Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » - ты - моя точка опоры;


- ты - моя точка опоры;

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

[мне только с тобой рядом легко]

S c a r   &   R o o n e y

http://s8.uploads.ru/hNd8w.png

Одна ночь, один разговор, одна дружба на две судьбы.
Пентхаус Скарлетт, 25 декабря, Рождество.


Моя эмоциональность – мой порок.
Угольки эмоций постоянно тлеют.
Стоит дунуть ветру какого-либо события,
они разгораются и могут обжечь окружающих. (с)

Отредактировано Hannah R. Larkin (2014-03-11 01:52:48)

+1

2

Бог не дает вам людей, которых вы хотите.
Он дает вам людей, в которых вы нуждаетесь.
Они причиняют вам боль, любят, учат вас, ломают вас,
чтобы превратить вас в того,
кем вы должны
быть.

С каждым днем моя жизнь все сильнее и сильнее окрашивалась в серые тона красок. Я потеряла счет времени, каждый день был похож на предыдущий, и с одним и тем же настроением я открывала глаза по утрам.
Тусклые лучи света проникали сквозь дорогие кашемировые занавески, а я уже в третий раз ставлю на паузу будильник, бесцельно дрессируя белоснежный потолок прямотой карих глаз. Мне некуда спешить, но раз за разом я встаю ровно в семь, чтобы заполнить свой ничтожный день бесполезными занятиями. Обычно, я прибиралась, готовила, занималась хозяйственными делами, словно драя паркетные полы и отмывая засохшие пятна от масла на кухонной плитке – я смогу смыть и плохие воспоминания из своей головы, а главное, это въевшееся в душу чувство одиночества.
Вот и сегодня, открыв глаза, когда настольные часы показывали всего-то шесть-пятнадцать, я с острой болью в груди ощутила, что мне даже некому пожелать доброго утра, некому улыбнуться, некого обнять и ощутить простое человеческое тепло рядом. Словно тень, поднимаясь с кровати, бесшумно касаясь носочками холодного пола. Ищу тапки, зарываюсь в тонкую ткань домашнего халата, спешно расчесываю белокурые волосы и, наконец, смотрю на себя в зеркало.
В отражении на меня смотрела совершенно незнакомая девушка, темные синяки под глазами, говорящие об очередной бессонной ночи, усталый и пустой взгляд, как символ того, что происходит у нее на душе.  Я скорее напоминала себе замученную героиню фильма ужаса, чем некогда прекрасную и богатую девушку, какой видят меня окружающие со своим стереотипным мышлением. Что из себя представляет Скарлетт Браун? Зазнавшаяся богатейка, которая удачно вышла замуж и живет припеваючи ни в чем не нуждаясь. Ее любят, ее манерами восхищаются, вокруг нее всегда куча поклонников и приятельниц, но у меня только один вопрос – где все это сейчас?
Мой брак оказался ничтожной ошибкой, человек, в лице которого я видела свое будущее, отверг меня и унизил. А что на счет моих подруг – они не на долго задерживаются около меня. Вспомнить хотя бы Ширли, что научила меня доверяться людям и впускать их в свое сердце. Я впустила ее, и тут же потеряла в Новогоднюю ночь, когда случайный прохожий вдруг решил, что я не достойна иметь такого замечательного друга. Затем в моей жизни появилась Шерил с ее легкостью и простотой, с которой она смотрела на жизнь. Нас связывало много падений и взлетов, предательств и случайных доказательств действительно крепкой дружбы. Спросите, куда делась она? Вернулась в родной город, и с каждым днем ее звонки становятся все реже и короче. Наши дорожки разошлись, а мы обе совершенно не умеем поддерживать дружбу на расстоянии.
Сейчас у меня осталась только Руни и это постоянное преследующее меня чувство ненужности и негодности. С ней я не чувствовала себя особенным и близким человеком, понимаете? Каждый раз, когда мы выбирались из дома, когда я с любопытством расспрашивала ее о личной жизни, о прошлом, о семье, я не волей начинала задумываться о том, а была ли бы эта девушка рядом с тобой, будь у нее была альтернатива. Что если она дружит со мной, только потому что ей больше некуда идти?
И в такие моменты мои интерес притуплялся, я словно старалась притормозить свой порыв оказаться для человека не случайным прохожим, свой порыв доказать, что мне не все равно, что мне есть дело до любой из ее порой глупых и надуманных проблем. Но я лишь та, кто всегда возьмет трубку, всегда окажется рядом, вовремя протянет руку помощи и ничего не попросит взамен. Меня устраивала такая роль, но иногда мне тоже хотелось иметь надежного и любящего друга подле себя. А Руни… Я не думаю, что моя жизнь и проблемы были ей хоть немного интересны, и знаете, мне не хотелось нагружать ее против воли. Да и я привыкла справляться со всем одна. Ни родственников, ни друзей, ни даже домашних животных – мое постоянное окружение – мое собственное одиночество. Лишь изредка окружающие меня люди давали мне знать о своей нужде во мне.
Вот и сегодня, в Рождественский вечер, который я проводила за глажкой постельного белья, мой телефон зазвонил, поражая меня своим настойчивым звучанием. Я встрепенулась, неуклюже добираясь до трубки и притягивая ее к своему лицу. И слышу голос, ее голос, взволнованный и встревоженный.
- Хорошо, я скоро буду, никуда не уходи оттуда, слышишь? -  Я не стала задавать лишних вопросов, во первых, не была уверена, что мне позволена такая вольность, во вторых… не хотелось услышать типичный для Руни, ничего не значащий ответ, что лишь в очередной раз бы доказал мою никчемную роль в ее жизни. Она всегда так делала, либо кидала в мою сторону пустую и бестолковую фразу, либо уходила от разговора, прикрываясь делами, усталостью или желанием поговорить о чем-то другом. Порой, эти отказы меня оскорбляли, но со временем я научилась с ними справляться и не навязываться.
Я спешно собиралась, уговаривая себя и внушая, что с ней не случилось ничего серьезного, хотя сердце в груди с молниеносной скоростью отсчитывало удар за ударом. А что, если я не успею? Кто мог так сильно обидеть ее? В ее голосе звучало отчаяние, так неприсущее моей светлой девочке. Намного чаще я слышала равнодушный и сухой тон, а сейчас ее голос звучал влажным. Именно влажным, словно недавно она плакала.
Уже через двадцать минут я оказалась на нужном месте, оставляя машину на сигнализации и практически бегом отправляясь на поиски своей подруги. Найти ее оказалось не так уж сложно, она уныло сидела на скамейке, ее лицо не выражало никаких эмоций, словно статуя, что вечно смотрит в пустоту перед собой. Покажется странным, но это заставило меня облегченно вздохнуть. С ней все в порядке, нет ни намека на то, чтобы ее били, ранили или издевались. Никого рядом нет, лишь Ханна и ее ничего не отражающее лицо.
- Руни? – аккуратно укладывая ладонь на ее плечо, я постаралась обратить на себя внимание. С ее лазурным взглядом ко мне пришел и этот привычный холод, которым веет каждый раз, когда я пытаюсь стать для нее ближе. Удивительно, насколько можно быть далекими друг от друга людьми, при этом держась за руки.
Я вяло улыбнулась, помогая ей подняться на ноги. – Извини, что так долго, ты давно тут сидишь? Поехали, я отвезу тебя домой. – Немного замявшись, я добавила – Можешь переночевать у меня, если не хочешь туда возвращаться.
Не знаю, что с ней стряслось, ее мысли, ее ощущения и размышления всегда были для меня тайной под семью печатями. Мне не было входа в ее голову, она не пускала меня к себе, не делилась переживаниями, размышлениями, и от этого было невыносимо тоскливо. Но не сейчас, сейчас я не хотела думать об этом, сейчас меня больше волновала моя способность помочь ей выйти из этого состояния, поддержать, вернуть слабую улыбку на прекрасное, так любимое мною, лицо.
- Пошли, закажем роллы на дом, я все равно ничего не планировала на рождественский ужин. -  Да, ни посиделок с семьей, ни лживых банкетов в обществе своего мужа. Хотя я отправила ему поздравительную открытку, не знаю правда, зачем. То ли хотелось обратить на себя внимание, то ли дать понять, что мне не все равно. Наши отношения с Брауном были слишком запутанными и непонятными, хотя так можно назвать все мои отношения с посторонними людьми. Дружба с Руни, роман с Митчеллом, брак с Максом… Может я просто не создана для социума, для того, чтобы делить свои дни с другими людьми. Меня воспитывали как затворницу, был ли смысл сейчас, в более осознанном возрасте, пытаться это исправить. И стоит ли искать причины в ком-то другом? В ветрености Макса, или же в скрытном характере Руни. Вряд ли они виноваты, виновницей всех наших бед и недопонимании всегда буду только я.
Наконец, мы оказались на обочине, где я оставила свою машину. На лобовом стекле уже красовался штраф за неправильную парковку, в очередной раз доказывая мое громкое звание самого главного неудачника в городе.
- Как достали эти бумажки. – Рывком сдираю квитанцию и устраиваюсь на водительском сидении, включаю радио, но тут же выключаю, посчитав веселенькую музыку совершенно не кстати. Завожу автомобиль, вырываясь из объятий крупного парка, отдаваясь в бесконечный поток машин. – Хочешь, просто покатаемся? Я могу узнать, что у тебя случилось? – Именно такая формулировка показалась мне наиболее подходящей для наших с Ханной дружеских отношений. Позволит ли она мне побыть для нее другом, узнать о ее проблемах, да просто выслушать, или же я как и прежде буду лишь тем, кто молчаливо отвезет куда нужно и согласится созвонится в будущем.

