Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Моя жизнь, но мои ли правила?


Моя жизнь, но мои ли правила?

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Участники: Тайлер и Шейла Мерфи
Место: дом семьи Мерфи, далее ресторан.
Время: июль 2011 года.
Время суток: приблизительно час дня
О флештайме: 5 лет тяжелой учебы позади, Тайлер возвращается в Сакраменто в приподнятом настроении, так как уверен: его жизнь отныне в его руках, и отец не сможет больше диктовать, как ему жить. Реакция, когда он узнает о том, что ошибается, оказывается неожиданной для всей семьи.

0

2

внешний вид

   Сказать, что Тайлер был рад - ничего не сказать, потому что он был не просто рад, он был счастлив, готов был скакать от радости, и, самое забавное, такое настроение не покидало его уже месяц с тех самых пор, как он окончил учебу в этой сраном институте, на этом сраном факультете экономики, который ему никогда не нравился. С самого детства мальчишку интересовали слова, то, как причудливо они собирались в предложения, и он с улыбкой вспоминал, как читал по вечерам словарь, потому что ему нравилось узнавать незнакомые слова, и он смаковал их произношение так, словно ел самое вкусное блюдо на свете. В отличии от своих сверстников, он не метался от одного решения к другому, когда собирался поступать в университет. Он думал, что хочет стать филологом, или поступить на факультет издательского дела, или на журналистику, да хоть факультет лингвистики на крайний случай. Он выбирал между этими факультеты с легким сердцем, потому что все они нравились и были по душе, он не боялся ошибиться.
   А потом выяснилось, что у его отца на жизнь сына были совершенно иные планы. Сэмюель Мерфи считал, что филолог и журналист - это глупые профессии, которые не способны обеспечивать нормальный уровень жизни и, не успел Тай и глазом моргнуть, как ему пришло письмо о том, что он зачислен на факультет экономики университета Фриско. Ох, как тогда Тайлер бесился...
   Спросите, чем же он был рад? Да тому, что теперь был предоставлен самому себе. Да, пять лет учебы потрачены впустую, да, у него в чемодане лежит диплом об окончании высшего учебного заведения, но он даже на стенку этот диплом не собирался вешать. Так, бесполезная бумажка, разве что попу ею подтирать, да слишком жесткая.
   Он закончил учебу ровно месяц назад, и ровно месяц веселился и тусил с друзьями, прощался с ними, потому что все разъезжались по родным городам, и радовался-радовался-радовался, потому что успел соскучиться по Сакраменто и по - вы не поверите - своей семье.
   От Фриско до Сакры не так уж долго ехать, Тайлер ехал в автобусе, глядел в окно и чувствовал себя идиотом. Пассажиры автобуса тоже чувствовали, что он идиот и опасливо косились, потому что молодой человек улыбался во всю свою зубную стоматологию, и прямо удивительно, как у него до сих пор щеки от такой широкой улыбки не свело.
  - Хэй, хэй, я дома! - он не предупреждал заранее о своем приезде, как всегда, свалился, как снег на голову, и проорал на весь дом, предвкушая офигевшие лица матери и сестры. Отец... Ну, отец вряд ли дома, да и, если честно, не особо хотелось с ним видеться. Первыми на зов, естественно, выбежали собака. Слюнявые создания сестры, которых по мнению Тайлера у них было слишком много. Удивительно, что сестре вообще разрешили завести аж четыре собаки. Все разных пород, все слюнявые, и все как один ужасно рады его видеть. Однако даже собаки сейчас не могли испортить его настроение. Парень потрепал кажду. собаку по голове, а затем начал протискиваться к кухне. - Ну вы где там все? - снова прикрикнул, и уже через секунду в поле зрения показать обрадованная мать. Пересекла расстояние между ними так, словно была чемпионкой мира по бегу на коротких дистанциях. И пускай Тайлер не вдел толка в сюсюканьях и нежностях, он все-таки сжал Дженну в объятиях. Ну конечно, она скучала. Наверное, даже сильнее всех скучала, потому что дар любить у него был от Бога. Мёрфи, слушая радостные речи и приветствия матери, чувствовал себя последней скотиной: за пять лет он ни разу не приехал домой.

