Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Ты помнишь, что чувствовал в этот самый момент. В ту самую секунду, когда...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Поговори со мной о пустяках. О вечности поговори со мной.


Поговори со мной о пустяках. О вечности поговори со мной.

Сообщений 1 страница 20 из 34

1

Участники:

http://s6.uploads.ru/xk7P4.jpg
Dorothee Dietrich

http://s4.uploads.ru/yzWLn.gif
Till Meier

Место:
Небольшой, тихий ресторанчик Сакраменто, который не блещет своей большой посещаемостью, но качеством не уступает самым фешенебельным ресторанам города. --->
Дом Тилля.

Время:
23.12.2013 (обещанный понедельник)

Время суток:
На начало отыгрыша 17 : 48

Погодные условия:
+12

О флештайме:
Они решили познакомиться. Заново. То, что связывало их - воспоминания детские. Встреча, которую они оба ждали целых тридцать лет. Просто так люди не уходят, не появляются. Они остаются, они могу остаться. Из сердца ребенка вырезать кого - то не возможно. Он остается там навсегда, пусть и становится незначительным. Но все меняется. В конце концов все происходящее только к лучшему. Судьба любит играть людскими жизнями.

Отредактировано Till Meier (2014-05-02 22:52:47)

+1

2

Тихая, мирная обстановочка,способствующая умиротворенности и близости, даже в какой - то степени интиму, но я не стану провоцировать её, склонять к чему - то. В конце концов Доротея - нитка моего безмятежного прошлого, всё, что осталось от моей юности, детства, отчего дома. Письма, в которых так бережно охранялись наивные чувства, слова, способные казавшиеся уже сейчас такими бессмысленными, детскими, наивными. Мы выросли, но осадок из слов и недосказанного остался. Я ведь думал, что влюбился в неё. Влюбился  в девчонку, которую никогда не видел. Мне достаточно было пары слов, пары предложений, и я таял в строчках. Одноклассники пытались спасти, но я погряз тогда. Сейчас же все стало иным: чувства - не чувства, письма без толку, слова без смысла. Холодные годы ожесточили меня на столько, что принимать теплоту былого было практически не возможно. Да и, скорее, я сам этого не хотел. Как - то всё диким казалось: неожиданная встреча, этот взгляд, который я познал спустя столько лет, зацепившая с первой встречи улыбка. Для кого - то это бы мигом стало всем, ну а я лишь воспринял как должное. К этому я привык и изменять своим устоям не стану, кем бы не была Доротея Дитрих.
- Официант!
Молодой человек не был занят в тот момент, как я позвал его. Он резво подскочил ко мне , принял заказ (виски со льдом) и умчался к барной стойке. Такого выбора алкоголя я не видел практически ни в одном из местных ресторанов. Одна винная карта говорила сама за себя. Но, Тилль, сегодня "кушать" в больших количествах ты не будешь. Предположительно пара стаканов любимого напитка, а по приходу спутницы бутылка того, что выберет она. Элементарная вежливость.
Посмотрев на часы, я понял, что злюсь понапрасну. Не она опаздывает, а я приехал куда раньше, нежели должен был. Так что можно злиться только на себя. Глоток прохлады, которой осчастливил меня официант пару минут назад. Напиток просочился по моему горлу, прогрев все нутро, да так, что захотелось откашляться. Этот момент меня немного озаботил, ибо никогда подобного не происходило. Разве что во времена испытываемого похмелья, но это было на столько давно, что я уже и забыл, что значит умирать по утрам. Организм проспиртован на столько, что по жилам течет уже вовсе не кровь. Безусловно я шучу. Да, пью я изрядно много, но при этом не имею конкретной тяги и последствий. По крайней мере это лично мое мнение, которое Вольф неоднократно пытался оспорить. Черт с ним, а я сделаю еще один глоток.
Посмотрев на входную дверь спустя десять минут я увидел её. Минуя свою вежливость, галантность, подниматься и встречать девушку я не стал. Скрестив руки на груди, я наблюдал, как официант указывает на моё столик и провожает Доротею до него. Этот юнец сделал все за меня: встретил, проводил, отодвинул стул, дабы девушка разместилась за столиком.
- Рад тебя видеть,  - скрестил пальцы и немного подался вперед.
Грубо? Возможно. А может на меня так подействовал первый стакан и уже половина второго. Как такового опьянения я не испытывал, ни в коем разе и уже пару десятков лет, но какая - то раскованность все же имела место быть. В конце концов я полностью убедил себя, что Доротея - родное. Та нить, которая пусть и может порваться, но она есть.

+1

3

Внешний вид

http://img.karaoke-lyrics.net/img/artists/29168/doro-pesch-95379.jpg

«Хорошо, я приду на встречу» - эти слова крутились в голове Теи неделю до момента истины, встречи с прошлым, хотя целых шесть дней это «прошлое» было рядом. Женщина пыталась понять этого человека, который менялся как всполох северного сияния, то разгораясь красным светом, улыбался и галантно кивал в ответ на ее вопросы, когда им удавалось украсть минуты в ее перерыв, или когда клиенты были все обслужены, и Доротеи оставалось лишь приглядывать за наполненностью бокалов. То Тилль был не приступен как стена, горяч и в тоже время холоден как вулкан, проснувшийся и грозящий своей лавой затопить городок-ресторан, как кара небесная несший нал сотрудниками свою власть.
Персонал будто чуял его настроение, и в такие моменты в клубе сразу находилось либо много работы, что все сновали как заведенные, оставляя Тею одну созерцать за аккуратностью исполнения, либо находилось столько мест поиграть в прятки, что даже при таком освещении умудрялись затеряться среди гостей.
За час до встречи Тея, стоя перед зеркалом, пыталась понять, для чего она столь тщательно подбирала образ на сегодняшний вечер. но откинув все, Доротея вышла из дома, пешком направляясь у месту, где ее ждал мальчик из прошлого, ставший не менее привлекательным настоящим. А о будущем Тея уже отвыкла думать. Ведь так и не смогла, как птичка свить своего гнездышка. Иногда в мыслях она горько усмехалась, что так прожита жизнь, отданная на волю свободе. Но не в привычках Дитрих жалеть о том что было. Значит так кому-нибудь нужно. А Тилль…
Толкнув дверь, Тея очутилась в весьма уютном ресторане. Материализовавшийся перед ней администратор, услышав от нее имя, проводил женщину к столику. Эти десять, пятнадцать шагов Доротеи казались вечностью. Под пристальным взглядом Майера по ее спине всегда бегали мурашки, а она будто наступала на письма, которые приближали ее к нему, Подарок шел к Тилльхен.
- Взаимно, Herr Meier. Прости, Тилль. Мне никогда наверное не привыкнуть к тому, что я могу тебя называть по имени. Знаешь, трудно переключиться.
Присев, Тея положила сумку на соседний стул, оглядывая зал и народ, который все прибывал и прибывал.
- Место пользуется популярностью, - перевела взгляд на мужчину, взяв у официанта винную карту. Так хотелось ей сказатьУберите это изобретение из прокисшего винограда. Дайте родного, баварского, темного пива. Пролистав все, так и не увидела желаемого, - темное, баварское, пожалуйста.
Хозяин. Его поза кричала об этом. Вот только Тея не из тех, кто мог быть томно, вздыхать от такой энергетики, этой улыбки одними уголками губ. Да, этот мужчина волновал, но Дитрих не двадцать лет.
- Давно ждешь? Прости, если я опоздала. Обожаю бродить пешком.
Положила голову на поставленную на локоть руку на стол, не отрываясь смотрела открыто в его глаза.