+3

3

[mymp3]http://ato.su/musicbox/i/0314/cc/872979.mp3|:*[/mymp3]

пока ты спишь, я здесь считаю звезды,
ошибки, разговоры, фонари,
я жадно пью обледеневший воздух,
который оживляет изнутри.

- Хорошо, - я пообещала, что не сдвинусь с холодной одинокой скамейки. Да и куда мне идти? Домой совершенно не хотелось, там разгар праздника. Наверняка, Хантеры уже реанимировали индейку и нарезали салаты. Вот-вот сядут к столу. Алиса придет и начнет расспросы. А от любопытных глаз Эльзы в нашем персональном муравейнике тем более некуда скрыться.
Я сидела, обнимала себя за плечи, смотрела на то потухающие, то снова вспыхивающие яркие огоньки завораживающего света в окнах напротив. Уже достаточно стемнело, и возвышающиеся в центральной части города небоскребы сам напоминали новогодние елки, переливаясь то желтым, то белом, то синим светом.
Еще год назад в это время я была бы в Нью-Йорке, в своей простой, уютной квартире, за столом. У нас бы уже был готов рождественский ужин. Мы с девочками смотрели бы телевизор и чуть ли не единственный день в году ощущали себя не чужими друг другу.
Интересно, смогу ли я когда-нибудь отпустить воспоминания о родных? Или так и буду всю жизнь оборачиваться в прошлое, сравнивать, жалеть себя, думать о том, что все могло бы быть лучше? Я не знаю. Как оказалось, мне очень сложно вырваться из под родительской опеки и отправиться в новую, самостоятельную жизнь. В семнадцать лет я должна уже зарабатывать деньги, хорошо учиться, чтобы получить стипендию и поступить в университет.
Смешно. Я даже не знаю, в чем мое призвание и кем хочу стать. Я музыкант, но свое на этом поприще я уже отучилась.
И в довершении картины – внезапно свалившийся как снег на голову в мае – парень. Он не входил в мои планы. В мои планы вообще не входило влюбляться, заводить отношения, сближаться с людьми. Кому я нужна, вот серьезно?
В таких банальных подростковых мыслях прошла треть часа на скамье под окнами дома номер N.
Голос подруги донёсся до меня не очень отчетливо, словно через тяжелый пласт воды.
Ресницы дрогнули, я сжала край скамейки до онемения костяшек пальцев и подняла лазурные глаза. Попыталась слабо улыбнуться, видя ее обеспокоенное лицо. Скар меня, дрянь неблагодарную, почему-то любит.
За то время, что мне довелось просидеть в одиночестве, я немного успокоилась, вытерла слезы, отряхнула колени. Теперь меня выдавали только мокрые и грязные разводы на одежде и немного заплаканное лицо.

а завтра будет безнадежно поздно.
я оживаю. только не смотри.

- Все в порядке. – Я хватаю ее за руку и поднимаюсь. Мне хочется прижаться к подруге и уткнуться носом в ее плечо. Затем немного помолчать. Но я слишком сдержанная для таких сантиментов. Разжимаю пальцы и быстрым шагом направляюсь к машине, чуть опережая Браун. Холодно. Ветрено. Колко.
- Спасибо, - просторная квартира с выходом на крышу, большими окнами, мини-баром и джакузи была бы очень кстати в моем потерянном состоянии.
- Ты что, не хотела отмечать Рождество? – Я думала, что Скарлетт проведет его вместе с мужем, у них же налаживались отношения… Или это было не в этот раз? Если мне чужие личные отношения  кажутся такими сложными, куда уж заводить свои.
- Прости, я не знала… - Отличные мы подруги, я даже не в курсе, с кем она должна была встречать праздник. – Почему ты не позвала меня? Я бы отметила с тобой. Хантеры своими воплями меня уже достали. – Ироническая усмешка.
- Давай, мы лучше остановимся у «Макдака» и возьмем с собой колу и салат.
- Сильно оштрафовали? – Дежурный вопрос, какая бы там не значилась цифра, для Скар все это всего лишь «бумажки». Вряд ли она сама оплачивает штрафы.
- А где твой папа и «эта» отмечают? – Под «этой» я подразумевала кошелку-любовницу отца Скар.
Сажусь на пассажирское рядом с девушкой и пристегиваюсь ремнем безопасности. Сразу становиться так тепло и спокойно. Прикрываю глаза и поудобнее вжимаюсь спиной в сиденье.
Киваю в знак согласия на покататься и глубоко задумываюсь. А случилось то, что Руни Ларкин идотка. Как об этом рассказать Браун? Стыдно же.
- Даже не знаю, с чего начать, - виновато пожимаю плечами. - В общем, мы начали жарить индюшку, - я начала свое рассказ издалека, собирая факты, которые не имеют к делу отношения от слова «совсем». Надеялась, что пока я буду перечислять эти мелкие детали, нужные слова сами придут мне в голову.
- Все переругались. У меня есть друг… Его зовут Мейсон. – Привет от логики Ларкин. - Я столько всего хочу тебе рассказать, - легонько трясу головой и закрываю лицо руками. По сути, кроме Скарлетт и Алисы у меня никого нет. Так какого черта я все время молчу и все держу в себе? Эти люди говорят, что любят меня, значит им должно быть интересно все, что касается меня.
- Он пришел ко мне домой, подарил мне гитару. Мы пошли гулять. Затем мы разговорились, не помню как, но я сказала ему, что мы друзья. А он меня поцеловал, - рассказ получался спутанный и сбивчивым. Я не мастер объяснений.  -  И сказал, что друзьями мы быть не можем. Меня это так обидело или… или…. расстроило, или напугало, я не знаю! И я ушла. – Вообще-то унесла ноги, но это можно опустить. – Я знала его в Нью-Йорке, он знаком с моей сестрой, Алисой. Еще недавно я, ох. Ну, я хотела заработать денег, и связалась с одними не очень хорошими людьми. В общем, мы занимаемся этим вместе. – Чем именно «этим» я тоже решила не уточнять.
- Теперь скажи, что я идиотка и поехали уже. – Скрещиваю руки на груди  и отворачиваюсь к окну. Ненавижу выглядеть глупо.

