vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Дважды в одну реку не войти...


Дважды в одну реку не войти...

Сообщений 1 страница 20 из 25

1

- Emmet Macalister, Marguerita di Verdi
- городской морг, 3 марта 2014 г., поздний вечер
- Необходимость срочного расследования смерти одного из личных помощников, приводит Марго в городской морг, по совету знакомых, она должна встретиться с лучшим из патологоанатомов. Вот только не представляет, с кем ее столкнет Судьба. А может просто имя стоило спросить заранее?

0

2

Внешний вид

http://s8.uploads.ru/uvUPh.jpg

Потрясения трепавшие Семью Торелли, похоже внезапно распространились на тех, кто не имел к ней прямого отношения. А если честно сказать - то просто  и не знал о ее существовании. Но это не значило, что оставался за гранью моих интересов, и не получал помощи, когда это было необходимо. Даже тех, кто не был связан с мафиозным бизнесом, а был просто помощником или компаньоном, я предпочитаю контролировать и оберегать - все же такие люди, порой, знают даже больше чем близкие и родственники. Именно поэтому, поздно вечером третьего марта, вместо того, что бы провести вечер с мужем и сыном, я вела мотоцикл по темным улочкам Сакраменто, предпочтя даже любимой "змеиной" коже комбинезона обычную одежду, что бы не слишком привлекать внимание. Впрочем, от шлема я не стала отказываться - слишком часто он спасал мне жизнь и здоровье, чтобы рисковать без причины. В конце-концов речь сейчас шла не о сходке, и даже не о мафиозных делах. Тут решалось достаточно личное, и встреча, назначенная в морге была сохранена в тайне даже от мужа. Впрочем, в отличие от остальных  моих дел, это мало как пересекалось с его делами, и последствий не должно было иметь вовсе, но и оставить все как есть я  тоже не могла.
Идя по гулкому коридору городской больницы, куда почти восемь часов назад доставили Луку Сольецци, в совершенно невменяемом состоянии, и где шесть часов назад он скончался, предположительно от сердечного приступа, я размышляла о том, что в этой жизни никогда не знаешь, что случиться, и кто захочет поковырять твое тело, если ты вдруг умрешь раньше времени. Лука работал со мной с момента покупки "Сантаны". Обстоятельный, хладнокровный, и порой - слишком жестокий к своим подчиненным, он отлично справлялся со своими обязанностями,  и не лез туда, куда его не просили - на редкость хорошее качество для управленца. Крепкий, невысокий, словно пенек у дороги, с громким хриплым голосом, яркими синими глазами и обветренной кожей, он скорее напоминал моряка с какого-нибудь торгового суда начала ХХ века, чем действительно одного из управляющих известного в городе клуба. Но даже крепость нрава не спасла его от смерти, казалось бы простой и слишком обыденной. Подозрительно обыденной.
Забавно, имея мужа, носящего прозвище Патологоанатома, для вскрытия Луки я предпочла найти иного мастера скальпеля, не втягивая мужа в свои дела. Забавно, вспомнив о скальпеле, я вдруг вспомнила совсем другую больницу, четыре года назад, в Лос-Анджелесе, где уходя, стала владелецей скальпеля, так и лежащего в сейфе дома, и оставила раненного врача, забрав то, что мне было нужно. Интересно, что случилось с Эмметом? Остался ли он во врачебном деле? И сохранил ли ногу?
Тут же осознаю, что даже имени рекомендованного врача не знаю. Как и не знаю, как он выглядит. Впрочем, речь в разговоре с рекомендателем шла в основном о деньгах и о времени встречи, удобном для обеих сторон.  Захожу в чистый кабинет.
- Эй, есть тут кто?
Слышу за своей спиной шаги, понимая, что обладатель ботинок явно размера 14,  явственно хромает, и оборачиваюсь, невольно пытаясь дотянуться до кобуры под кожанной курткой, и замираю на полпути. Вот уж действительно, Судьба шутница.
- Скучали по мне?
Вот уж действительно стоило спросить имя врача. Но действительно, кто мог подозревать, что четыре года спустя, на другом конце страны, снова встретятся два человека, некрасиво расставшихся когда-то. И что самое смешное, что статус врача вряд ли поменялся, я же почти полностью сменила "кожу".
- Я смотрю, ногу тебе не ампутировали... - Вполне в его стиле отвечаю, чувствуя как горят пальцы достать из-под куртки Беретту, но вместо этого заставляю себя опустить руку. Все же в левом рукаве есть еще и нож. Хотя сомневаюсь, что врач на меня нападет. Ему же дороже.

+1

3

В целом, доктор никогда не собирался вот так просто впутывать себя в дела какой-то непонятной, возможно даже криминальной, организации. Однако, как известно, все в этом мире можно купить, и Эммет оказался далеко не самым крепким орешком. Каков рецепт успеха? Одна часть денег и две части лести - подавать отдельно, но под одним соусом. Доктор МакАллистер, каким бы он ни был гурманом, проглотил наживку и даже не поморщился. Впрочем, некоторые сомнения были, конечно, но... тщеславие пересилило и победило абсолютно все. И дело, даже, было большей частью не в деньгах.

Лицо Эммета выглядело так, словно на него упало божественное провидение. Улыбка - именно такая, особенная улыбка - вновь хищным оскалом проявилась на его губах. Право слово, бывают же в жизни совпадения! Доктор видел ее только со спины, но одного этого оказалось достаточно. Что говорить о том моменте, когда в секционной прозвучал ее голос? Мария, Мария... сказано вам было - попадете под гильотину.

Тело доставили в больницу еще днем, однако до определенного момента доктор МакАллистер не имел к нему совершенно никакого отношения. Понимаете, все дело заключается в такой простой мелочи, как жизнь. До тех пор, пока в человеке теплится еще хоть малейший намек на жизнь - они продолжают бороться за нее. Но в то самое мгновение, когда последнее дыхание вырвется из обессиленных легких... в то самое мгновение пациент перестает называться человеком. Он становится телом, которое перекладывают на тележку и везут вниз - в секционную - сохраняя при этом молчание.

- Скучали по мне? - безумно довольным тоном спросил Эммет, когда женщина обернулась на звук его шагов. Выражение ее лица, в самом деле, дорогого стоило. Как и выражение лица самого доктора, который, казалось, просто попал на вершину блаженства.
Старуха-судьба свое дело знала - она как никогда была на высоте. Разве могло бы, право, случиться просто так то, что случилось здесь и сегодня? Какая встреча... достойна, пожалуй, того, чтобы ее навсегда запечатлели в памяти потомков - и не важно даже, в письменном или устном виде. Эммет был просто уверен, что он - самый везучий человек на этой бренной земле. И сегодня его уверения вновь подтвердились.