Отредактировано Dorothee Dietrich (2014-04-19 15:36:06)

+1

4

Когда Доротея заказала пиво, сказать, что я был удивлен - ничего не сказать. Что уж там, мои глаза выдали что - то удивленное, то самое чувство, когда ты встречаешься с доселе неизведанным. Губы сопроводили действо легкой улыбкой, откровенной и изумленной. Девушки в моем окружении всегда старались выглядеть под стать или хотя бы тенью, но этот экземпляр выходил из ряда вон. В ту же минуту запахло родным, близким, забытым. На родине женщины не пили (хотя когда это было...) или баловали себя изредка парой глотков того, что пили их мужчины. А, учитывая тот факт, что я предпочитал или пиво, или виски, моя женщина (да простит меня Бог за очередное её редкое упоминание) пила то же самое, но исключительно чуть - чуть, дабы разрядить атмосферу в себе. Да и не позволял я перебирать с алкоголем той, что была моей. Ни в коем разе. Моя женщина никогда не будет употреблять сверх меры!
Я сидел и слушал все, что она изрекала, присаживаясь рядом и рассматривая меню. Официанту, удивленному не меньше меня, было велено отправляться на выполнение заказа, приписав туда еще стакан виски. Я не боялся показаться алкоголиком. Привык, что обо мне изначально думают так абсолютно все, только вот после, как я волью в себя необычайное количество, их глаза округляются; известный факт, что меня практически ничего не берет.
- Ничего страшного, рад видеть, - взглянув ей в глаза, идя на встречу.
Добрая, наивная, простая, отличная от них всех, других женщин. Неповторимость как бы говорила сама за себя: немецкие черты лица, прекрасный акцент, родной, черт возьми, акцент. Мне было приятно её общество. И пусть Доротея только - только осчастливила меня своим приходом, я надеюсь, что все продолжиться и не закончиться. Не хотелось "брать быка за рога". Дитрих напоминала неприкосновенный цветок, который не хотелось осквернять. Я вбил себе в голову, что оно так и есть, так что руки по швам, Майер. Всему свое время. Голос разума... Только вот подсознательно, далеко в глубинках моей черной души, все же рвалось наружу то чувство, которое не сломить уже более десятка лет. Я хотел заполучить этот цветок! Он не просто был чем - то  новоприбывшим, он был родным, отголоском из детства. Я не имел права потерять его вновь. Это все, что осталось.
- Не голодна? Здесь прекрасно готовят.
Мне ли не знать, как нынче  готовят в Сакраменто. Практически все рестораны, кафе и даже несколько общепита (но вы ничего не знаете об этом и никогда не узнаете) были опробованы мной, прогнаны по всему меню. От винной карты до мясных блюд, от самого презентабельного виски до восточной кухни. Кстати, я говорил, что люблю восточную кухню?

+1

5

Хотелось рассмотреть его лучше, но темные портьеры на окнах, призванные создавать уютную атмосферу внутри помещения, мешали. Тее надо было прилететь за сотни миль, в чужую страну, чтобы встретить здесь того, кто когда-то был «рядом», но как бусинка с порванной веревочки ожерелья жизни укатилась, и женщина искала ее. Да, она не думала о пришлом, лишь иногда ночью, когда действительно было паршиво на душе, ее пальцы касались клавиш, на фортепиано лежали разбросанные письма, рождалась очередная мелодия, посвященная ему, такому прекрасному прошлому. Музыка стала для нее священным сосудом, который она оберегала, боясь потерять все, что в нем было.
Жизнь проходила. Были отношения, был неудачный молодой брак. Но не было той искры, которая в ней зажглась тогда в кабинете, когда она услышала его голос, когда обернулась, попадая во власть его глаз. Романтика столь не уместна с его образом, что Тея перестала окружать в мыслях Тилля ореолом некоего «святого». Майер не был идеальным, и она это понимала. Но ведь и она не была святошей. Ей не чужды земные прегрешения, но с возрастом, обретая мудрость прожитых лет, Тея просто обуздала себя, свое вечное рвущееся наружу чувство быть в гуще событий, которое пару раз заканчивалось неудачными визитами в берлинский госпиталь.
- Голодна. Раз пиво, значит, - открыла меню на станице «Мясные блюда», - охотничьи колбаски с сыром, картофель на углях, салат из спаржи, - она посмотрела на Тилля, который даже не повел и мускулом на лице при упоминании этой травы,  - ну и хлеб. Думаю, ты согласишься с моим выбором, ведь живя здесь, не задумывался о пище, что готовят на родине. И даже не потому что забыл, а просто в силу здешнего разнообразия.
Продиктовав заказ официанту, взяв на себя смелость двойного экземпляра, Тея вернулась к мужчине, который не сводил с нее глаз. Взяв кружку прохладного пива, коснувшись кончиком языка пены, растерла вкус на губах, кивая:
- Не наше, но что-то близкое. Давай выпьем за листок бумаги, который оказался этаким молотом, разрушившим стену между прошлым и настоящим, выпьем за судьбы провидение, которая направила меня в ваш клуб.
Отсалютовав мужчине кружкой, Тея с нескрываемым наслаждением выпила этот темно-коричневый напиток, такой терпкий на вкус. С каждым глотком женщина чувствовала, что расслабляется, что уходит в ней скованность. Откинувшись на спинку стула, Тея водила пальцем по столу, рисуя известные лишь ей линии, не сводила глаз с мужчины. Да! Ей дико он нравился! Вызывал какое-то первобытное чувство, хотелось сбросить с себя некое оцепенение, которое и стало уходить после бокала пива, но все же, что-то внутри Тею сдерживало.
- Какие планы на вечер? Ведь не просто из чистого любопытства ты пригласил меня сюда? И тут же одернула себя за такие мысли. Прочь скромность! Свободе да!