+1

3

Терпеть не могу всякие походы в ресторан с семьей. Или нет, не так. Поход в ресторан с мамой - нормально. А вот если к нам присоединяется еще и отец, что, слава Богу, случается очень редко, то сие событие превращается в самое настоящие мероприятие, и никак не обойтись без костюмов, платьев, красной дорожки и официантов, которые вьются вокруг нас и чуть ли нас не облизывают. Гадость. Но это еще не самое худшее, хуже то, что вести себя нужно ненатурально. Одеть платье, чуть-чуть накраситься, держать спину прямо, не складывать локти на стол и знать, какой вилкой едят мясо, а какой салат. И еще эти каблуки... Какой садист их придумал? Однако я лучше сразу утоплюсь в ванной, чем рискну пойти с папой в ресторан в кедах.
   Тайлер появляется дома,  как всегда шумно. Сто лет его не видела! Мигом забываю про свой вечерний туалет, и выбегаю из комнаты как есть, в расстегнутом сзади платье, в одной сережке и в одном чулке. Сбегаю по лестнице, но потом замираю, наблюдая за братом и мамой. Я могу чуть-чуть подождать, я, всё же, скучала намного меньше, чем она. Даже жаль её. Тайлер наверняка теперь реже будет дома, и я совсем скоро закончу школу, уеду в институт. Как она будет тут одна? Папы круглыми сутками нет дома.
   Наконец мама дает Таю чуть-чуть личного пространства, и теперь уже я заключаю его в объятия. Он совсем не изменился, только выглядит более растрепанным и глаза по-дикому блестят. Чувак, как она на вкус, эта свобода, а? Везучий...

   - Что у тебя с майкой? - интересуюсь спустя полчаса, когда мы удовлетворили первичную необходимость в общении, и поднялись наверх. - Ты что, там из самого Сан-Франциско ехал, что ли? А зашить? Нет, не судьба? - хмурюсь и возвращаюсь обратно к зеркалу. Мне надо закончить со своим нарядом. Скоро придет отец. - Ты же помнишь, где твоя комната, да? Не совсем свободой мозги отшибло? Я погладила тебе костюм.

+1

4

По сестре я скучал больше всего, хотя мы и виделись не так давно. Она - единственный член семьи, с которым я встречался, пока учился в университете. С отцом встречаться я не собирался, что вполне естественно. Мать могла бы принять нашу встречу слишком близко к сердцу, а вот Кэрри... Кэрри была молодцом. За неё я не переживал.
   
   - Порвал наверное. Где-то, - растерянно оглядываю свою майку, и таки нахожу то, о чем говорит сестра. А, да, помню что-то такое. Я заметил, что она рваная, когда одевал. Но она же любимая! Дырка придает ей даже какой-то шарм. Правда я привык, что этот шарм могу заметить только я. - Как твоя учеба? Одни пятерки, да? Остался последний год и всё, привет почти-взрослая жизнь, - ногой загораживаю вход в комнату и закрываю дверь так, чтобы ни одна из собак не могла войти. Я помню, когда их только купили. Примерно в одно время, одну за другой. Кэрри была кем-то вроде собачей мамочки, потому что все щенки приходили ночью спать к ней, и она лежала, окруженная ими, и её, маленькую, было даже сложно разглядеть. Сейчас собаки выросли, и если всё так же спят с ней... они вообще на кровати помещаются? - Я был занят. Слушай, нам обязательно говорить о моей рваной футболке, а? Я тебя так давно не видел, Кэрри!
   Только сейчас замечаю, что она в миленьком платье, стоит у зеркала и пытается собрать в волосы в некое подобие пучка. Это странно. Затем нахожу взглядом туфли на каблуке, и глаза лезут на лоб. - Кто ты и что сделала с моей сестрой? - я больше не улыбаюсь, потому что это всё действительно не похоже на мою сестру. Да, она вполне может отчитать меня за рваную футболку, может даже зашить её втихаря, но платья и каблуки - совершенно не её стиль. Либо я так давно её не видел, что она успела этот стиль поменять. Не могу поверить в то, что моя сестра с оранжевыми волосами может выглядеть как леди.
   И тут до меня доходит. - Мы идем ужинать, да? С отцом? Откуда он узнал, что я приезжаю? Какой нахер костюм, ты издеваешься? - моему возмущению нет предела, я аж вскакиваю на ноги. И это всё. При сестренке я не буду психовать.

