Вверх Вниз
+14°C дождь
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Родная кровь


Родная кровь

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Участники: Sabrina & Guido Montanelli
Место: Дом Сабрины
Погодные условия: Комнатные
О флештайме: Рина приезжает со стажировки. Она уже знает, что Гвидо хочет что-то сообщить ей насчёт её кузена Энзо - но пока не знает, что именно.
А правда в том, что никто не знает, что насчёт Энзо...

Отредактировано Guido Montanelli (2014-03-02 08:50:44)

0

2

- Па, не стоило меня встречать. Я бы сама прекрасно добралась, не могу же забыть адрес за каких-то два месяца, - рассмеявшись, поставила сумки на пол в коридоре и крепко обняла отца. Сабрина не могла скрыть того, что соскучилась по семье, по этой атмосфере опасности, в которой так привыкла жить. Девушка отсутствовала в городе всего пару месяцев, а казалось ей, что не меньше полугода.  Как-то всё сумбурно получилось, потому что не успела завершиться церемония бракосочетания, как Рине пришло предложение о стажировке от университета, в котором, как оказалось, она ещё числится.  Семья поддержала, а сопротивляться ей и отказываться от возможности завести новые полезные знакомства- было глупо.  Сабрине удалось сбыть некоторый товар в новом городе, договориться о других поставках, найти себе не плохих клиентов. Эти два месяца прошли весьма плодотворно.
- Как Марго? Как Дольфо? От Лео что-нибудь слышно?- расспрашивала  Рина, распихивая сумки по углам. Конечно,  полноценной хозяйкой она себя пока здесь не чувствовала, но всё же старалась обжиться. Такое ощущение, что свадьба была у неё, а не у отца, потому что такой подарок можно дарить только в двух случаях : свадьба или совершеннолетие, на крайний случай- юбилей. Здесь же подарок не имел отношения ни к чему вышеперечисленному. Монтанелли была благодарна за дом, потому что ныкаться по съёмным квартирам ей уже поднадоело, а в кампус она не вернётся из-за развившейся фобии.
- Как ты? Как идут дела? Нет поводов для беспокойства? – Рина продолжала заваливать отца вопросами, пропихивая его на кухню. Сбытчица проголодалась и  хотела чего-то домашнего, вернее собственноручно приготовленного, потому что на стажировке, ела лишь то, на что хватало времени. Фастфуд стал для неё чуть ли не завтраком, обедом и ужином тоже. Если отец узнает  о том, как она питалась там, да и как жила тоже, то больше Сабрина в Питтсбург не полетит. Необходимо всё оставить в тайне и о всех проблемах умолчать. Наверное, скрывать всё плохое от родных, Сабрине передалось от отца, потому что на последний из её вопросов он вряд ли ответит честно. Монатнелли открыла холодильник и была удивлена тем, что в нём были продукты.
- Похоже, обо мне никогда не перестанут заботиться, - с тёплой улыбкой заключила она, смотря на отца. Слушая его, девушка доставала необходимые продукты, собираясь приготовить лазанью, по которой соскучилась не меньше, чем по родному городу.
- Па, я звонила Энцо, но он не отвечает. Мы с ним договаривались встретиться после моей стажировки и он просил, чтобы я позвонила ему перед приездом. Но ни на один номер он не отвечает, как, впрочем, и на другие средства связи, - повернувшись к отцу, Рина внимательно на него посмотрела. Бинго! Всё же родная кровь даёт о себе знать, потому что девушка без труда определила то, что Гвидо что-то знает. Вряд ли придётся из него выпытывать информацию.
[spoiler=ох]Я раскачаюсь, обещаю ;*)[\spoiler]