+1

4

Руни выглядела такой потерянной и озадаченной, что я старалась не залезать в ее хрупкое и замкнутое эго, давая возможность намолчаться вдоволь и довериться мне в тот момент, когда она сама будет к этому готова. Такой уж я человек, не привыкла пробираться к людям в душу, сшибая на своем пути все барьеры и препятствия, заваливая человека неискренними и пустыми вопросами – как ты? Что произошло? Расскажи мне скорее, мне так любопытно! Всегда считала таких суетных людей лицемерными, словно им важнее узнать, что у тебя произошло что-то плохое, они послушают, поймут, что их жизнь по сравнению с твоей гораздо лучше – скажут пару ласковым «мне жаль» и пойдут дальше переживать сюжет своей собственной истории, комкая твою личную в плотный бумажный шар. Я не такая, я лучше молча, без лишних вопросов переживу этот день с тем, чья судьба мне не безразлична. А судьба Ханны мне так же важна, как и моя собственная.
Она шла впереди, я следила за тем, как ветер развевает ее выжженные светлые волосы, как она сутулится от мороза и хмурит нос, когда одинокие снежинки падают ей за шиворот. Хотелось укутать ее своим шарфом и напоить горячим чаем с глинтвейном – несколько капель алкоголя вряд ли навредит нашим юным организмам. Свои проблемы испарились, уступая место волнению за подругу, но она, словно заподозрив чрезмерную опеку над ее личностью, тут же вернула меня к реальной жизни.
- Рождество? А, да… Как-то нет праздничного настроения. Подумала, что если пропущу один годик – ничего страшного не случится. – Я пыталась говорить наиболее будничным тоном, словно мое одиночество в такой праздник не является чем-то удивительным и странным. В общем-то я и сама уже считала это явление совершенно нормальным, когда ты постоянно находишься лишь в обществе самого себя – начинаешь видеть в этом какие-то плюсы, привыкаешь, смиряешься. Моя семья всегда отличалась от других – каждый ее член словно существует сам по себе, мы не держимся за устою и традиции, не поздравляем друг друга с праздниками, не поддерживаем, когда другому плохо. Так мы воспитаны, такими нас сделал наш отец. Но знаете, что? Иногда и мне хочется быть кому-то необходимой. Хотя бы Руни, человеку, которого я считаю своей самой близкой подругой. – Ой, ну ты же собиралась встретить этот день с сестрами и семьей. Я же понимаю, что родственные узы гораздо крепче… - тут я засомневалась, в отчаянии закусывая губу и заталкивая квитанцию штрафа в боковой карман своей сумки. Как же называются наши отношения – для меня они дружеские, а что по этому счету думает Руни? Считает ли она так же? – наших.
Мы забрались в кузов автомобиля, я завела мотор, отправляя нас в путь по сонному вечернему Сакраменто. Радио молчало, лишь расстроенное сопение Ларкин заполняло салон мелодичным звучанием. Не смотря на грусть и ее расстройство – здесь было уютно. Я совершенно не чувствовала себя неловко, выезжая на центральную дорогу.
- Нормально, похоже в этом месяце придется делать себе коррекцию бровей самостоятельно. – Да, не смотря на возвращение домой, я старалась оставить за собой возможность жить самостоятельно. Я получала неплохую стипендию за отличную учебу, мои статьи все еще печатаются, на той неделе даже написала рецензию на новый ресторан в восточном Сакраменто. Может переквалифицироваться в критики? Ресторанный бизнес манил меня всегда. – Хорошо, безумно хочу картошку фри и куриный гамбургер.
А затем ее словно прорвало. Первые ее слова показались мне бесконечно бессмысленными – при чем тут индейка и чужая ругань? Но постепенно с каждой очередной ее фразой рассказ становился все более логичным, складываясь в целостную картинку. Ее праздник проходил тоже не так уж радужно, как и мой. Семейство Хантер – эти странные люди – так и не сумели создать для девочек праздничную обстановку, заставляя погрузиться в вечер склок и претензий. Но появился Мэйсон.
- Мэйсон? – Лишь когда его имя вылетело из моих уст, я сообразила, что перебила блондинку на полуслове. Хлопаю себя по губам, виновато хмурясь и припарковываясь на обочине. Не хочу отвлекаться на дорогу в тот момент, когда подруга делится сокровенным.
Снежинки складывались в странные узоры на нашем лобовом стекле, ветер завывал снаружи, донося до наших ушей мотивы рождественских песен. Эх, было бы нам не все равно на эту невероятную красоту природы, но увы, мы равнодушно относились к ее игривому и легкому настроению. Наше было совершенно на другой волне.
Руни говорила быстро, чуть ли не задыхаясь на каждом слоге, пряча лицо в ладошках и желая, судя по всему, провалиться сквозь землю. Я осторожно протянула к ней ладонь, касаясь кончиками пальцев стройного плеча.
- Не переживай, все будет хорошо. – Сейчас я почему-то вспомнила свой разговор с Максом, когда я предложила ему так же стать друзьями, закрыв глаза на то, что нас тянет друг к другу, закрыв глаза на наш брак, непростые отношения и желание обладать большим. Тогда он ответил согласием и сейчас наши отношения можно было смело назвать приятельскими. Но вот в чем беда, мне уровня этих отношений было недостаточно. И знаете, я понимала Мэйсона. Здесь и сейчас, когда мой брак превратился в цирковое представление, когда я, по своей глупости, предложила завести дружбу с мужчиной, которого желала всем сердцем, я знала, почему знакомый Руни отказал ей. – А что ты думаешь о нем? – Жестом предлагаю ей повернуться ко мне и посмотреть в глаза – честно, откровенно и без лишних страхов и комплексов. Я не осуждаю ее, не хочу пристыдить – я пытаюсь помочь разобраться и не повторить собственных ошибок. – Что ты к нему чувствуешь? Ты действительно хочешь дружить с ним?
- Чем таким вы занимаетесь? – Тут мой взгляд стал строже, но уже через секунду я сменила гнев на милость. Ты же не для того со мной поделилась, чтобы наткнуться на осуждение и гнев. – Об этом поговорим дома, думаю сердечные волнения тебя терзают сейчас гораздо больше. Он симпатичный?

