Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Возвращение домой


Возвращение домой

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Участники: Helga ReichardVincenzo Montanelli
Место: Колумбия - Сакраменто
Погодные условия: тепло, дождя не предвидится
О флештайме: Все когда-то заканчивается. Вот и им пришло время покинуть место, ставшее колыбелью их семьи. Ведь уезжали один и один. А возвращаются двое.

0

2

Эти несколько недель были наверное самыми продуктивными в жизни молодоженов. Да, действительно, глядя на кольцо, сиявшее золотым блеском на пальце Энзо сам не мог поверить в то, что этот момент наконец настал. Один из главных бабников Сакраменто, а раньше и Майами теперь грозился стать примерным семьянином, насколько вообще мог быть примерным типичный гангстер этого времени. Утро обещало быть суетливым, через несколько часов должен был взлетать их самолет, а итальянец уже третий раз останавливал женщину, которая хотела встать с постели и идти собирать чемодан.
- Успеем, - сказал он глядя в потолок. Это «успеем» звучало уже третий раз. Во-первых, подручному не слишком хотелось возвращаться в суетливую столицу Штата, а во-вторых, его отпуск в Колумбии был лучшим временем в его жизни. По крайней мере лучшего он не помнил.
- Давай съездим еще куда-нибудь? – предложил вдруг мужчина. – Сдадим билеты и улетим куда-нибудь в Италию. Я никогда не был на родине, - мечтательно добавил итальянец, посмотрев в зеленые глаза лежавшей рядом женщины. Но к сожалению, в США было еще слишком много дел и они оба это понимали. Даже леди Рейхарт скорее поверила бы в то, что Монтанелли стал аскетом, чем в то, что он оставит свое покушение неотмщенным. Ему вообще казалось, что Хельга видит его насквозь, являясь по сути единственным человеком, который знал, чего от него можно ожидать. Это было неожиданно и в то же время, довольно приятно, иметь человека, который тебя понимает.
- Тем более сегодня холодно, - добавил он, посмотрев в окно, распахнутое настежь. Вчера вечером был ливень и сегодня все дороги в джунглях грозили быть размытыми настолько, что проехать по ним можно было лишь на вездеходе. По полу дул приятный, но довольно холодный ветер, отчего женщина сильней прижималась к своему собеседнику, что было логично, ведь и для того, чтобы закрыть окно ее тоже не отпускали, возможно, боясь, что она все-таки возьмется за чемоданы.
- Я никогда не видел снега, - сказал вдруг мужчина. – Видел горы кокаина, море крови, все что связано с нашим поганым криминальным миром. А чистого, белого снега ни разу, - сожалением закончил он. Порой его пугали перемены, которые вызывала в нем леди Рейхарт. Теперь он начинал забывать о зеленых купюрах и начинал задумываться о прекрасных вещах. Она будила в нем ребенка, которого он душил столько лет. А тот возьми и воскресни в самый неподходящий момент. В голове то и дело мелькали мысли о том, что неплохо бы остаться мертвым для Сакраменто и начать жить своей жизнью. Притом их было намного больше, нежели тех, которые напоминали о жажде мести. Любовь постепенно убивала в нем воина, однако только до того момента, пока что-то не начинало угрожать его женщине. Он был готов лично поубивать всех ее клиентов, лишь бы той снова не пришлось рисковать собой на новом заказе. Но такова была их жизнь. Он пока не мог пообещать ей, что завяжет со своими криминальными делами и не мог требовать от нее такого обещания. Так и жили, не переставая беспокоиться друг о друге. Правда одно предложение работы немке все же пришлось отложить под угрозой выкинутого в окно ноутбука со стороны итальянца. Заказчика он кстати тоже пообещал выкинуть, но уже с неизмеримо большей высоты, так что его жена так и осталась с ним на протяжении всего времени излечения супруга. И ему было абсолютно все равно, что печать стояла в поддельном паспорте. Здесь дело было не в штампе, его клятва у алтаря в почти пустой церкви значила для него гораздо больше. И снова мужчина начал сомневаться, слишком часто, учитывая то, что последние десять лет жизни он действовал быстро и решительно. В углу стояла та самая красная трость, которую на днях нашла Хельга в тех самых кустах, куда мужчина ее забросил почти неделю назад.
- Я похож на хромоногого? – спросил вдруг мужчина, снова заглядывая в глаза своей супруги.  Ладонью он скользнул ей под одежду, проводя по тем самым шрамам на спине, которых Хельга еще недавно стеснялась. А он любил и ее, и все ее недостатки, как физические, так и духовные, вроде ее скрытности, с которой они столь усердно боролись. Прильнув к губам женщины итальянец несколько минут наслаждался ее близостью, а потом сел на кровати и тряхнув плечами слез. Помечтали и хватит. Пора собирать чемоданы.

+2

3

Домой. Они как блудные дети, нашедшие себя в этом мире, готовы были вернуться. Ее мужу… Муж. Хельга посмотрела на лежащего рядом мужчину, руку которому она, вероятно, всего уже отлежала, но он никогда не признается в этом, а потом, подергивая плечом, будет стараться снять ощущение немоты, думая, что она ничего не замечает. Винцензо быстро шел на поправку. В тайне женщина признала, что именно физическое восстановление в виде постоянных тренировок, занятий с ней, помогли ему прийти в форму, хоть и оставалась некая болезненность в груди. Энзо не давал ей собрать вещи уже третий день. Под конец она просто сдалась, просто смотря на вещи, мысленно укладывая те в сумки.
- Мы успеем лишь потому, что у нас с тобой чартерный рейс, и пилот в полном нашем распоряжении.
Повернувшись к нему, аккуратно гладила пальцами его грудь. Она готова была расцеловать каждый маленький шрам, лишь бы он забыл о случившемся месяц назад. Но девушка понимала, что возвращение неминуемо. Его возвращение. А она без него не осталась бы уже никогда, и как нитка за иголкой, стежочек за стежочком они сшивали свою жизнь из одинокого прошлого, из прекрасного настоящего и счастливого будущего. Скажете, Да как может быть человек с кровью на руках и счетом чужих жизней счастлив?! Почувствуется ваше возмущение, но увы, вы ошиблись. Даже таким казалось бы холодным и расчетливым, беспринципным и равнодушным до чужих страданий людям обещано награждение. Только кто-то берет то что дают, а кто-то отвергая, ищет свое.
- На родине… Я бы тоже в Германию съездила, но увы. Как только я пересекаю границу, тут же попадаю в лапы спецслужб. А ведь у меня там дом. Я даже не показала тебе его. А Италия. Я там работала несколько раз. Интересная страна. Темпераментные мужчины, красивые женщины и мощеные улицы. Больше ничем она мне запомнилась. Наверное времени не было любоваться красотами городов. А так. Ты же понимаешь, что с тобой хоть на Луну.
Резкий порыв ветра отозвался на ее коже мурашками. Его тонкая рубашка не спала от прохлады утра, хоть и была Хельга в ней как в платье. Положив голову на руку, подбородком почувствовала как бриллиант, украшающий одно из ее колец, больно поцарапал кожу. Тяжесть пальца от двух колец, которые ей надел мужчина, была самым наверное приятным ощущением.
Маленькая церквушка, на окраине Боготы, построенная миссионерами в XIX  веке, смотрелась убого среди возвышающихся неподалеку коттеджей наркобаронов. Но именно здесь, в возрасте двадцати пяти лет, девушка впервые в жизни исповедовалась. Это было для нее столь важно, что готовилась к нему она долго. Но не об этом. Решение пожениться было принято в Колумбии сразу после того, как наутро, Хельга проснулась не оттого, что выспалась, а от настойчивого аромата кофе, который дразнил ее носик. Открыв глаза, она увидела своего мужчину хитро улыбающегося, протягивая ей чашку свежесвареного напитка. И как в прошлый раз, там, в заброшенном доме, у причала, разбилась кружка, а тишину пронизывали стоны и шепот. В тот день они не виделись. И как же она была счастлива его видеть спустя три часа, стоящего у алтаря, и с надеждой во взгляде. Хельга немного задержалась за углом, наслаждаясь своим мужчиной, который величественно разговаривал со священником, но как мальчишка нетерпеливо смотрел на вход в церковь. В тот день единственное слово, произнесенное ими в унисон, осталось не произнесенным, а печатью поцелуя, оставшееся на губах – Люблю!
Его неожиданный вопрос вначале поставил ее в тупик, выдернув из воспоминаний. Хельга посмотрела на одиноко стоящую трость, покачала головой, протянув руку к его лицу:
- Нет конечно. Но она помогала тебе.
Его рука нежно скользила по ее спине, касаясь каждого шрама. Винцензо был ее Эскулапом, вылечившим ее душу, подарившему надежду на познание любви, счастья. Но об одном он так и не знал. Но время придет.
Хельга потянулась к нему, обнимая за шею, как муж резко оторвался от нее.
- Стоило этого ожидать. Винцензо Монтанелли это ты сделал последний раз, - девушка чуть сползла по кровати, и мягко толкнула ногой мужа под ягодицы, сталкивая с постели, сама же, перевернулась через голову, оказалась на ногах с другой стороны кровати. – Собираемся.
И вышла из комнаты, слыша, как с шумом в себя втягивает воздух ее муж, а в глазах явно читался приговор. В тишине слышались лишь хлопанье дверей, обрывки фраз. Через час в гостиной стояли две сумки, рюкзак Хельги и сумка с ее оружием. Огладывая дом, девушка сжала руку мужа, посмотрев тому в глаза. Им не нужно говорить много слов. Понимание взглядов и жестов. Закинув рюкзак за спину, оставив записку Эрхарду с извинениями, что не дождались его приезда, чета Рейхарт-Монтанелли покинули дом.