+1

3

Внешний вид

За этот дом, пожалуй, Сабрину стоило маму поблагодарить, а не отца - он был скорее в роле отступных, чем подарка, и Гвидо более не принадлежал не потому, что он решил подарить его дочери, а потому, что Барбара получила его при их разводе - в общем-то, дом и был одним из условий того, что она его подпишет, официально, законно. То, как им распорядилась бывшая миссис Монтанелли затем, это было уже её личной инициативой - с тем же успехом она его могла продать, поменять, сдать в аренду, или даже просто сжечь вместе с памятью о бывшем муже, но Гвидо был рад тому, что она сделала именно такой выбор, решив в свою очередь, отдать дом своим детям.   
Монтанелли чувствовал некоторую ностальгию, вернувшись сейчас сюда, хотя Сабрина и Лео уже несколько обжили его старый дом по-своему, пусть даже и появляться имели возможность здесь не так уж и часто, учитывая стажировку Сабрины и то, что Лео предпочёл жить всё-таки не здесь; и оттого коттедж казался ещё и запущенным немного, но теперь-то это явно изменится - до тех пор, во всяком случае, пока у Рины стажировка не начнётся снова, но для этого ведь должно пройти какое-то время. Хотелось бы, конечно, чтобы эти поездки пошли на пользу, и может быть, его дочь всё-таки образумится, пока ещё есть возможность сосредоточить внимание на учёбе, а не на "деле". Ведь выбор, о котором когда-то было ей сказано, это формальность - пока ещё формальность; на самом деле нельзя просто сделаться гангстером в один день.
- Я тебя встретил не потому, что боялся, что ты адрес забудешь...
- усмехнулся Гвидо, обнимая дочь в ответ. Почти совсем взрослая, и всё же... та же улыбка, та же искренняя доброжелательность к своим родным, которая тоже всегда была чертой Монтанелли - жаль, большинство из них утрачивали её с годами - и одновременно - память о том, чем эта доброжелательность может обернуться однажды, когда конфликт затрагивает её интересы: Гвидо прекрасно помнил и тот случай с машиной, и конечно, то, что произошло на свадьбе тоже - хватка у Рины была не хуже, чем у всех мужчин в семье, было в этом что-то и от Лео, и от Энзо, и от её отца тоже...
- Марго болела, как ты помнишь, но сейчас с ней уже всё хорошо.
- он говорил ей по телефону, хотя и не сообщал всех подробностей, не желая волновать слишком сильно. Это вообще отдельная тема для разговора, которую Монтанелли не хочет поднимать вообще - помимо болезни было ещё многое, что не в лучшем свете выставляло Маргариту, да и его самого не красило тоже; пожалуй, Рине об этом вообще лучше не знать - слишком сильна ещё память о тех временах, когда Марго от неё доставалось сильнее, чем от кого бы то ни было другого. - Дольфо скучает по своей старшей сестре... - вот это было правдой - хотя у Дольфо вообще сейчас время было непростое, из-за болезни матери, и вообще... да что там - непростое у него оно было не только из-за того, что его родители были гангстерами - в большей степени он страдал из-за их непроходимого идиотизма, который каждый демонстрировал поочерёдно. Лео и Рину было проще растить - достаточно было просто скрывать свой настоящий род деятельности от их матери. Здесь же всё было по-другому. Маргарита была наделена так называемым "бременем знания", и не стеснялась им пользоваться...
- Лео присматривал за домом в твоё отсутствие. Обещал зайти к тебе вечером... - Гвидо помогал Сабрине, подтаскивая ей сумки, которыми она распоряжалась, и вполне по-хозяйски. Дом был её территорией - свои вещи Монтанелли-старший давно уже вывез из дома, включая самые жуткие из них в виде своих инструментов из подвала. - Я хорошо. Мне и Агате предложили стать крёстными родителями ребёнка, я тебе говорил? И дела идут неплохо - ты ведь слышала о стройке, где задействована Марго?  - об этом, пожалуй, все слышали, и задействована далеко не только одна Марго, вся Семья имеет к ней отношение. Впрочем, Гвидо практически врал своей дочери - шло это дело вовсе не так гладко, как хотелось бы, но главная проблема не в этом - он сам чувствовал себя в последнее время далеко от отметки "хорошо" из-за пропажи Энзо. Но про крёстных родителей - это было чистой правдой; хотя Монтанелли и непросто было на этой теме сконцентрироваться, как подобает ситуации. Затянув с ответом на вопрос по поводу беспокойства, с которым Сабрина попала в самую точку, Гвидо затем и просто решил его проигнорировать, тем более, что она отвлеклась, открыв холодильник.
- Ты же моя дочь. Я всегда буду о тебе заботиться. - улыбнулся он в ответ. Наверняка Сабрина устала с дороги - зачем ей тратить время на покупку продуктов, если здесь есть кто-то, кто может их купить, пока она едет домой? Лучше использовать это время, чтобы отдохнуть с дороги. Если получится, конечно, при таких-то новостях, которые он собирался ей сообщить сейчас.
- По поводу Энзо... ты лучше присядь. - вмиг посерьёзнел Гвидо, закрывая холодильник и приобнимая дочь, заставляя её усесться на табуретку перед тем, как он продолжит. Здесь уже улыбаться не над чем... - Он пропал. Я тоже не могу дозвониться до него. И не знаю, где он сейчас и что с ним... вообще никто не знает. - Монтанелли заглянул Сабрине в глаза. Она знает, что это может означать. Или догадается, во всяком случае - в их мире без вести не исчезают ни с чего, но это не так страшно, что даже в том случае, если исчезают - так просто уже не объявляются.