+2

5

Недовольно кошусь на брата. То же мне, остроумный. Кто я и что сделала с его сестрой. - Съела, конечно же, - огрызаюсь, и даже не поворачиваю голову в его сторону. Меня саму ужасно происходящее бесит, еще он.
   Как я и думала, Тайлер начинает истерить. Он всегда так делает, если кто-то предпринимает хотя бы малейшие попытки облагородить его внешний вид. Дохлый номер! Братец, как хрюшка, везде найдет грязь, и вернет себе свой прежний, привычный, слегка бомжеватый видок. Еле удерживаюсь, чтобы не закатить глаза, а затем отхожу от дерева и кладу ладони ему на плечи. Неудобно. Он намного выше меня... Я вообще когда-нибудь буду расти?
   - Ну что ты начинаешь? Конечно же, он знал, что ты приезжаешь. Он всегда знает. Не понятно только, откуда. Не психуй, ладно? Это ведь всего один вечер, не беспокойся, ты не умрешь, если оденешь костюм, - и так всегда. Вроде бы он мой старший брат, но есть ситуации, когда мне приходится его уговаривать и успокаивать. Так и живем. И кто бы знал, как я по этому всему соскучилась. Смотрю на Тайлера и мысленно молюсь, чтобы он не уезжал. Пусть поживет с нами. Пусть мы начнем цепляться друг к другу через неделю, как это бывает у родственников, но всё же с ним как-то не так тоскливо, как без него. - Иди к себе, ладно? Мне надо закончить со всем этим... - обреченно вздыхаю и показываю рукой на лицо и платье.

  Тайлер уходит, а я продолжаю заниматься собой. Честно говоря, могло бы быть и хуже. В этом платье я себе нравлюсь, но я какая-то слишком обычная, прямо как все девушки. Наверное, только такие девушки становятся Королевами Балла. А мне не светит. Но не буду щеголять в платьях только из-за какой-то дурацкой короны. Завершающий штрих - туфли на каблуках. Не очень высокие, не люблю их, хотя и хожу нормальное. На бальных танцах приходилось танцевать и на каблуке повыше. А тут... подумаешь, какие-то семь сантиметров. Но зато я выше. А не такая коротышка, как обычно.
   Выхожу к лестнице, но останавливаюсь. Еще рано спускаться вниз, так что подхожу к комнате брата и стучусь, затем вхожу, потому что он разрешает. Тай уже одел штаны и застегивает рубашку. Осторожно сажусь на краюшек кровати. - Что ты собираешься делать? В смысле... Ты же теперь можешь делать, что захочешь.

вв

+1

6

Ужасно не хочется уходить, с сестрой хорошо, но все-таки киваю и выхожу из комнаты. Она теперь уже на все сто процентов девушка, прошли те времена, когда мы могли жить в одной комнате. Но вообще странно, что меня пробило на такие сентиментальные мысли. Наверное я и правда очень соскучился по ней.
   Утешаю себя тем, что это - последний рубеж. Отныне, начиная с завтрашнего дня, я буду жить только так, как мне захочется. А сегодняшняя встреча... Ну, в конце концов, отца я не видео черт знает сколько времени. По правде говоря, мы не видели с того самого момента, когда я уехал в Сан-Франциско, а это около четырех лет. Нельзя совсем разрывать связь с родителям. К тому же, может он изменился? Может что-то поменялось в его голове за эти годы? Попытаюсь не судить его слишком строго.