0

5

сколько людей, полных вранья и пыли,
рядом с которыми пусто, темно и страшно...
главное, чтобы рядом родные были,
а остальное, знаешь, уже не важно.

Я любила Скарлетт вовсе не за то, что она любит меня. Я любила свою подругу за то тонкое качество, которое в современном мире можно назвать как «держать дистанцию». Она не лезла ко мне в душу до тех пор, пока не видела, что я сама готова к разговору. Мы прекрасно ладили в сети, потому что писать всегда проще, чем говорить. Можно написать, перечитать, стереть лишнюю информацию, добавить красок речевым оборотом и вуаля! Ты идеальный, интересный и начитанный собеседник. Говорить не так легко, слово же не схватишь в кулак и не засунешь обратно в рот.  Не будешь обращаться к Википедии, чтобы завернуть эдакое сочное предложение.
Неа, а реальной жизни, при живом общении все намного сложнее.
- Мне жаль, - даже я, не смотря на свою вялость и апатичность по жизни заряжалась волшебной энергетикой Рождества. Мне нравилось, что все вокруг радуются, смеются, словно снова возвращаются в детство. И я радуюсь и становлюсь счастливой вместе с ними. Сжимаю руки в кулаки, подношу к губам и дую на них. Так теплее. – Если только один годик, потому что больше я тебе не разрешу. – Кладу руку на ее плечо и сдерживаю непринужденную улыбку. – К тому же, это Рождество еще не потеряно, все только начинается, - где-то перед нами раздались хлопки, и яркие огни украсили темное звездное небо. – Смотри, как красиво, - я подаюсь вперед и выглядываю из окна. – Все уже начали встречать, - про себя думаю, интересно, а как там Пит? Куда он пошел? Сильно ли я его обидела и так ли поняла это все. И вообще… Так сложно думать об отношениях. Понимаю Скарлетт. Теперь я ее понимаю.
- Ты тоже моя семья, - это правда, Скарлетт ничем не хуже Эльзы или любовницы Чарли, даже лучше, если судить о том, с кем мне комфортнее. Роднее Браун мне только моя Алиса, но мы же с рождения знакомы, вместе играли в классики, вместе пошли в школу, даже пару месяцев сидели за одной партой. Потом все было не так крепко и семейно, но все же было. – Понятно?
Если про брови это была шутка, то я засмеялась удачно. – Я могу тебе помочь. Может быть, мне стать стилистом? Кстати, ты же хотела татуировку? Мою ты, вроде, видела, - ага, я иногда вспоминаю о том, что она у меня есть. И два прокола – в брови и в носу. – А пирсинг сделать не хотела бы? Это не оставляет таких следов, как татуировка и тоже модно.
Затем я замолчала. Если я поделюсь со Скар своими переживаниями, ничего ужасного не случиться. Я всего лишь американская девчонка, без родителей, без своего жилья, без отличных отметок в школе. Разве мне еще есть, что терять?
И поделилась. Вышло глупо и скомкано. Написала бы я лучше. Смогла бы логично и четко выразить свои мысли.
- Ага, Мейсон, - киваю в знак подтверждения ее слов. Убираю ладони от горячих щек и высовываю руку в окно, ловя на пальцы несколько снежинок. Зима словно успокаивает нас, придает сил и заставляет верить, мечтать, жить. - Будет, - вдыхаю морозный воздух, - когда нибудь.
- Я думаю, что он хороший и у него красивые губы. – Неловко было рассуждать с ней о парнях, точнее, рассуждать о том, кто выразил мне симпатию. Вот о Митче и Максе я могла филосовстовать часами, подвергая анализу их слова и поступки. Но что я думала о Пите? Мы часто виделись раньше, и он был славным парнем. Мне всегда казалось, что он приходит в наш дом ради Алисы, а я для него лишь предмет антуража. Ну да, есть Руни, она сестра моей подруги. За годы, что он приходил нам домой, он мог бы сто раз со мной познакомиться поближе.
- Мне сегодня захотелось его поцеловать. И еще я думаю, что это странно, что я ему нравлюсь. Может быть, я не так поняла. Мы давно знакомы, и он дружит с Алисой. Я думала они вот во начнут встречаться. Возможно, у Алисы теперь другой парень, и он обратил внимание на меня, - я закусываю губу и поднимаю глаза. – Мне бы не хотелось быть заменой сестре, но с другой стороны, меня это не обидело бы.
- Я не умею дружить, о чем ты, - кривая ухмылка, глубже вкручивасюь в спинку сиденья. – А почему мы стоим? И да, он мне нравится. Как ты поняла, что любишь Макса? К тебе же это не сразу пришло? Я  не особо то знаю Мейсона как личность, но как парень он мне нравится. Влечение или что-то типа того. Но я же не должна давать повод только поэтому? – Тереблю крестик на своей шее. – Это аморально что ли.
- Он красивый, - я смущенно опускаю глаза, красивый это не просто симпатичный. Вроде бы все сказала. Странно, что Скар не стала выпытывать, чем я промышляю, но мне же лучше, моя совесть чиста. Кашляю и шмыгаю носом. Это то самое неприятное чувство, когда болезнь ждет момента, чтобы наступить тебе на горло.
Мы снова едем в черепашьем темпе по пустой дороге, останавливаемся около окна «МакДака», обсулуживающего машины.
- Нам «Цезарь», чикенбургер, наггетсы, ты чего будешь? – Поворачиваюсь к своей светловолосой подруге, и она добавляет свой заказ. Ждем, пока его соберут, расплачиваемся и забираем пакеты. – А как твои дела? Как Макс и Митч? Спасибо, что приехала за мной. - Кладу голову ей на плечо и откусываю наггетс. Но затем вспоминаю, что нам надо ехать, и я не должна мешать водителю.

Отредактировано Hannah R. Larkin (2014-04-04 00:28:28)

+1

6

- привет, как ты себя чувствуешь?
- с тобой лучше.

