Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Ты помнишь, что чувствовал в этот самый момент. В ту самую секунду, когда...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Блеф. Как разложилась игра страстей


Блеф. Как разложилась игра страстей

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

ГВИДО, АГАТА, ВЕРНОН
1 марта 2014, вечер, здание закрытого клуба, VIP зал
Агате нужен был человек, который посодействует в отмывании денег через оружейный магазин. Гвидо такого человека знал. Парадокс в том, что, оказывается, Вернон и Агата тоже были знакомы, только совсем в других образах.

Блеск,
Какая тема для свежих строк,
Когда сливаются деньги в стог.
Когда плотина трещит по швам,
А в небе снова звезда взошла.

+3

2

Внешний вид

В чём ценность Агаты и таких ребят, как Агата, для организации - так это в том, что они никогда не останавливаются на достигнутом и не боятся попробовать что-то новое в способах заработка - если бы все поступали так же, полиция, пожалуй, арестовывала бы гораздо меньше человек Семьи, несмотря даже на то, что рисковали бы в этом случае больше. Но в основном, каждый предпочитал зарабатывать проверенным способом - Фрэнк занимался профсоюзной деятельностью, сидя в этой нише достаточно твёрдо и прочно, Энзо хорошо кормился со своих букмекерских контор (если и ища попытки заработать на стороне, то почему-то превращая их в ограбление евреев), и Гвидо, который проводил деньги через профсоюз мясников и имел доход от продажи "левой" продукции с мясокомбината, тоже исключением в этой схеме не был, впрочем, он вообще уже становился староват для подобных поисков - после пятидесяти мозговая деятельность направлена уже либо на то, чтобы сохранить и укрепить то, что имеешь, либо начать подыскивать того, кто сможет воспользоваться всем этим вместо тебя самого, поздновато в таком возрасте открывать новые горизонты в их деле - хотя это и не значит, что в этом возрасте мафиозо уже не может быть полезным вовсе; даже в его случае, факты показывают, что как раз-таки напротив - тот, кто резко меняет стиль мышления, может многого добиться только благодаря этому. Впрочем, Монтанелли сейчас вообще было не обязательно вертеться только для того, чтобы заработать - как боссу, ему вполне хватало его доли с предприятий остальных, пусть даже это было не так много - к роскоши он и не стремился. Да и зачем стремиться к ней, если женат на ди Верди, нет? Его жена может позволить себе любую роскошь, и не только для себя самой. И судя по тому, как работает Тарантино - скоро она сможет позволить себе столько же; и неудивительно, если зарабатывает уже сейчас больше Гвидо, если речь идёт о заработке, именно как о добыче денег, а не получении процента.
Впрочем, и Монтанелли наконец-то позволил себе проявить свой статус, спустя столько времени после взрыва своего Тахо сумев найти полноценную замену, отправив подарок из Италии на своё законное место в гараже виллы. Во всех смыслах - к главному офису Luciano Bosi вальяжно подъехал... новый Тахо. Следующего поколения, идеально чистый, новенький, только что покинувший пределы автосалона вместе со своим владельцем - зная тенденцию Гвидо, этой машиной он тоже пропользуется лет двадцать, но пока что это ещё не так уж важно. Остановившись перед Агатой, Монтанелли опустил стекло на двери с пассажирской стороны, чтобы девушка могла хотя бы узнать его - новую машину ещё даже Маргарита не видела.
Настроение дона, из-за последних событий в Семье, последние несколько недель находившееся на уровне ниже плинтуса и напоминавшее подавленный и сгнивший фрукт, и по запаху, и по внешнему виду, и по вкусу, в последнее время начало постепенно подниматься в гору, и хотя всё ещё заметно скакало время от времени, в целом, Гвидо начал предпринимать первые шаги к смирению с утратой своего племянника - утратой, судя по всему, безвозвратной и окончательной, стоило уже объявить Энзо мёртвым, поставить свечку, провести поминки, наконец, но перестать просто киснуть по этому поводу. Такой уж бизнес у них - ничего не поделаешь. И уж кому, как не чете Монтанелли знать, чем это всё заканчивается для большинства из тех, кто им занимается. Его племянник сам виноват - он не стеснялся переходить дорогу всем подряд. Стоит посмотреть правда в глаза - однажды всё именно этим бы и кончилось...
А завтра ему предстояло выполнить другой долг - крестить ребёнка Лиама и Рут, напомнив, почему именно донов Мафии называют ещё и крёстными отцами - и он рад тому, что крёстной матерью для маленького Шейна станет именно Агата. По мере того, как они приближались к этому событию, оно всё больше захватывало разум Гвидо, всё сильнее вытесняя оттуда мысли об Энзо - пожалуй, всё правильно, так и должно было быть. Просто стоило отвлечься на что-нибудь, что не касается дел Семьи, напрямую, во всяком случае, что-нибудь позитивное, не связанное с тем, чтобы убить кого-нибудь, избить, или вправить мозги иным доступным способом... В последнее время они не виделись так уж часто, но тем не менее, это не значило, что Монтанелли переставал делать всё, чтобы Хансен и Флэнаган могли почувствовать себя счастливыми родители. Вернее сказать, всю эту деятельность некоторое время назад он развёл вообще ради одной только Рут, и на самом деле, не думал, что дождётся от неё хоть какой-то благодарности; благодарить, во всяком случае, ей нужно было и не его, а собственного сына, который был настолько крепким, чтобы удержаться там, где не смогли девять до него. Завязавшая наркоманка, бывшая "безнадёжная для общества" сумевшая родить, сумевшая дать своему маленькому сыну имя... кто-то скажет, не бывает бывших; кто-то скажет, что и сказок тоже не бывает. Гвидо и сам был прагматиком и не верил в сказки - а вот в то, что человек способен держать свою судьбу в собственных руках, верил. И в то, что можно влиять и на чужие судьбы тоже, вполне верил...
- Привет, крёстная! - в общем, его мысли были даже не о фальшивых деньгах сейчас. Но это не означало, что он не помнил, чем они собираются заниматься сегодня.