+1

4

- А если не успеем – уедем в следующий раз, - улыбнулся мужчина. Правда улыбаться ему оставалось недолго. Наглости женщины не было границ, потому что только бесконечно наглый человек может скинуть с кровати авторитетного преступника столь бесцеремонным образом.
- Даром тебе это не пройдет, - усмехнулся итальянец, взявшись за сломанное недавно ребро, на которое собственно и приземлился - ноги у его женщины оказались еще крепче, чем он ожидал. Впрочем, чемоданы приходилось собирать ей. Все содержимое его имущества упаковалось в спортивную сумку, половина которой в конечном итоге осталась пустой. Обзаводиться имуществом в Колумбии итальянец не спешил, прекрасно понимая, что все это нужно будет забрать, вряд ли Фриц будет рад напоминаниям о чужом мужчине в своем доме. И несмотря на то, что за последние дни перед его отъездом немец и итальянец все-таки нашли общий язык родными они пока что не стали. Да сложно таковыми стать за столь небольшой промежуток времени.
- Интересно, тут были пляжи? – спросил мужчина уже на улице. В Майами он видел воду постоянно, весь город жил с утра до вечера заменяя друг друга на песчаных берегах. В Сакраменто он у водоемов не появлялся, потому, наверное, и заскучал.
- Ты совершенно бесцеремонная женщина, Хельга Рейхарт, - уже в машине передразнивал подручный. Правда и подручным он себя называл уже не без ироничной улыбки, кажется, его семья не слишком в нем нуждалась, в силу предыдущих, и главное, грядущих событий. Машину по настоянию женщины пришлось взять из гаража ее брата, а вот от водителя пара наотрез отказалась. Да и охранники, которые нередко проведывали двух своих товарищей в больнице не слишком рвались отвозить пару в город. Однако нашлись и сторонники методов Монтанелли, которые решили прибиться к нему и отправиться в путешествие в США. Брат Хельги не был против, договориться о расширении бизнеса им все-таки удалось. Учитывая связи с неплохими контрабандистами, круглогодично возившими запрещенные товары Энзо мог организовать для Фрица канал, по которому из столицы штата его товар может быть доставлен в любоую точку Америки, соединенную с океаном.
- Не балуйся, - с наигранной строгостью посмотрев в сторону своей возлюбленной сказал итальянец, когда она положив руку на рычаг коробки передач не давала ему переключить скорость.
- Я тоже туда не хочу. Но увы, - добавил он, посмотрев в зеркало заднего вида. Конечно, парни Рейхарта были во многом простоваты, зато в них не было типичной американской испорченности, когда верность исчисляется только количеством нулей в сумме, которую предлагают за предательство.
- Завтра весь день проведем вместе. А вот потом мне придется уехать по делам, - сказал мужчина уже на подъезде к аэропорту. Он не стал рассказывать по каким делам собраться, а она не спрашивала. Немка понимала, что ее супруг не оставит свое покушение без ответа. А так, как виноват был кто-то из семьи Торелли, в которой он состоял – конфликт был просто неизбежен.
- Мы рано, - показав на часы, останавливаясь на парковке сказал мужчина. До отправки их самолета было еще как минимум полчаса. Взяв женщину под плечи он перетянул ту с пассажирского сиденья себе на колени.
- Который раз уже воскресаю, - признался он, поцеловав ее в висок. Не первый раз он лежал на больничной койке, не в первый раз прятался да и пуля в его теле была не таким уж выдающимся событием. Правда раньше он боялся, что умрет раньше времени, так и не осуществив свою вендетту. Теперь он был полон решимости прожить как можно дольше, чтобы не оставить леди Рейхарт одну.
- Ладно, пойдем чуть раньше, - решив не откладывать на последний момент визит в аэропорт мужчина открыл дверь, сначала выпуская женщину, а потом выходя самостоятельно. На самом деле он просто был уверен в том, что если они посидят в машине еще немного, то точно пропустят рейс.
- Готова? – спросил он, привычно взяв ее за руку, стоя перед дверями здания, покинув которое они окажутся уже на другом материке. Сам итальянец готов не был. Да его никто и не спрашивал.

+1

5

Открыв дверь машины, Хельга оглянулась, смотря на дом, в котором нашла семью, а теперь и обрела просто женское счастье в лице мужчины, кого когда-то приметила в оптический прицел винтовки. Взглядом пыталась запомнить очертание крепости Рейхартов, которой этот дом сделал ее брат, где она могла быть в безопасности, не смотря на некоторые возникшие недопонимания между двумя отчаянными колумбийцами. Из-за угла увидела как в другую машину сели три человека, которые как, оказалось, поедут с ними. Она не присутствовала на собраниях мужа и брата, понимая, что будет просто лишней там, давая им почувствовать друг друга, узнать. Девушка просто сидела в комнате за книгами, или уходила в подвал, окунаясь в свой мир, откуда ее потом частенько выдергивал родной голос с легкой хрипотцой.
- Есть. Но не особо чисто там. Колумбийцам будто не свойственно понятие «Поел – убери за собой». Сначала они мне казались дикарями. Потом перестала обращать внимания, а вернее оставалась здесь, где Эрхард навел свои порядки. И получился этакий островок родины.
Она посмотрела на мужа, который кивком дал отмашку, села в машину. Странно все. Бежали они сюда с желанием жить, а уезжают с мыслью Надо, просто надо. Хельга много думала об их возвращении в Сакраменто, о том, что и как будет все складываться у Винцензо в отношениях с Гвидо, да и как они воспримут его появление. Привыкшая отвечать за себя, теперь же в ее жизни сама она отошла на второй план, понимая, что стала его Ангелом, тогда, там в церкви, давая ему клятву как супругу, в мыслях произнесла еще четыре слова Я всегда буду рядом. И чего бы ей это не стоило в жизни, но этого человека она убережет.
- Такой меня делаешь ты, - улыбнувшись ему, Хельга придвинулась к любимому мужчине ближе, рукой обнимая за плечи, положив голову тому на плечо. – Скажешь, что в тебе что-то против такой жены? О нет! Я слишком хорошо узнала вас, Винцензо Монтанелли.
Вдали показались здания аэропорта, и ей захотелось просто повернуть обратно, послать все в Тартар, исчезнуть для всего мира, чтобы лишь слабыми отголосками памяти других людей оставаться «живыми». Она попыталась остановить машину, имея доступ только к рычагу коробки передач, положив руку на ладонь Винцензо:
- У нас есть шанс начать все с чистого листа. Но я все понимаю.
Хельга замолчала, смотря как их машина, лавируя среди знаков, остановилась. Все казалось таким странным, будто не она сейчас сидела в машине, не ее и Винцензо впереди ждали если не перемены вселенского масштаба, то события, от наступления которых может произойти все что угодно, ведь Хельга, которая возвращается в Сакраменто тоже не та отрешенная от забот суетливого мира, а женщина, пробужденная от «сна», которой есть за что бороться, кем дорожить.
- Вместе… - задумчиво произнесла, смотря в окно машины, за которым сновали торопящие люди, равнодушно смотрящие по сторонам, то вскидывая руку, голосуя такси, то просто стоящие на обочине, будто не решающиеся к шагу. – А все не меняется. Кажется, что ты попадаешь в невесомость, зависая в ней, становишься некоей субстанцией, лишенной способности к действию, и привыкаешь к однообразию вокруг. Как когда-то я.
Внутри будто клещами сжали от его слов. Хельга понимала, что им, а вернее Винцензо, не избежать разговора с Семьей. Да и не из тех он был, которые как улитки прячутся после сильного града, и еще долго будут пребывать в сомнамбулическом сне от страха. Ее муж, девушка повернулась, посмотрев на его гордый профиль, никогда не оставляет недовязанных узлов, которые развязавшись могут уронить тебе на голову те проблем, которые ты связал «веревками», пряча их или вовсе избегая из решения. Оказавшись на его коленях, Хельга обняла мужа, положив голову на его плечо, прошептала:
- Я тебя едва ли не потеряла. Ты понимаешь? Больше такого не повторится. Ты мне должен пообещать. Потому что твое слово крепче титана. Винцензо, просто пообещай. Я знаю, что сдержишь свое обещание.
Его аккуратно подстриженная щетина приятно колола ее лицо. Хельга привыкла за месяц к такому вальяжному образу своего мужчины, ведь до случившихся событий Винцензо Монтанелли был всегда гладко выбрит. Его привычки поменялись. Девушка замечала, что и внутренний мир его становился тоже более ярким. Исчезла во взгляде мужа усталость, словно в него вдохнули жизнь с новой силой, заставляя поверить в лучшее.
Отстранившись от него, Хельга перекинула ноги через него, вышла на улицу из машины. Сзади как по команде открылись двери, и из следовавшего за ними автомобиля, вышли трое мужчин. Взяв из багажника свой рюкзак, хотела вынуть сумку с оружием, но ее перехватили:
- Леди Рейхарт, я возьму. С ним все будет в порядке.
Хельга посмотрела на мужчину, едва кивнув, вернулась к мужу, становясь рядом, чувствуя, как его рука сжимает ее ладонь. Позади услышала четкий звук военных сапог, в унисон остановившихся позади них. Они возвращались не одни. И это будет неожиданностью для многих в городе.
- Да, - глубоко вздохнув, ответила.
На них никто не обращался внимания, будто все пятеро были скрыты вуалью невидимки. На таможенном контроле стоял «свой» человек, быстро пропустивший их через проход, куда следовали люди, пользующиеся чартерами. На взлетной полосе их встретил Сесар, на лице которого не было той задорности, он не сыпал шутками. Обняв его, Хельга похлопала того по плечу:
- Улыбнись, Весельчак. Все хорошо.
Девушка поднялась на борт самолета вслед за мужчинами, которые выказали поддержку ее мужу, согласившись поехать с ними. Сев на маленький диванчик, Рейхарт прикрыла глаза, стараясь унять внутри себя волнение, которое только набирало обороты от приближения момента истины.
Когда ты знаешь противника и думаешь, что твои фигуры стоят так, как ты довел Миттельшпиль. Но всегда помни, что у фокусника даже шахматная доска с подкладкой.