Невысокий, но в то же время довольно плотно сложенный мужчина, прибыл в секционную несколько минут назад. Судя по бумагам, отдал концы он довольно давно (по врачебным меркам), но полностью остыть еще не успел. Одного взгляда на лицо было достаточно, чтобы уяснить для себе - с этим точно шутить не стоит. Впрочем... особо грубо - совершенно точно не стоит. Даже не смотря на то, что вряд ли он встанет и сможет сказать что-то против, а хотя бы из уважения к самой личности... ладно-ладно, я знаю, что вы не поверили. Конечно, Эммет уже успел немного поговорить со своим новым другом.

- Я тоже скучал, - с той же диковатой улыбкой и огоньком в глазах произнес доктор, проигнорировав слова женщины о ноге. Разумеется, след остался, и еще какой. Хромота, как уже говорилось, прибавилась, но... ничего непривычного Эммет не заметил. Когда привыкаешь к одно увечью, второе - тем паче, абсолютно идентичное - уже не кажется страшным, - Если хотите кофе, то... впрочем, вы не любите, я помню, - Эммет усмехнулся, закладывая руки за спину и чуть заметно покачиваясь с носка на каблук, - Оставим напитки. Ваш друг, а?
МакАллистер вынул одну руку из-за спины и легким жестом указал на тело, лежащее под простыней. Единственная лампа, что светила в секционной, висела прямо над столом с пациентом. Доктор с легкой усмешкой в глазах посмотрел на очертания мужчины под белым пологом, а затем перевел взгляд к Омбре.
- Мария, Мария... - задумчиво выговорил Эммет, однако глаза выдавали его с головой - в них по-прежнему сверкали огоньки от непередаваемого ощущения экстаза, который он испытал только что и продолжает испытывать. Он, право слово, и мечтать не смел о таком шансе! Но теперь... доктор медленно сделал несколько шагов вперед. Оказавшись в трех футах от женщины он с улыбкой, которая вновь была похожа на оскал, протянул правую руку для рукопожатия, - Добрый вечер.

+1

4

Да, Судьба занятная старуха. И хитра бестия, если так откровенно говорить о той, которая порой заставляет десятой дорогой обходить тех, кто нужен до безумия, и сталкиваться лоб  в лоб  с теми, с кем не хотелось бы встречаться вовсе на узкой дорожке.  Это странное ощущение, когда Тень сама не рада, что оказалась тут, что встретила человека, которого, кажется, вычеркнула из своей  памяти как ненужную деталь, жертву случайную и в принципе не слишком нужную, из тех, что другие киллеры сразу бы отправили на его рабочий стол, а она - не захотела тянуть за собой еще одну жизнь, и без того заклеймив и оставив фактически умирать. Ладно, кому я лгу - я сама вызвала санитаров и разбудила хорошим пинком в дверь Анну, чтобы его успели спасти, другой вопрос, могли бы они спасти ногу, которую я стянула достаточно сильно, чтобы привести к ампутации - но глядя на то, как ловко сейчас скачет почти от радости Эммет, я понимаю, что в принципе волновалась зря - все с ним в порядке.
- Не буду лгать - не скучала. - Коротко и холодно. В конце-концов четыре года назад в его секционной его держала на мушке Омбра - неприкаянный киллер итальянских семей, изгой из собственной Семьи, американской, где ее уже никто не ждал, мать-одиночка, с перспективой и правда уйти под гильотину в очередной свой заказ, или просто сгинуть где-нибудь со своей страстью к скорости и роскоши.
Благодарю, но кофе на ночь не пью. К тому же в твоей компании, Эм, я предпочту не прикасаться и к чаю. - Этакий легкий стеб над самой собой, когда-то попавшейся в ловушку, и едва не заплатившей за это если не жизнью, то собственной профессиональной честью.  Эта игра могла закончится куда как печальнее для нас обоих, а потому играть приходилось снова и по новым правилам. Или может доктор предпочитал жить прошлым?
Сейчас же перед Эмметом стояла совсем иная женщина, облеченная в броню собственной уверенности и самодостаточности - консильери Семьи Торелли, успешная бизнес-вумен и светская львица, жена и мать, любимая и любящая.  И достаточно самоуверенная, что бы не выбрасывая из рукава нож коротко и холодно пожать протянутую руку патологоанатома. Когда твой муж - бывший чистильщик, пожимать руку трупорезу  - не самое неприятное занятие. И все же сжимаю, словно желая продемонстрировать не только отсутствие опасений, но и определенную степень доверия.

+1

5

- И все-таки лжете, - улыбнулся доктор, неотрывно глядя в глаза своей собеседницы. Первая волна воодушевления, с головой захлестнувшая Эммета, начала отступать. Нет, от этого, разумеется, не становилось скучно. О нет, нет... эта операция, пожалуй, будет самой интересной за последние четыре года. Если не считать, разумеется, того случая в октябре, но сравнивать их несколько глупо, - Очень жаль. Я, право, даже в мыслях не собирался прибегнуть к прошлому методу. Знаете, Мария, я бы дал вам слово, но... - мужчина продолжал смотреть в глаза Омбры, - ...но вы ведь все равно не поверите, правда?
Доктор опустил глаза и довольно долго смотрел на руку женщины, которая все-таки приняла правила и вложила свою руку в руку Эммета. Это было довольно символично, ведь рукопожатие - как символ сделки и договоренности - очень часто начинало собою какую-либо... да, пожалуй, слово "игра" подойдет здесь больше всех прочих. Почему? Трудно дать на этот вопрос однозначный ответ. Однако, ощущения МакАллистера были именно такими.
- Прекрасно, прекрасно... - вновь улыбнулся доктор, мягко пожимая руку Омбры, - Не слишком-то приятные воспоминания, верно? Вы изменились. Я не могу точно сказать - в чем - но определенно изменились, - голос Эммета был довольно спокойным, но слышались в нем и некоторые оттенки усмешки. Словно сама ситуация, сама обстановка наводила его на насмешливые мысли, которое, впрочем, совершенно точно имели под собой почву. Доктор, после нескольких секунд рукопожатия, отпустил руку Омбры. Однако свою руку он не стал возвращать за спину - в несколько мгновений он плавно провел ее к женщине и чуть подтолкнул ее в спину, - Пойдемте, я покажу вам нашу сегодняшнюю работу, - теперь Эммет и не думал смотреть в ее глаза, потому что взгляд его был прикован к белой простыне, под которой лежало тело с очаровательным библейским именем, - Вам понравится.
МакАллистер, не убирая руку со спины Омбры - и даже более того, - переведя ее на талию, легко подвел женщину к столу, который в определенных кругах называют разделочным. Одним движением он откинул простыню и продемонстрировал своей гостье, скажем так, объем работы.
- Меня просили не вскрывать его черепушку и не копаться в мозгах, - усмехнулся доктор, на несколько мгновений обернувшись к Омбре, - Но если меня попросите вы - я это сделаю.
Эммет оставил женщину на месте, а сам неторопливо обошел стол и встал напротив нее. Не разрывая зрительного контакта и не позволяя улыбке уйти со своего лица, он взял в руки черновой скальпель для первичного вскрытия.
- Надеюсь, за моим вы ухаживаете?