   Моя комната не изменилась совершенно, видимо сюда никто не заходил, и никто ничего не трогал. Хотя, с другой стороны, здесь очень чисто, намного чище, чем когда я здесь жил. Видимо кого-то нанимали для уборки.
   Успеваю надеть штаны, как приходит сестра. Быстро она. Видимо ей оставалось закончить самую малость. Начинаю застегивать рубашку, затем обреченно смотрю на галстук. Кэрри тоже смотрит на галстук очень пристально, молчит и ждет. А я решаю, что нет уж, галстук я одевать не стану, пусть отец обойдется одним моим аккуратным, выглаженным костюмом.
- Я хочу найти где-нибудь квартиру. Буду снимать. И, честно говоря, не знаю, чем хочу заниматься. Но точно не по своей профессии. Финансы - скука смертная. Если я проработаю на такой работе хотя бы год, буду выглядеть как старик. Или как папа. Не знаю, что хуже.

  Внизу начинают лаять собаки, хлопает дверь. Я хмурюсь и понимаю, что мы плавно подходим к самой главной части сегодняшнего представления. Пришел отец, а значит, веселье начинается.
  - Еще не поздно выпрыгнуть в окно, да? Если я полезу прямо сейчас, он даже не заметит, что я приходил...

+1

7

Слабо улыбаюсь, так как Тайлер, кажется пошутил. Затем делаю глубокий вдох и на пару секунд прикрываю глаза, собираясь с мыслями. Я стараюсь не думать об этом, откладываю размышления в долгий ящик, но, по правде говоря, я в ужасе. Мне осталось учиться в школе совсем ничего, я хочу поступить в ветеринарное училище, однако я уже заранее чувствую, что мечта эта несбыточная. Тайлер тоже не хотел учиться на финансовом, однако его никто не спрашивал. Да, он ругался, злился, да так, что на какие-то полчаса перестал походить на самого себя. Представить не могу, что он чувствовал. Так невыносимо страшно осознавать, что твоя ценная жизнь, которая должна принадлежать тебе целиком и полностью, находится не в твоих руках,и кто-то вертит ею, как тебе хочется. Ненавижу даже мысли об этом, и всё внутри сжимается, когда я не ощущаю собственную жизнь у себя в руках. Это так чертовски важно... Сделать выбор. Идти туда, куда тебе хочется, потому что всю жизнь работать на работе, которая тебе не нравится, которую ты не выбирал. Лучше смерть...
   - Понятно. Уже присмотрел квартиру? - задаю вопрос и только потом понимаю, что он очень глупый. Конечно не присмотрел. И дело не в том, что брат безответственный, делает всё в последний момент, он же только что приехал.

   - Там твоя обувь у двери, конечно он знает, что ты здесь. Не веди себя так, будто тебе пять лет, - выходит несколько грубо, но я расстроена и растеряна. Глупая голова. Нет бы радоваться приезду брата, так нет, сижу, гружусь.

   - Привет, папа, - улыбаюсь отцу и спускаюсь с лестницы. Он не часто видит меня в женской одежде, чаще на мне кеды, ботинки, лосины и разноцветные майки. Жду от него хоть каких-нибудь комментариев, но напрасно. Он только окидывает меня внимательным взглядом, и проходит в комнату. Из этого человека просто невозможно вытянуть похвалу. Как с ним люди вообще работают? Шаг вправо, шаг влево расстрел? Всегда мечтала побывать на его работе, хотя день провести среди его запуганных подчиненных. Почувствовать, что не только мы ежедневно с этим сталкиваемся.
   - Тайлер приехал из Сан-Франциско, - пытаюсь начать разговор и растягиваю губы в дружелюбной, приветливой улыбке. Отец говорит, что видел ботинки в прихожей. Сначала подумал, что мы приютили бомжа. Ох, пап... А вот обзываться ты мастер. Хорошо, что Тайлер еще не спустился. Продолжаю улыбаться, хотя щеки начинает сводить, и пытаюсь перевести тему на что-то более нейтральное. - В какой ресторан мы поедем? Ты уже выбрал? Может в тот, в который мама недавно ходила с подругой? Итальянская кухня. Там вроде бы вкусно.