Отредактировано Guido Montanelli (2014-03-02 14:07:42)

+1

4

Приятно было оказаться дома. В родном месте, где тебя любят и ждут, где тебя всегда встретят крепкими объятиями и поддержат тебя в любом начинании. Сабрина соскучилась по всей этой домашней атмосфере, которая исчезла пару лет назад. Наверное, ещё тогда, в 16, когда Рина впервые превысила скорость и ощутила боль потери, уже поняла, что былых семейных вечеров уже не вернуть. Конечно, были и ужины в кругу семьи, да и с приходом марго в семью многое поменялось, но всё же ни что и никогда не сможет вернуть Рине то ощущение непередаваемого счастья, когда их небольшой семьёй( Лео, Рина, Гвидо и Барбара) они садились за стол или же занимались какими-то общими делами. .. Былого не вернуть. Но всё же, дом, где тебя ждут, оставался родным и таким любимым местом.Сабрина крайне не любила находиться далеко от семьи. Ей казалось, что вся жизнь проходит мимо. Отец, конечно, много не говорил по телефону, то ли боясь прослушивания , то ли просто не желая волновать своё чадо. Но  Сабрина хотела знать всё, чуть ли не до мельчайших подробностей, вот только никто ей не собирался выдавать всю информацию и приходилось всё выведывать какими-то окольными путями в дали от дома.  Девушка знала и о больнице, и о стройке, разве что новость о том, что Дольфо скучает – была для неё  сюрпризом. В остальном же Рина была подкована информацией, поэтому не задавала лишних вопросов. Но было то, что вызывало беспокойство Монтанелли.
- Присесть?- девушка непонимающе крутила в руках тарелку, в которую собиралась наложить себе, а в последующем и отцу лёгкий ужин. Сабрина продолжала мять в руках фарфоровую посуду, ожидая продолжения от Гвидо.  Садиться она не собиралась, слишком беспокойно было на душе, слишком ей не нравился тон отца, да и его предложение, присесть, которое никогда не было уместным, да и использовалось крайне редко.
- Что?- после секундного молчания, тарелка полетела на пол, разбиваясь на несколько осколков с громким звоном. Рина просто проигнорировала этот звук, словно это было сопровождением к её словам или неким спецэффектом.
- Это же быть не может. Может  он в другой стране? Просто уехал на время, - Сабрина сжимала спинку стула, силясь остановить подступающие слёзы. Кузен вернулся всего чуть меньше года назад, а она уже его теряет. Нет, просто быть не может того, о чём взглядом говорит ей Гвидо. Девушка закрыла глаза, чтобы не видеть то, как  отец верит в то, во что она поверить не сможет.
- Неужели нет никакой связи с ним? Неужели нельзя его как-то вычислить? Ох…,- Сабрина понимала всю глупость произносимой речи. Они не обычная семья, у которой мир, благополучие и кошечки с собачками.  Не из тех, кто подаёт заявление о пропаже в полицию и ждёт три дня. Нет. Если бы была возможность или хоть какая-то зацепка- Энзо уже давно был бы дома и сидел здесь и встречал бы с булочками и чаем свою любимую кузину.
-Как давно его нет? – Рина задала вопрос, который единственный из всех требовал незамедлительного ответа. Насколько долго от неё скрывали правду? Ведь даже Лео, с которым они иногда созванивались – молчал. Семья мафиози, которые стремятся уберечь друг друга от беды, а в итоге вляпываются в дерьмо, выбраться из которого удаётся не всегда удачно. Может , оберегая друг друга делают только хуже? Сабрина смотрела на отца, наблюдая за ним. Всё же, верно говорят, что родного человека можно понять без слов и в любом состоянии. Вот  и сейчас всё отношение Гвидо к этой ситуации было у него написано на лице. Рина хмыкнула, ослабляя хватку, с которой вцепилась в ни в чём неповинный стул. Она прекрасно понимала то, просто так отдохнуть в Италию Энзо вряд ли бы уехал не предупредив семью. Хотя, Сабрина  уже с трудом понимала истинный смысл этого слова. Работая контрабандисткой, она стала дочерью одновременно двух людей, то есть  кровинушкой Гвидо Монтанелли, который был не иначе как образцовым отцом и простым рабочим, и так же стала дочерью и в какой-то степени подчинённой дона Семьи Торелли. Естественно, родная, связанная кровными узами семья всегда будет ближе. Но Рина не будет удивлена тому дню, когда для кого-то из членов семьи  Торелли  окажется на первом месте и перекроет заботу и любовь родных. Возможно,  Энзо стал именно этим первым человеком, наверное, поэтому Сабрина  не бьётся в истерике и не обзванивает морги и больницы, хотя, в их случае это более, чем глупо. Но где бы и от кого бы Энзо не скрылся – Рина всегда будет переживать за него, за его жизнь.  Семья превыше всего. Так Сабрина Монтанелли была воспитана и с этим жизненным кредо шла с гордо поднятой головой по своему пути.
- Ты мог мне сказать…- прошептала девушка, закрывая глаза. Вечные тайны, недоговорки, стремление уберечь родных… Но лучше знать правду и  не спать ночами, чем жить и слепо верить в то, че