+1

6

- Возможно. - Пожимаю плечами. Не знаю, чем он занимался днем, я - почти шестнадцать часов провела в пути, в очередной раз совмещая работу на Семью и собственные дела, занималась согласованием по проклятой стройке, и получила собственные документы, позволяющие мне открыть еще одну Сантану - тот самый давно желанный молодежный клуб. Но устала как собака, соскучилась по семье, которую видела лишь сорок минут за ужином, и сраженная смертью Луки, примчалась сюда, все еще держа себя в руках, но уже чувствуя первые признаки серьезной усталости.
- Не поверю. К тому же если вам так хочется со мной выпить, у меня есть своя фляжка. Не волнуйтесь, Эммет, там нет ничего алкогольного и даже яда - всего лишь холодная настойка из некоторых трав.  Очень тонизирует. - Особенно когда вместо самолета шестнадцать часов рулишь машиной, а после еще и на мотоцикл садишься. Так  и подмывает проверить - нет ли у меня на заднице мозоли. - ухмыляюсь  мысленно, ловя себя на мысли, что мужчина кажется услышал мои мысли и решил проверить мой вопрос, заводя руку за мою спину, и приобнимая фактически меня. Удивленно смотрю на него, но он на меня не смотрит, и подводит к столу. Оригинально, не могу сказать, что меня не касался никто другой, кроме мужа, но это не значит что прикосновение в принципе постороннего человека, достаточно интимное, меня не раздражает. Впрочем, торопиться с выявлением лишних эмоций, тоже не следует - все-таки продемонстрировав мне покойного Луку - он что ждал что я блевать побегу? Не дождется - шотландец переходит на другую сторону стола, словно пребывая в мелихлюндим, наблюдает за покойным. Точно ждет, что тот вскочит и напугает нас тем, что совершенно жив. Но увы, по всем признакам, таким знакомым мне самой, мой работник мертв.
- Луке было плевать, что ему вскроют, но я сильно сомневаюсь, что окончательный диагноз верен. Более того, я очень склонна в нем сомневаться. - Старательно поддерживаю правила сложившейся "игры", чуть приглушая чувство опасности, что бы не мешало наблюдать за слегка переигрывающим МакАлистером. Забавный человек - мне кажется, что сейчас он от радости прыгать начнет - как кролик, которому досталась полудохлая кобра - вроде как и сожрать нельзя, и добить не выйдет, а вот поди ж ты, такая радость в жизни!  - Я его подарила.  - Никому и ничего я не дарила, естественно. Его скальпель, как и чашка, и еще несколько предметов из моих "дел" лежат у меня в сейфе. Простынь же я сожгла по прилету в Рим четыре года назад - не хватала еще простынку покойника в доме хранить.  Киллеры - люди очень суеверные. Ну или позволяют так думать о себе.

+1

7

- Холодная настойка из некоторых трав... - повторил Эммет, всем своим видом выражающий безумно скучающую мину. Это и правда было скучно, ведь никакая настойка из трав не сравнится со старым добрым скотчем, к которому доктор питал страсть, вкупе с превеликим уважением, - Замужество изменило вас. Только не говорите мне, что вы еще и бросили свою... - мужчина издал мелкий смешок, - ...работу.
МакАллистер перевел взгляд на тело. Как видно, друзей и, возможно, родственников, чрезвычайно сильно волновали обстоятельства смерти этого человека. Волновали настолько сильно, что его попросили вскрыть без всяких свидетелей и в условиях полной конфиденциальности, чтобы не привлекать в это дело полицию и судебные органы штата. Вероятно, сколько бы ни делать ложных выводов, дела эти касаются неких криминальных организаций, потому что иначе объяснить столь высокую секретность просто невозможно. Кроме того, им и правда был нужен мастер своего дела - по странному стечению обстоятельств, именно доктор МакАллистер являлся таковым в этом богом забытом городе.
- Ну, насколько я понял... - Эммет протянул руку и коснулся губы тела, сдвигая ее в сторону, чтобы взглянуть на зубы своего нового друга, - ...вам важны только причины смерти. Если я не найду их в чреве, тогда смерть этого человека представляется вполне естественной. Никто и никогда еще не смог убить человека так, чтобы его мозг превратился в кашу, но черепная коробка оставалась нетронутой.
Пожалуй, основной цимес этой ситуации получался из-за имени тела. Лука. Это было очень символично, что несказанно веселило доктора. Естественно, у врачей вообще своеобразное чувство юмора, а что уж говорить о таких врачах, как доктор МакАллистер. Едва только узнав имя своего пациента, он едва не согнулся в хохоте, потому что более комичной ситуации на разделочном столе и представить было невозможно.
- Знали ли вы, Мария, что святой Лука является покровителем всех врачей? - спросил Эммет, на несколько мгновений вернув взгляд к женщине, - И даже более того, по некоторым версиям сам он был не каким-то врачом, но судовым, - доктор улыбнулся, а затем до его слуха донеслись слова Омбры о своем скальпеле, который она в прошлый раз решила оставить себе, - Подарили?
МакАллистер переспросил, однако переспросил скорее автоматически: проблем со слухом у него никогда не было. Это было неожиданно и даже немного обидно, ведь тот скальпель был его личным. Он не входил в перечень инструментов секционной, и доктор пользовался им только в самые ответственные моменты.
- Не слишком-то красиво с вашей стороны. Это был мой скальпель.
Мужчина произносил эти слова, вновь опуская взгляд к телу. Слово "мой" было нарочито произнесено с особенной интонацией, чтобы понять его можно было только в одном-единственном смысле. Не просто рабочий, но - личный. Доктор чуть поправил шею Луки и занес свое орудие, которое через несколько мгновений вонзилось в область чуть ниже кадыка. Одним точным движением Эммет провел быстрый разрез, который кончился в паховой области. Спустя несколько секунд он уже молча отделял ткани от кожи, закрепляя последнюю специальными зажимами. Все чрево пациента предстало перед Омброй во всей красе.