+1

8

- Э, нет, но думал об этом, - на самом деле, я собирался воспользоваться старым добрым любимым способом: ткнуть пальцем в небо, как я делаю это обычно. Ну или, точнее, в газету. Или в монитор. Смотря где буду искать. Хочу что-то недорогое, чтобы смог сам оплачивать, а значит там не будет дорогого ремонта, и это будет не в центре. Ну и, конечно же, я хочу поселиться в этой квартире надолго, так что она должна мне подходить. А, ну и, самое главное, хозяин квартиры должен захотеть пустить меня в эту квартиру. И это самое сложное, потому что выгляжу я не самым презентабельным образом, хотя раньше, года два назад, выглядел еще хуже. Но не объяснишь же этого хозяину...
   Спускаюсь вниз и киваю отцу в знак приветствия. Если ждете от нас объятий и пламенных речей, значит у вас не все дома. Отношения у нас натянутые. И это мягко сказано.
 

   Мы едем в центр города, в какой-то итальянский ресторан. Всю дорогу молчу и поглядываю в окно, так как успел соскучиться по этому городу. Сестра без остановочно болтает, мама её поддерживает, а отец за рулем и молчит точно так же, как я. Как говорит мама: два упрямых барана. И поверьте, мне не льстит эта наша схожесть.

   Разглядываю меню и цены мне не нравятся. Привык к МакДаку и всяким забегаловкам, так что цены в ресторане слегка пугают. Если бы это было в Сан-Франциско, и если бы я жил один, то не смог бы себе всего этого позволить. А нас еще четыре человека, сумма наверняка набежит приличная. Заказываю самую простую отбивную под каким-то там соусом. Еще здесь есть пицца, но её я в институте и так обожрался. Не лезет.
- Как с твоей учебой, Кэрри? - мне правда интересно. Отец - единственная причина, по которой я молчал, а так бы я мог задать сестренке целую кучу вопросов. В конце концов, мы давно не виделись. Но не хочу и дальше терять время из-за него. Пусть его присутствие напрягает, злит, словно перед лицом постоянно жужжит огромная жирная муха. Но куда деваться?

0

9

Свет, мягко падающий от большой люстры, непостоянным огоньком поблескивает на столовых приборах. Тонкий лучик аккуратно скользит по позолоченному ободку на донышке белоснежной тарелки, будто фигуристка по льду родного катка. На каждой вилке, ложке, ноже видно отражение Шейлы, ее ярко-рыжих волос, ныне обреченных на судьбу уложенных. Всё это так приторно. Жестким комом давит в горле, едкой струйкой яда катится к сердцу. В такие моменты, частые в этой семье, единственное, что хочется сделать – отпустить рычаг, сдерживающий улыбку на нужном месте, и провалиться сквозь землю, если такое возможно. Печально, когда понимаешь, что раз семья – то семья, несмотря ни на какие «не хочу».

Осторожно, подобно газели или антилопе, опасающейся нападения со стороны хищника, коим на данный момент является папа, Шейла берет в руки меню. Тонкими длинными пальцами она аккуратно перелистывает жесткие страницы, как бы непривычно ей это не было. Большинство блюд, представленных в меню, Шей не знает; суть остальных же не имеет фактически никакого значения. Всё равно, с оливками салат или маслинами, а мясо курицы белое или черное.

- На Ваш выбор, если не сложно, - устав рыскать глазами среди строчек официоза обычную пищу, она с улыбкой просит официанта и складывает руки на коленях. Чуток замешкав, молодой официант забирает меню со стола и спешит скрыться за дверью кухни. И опять же то неуютное чувство узника.

И в основном это самое чувство вызвано из-за картины, представшей перед глазами. Вы когда-нибудь видели немую бойню двух быков и двух маленьких, на их фоне, овечки, боящихся и слова молвить. А рыжая видит такое каждый Божий день, даже не то, что видит – она участвует в этом цирке имени Мерфи. Сейчас Тайлер, горячо любимый братец, и строгий, требующий подчинения, отец сидят напротив друг друга и, наверное, решают, кто же первый выскажет свои язвительные речи. Они готовы в любой момент порвать друг друга, стоит только грани пересечься.