Отредактировано Guido Montanelli (2014-03-01 10:09:26)

+2

3

Внешний вид

Все мои схемы летели к чертям. Я честно пыталась разобраться во всех твоих знаках, Валентин, но ты же так умело запутываешь ходы. Или, наоборот, ответ лежит на поверхности, но я не замечаю? Поиски зашли в тупик. В тупик, где холодно и страшно.
Попытка переключиться на другое дело на этот раз сработала. Так, мы с Риккарди младшим решили провернуть аферу. Не скажу, что афера была небольшой, так как в нее были втянуты и финансовый директор, и бухгалтер, и человек из банка, и две фирмы-однодневки. Единственное, что нам не хватало, так это человека или даже несколько людей, которые предоставят нам чемоданчик фальшивых долларов. К счастью для мошенников, подделать доллары - самое простое. Гораздо труднее с евро или российскими рублями, где дохрена степеней защиты.
Нет, во всей этой экономике разбиралась не я, но мне было интересно изучать новые горизонты. И, оказывается Стефано не такой зануда, как я себе представляла. Он же в прошлом был полицейским, затем работал частным детективом, а после смерти брата чуть ли не спился. Я боялась, что он утащит все магазины и меня на дно, поэтому пришлось действовать. Выкупать всю долю бизнеса я пока не решалась, - слишком большой объем для меня одной. А у меня сейчас и с имеющимся не всегда хватает время на семью. Судное слушание с Декстером окончено. Проклятых четыре месяца мы бодались в суде, я меняла адвокатов, платила юристам за помощь, собиралась подкупать судей. А все оказалось гораздо проще: "Декстер, давай заключим договор" - с этого все началось. Он отозвал в суде свое заявление с лишением меня родительских прав, а я согласилась с тем, чтобы Аарон жил с отцом. Что поимела я? Ну, теперь, хотя бы на законных основаниях могу видеть сына, а не велению всемогущего Кортеса. К тому же, я и сама признала окончательно, что ребенку лучше с отцом. Представляю, что творилось бы с мальчиком, если бы он находился все эти последние недели со мной и наблюдал, как мама страдает от кровавых посылок Валентина. Думаю, когда все закончится (а я верю в хороший конец моей "романтичной" истории), я предложу Декстеру новую сделку.
Суббота. Я находилась на работе. Если днем еще в офисе и были пару человек, которые вышли за двойной оклад поработать в выходной, то к вечеру весь офис, весь бизнес центр, опустел, - все торопились домой, к своим семьям. Все, кроме меня. Дома никто не ждет, кроме Таракана и любимых насекомых. Но и те в последнее время едва ли усмиряли мою тревогу. Дом стал для меня клеткой из психоделического фильма.
Я глянула на часы. Отлично, Гвидо уже должен подъехать. Прихватив стаканчик с кофе из автомата я, выключив свет, спустилась вниз.
- Всего доброго - попрощалась с охранником на рецепшене, и вышла на улицу. У дверей остановился здоровый джип. Ну, кто еще мог выбрать Тахо, как не Монтанелли?
- Привет, крёстная! - ах, да, завтра мы должны быть на крестинах у малыша Лиама и Рут. Девушка только сегодня вернулась из Бостона, и назначила меня крестной матерью. Признаться, я была удивлена, что кто-то решил доверить мне своего ребенка. Но, конечно, мне это льстило, и отказать я не смогла.
- Привет - улыбнулась и села на переднее пассажирское сиденье. Чмокнула Гвидо в щеку, а затем пристегнула ремень безопасности.
- Хочешь кофе? - спросила, кивая на свой еще нетронутый стаканчик с капучино.
С Гвидо последний раз виделась, когда болела в его доме, а потом как-то все не до гостей было. И даже когда до меня дошли новости о пропажи Винцензо, меня не было рядом. Правда, вряд ли бы из меня вышла достойный слушатель, я - сама похожа на разбитую тарелку: по кусочкам собираю свои нервы.
- Мне кажется, ты еще больше поседел с последней нашей встречи - отметила я, проводя ладонью по голове Гвидо. - Семейная жизнь мотает нервы? - усмехнулась, не став сводить тему к пропаже племянника. Серьезные темы еще ожидают нас сегодня.
- Спасибо, что согласился помочь. - я сделала глоток кофе. - Этот твой человек достаточно рискован, профессионален и амбициозен? А кто он? Мошенник? - расспрашивала я, пока мы добирались до клуба.
К назначенному времени, мы уже входили в заведение. Администратор проводил нас с Гвидо в ВИП зал, за забронированный столик, который пока что был пуст.
Я глянула на наручные часы Монтанелли, отмечая, что у "рискованного, профессионального и амбициозного" мужчины есть еще пара минут. Сама откинулась на сиденье, попадая в тень висящих занавесок, что ограждали наш столик от других ВИП мест.