+1

6

Я не стал заказывать восток, ибо патриотический дух кипел в девушке, что и сподвигло меня на заказ аналогичных мясных блюд. Не сказал бы, что был очень голоден, но покушать любитель, так что закинуть в себя тарелочку чего - нибудь труда не составит и в сей момент.
Доротея с удовольствием отпивала глоток за глотком и принесенного официантом стакана. Она пила медленно, но уверенно. Глазки девушки начинали немного "плыть", и я зафиксировал для себя её легкую развязанность. Не сразу у меня пришли пошлые мысли в голову, как это случалось обычно, далеко не сразу. Когда девушка ведет себя свободно, можно поговорить с ней начистоту и быть твердо уверенным, что она практически ничего не утаит. Тем более, когда вас столько связывает. Это, конечно, не пол жизни, как с Вольфом, но тоже воспоминания, тоже чувства. Я хотел узнать её, и, черт возьми, как можно ближе. Она казалась такой раскрепощенной, наивной, доверчивой во всем после крепкого темного. Интересно, сама Дитрих осведомлена о том, что пиво, которое она заказала, является одним из самых крепких в данном заведении. Не удивительно будет, если чуть погодя оно подействует еще пуще.
- Планы на вечер? - начал я с легкой иронией, думая о том, что я могу сделать с малышкой Доротеей, - есть одна не плохая мысль. Через пару минут нам принесут заказ, а потом можно было бы почитать то, что нас связывало несколько лет. Все письма мирно покоятся в моём доме в надежном месте, - я сделал глоток, - так же мог бы угостить тебя нашим пивком, с родины.
Поймал себя на мысли, что и сам бы не отказался хлебнуть его. Чего - чего, а этого пива я не пил уже более года. Берегу для важных гостей. Кажется, момент настал.
Официант осторожно поставил блюда на стол, напротив каждого из нас то, что мы заказали. Пахло изумительно, я не смог этого не пометить соответствующим выражением лица, а после слегка улыбнувшись.
- Надеюсь, понравится. Кухня здесь практически самая лучшая в Сакраменто. - подмигнул я своей спутнице.
Официант что - то суетился подле бара. Я подозвал его и указал на пустой стакан. Парень кинул и удалился наполнять его. Я сбился со счета. Скорее всего пятый, ну или же шестой. Разницы особо не имело количество. Зато качество говорило само за себя. Я стал больше улыбаться. Нет, не хмелел, но алкоголь разрежал меня, а раз мне хорошо, то почему я должен это скрывать. Тем более, что напротив меня сидит человек, который всем видом говорит о радости из - за данной встречи. Она даже и позабыла о том, что нас кто - нибудь может увидеть. Это мне, безусловно, на руку, да и спокойней для обоих.
- Ну как тебе? - поинтересовался я, заметив, что девушка распробовала первое блюдо.
Не сомневаясь, что ей понравится, я не стал ждать ответа и поместил в рот не малый кусок того, что лежало на моей тарелке. Да, повар сегодня от души постарался. Я бы сказал, даже лучше, чем обычно. Нужно будет оставить чая побольше перед уходом.
Чтобы понять, что Доротее нравится, мне достаточно было улыбки. Ей я и довольствовался.
- Ну так что ты думаешь на счет поездки?
Не стал я говорить "уединение", ну или что - то в том же духе. И так практически был уверен, что девушка откажется, ибо тороплюсь. Да, я торопился, но как - то не прельщало мне погружаться в воспоминания вот здесь, в людном шумном ресторане.

+1

7

Легкое покалывание кончиков пальцев, мягкий туман в голове. Доротея улыбаясь, слушала своего собеседника, не отрывая взгялда от его лица, кивнула официанту в знак благодарности за принесенные блюда. Давно ей не было столь легко и просто приятно. Года в Америке, которые для нее по началу казались интересными, а потом стали в тягость, приучили скрывать за маску все эмоции, и лишь оставаясь одна в квартире, Тея выплескивала их в ноты, сигареты и бессонные ночи, просто сидя на балконе. У нее не было друзей. Дитрих не понимала здешний народ, которому интересным казалось лишь скидки, цена и когда будет еще распродажа. Может поэтому она иногда и сводила концы с концами, не думая где и на чем сэкономить, но этот мир настолько облеплен деньгами, что ее воротило иногда. И тогда, она скрывалась от всего это безумия в прериях очередного фотошедевра, который выискивала. А тут. Она дышала полной грудью рядом с Тиллем. Они понимали друг друга, да и соскучившись по родному языку, могла свободно говорить и быть понятой, а не извиняться перед собеседником и перепрыгивать на другое наречие.
- Письма, - она опустила взгляд, вспоминая ту трогательность, с которой они писались, - да, свои я бы прочла, ведь в памяти потеряно большая часть моих мыслей, кроме нескольких. Мои тоже дежат дома, но стыдно сказать, слегка разбросаны по фортепиано. Они помогают мне для сочинительства. Я не прячу их далеко, связь с домом. Надеюсь ты понимаешь о чем я. Если ты предлагаешь отведать действительно нашего родного, а не это, что по сути слабая попытка взять у немцев лучшее, то тогда я не стану более заказывать выпить, а лишь перекушу.
Еда просто таяла во рту, призывая не останавливаться. Тея покрутила вилкой в воздухе, прикрыв глаза, с наслаждением простонала.
- Да, ты прав, кухня потрясающая. Или после кружки темного мне все равно, - она звонко рассмеялась.
Что же это такое! Она не переставала улыбаться, а просто молча ела. Она чувствовала себя одухотворенной. Ее взгляд медленно прошелся по залу. Атмосфера была столь домашняя, что за каждым занятым столиком, будто уединенные, вели приятную беседу собравшийся народец.
- Думаю… - она загадочно посмотрела на него, выжидающе замолчав, отправив в ротик кусочек колбаски. И почему бы не ответить сразу Да, ей хотелось чуть смолчать. – Да, хорошая идея.
Когда все было съедено, привыкшая, что в Европе, каждый платит за себя, достала кошелек, в ожидании счета от официанта.

+1

8

Я резко встал с места и медленно приблизился к девушке:
- Будь добра, закрой его.
Будучи в ресторане со мной не одна женщина еще не платила и не заплатит. Это было правило лично мое и лично для меня без исключений. Нет, они, безусловно, бывали, но крайне редко, ибо у каждой свой строптивый характер. Подойдя к стойке, я попросил официанта нас рассчитать. Зачем встал? Этот юнец что - то активно разгребал за стойкой, а я был на столько вдохновлен сей встречей, что не стал его отрывать. Проявил, так сказать, милосердие по отношению к низшему классу.
Заметив, что Доротея обернулась, я помахал ей рукой в знак того, что пора ехать. Официант протянул мне счет, и я оплатил его, приумножив цифру в двое. У парня аж глаза засияли. Видать, редко тут попадаются на столько щедрые клиенты.
- Комплимент шеф-повару, - кивнул ему я.
Я посчитал своим долгом помочь девушке сесть в машину. В конце концов я её приглашаю, так что этот момент вообще не оговаривается. Мы благополучно добрались до 27 Park Avenue. Всю дорогу я внимательно слушал девушку, улыбаясь, вникая в каждое произнесенное ею слово. Как же хорошо, что она одна из тех, кого не смущает употребление предварительно водителем алкоголя. В любом случае я не перепиваю на столько, чтобы не быть способным вести автомобиль. Да я вообще не перепиваю, если говорить на чистоту. И споить меня крайне сложно.
- Прошу, - отворив дверь в дом, пригласил я Доротею, - чувствуй себя как дома. Разрешаю.
Девушка зашла в дом, а я осторожно прикрыл дверь, пару раз прокрутив ключ в скважине. В этот момент меня будто переполнило что - то, доселе не познанное. Какое - то странное чувство резко нахлынуло и захватило полностью разум. Я притянул девушку к себе за её запястье и резко прислонил её к стене, стараясь сделать это как можно мягче и безболезненней. Честно говоря, это давалось мне крайне тяжело. Я прильнул к её губам, но после страстно впился в них безудержным поцелуем, будто прорываясь к её душе. Я не боялся, что девушка оттолкнет меня. Пусть оттолкнет, пусть. Главное, что я сделал то, о чем мечтал весь этот вечер. Пусть и не полностью, но сделал, осуществил задуманное. Теперь остается ждать её ответа. Я медленно отстранился от губ Доротеи, но не от неё самой, и посмотрел прямо в её очаровательные глаза. Черт возьми, я старался скрыть всю страсть, которая нахлынула на меня. Старался изо всех сил! И, надеюсь, хоть чуть - чуть, но у меня получилось... Не хотелось бы вот так сразу пугать её. И без того быстро начал со всем этим рестораном, да пивом с письмами дома, так теперь еще и это. В моем духе, но терять этот осколок из прошлого совершенно не хотелось. Более того, я желал собрать из этого осколка и своих воспоминаний единое целое. То, что пробудит во мне хоть каплю чувственности, разбудит теплоту, похороненную в самых заблудших уголках души. Я надеялся на то, что мою порыв взаимен. Я сошел с ума? Вполне возможно. Но тогда я сумасшедший уже последние двадцать лет точно, ибо самоконтроль касательно плотских желаний потерян мной еще со времен побега от закона.