+1

8

- Вы же не знаете, Эм, из каких трав настойка.  Так что зря отказываетесь. - Ухмыляюсь, глядя на него с долей сарказма - ведь он и правда не знает, может настойка с высоким градусом алкоголя.  Хотя на самом деле алкоголя там не и на йоту. Печень стоит поберечь, иначе потом мистеру МакАлистеру придется копаться в неаппетитной кашице вместо здорового органа. Он ведь кажется мечтал, что бы я оказалась на его столе? ну так надо стараться, чтобы ему не было стыдно за подобное "тело", которое ему все равно рано или поздно придется вскрывать. И, боюсь, он все-таки дождется своего часа.
- Замужество меняет любую женщину. - Пожимаю плечами. Если бы хотела, что бы не знали о моем статусе, предпочла бы не носить кольцо. Правда тогда муж смертельно обидиться - фамилию не взяла, так еще и кольцо не носит! Правда это было бы в принципе в стиле Омбры.  - И нередко совершенно непонятно, в лучшую или в худшую сторону меняет. Нет, доктор, я вас, пожалуй разочарую - я не оставила свою работу. Более того, я усугубила ее вхождением в некую криминальную организацию. Кстати, символ власти в ней - на соседнем пальце с обручальным кольцом. - Я несколько не кичусь перед ним своим статусом. Как и не боюсь, что он может вызвать полицию - это глупо. Доказать, что я связана с Семьей, обвинить меня в убийствах, доказательств которых, тоже нет, это все пустые слова. Так что мне нечего стесняться. Но хвалится я тоже не собираюсь, оставляя многое без озвучания.
- Нет, Эммет. Вашим скальпель был, пока не оказался в моих руках. Так что я подарила свой скальпель.  - Легкая издевка сквозит в моем голосе. Я-то хорошо знаю где скальпель, но это не значит, что я не позволю себе чуток поиздеваться над врачом. Хорошо зная тезу о том, что скальпель для врача, что нож для шеф-повара - единственный и неповторимый, и оба удавить готовы того, кто его тронет. - Если вы не будете себя плохо вести, Эммет, и скажите мне все же, от чего  умер Лука, я скажу у кого он и вы возможно, сможете его забрать.

+1

9

Доктор, оторвавшись от своего крайне увлекательно занятия - закрепления кожного покрова по краям трупа - перевел глаза на левую руку женщины. В самом деле, на это кольцо, соседнее с обручальным, Эммет не обратил внимания. Он не заметил в нем ничего примечательного - полоска металла, на которой не было абсолютно ничего. И тем не менее, сама суть была кристально ясна. Масоны? Разумеется, нет. Мафия? Гораздо ближе к истине.
- О-о... мафия... - с легкой, едва уловимой улыбкой произнес МакАллистер. И сказано это было с такой интонацией - скорее даже громким шепотом - словно Эммет издевательски поддел женщину. Как взрослый ребенок, коим Эммет иногда являлся, он словно вновь бросал вызов, совершенно ясно намекая на неосновательность и излишний пафос, свойственный не слишком-то могущественным организациям, - Власть... влияние... - продолжал доктор в том же тоне, однако взгляд его вернулся к телу. Несколько мгновений мужчина уделил последним закреплениям, а затем, подняв глаза на секунду и довольно едко усмехнувшись, добавил, - Скольких лавочников вы уже запугали, Мария?
Мужчина продолжал улыбаться, вытягивая кишки из тела покойного. Вскоре они заняли свое законное место на одном из глубоких подносов, что в изобилии стояли подле доктора. Не отвлекаясь на частные случаи, Эммет предпочитал сначала полностью выпотрошить своего друга, и уж потом - по отдельности - разбираться в составляющих.
- Умоляю вас, не пытайтесь обернуть дело так, словно это вы заставляете меня работать, - МакАллистер едва заметно усмехнулся, вынимая из чрева своего друга его желудок, - Мне заплатили в полной мере, не рассыпаясь на авансы и обещания, так что оставьте ваши попытки мотивировать меня, - доктор улыбнулся, аккуратно опуская желудок на соседний поднос, - Вот интересно, кстати, вы не думали, что кто-то другой мог заплатить больше и попросить меня солгать? Вы ведь, я более чем уверен, все равно не отличите зараженную кровь от чистой. Или даже более тонко... есть такие яды, которые почти не оставляют следов. Очень трудно обнаружить их в теле, а спустя день после смерти - совершенно невозможно, - мужчина вновь бросил короткий взгляд в глаза Омбры, - Вы знаете, где искать эти следы?
Одним аккуратным движением он вслепую вырезал поджелудочную железу и быстро бросил ее на очередной поднос.

Отредактировано Emmet Macalister (2014-03-14 00:04:10)

+1

10

Я и смотрю на него как на ребенка. Из-за книг и романтического флера фильмов и сериалов, и благодаря ненавистного всей мафии Марио Пьюзо, мафия не имела сейчас действительно серьезного влияния на людские умы, вынужденная из яркого влиятельного сообщества уйти в тень в начале пятидесятых годов двадцатого столетия. И в принципе, так это и продолжается. Подумать только, еще в сороковые годы арест какого-нибудь не слишком представительного мафиозо вызывал не меньший интерес у газетчиков, чем сейчас роды какой-нибудь Анджелины Джоли, или королевская свадьба. Забавно, но у мафии были даже свои фанаты, впрочем не слишком явные, чтобы не загреметь за содействие и сочувствие, но все же.  Поэтому к несколько оскорбительной реакции Эммета на мои слова я отнеслась несколько пофигистически, хорошо зная, что совершенно не собиралась его запугивать, просто ответила на его вопрос.  В принципе смысла запугивать его сейчас и правда не было. Он получил свои деньги, получил их через посредника от меня, и мог вполне их отработать, или не отработать, и тогда не получить вторую половину денег.
- Я совершенно не заставляю вас работать. Более того, Эммет, вы вполне можете сложить все, и уйти пить кофе, мотивируя это усталостью или даже не желанием работать под моим приглядом. А потом написать в заключении что угодно, да тот же диагноз, который слепо поставил диагност наверху, и спокойно отправиться прогуливать причитающуюся вам сумму. - Пожимаю плечами. Ну что  я могу с ним сделать? Прострелить вторую ногу? Ну так статус у меня уже совсем иной, и обязывает к несколько иному поведению. Да и бежать из города мне нельзя - найдут свои же и убьют. Предательства Семья не прощает, хотя порой так хочется ее предать и уехать обратно в Рим, что бы жить там с сыном и наверное, даже без мужа. Потому что именно он не простит такого предательства.
- И жить так дальше. - Спокойно наблюдаю за тем как виртуозно он справляется с человеческой плотью. Это завораживающее действо. Словно волшебство или магия, ловкая и в то же время - поразительно хрупкая - превращающая мертвое тело в некое произведение искусства, рисунок или инсталяцию, настолько ирреальную, настолько же и математически точную, и все это дополняют ловкие руки и все блестящие предметы в этих палатах Смерти - от стола, на котором лежит труп... нет, уже не труп - произведение искусства, до тонкого скальпеля в ловких пальцах "художника".
К сожалению, я могу опознать яд, лишь приняв его, и то далеко не всякий. - Не могу отвести глаз от его работы, чувствуя как остро реагирует тело на это пассивное насилие, которое производит Эммет над телом того, что было когда-то Лукой. - Я полностью доверяю вашему опыту, Эм, и не делайте из меня зверя.