+2

4

look

http://iv1.lisimg.com/image/2375726/600full-sean-bean.jpg

Дайте мне точку опоры, и я переверну мир! Дайте мне пару лишних часов в сутках, и, возможно, я начну высыпаться. Это было бы не лишне, а то в моих мешках под глазами можно будет совсем скоро носить продукты из супермаркета за углом.
А все почему?
А все потому, что мне, наконец, приплыл в руки внеплановый заказ, который стал тем единственным, что отвлекло меня от моей новой блажи. Нет, ну надо же было на старости лет так вляпаться и по уши влюбиться в молоденькую девчонку, годящуюся мне в дочери?! Что же, как выяснилось, умеем-практикуем. Теперь в моей квартире прибавилось несколько новых портретов. Угадайте, кто на них изображен? Правильно...
Но  и это не самое страшной в моей безумной жизни пятидесятилетнего анархиста, впавшего то ли в маразм, то ли в слегка запоздавший кризис среднего возраста.
Вчера позвонила Мышь. Спросила, как дела. Я насторожился и уже было хотел поинтересоваться: "Сколько?", но все оказалось еще хуже. Моя дочь в ультимативном порядке заявила, что приезжает ко мне, в Сакраменто. Это заявление было сделано таким тоном, что я понял - если я отвечу что-то кроме: "Да, конечно, солнышко, приезжай" - меня ждет геноцид, апокалипсис и третья мировая в пределах одной квартиры. Впрочем, если Мышь переедет ко мне жить, все это меня ждет и так, но в более изощренной форме...
Моя дочь уникальна. Я люблю ее настолько, насколько вообще такой прожженный циник, как я, может кого-то любить. Но, черт возьми, жить под одной крышей с двадцатилетней девушкой, если она при этом не  твоя любовница - нет уж, увольте! Тем более, если это крыша квартиры студии. Тем более, если это такая девушка, как Мышь. Нет, я понял ее коварные планы. Она намылилась выселить меня на коврик. Робкое: "Хорошо, мы подыщем тебе квартирку где-нибудь" было встречено характерным фырканьем, а вопросы на предмет, почему именно Калифорнийский университет вообще были злостно проигнорированы, хотя с ее воистину уникальными математическими способностями ей светит как минимум Гарвард! Но нет, судя по всему, мать запилила ее настолько, что девочка решила свинтить от нее не просто в другую страну, а на другой континент, поближе к своему никудышному папаше. Мне и без того было нескучно, а тут такое счастье.
Нет, я правда ее люблю, но как я смогу жить с ней вместе дольше месяца? Мы же поубиваем друг друга. И опять же - работа...
Но я отвлекся, а тем временем у меня назначена встреча с доном. Сеньор Монтанелли недавно известил меня о том, что желает познакомить меня с некоей особой, заинтересованной в плодотворном сотрудничестве. Что же, я, как всегда, за любой кипишь, кроме голодовки.
Паркуюсь возле клуба, киваю СБ-шнику на входе - он знает меня в лицо и так же знает, что меня ждут. Почти на пороге встречает вышколенная девушка-администратор. Мельком окидываю ее взглядом, отмечая, что и рост подкачал, и волосы по-светлее. Забавно, в каждом новом лице ищу черты Карлы. Похоже на паранойю.
- Мистер Уорд, вас ожидают в вип-зале. Вас проводить?
Делаю отрицательный жест рукой. Я прекрасно знаю - где это. Не впервой. Прохожу по коридору. Киваю еще одному охраннику, толкаю дверь. Несколько столиков, разграниченных ширмами и занавесками. Диванчики и мягкие кресла. Приглушенный свет. А вот и Гвидо. Цепляю на лицо учтивую улыбку, хотя прекрасно понимаю, что обойтись можно и без нее. Этот человек, как никто другой, знает цену настоящим эмоциям. А я всегда рад его видеть, вне зависимости от выражения моего лица. Но рефлексы, рефлексы...
- Сеньор Монтанелли, рад вас приветствовать, и приношу свои извинения за то, что так и не засвидетельствовал свое почтение вашей прекрасной супруге. - Зал пуст, за другими столиками никого, и я не стесняюсь говорить еще на пути к ожидающим, - Для сеньоры Монтанелли у меня подготовлен небольшой подарок.  Курьер в ближайшее время доставит в ваш дом ее портрет, надеюсь, ей понравится. Вы позволите? - Подхожу, чуть отодвигаю кресло, намереваясь сесть... - Итак, вы хотели меня с кем-то познако... - ...и поднимаю глаза на спутницу дона, чье лицо доселе пряталось в тени, - Карла?...
Постойте-ка! Это не смешно.