+1

9

Посмотрев на Тилля, женщина была немного обескуражена. Привыкшая все делать сама, не опираться ни в чем, ни на кого, Тея, опустила кошелек обратно в сумку. Ее немного кружило. Вот понять от чего, она не могла. Толи от согласия, которое дала на поездку с ним, толи от пива столь крепкого. Доротея смотрела на свои руки, слегка улыбаясь. Вот так все быстро и просто. Но ведь человеку нужен кто-то в жизни, кто мог бы разделить с ним мгновения.
Обернувшись, она посмотрела на мужчину, который показал ей, чтобы она шла на выход. Лавируя между столиками Тея оказалась возле выхода, дверь перед ней галантно открыл администратор:
- До свидания. Было приятно посетить ваше заведение.
Поездка оказалась столь быстрой, что Тея не заметила за разговорами, как оказалась возле шикарного особняка. Она еле сдержалась, чтобы не смотреть на сие величие не раскрыв рта. Ее маленькая квартирка была столь маленькой, что, наверное, по площади вряд ли могла соперничать с кухней дома Тилля. Сказка. Удивленным взглядом она посмотрела на мужчину, вновь переводя глаза на дом.
- Тилль,  твой дом прекрасен.
Ее чуть не понесло в художественные описание замыслов архитекторов, которые потрудились на славу, как мысли тут же улетели, едва она ощутила его руку на своей талии, подталкивающую к дому. Дверь за ними закрылась, и Доротея глубоко вздохнув, едва прикрыв глаза, ощутила как его крепкая ладонь, сжимая ее тонкую кисть, развернула к нему. От Тилля шло столько страсти, что Тея давно не бывшая с мужчиной, едва не задохнулась от ощущений. Столько юношеского порыва в нем, будто они оба вернулись в прошлое, будучи безудержными подростками, которым все было не почем, с той лишь разницей, что они понимали друг друга, чувствовали не только некую первобытное желание, но и нужность в данный момент именно того, что обещали им их глаза. Приоткрыв ему себя, Тея еле сдержала в себе стон. Скользя макушкой по стене, женщина медленно скользила взглядом по его лицу, чувствовала бешеный ритм своего сердца, ощущала ломоту в теле. Ее сумка с громким стуком выпала из ее руки. Оттолкнувшись от стены, Тея буквально ворвалась в него, обнимая за шею, жадно возвращая ему поцелуй, словно захватывая Тилля, забирая себе то, что так хотела с первой их встречи – вкус его губ, которые улыбкой одной сводили с ума, а теперь она ощутила это прикосновением. Подняв вторую руку, все еще плененную его ладонью, завела за его спину, сцепливая свои пальцы с его, и в тоже время, хватаясь за его куртку, лишая возможности обнять себя. Сейчас Тее было все равно, кто кого и как. Главное он рядом, она его чувствует, остальное ерунда.
Оторвавшись от губ Тилля, женщина провела по ним пальцем, не водя с них взгляда. ожидание длиною в тридцать лет, ставшее такой сумасшедшей реальностью, откинул в Доротее все, в голове пульсировало лишь одно Он, он, он! И было все равно, что на утро все могло исчезнуть, расствориться. хотелось жить настоящим мгновением, вспышкой. А он все это дал ей одним поцелуем, пробудив в ней страстную натуру.

+1

10

Я ощущал себя вновь безудержным двадцатилетним юнцом, которому все равно, плевать на последствия, который не хочет отвечать за свои поступки и живет только эмоциями, тем, что толкает его на безумства. Не узнал себя сам, но мне понравилось это неистовое чувство, сладкое возбуждение, отличное от страсти и похоти, которые уже стали для меня обычными явлениями. Отстранившись от Доротеи, я слегка опешил и усмехнулся, мешая этот жест с кашлем в кулаке. Засмущал даже самого себя, что в принципе не возможно. Вот, надо же, случилось.
- Извини, это, наверное, виски.
Что такое врать? И как им пользоваться? А есть ли смысл во лжи? А как еще я мог бы сгладить сложившуюся ситуацию. Да, девушка пошла ко мне на встречу, но то, что начал творить я сам, не укладывалось ни в какие рамки приличия. Что бы я ей сказал? Извини, Доротея, это на меня воспоминания и желание нахлынули разом? Только не вкусно все это, не звучит. Да и вульгарно показаться может. Я же знаю её всего - то ничего. Но не в моем возрасте тратить время на длительные познания - тоже факт. Короче, я запутался и потерялся в собственных же желаниях.
- Итак, - начал я, проходя в комнату, - Мы приехали ради писем и пива, - я рассмеялся, раскинув руки как будто демонстрирую свои владения, - Так и перейдем же к задуманному.
Легкий юмор разряжал меня. Доселе будто все лова выпали из головы и не желали забираться обратно. Внутри меня что - то говорило, кричало, орало: "Да что тебе стоит? Кто она? Что ты теряешь?" И практически впервые я не стал прислушиваться к внутреннему голосу. Он всю жизнь не давал мне покоя, но и счастья я с ним не приобрел. Хотя, как сказать не приобрел. Было оно, счастье это, но об этом и вспоминать даже не хочется. Обидно становиться, что из - за работы я просто взял и потерял все. Все, к чему стремлюсь вот уже двадцать лет, скитаясь чуть ли не каждую ночь от бара к бару, творю то, что является противозаконным, да и творил все эти двадцать лет. Ненавижу себя за это, но зато есть, что вспомнить. Главное только детям своим об этом не рассказывать ни в коем случае. Ну если, конечно, они будут.
Подойдя к бару, я легким движение обоих рук достал с нижней стойки две большие кружки; еще ниже у меня как раз размещались ценные напитки, откуда и была извлечено две бутылки припасенного напитка. Крышки слетели очень быстро, напиток зашипел своим родным, сладким голоском. Аромат ударил мне в нос и, честно признаюсь, я даже поймал момент, когда у меня изрядно закружилась от этого голова. Но это, безусловно, от удовольствия и ни в коем разе не от выпитого доселе виски.