+1

11

- К моему глубочайшему сожалению, Мария, я привык отрабатывать свою зарплату, - произнес Эммет, театрально изобразив печать скорби на своем лице, с которого, впрочем, так и не сошла усмешка, - Кроме того, ничего тяжелого здесь я не вижу. Знаете, обычное вскрытие - скажем так, официальное вскрытие - отнимает достаточно много времени: тщательный разбор внутренних органов, взвешивание, доскональный осмотр и выявление патологий... в нашем с вами случае мне и нужно-то всего только определить истинную причину смерти, если она правда не являлась естественной.
Доктор покончил с извлечением внутренних органов, а затем аккуратно срезал одно легкое - анализ в любом случае не помешает. Отравить можно не только жидкостью, но и газом, а наличие воздушного химиката в крови определить еще сложнее. Мужчина взглянул на полностью очищенное чрево своего пациента и удовлетворенно кивнул, что-то едва слышно пробормотав себе под нос.
- Благодарю вас, - бросил он спустя несколько секунд, - Я вижу, замужество пошло вам на пользу. Или сказывается усталость? Тем не менее, сегодня вы определенно ведете себя куда лучше, нежели в ту достопамятную ночь, - Эммет всем своим видом выражал абсолютную невозмутимость и спокойствие, однако человек понимающий однозначно сказал бы: провокация. Совершенно явная и неприкрытая провокация, с которой МакАллистер хотел буквально подстегнуть женщину на грубость, чтобы потом вновь уличить ее в невежестве. Сегодня это служило основным развлечением доктора, потому что он слишком хорошо помнил свою прошлую встречу с Омброй, - Впрочем, с другой стороны, тогда вы выглядели лучше.
Эммет снял перчатки и направился к своему письменному столу. Левая нога заметно подволакивалась, но на деле это было совсем не так - доктор вполне мог справиться с особо сильной хромотой, которой не было в принципе, но не напомнить женщине о прошлом он просто не мог. Вот и сейчас, стоило только МакАллистеру повернуться к ней спиной, как на его лице тотчас же появилась широкая улыбка, коею он тщательно скрывал. Играть так играть, пусть и игра эта весьма прозрачна.
Доктор вынул из ящика стола темную бутылку с оранжевой этикеткой и плеснул немного скотча в кружку из-под кофе. Быстро осушив ее (там и было-то два глотка), мужчина повернулся к Омбре и, чуть заметно усмехнувшись, зашагал к подносам с внутренними органами.
- Пойдемте к микроскопу, Мария, я покажу вам следы яда, - произнес МакАллистер, взявшись за желудок, - Если он там вообще есть. Начнем с самого грубого варианта отравления.

+1

12

- Тогда вы были преградой на пути к достижению цели, Эммет - сейчас вы человек, который работает в данным момент на меня. Разница в отношении должна быть ощутимой. К тому же ваша шутка с паралитиком... - Морщусь, вспоминая то ощущение бессилия, которое тогда на мгновение даже ужаснуло меня, заставив задуматься о том, как все мимолетно и совершенно не точно, как мне казалось до этого. Это вообще было странное и не слишком приятное воспоминание - но все же сейчас не хотелось думать об этом. В любом случае - Луке было сейчас куда хуже  у меня хотя бы корабельный ланцет не ковырялся внутри и не выгребал мои органы на разные подносики, а ведь мог, и даже не убивая - просто из интереса. Я не задумываясь могла назвать человека, который на месте Эммета именно так бы и сделал. И получил  бы от этого несказанное наслаждение. Именно поэтому Эм остался тогда жив, что не стал пользоваться возможностью проверить реакции на живом теле.
- Ваш сарказм совершенно  неуместен, как и попытка спровоцировать меня на некоторые действия. - Спокойно разминаю слегка затекшую шею, тело устало отзывается болевым спазмом - оно хочет спать, есть и отдохнуть наконец, прокемарив пару суток, но знает, что получит максимум пару часов, и то при лучшем раскладе, и уже согласно даже на это. Или хотя бы что бы его посадили, не на жесткое сидение машины или мотоцикла, а в мягкое креслице. Так что его заявление что я выглядела тогда лучше не лишено смысла - тогда на "дело" я пошла выспавшись, и даже перекусив, а сейчас почти сразу - с корабля на бал. Так что реагировать на его слова у меня не было ни сил, ни желания. - Если хотите что бы я прострелила вам вторую ногу - скажите об этом прямо. Идемте. Если считаете нужным. - Снова пожимаю плечами, и следую за ним к аппарату, достаточно равнодушно наблюдая за тем, как он глушит дешевый виски, и идет  к столу с микроскопом. - Я смотрю, ваше финансовое положение ничуть не улучшилось с Лос-Анджелеса. - Его забавляет мое невежество, меня же - подкалывать его относительно его финансов, и так хорошо видно, что доктор зарабатывает гораздо меньше, чем мог бы при его талантах. Задумываюсь, наблюдая за тем, как он кульгает к столу - но не о том, что хромота у него по моей вине, а о том, что после того, как Гвидо стал Доном, Семья осталась без штатного трупореза, и стоило бы найти подобного специалиста, хотя бы для таких случаев, как с Лукой. Ведь совсем не факт, что убрали его по причине его поступков, а не что бы сделать мне китайское предупреждение. - Что я должна увидеть?