Отредактировано Helga Reichard (2014-03-08 17:37:47)

+1

6

- Понимаю, - кивнул мужчина, отвечая на откровения своей возлюбленной. – Я могу пообещать тебе, что теперь я буду цепляться за жизнь, как никогда прежде, - прижав женщину к себе сказал мужчина. Он не любил пустых обещаний, даже если успокаивали тех, кому были даны. Энзо жил так, как получалось, решая проблемы и выстраивая дальнейшие планы, только исходя из возможностей заработка и приближения своей вендетты. Когда у него стало достаточно денег, а месть была совершена он потерял цель, смысл самосовершенствоваться и едва не упал на дно, поравнявшись с рядовыми американскими алкоголиками. Но в похмельном бреду к нему пришла она – женщина, которая взяла и разом поменяла все, поставив мир итальянца с ног на голову. Она не стала целью его жизни, скорее стала самой жизнью, когда волокла его по жухлой траве на кладбище, когда вела машину, едва не засыпая, пытаясь спасти подручного от мести его собственной семьи. Винцензо никогда не считал себя хорошим человеком, но даже он не мог не проникнуться к человеку глубокими чувствами после того, что этот человек для него сделал.
- Ну раз готова, то пойдем, - улыбнулся мужчина, правда и не особо радостно. Не хотелось тащить свою женщину в самое пекло, но убедить ее остаться здесь было практически невозможно. Перед ними сразу появился один из охранников, который улыбнувшись протянул Винцензо трость. Тот усмехнулся в ответ, взял деревяшку и сломав ее об колено бросил на землю, затем обняв Хельга за талию отправился в здание из которого намеревался попасть в самолет.
- Что? – спросил мужчина, поймав на себе лукавый взгляд своей супруги, последней вошедшей в самолет. Устроившись с леди Рейхарт отдельно от других пассажиров Энзо положил голову женщины себе на плечо. В таком положении они и оторвались от земли, попрощавшись с гостеприимной страной Южной Америки. Не столь ужасной, как о ней рассказывали. Как и в Штатах или в любом месте мира, здесь любили храбрых и сильных духом людей. Отличие было лишь в том, что в отличие от Штатов здесь плутов убивали чаще, в Америке же они в основном занимали места руководителей и убивали друг друга уже чужими руками. Итальянец никогда не благодарил Хельгу вслух за ее появление, полагая, что все было ясно и без слов. И сейчас, встретив взгляд ее зеленых глаз, он был полон решимости пройти даже через бездну ада, если придется, чтобы вернуться в ее объятия. Она рискнула всем, ради него и он не имел права ответить чем-то меньшим на эту жертву. Если бы ему пару лет назад кто-то заявил, что появится человек, за которого андербосс будет готов рискнуть жизнью тот бы только посмеялся. Сейчас он был готов не только рискнуть. И дело было даже не в том, чтобы вернуть ей долг. О долгах речь могла идти до того, как он надел на ее палец кольцо и поклялся в вечной верности. Теперь все, что принадлежало подручному принадлежало и Хельге. И если у некоторых итальянец возникали проблемы с тем, чтобы вызвать уважение к своей супруге, то подручный в случае надобности собирался вбивать его силой.
- Отдохни немного, - поцеловав женщину в затылок предложил Винцензо. Немка не любила сидеть на месте и постоянно была чем-то занята, если не была занята итальянцем.  По сравнению с ней мужчина даже стал чувствовать себя бездельником, при том, что праздное существование он вел от силы пару дней их визита в чужую страну. Меж тем пара уже поравнялась с облаками, не обращая внимания ни на кого кроме друг друга.
«Я больше никому не дам тебя обидеть», - крепче прижав к себе женщину пообещал Энзо, глядя на ее прикрытые глаза. На ее губах застыла спокойная улыбка, порой она ворочалась, стараясь устроиться удобней, что было не так просто, будучи в самолете. Один из колумбийцев подошел с каким-то вопросом, но андербосс приложил палец к губам и махнул рукой куда-то в сторону, призывая того подойти позже. Вокруг стихли голоса других обитателей Южной Америки и кажется, даже самолет начал унывать от того, что его двигатели не могут работать тише. Она хотела стать его ангелом и у нее получилось, несмотря на то, что той не довелось его нигде сопровождать. Она дала ему нечто несравнимо большее, чем поддержку снайпера – желание жить и цель, на пути к которой мужчина не остановится не перед чем. Когда-то в Майами ходила байка, что если Энзо занят, то смерть не входит к нему без стука и уходит унылая, когда ей велят зайти позже. Давняя хохма обрела новый смысл, по крайней мере для того, кто стал ее объектом. Этот полет вообще многое ставил на свои места. По крайней мере ясно было одно – подручный никогда не станет прежним.