+1

11

Женщина почувствовала, что ее губы осиротели, потеряли тепло. Приоткрыв глаза, она отпустила его руку, убирая вторую с его широкого плеча, чуть отведя голову, чтобы видеть его лицо лучше. Ухмылка мужчины будто вытрезвила ее. Что я сделала не так? Ее улыбка могла показаться некоей подобие, тенью, на самом деле была лишь отражением замешательства, которое заполнило внутри, заставляющее посмотреть вглубь себя, искать момент ошибки. Она не правильно поняла его! Она ошиблась, крупно и серьезно, ведь не хотела столь сильно обнажать душу одинокую свою.
- Да, конечно, - она опустила голову, чувствуя, как пылает ее лицо, благо легкий макияж мог это хоть как то скрыть в рассеянном свете гостиной дома. - У меня та же причина, только напиток иной.
Потирая ладонями, будто проверяла чувствительность, присев подняла свою сумку, которая холодной кожей своей приятно холодила ее руки. Тея стояла на пороге гостиной в замешательстве. А стоит ли переступать порог дальше, если она, вероятно, была не понята им, значит сразу вопрос А что дальше?
- Да, письма, - Господи! Я и слова то сказать не могу теперь нормально, лишь как эхо отголоском вторю ему! Все не правильно! - Ты ценитель хорошей выпивки. Иначе твой клуб бы просто заполонила второсортица.
Сделав несколько шагов, Тея опустилась в мягкое кресло дивана, опираясь спиной о ручку, рассматривала приятное убранство, оценивая современное великолепие помещения. И вновь ее мысли возвращались к этому мужчине, который волновал ее, но в тоже время был столь далеким, что хоть лети к нему на астероиде, все равно не догонишь и не спросишь «Почему?». А нужно ли вообще что-то спрашивать. Тея научилась в жизни в своем одиночестве переживать все, что могло на нее обрушится. Но ведь каждый человек нуждается в чем-то большем. Но дорогая моя, а откуда ты можешь знать, это ли то большее для тебя? Голосок попискивал, заставляя слегка передергивать плечами. Вероятно да, я ошиблась. Доротея казалась себе маленькой девочкой, ведь столько внутри стеснения в ней вмиг появилось, всколыхнувшаяся ее скромная натура, не привыкшая вольготно и вольно себя вести, что от поступка в коридоре, она готова была провалиться сейчас, сидя на диване.
- Как часто приходили письма от меня? Я отвечала в этот же день, прячась ночами в чулан от мамы. А ты знаешь, из моего класса, мальчик ведь женился на девочке, чей адрес он как лотерее вытянул. И у них прекрасные дети и внуки. Давно не звонили мы друг другу, как я переехала сюда. Америка будто с корнем вырвала меня из родной земли, кажется, что ты засыхаешь, погибаешь в этом бетоне, в этом равнодушие общества, и боишься, стать таким же, отчего замыкаешься и убегаешь.
Скрестив ноги в лодыжках, Тея приняла бокал из рук мужчины, стараясь не касаться его вовсе, потому что в ней все смешалось до такой степени, что она не могла, наверное, отличить черного от белого, желание от интереса, банального интереса. Поэтому как говориться, не хочешь соблазна - не трогай!

Отредактировано Dorothee Dietrich (2014-04-21 14:39:52)

+1

12

А письма - то те самые покоились не так далеко от места в доме, где располагалась гостиная комната, в которой мы так мило, якобы, устроились. Я, поставив стакан на стол, вышел из комнаты, зайдя в соседнюю, через стенку. Небольшие сейфы Таились практически в каждой из комнат моего дома. Исключая гостевой дом. Там практически ничего ценного нет кроме самого убранства комнат. Введя код на железном ящике из чистого материала, я повернул ручку. Замок поддался мне с легкостью. Письма лежали под бумагами на дом и парой кип наличных, которые лежали на случай самой крайней необходимости, ибо я издавна выработал привычку хранить деньги на карте. Достав конверты, я старательно, но немедля пересчитал их. Ровно двадцать три конверта с выпуклостью от количества листов в каждом из них. Подсчитывать листы необходимости не было, ибо я точно знал, что все на месте. Замерев на пару мгновений, я поддался ностальгия и умилению от того, что вновь держу их в руках. Не пересматривал содержимое конвертов я уже достаточно давно. Прошло, наверное, лет пять с последнего раза. И отговорок на это масса: то время, работа, Вольф. Да, скорее всего именно Вольф, ибо он - вся моя жизнь. По видимому, этому приходит конец, так как мы изрядно отдалились друг от друга. Парень наконец - то начал жить своей жизнью. Конечно все то, что было между нами, Тилль забыть не в силах, но со временем это теряет какую - либо ценность. Да и хорошо, даже очень хорошо, так как с появлением Доротеи я заметил за собой один интересный момент: практически не разу я не вспомнил Сашу. Если только это конечно не касалось рабочих вопросов. Да и на работе особо мы не контактируем. Нет, мне не обидно, я не расстроен, не огорчен ни в коем разе. Я счастлив. Он научился тому, к чему я вел его всю его сознательную жизнь. Можно теперь этим гордиться и наконец - то начать заниматься своей жизнь, посвящая её только себе и никому другому.Хотя, нет, я не имею право так говорить. Практически всю жизнь я жил только ради себя и Вольфа. Когда Саша прибывал в лечебнице, я отжигал на полную. На все про все отведено было не так много времени, ибо по его возвращению я в любом случае должен был вернуться к тому, чтобы заботиться о нём. Да и любил я его, черт возьми! Только вот почему сейчас, при мыслях о нем там, что в груди, слева ничего не ёкает?!
- Даааа? - удивленно и в то же время восторженно отозвался я о рассказе Доротеи на счет бракосочетания после переписок.
Захлопнув сейф до щелчка, я поспешил вернуться к своей гостье.
- А меня не тянет на родину. Я привык, - пожав плечами, улыбнулся я.
Положив письма на локоток дивана, взял стакан, сделал резкий большой глоток и сел практически напротив девушки, устремив свой взгляд стремительно на неё. Прекрасно было видно, что Дитрих зажимается, её что - то коробит, она очень сильно о чем - то беспокоиться. За столько лет общения с женщинами, имея много и многих, начинаешь распознавать женские чувства. Увы, с их мыслями это никак не срабатывает, так что догадаться о том, о чем она думает, я никак не мог. Вот только её далекий от положительного настрой меня расстроил.
Я поставил стакан на стол, попав в круглый отпечаток, оставшийся от него до того, как я вернулся из комнаты,  приблизился чуть ближе к девушке, взял её за руку и заглянул той в глаза:
- Все в порядке? Нет. По другому. Доротея, все в порядке!
В принципе, я предполагал, из- за чего могла расстраиваться моя гостья. Поэтому решил успокоить её тем, что я не в обиде, я ничего плохого о ней не думаю, да я вообще не думаю. Принеся письма, хотелось бы погрузиться в них, а не выяснять отношения пусть даже и не в устной форме.
Сопроводил свои слова легкой улыбкой  и подмигнул Доротее.

+1

13

Тея посмотрела на свой почерк, которым она подписывала письма для Тилля, столь трепетно и с такой любовью, что невольно улыбнулась.
- Я хочу домой. Суета Сакраменто иногда сводит с ума, и ты готов сидеть дома неделю, не показывать и носа на улицу. А в Германии все по-другому. Неужели ты не помнишь? Не верю, ты не мог забыть.
Отпив тягучего напитка, который словно мед, растопленный на солнце, тянулся по ней, нежно и неожиданно даря и так слегка хмельной голове, туман и легкость. Она больше почувствовала его большую ладонь, которая трепетно сжала ее кисть, что Дороти невольно встретилась с его взглядом. Тилль пытался убедить ее в том, что то, произошедшее минут пятнадцать назад осталось там, за порогом гостиной. Дитрих слегка кивнула:
- Да, все хорошо, - и в знак того, что это действительно так, женщина села чуть глубже в диван, положив руку на его спинку. - Знаешь, иногда думаю, что было бы, не наткнись я на своего друга, не разговорись с ним о жизни. Ведь клуб не был мне известен вовсе. Будто я жила два года и знала все вокруг, но вот Plaza как скрывалась от меня. Вы не гремите именем, но контингент у вас достоин приема королевы Англии. В светской хронике ни ты ни Саша не мелькаете. Спросишь к чему я все говорю, а к тому, что готова озолотить пляжного плейбоя за дельный совет.
Выпив не торопясь половину стакана, Тея почувствовала, что ее цепляет и очень даже прилично. Стоп. Потом допью, иначе домой буду добираться вечно. А Тилль тоже пил это, значит никакого руля. Протянув мужчине бокал, так как поставить рядом не нашла куда, губами проговорила Спасибо, взялась за письма. Первое. Такое робкое, полное стеснения.
- А вдруг этот мальчик надеялся, что ему напишет не девочка - я так думала, когда писала тебе первое письмо, смотри, видишь развод на чернилах - это капелька пота. Да, я жутко волновалась. А кажется в четвертом, на второй странице есть несколько пятен от слез. Помню, тогда был концерт в школе, и я должна была играть произведение, не помню какого композитора, но придя туда узнала, что меня заменили на девочку из класса постарше. Слез было. Ведь столько времени я потратила на репетицию.
От воспоминаний, от прикосновения к частичке себя, Тея будто расцвела, ей казалось, что внутри поляна цветов распустилась.
- Тилль, - она позвала его, но мужчина то был рядом. Тея медленно повернула к нему голову, - их надо читать совместно. Чтобы не только я свои, но и ты мог вспомнить себя.
По его лицу она ничего не могла понять, лишь мелкие морщинки возле серых глаз, смотрящих так, словно в нем тоже проснулся тот парнишка, успокаивали. Он все понимал! Сколь важно для нее все это.