Отредактировано Marguerita di Verdi (2014-03-14 01:18:54)

+1

13

- Шутка была бы более удачной и куда более забавной, если бы вы ее не испортили, - усмехнулся МакАллистер, опуская желудок покойного на разделочную доску. Воспользовавшись тонким и чрезвычайно острым скальпелем, он вскрыл орган и взял несколько анализов желудочного сока, который, впрочем, уже мало напоминал самого себя, - Я собирался поговорить с вами до утра, а потом отвезти в аэропорт. Однако, вы слишком плохого мнения о людях, чтобы даже предположить столь безобидный вариант, - Эммет капнул в пробирки с анализами из колбы, что стояла в дальнем углу стола, - Что же касается моего сарказма, то он, хоть и безусловно является сарказмом, но все-таки имеет под собой основание. Не касаясь последнего замечания.
Мужчина, опорожнив остатки сока в раковину, положил часть желудка под микроскоп. С легким щелчком он переключил тумблер и яркий свет в то же мгновение осветил материал. Доктор несколько секунд провел у приборной панели микроскопа, а затем прильнул глазом к окуляру. Он не привык говорить во время точного замера, потому молча стерпел все слова женщины. Поддев скальпелем ткань желудка, МакАллистер обнажил стенку и отрегулировал резкость микроскопа. В течение полуминуты он также молча смотрел в окуляр и даже не думал открывать рот.
- По-крайней мере, Мария, я не убиваю людей. Не распространяю наркотики и не вешаю старушек. Чем там еще занимается мафия? - доктор чуть заметно усмехнулся, однако усмешка его вышла не такой, как обычно. Пожалуй, случилось это от того, что женщина была права - порой Эммет забывал, что отныне трудится на берегу, а значит и получает на порядок меньше, чем получал раньше. И тем не менее, сводить концы с концами удавалось, - В этом мире и без моих стараний достаточно пакости, - добавил мужчина, отвернувшись к микроскопу, - А если вы опять начнете размахивать своим страшным пистолетом, то на этот раз уже мне придется связать вас. Не хочу, знаете ли, получить вторую пулю.
МакАллистер, удовлетворившись увиденным, поднял голову и повернулся к женщине.
- Взгляните. Абсолютно ничего примечательно, - буднично произнес он, указывая рукой на окуляр, - Я пойду за поджелудочной.
Отвернувшись, доктор и правда отправился к подносам, однако путь его пролегал, почему-то, через письменный стол. Через письменный стол и чашку из-под кофе, что все еще стояла там. Звякнув бутылкой, Эммет вернулся к микроскопу с поджелудочной железой.

+1

14

- Ну бывает, похищает людей, бывает - контролирует проституцию, террористов, продажу оружия, подпольные абортарии, фальшивую фармакологию, торговлю недвижимостью, незаконные гонки, букмекерство, киднеппинг... а да, его  я уже называла. - Лениво загибаю пальцы, с полуулыбкой глядя на Эммета, разбирающего желудок Луки на запчасти. Напоминаю себе, что то, что лежит на столе у патологоантома уже не Лука, и чуть морщусь от отвратительного запаха, который распространяется, когда врач вскрывает желудок. Мерзость та еще, но в принципе - сносно, особенно если не заморачиваться, и не пытаться совладать с запахом, человеческий нос имеет тенденцию привыкать к запаху, посылая в мозг сигналы, что раз так мерзко пахнет довольно долгое время, значит это уже не мерзость, а так - посторонний фон, на котором можно уже не сосредотачивать внимание. И мозг отдает команду ничего не замечать, и привыкает к запаху. Поэтому через тридцать секунд просто перестаю его слышать, а голодный желудок судорожно пытается отлепиться от позвоночника, идентифицируя притершийся запах как еду. Тут приходится сложнее, но со спазмами справляюсь механическим способом - просто заставляя сокращаться сильнее диафрагму и естественно не давать  желудку прорваться вперед дыхания.
- Вы с таким же успехом могли превратить меня в подопытное животное и усыпить под утро. Так что не стоит спорить на эту тему. Каждый смотрит на других через свои очки. - Снова верчу шеей, кажется я зажала нерв, и ощущения не из приятных.  И справиться с этой напастью никак не удается. - Я поменяла пистолет. Этот вам больше понравится. - Ухмыляюсь, но пистолет из кобуры не достаю, словно демонстрируя, что это в принципе была шутка.  Фыркаю, когда он предлагает мне взглянуть.  - Эммет, я вам сразу сказала, что ничего в этом не понимаю, так что не стоит каждый раз мне об этом напоминать, или это вас радует? Ну тогда напоминайте. Только давайте все-таки чуть более споро.  - Ну его к черту с его лелеямым чувством собственного достоинства, и раненной самоуверенностью. Я зверски хочу домой, хотя бы поцеловать сына. И не менее зверски хочу узнать от чего умер Лука, что бы понять надо кому-то мстить или нет. - Вы не думали о дополнительном заработке, Эм?

+1

15

- О, Господи, как это увлекательно... - ехидно усмехнулся доктор, разглядывая поджелудочную железу. Визуальный осмотр порой мог сказать о много, но - увы - в данном случае орган абсолютно ничем не отличался от всех прочих, потому что качество его не вызывало никаких сомнений. В целом, его даже можно было бы сплавить на черный рынок по вполне приемлемой цене, если бы МакАллистер этим занимался, - Подлые, низкие люди. Отчего вы только считаете себя в праве ставить себя выше всех прочих? Лучшая часть человечества исправно занимается своей работой и, что самое главное, приносит хоть какую-то пользу цивилизации. Я исследую патологии, другой - добывает материалы, третий - занимается производством, еще кто-то - перевозит грузы... и только вы, Мария, со своими друзьями нагло полагаете, что имеете право пользоваться плодами наших трудов, не привнося в наш общий вклад ничего своего.
Эммет полоснул скальпелем по поджелудочной железе и отправил половинку под микроскоп. Желудок, который находился там до этого, был небрежно сброшен в открытую утробу мертвеца. Доктор некоторое время провел у окуляра, разглядывая ткани, а затем быстро разогнулся и бросил материал туда же, где уже покоился желудок. В самом деле, это опять было разочарование. Взглянув на пробирки с анализами, Эммет чуть заметно помотал головой и опорожнил их в раковину.
- Не надо торопить меня, Мария. Я не водитель такси, - недовольно буркнул доктор, явно раздраженный неудачей, - Если вы хотите получить достоверное заключение о смерти, в котором не было бы ни единого предположения и допущения, а только лишь одни факты, тогда вам придется потерпеть, - добавил он спустя несколько секунд, - Что касается пистолета, то мне больше по душе армейские винтовки.
Эммет разделил почку на две половинки и положил одну из них под яркую лампу микроскопа. Прильнув к окуляру, он почти в ту же секунду раздраженно схватил почку и выбросил ее в мусорное ведро.
- Я не понимаю, Мария. Ваш друг абсолютно здоров. У меня осталось не так много органов для исследования, - произнес доктор, бросая оценивающий взгляд на оставшиеся варианты. Сердце и легкое - искать в других местах не имеет смысла. Как он уже говорил, совершенно невозможно повредить мозг, не повреждая при этом черепную коробку, - Черт знает что такое... - МакАллистер взял в руку сердце и сделал легкий надрез. Чуть сдавив орган, он посмотрел на выделившуюся кровь. Сцедив немного в пробирку, доктор бросил сердце к прочим исследованным органам, - Я искренне презираю преступность, Мария. Все ее представители - невежественные и грубые люди, которые осознанно ставят себя выше прочих. И в этом, пожалуй, ваша главная проблема. Вы не хотите трудиться, не хотите работать. Вы играете на людских пороках. Жаль, что я не доживу до того дня, когда вас просто не станет. Просто безумно жаль... я подумаю над вашим предложением.
Мужчина взялся за небольшой кусочек легкого мертвеца - это был последний шанс, последняя попытка найти хоть что-нибудь, что могло бы послужить истинной причиной смерти, если она правда отличалась от официальной версии. В истории болезни значилось, что этот человек умер от остановки сердца, и если легкое не покажет ничего нового, тогда доктор с чистой совестью подпишет заключение врача сверху.