+1

7

Битва за свободу началась, едва они покинули воздушное пространство Колумбии. Пятеро, сидевших в салоне думал каждый о своем. С ними полетели лучшие ребята брата. Один Герхард, немец с южной провинции Германии, чего стоил, коего даже Хельга сравнивала с берсерком. Но отнюдь тот не был лишен мозгов, даже когда зверел. Однажды ей пришлось видеть того в деле. Другой немец, Вильгельм, выходец из берлинской семьи, как оказалось был сослуживцем Эрхарда, появившемся в его доме с два года назад, скрываясь от немецкой разведки, инициируя свою смерть. Молчаливый, казалось, что он и вовсе не умеет говорить. Именно он нашел увлечение Хельги интересным, помогая той с чертежами. Третий же колумбиец. Мигель. Совсем не вписывающийся в друзья ее брата, будучи веселого нрава, с вечной улыбкой и развязанным поведением. Но это удачная маска. Его наблюдательности завидовала даже сама Рейхарт, которая развивала в себе это качество постоянно, рисуя портреты людей, планы местности и все свои задания столь тщательно прорабатывая те. Вот такая компания отправилась в путешествие. И за каждого Хельга могла поручиться как за саму себя.
Сняв бейсболку, распустив волосы, которые чуть ли не сами гудели и требовали свободы, уютно устроившись в руках мужа, Хельга сжала его руку своей ладонью, прикрыв глаза, под мерное жужжание моторов, уснула, не замечая, что поза была не очень то и удобной. Но ей нужно было по прилету быть собранной. А лучше чем сон этого для нее никто не сделает. Тихая боль рождалась внутри, казавшаяся стол реальной, что во сне она сильнее сжимала руку, которая как спасательный круг держала ее на грани сна и яви. Чем ближе приближался поворотный момент возвращения, тем задумчивее становилась Хельга, пытаясь найти, понять и по возможности предугадать все, что их могло ждать в Сакраменто. Рейхарт понимала, что про нее никто не знает. Гвидо никогда не обращался к ней с просьбами, заданиями, у него была на это Марго. Хельга же являла собой киллера более планетарного плана. В Штатах ее нанимали крайне редко. А больше никто ею интересоваться не мог. И это в какой-то степени связывало ей руки в помощи мужу, оставаясь в тени, ей оставалось лишь смотреть и ждать. Ждать… это самое что ни есть трудное в жизни, а если учитывать, что твой мужчина вольготно разгуливает по лезвию бритвы, что его буквально ненавидят… Она любила, до самозабвения. И снова сон, в котором она падала, теряя опору, превращаясь в точку, которую не видел никто, ее немота как убранный звук, не давала услышать голоса тому, кто стоял рядом и пустым взглядом смотрел на горизонт. Чушь.
Хельга чуть дернулась, открывая глаза.
- Наверное, пока не прояснится с тобой все, я так и буду немым призраком падать неизвестно куда, - потерев глаза, Хельга перекинула ноги через бедро мужа, опять закрывая глаза. Но сон был потерян. – Возьми меня с собой на встречу с Гвидо. Я побуду на улице, в машине – где угодно, но только не в квартире, как запертая львица, мечущаяся в ожидании, когда откроется дверь, и ты возникнешь на пороге жив и здоров.
Подняв взгляд на Винцензо, Хельга знала ответ, но в душе теплилась надежда, что он согласится. Ее отвлек голос Вильгельма:
- Ты же понимаешь, что не место тебе там. Прости Энзо, что я вмешался, но эту голову, которая лежит у тебя на плече, нужно беречь. Там столько секретов и мыслей, считай ты приобрел и жену, и мозговой центр.
Девушка повернувшись, взглянула тяжелым взглядом на мужчину:
- Ты всегда был молчалив, Виль, так почему именно сейчас ты пошел против меня. Или это установка Эрхарда, всячески теперь смотреть за мной как за неразумным дитя? Нет, я понимаю. Женщина для вас это нечто не способное на эмоциональной платформе трезво думать. Ее действия порывисты и не всегда достигают, а порой и рушат результат, - спокойно смотря в такие же малахитовые глаза, светящиеся мудростью прожитой жизни. – Ребят, давайте договоримся, - сев прямо, слегка отстраняясь от мужа, - вы изъявили поддержку Винцензо. Моей работы вы как не касались так и не трогаете. А тут уже больше чем работа. И позвольте мне самой решить быть мне там или нет. – чувствуя руку Винцензо на своей спине, которая легким массажем поглаживала девушку, не поворачиваясь к нему, произнесла: Я знаю твой ответ, Энзо. От этого знаешь не легче.
В динамик голос Сесара оповестил всех, находящихся в самолете, что до посадки осталось чуть меньше часа. Хельга порывшись в кармане рюкзака, извлекла связку ключей. Отсоединив одну пару, бросила Вильгельму:
- Это ключи от одной из моих квартир, которая находится от основной в двух кварталах. В кладовке найдете матрасы, в шкафу белье и полотенца. Холодильник пуст. Но рядом есть магазин. Купите себе что-нибудь. Оружие. Если устроит мое, то возьмете сумку с собой. Если нет, то думаю, Винцензо обеспечит вас. Но зная предпочтения Герхарда, - улыбнувшись, Хельга посмотрела на мужчину, сидевшего с закрытыми глазами, но явно все слышавшего, - он возьмет мою сумку.
Чувствуя, как завибрировал самолет, начинающий снижаться, девушка отклонилась к мужу, руки которого никогда не могли быть не на ее плече или в ее руке. Трудно быть сильной женщиной, когда рядом есть тот, кому грозит неизвестность. Ты словно в паутине муха, бьешься, еще больше запутываясь, твои глаза слепнут от темноты, твой слух предает тебя, оставляя в пустоте, поглощающей своих жертв. И ты в отчаянии еще сильнее сучишь руками и ногами, а где-то сидит паук, потирающий лапки, готовый тебя сожрать, уж слишком ты напитана страхом и отчаянием. Имя пауку тому Безумие. Хельга не пойдет против слова Винцензо. И он это знал.
- Волнуюсь.

Отредактировано Helga Reichard (2014-03-10 23:06:26)

+1

8

- Призраками мы станем, когда умрем, пока что слишком рано, - поцеловав женщину в затылок заметил итальянец. Умирать он не собирался и даже если начнется война с Гвидо, то у него прибавится причин для того чтобы в очередной раз выйти победителем из безвыходной ситуации. Таков был средний Монтанелли – скучавший без дел, которые не смог бы провернуть никто другой. И если его ярость после свадьбы с немкой немного поутихла, то гордость никуда не делась, более того, ей ничего не мешало преумножиться – о подобной женщине многие люди его профессии могли только мечтать. И только он мог смотреть на нее, не учитывая род занятий своей жены.
- Какая разница ждать меня в квартире или в машине? – поинтересовался Энзо. Он шел не на прогулку, а в логово зверя. Место встречи при любом неосторожном слове могло превратиться в кровавую баню, откуда живыми выйдут только счастливцы, половина из умрет уже за порогом, встретив счастливцев, с другой стороны. Он ехал не общаться с семьей, а предъявлять претензии и ставить условия. Он долго играл по правилам своего дяди. И попустительство того чуть не довело племянника до могилы. Терпеть такой порядок дел Энзо не собирался, ровно, как и бить в спину.
- Ты перестала в меня верить? – посмотрев в глаза своей женщины поинтересовался мужчина. Когда она волокла его по земле полумертвого она уже должна была понять, что итальянец не из тех, кто готов был сдаться. Его упорством мог похвастаться не каждый, а тех, кто сочетал его с умением мыслить и действовать в семьи практически не было. Оно и верно, любая организация должна разделять бойцов и мыслителей, в противном случае всегда найдется тот, кто решил, что более достоин кресла дона и найдутся те, кто его поддержит. Винцензо же наоборот, не боялся того, что все капо в случае схватки выступят на стороне Гвидо. Открытая конфронтация была выгодна дяде, он же предпочитал растворяться в городе перед тем, как нанести несколько точных ударов на которых все и кончится. Другой вопрос, что вряд ли кто-то в семье верит в то, что средний Монтанелли умеет действовать скрытно и это было еще одним козырем в его рукаве.
- В самом деле? – спросил мужчина у подошедшего немца. Будто бы он сам не догадывался, что его жена слишком ценна, чтобы ей рисковать.
- Прекратите оба, - не выдержал наконец Винцензо. – Никто не считает тебя взбалмошной и бесполезной, - снова коснувшись губами макушки девушки уверил ее подручный.
- Ты пригодишься мне, если тебя на той встрече никто не увидит, - утешил ее супруг. – Поблизости тебе делать нечего, - сказал итальянец, не желая больше возвращаться к этому разговору.
- Что касается вас, -мужчина осмотрел остальных пассажиров самолета. – Я никому не говорил, что будет легко. Я еду в Штаты не налаживать бизнес, я еду мстить о чем сказал каждому из вас. Потому, если кто-то боится рисковать – он может сесть на обратный самолет в аэропорту и вернуться к Фрицу. Потому что в Колумбии вскоре станет намного безопасней, - заглянув каждому в глаза поведал андербосс. Сейчас он напоминал генерала, собиравшего остатки своей армии для решающей контратаки.
- Не волнуйся, все обойдется, - пообещал Монтанелли. Он не знал какими потерями обойдется. Как и не знал, что ему хотят поведать на встрече. Но учитывая то, что никто не знал о его визите – вряд ли найдется много хороших новостей. Если Гвидо все же решится защищать своего капо, а так бесспорно будет, если он сам отдал приказ, то бесспорно так и будет, то у полиции в ближайшее время появится много работы.
«Нам понадобится не только оружие», - подумал про себя мужчина, когда шасси самолета коснулись взлетной полосы. За окном не было привычной для города суеты, все застыло, словно ожидая пока компания ступит за борт, отрезав себе все пути к отступлению.
- Пойдем, - улыбнулся мужчина. Он обещал Хельге день и собирался сдержать это обещание. Легкий ветер ударил в лицо. Вокруг по-прежнему царила тишина, нарушаемая только стуком ботинок по трапу. Сакраменто. Добро пожаловать домой.