Густую туманную пелену мыслей прорезал вопрос Тая, моментально выведший девушку из этого состояния. Он спросил про учебу рыжеволосой. Какой же банальный и скучный вопрос. Хотя, наверное ,это один из первых, что готов задать соскучившийся за долгое время брат.

- В целом хорошо, - не стягивая улыбки, нежно отвечает она, - Правда, куча сложных зачетов и тестов на носу или уже повисли в долгах, - Он совершенно спокоен, ему пофигистически параллельна дорожка папы. Это значит…Он собирается сейчас перешагнуть все рамки/грани/прочие пакости-шмякости и выпрыгнуть в окно…на асфальт? Или… Та-ай, а не задумал ли ты забить на отца и сейчас же устроить очередной скандал, м? Это явно не к добру…

- Тай, а не расскажешь ли, как там, в университете? – с опаской, начинает Шейла, периодически кося на родителей или утыкаясь в тарелку, - Сто пудов, одни незачеты были, да?

+1

10

Шейла выглядит очень забавно, когда разговаривает вот так. Она бойкая, но сейчас тихая и аккуратная, как если ты ступала по очень тонкому льду. С одной стороны, мне почему-то смешно. С другой, ужасно обидно за сестру, которая совсем не виновата в наших с отцом сложных взаимоотношений. Маму жалко тоже. Она смотрит больше всего в свою тарелку, улыбается и кажется очень безмятежной. Улыбаться - то, что она умеет делать лучше всего. Если ты - жена известного политика, и в семье разлад, то ты взваливаешь всё на свои плечи и день за днем склеиваешь кусочки рассыпающейся семьи воедино. Хотя бы для публики.
   - Это же школа. Разве может в школе быть сложно? - растягиваю губы в улыбке и пытаюсь поддразнить её. Конечно же, в школе тоже сложно, но мне хочется чтобы она возмутилась, возразила и сказала, что я слишком важничаю. Только отец прерывает наш диалог, перебивает сестру, и она безропотно замолкает. Отец просит передать ему солонку, рука сестры уже тянется к белой посудине, когда я кладу свою ладонь на её, останавливая. В упор смотрю на отца, и глаза темнеют от гнева. - Может быть ты выслушаешь её? Она, вообще-то, еще не закончила, - меня бесит, когда он ведет себя вот так. Это же дочь, родная дочь, мать твою. Почему вечно нужно быть таким козлиной? Зачем ты собрал нас всех здесь, вывез на этот чинный семейный вечер? Чтобы мы молча поели, и чтобы ты просил передать тебе что-то, перебивая родных? Злюсь, но ему всё равно. Отец поднимается на ноги и через весь стол тянется к солонке, при этом не сводя с меня взгляда.

   Мне уже не хочется рассказывать об учебе. Бросаю на сестру недовольный взгляд и надеюсь, что она всё поймет, не будет держать на меня зла. И тут отец начинает говорить. Его голос спокойный, низкий, чуть с хрипотцой, а главное, очень важный. Спустись на землю, пап. Тебя не показывают по телевизору.
   - Я нашел для тебя работу, Тайлер. Это было не просто, учитывая то, как ты учился, - он делает красноречивую паузу, потому что да, я гавно, и ничерта не старался. - У меня есть знакомый в банке, он мне кое-что задолжал, так что согласился принять тебя на работу. Будешь кредитором, выходишь на стажировку в понедельник утром, к девяти, там тебе всё расскажут. Адрес я скажу тебе дома.
   Сжимаю вилку в ладони, остатки аппетита улетучиваются в ту же секунду. Поверить не могу в то, что он серьезно. - А моё мнение не учитывается, так? - мой голос дрожит от ярости, и, честно говоря, мне хочется убивать. Тогда, когда я наконец стянул ошейник со своей шеи, мне пытаются повесить его снова. - Так будет лучше для тебя. А кем ты собираешься устроиться самостоятельно? Библиотекарем? Серьезно? Пора уже тебе повзрослеть, - он с наслаждением растягивает слова, считая, что уже победил. Мы разговаривали на эту тему. Не один раз. Правда это было давно. - Какой же ты всё-таки козел... - не могу больше сдерживаться. Отшвыриваю от себя тарелку и хватаюсь за волосы. У меня просто нет слов, требуются секунды для того, чтобы я вспомнил, как говорить. - Я не собираюсь работать кредитором, - поднимаюсь со стула так резко, что ножки издают душераздирающий звук. Все вокруг оглядываются. Иду ко входу, едва не срываясь на бег, и не могу видеть, как отец расправляет салфетку на коленях и принимается за еду.