Отредактировано Emmet Macalister (2014-03-15 00:25:56)

+1

16

- У вас интересное суждение, Эммет, словно вы сами пострадали от мафии. И кто это был? Может террористы? Или пираты? Ах да, там у вас что-то было на воде, после чего вы не можете вернуться в море. - Интересно, как отреагирует бравый доктор, на подобную провокацию. Я все-таки начинаю слегка беситься, оттого пренебрежения, с которым он высказывается о моей работе. Но совсем чуть-чуть, для тонуса, а то скоро совсем засну, наблюдая за его чудными руками, превращающими органы Луки в какую-то нарезку. Приятного, конечно мало, но если это нужно для исследования - черт  с ним, лишь бы побыстрее закончил. Все-таки я уже не девочка, что бы подобные нагрузки оставались на теле и лице лишь легким флером усталости.
- Время - деньги. Так что желательно все же не упускать из виду ничего, но и не затягивать. - Устало провожу ладонью по лицу - чувствую себя так, словно по мне проехал вездеход. В принципе, это где-то близко. Надо взять себя в руки и включить сознание, что бы не вырубиться от усталости. Забавно - тогда ему пришлось напоить меня кофе с наркотой, что бы я была недвижима, сейчас же ему кажется, надо предложить мне лишь подушку и одеяло. Усмехаюсь сама себе, краем глаза отмечая мельтешение его рук. Да уж, Тень, ты совсем распустилась замужем. Нужно снова возвращаться к жесткому уровню тренировок и сну по три часа в сутки, на жесткой постели без матраса. Впрочем, муж как раз этого не поймет.  Ему в его возрасте комфортнее быть на мягкой перине, и прижимать  к себе супругу, как плюшевого медвежонка.
- У каждого своя работа. - Пожимаю плечами на его браваду. Я давно уже не ищу оправданий своим поступкам, и не желаю к этому возвращаться, предпочитая самообман в легкой форме. - Никто не заставляет вас, док, брать винтовку и идти во славу мафии стрелять кого ни попадя. Мне нужны ваши навыки и я готова за них платить. А кто первым сляжет - не факт, что вы.

+1

17

- Не сыпьте соль на рану, Мария... - произнес Эммет, не отрываясь от микроскопа, - Первый раз я действительно повредил ногу в море, - продолжил доктор, делая совершенно явный акцент на слове "первый", что непрозрачно должно было намекнуть женщине о втором случае травмирования несчастной ноги, - Это случилось в Атлантике. Зимние штормы там, знаете, не редкость... меня хорошенько приложило о фальшборт, однако я об этом не жалею. Человеческая жизнь стоит гораздо дороже, чем... - однако, мужчина осекся на полуслове и не стал продолжать. Откровенно говоря, ему не слишком-то хотелось пытаться выставить себя героем или что-то вроде того, потому что он всего лишь выполнял свой врачебный, как ему казалось тогда и кажется сейчас, долг, - Впрочем, не будем вспоминать былое.
Эммет, уже вновь всецело поглощенный исследованием, улыбнулся. Кажется, здесь что-то было. Легкое мертвеца, а точнее осадок на его внутренней стенке, мог недвусмысленно намекать на отравление, причем отравление довольно искусное. И тем не менее, без соответствующих доказательств нельзя было столь скоро объявлять о победе и начинать речь без убедительных доводов.
- Не надо, Мария, не надо подгонять меня, - упрямо улыбнулся доктор, на несколько мгновений повернувшись к женщине, - Я не водитель такси. Я, как говорила одна знакомая вам медсестра, старый упрямец, который не поддается на такие выпадки.
МакАллистер кончиком скальпеля аккуратно соскоблил частички налета и положил их на стекло. Взяв со стойки уже знакомую вам колбу, он капнул на налет несколько капель. И вот теперь, пожалуй, доктор мог со всей уверенностью заявить - этот человек, что ныне вскрыт и лежит в секционной, был отравлен. В его умерщвлении не применяли никаких общедоступных и простых к обнаружению ядов, и даже более того - такой метод был крайне изобретателен, потому что если бы тело пролежало еще несколько часов, то никаких намеков на наличие отравляющих веществ не нашел бы ни один врач.
- Я сказал, что подумаю, Мария, - умиротворенно произнес МакАллистер, потому что совершенно точно знал - его задача на сегодня выполнена, - Надеюсь, у вас есть достойный кабинет и набор инструментов? - легкая усмешка проскользнула по его лицу, когда он вновь повернулся к Омбре, - Вашего друга убили, причем убили весьма интересным способом. Отравление ядовитыми парами. Кратковременный паралич легких. Двух минут достаточно для того, чтобы убить человека, но недостаточно для того, чтобы проявить признаки удушения. Полагаю, я могу приступить к... восстановлению тела.
С торжествующим выражением лица доктор сложил в чрево покойного остатки органов и приготовил иглу. Спустя несколько секунд он сделал первый прокол и, отсоединив крепления, начал зашивать мертвеца, любовно ровняя стыки кожного покрова.