+1

9

Повернувшись к нему, Хельга долго смотрела в его черные глаза, светившиеся сейчас теплотой и нежностью.
- Я верю в тебя. Как верю в то, что ты найдешь слова убеждения. Я горжусь тобой! Но ты же знаешь, что будешь там один против всех. Да, мое слово ничего не значит, Гвидо и слушать меня не станет, не смотря на наши с ним «отношения». Да и что я могу сказать? Что нашла тебя, что увезла и так же как и ты молчала, что ты жив, - положив ногу на его, легла на его грудь, - по закону штата жена не может свидетельствовать против мужа. Кажется, так звучит эта юридическая закорючка? А сказать твоим, что ты жив, значит стать свидетелем обвинения.
Слушая Энзо, Хельга смотрела на парней, в глазах которых читалась уверенность едва ли не в завтрашнем дне. Перебирая пальцы мужа, Хельга коснулась его кольца, медленно поворачивая то. Я надеюсь Гвидо, что ты не совершишь ошибки и удержишь своих церберов, давая одному выказаться, а себе выслушать. Уверена, вы искали след убийцы, но не представляете как далеки вы от истины. Она не знала из окружения мужа никого кроме Марго и Гвидо. Но и сказать, что девушка знала Омбру нельзя было. Скорее она бы поручилась за Гвидо. Но тут же улыбнулась своим мыслям. В нашем мире, каждый сам за себя. Волчьи законы. Одиночкой выжить проще, но и умереть быстрее тоже вероятность высока. Но так ты винить будешь только себя, никого более. И последние мысли твои при отхождении души из бренного тела будут не о том, Как и За что, а - Не сумел.
- Отвечу словами из русской сказки – Возьми меня с собой, я тебе пригожусь. Хорошо, не будем спорить. У меня еще есть время убедить тебя.
Едва шасси коснулись взлетной полосы, как раздался голос Мигеля:
- Улыбнись, Святая. Ты была Ангелом Фрица, ты станешь Ангелом нашим. Как я всегда тебе говорил – твое кредо быть светлой среди темноты колумбийских джунглей.
В ее кармане штанов тихо заиграл телефон. Чуть приподнявшись, вытаскивая, нахмурилась. Ее взгляд встретился с глазами Вильгельма. Повернувшись к мужу, ответила, нажимая на прием звонка:
- Да.
Сбивчивый голос назвал ей марку и номер машины, а также, что ключи в замке зажигания. Отпустив руку, не отрываясь взглядом от Винцензо, проговорила:
- Мигель, ты же знаешь, что неуверенность в голосе, торопливая речь выдает портрет потного лица, дрожащих рук. Напоминает кого-то?
- Продавшегося крысеныша.
- Точно.
- Информация к размышлению звонил мой поставщик оружия. Его мне Фриц когда то рекомендовал. Машина DODGE AVENGER, номер SF CHARM. Только вот с чего ему быть таким?
Замолчав, девушка поднялась с диванчика, собирая волосы под бейсболку, надевая очки от солнца, которого в Сакраменто было предостаточно. Закидывая рюкзак за спину, проследовала за мужчинами по трапу. Она заметила, как напряглись парни, как завертел головой Мигель, кладя руку на кобуру, как сжалась рука Герхарда на поручне лестницы, уже в другой руке держа револьвер, как остановились Винцензо и Вильгельм, тоже обнажив сталь. Тишина. На посадочной полосе чартеров всегда было тихо. Хельга остановившись позади всех, стоя чуть выше, также осмотрелась, но по привычке скользила глазами по крышам зданий. Проще было рвануть самолет как улитка двигающийся по полосе на разворот. Резонанс был бы одинаков. Только шуму чуть больше. Таможню прошли быстро. свои люди везде, что сокращает время на бумажную волокиту, да и досмотри кто-либо их, не откупились бы малыми суммами.
Подходя к стоянке, Хельга увидела машину, повернувшись к мужчинам, тут же была задвинута в середину процессии. Вперед пошел Герхард, двигаясь для своего роста словно тень, оказался возле автомобиля. Покрутившись, увидел мимо идущих работников аэропорта, присел. Что он делал видно не было. Четверо стояли возле стены, когда к ним вернулся мужчина.
- Такси, ребят. Хельга посидишь на коленях.
- Здесь не Колумбия. Водитель не согласится.
Но увидев деньги в его руках, Хельга улыбнулась. Конечно, в Америке все продается и покупается. Только договорись.
Вы знаете, что я жулик, а я знаю, что вы знаете, что я жулик, но в тоже время вы знаете, что я знаю, что вы…. Принцип «я обманщик, ты обманщик, весь мир сплошной обман» есть основа рынка. А таксисты столь жадны до звука хруста денег, что проблем не возникло.

Отредактировано Helga Reichard (2014-03-12 15:33:24)

+1

10

Время убеждения, кажется, прошло о чем итальянец прям о и заявил своей супруге. Пожалуй, только Винцензо мог вернуться для того, чтобы решить проблемы, от которых мог с легкостью убежать. Но это была еще одна ненужная черта доставшаяся ему от отца – порой он бросал вызов и действовал в открытую. Самоуверенность никого не доводила до добра. Кроме Энзо, который благодаря ней все же добился некоторых высот.
- Они мои настолько же, насколько твои, - посмотрев в глаза женщине парировал гангстер. В его лексиконе находилось много эпитетов, касаемо членов его семьи, но приличного, увы, ни одного.
- С твоим поставщиком мы разберемся чуть позже, - немного подумав сказал гангстер. Не хватало еще усыпать город трупами только сойдя с трапа самолета. Конечно, подручный любил громко заявить о своем присутствии, но сейчас был не тот случай, слишком рано выходить из тени.
- Не Колумбия, - кивнул Винцензо. – И именно поэтому он и согласится, - сказал итальянец и увидев ухмылку на лице одного из сопровождающих добавил: «Будешь скалиться – возьму на колени тебя», и парковка огласилась сдержанным, но все же хохотом. Водителей у аэропорта, благо, была тьма и найти такси было несложно. Вломившись дружной толпой в первую попавшуюся машину гости из Колумбии заранее рассчитались, отмахнувшись от комментариев по поводу счетчика и двинулись по указанному адресу. Дорога выдалась весьма спокойной, если не учитывать слегка растерянное лицо Хельги, который, похоже не приходилось сидеть на коленях в общественных местах. Притом ни в детстве, ни в юности, ни в зрелом возрасте. Наконец, такси добралось до места сбора сопровождающих, которые такой же дружной толпой покинули автомобиль, оставив молодоженов наедине друг с другом. Слазить с коленей немка не торопилась, да ее никто и не пускал. Несмотря на ворчание темнокожего водителя путь пара продолжила в объятиях друг друга, Вскоре машина достигла и их адреса, водитель удовлетворенный предварительной оплатой не стал требовать чаевых, разве что утаивая что получил минимум пять долларов сверх нормы.
- Что ж, веди, - пожал плечами мужчина, вооружившись сумками из багажника. Он был в ее квартире лишь однажды – леди Рейхарт любила ходить в гости сама, но весьма неохотно принимала гостей.
- Ничего не поменялось, - улыбнулся мужчина оказавшись внутри владений своей супруги. Кругом чистота, порядок, видимо женская холостяцкая квартира слишком отличалась от мужской. Если не брать в расчет Крис Санчез, которая была мужчиной больше, чем некоторые члены семьи Торелли.
- Уютно аж жуть, - усмехнулся мужчина, бросив сумки на пол, судя по металлическому звуку и неудовлетворенному взгляду Хельги – одной из сумок была набита оружием.
- Не ругай инвалида, - нагло заявил итальянец и устроился в кресле в гостиной. Квартира была неплохо обставлена, но по сравнению с апартаментами итальянца – менее броско. Не было здесь шика, мебели на заказ да и тона были светлей, принося в квартиру нечто теплое, комфортное. Если пентхаус Энзо можно было назвать разве что квартирой, то жилище Хельги вполне могло зваться домом.
- Давай закажем пиццу, я знаю один неплохой ресторан, - предложил гангстер. Стоять у плиты ему совершенно не хотелось, а отправлять свою женщину в магазин – тем более. Самому ему светиться не стоило – еще не хватало встретить Френка с семьей в мясной лавке.
- Иди ко мне, - протянув руки к Хельге мужчина дождался пока та снова окажется у него на коленях и запустив руку в волосы поцеловал ту в лоб.
- Не волнуйся. Скоро все решится. Пара недель, - мягко сказал он, глядя в ее задумчивые зеленые глаза. Он никогда не спрашивал о ее связях с Гвидо, решив однажды что та при желании расскажет сама.
- А сегодня я полностью в твоем распоряжении. Сейчас закажем пиццу, чего-нибудь еще, - достав мобильный, купленный немкой в Боготе произнес итальянец.
- А потом я буду тебя кормить. Возможно с рук, - добавил он набирая номер и целуя руки девушки, притом целуя так увлеченно, что отвлекся только после второго возгласа из мобильного.
«Вот нетерпеливые».