+1

5

В их бизнесе случается такое, что люди умирают от пули или ножа, или вовсе пропадают без вести, однажды обнаруживаясь в импровизированной могиле в лесу, либо замешанные в бетон, или на дне океана в бетонном же ботинке, одном на обе ноги, или и вовсе не обнаруживаются никогда - у многих гангстеров после смерти даже не остаётся собственной могилы, но об этом стараются не говорить. И уж точно о таком не говорят по телефону... и если бы Сабрина сама не была частью этого бизнеса, Гвидо, скорее всего, вовсе предпочёл не говорить ей правду; если бы такое случилось ещё три-четыре года назад (если бы он уже был в Сакраменто к тому времени, а не оставался ещё во Флориде), он выдумал бы для Рины и Лео легенду - простую, не насыщенную подробностями и деталями, чтобы не было похоже на враньё. Скорее всего, что Винцензо и впрямь уехал куда-нибудь, в другой штат, в другую страну, по делам, в командировку - он ведь человек деловой. Все они люди деловые. Ложь бы защищала его сына и дочь какое-то время... А может быть, они и сами обо всём догадались бы - скорее всего, догадались бы, они давно уже знали, что их отец - не простой человек; но пока он и их мать не заявили бы о случившемся открытым текстом, в них ещё теплилась бы надежда.
Фокус в том, что сейчас у Монтанелли у самого не было никакого открытого текста, он не знал наверняка, что именно случилось с Винцензо, хотя большинство фактов указывало на самый неблагоприятный исход, твёрдого подтверждения его смерти не было - а вот Альфонсо Риццони, человек из команды Фрэнка, был определённо мёртв. От пули. Но кто именно её пустил - так и оставалось неподтверждённым; тому, что убил его именно Энзо, не было никаких подтверждений. Гвидо не собирался скрывать от от Сабрины - она уже достаточно взрослая, и достаточно втянута в дела Семьи, чтобы понять, как это всё это выглядит на самом деле. 
Гвидо даже не вздрогнул, когда тарелка, выпав из её рук, разлетелась на несколько кусков - ясно было, что Рина едва ли удержит её в руках после таких новостей, хорошо уже то, что она была достаточно крепкой девочкой, чтобы не свалиться на пол следом за тарелкой, упав в обморок, особенно учитывая риск порезаться о те же самые осколки; у него не было шанса разбить что-то, не было возможности услышать ушами примерно тот же звук, что он услышал своим сердцем... возможно, и лучше было бы услышать такие новости от кого-нибудь - но для Монтанелли-старшего всё вообще тогда выглядело по-другому.
- Я надеюсь на это. Но...