- Стилистом? – Только сейчас я серьезно задумалась об этой возможности, окидывая подругу критичным взглядом. Ну а что? Почему бы и нет – Руни всегда тянуло к прекрасному – она сама воплощение чего-то прекрасного, умеющего и желающего меняться: светлые волосы, аккуратная челка, тонкие брови, два небольших прокола, спокойный макияж. Удивительно, а ведь изначально ее стиль мне казался деревенским и неряшливым, хотя она ведь совсем не похожа на безвкусно одетую девицу. В ее образе всегда присутствовал едва уловимый шарм, Ханна следовала моде, но никогда не забывала о рамках. Ее наряды, комфортны, но и она не брезгует обувью на высоком каблуке. Сейчас мне даже стало стыдно за свое некогда ошибочное мнение о подруге, как хорошо, что она об этом никогда не узнает и не одарит меня своим известным негодующим взглядом. – Я думаю, у тебя получится. Может отправим тебя на курсы? Будешь оформлять брови, наращивать ресницы или даже волосы! Наконец сделаешь из сестры что-нибудь приличное, а то она у тебя одевается и выглядит как хиппи. Неудивительно, что Мэйсон положил свой взгляд на себя.
Я игриво щелкнула ее по носу, умиляясь наивности и детской глупости своей подруги. Нет, серьезно, сейчас она выглядела такой маленькой и потерянной, что я едва сдерживала себя от того, чтобы не обнять ее за плечи и притянуть к себе. Неужели в светлой голове Ларкин витают комплексы и неуверенность?
- Я думаю ты ошибаешься в своих представлениях. Если он часто посещал вас в Нью Йорке, не думала ли ты, что сама являешься причиной его постоянных визитов? Ты только не обижайся, я уважаю твою сестру, но она же почти все свое время проводила за компьютером, думаешь ему было интересно беседовать с ее спиной? – Я притянула плутовку к себе, поправляя указательным пальцем прядь ее волос. Корни начинали светлеть, напоминая нам о ежемесячной покраске, но я промолчала, не считая сейчас этот факт особо важным для нас. – Ты безумно красивая, намного ярче и заметнее своей сестры. В тебе есть стержень, загадка и твоя индивидуальность. Ты не должна сомневаться в своей привлекательности, иначе я поколочу тебя и поставлю в угол. – Мой лиричный и философский тон сменился ехидной шуточкой, я мягко пихнула Руни в бок, паркуя автомобиль у окошка Макдональдса.
Мы сделали заказ, и дожидаясь его, я снова обратила свое внимание на подругу. Ее очередной вопрос заставил меня ощутить легкое волнение и дрожь в руках. Чтобы скрыть это состояние, мне пришлось сильнее схватиться пальцами за кожаный руль.
- Я не знаю, даже скорее не помню. Это было летом, вообще там была странная история, не очень хочется вспоминать, но если бы ее не было, я вряд ли смогла бы узнать о своих чувствах. – Говорить о себе было некомфортно, я чувствовала себя гораздо увереннее обсуждая личную жизнь самой Ларкин. Ее никто не насиловал, не заставлял выйти замуж против воли, она много с чем не успела столкнуться, и я этому была благодарна. Благодарна я была и тому, что сейчас могу помочь этой девочке советом, какими-то словами, что вселят в нее уверенность и придадут ей сил не убегать в следующий раз. Постоянное бегство – теперь это мой удел.
- Что аморального в том, что этот парень нравится в тебе и вызывает желание? – Ее смущение меня умиляло, я даже не стала сдерживать мягкий смех, что заполнил салон мелодичным звучанием. Руни со своей верой Бога и синдромом алтайской девственницы сейчас была бесконечно милой, совсем не такой отчужденной и холодной, какой она бывает в обычной жизни. На светлой коже проявился румянец, сейчас она явно вспоминает события минувшего дня, и мне тоже захотелось пробраться в ее интимные воспоминания. – Тебе понравился поцелуй? Ты целовалась когда-нибудь прежде? Знаешь, что самое забавное…
Мы получили наш заказ, отправляя его на заднее сидение и двигаясь в путь.
- Мой первый поцелуй был именно с Максом. В тот день, когда я планировала подарить его Митчеллу. И первый раз был тоже с ним. Сейчас мы женаты, я не думаю, что из этого получится что-то хорошее, но я благодарна судьбе, что именно Макс стал для меня в таких вещах первым. Наверное, потому что я его действительно люблю. Даже целоваться гораздо приятнее с человеком, который тебя привлекает. – И чего это меня пробрало на такие разговоры? Не знаю, но рассуждая вслух я словно помогала упорядочить бардак в собственной голове. Чувства к Митчеллу сейчас казались не такими яркими и пылающими, хотя может во мне говорила обида. Не знаю, но когда из чужих уст звучит вопрос о том, кого именно любит Скарлетт Стоун – я всегда не задумываясь отвечаю – своего мужа.
- С Максом и Митчем? – Теперь смутилась я. Знаю, прекрасно знаю, что Руни совсем не разделяет мнения о том, что можно любить двух мужчин, что вообще можно вести такой образ жизни, как я.  Разговоры о моих мужиках ее всегда утомляли, а потом я привыкла ее не утруждать болтовней на эту тему, решая все проблемы лишь у себя в голове. А сейчас, сейчас в ее голосе читался неподдельный интерес, но я все равно замялась. Не знала, с чего начать свой рассказ, и что на данный момент известно Ханне о моих отношениях с этими мужчинами. – Все сложно, как и всегда. С Митей мы почти не видимся, один раз он пришел на званный праздничный ужин наших семей, чуть не рассказал Максу про аборт. Потом я сама приходила к нему… - Тут я замолчала, виновато глядя на Руни и ловя на себе гневный взгляд. – Извини, что не говорила, мне было стыдно. Я хотела поздравить его с днем рождения, иначе он бы провел этот праздник один. Мы же с ним были друзьями до всей этой истории, понимаешь? Я думала, что может мы сможем сохранить приятельские отношения.
Проезжаем сложный перекресток, я еле успела затормозить перед светофором, отчаянно сдувая с лица светлую прядь своих длинных волос.
- Сначала все проходило не так уж плохо, мы даже поговорили, но потом он начал приставать ко мне и требовать секса. И в итоге я решила, что нужно с этим заканчивать. Так что можешь считать, что теперь я почти нормальная, и кроме Макса у меня никого нет! Хотя и с ним мои отношения сложно назвать нормальными. Мы вот даже не целуемся!
Чтобы спрятать свое волнение и комплексы, я маскировалась смехом, останавливая автомобиль подле своего подъезда. Мы взяли наши пакеты с едой, скрываясь за металлической дверью, немного потоптались в кабине лифта, пока наконец не оказались в холле моей квартиры.
- Так что ты планируешь делать с Мэйсоном? – Пока Руни распаковывала одежду, я принесла нам по пижаме, тут же стягивая с себя уличные джинсы и меняя их на домашние шорты из своего комплекта. – Что тебя пугает?

+1

7

what would you think if I sang out of tune,
would you stand up and walk out on me ?
lend me your ears and I'll sing you a song
and I'll try not to sing out of key.