+3

5

Много лет назад Гвидо проходил почти через то же самое, через что сейчас приходилось пройти Агате - речь не о навязчивом интересе к ней какого-то сумасшедшего, в своём случае Монтанелли сам больше напоминал серийного маньяка, с той-то деятельностью, что он выполнял для Семьи раньше, речь о том, что и у Гвидо был в жизни тот период, когда остро вставал вопрос о том, с кем останутся его дети - и хотя до развода и суда у них с Барбарой, к счастью, не дошло тогда, свои проблемы они решили полюбовно, но вместе супруги Монтанелли с тех пор уже не жили ни дня. На тот момент Монтанелли был старше, чем Агата сейчас, а дети, наоборот, были младше Аарона - Лео на тот момент было пять лет - но суть от этого не слишком-то менялась, и на тот момент Гвидо успокаивал себя точно такими же выводами: что так будет даже лучше, что его дети не увидят того, что видит он, и не свяжутся с той же "компанией"; тем более, что его прошлая деятельность была куда более нелицеприятной, нежели даже торговля оружием... Время показало как раз обратное - отца не было рядом, и значит, некому было защитить Лео и Сабрину от его образа жизни; кто бы сказал Гвидо, что через пятнадцать лет он сам будет возглавлять шайку, в которою будут входить люди, носящие его фамилию - возможно, он пересмотрел бы тогда своё решение и попытался бы семью сохранить. Но пятнадцать лет назад решение разъехаться казалось вполне логичным и правильным...
- Нет, спасибо. - покачал головой Гвидо, вежливо отказываясь от кофе. Не слишком-то уважал он то, что наливали кофейные автоматы, как и тот кофе, которые наливают в забегаловках разного рода и калибра, настоящий кофе выглядит по-другому, и если есть возможность выпить что-то хорошее - лучше уж использовать её, чем поглощать всё подряд. Он сейчас не в бегах и не в состоянии войны, да и Агата могла бы и в клубе заказать что-нибудь получше, чем мог предложить автомат из бизнес-центра - впрочем... как хочет, каждый пьёт то, что ему нравится, у каждого свои привычки. Монтанелли сам давно мог бы пересесть с Тахо на Мерседес, например, но не хочет. Автомобиль плавно тронулся с места, не торопясь набирать обороты - в запасе было ещё достаточно времени.
- Можно и так сказать... - невесело усмехнулся он, когда Агата коснулась его волос. Пропал не просто высокопоставленный человек их Семьи, исчез его племянник - так что да, можно было сказать, что это дело уже в гораздо большей степени касается его лично. Винцензо - его родная кровь. Кем бы его не считали, как бы он себя периодически не вёл и какие бы фортели иногда не выкидывал, Гвидо всегда останется его дядей, это нельзя просто перечеркнуть, и это сильнее, чем законы бизнеса. Родственник может умереть, родственника можно выгнать из своей жизни, но нельзя перестать быть родственником кому-то.
- Да не за что. Идея кажется мне неплохой. Определённый риск есть, конечно - но когда в нашем деле обходится без риска?.. - и в том, что в этой афере участвует и брат Рика, Гвидо тоже видел хороший знак. Их со Стефано ситуации были в чём-то схожи сейчас, хотя об Энзо всё ещё не было конкретных новостей, и рано было делать подобные выводы... или как раз наоборот - уже в самый раз? Ничто не может ждать вечно. В делах Семьи - и тем более... - Мошенник - слово слишком мелкое, пожалуй. Этот чех хорошо образован, и занимает неплохое положение в обществе, да и вообще, я в своей жизни нечасто встречал столь же умных людей. Он ещё с Витторе хорошо сотрудничал. - сложно сказать, какая именно часть этой рекомендации произведёт на Агату лучшее впечатление; но Вернон был человеком надёжным, проверенным и талантливым, и с Торелли сотрудничал на протяжении нескольких лет - странно, что Агата не слышала раньше о нём; впрочем, может, и слышала - но в любом случае, для неё знакоство с Уордом будет определённо не лишним. Гвидо и сам раньше не думал, что будет говорить с таким человеком на таком уровне, как сегодня - раньше, грубо говоря, он только дерьмо убирал, которое оставалось после взаимоотношений Мафии и таких людей во время подобных афер, хотя летальные исходы тоже не так уж часто случались при подобных махинациях.
Пропустив Тарантино вперёд, Гвидо вошёл в зал следом, занимая приготовленный для них столик, и безмолвно улыбнувшись Агате, оценив то, как необычно она выглядит в тени этих занавесок; загадочно, можно сказать - даже трудно представить, что десять минут назад она запросто пила кофе из картонного стаканчика и пристёгивала ремень безопасности. Тата не так хорошо образована, как Вернон - да что там, и у Гвидо самого образования ни на грош, не ему об этом судить - но безусловно, она тоже девушка талантливая. Сотрудничество с Воландом определённо принесёт хорошие плоды.
- Здравствуйте, мистер Уорд!
Монтанелли начал подниматься из-за стола навстречу Вернону, услышав его голос, встречая его с ответной вежливой улыбкой и протягивая навстречу руку для рукопожатия - он человек иного сорта, нежели признанные мафиозо, и лишние сантименты, вроде объятий и приветственных поцелуев, у него не в чести, хотя вот подобное проявление почтения, как подарок в виде портрета Маргариты, дону весьма льстило. И пусть Марго и пожелала остаться сеньорой ди Верди, а не взять его фамилию; миссис Монтанелли её всё равно многие называли за глаза. - Уверен, что она по праву оценит такой знак внимания. - учтиво кивнул Гвидо, пожав руку Вернона. Совсем забыл - он ведь ещё и художник. Как говорят, талантливый человек талантив во всём.
- Да, хотел. - Гвидо постарался сделать вид, что не заметил, что Вернон сказал что-то; хотя выглядело это довольно... странно. - Агата, это Вернон Уорд, мой хороший знакомый. Мистер Уорд, это Агата Тарантино - инициатор того дела, о которым мы с Вами говорили раньше.