+1

18

Мне снились в жизни сны, которые потом оставались со мной навсегда и меняли мой образ мыслей: они входили в меня постепенно, пронизывая насквозь, как смешивается вода с вином, и постепенно меняли цвет моих мыслей, которые словно в котле варятся в утомленном мозгу. Я слышала о странных вещах, доведись мне жить с ней под одною крышей и вечно видеть это приторное, восковое лицо: самым обыденным делом было бы через два дня на третий выводить радужные узоры на его белизне и превращать ее голубые глаза в черные. Парадокс времени и парадокс ощущений слишком остр, что бы оставаться  равнодушной к тому как относится к моей работе  человек, равнодушно изучающий сейчас части тела верно работавшего со мной человека, совершенно не имевшего отношения к мафии.
Нас никто не любит, и все бояться, никто не хочет пятнать себя работой с нами, но это не значит, что не стоит проявить малейшее уважение к тому, что мы делаем, и что делали испокон веков. И не мне судить Антонио, решившего сделать из дочки фермеров высококлассного киллера. Я всю жизнь делала только то, чему меня научили, и никогда не искала себе оправданий. Я просто хорошо делаю свою работу, как и врач сейчас.
- Человеческая жизнь стоит очень мало, поверьте мне, Эммет, и ваш пример - показателен со всех сторон. - Устало пожимаю плечами на его историю. Удар о фальшборт вполне можно совместить с тем моим полетом с мотоцикла около года назад, когда только ловкость рук Гвидо уберегла меня от постоянной хромоты, а значит - автоматического вылета из лиги киллеров - убийца по умолчанию не может быть хромым - слишком яркая примета, которую сложно скрыть. По логике, мне даже шрамов иметь нельзя, во всяком случае на видимых частях тела, чтобы никто не запомнил, как и татуировок.  Впрочем шрамов на мне достаточно, а татуировку видит лишь муж, и то. зная его консервативность - вряд ли до сих пор ее заметил.
- Я могу предоставить вам и клинику, при необходимости, не только кабинет и инструменты.
- Хорошему патологу ничего не жалко, тем более, что все равно у меня в планах углубление в торговлю фармакологией, и медицинское обслуживание можно подключить сюда же. Я постепенно планирую выводить свой капитал из тени, чтобы при возможном крушении Семьи не остаться ни с чем.
- Значит яд... паралитик...  - Задумчиво смотрю на то, как Эммет зашивает тело Луки. Не самое приятное зрелище, завораживающее своей отвратностью. Но все же.
- Вы можете определить что это был за паралитик?

+1

19

- У нас с вами совершенно разные взгляды на критерии оценки человеческой жизни, - усмехнулся МакАллистер, не оборачиваясь к женщине. Отныне все его внимание было занято прокалыванием отверстий в коже мертвеца и сшиванием его кожного покрова. Надо сказать, что сам доктор считал это совершенно излишним, однако родственники чаще всего (или вообще всегда) предпочитали иллюзию целостности, нежели правду, - Я вытаскиваю людей с того света за сущие мелочи, а вы отправляете их туда за большие деньги.
Эммет аккуратно проделывал свою работу, действительно на совесть сшивая труп. Впрочем, он редко делал свое дело откровенно грубо, потому что привычки халтурить у него не было. Здесь, в секционной, никто никуда не торопился, а значит и времени для качественной работы было предостаточно. Разумеется, порой случались редкие случаи, когда нужно было проводить вскрытие немедленно, но в большинстве случаев этим занимались эксперты в области судебной медицины. А что касается случаев вроде сегодняшнего, так таких у доктора МакАллистера не было еще никогда.
- Хорошо, - кивнул мужчина, делая последний стежок и отрезая нить, - Я подумаю над вашим предложением. Но только после того, как вы вернете мне мой скальпель. Я не для того позволил забрать свой личный инструмент, чтобы вы отдали его в качестве сувенира.
Доктор прошел к раковине и быстро вымыл руки. Он молчал, очевидно, раздумывая над сказанным. Конечно, в одном Омбра была права - денег в самом деле было недостаточно. Нет, вы понимаете... хватает на содержание, хватает на топливо и еду, но... это все. Или почти все. Счет МакАллистера в банке увеличивался до боли медленно, потому что откладывать было почти нечего. Это, пожалуй, и послужило основным мотивом и правда задуматься над предложением женщины. С другой стороны, впрочем, все это действительно претило Эммету. Успокаивало лишь то, что живых людей он не будет вскрывать никогда, сколько бы ему за это не предложили.
- Яд на основе хлора, - произнес доктор, поворачиваясь к своей собеседнице, - Большего я сказать не могу, потому что компонент улетучился. Впрочем, вариантов в любом случае масса.

0

20

Пожимаю плечами в ответ на его заявление. У каждого в принципе, свой взгляд на человеческую жизнь, тем более чужую.  И каждый по своему относится к тому, что происходит в этих жизнях и как их отнимать или возвращать. Я не считаю себя Перстом судьбы или палачом. Я просто хорошо делаю свою работу, как ее честно делает Эммет. Вот только оплата и правда, разная слишком. И надо научится принимать как данность такое странное разделение труда в мире. И то, что  я предлагаю ему выгодное сотрудничество - еще одна простая закономерность, на самом деле. Тем более, не могу сказать что хочу скрыть, что шотландец мне интересен не только как мастер своего дела, но и как язвительные и интересный собеседник, который вряд ли полезет в грязное белье семьи Монтанелли, и не будет с укором взирать на меня, словно я провинившийся ребенок.  Я несомненно люблю своего мужа, но после того как мы окончательно перешли в интимные отношения, нашей дружбе прежней пришел конец, и мне безумно не хватает подобного друга, который будет и хорошим собеседником и внимательным слушателем.
А еще ничего не будет знать о делах Семьи, потому что работать будет на меня.
- Мне понадобиться время, чтобы вы его получили. - Не хватало мне еще самой ему отдавать его скальпель. Не велика он птица, что бы вот так просто отдать ему забранное. Завтра утром, если не забуду, привезут его ему курьером. И достаточно. - Хотя это странное условие, другие спрашивают суммы, а вам скальпель важен, Эммет. - Ухмыляюсь. Платить я могу ему более чем достаточно, чтобы и машину обновить и подсобрать денег, и путешествия себе позволить. И даже девиц самых дорогих из борделя Ливии. Особенно если договориться с ней за скидку.
- На основе хлора? - Задумчиво смотрю в глаза мужчине, словно ища в них ложь, на самом деле анализируя возможные варианты, кому именно мог помешать мой управляющий. И кто так рвется в Сантану, что не пожалел отличного работника. - Вы сможете выделить мне небольшую дозу на исследование?

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Дважды в одну реку не войти...