- Из моей сестры не получиться сделать ничего приличного, - виноватая улыбка появляется на моем лице. Я вспоминаю милую Алису в бесформенных свитерах, в штанах с вытянутыми коленками, в вязанных шарфах, с плеером и распущенными волосами. Нет, Алиса просто не такая как я, и если ее переодевать, ставить речь и перевоспитывать манеры, это уже будет не моя сестра, а совсем другой человек. - Да ну брось, - мне неловко, когда она говорит о том, что на меня «положили глаз». С чего бы вдруг я понравилась Мейсону? Он всегда приходил к сестре, с ней разговаривал и общался, а я… В лучшем случаем мы ограничивались фразами «Привет. Как дела?». Это в лучшем. Обычно же просто проходили мимо, опуская глаза и не замечая друг друга. – Он меня никогда раньше не замечал, может это переезд в Сакраменто так на него повлиял?
- Не думала, никогда не думала. – Отрицательно мотаю головой. – Скар, ну посмотри на меня, - развожу руки в стороны. – Я привлекательная? Не смеши меня, обычная я. Самая обычная девушка, каких в Нью-Йорке полным полно, я не умею ничего такого, чем бы можно было похвастаться. Вот ты красивая, например. Моя подруга из Вестбрука – дерзкая, Алиса – умная, а я умею играть на фортепиано, все! – Восклицаю и закрываю глаза. Мне не по душе такие разговоры, щеки все еще горят от недавно пролитых слез, а голос осип. Отвратительное выдалось Рождество. – Алиса не всегда сидела у компьютера, - силюсь вспомнить то время, когда мы все жили в одном доме и собирались в восемь вечера за ужином. Впрочем, Элис там появлялась не чаще трех раз в неделю, предпочитая есть в комнате. И правда, если она была дома, то или сидела интернете, или занималась какими-то подобными вещами, направленными на себя, чтением, например. – И раз он проходил к ней, ему было интересно с ней, а не со мной.
Девушка обняла меня за плечи, касаясь волос, я прильнула к ней и закрыла глаза. Впервые за долгое время я ощущала себя защищенной и небезразличной. Я чувствовала в ее прикосновениях заботу и искренний интерес. Как мало мне надо для счастья, оказывается, всего то знать, что я нужна.
- Ты так говоришь, потому что ты мой друг. Больше так никто не считает. Мне никто кроме тебя не говорил, что я красивая. – Не подумайте, я не огорчаюсь по этому поводу уже давно, я приняла этот факт, смирилась с ним и иду по жизни, не мечтая о принце на белом коне и ковре из цветов, брошенного к моим ногам.
Так распорядилась судьба. Может быть, в следующей жизни все будет иначе. – Поставь обязательно, - шмыгаю носом и отстраняюсь от Скар. Тепло покидает меня, уступая место привычному холодку.
- Жаль, что тот день, в который ты поняла, что  любишь Макса, вызывает у тебя плохие воспоминания. – Возвращаюсь мыслями к себе, я никогда никого не любила, всячески ограждая себя от привязанностей. Я говорю только о парнях. Свою семью я любила и буду любить всегда, они знают меня такой, какая я есть и принимают.
- Я не сказала, что это аморально, - закусываю губу, - просто это странно. Обычно всем нравятся такие, как Макс или Митч, ну высокие и очень накачанные, наверно только фригидной или уже влюбленной не понравятся эти парни. На меня такие никогда не обращали внимания, - не то, чтобы мне хотелось, о чем я буду говорить с мужчиной двадцати пяти лет? Мейсон был мне ближе духовно и да, я считала его привлекательным парнем, по крайней мере сейчас. За  пару лет он изменился и стал очень мужественным.
- Так вот, любить надо не внешность, а самого человека, а я его не очень хорошо знаю. Просто симпатичных парней же много, - не стоит забывать, Руни, что не каждому просто симпатичному парню ты вообще нужна.
- Понравилось, наверное, я ничего не успела понять, - смеюсь, мне нравилось иногда доверять людям, в конце концов что случиться плохого, если я поделюсь? Если я после этого перестану Скарлетт нравиться, ну значит не судьба нашей дружбе жить, зато она будет знать, какая я.
- Это был первый раз, поздновато, но я никогда не переживала на эту тему, всему свое время. Ого, даже так, - мне нравилось с ней болтать, вроде бы такие милые пустяки, но они сближают людей, прочно приматывая друг к другу тайнами, секретами, ночными разговорами.
- Как то ты о нем странно говоришь, о Максе. Неужели он такой ужасный человек, мне кажется по фотографиям добрый и приятный парень, накачанный такой. Правда Митчелл от него отличается только лицом и выглядит более злым. Я ошибаюсь? Они оба красивые, повезло тебе. – Тут я даже не завидую, Скарлетт и правда повезло, многие наши одногодки о таких парнях могут и не мечтать.
- Что-то я запуталась, у кого был День Рождения? У Митча? А почему один? У него что, друзей кроме тебя нет? Как-то странно для нормального парня это.
- Не хотела бы я, чтобы меня принуждали в близости, меня это сразу так отталкивает, - обреченно вздыхаю. – Кажется, Мейсон не такой. – Мне хотелось в это верить, очень хотелось. Лучше я сама через год решусь, чем меня заставят и все рухнет за пару часов.
- Ты как всегда. - Подтруниваю над подругой, - то все, то никого, и как. Не скучно жить без мужиков? – Мне вот никогда скучно не было, видимо, пока не начнешь, не возникает и потребности.
За этими откровенными, но в то же время легкими беседами мы добираемся до дома. Я уже успокоилась и чувствую себя гораздо лучше, мне даже весело, я хочу скорее попасть в квартиру, завалиться на кровать и поесть.
Сразу же переодеваемся в пижамы, благо, у нас один размер, и вещи у Скарлетт классные, ткань у всех такая нежная и ласкающая кожу. Я бы в этой пижаме могла ходить в школу, и мне было бы нормально.
- Не знаю, а что мне делать? Мне кажется, я обидела его своим поступком, и глупо все вышло, но если бы я не ушла, что бы я сказала? Где бы я сейчас была, и было ли бы мне хорошо? Этого я тоже не знаю.
- Меня многое пугает, вот у тебя есть отец, деньги и уверенность в завтрашнем дне, если что-то случиться, муж и семья о тебе позаботятся, а у меня только сестры, мы в равной степени ответственны друг за друга. А тут еще ответственность за отношения, за их целесообразность и будущее. Зачем мне парень просто чтобы был? Я не знаю, что Мейсон от меня хочет, это меня и пугает. Просто романа на год, семью, - от этого слова волосы на голове, казалось, зашевелились, - или он вообще не думал. Чего вот ты ждала в будущем от Макса или Митча? Не рано ли нам в восемнадцать лет, когда еще впереди столько времени, думать о семье?
Ложусь на кровать, прижимаюсь щекой к подушке, свет не включем. Жду, когда Браун ляжет рядом. Почему-то именно сейчас мне захотелось быть предельно честной и откровенной.
Я поднимаю на нее лазурные глаза, теребя в руках пакетик из «МакДака».
– Я хотела тебе сказать спасибо за все, что ты сделала и продолжаешь делать для меня с тех пор, как я приехала в Сакраменто. Я понимаю, что иногда бываю заносчивой и эгоистичной, просто это такая модель поведения, на самом деле ты мой друг, надежный и важный,  я очень тебя люблю и ценю. Прости, что так редко говорю тебе об этом и заставляю сомневаться в своем отношении к тебе.