Отредактировано Guido Montanelli (2014-03-08 10:15:27)

+3

6

Если все сложиться хорошо, то далее вся прибыль, плюс откат из оружейных магазинов пойдет дальше в дело. Мы со Стефаном запланировали вторгнуться в умирающий Детройд, где сейчас земля довольно дешевая из-за упадка жизни в городе. Риккарди младший считает, что с нашими вложениями, плюс подкупив некоторых чиновников, удастся через 5-10 лет грести из Детройда деньги лопатами. Я такой мозговитой, признаюсь, не была, поэтому под мою ответственность входило найти нужных людей и пробить связи. Ну, и организовать несколько людей из ударной группы, которые вместе со мной уедут на несколько месяцев в Детройд, чтоб контролировать ситуацию. Поэтому сегодняшний шаг был скромным на фоне наших затей, но очень и очень весомым, без которого нельзя идти дальше. Поэтому я надеялась на профессионализм этого человека, которого так расхвалил Гвидо.
Его появление не заставило нас долго ждать, и вот, Гвидо уже поднимается с места, чтоб поздороваться с… с Уордом? У меня встал ком в горле, а недавнее выпитое кофе отозвалось острой болью в желудке. Я вжалась в диван, пряча лицо в тени. Нет, я понимала, что в данной ситуации мне не убежать. Я понимала, что мое разоблачение близко. Но вместе с этим, со страхом, что моя ложь почти раскрылась, ко мне пришло и осознание того, что Вернон… ну тот Вернон, который читает лекции в университете, которые назвал рыбку Патриком, у которого дома желтые шторы и много картин, оказывается и есть тот гений, тот профессионал и аферист, которого так расхваливал Монтанелли.
Я не знала как воспринимать такой поворот событий. Мое сознание хотело верить, что это два разных человека, но только не в то, что меня обманули. Дева Мария, я заинтересовалась мужчиной, а он оказался самым настоящим злым гением! Хотя, чего ты хотела, Агата? Чтобы при встречи он сказал: «привет, Карла, меня зовут Вренон Уорд, и я неплохо рисую картины и печатаю доллары».
Черт. Черт. Черт. Меня даже расстраивал не тот факт, что меня обманули или что я обманулась, сколько, мужчина, вызвавший во мне интерес оказался так же связан с криминалом.
В глазах Уорда я заметила такое же замешательство и неподдельный шок, что и у меня. Он назвал меня Карлой… хорошо, что Гвидо или не расслышал или просто не понял о чем речь, - не хочу потом ему объяснять, что я, параллельно грандиозной сделке, развожу детский сад.
Я поднимаюсь со своего места и протягиваю руку подошедшему мужчине.
- Добрый вечер, мистер Уорд. – я пожимаю его ладонь – Агата Тарантино – представляюсь еще раз. – Надеюсь на плодотворное сотрудничество. – как хорошо, что именно до «плодотворного» у Карлы с Верноном не дошло, иначе чувство обманутой курицы преследовало меня всю жизнь.
Я опускаюсь обратно на сиденье, жду когда официант, что притопал к нам, снова уйдет, потому что дальше речь пойдет о том объеме, с которым придется работать.
Несмотря на то, что мой обман, его обман, в миг раскрылся, я должна собрать себя в руки и напомнить себе, что при взвешивании работы и личной жизни, весы всегда склонялись в сторону работы. Поэтому нет смысла печалиться о том, что не срослось.
- Не знаю говорил ли вам Гвидо, что речь пойдет о фальшивых деньгах? – я достаю гелиевую ручку из сумки, затем легким движением вынимаю из подставки белую салфетку с красной каемкой и пишу цифры. – Меня интересует такой объем. – протягиваю салфетку Уорду, что сидел напротив. – Справитесь? И в какие сроки? – хотя, стоило так же уточнить за какую плату Вернон обеспечит нам несколько миллионов фальшивых долларов. И… надеюсь, что после того как Карлы не стало, а на ее месте осталась Агата, он не развернется сейчас, чтоб уйти.