- но ещё неизвестно, какой исход лучше - для того, чтобы уехать в другую страну, не предупредив никого, и не связываясь ни с кем по факту своего прибытия, нужны очень веские причины - и Рине они явно не понравятся, если её отец озвучит их вслух. Но он этого делать не станет. Ей и самой это понятно - такой побег может иметь две причины: либо страх за свою жизнь, либо сотрудничество со спецслужбами, стукачество, иными словами. Учитывая, что они чаще всего и идут в симбиозе, одно тянет за собой другое, надежды на что-то остаётся всё меньше.
- Мы делаем всё возможное, поверь... Мы пытаемся найти его. - и откровенно говоря, Гвидо и сам боится того, что может обнаружить. Это может быть мёртвое тело Энзо; либо даже ещё хуже, вместо своего мёртвого племянника они могут обнаружить живую крысу - и с этим придётся разбираться уже самим. А учитывая фон, на котором всё это происходило, выглядит ситуация и вовсе не лестно - у Винцензо вполне есть повод думать, что собственный дядя подтвердил его убийство, если Альфонсо действительно стрелял в него - а он человек Семьи. Монтанелли-старший уже год должен говорить, когда и кого убивать. Они с Фрэнком враждовали уже некоторое время, и то, что произошло... со стороны может показаться - что Гвидо решил всё-таки разобраться с этой ситуацией, приняв сторону Фрэнка, а не Энзо.
- Около трёх недель. - и всё это время он надеялся, что Энзо объявится - живой или мёртвый, под программой защиты или же нет, в тюрьме или на свободе, где-то в Калифорнии или в Южной Африке, неважно - три недели надежды, три недели ожидания, что поиски дадут результаты или Винцензо объявится сам. И что дочери вообще ничего говорить не придётся...
- Я говорю тебе сейчас... - если бы Сабрина узнала ту правду, что знал и он, вряд ли она смогла бы спокойно спать по ночам, и вся её стажировка наверняка пошла бы прахом; если бы она услышала об этом по телефону - что ей оставалось бы думать по поводу того, что происходит у неё дома, в родном городе, по которому она так скучала? Три недели каждый его день был окрашен в серый цвет; и Рина тоже места бы себе не находила, если бы знала о том, что происходит - этого он для своей дочери не хотел. Гвидо подошёл к девушке, мягко обняв её и прижав к своему... он представлял, насколько ей тяжело сейчас. В их бизнесе потери неизбежны, но труднее всего - терять первыми тех, кто по-настоящему тебе дорог. 
- На кладбище был найден мёртвым один из ребят Фрэнка Альтиери, а рядом была ещё чья-то кровь. Неподалёку от въезда - стояла машина Винцензо. Его самого нигде не было, но я точно знаю, что он там был. Могила старого друга Энзо находится именно там. - Рина всё равно едва ли была знакома с Домиником, которого Энзо считал своим наставником, не было особого смысла освещать эту сторону жизни её кузена, пожалуй. - Там даже цветы были, ещё свежие... Но куда делся сам Винцензо - я не знаю.