+1

14

Все я помнил. Спокойный, невзначай кивок на вопрос, и мы все довольны ответом. Она в запой прочитывала письмо за письмом. Где - то озаряя комнату лучезарной улыбкой, где - то мечтательно и тоскливо улыбалась, стараясь показать всё то, что испытывала, касаясь бумаги пером.
- А я не хочу домой. При всей моей любви к родному краю, возвращаться желания у меня нет. Совершенно. Там не осталось ничего, что тянуло бы назад. Лишь воспоминания, терзающие с такой степенью, что хочется просто вырвать свое сердце и скормить его зверью дикому.
Я слушал каждое её слово. Рассказ за рассказом. Мне было действительно интересно, как она узнала о Плазе, как она оказалась здесь и как тоскует по родному краю. Это была она, её натура, её душа, которые представали передо мной в откровенном разговоре. Перебирая оставшиеся письма в руках, смотря на них, я ухмыльнулся, подняв взгляд на девушку.
От увиденных разводов на бумаге я откровенно улыбнулся. Приятно удивлен, ничего не скажешь. Я думал о многом, но точно не о слезах. Отпечатки могли говорить о девушке, как о неряхе, или же что она писала торопливо, а значит была занятой. Ну или же она как такового интереса не имела, раз торопилась поскорее отписаться и отправить. И будь, что будет.
А ведь о школе она мало чего писала, если не изменяет мне моя память. Да и вообще о том, что у нее приключалось что - то трагическое для её детского сердечка, я так же не был оповещен. Она рассказывала мне далеко не все в то время, когда я выкладывал на бумагу каждую ситуацию, произошедшую со мной. Как личный дневник, который в основном ведут только девочки. И опять таки вспомнились ребята со двора, которые осуждали меня каждый раз, встречая после получения письма или на его отправке.
Пододвинувшись к Доротее, я все же решил откликнуться на её призыв прочтения совместно. Мне было действительно интересно освежить свою память, ибо многое из написанного я уже и позабыл. Помню только, что переписки были на позитивном ладе, да и описывал я практически все. Даже то, как ко мне относятся сверстники из - за такой привязанности к переписке и собеседнику в то время, как надо гонять мяч по двору. Не помню, что она ответила на это, но оно было - это точно.
Далее на чистом немецком, почуяв родное дуновение воспоминаний:
"Привет!
Сегодня я опять не пошел с парнями. Они смеялись долго и упорно. Но нет, мне не обидно. У меня же  есть ты, правильно? :) Как ты? Как родные? Ты мне так давно не писала о том, как поживают твои родные..."

Я улыбнулся. Читая то, что писала мне Доротея, я вспоминал и то, что написал сам. Как же хорошо, что все таки память у меня еще не отбило, и я могу вспомнить события тридцати с лишним лет назад. Не каждый может похвастаться такой памятью. Мне же в свою очередь приходилось не плохо её тренировать. Работа обязывала...

+2

15

Расправляя очередной листок, казалось, ты как печатник сшиваешь историю в картинках, историю своей жизни. И в жизни Теи не хватало этих писем, была часть, но не все. А теперь, вот они. Ее детский подчерк, ее волнение, так и плясавшее в буквах, неровным строем лежащих на строчках. Женщина не заметила, как подобрав ноги, облокотившись на спинку дивана рукой в локте, читала тихим голосом:
- «У нас творится бедлам. Наш класс вывезли на экскурсию. Троих ловили полицией. Они не хотели возвращаться домой. А мы сидели запертые в гостинице.  Но нам было весело. Странно наверное, но весело. А я всю дорогу писала мелодию, которую услышала от одного флейтиста, который играл в кафе, в котором мы обедали» - знаешь, ведь я дописала ее, полностью. И переложила на фортепиано. Это был подарком тебе. В одном из писем есть кусочек.
Тея стала перебирать остальные конверты, пока из одного не выпал потрепанный лист, испещренный ее знаками. Аккуратно, словно он превратится в труху от времени, женщина развернула его, прикрыв рукой рот:
- Да, это он. У меня есть полная версия этого произведения. Только я никогда тебе не исполню его,- Тея улыбнулась, подняв взгляд на мужчину, - я самобыт, наверное, излишне стеснительна своих умений. Ладно, давай дальше.
Вернув ноты в «тайник», открыла другое письмо. Как же все-таки приятно окунуться, вспомнить, а главное найти того, кому эти строки предназначались. Тея была скрытой девочкой. Взять и рассказать кому-то творящееся внутри она не могла, бережно охраняя душу от посторонних. Мама… Она единственная читала своего ребенка как книгу, но и будучи мудрой женщиной, предоставляла Тее выбор, за что Дитрих глубоко и сильно любила и боготворила свою мать.
- Вот это письмо, я писала тебе со сломанным пальцем. Банально, прищемила и хруст. Боль была внутри от осознания, что могу лишиться музыки и рисования. Но если кисть я могла держать, заставляя себя не забыть, то остальное погрузилось во тьму. Мне хотелось рассказать об этом, но почему то не захотела расстраивать тебя. Зачем портить то прекрасное, что было такими вещами. Все перемелется в мельнице жизни и времени.
Всегда может казаться, что кто-то ищет причины молчать, она искала причины не говорить. Так и сейчас Тея слишком многое показывала Тилю. Правильно ли это было с ее стороны? Она не понимала и сама. Но с ним ей было легко, не смотря на его силу, исходящую волнами на нее. Она потянулась за бокалом, почувствовав, как смелость уходит, уступая место застенчивости. Да, она была стеснительным человеком. И даже прожив половину жизни, не потеряла этого.
- Но последнее письмо, что у тебя есть, оно не последнее. У меня лежат еще десять с пометкой «Адресат выбыл». Господи! Я готова была порвать их, кидала в стену, обнимала их во сне. Но ты так и не получил их, исчезнув, а я подумала, что случилось худшее. Но ты здесь, и я вручу тебе их.
Залпом выпила остатки терпкого и крепкого пива, Тея передернув плечами, поставила бокал на стол.