+3

7

Агата.
Ее зовут Агата, а ничерта никакая не Карла.
Агата. Это имя для меня чужое. И девушка, сидящая напротив, тоже чужая. Не жадная до знаний смотрительница музея сюрреализма, но соучастница мафии. Как минимум.
Мать твою.
Мать твою, Вернон! Она все это время водила тебя за нос, а ты даже после присланных ей пальцев не заподозрил неладного! Сам построил себе воздушный замок, сам в нем поселился, сам в него и принцессу себе сочинил. А принцесса - вот она, заказывает у тебя партию фальшивых баксов. Да вы шикарная пара! Аферист и обманщица.
Нет, а чего ты хотел? Чтобы она тебе сразу сказала? Тебе? Профессору Уорду, интеллигентному мужику за пятьдесят, лекции которого она захотела послушать... Молодец, возьми с полки пирожок. Но, черт возьми, хоть имя свое назвать можно было?!
Каша в голове. Самая натуральная, липкая, клейкая, да еще и комочками. Вот комочек - наш первый разговор в аудитории, вот комочек-встреча на парковке, вот комочек-лекция, и еще, и еще... Шикарно! Наверное она сейчас сидит и смеется надо мной. Забавный наивный мужик, а?
Все тепло из взгляда куда-то уходит. Нет, сейчас я, естественно, не вижу себя со стороны, но точно знаю, что обнаружил бы в зеркале, буде то появилось вдруг на столе. Чуть ехидная улыбка, слегка сощуренные глаза, а в них - ни грамма доброты. Один холодный расчет.
В конце концов, мы собрались обсудить дела.
Нет, ну какова, а? Не смотря на то, что она меня вот так, как лоха последнего, надула, я не могу ей не восхищаться. Карла...
- Рад знакомству, - Жму ее руку привычным совершенно мужским жестом, без тени трепета и прочего пиетета. Так я жму руки коллегам, клиентам, нужным людям. Не близким. Не женщинам, в которых влюблен. - Агата.
Улыбка становится шире и хищнее. Я зол. Чертовски зол. Но это не должно мешать работе. Поэтому устраиваюсь за столом, заказываю двойной эспрессо и жду - чего же именно хочет от меня эта женщина. Та дожидается ухода официанта и в лоб выдает мне цель моего присутствия. Потом зачем-то берет салфетку... Забавная, раз уж о фальшивках вслух сказала, то могла бы и объем партии озвучить. Или боится, что я на слух не воспринимаю? Мельком бросаю взгляд на цифру на салфетке, удобно устраиваю локти на столе, а подбородок - на сцепленных в замок пальцах.
- Подробнее. Номиналы купюр, пожелания по дате выпуска и номерам партии, степень состаренности?
Многие думают, что самое сложное - это напечатать сами купюры, но вот в этом-то как раз сложности особой нет. И даже степени защиты, характерные шероховатости и водяные знаки - все туфта, по сравнению с той работой, которую нужно проделать, чтобы сделать купюру "живой", прошедшей энное количество рук. Порой именно этот фактор, чисто психологический, надо сказать, делает фальшивую банкноту натуральной, не вызывающей подозрений. Хотя некоторые любят заказывать именно партии тех самых новеньких, только-только из банка, хрустящих банкнот. Те, кто варится во всем этом дерьме дольше, знают - лучше заморочиться и "состарить" товар. Так надежнее.
- Если разбить партию по следующей пропорции, - Неохотно убираю локти, беру все ту же салфетку и поднимаю глаза на до боли знакомое, но такое незнакомое теперь, в свете последних событий, лицо, - Вы позволите, мисс Тарантино? - Аккуратно извлекаю из ее пальцев ручку и набрасываю маленькую схемку, походя подписывая данные, - То понадобится около четырех дней. Еще два-три дня на то, чтобы состарить купюры. Неделя. За неделю все будет готово. Ну а это, соответственно, цена вопроса. Естественно, исходя из рекомендации сеньора Монтанелли.
Да, мои услуги стоят недешево. Когда ты говорила, что я, со своими способностями, могу не вести лекции в университете, ты была совершенно права... Карла.