+1

6

Сабрина внимательно слушала отца, пытаясь отбросить волнение и вникнуть в его слова. Аппетит давно пропал, да и до еды ли сейчас. Люди просто так не пропадают. Не в этой семье. Рина боялась только одного, что любимый родственник окажется предателем. Если это так, то Гвидо придётся сделать то, чего он хочет явно меньше всего, то есть убить. Сабрина почти ничего не знала о своём кузене, он был для неё некой тёмной лошадкой, которую она едва понимала. Но всё он был родной кровью, тем человеком, за которого она бы бросилась и в огонь, и в воду. Сабрина почти не знала Фрэнка, поэтому и понятия не имела о том, какие отношения у Гвидо с ним, а у ж тем более не знала о том, какие отношения у этого Альтиери с Винцензо. Свежие цветы и машина, это хороший знак, вот только что он даёт? Собственно, ничего и это Сабрина осознавала самым наилучшим образом.
Рина была настолько растеряна, что уже готова была спросить насчёт того, не обзванивали ли они больницы и морги. Но, более глупых вопросов в данной ситуации и придумать нельзя. Энзо не из простых людей, его не будет искать полиция, после трёх дней со дня его пропажи. Сабрина всегда видела больше плюсов в том, что крутиться в криминальной сфере, но в такие, довольно бытовые моменты, она искренне жалела, что всё у них, не как у обычных людей. Связи, деньги, власть… Всё это становится таким пустым и неважным, когда дело касается беды, которая произошла с родным человеком. Рина чувствовала, что отец ей не врёт  и правда не знает, где её кузен. Но от этого было не легче. Нужно было что-то делать, вот только Монтанелли казалось, что всё возможное уже давно предпринято и, нужно просто сложить ручки, сесть на диванчик и ждать, когда Энзо заглянет с тортиком в гости.
- Неужели, нам просто остаётся ждать его появления? Да, и вообще стоит ли…- Рина, боялась продолжения этой фразы, поэтому, тряхнув головой, словно отбрасывая ненужные мысли, заключила свой взгляд на полу.
- Я соберу это безобразие, - с нервной усмешкой, девушка присела и начал собирать крупные осколки, мечтая о том, что Энзо сейчас же появится в дверном проёме кухни.
- Кто-нибудь, кроме нас, чешется о его поисках? – Рина задала вопрос скорее самой себе, нежели отцу. Она не понимала всей значимости Энзо в Семье, и знала, что если он был не такой уж важной фигурой для игры, то больше, чем пара месяцев или даже недель, его никто искать не будет.

