на хватало ещё и змеиных разборок в "Paradise", с мужиком Ливия уж как-нибудь совладает, не лично, разумеется, но с помощью своих девушек.
- Я тоже на это надеюсь... Раз уж полиция уже там - пусть делают свою работу. Постарайся выяснить, кто это мог сделать, но больше ничего не предпринимай. ...Тебе удачи, Ливия. Если понадобится силовая поддержка, или ты что-то выяснишь - свяжись с Куином или со мной. - Гвидо нажал кнопку отбоя вызова, не став сообщать о пропаже своего племянника - Лив это знать ни к чему. Пока ещё ни к чему. Глядя Фрэнку в глаза, Монтанелли помолчал несколько секунд. Беда не приходит одна... - Ливия звонила. В её заведении убили кандидата в мэры.

+1

13

- Я своим парням еще перед визитом к тебе сказал, чтобы не дергались.
Отправляться на "матрасы" Фрэнку сейчас совсем не улыбалось. А еще с началом настоящей войны пришлось бы перевозить семью к кому-нибудь из родственников, что также весьма хлопотно, и в плане организации, и в плане объяснения причин. Наверно это бы точно поставило точку в их с Джулс отношениях, да и для судьи бы она нашла доводы, почему ее мужу стоит держаться подальше от детей. В общем, пока была возможность избегать массовых кровопролитий, капитан не пренебрегал ей воспользоваться. Уж каким бы скорым на расправу Фрэнк не казался тому же Гвидо, в действительности он осознавал, что лишний шум вокруг их организации не на руку никому. Убийства должны происходить тихо и согласованно. Ну, или просто тихо. Чтобы не было ненужных последствий.
Они планировали уже уходить, найдя людей, кто вместо них продолжит дежурство на случай возвращения Энзо, но очередной звонок заставил мужчин задержаться. Фрэнк вспомнил об их с Ливией ссоре, когда услышал ее имя. Ему и самому было интересно, с какой целью она звонила, а потому охотно прислушивался к разговору. Поначалу он даже подумал, что у Андреоли хватило ума позвонить боссу, чтобы пожаловаться на поступившие в ее адрес угрозы. В этом случае ей бы сильно не повезло, потому что капитан стоял рядом и все слушал. Но уже спустя несколько секунд стало ясно, что тема разговора совершенно другая. Какая именно, впрочем, Фрэнк по обрывкам фраз улавливал не сильно. Прояснилось все, когда Гвидо, закончив разговор с девушкой, озвучил суть приключившейся с ней беды.
- Какого из? – Фрэнк задал напрашивающийся сам собой вопрос, поскольку кандидатов было несколько. Впрочем, учитывая место убийства, догадаться было не трудно. - Харрисона? - спросил тут же следом.
Не самая хорошая новость. Как уверяли Фрэнка, Генри Харрисон был одним из тех, с кем всегда можно договориться. Да и так было видно, что этот политик не из тех моралистов, кто объявляет войны гангстерам. Сам он никогда не отказывал себе в таких мелких радостях, как шлюхи или азартные игры. Возможно, стоило, конечно, в преддверии выборов чуток воздержаться… а, впрочем, сейчас уже значения никакого не было - мэром ему уже точно не стать.
- Пускай Куин разбирается, это его территория. - Фрэнк понимал, что по бизнесу это событие ударит сильно - во-первых, отпугнет клиентов, а во-вторых, черт знает, чего успеют нарыть копы, проводя там свое расследование. Но поскольку бизнес был не его, а Ливии, и Фрэнк ни цента с ее шлюх не получал, то его эта беда не сильно и тревожила. Тревожиться должен Куинтон, получавший долю с "Парадиза" и фактически отвечавший за него. Было вообще странно, что Андреоли с такими вопросами звонила напрямую дону, будто бы она ему засылала, а не Гуидони. Фрэнк бы подобного от своих солдат точно не оценил. Возникал в таком случае вопрос - а зачем вообще нужен капо?
Он надеялся, что Гвидо не станет напрягать с "Парадизом", зная, что у Альтиери интереса там совершенно никакого. Капитан мог разве что посочувствовать столь неблагоприятному стечению обстоятельств, но большего ждать от него не следовало.
- По крайней мере, разборки на кладбище теперь будут никому не интересны. – В завершение постарался быть оптимистом (хоть и выглядел скорее, как эгоист). Фрэнк имел виду утренние новости, в которых убийство видного политика займет первые полосы. На фоне этого убийство гангстера в глазах общественности - вообще ничто.
- Поехали, отвезу тебя домой.