+2

16

У нас все всегда было спокойно. Ну или я старался не лезть, не провоцировать. Не было интересно, что там, да кого опять. Были друзья, были подруги. Преимущественно ровесники или чуть младше. С ними было куда проще. Я не говорю о том, что у меня не хватало мозгов поддержать разговор с ребятней постарше. Мозги были, но уровень интеллекта расходился. А с младшими, почему - то, было куда интереснее. Мне везло на тех, кто мыслил со мной на равных, на одном уровне. Находить друзей проще стало лет этак с пятнадцати, когда все только начиналось. Вся жизнь, весь бедлам, закончившийся вскоре через каких - то пять лет.
- А я бы послушал, - чуть заметным кивком в ответ, но так, чтобы не было заметно. Не смотри, я сам с собой. Я сумасшедший. Сумасшедший от того, что ты рядом, а я до сих пор в это не могу поверить. Годы! Черт возьми, они меняют жизни, людей, положения. Почему же я все еще вижу в тебе эту девчонку, которой так яростно строчил? Только в себе парня я практически не вижу уже. Слишком много произошло.
Трогало все. Задевало. Чем - то до глубины души, до самого её основания. Я чувствовал свой неровный взгляд, спускающийся по очертаниям лица прекрасной женщины или даже девушки, сидящей подле меня. Всеми клетками кожи я тянулся к ней, забывая о принципах и предрассудках. Не хотелось ничего, вот только ты сейчас со мной. Спасибо. Но нет, не стану. Слишком громко и бесчувственно. Она не поймет, да и я не пойму сам себя. Оставалось ждать. Единственное, в чем я был до конца уверен, так это в том, что теперь я не отпущу её от себя никуда. Она - то, ради чего я рвался к почтовому отделению каждую неделю. Она - то, ради чего я улыбался, теряя друзей. Мне они не были нужны так, как тот человечек, старательно выводящий букву за буквой каждый раз, как прочитывает новое мое письмо. Я держу себя в руках. Это последнее, что я могу сейчас, но все же могу.
Не хотелось её трогать. Видимо, тут уже говорит воспитание. Она слишком хороша, чтобы обходится с ней так, как я обычно поступаю со всеми представительницами её прекрасного пола.... Хотя все же было одно исключение. Не будем о плохом.
- Знаешь, мне все таки приятно от того, что все обернулось именно так, - не дожидаясь реакции, продолжил, - то, что я не смог тебе боле писать. Нам есть, о чем вспомнить.
Улыбнувшись уголком губ, сделал глоток, посмотрев на прекрасное личико Доротеи Дитрих.

+1

17

Люди верят в провидение, им это необходимо. Черпают силы в том, что в мыслях строят сами, пытаясь найти идеальность не только в формах, но и в будущих отношениях. Тея же верила лишь в то, что мальчик, чьи письма она затерла до дыр, листая те, жив, что он счастлив. Как она. Но только не одинок. Одиночества Доротея боялась больше всего на свете, отсюда, наверное, и эта удивительная ее способность с легкостью сходиться с людьми, понимать и уметь помочь. Иногда, друзья ее называли «самаритянином», готовым с головой окунуться в проблемы любого, кто пришел бы с мольбой о помощи. этим она заполняла пустоту внутри себя. А сейчас, пустота исчезла, испарилась, стерлась. Она нашла за сотни миль от дома Его, того, которого там, в далеком прошлом любила. А сейчас? Когда Тилль рядом, что в тебе рождается? Ее внутренний голос, так любящий подкинуть мысли для размышления, вновь в ненужный момент отозвался на ее воспоминания, на то, что Тея ощущала от присутствия мужчины рядом с собой.
Тея закончила с последним письмом, медленно отложив то к тем, что вернули ее в прошлое, такое романтичное, что спросили бы ее Самый счастливый твой момент в жизни? она не задумываясь ответила Сейчас!
Улыбнувшись, Тея неуверенно поднялась, чувствуя ватность в ногах, подошла к окну, открывающему прекрасный пейзаж. Ухоженный сад, изумрудно зеленая трава чистотой сверкающей в последних лучах уходящего солнца. Безмятежная гладь воды в бассейне, на которой лучи рисовали свои картины, отражаясь и ускользая прочь, обещая завтра вновь вернуться.
- У тебя красивый дом. Но больше мне нравится твой сад, так и манящий как Алису погулять среди деревьев и поискать своего Шляпочника. Хотя я, кажется, уже его нашла.
Тея повернулась, смотря на Тилля, разглядывая каждую черточку его лица вновь, изучая ее заново, открывая этого мужчину для себя в ином свете. Молчание, как дорого ты стоишь! Как много ты можешь «рассказать» о чувствах, что светятся в глазах людей. Женщина стояла, не шевелясь, лишь взгляд выдавал в ней жизнь, тихое дыхание медленно вздымало ее грудь.

+1

18

Я прошел за ней. Изучающий, заинтересованный взгляд. Очевидно, что ей здесь нравилось. Не могу сказать, что мне это было не приятно. Куда уж там, даже изрядно польстило. Я улыбнулся невольно, медленно, тихо прошагал за ней к окну, которое выходило прямо в сад. Осмотрев раму, я дал волю возгордиться еще больше. Эти четкие линии, изумительная работа. Отечественный производитель. Быть по другому никак не могло. Практически все, что стоит в моем доме, было привезено из Германии. Уже нынешней Германии... Площадка за домом, на которую так пристально смотрела моя гостья, была заполнена деревьями и кустарниками полностью. Единственное, что отделяло мой сад от густого леса - забор средних размеров. Темный, чуть заметный. Все же я никогда не жалел о том, что купил дом за самим городом, а не в его пределах. Смотреть на лес, бывать в нём, устраивать походы, купаться в озере, которое расстилалось не так далеко от моего дома (кстати!) - одно удовольствие, которое не возможно сравнить практически ни с чем. Вот так я люблю природу.
Взгляд Доротеи пронзил меня, отбив всякое желание что - либо произносить, а ведь план был дельный, интересный. Уверен, что идея должна была ей понравится, но не будем сейчас об этом. Тишина окутала нас, скрасила происходящее. Томный взгляд, говорящий о чем - то, что я не в силах понять. Для меня всегда было проблемой понимать женский разум, читать их мысли. Все, что я знал, это повадки и предпочтения, но никак не то, о чем они думают. И все же решился. Сделав шаг вперед, навстречу необузданному, терзающему. Осторожно проведя ладонью по её щеке. улыбнувшись, приблизился к губам Доротеи. Тихонько, осторожно, будто касаюсь губами хрупкого хрусталя, который от малейшего шороха может рассыпаться на миллионы еле заметных осколков. По юношески, позабыв всю романтику, неумело. Волнение, не присущее мне. Оно овладело, пусть я и старался его подмять под себя. Получилось. Отстраняюсь от губ, но не свожу взгляда. Руку от её прекрасного личика все же убрал, продолжая улыбаться. Каждое движение совершалось столь медленно, будто старался не спугнуть, не напугать.
- У тебя скоро выходной, - начал я, переведя взгляд на окно, вернувшись полностью в "свою тарелку", убрав улыбку, - приглашаю со мной отправиться на озеро. В паре - тройке километров отсюда, - вновь перевел взгляд на женщину, - погода вполне располагает.