+1

7

Если родственник окажется предателем - выбора особо попросту не останется, всё будет зависеть уже не от степени родства, а от того, как глубоко сможет или захочет засунуть его ФБР, если, конечно, предательство будет касаться именно этой области - хотя ведь отнюдь не все предатели являются сразу стукачами, кто-то может пожелать переметнуться на сторону другой Семьи, или даже другой криминальной организации, к Коза Ностре не имеющей никакого отношения; может и просто сбежать, не оставив за собой следов. И если уж предположить, что Винцензо стал предателем - то едва ли он станет сотрудничать с федералами; а насчёт предательства иного рода - стоило просто вспомнить о том, как он вообще появился в Сакраменто. Он получил перевод из другой Семьи, из Майами-бич, на которую до этого работал много лет. На этот шаг идут очень немногие мафиозо, и как правило, на это есть серьёзные причины, и потому их не слишком-то хорошо провожают и не особенно радостно встречают, как правило... Винцензо - один из таких людей, один из тех, кто сменил своего босса не потому, что тот умер, сел в тюрьму или оказался недееспособен по другой причине, а потому, что сам так захотел - и пусть даже получил разрешение, но... если говорить откровенно - в организации многие были рады тому, что Энзо отсутствует. И кое-кому было выгодно, чтобы он не вернулся вообще никогда; Альтиери - как раз один из таких людей. Они вращаются в жестоком бизнесе, Гвидо не раз говорил об этом, и в нём порой не остаётся даже места для родственных чувств, не говоря уже о дружбе...
- Наверное, в данный момент - это всё, что остаётся. - тихо ответил Монтанелли, пожав плечами. Сложно говорить с дочерью про такое. Даже сложнее, чем сказать, что её кузен просто умер, поскольку досконально не известно, что с ним - вполне вероятно, что он жив, но где, и в каком состоянии... ничего не известно. Неизвестность - она пугает сильнее всего. - Знаешь, не хочу тебе этого говорить, но... - если он смолчит - это будет просто нечестно по отношению к ней. Есть вещи, которые иногда бывают даже похуже неизвестности - это ложные надежды. Когда они ломаются, это бывает больнее всего на свете - и дать дочери ложную надежду, пообещать, что всё будет хорошо, что Винцензо вернётся живой и невредимый (или что он вообще вернётся, что он будет найден) Гвидо не мог. Это было бы слишком жестоко. Сабрина уже не маленькая, и понимает куда больше, чем в детстве; её уже не обманешь, зная, что она вырастет и забудет - она уже выросла. - В нашем бизнесе так часто случается, что не находят вообще никого. - уж её ли отцу не знать, как это бывает?.. Гвидо до сих пор не был уверен, в курсе ли его дочь того, чем он занимался для Семьи в течение тридцати лет, это вообще не самая лучшая тема для разговоров, но он ведь и сам большую часть свою жизни делал так, чтобы пропавших людей никогда и никто не смог ни обнаружить, ни опознать, и лично знает многих, кто способен сделать так же. Его племянник - такой же человек, как все, из плоти и костей, и как бы жестоко это не прозвучало - избавиться от него бесследно так же просто, как и от любого из людей. Возможно, его дочери слишком рано знать такие вещи, но даже не всех закопанных в лесу находят в итоге; но Рина - тоже связана с "бизнесом", с общим делом, с Семьёй, и должна понимать все риски - так будет честно. Она сама сделала этот выбор...
- Все наши друзья сейчас ищут его, поверь. Даже брат Кристины наводит о нём справки в Бразилии. - естественно, Сабрина не в курсе раскладов в Семье, но её кузен - андербосс организации, он один из представителей верхушки, и если его не найдут - его придётся кем-то заменить, что само по себе решение всегда непростое, особенно с учётом того, что он пропал без вести. Назначить на его место кого-нибудь - практически, всё равно, что объявить его мёртвым. Однако и место его пустовать долго не может, потому что начнётся разлад в организации... Сложно сказать, сколько будут продолжаться его поиски; вечно они идти не будут точно.
- Оставь... я потом сам соберу.
- Гвидо обнимает дочку, прижимая к своей груди, и касаясь подбородком её затылка. Что такое разбитая тарелка по сравнению с потерей родного человека? Винцензо был родным для всех них - для Лео, для Рины, для Гвидо, и Маргарита тоже нашла в итоге с ним общий язык, Санчес хорошо общалась с ним, и даже Агата вроде бы подружилась; может, Фрэнку, или ещё кому-то, смерть Монтанелли-среднего и была бы выгодной, но это не значило, что ей были бы рады абсолютно все. У Энзо были родственники и друзья... они ждали новостей. Ждали его возвращения. - Ты, главное, не теряй надежды... - Монтанелли прикрывает глаза на несколько секунд. Надежда Сабрины имеет больший срок годности, нежели его - ему всё-таки придётся решить, кто займёт место Энзо в Семье. Для неё же он всегда окажется кузеном - сыном покойного старшего брата папы, из Флориды. - И тоже держи ухо востро. - тихо улыбается. Кто знает, может быть, ей действительно удастся что-нибудь выяснить относительно Винцензо?..

0

8

Игры нет, тема в архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Родная кровь