Отредактировано Frank Altieri (2014-03-12 23:12:57)

+1

14

Парни Фрэнка не дёргаются, парни Энзо не дёргаются, и в целом - ситуацию можно пока считать более-менее стабильной, но эта стабильность похожа на состояние попавшего под многотонный грузовик больного, едва снятого с операционного стола - поводов умереть вполне достаточно, от варианта просто не прийти в себя, и до того, что он загнётся после извлечения интубационной трубки, ну а уж последствия для здоровья несчастного будут в любом случае, вплоть даже до инвалидности на всю оставшуюся жизнь. Альфонсо убит, Энзо находится непонятно где, и совсем не факт, что речь идёт о тех же "матрасах", залечь он может и на поверхность более твёрдую - и каталка морга ещё не самый худший вариант для Гвидо, который в этом случае будет вызван на опознание, есть места и похуже - яма в каком-нибудь лесу, ванна с кислотой, и даже покрытие крематорной печки - Монтанелли прекрасно знал, что может произойти с теми, кто пропадает без вести. Другое дело, что на территории Сакраменто есть только пара таких "волшебников", которые умеют заставлять покойников исчезать - он сам и его троюродная племянница Линда. И в первом случае, и во втором, если бы Энзо пропал таким образом, Гвидо уже бы знал об этом. И убийства, массовые или одиночные, громкие или тихие, проблему вообще не решат - как именно они помогут найти Винцензо? Войну между командами устраивать нету особого смысла, солдаты - всего лишь солдаты, и слушаются приказов своего капитана. Судя по тому, что на кладбище стоял автомобиль Винцензо - вряд ли он вообще отдавал какие-то приказы. Массовые разборки - вообще не метод; потому итальянцы и могут позволить себе роскошь дожить до глубокой старости...
Беда не приходит одна, и Ливия сообщила о том, что судьба подкинула в костёр проблем Семьи здоровенное такое полено - которое раньше вело чуть ли не более двойную жизнь, чем члены Мафии, предоставляющие ему доступ к своему борделю; звали полено Генри Харрисон, и теперь его окучивали короеды в синей униформе. сменившие в заведении куртизанок Ливии на какое-то время, и скорее всего - время долгое. Вот только той же популярностью они пользоваться будут вряд ли.
- Харрисона. - подтвердил Гвидо. О вчерашней размолвке Фрэнка и Ливии дон ничего не знал, к счастью для того же Фрэнка, которому пришлось бы выдержать новую порцию агрессии прямо сейчас, и наверное, помогал бы дону уже не телевизионный пульт, а что-нибудь из интерьера квартиры Энзо, что было потяжелее - Ливия не зря звонила напрямую Гвидо, год назад, буквально за пару дней до той роковой сходки, она была принята доном Альваро в Семью - а Монтанелли был одним из тех, кто её порекомендовал, тогда ещё и не думавший, что довольно скоро ему придётся возглавить всю организацию; так что у Андреоли доверять Гвидо было даже больше поводов, чем своему капитану, а Монтанелли, учитывая важность этого заведения для организации, всё ещё приглядывал за ней. Но Ливия, видимо, хорошо понимала понятие чести, раз не стала звонить Гвидо по этому поводу; тем более, сейчас это делать было уже поздновато - а после случившегося в её борделе уже и вовсе ни к чему, проблема Харрисона была и без того огромной, чтобы ещё и разборку с капо южной стороны к ней приплетать.
Гвидо молча кивнул - заведение под контролем западной стороны, Фрэнка втягивать в это дело он не собирался, разве что однажды там понадобится столько сил, что команды Гуидони не хватит; но пока не видел причин, по которым такое бы могло получиться - не открытую же войну устраивать с полицейскими в стенах "Парадиза", тогда заведение они уж точно потеряют, не говоря уже о человеческих жертвах. В целом, сил западной команды должно было хватить - тем более, что некоторые из ребят Куинтона и так находятся в отеле чуть ли не постоянно, неся охрану и помогая Ливии с делами - естественно, одна Андреоли не могла бы управиться со всем сразу.
- Пожалуй... - только вот цена такого отвлекающего эффекта великовата - не такое уж большое дело в глазах общественности дуэль, устроенная пусть даже на могилах, чтобы переключить её внимание таким способом, как убийство кандидата в мэры. Впрочем, журналистам действительно будет интереснее освещать тему убийства Харрисона, нежели то, что происходило на кладбище - скорее всего, этим репортажем в прямом эфире дело и ограничится, Альфонсо уже увозили в морг, журналисты с новостного канала, закончив снимать, наверняка уже к Парадизу везли свои камеры. Собственно, ни в Парадизе, ни на кладбище, Семья много уже не сделает - оба "расследования" придётся вести параллельно с полицией, по своим каналам связи и своими способами, а то, что делать дальше - будет видно по их результатам. Самое главное, чтобы оба убийства не связали с членами Семьи, если даже кто-то попадёт под подозрение, то придётся напрячься, чтобы это подозрение от себя отвести. Общественность же только рада будет выставить виновным итальянца в дорогом костюме, считая, что если он не в этом виноват, то за ним определённо есть и другие грехи.
- Поехали... - почесав заросшую щетиной щёку, Гвидо двинулся к выходу. Их "сменщики" вот-вот появятся в квартире, а ключей, чтобы открыть дверь, им не понадобится...

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Игра в засаду