+1

11

Свернуть упрямого это значит совершить подвиг. Но если ты любишь такого, твоя задача усложняется в несколько раз. И чья возьмет – даже вершителям всевышним неизвестно.
Услышав слова мужа. Хельга сжала его руку, потянула его к себе:
- Прости, но тебе не кажется, что у тебя проблемы более значимые. Оставь его мне. Все-таки я знаю этого человека как-никак. Энзо, - подняла на него глаза, девушка шла рядом. На дорогу смотреть ей было не обязательно, впереди вышагивающие мужчины как маяк для периферического зрения указывали дорогу. – Без меня не предпринимай ничего.
Рейхарт не привыкла перекладывать свои проблемы даже на брата, не говоря уже про мужчину, который стал для нее едва ли не звездой на небосклоне жизни. Высокие слова, да? Но по-другому точно для себя даже Хельга не может сказать. Трудно все таки ей понять, что она не одна, что Он ее стена, защита, поддержка. Да что уж там. Хельга боялась стать простой, серой тенью, которая появляется лишь в солнечную погоду. За месяц она научилась чувствовать много из того, что ей как «роботу» не было свойственно априори. И все накатами, столь мощно, только успевай выплывать, глотать воздух, и опять скрываться в пучине эмоций. Но как только она брала в руки винтовку или револьвер, то словно исчезала та новая Хельга Рейхарт.
Что что, а шутить ее муж умел, столь колко и тонко.
- Ребята, тогда я впереди сяду, а вы там поделитесь.
Повторный взрыв хохота разрядил обстановку. Со стороны четверо мужчин, представительного вида, а идут и подталкивают друг друга. Хельга улыбалась подходя к машине. Как они поместились она не поняла, но всю дорогу смущаясь головой пролежала на плече Винцензо, скрывая свое румяное лицо. До дома они добрались достаточно быстро, видать водитель быстрее хотел от них избавиться, боясь, что они передумают и заберут у него сверх полученную им сумму.
Перекинув рюкзак на спину, они стояли перед ее домом.
- Как же давно я здесь не была.
Идя чуть впереди, доставая из кармана куртки ключи, открыла мужу дверь, пропуская вперед, поездка на лифте тоже прошла в молчании. Облокотившись о стенку кабины, Хельга не сводила глаз с мужчины, даже не заметила, как дверцы открылись. его кивок в сторону выхода, и девушка улыбнувшись вышла, открывая дверь в квартиру. Остановившись на пороге, огляделась. Легкая пыль виднелась на мебели – это единственное, что изменилось здесь за месяц.
- Менять было некогда, да и некому, если открыть дверь в комнату, то возле шкафа стоит сумка, в которую я едва успела бросить пару комплектов белья, как ты не ответил на звонок. А потом все закрутилось.
Звук металла брошенного на пол, заставил ее скривиться:
- Энзо! Никогда не поступай так с тем, что спасает нас. Инвалид, просто оригинальное наименование себя, - улыбнулась, ставя рюкзак возле стены, сняла куртку, отправляя ее на вешалку. – У нас ничего нет из еды.
Кивая, согласилась с его предложением. Как бы спокойно не прошел полет, они все же слегка были уставшими. Каждый из них находился в состоянии боевой готовности, решая свои задачи, пытаясь найти свое решение, чтобы оно помогло на все сто, чтобы она и он совпали в решении и результате.
Присев к Винцензо на колени, сразу оказалась в замке его рук, столь надежном оплоте.
- Пара недель для чего? – посмотрела на него, - я надеюсь, что уже после собрания будет ясно кто, что, кого и когда. Энзо, за пару недель мы сойдем с ума от неизвестности, мы столько планов разработаем, ведомые сумраком ситуации, что можно открывать курсы « Как избежать пули от родственников, или Двое против всех».
Казалось, она переживала больше чем он. Винцензо знал то логово куда пойдет, Хельга же знала лишь одного Гвидо, да и то у нее не было к нему претензий. И вся эта ситуация никак не укладывалась в ее голове. Как можно так поступить с родным для тебя человеком. Возможно для Хельги это было более неприемлемо, так как потеряв все в жизни, она не ожидала подарка судьбы в лице Эрхарда и дяди. И не смотря на властную позицию брата в отношении нее, ее безопасности, Хельга никогда бы не допустила мысли о вероятности причинения ему вреда. Она извернулась, но нашла бы выход. А тут…
- Ты ошибаешься, - проводя рукой по его щекам, улыбнулась, - ты мой навсегда.
Она чувствовала как Энзо расслаблялся от напряжения перелета. Эти жадные поцелуи ее рук будто подначивали девушку. Наклонившись, стала целовать его шею, слегка покусывая, улыбалась, чувствуя, что муж с придыханием делает заказ, едва сдерживаясь, чтобы не откинуть телефон. Посмотрев на него, Хельга улыбнулась, посылая воздушный поцелуй, прошептала:
- Две пиццы большие. С двойным сыром и ветчина с грибами.

Отредактировано Helga Reichard (2014-03-15 18:06:10)

+1

12

- Хэй, это просто жестянки, просто куски железа, - обняв женщина заявил итальянец. Он не собирался спорить по поводу оружия, признавая, что для нее оно может быть чем-то большим, чем инструментом отнимающим жизни.
- Я просто… не знал, что там, - пожал плечами мужчина. Что бы не лежало в сумке – уложено оно было грамотно, никакого звона и бряканья.
- Хельга, - одернул ее мужчина после того, как речь зашла о мыслях и невозможности ожидания. – Все будет хорошо, успокойся, - поцеловав ее в лоб добавил итальянец. Сам он знал, что хорошего развития ситуации ждать придется вряд ли. Ему был оважно сохранить в живых как можно больше своих людей и не потерять Хельгу по итогу этой войны.
- Тебе это, наверное, кажется глупым ребячеством? – спосил мужчина, откидывая прядь волос с ее лба. Он сам в глубине души осознавал глупость своего поступка. Но прошлые привычки не так легко исправить. А потому он пойдет и сделает то, что должен.
- Конечно твой. Кто еще согласится на то, что связать жизнь с таким безумцем? – улыбнувшись поинтересовался Винцензо. По сути вопрос всегда обстоял иначе и сам итальянец не хотел связываться с кем-то дольше чем на пару месяцев. С леди Рейхарт же ситуация обстояла иначе. Она не спрашивая разрешения ворвалась в его жизнь и прочно там обосновалась. И такая наглость была итальянцу по нраву.
- Моя женщина проголодалась? – спросил он, обнимая ее за талию и едва не выронив телефон. Заказав две пиццы, которые она просила итальянец заказал себе одну с оливками. В конце концов такую мелочь новобрачные могли себе позволить. В силу отложенного медового месяца.
- Если мы не остановимся, то курьеру придется ждать до завтра, - усмехнулся мужчина, ловя ее губы своими. Сколько в этой женщине было ледяного спокойствия столько в ней было и страсти, когда ее ледяная маска падала с лица. Сейчас он был готов поклясться, что слышал, как та самая маска шумно разбилась об пол. 
-Хотя и черт с ним. Они все равно постоянно опаздывают, - улыбнулся мужчина, освобождая женщину от верхней одежды. Сколько-то времени прошло до того момента когда та же судьба постигла и нижней одежды, и белья. Некоторое время Энзо просто любовался женщиной, но долго ее лицезреть ему никто бы не позволил. Вместо этого вихрь унес их куда-то далеко. Мужчина только и успевал ловить себя и возвращаться к реальности от стонов своей возлюбленной в той или иной позе. Она была горячей как ствол АК после нескольких расстрелянных магазинов. И столь же поразительной как одна из этих очередей. Уже минут через двадцать мужчина окончательно сбил дыхание. Он совершенно запутался в том что за чем следовало. То женщина гордо восседала на нем сверху, то упиралась руками в кресло, стоя к нему спиной. Во рту пересохло, а желания останавливаться все не возникало. С этой женщиной в такие моменты подручный чувствовал себя одичавшим зверем, а той, похоже, это нравилось. Наконец какое-то время спустя они оба рухнули в то самое кресло, Хельга снова оказалась на коленях у мужа, который ласкал ее обнаженное тело, а второй рукой гладил по волосам.
- Я пойду встречу курьера, - сказал вдруг мужчина и поцеловав Хельгу в затылок поднялся с кресла вместе с ней. Натянув брюки он предпочел привычной рубашке темную спортивную кофту супруги, которая была ему слегка маловата. Впрочем, его это не слишком печалило, закатав рукава и надев на голову капюшон мужчина сунул в карман пистолет и вышел из квартиры.
Разумеется, курьер был не единственной причиной его отлучке. По дороге из аэропорта он успел позвонить Карлосу, который сейчас ждал его на другой стороне квартала. Диалог со своим доверенным человеком у подручного занял не больше пяти минут. Примерно на том же месте итальянец встретил курьера и возвращался домой уже с тремя коробками пиццы и парой больших кружек кофе, обильно приправленных сливками. Дома его ждала немка, которая уже успела надеть его рубашку как, возможно, единственный элемент одежды, вызвав крайне довольную улыбку своего супруга.
- Пойдем есть, - пытаясь вспомнить где в этом доме кухня позвал итальянец. Вернув кофту на место он отправился вслед за женщиной и скрыв первую коробку снова притянул к себе жену.
- Открывай рот, - с крайне довольным видом призывал подручный. Как только ее губы разомкнулись их коснулся кусок теплой пиццы. Винцензо всегда держал слово.