+3

8

Мир тесен. А Сакраменто - это несоизмеримо ничтожно малая часть мира, даже в масштабе таких плохо образованных (в большинстве своём) в области географии людей, как члены итало-американской мафии, для которых мир ограничивается территорией Соединённых Штатов, через океан - Италия, которую они почитают, как свою родину, хотя подавляющее их большинство там даже никогда не были; к северу от США есть Канада, которую запомнили как важный элемент бутлегерства в двадцатых-тридцатых, но в целом - на этом полезность этой страны для них и ограничивается, ассоциируясь с огромной трубой, из которой вытекает виски разного качества - вернее, уже скоро сотня лет, как ничего не вытекает. Где-то к юго-востоку находится Флорида, издавна считавшаяся для гангстеров эдакой курортной зоной, маленьким раем, куда многие из них ездили отдыхать - хотя и тоже далеко не всем выпадала такая удача; чете Монтанелли же повезло родиться в этой области. Чуть дальше, на островах, были Гавайи - туда умудрялось доезжать ещё меньшее число людей, но почти каждый стереотипно мыслящий полудурок с гелем на волосах мечтал когда-нибудь сорвать большой куш и добраться туда, даже с трудом понимая, где именно это находится - о Гавайских островах вообще принято много говорить. Как и Лас-Вегасе на юге страны, с которым ситуация примерно такая же, только каждый приезжает мечтает приехать туда затем, чтобы насорить деньгами, а не искупаться в океане и позагорать. Вся остальная планета - это Африка, из которой когда-то навезли чернокожих, расселив их по Америке, а откуда-то с её севера - до сих пор едут арабы, а где-то среди них и еврейское сердце находится, это Европа, из западной части которой приходят некоторые блага, а из восточной - в основном, прут в Штаты русские и прочие славяне, это Латинская Америка, регулярно вбрасывающая в страну мексиканцев и прочих испаноговорящих, которые тоже мало различаются между собой на первый взгляд. Где-то ещё находится Китай и Япония, из которых лезут одинаковые на лицо, но все из себя такие разные по смыслу китайские и японские эмигранты. То есть, фактически, весь остальной мир за пределами Америки и "той стороны" в виде страны-сапога и большого острова, для итало-американских гангстеров по большей части враждебен. Примерно так и выглядит карта Земли глазами такого человека - родина-мать, дойная корова-дядя Сэм, и вокруг - сплошные враги. И даже на этой карте Сакраменто - часть маленькая. Что говорить о его отношении к той части мира, который видела, например, Агата, которой повезло попутешествовать гораздо больше?..
Несмотря на то, что огромную часть своей жизни Гвидо общался с людьми мёртвыми, эмоции живых людей он всё же чувствовал довольно хорошо - и даже, наверное, наоборот, общение с покойниками увеличивало его желание общаться с живыми, и соответственно, обостряло и внимание к деталям в общении тоже - теперь, когда он был во главе организации, это внимание особенно пригождалось, к словам, к эмоциям, к чему-то ещё неуловимому, что трудно описать словами, но реально почувствовать, склоняя две чаши весов, одна из которых называлась "доверие", а другая - "недоверие", в ту или другую сторону. И неосторожное слово - это как раз тот груз, что эти весы раскачивают сильнее всего. Так что как Монтанелли не делал вид, что не заметил произнесённого им слова, он не мог не обратить на него внимания; и пока Вернон и Агата договаривались, у него было время как раз обдумать смысл сказанного. Что же это было за междометие такое при виде Агаты, что он даже прервался на полуслове, когда увидел её лицо? Или это было имя такое - Карла?.. Может быть, они с ней вообще уже были знакомы раньше? В этом-то нету ничего удивительного, для Гвидо, по крайней мере. Мир тесен. Агата прекрасно ориентируется в нём, и знает многих. Тем более - давно пора уже знать... В общем, по этому поводу стоит переговорить с ней отдельно. Поводов для тревоги, вроде бы, нет, хотя за столом и чувствуется некая напряжённость и фальшь.
Состаренность купюр... вот про что говорил Гвидо - Уорд был талантлив, и столь же внимателен к мелочам, как и Монтанелли; в их сферах деятельности, совершенно разных на первый, второй - и где-то по десятый взгляды, была одна общая черта - засыпаться можно было именно на мелочах. Непонятно откуда взявшийся отпечаток пальца на месте убийства, откуда исчез навсегда убитый - или же слишком новая купюра, привлекающая к себе внимание своим блеском: всё это поводы задуматься для того, кто глядит на ситуацию со стороны. А задуматься - это уже означает копнуть глубже... Гвидо повернул голову, мельком взглянув на салфетку, и снова вернулся глазами к лицам собеседников. В принципе - можно было и впрямь говорить в открытую. Это место едва ли могли поставить на прослушку, да и то беспокойное время, когда микрофоны правительства мерещились на каждом углу, для Торелли уже прошли - они унесли с собой много чего хорошего, и много жизней, но... пока что хотя бы здесь всё было в порядке. Существовала другая проблема - проблема наведения порядка в рядах самой Семьи, установление мира внутри организации. В разговор Монтанелли пока не вмешивался. Агата и Вернон прекрасно договаривались и сами.