0

11

  - Я нашел для тебя работу, Тайлер. Это было не просто, учитывая то, как ты учился, - он делает красноречивую паузу, потому что да, я гавно, и ничерта не старался. - У меня есть знакомый в банке, он мне кое-что задолжал, так что согласился принять тебя на работу. Будешь кредитором, выходишь на стажировку в понедельник утром, к девяти, там тебе всё расскажут. Адрес я скажу тебе дома.

- А моё мнение не учитывается, так?

- Так будет лучше для тебя. А кем ты собираешься устроиться самостоятельно? Библиотекарем? Серьезно? Пора уже тебе повзрослеть,

- Какой же ты всё-таки козел... - Я не собираюсь работать кредитором

Одна за другой фразы пролетали через слушающие органы Шейлы. Одна за другой фразы резко били по сердцу. Одна за другой они раздавливали, разбивали, уничтожали.
Сейчас совершенно не имело значения – кто говорил эти слова. Ведь это и так было ясно. Папа, Тайлер, папа, Тайлер. Так всегда. Одна и та же последовательность. Последовательность, в которую нельзя вмешиваться. Которая не нарушается никогда.
Единственное, чего сейчас хотелось – перенестись в другое место. И всё. Больше ничего. Там можно было бы остаться до окончания этого балагана. Или вообще навсегда. Хотя последнее вряд ли возможно, ведь такой склад обстоятельств не подразумевает концовки вечных ссор отца с братом. Значит, там можно было бы остаться до кончины папы, чтобы Тай мог со всей душой успокоиться.

Так, стоп. Сейчас я подумала о смерти папы? Я совсем скатилась с катушек. Наверное ,мне принесли несвежую говядину. Хотя, вообще то, было бы неплохо устроить небольшую «перемену» для этих двоих придурков. Но смерть папы ради этого…Это уж слишком. Даже с его то характером.
Наверное, мысли такого плана посещают голову Тая каждый раз при виде папы или при мысли, что он его увидит. Какая-то моя часть хочет этого. Он давит на нас, предполагаю под этим своё полноправное владение нами, как вещью, и управление. А это не есть гуд. Тайлер каждый раз отвечает ему своей язвительностью, свойственной только ему. Естественно, это никогда не кончится. И никакая смерть тут не поможет. Мне кажется, даже если я сдохну, никто не обратит внимания, ведь все так заняты своими стычками. А может правда стоит попробовать?

Именно на этой мысли Шейла остановилась, когда ее разум будто стукнули чем-то тяжелым. Последние слова Тайлера. Глаза Шей вмиг стали похожи на два бильярдных шара. Отвлекшись такого занимательного занятия, как ковыряние вилкой в куске говядины, младшая Мерфи резко подскочила с места, чуть ли не свалив вазу, стоящую на столе, и пошла вслед за братом.
Он на улице. Тайлер стоит недалеко от входа в ресторан и курит, пуская светлые облачка дыма в свободное плавание.

- Тайлер! Ты что творишь? – срывается Шейла, о чем сама же жалеет. Но что она еще может делать сейчас? Вот именно, - Ты..Зачем? Ты ведь понимаешь, к чему это ведет?
Чуть успокоившись и приняв более расслабленную позу, рыжая возобновляет разговор. Вернее то, что сейчас происходит между ней и братом.