+1

13

Улыбаясь, выпрямившись, смотрела на мужа, приковывая его взглядом к себе, вольготно разгуливая пальцами по вороту его рубашки.
- Ну судя под стуку твоего сердца не я одна, - коснулась рукой его губ.
Хотелось постоянно забирать от жизни все. Его прикосновения, шепот, каждую минуту рядом, даже когда оба, сидя на диване, читая каждый свое, они были «рядом». Улыбнувшись промелькнувшей картине из колумбийского недавнего прошлого, девушка, склонив голову набок, потянула резинку, освободила волосы, которые легкими волнами упали на плечи. Тогда, в один из дождливых вечеров, после изнурительной тренировки, отведав очередной шедевр кулинарии,  сделанный руками ее тогда еще женихом, они устроились в гостиной. Поняв, что ноутбук вновь отвоеван Винцензо, Хельга пробежавшись по двору, укрываясь плащом Эрхарда, нырнув в свой подвал, перенесла в дом несколько чертей и записей. Сев на пол возле его ног за низкий столик, не замечая, что использует его ноги как спинку, то облокачивалась на них, то вновь наклонялась над своей загадкой. Как оказалось, Энзо, отложив книгу, сидел и смотрел на то, что она выводила и рядом расписывала расчеты. Хельга заметила его интерес только тогда, когда на ее чертеже появилась тень от движущейся его руки, и мужчина пальцем указал на то место, где она могла бы провести виток в стволе. В ту ночь в они еще долго не уходили к себе. Он переполз на пол, садясь рядом, а она, устроившись меж его ног, показывала и объясняла те места, что он не понимал, зачем вообще нужно это. Хельга была ему благодарна за понимание ее увлечения, что не называл он это ерундой, что зачем все усложнять, когда можно работать уже готовым оружием.
- А ты жаждешь остановиться? – прильнув к его шее, расстегивая рубашку. Иногда она ненавидела этот предмет одежды мужа с его мелкими пуговками. Сколько таким дорогих вещей она порвала, десять-двадцать? С таким мужчиной трудно совладать с собой, когда от одного его плотоядного взгляда в ней рождалась пума, готовая «прыгнуть» и получить свое, отдаваясь ему вся и без остатка.
Вокруг летала одежда, торопливо в танце страсти снимаемая ими. Хельга плавилась под его ладонями, словно драгоценный металл в руках ювелира, который знал, что хотел видеть от игры своих рук. В комнате полились звуки соприкосновения тел, хриплые голоса, заглушаемые краткими поцелуями. Если бы можно было посмотреть на них через спектр, определяющий тепло, то наверняка он перестал бы работать от такой жары, что исходила от мужчины и женщины, которые едва успевали понимать мысли друг друга, подчиняясь языку тел, оглушая стонами так долго пустовавшую квартиру. Хельга едва понимала себя, доведенная мужем до предела, как он, ускользая от нее, теряя на мгновение связь, вновь ввергая ее в пучину страсти соприкасаясь с ней. Резкий вскрик женщины, и они оба, тяжело дыша, буквально свалились в кресло, которое едва не развалили на части. Им надо было почувствовать не только, что они рядом, нужно было забрать большее.
- Угу, - только и смогла ответить Хельга, когда ее муж аккуратно усадил в кресло. Запустив пальцы в волосы, девушка прикрыла глаза.
Услышав щелчок замка ручки, Рейхарт встрепенулась. Посмотрев на свои вещи, улыбнулась Что-то осталось целое. Натянув рубашку Винцензо, на ходу собрала свой костюм и белье, отнесла все в ванну. Вернувшись, присела возле сумки с оружием. Ей претила небрежность, которую некоторые проявляли к нему. Хотя у каждого был свой способ «общения» с тем, что помогает ему зарабатывать. Ведь некоторые грызут кончики ручек и карандашей, и от этого соглашения, договоры как писались, так и пишутся. Кто-то может забыть осмотреть свой станок, двигатель, надеясь на исправность оных. Но с оружием так нельзя. Оно требовало постоянного присмотра. Это как, чтобы собака не наделала тебе в тапочки – выведи ее. Так и тут, чтобы «клиент» всегда был мертв, ты должен подготовить эту «гарантию» ему.
Выглянув из-за угла с прикладом в одной руке и ствольной коробкой в другой, пожала плечами, будто извиняясь, положила части винтовки на тумбочку, и повела «заблудившегося» мужчину на кухню. Пока Винцензо распаковывал пиццу, девушка вымыла руки от испачкавшей ее смазки, слегка повернувшись, как ее притянул к себе муж:
- Ну, я не маленькая, - улыбаясь, слабо сопротивляясь, ответила она, но видя, что Энзо не уступит, присела на его колено, ухватила кончик кусочка, со стоном откусив, прикрыв глаза, наслаждалась вкусом.
Почувствовав как он дразня водит по ее губам пиццей, как растопленный сыр оставлял на них  жирный след, облизнувшись, откусила еще. Посмотрев на мужа, Хельга открыла ту коробку, в которой лежала заказанная для него итальягкий «хлеб», принялась кормить Энзо.
- Да, да, открывай рот, а то так не интересно, - засмеялась она, ловя его губы, следуя куском за ними. Ухватив его за подбородок, повернула к себе, - скажи А, не будь противным.
Сколько всего было сейчас в этой когда-то хмурой девушке, отвернувшей от всех, жившей по своим законам. Но с появлением этого мужчины, «порвавшего» ее закон жизни, показав всю красоту обыденности, научив улыбаться. Ведь именно он первый услышал ее смех. Она ожила. И за это готова кусаться, царапаться, но отвоевывать, не подпускать тех, кто может вновь сделать ее жизнь серой.
А на кухне двое словно дети дурачились.