+1

8

Я никогда еще не видела Руни в таком подвешенном и взволнованном состоянии. Неужели, этот мальчик смог так повлиять на мою подругу, что она в одно незаметное мгновение вдруг стала совершенно иным человеком — смущенным, напуганным. Закомплексованным. Я слушала, и боялась вставить хоть одно лишнее слово, не хотела нарушать эту волнительную атмосферу доверия и искренности, которая создалась в салоне автомобиля. И хотя мне хотелось кричать и ругать ее за такие мысли, за грубые слова, что были направленны в ее адрес — я молчала, позволяя своей маленькой девочке высказать все, что накипело, чтобы потом обнять ее за плечи и кротко убедить в том, что она не права.
Ласковой любящей ладонью по светлым волосам, прижимая хрупкие плечи Ханны ближе к себе. Мы так редко отваживаемся на такие проявления симпатии, что даже сейчас я чувствую себя немного неловко. Хотя нет, скорее непривычно. Касаюсь кончиками пальцев ее подбородка, словно заставляя девушку поднять глаза и встретиться с моим взглядом.
- Каждый человек особен по своему, никогда не забывай об этом. Все мы разные, но ни одного нельзя назвать обычным. Для меня ты очень красивая девочка, ты ухоженная, приятная и от тебя всегда вкусно пахнет. - Я ухмыльнулась, щелкая ее по носику и чуть отстраняясь, чтобы лучше рассмотреть хмурое личико своей подруги. Сейчас, мне все же казалось, что она лукавит в плане своего отношения к внешности. Она старается быть симпатичной, и уверена, где-то в глубине души она считает себя красивой — иначе вся ее косметика, бижутерия, даже пирсинг и светлая краска давно бы перекочевали с полок в ванной в мусорное ведро. Она хорошо одевается, следит за модой и старается не выходить из дома без макияжа. Да что вы, даже я себе не всегда позволяю такой роскоши. И дело не в уверенности в себе, дело в обычной человеческой лени. Я мягко улыбнулась, замечая на ее лице признаки ответной улыбки. Все наладится, и я смогу найти нужные слова, чтобы ее в этом убедить.
- А ты не думала, что он приехал в Сакраменто из-за тебя? Он так внезапно появился в этом городе, и сразу оказался рядом с тобой. Не с Алисой — с тобой. Даже подарок он купил только для тебя, почему ты не замечаешь этого? Если бы он был влюблен в твою сестру, то и вился бы сейчас он рядом с ней. Прекрати абстрагироваться от реальности и притворяться слепой дурочкой — Мэйсон делает слишком явные намеки, чтобы ты их не понимала. - Со мной такого не было. Никто не стремился добиться меня как-то иначе, кроме как насилием. Ни Митчелл, ни Макс не дарили мне таких важных и ценных подарков, таких, которые были бы для меня действительно дорогими и особенными. Были цветы, плюшевые игрушки, но такое дарят каждой девушке, которая вызывает хоть какие то эмоции. Так что... Так что Руни очень повезло встретить такого заинтересованного парня. Ей только не повезло быть такой неисправимой дурой, но это мы исправим. Это легко лечится откровенным разговором за вкусной едой и шипучими напитками.
- Может оно и к лучшему, что не обращали? - Не скажу, что мне нравилось обсуждать свою личную жизни с Ларкин, честно сказать, я ее стыдилась. Руни и так относится к моим романам скептически, не удивлюсь, если за глаза она называет меня девушкой легкого поведения, я и сама могла назвать себя так в порыве отчаяния или злости. Но для подруги всегда хочется быть самым лучшим человеком на свете. Чтобы он любил тебя не смотря на твои недостатки, и все равно считал хорошим человеком. - Я не считаю их безумно красивыми, наверное не привыкла смотреть на людей и оценивать их в этом ключе. Обычно, мне все равно. За внешней красотой должна скрываться красота внутренняя, она важнее, ты так не думаешь? В этом плане Макс и Митя не самые завидные женихи, так что даже к лучшему, что мне с ними больше не по пути.
- Поздновато? - Я не смогла сдержать задорного смеха, что вырвался из моих легких, но поспешно остановила себя, переживая, что Руни подумает, что именно она стала его причиной. - Тебе сейчас семнадцать лет, я поцеловалась впервые в восемнадцать.
До сих пор помню этот день, наша первая более менее романтичная встреча с Митей, как мы оба волновались и ждали полночи, чтобы впервые подарить друг другу поцелуй. Уже тогда Макс испортил наши планы, врываясь в наше общество и срывая с моих уст то, что я планировала подарить другому человеку. Наверное, именно в этот день и началась их борьба, а также борьба моего сердца. Девушка, которая всю жизнь гнала прочь все мысли об отношениях и заваливала себя работой и учебой, вдруг полюбила двоих.
- Как говорю? - Меня смутило, что она так заступается за него, осуждает Митю, делает о них обоих не самые верные выводы. Почему-то меня это очень злило. - Ты не права, Митчелл совсем не злой, он был очень добр со мной, и заботлив. Просто в какой-то момент присутствие Макса в наших отношениях, в нашей жизни его подкосило, и он стал нервным что ли. Но не злым. Брауна я тоже не могу назвать добрым. По крайней мере со мной он таким практически не бывает. - Я устало хмыкнула, в очередной раз убеждаясь, насколько обманчивой бывает внешность. Макс был тем человеком, который надругался надо мной, изнасиловал, после чего устало произнес «прости, я не хотел» и уснул ангельским сном. Разве такого человека можно считать добрым? Конечно, нет. Можно ли любить его? Я могла.
- Макс тебе нравится больше, я поняла. Митя нормальный, не говори о нем так, хорошо? У него были причины встретить этот праздник одному. Я тоже не любитель праздновать, но ты же не сомневаешься в моей нормальности? - Сейчас я на удивление была миролюбиво настроенной. Спокойно отвечала на вопросы, старалась быть честной и доброжелательной, хотя говорить на такие личные темы было все-таки немного неловко. Я не привыкла к тому, что у Руни есть к этому искренний интерес. Обычно она устало закатывала глаза, когда сталкивалась с тем, что у меня на любовном фронте снова проблемы.
- Может позвонишь ему или напишешь смс? Не знаю, думаю, если вы увидитесь, все пройдет так, как надо. Я не могу дать тебе какой-то определенный совет, у меня нет определенной тактики, я такая же как и ты, и мои отношения тоже первые в моей жизни. Только тебе проще, тобой действительно заинтересованны, но ты сама бежишь прочь от парня, которому ты симпатична.
Мы уже валялись на кровати, весело дрыгая ногами и зажевывая отдельные фразы горячей картошкой фри. Да, странное выдалось Рождество, ни полного стола с яствами, ни семейных посиделок. Но сейчас рядом с Руни и ее взволнованным настроением мне было хорошо и комфортно. Приятно знать, что она не всегда бывает холодной и закрытой девушкой, что за ее маской равнодушия скрывается такой же ранимый и переживающий человек, как и я.
- Чего я ждала в будущем? Руни, я ничего от них не ждала. В общем-то, я не жду и сейчас. Хотя наверное, я предполагала, что будущее у меня есть только с Митчеллом. Он очень хорошо меня знает, он был моим другом до того, как стать кем-то более важным. А Макс... - Я задумалась, пытаясь вообразить в своей голове картинки нашего совместного будущего. Но увы, лишь пустота и мрак. Не представляю. Как из фальшивого брака, из фальшивых отношений и фальшивых улыбок может получиться что-то настоящее. У меня даже никогда не было полной уверенности в том, что я для Брауна хоть что-то значу. Он был просто моим мужем по бумагам, мы не часто виделись, и я даже удивилась, почему Руни считает его моим молодым человеком. Да и еще отдает ему предпочтение в своих симпатиях.
- Думаю, он бы даже не заметил. Если бы нас развели. У него своя жизнь, у меня своя. Мы не созваниваемся, не общаемся, как-то так. Сложно ожидать чего-то от человека, который не особо тобой заинтересован. Лучше не ждать ничего.
И между нами повисла неловкая пауза. Я лежала на спине, терзая светлый потолок своим упрямым взглядом, касаясь свободной рукой светлых волос подруги. У меня еще ни с кем и никогда не было таких откровенных и честных разговоров. Дружеских, смешливых и искренних. Повернув голову, я хотела сказать ей об этом, но она меня опередила своим внезапным признанием. Словами, которые я никогда не ожидала услышать от нее.
Вместо ответных эмоций, я крепко сжимаю ее в своих объятиях, зарываясь с носом в ее ароматные волосы. Мне так важно было знать, что я действительно не чужой для нее человек, что она правда любит меня, ценит не меньше, чем я ее. Что она тоже считает меня своей подругой, хотя пусть и не говорит мне об этом, и не дает понять своим скованным и закрытым поведением.
- Спасибо, что сказала мне об этом. Мне было очень важно знать, что ты относишься ко мне так же, как и я к тебе. Ты мой самый близкий друг сейчас, я очень тебя люблю, но порой мне казалось, что моя опека и забота о тебе, тебе совсем не нужны. Рада, что это не так, безумно рада.