- Сам отлично знаешь, что всем нелегко, - вздохнув, говорит девушка, - Он пресекает свободу всех. И тебя, и меня, и даже мамы, черт возьми! Но..Зачем же надо было так? – сказав это, Шейла оборачивается к парню и смотрит на него чуть ли не молящими глазами.

Сейчас перед ней развилка дороги. Есть два выхода. Оставить всё как есть. Или разорвать семью на кусочке, как старую фотографию, из-за того, что на ней изображен человек, которого хочется забыть. Раз и навсегда.

+1

12

Я так зол, что как никогда близок к насилию. Прогонять ярость посредством хорошей драки - то, что я привык делать с периодичностью... ну, как выбесят, так и делают. Вот только сейчас такой способ неуместен. Не на официанта же мне бросаться, в самом деле. Но как же заманчиво... Трясущимися руками достаю из пачки сигарету, прикуриваю и затягиваюсь так сильно, что чуть не начинаю кашлять. Это я-то, пепельница со стажем, выкуривающая чуть ли не по два десятка сигарет за сутки. Курю и хищно разглядываю официанта, который разговаривает по телефону и ходит по тротуару взад-вперед. Похож на пингвина в черной рубашке, черных брюках и белом фартуке спереди. Лучше быть официантом, чем кредитором...
    Закрываю глаза и затылком прислоняюсь к стене. Черт возьми... Что же я должен сделать, чтобы это всё прекратилось? Этот ад. Ему когда-нибудь настанет конец. Сам склад моего характера таков, что мне не нравится подчиняться. Я упрямый, гордый и свободолюбивый. Всю жизнь эти "просьбы" отца были ошейником на моей шее. И если кто-то переносил их спокойно и стоически, как, например, мама, то для меня это был ошейник в шипами и шило в заднице в одном флаконе. Когда не можешь сидеть спокойно, когда постоянно дергаешься, вертишься, крутишься, куда-то рвешься, и острый металл царапает кожу едва ли не до крови. Вот как я всегда относился к тому, что происходит в моей жизни. Однако, я был маленьким. Ненавидел и боялся, делал, что велели и надеялся, что взрослым виднее. Сейчас я сам взрослый, мне двадцать два года, у меня школа и престижный университет за плечами. К слову, учился я в последнее время неплохо, решил, что положительные оценки смягчат отца и расположат к себе. Хуй там...

    Открываю глаза и вздрагиваю, потому что передо мной рыжая копна волос. Опускаю взгляд чуть ниже, на лицо. Она что-то говорила, да? Кажется, даже что-то возмущенное. Хмурюсь, потому что сестра выглядит идеальной мишенью для того, чтобы спустить собак и выместить зло. Нет, конечно, про удары у меня нет даже мыслей, но вот язвить и огрызаться... Стискиваю зубы, поджимаю губы и терплю. Прекрати думать об этом... - Понимаю, - я киваю и понимание приходит вместе со словами. Я больше не потерянный мальчик, который послушно ходит на поводке. И не потерянный юноша, который стоит у ресторана и курит, мечтает избить официанта, чтобы потом вернуться и спокойно сесть за стол, продолжить светский разговор и быть тем, кем хочет отец. Ну нет.. - Я переезжаю.

   Сестра еще больше округляет глаза, кажется, хочет что-то сказать, но я не даю ей этого сделать:
- Я не буду больше терпеть этого. Я уже не тот человек, которого он отправлял в университет, Шейла. Меня так достала учеба в этом универе, ты бы только знал. Видеть не могу эти цифры и отчеты. Работать кредитором и утонуть к них окончательно? Да лучше застрелиться, - я оставил пиджак на кресле моего стула, но не буду возвращаться. Пожалуй, его можно даже выкинуть. - Ты можешь так и передать отцу. Я иду домой, собираю вещи и съезжаю. Пусть его не волнует моя дальнейшая судьба, - фыркаю и выбрасываю окурок в урну. Затем разворачиваюсь и собираюсь идти домой. - У тебя есть ключи? Одолжишь мне?

0

13

В Архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Моя жизнь, но мои ли правила?