+2

9

Не надо быть прорицателем или хорошем психологом, чтоб не заметить как поменялось отношение Вернона ко мне. Это Карла ему нравилась, с ее начитанностью, умными вопросами, с желанием повесить картины Дали в гостиной. А я… Агата, незнакомая для него девушка, которая пришла решать криминальные дела.
Во мне боролись два чувства: желание поговорить, рассказать все как есть, и остаться на своем месте, заниматься делом, а не пустыми выяснениями отношений. В конце-концов, у нас будет еще время, и буду встречи… придется видеться, ведь мы собираемся работать вместе. И стоит отдать должное профессионализму Вернона.
Тема не скатилась к выяснению кт оправ, кто виноват, а продолжила развиваться в рабочем русле.
Моя рука чуть дергается, когда мужчина забирает гелиевую ручку из моих пальцев, и я тут же прячу ладонь под столом. Хотела заручиться поддержкой Гвидо и сжать его руку, но Монтанелли этого не поймет. Или поймет совсем не так.
- Все купюры должны быть номиналом в 100 долларов, последней датой выпуска. Если мне не изменяет память – спасибо гуглу и википедии, которую я почитала за несколько часов до встречи – 100-долларовая купюра менялась в 2013 году, следовательно, этой датой выпуска нам и нужны все банкноты. – по поводу купюр и возможности их подделать я мало что знала. Но оно и понятно, это никогда не входило в мои обязанности, и не значилось любимым занятием. Единственное, что я знала, что из известных валют, доллар – самая подделываемая, так как, оказывается, далеко не все знают какие президенты изображены на том или ином номинале, плюс одноцветовая гамма способствует тому, что банкноту легко скопировать.
Разговаривая с Верноном, я старалась не смотреть ему в глаза. Куда угодно: на штору позади него, на ворот пиджака, на его галстук, но только не в серые глаза мужчины.
- Неделя? Договорились. – кивнула я после того как все пункты соглашения, включая оплату, были оговорены. Теперь я хотела как можно скорее покинуть это заведение. И уходила в смешанных чувствах: с одной стороны женская обида, желание закатить истерику о преданном доверие. Ведь именно в нем я искала поддержку, когда мне были подкинуты пальчики! С другой стороны, я и сама не без греха. Та еще лгунья, которая не в состоянии объяснить зачем заварила все это. Зачем надо было называться Карлой, врать о своем возрасте и месте работы?
Ладно, все что ни делается, все к лучшему.
- Я созвонюсь с вами через неделю, Вернон – сказала я, прежде чем попрощаться и покинуть клуб вместе с Монтанелли.
Гвидо ничего рассказывать не стала, пыталась даже наиграть и вернуть свое настроение. Но помог мне только детский магазин, в который мы с итальянцем заехали, чтоб закупиться детскими вещами, одежками-распашенка. Ведь завтра нам быть крестными…

Неделя… Надо постараться забыть на семь дней о Верноне Уорде. Зная себя, думаю, это не составит труда. К тому же дома ждет бутылка белого сухого вина.

Жалею
О том, как скулы немели,
Ладони старалась согреть быстрее —
До рукопожатия с тобой;

+1

10

Что ты чувствуешь, Карла? Или как там тебя - Агата? Что ты чувствуешь? То же, что и я? Разочарование, злость, опустошенность? Или удовольствие от того, как красиво ты обвела вокруг своего изящного тонкого испанского пальчика наивного профессора? Или, и того хуже - тебе плевать?
Не знаю, но сейчас, как никогда, я хотел бы залезть тебе в душу, чтобы вытрясти правду. Что тебе нужно было от меня? Зачем ты приходила на лекции, зачем ходила на встречи со мной, зачем позволяла утешать тебя, обнимая за хрупкие фарфоровые плечи? Зачем, женщина?! Это игра такая занимательная? Что, что для тебя все это значило? Чем для тебя все это стало?
О себе я мог с уверенностью сказать. О тебе - нет.
А она держится так, как будто мы и не знакомы вовсе. Только в глаза не смотрит. Неужто совесть? Да нет, не мечтайте, профессор. А я упорно ловлю ее взгляд. Но нет. Теперь я только инструмент для достижения каких-то ее целей. Как будто не она пряталась в моих объятиях от мыслей о своем преследователе! Или это тоже была игра? Блеф.
Что вообще из того, что нас связывало - было правдой? Хоть что-то ведь было?
- Ясно. Задача понятна.
Непонятно все остальное.
Я еще раз жму руку Монтанелли, киваю Карле... Агате. Агата, она Агата, черт возьми! Не Карла...
Итак, мои наниматели покидают зал. А я остаюсь.
Наедине со своим кофе и со своими мыслями. Такими же горькими, как и тот самый напиток, вот только не приносящими удовольствия. Странная штука, когда я расходился с женой, все было иначе. Наверное потому, что мы оба понимали - нас ничего, кроме ребенка, не связывает. Моя жена была умной женщиной. Умной, расчетливой и сильной. А я был весь в работе. Разбежались без шума, и все. Ни депрессий тебе, ни запоев, ни откровений с друзьями. Звонки по праздникам, редкие, очень редкие встречи, и все как всегда.
А сейчас такое ощущение, что мне кто-то чернил в кровь плеснул. Мне... больно? Больно.
Но я все равно не могу ее ненавидеть. Она оказалась сложной. Еще сложнее, чем я думал. Еще сильнее, еще надрывнее.
Она ушла, пообещав позвонить через неделю. Эту чертову неделю я не буду толком спать и есть, а буду выполнять этот ее заказ. Черт, я буду "рисовать" ей доллары в то время, когда я хотел рисовать ее портреты! И Дали. Как-то она обмолвилась мне про картину Дали. Она почти закончена, и ждет Карлу. А Карлы больше нет.
- Хм. - То ли смешок, то ли стон. Сам не пойму. - Эй, парень!
- Слушаю Вас. - Надо же, как чертик из табакерки.
- Виски.
Работать начну завтра. Сегодня у меня траур. Сегодня я потерял любимую женщину. И нажил себе новую головную боль.

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Блеф. Как разложилась игра страстей