Отредактировано Helga Reichard (2014-03-17 17:10:47)

+1

14

- Не маленькая она, а отвернись на минуту и опять наестся своего соевого мяса, - передразнивал мужчина, наблюдая за тем как жена расправляется с куском заказанного ей лакомства. – Еще бобов найдет, - добавил он слегка передернувшись, первый обед в доме Фрица он запомнит надолго. Притом не столько из-за блюд, сколько из-за теплого приема.
- Я один из главных преступных элементов в городе, я могу сам… - договорить хвастливому итальянцу не дали – у него во рту тут же оказался кусок, притом в этом не было ни той нежности, ни мягкости, с которой он кормил супругу. Ему просто запихали кусок в рот, видимо, окончательно потеряв терпение.
- Никакого уважения к чужим заслугам, - усмехнулся он, когда закончил жевать. От новой атаки куском пиццы он умудрился уклониться, правда ценой этому был прилипший на лицо кусок колбасы.
- Что ты творишь? – стряхивая еду с лица и глядя в глаза Хельги поинтересовался мужчина. Отобрав у нее еду он снова влез в ее коробку.
- Смотри как надо, - предложил он, снова коснувшись пиццей губ немки. – Нежно, любя, чтобы сердце радовалось, - наставительно говорил он по мере того, как кусок в его руке все уменьшался. Под конец мужчина прошипел и отдернул руку.
- Не так энергично, - рассмеялся он, проводя ладонью по укушенному пальцу.
- Хватка, как у пантеры, - покачав головой добавил подручный и бесцеремонно прильнул жирными губами к шее своей суженой.
- Иди сюда, хищница, - притягивали женщину за шею, упустив возможность запустить руку в волосы. На ее губах еще остался вкус плавленого сыра и ветчины, от него пахло оливками, напоминавшими об аромате его итальянской родины. На которой он никогда не был. Сделать жизнь своей возлюбленной серой не дал бы и сам Монтанелли. Как бы он не отмахивался от своей фамилии, он пока не мог перестать себя ассоциировать со своим дядей и его братом, который по странной случайности оказался отцом Винцензо. Сейчас он спрашивал себя о том, стоило ли мстить за смерть человека, который сам виноват в своем несчастии? Пожалуй, на месте Доминика подручный бы сделал то же самое. Один раз он слепо пошел на поводу у кодексов семьи и тут же жестоко за это поплатился. Ну что ж, настало время покончить и с кланом, и с его устаревшими устоями. Задумавшись об этом мужчина стащил еще кусок плавленого сыра прямо с губ своей супруги, задумчиво его пережевывая.
«Странный прием пищи», - не без удовольствия отметил про себя гангстер. Женщина умудрилась не только оказаться рядом, когда он исполнял дело всей своей жизни, но и ловким движением руки проверенного шахматиста сама стала этим смыслом. Только сейчас андербосс задумался о том, что если бы она не пришла спасать его на кладбище – лучше бы он остался там – в луже крови, забытый всеми, как и его отец. Как еще один неудачник, не дотянувшийся до звезд. Так бы, пожалуй, даже было проще. Теперь он должен был бороться. Впрочем, вся жизнь Винцензо была одной сплошной битвой или войной. И судя по тому, что подручный пока что был жив – воевать он все-таки умел. Что и собирался продемонстрировать.
- Наелась? – спросил он у женщины, которая сейчас напоминала довольную кошку, удобно устроившуюся головой на его плече. Пожалуй, для полного сходства с образом не хватало только удовлетворенного мурлыканья.
- Для безжалостного киллера бы слишком нежная, - заявил мужчина, вставая со стула подхватил ее на руки и понес в спальню. Положив ее на кровать подручный упал рядом, предварительно кинув в непонятном направлении ее спортивную кофту. Как ни странно, та упала даже слишком аккуратно, приземлившись на стул.
- Пожалуй, я привяжу тебя к кровати. И буду выпускать из спальни только по очень веским причинам. Иначе ты опять пойдешь кого-нибудь убивать и пропадешь недели на две, - поцеловав жену в лоб заявил Монтанелли. Оставалось только гадать был ли он в этот момент серьезен.
- А так, научу тебя готовить. Будешь ждать меня дома и станешь идеальной женой, - улыбнулся мужчина. В это он и сам мог поверить с трудом и то только после длительного самоубеждения.
- Хотя, ты и так идеальна, - в доказательство он снова прильнул к ее губам.

+1

15

Она будто опьяненная им, его улыбкой, руками. Столь необычное поведение для Винцензо было и для него и для девушки в новинку. Говорят же, что каждый меняется, приобретая в сердце нежное чувство, имя которому Любовь. Они оба были как зачерствелые кусочки батона, которые все таки по милости хозяйки Судьбы окунула их в теплое молоко, давая тем самым стать мягкими, понять тонкость приобретаемого и ценность друг друга.
- Я кормлю тебя, а ты мой главный элемент моего мира… - и промахнувшись, прикрыла ладонями улыбку, содрогаясь в смехе от «накормленной» щеки мужа, - накормлен по полной программе.
Положив голову на кулак, приоткрыла рот, откусывая очередной кусочек нежнейшей пиццы, не отрываясь, смотрела на Энзо, кивая толи от удовольствия от вкусной лепешки, толи от его нежности. И незаметлив, как чуть подавшись вперед вместе с хлебом, укусила его за палец.
- Оно и так радуется у меня, - и вздрогнув от произошедшего, виновато улыбнулась. – Пума. Как у пумы. Энзо, ай, - сжала плечо, не успевая закрыться от его губ, - у тебя жирные губы. Ну вот…
Взяв полотенце, аккуратно провела по щеке мужа, снимая кусочки сыра со щетины. Откусила еще кусочек пиццы, на котором оказалось много сыра, который растянувшись, чуть повис на ее губах, чем тут же воспользовался муж. Хельга задумчиво, словно чувствуя, что Винцензо тоже сейчас не с ней, посмотрела будто сквозь него, вспоминая свой первый одинокий ужин в этой квартире, которую только купила. Тогда ей казалось сидеть одной и методично отправлять в рот очередную порцию овощей, сидя в полумраке стен, обволакиваемая тишиной, это так и положено, так должно быть. Ведь ей было уютно в своем мире одиночества. То теперь, девушке вновь и вновь показывали, чего была она лишена. Нет, не лишена. Оторвана, сделанная слепой обстоятельствами жизни, загнанная в рамки убийцы едва выйдя за забор конструкторского завода. А теперь, свободная, любящая и любима, Хельга Рейхарт брала от мира все, не расплачиваясь с ним. Он должен ей был в стократ больше.
Устроившись на его плече, пальцами выводила видимые только ей узоры на его руке, девушка думала о предстоящем. Но мысли путались. Хельга понимала, что он не хочет ее потерять, зная, что если даже она будет на улице (но ее никто не увидит, слишком топорно работают те, кто привык под пиджаком умещать едва ли не автомат, привыкшие только и крутить головой в поисках противника, но только на уровне своих глаз, даже иногда под ноги не смотрят) едва заслышав выстрелы, окажется там. И не дай бог ей увидеть мужа раненого. Но сердцем, которое ныло от всех этих раздумий, твердило одно Ты должна быть рядом с ним. Ты можешь не успеть, если что-то начнется. Но муж научил ее верить ему. Хотя Хельга и повторяла ему «Береги себя».
- Я влюбленный киллер, это раз. Два, я не на работе.
Очутившись на кровати, принесенная его заботливыми руками, лежала на подушке в ореоле своих волос, смотрела на мужчину.
- Ты же не серьезно. А вот на счет привязать…. – задумчиво оглядела комнату, хитро улыбнулась, поворачиваясь, встречаясь с его потемневшим взглядом, который лучше всех слов говорил ей о том, что ее муж сгорает внутри от желания. И в подтверждение, девушка целовала его с первобытной жадностью, будто не было между ними ничего час назад.
Чуть надавив на его плечи, перевернула Винцензо на кровать, восседая на нем, отвела руку от себя. Чуть наклонившись вниз, сдернула тонкий шнурок, который держал привязанным под планкой кровати прикрепленный револьвер, упавший тут же с громким стуком о паркетный пол, ловко сделала петлю, надевая на его кисть под недоуменный взгляд мужа, перекидывая конец плетеной веревки через гредушку, закрепляя. Видя, что мужчина готов возмутиться, приложила к его губам палец. Рванув его рубашку внизу, которая все еще была на ней, Хельга оторванной материей привязала вторую руку его к кровати.
- Ты так видел? – тяжело дыша, спросила Хельга, наклоняясь над его лицом, облизывая пересохшие губы, чувствуя, как он, двигаясь, прижимался к ней.
Прогнувшись, поднялась над ним, все еще прикрытая рубашкой от его жадного взгляда, еще больше потемневшего. Она видела как он дергал руками, едва не рыча от недосягаемости ее тела, как она лишала его владения всем: собой, ситуацией. Привыкший к контролю внезапно его теряет, оставаясь один на один со столь серьезным соперником, да еще и таким соблазнительным.
Медленно погружаемая в сумрак комната, слабыми тенями играла на телах двоих, увлеченных пламенем «адова пекла», пожиравшего их, отражающемуся их голосах, ее стонущем шепоте, его тихом рыке. Хельга была «больна» Винцензо, вирусом его тела, стуком его сердца, немногословностью его, но столь «говорящим» взглядом. В этот раз ничего не было спасено из одежды, ведь хищница выпущена на волю. Она обладала им, затуманенная «властью», ставшая для нее едва ли не потерей себя, как лишь уловила треск ткани, как уже оказалась….

Отредактировано Helga Reichard (2014-03-19 01:07:31)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Возвращение домой