+2

9

Я не стала спорить со Скарлетт, во-первых, не то настроение было, во-вторых, будь я на ее месте, сама бы сказала скорее всего точно так же, ведь друзья и бесценны от того, что обладают удивительным даром подставить свое плечо в трудную минуту и сказать такие вещи, которые придадут силы. Даже если это не правда, не страшно, друзья все равно в тебя верят и видят через призму этой веры.
- Ухоженная - это не значит красивая, - скептически замечаю я, но все равно на лице появляется робкая улыбка, - вот ты красивая, Бруклин красивая, девушка, твоя знакомая, Венера – она тоже красивая. А я…. – Ох, в лучшем случае я обычная и давно смирилась с этим. Не стоит тратить время на то, чтобы разубедить меня. – Спасибо тебе.
- Нет, не думала, - покачиваю головой, подтверждая свои слова. – С чего бы мне было так думать, я думала, это шутка. Ну какой нормальный парень полетит из другого штата за девушкой, с которой он раньше едва ли разговаривал… И главное, для чего? Я понятия не имею, как надо вести себя в подобных отношениях, у меня и отношений то, заходящих дальше взаимных улыбок, не было. – Это для Скарлетт не секрет, я не скрываю того, что в вопросах любви еще весьма неопытна. И не знаю, когда наберусь смелости этот опыт получать.
- Откуда мы можем знать, где он оказался раньше, - я с недоверием фыркаю, однако слова про подарок оставляют меня практически безоружной. Стоун, как всегда, говорит разумные вещи. Эх, мне бы ее рациональный ум. Я же только хочу размышлять логично, а размышляю как все девушки – тупо и примитивно. И ненавижу себя за это.
- Он не вьется, - я нахмурила брови, меня почему-то укололи такие слвоа в адрес Мейсона. Он же не щенок какой-то, он наоборот держался по отношению ко мне довольно нейтрально очень долгое время, что я никак не могла поверить в то, что у него ко мне подлинный интерес.
- А тебе не приходило в голову, что я не притворяюсь? – Я чуть не захлебнулась от возмущения. Может я и дура, но в данном случае я честная дура и мне реально сложно поверить в то, что парень срывается из Нью-Йорка, приходит ко мне домой, дарит дорогие и красивые подарки и все это просто потому, что я ему нравлюсь. Словно там, дома, я была какая-то другая Руни, не такая как сейчас.
- Почему это к лучшему? – Пробубнила я под нос, не совсем понимая, что она имеет ввиду. В принципе, во внимании же нет ничего плохого, и ты сам решаешь, брать из этого внимания что-либо или нет. – Наверно, кому как повезет с «источником внимания». – Или у Скарлетт его с девства было так много, что оно ее утомило? Может и так.
- Шутишь, наверное? – Судя по фотографиям оба этих молодых человека могли бы работать моделями или актерами, уж слишком визуально красивыми на мой вкус они были. То есть не то чтобы на мой лично, но если у парня спортивная фигура и смазливое лицо – то мало кто ему откажет в симпатии.
- А я люблю смотреть на людей и оценивать их, ведь встречают по одежке, когда ты только увидел человека и еще ничего о нем не знаешь, внешний вид играет роль. Не главную в последствии – но красивые люди радуют глаз. Я не имею ввиду врожденную какую-то шаблонную красоту, я имею вижу опрятность и ухоженности, они оба спортивные, значит следят за формой, ты меня поняла.
- Ты тоже поздновато, - смеюсь, чтобы Скарлетт не расслаблялась, - но лучше поздно, чем никогда. И да, мне через полгода уже восемнадцать!  Сложно судить, кто мне нравится больше, Митчелла я хотя бы видела, но он не производил впечатления порядочного молодого человека, ну то есть как, он вел себя с тобой не так, как я например, вижу поведение парня по отношению к любимой. – Ага, только меня Митя и забыл спросить, как себя вести, однако, думать и рассуждать это мне не мешало же, верно?
- Не сомневаюсь в твоей нормальности? Как это не сомневаюсь, да ты самая ненормальная, - шучу, конечно же я шучу. – Нормальные люди не ведут себя так, как они, но ты все равно не сомневаешься, - по-доброму подкалываю Скар прежде, чем мы выйдем и салона машины. – Давай летом жить в трейлере? Это же так здорово, иметь передвижной дом, - где мы его возьмем я, конечно, не знала, но всегда завидовала группе «Spice Girls», которые на таком гастролировали.

- И что же я ему напишу? Да и sms – это как-то глупо, лучше потом, при личной встрече. - Это предложение мной сразу же было забраковано, не люблю переписку.
– Ну вот в этом наше главное отличие  - я сразу думаю о будущем и о том, что я жду от человека, чего он хочет от меня. У меня на данный момент есть две сестры, за которых я несу взаимно ответственность и все. Когда мне исполниться восемнадцать лет, я поеду в Нью-Йорк и попытаюсь связаться с органами опеки. Удерживать насильно они меня уже не смогут, зато будет понятно с квартирой. Папа пока в розыске и является ее владельцем, но не думаю, что отец найдется. – Мне даже говорить об этом уже не больно, я свыклась с мыслью что, скорее всего, его уже нет в живых. Куда может деваться человек, не выходя вечером из дома, я не знаю. – Думаешь, стоит в полиции возбуждать уголовное дело? Ну не пришельцы же его похитили? – Я вздохнула. Дома кроме членов семьи тоже никого не было, даже если бы случился инфаркт или что-то такое – мы бы заметили. Да и уйти бы он далеко не успел, «Секретные материалы» отдыхают.
- Ты права. – Это на счет Макс. Сложно мне судить о людях, которых я даже не знаю, но они оба такие редкостные придурки, что я убеждаюсь в очередной раз в том, что Бог поступает справедливо – дает человеку красоту Аполлона, но напрочь лишает мозгов.
Затем взаимные признания, Скарлетт обняла меня, и я ответила ей встречными объятиями, закрывая глаза. Разговоры меня очень выматывают, потом мне хочется долго лежать в тишине и думать обо всем том, что было произнесено вслух.
В любом случае, мне очень повезло, что у меня есть такие люди как Алиса и Скарлетт, а большего мне и не нужно. Все остальное само разрешиться, главное знать, что есть те, кто с тобой до самого конца не смотря ни на что, вопреки всем трудностям и невзгодам.

- к о н е ц -

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » - ты - моя точка опоры;