+1

19

Вокруг словно аромат лесных цветов, полз изумительный запах. Я схожу с ума! ну откуда здесь, в столь строгой холостяцкой гостиной, запах ее любимых полевых цветов. Тея ощущала себя действительно Алисой из зазеркалья, стоя рядом с огромными в пол окнами, сквозь которые светил яркий рожок месяца, а на небе вспыхивали звезды. Мужчина и женщина, которых неведомо какими силами притягивало, стояли в некоей нерешительности, в тишине, столь спасительной, дающей понять и осознать вторящее внутри каждого из них.
Подняв голову (как же он высок!) Доротея вгляделась в его темные глаза, скрывающиеся за занавесом тьмы ночи, что окружила комнату, ведь они так и не включили большого света, кроме маленькой лампы возле дивана. Чуть наклонив голову, она провела щекой по его ладони, как кошка ласкаясь о нее. Его, казалось робкий, поцелуй взвинтил вновь в ней то, что она едва смогла успокоить. Но Тея, лишь едва касаясь его губ в ответ, скользнула по ним своими устами. Как юношестве, твой первый поцелуй, такой запоминающийся. Но для Теи именно этот станет в будущем самым первым, заветным, который лишь прикрыв глаза, женщина почувствует на своих губах.
- Озеро, -  прошептала, отворачиваясь к окну, - ты выучил мое расписание, - она улыбнулась, - я люблю природу. особенно когда ты можешь поймать ее мгновения и нажав затвор камеры, заставить миг замереть. От такого предложения грешно отказаться. Мы договоримся позже. а теперь  думаю, мне пора домой.
Тилль понял все, и Тея была ему за это благодарна. Вызвав такси, мужчина проводил ее до ворот, открыв дверь машины, легким поцелуем на прощание, позволил ей сесть в автомобиль. Тея назвала свой адрес, и не оглядываясь на Тилля (она не любила смотреть назад, ни возвращаться, ни оборачиваться на прожитые годы), откинулась на сидение.
Дорога должна была свернуть на север города, но водитель не обратил внимания на ее вопрос:
- Простите, но мы едем абсолютно в другом направлении, - лишь прибавил газу, вылетая на автостраду.
За окном мелькали столбы, деревья попадались все реже. Тея понимала, что она уезжает, а вернее ее увозят все дальше от дома, а уже и от города, судорожно думала, как быть. Дрожащими пальцами она нажала на кнопку 3 на телефоне, и на экране вспыхнуло имя «Тилль».
- Остановите машину, если не хотите проблем!
- Ну какие проблемы! Просто поиграем и посчитаем ваши денежки.
- Вы думаете, я была у клиента. Я что по-вашему проститутка? – Тея в шоке уставилась на водителя, и не сразу услышала голос Майера. – Остановите машину!
Держа трубку возле уха, Доротея толкнула мужчину в висок кулаком, да так получилось, что машина потеряла управление, а Тилль видать уже все понял и сам, лишь зычно спросил где она есть.
- Не знаю! Шоссе на юго-восток от города! – резко вываливаясь на ходу из едущей юзом машины, - от твоего дома минут 20 езды!
Увидев, как водитель выскочил, Тея старалась держать меж собой и ним дистанцию с размер такси, не давая тому приблизиться.
- Денег! У меня всего четыреста долларов. Устроит?
- Не верю, что тот пижон тебе так мало заплатил!
- Хорошо, вот вам сумка, - бросила ту мужчине, - ищите. Все что найдете ваше. Только оставь те меня в покое!
Доротея не отрываясь смотрела на нервного мужчину, который буквально рвал ее рюкзачок, потроша и распихивая по карманам все попадалось ему в руки. А в голове одна мысль Тилль приедет. Надо просто потянуть время. Мне от него не уйти!
Мужчина выбросил в сторону ее истерзанную сумку, оперся о машину руками, смотрел на Тею, готовую на все, лишь бы оттянуть момент.
- Ты что? Думаешь мне этого достаточно? Четыреста долларов, фотоаппарат и плеер. Дура, да?
- Прекратите! Я отдала вам все, что у меня было! Кажется на этом можно спокойно разойтись.
- О нет! Не так все просто, детка!
Ее передернуло от этого "детка", Доротея действительно ощутила себя продажной, ведь произнес это не Тилль. Женщина медленно, словно в зеркальном отражении стала двигаться, отходя от мужчины, не сводя взгляда, готовая к любому его движению. Тилль! ее мозг словно орал в панике.

Отредактировано Dorothee Dietrich (2014-06-17 15:17:44)

+1

20

И вроде как уже ночь, и вроде я должен хотеть спать. Обычно в такое время я частенько бодрствую, но сегодня определенно вымотан. Не удивительно, ведь столько всего обрушилось разом. По большей части это затрагивало душу, нежели тело. Тело само по себе было измотано рабочими будними, а после еще продолжение, этот вечер. Ни о чем не жалею. От всего в восторге, но почему я чувствую себя таким усталым?
С её отъезда прошло около часа. Я потягивал стакан с виски, пролистывая местную, столь приевшуюся мне газету. Никогда не любил прессу, а тем более "желтую", но порой следует полистать и её, чтобы быть в курсе последних событий города. Правда вот кто с кем спит меня не интересует совсем, так что рубрики о взаимоотношениях идут сразу мимо. Открываю сканворд. Вот чего - чего, а такие вещи я не отгадывал уже достаточно давно. Еще во времена моей до-мафиозной молодости что - то подобное входило еще в мои увлечения, но с того времени прошли годы, более десятка лет. Я уже и позабыл, каким умным чувствуешь себя в тот момент, когда уверенно вписываешь букву за буквой. Сколько терпения и усилий прикладываешь, чтобы "выжать" из себя ответ на маленький вопрос в злосчастном квадрате. Прочитав несколько вопросов, я быстро, практически с ходу дал на них ответы, а затем поспешно закрыл газету. На душе скреблись кошки. При чем достаточно яростные и, по всей видимости, голодные. Они не хотели умолкать, а я терпел. Терпел до победного, пока не взял мобильное устройство со стола и не набрал её номер. Мимолетный взгляд на письма. Она ведь большая девочка и сможет за себя постоять. Но нет же, ключевое здесь слово "девочка", и оно как раз таки смущало. Я не знал тут практически ни одного таксиста. Все, с кем был лично знаком, к великому сожалению, в нужный час оказались заняты. Оставалось только надеятся на честность и праведность этого незнакомца, на машине которого не было ни одного знака, относящего его к какой - либо городской службе такси.
Гудки. Длинные и протяжные. Я вновь смотрю на письма, а кошки на моей душе начали уже плясать лезгинку, перебирая лапами по всей площади, прорывая хрупкое тельце насквозь. Душа ведь такая нежная; её можно повредить совершенно случайно, даже не задумываясь порой, как это произошло. Что касается меня, то с душой дела обстояли как раз не лучшим образом. Покоцать её успел ни только я за пять десятков лет. Рубцы затягиваются, но не заживают. Гудки.
С третьего прозвона я понял, что трубку на той стороне никто не возьмет. Это и сподвигло меня как можно скорее открыть ноутбук и залезть в небольшую, собственную базу. Извини, Доротея, но это необходимо. Связи, которые сохранены и по сей день, дают огромные преимущества, в том числе и открытую слежку за хозяином того или иного номера мобильного телефона. Данный вид наблюдения - самый простой из всех, которые я имел, так что выследить Тею для меня труда не составило совершенно.
На экране высветился адрес. Если мне не изменяет память, то где она живет, я помню. А это место буквально в нескольких километрах от её дома. Какого черта она там делает? Может зашла к какому - нибудь знакомому или подруге, а может направилась в магазин? Нет, последний вариант отпадает моментально, ибо ни один здравомыслящий человек не отправится за покупками ночью, да еще и на такое расстояние.
Ключи, газу, поехали. Путь лежал не близкий, но я был уверен, что доберусь очень скоро. И все равно, какие там камеры или органы меня заметят, зафиксирует нарушение правил, а именно превышение скорости. Сейчас перед глазами одно лицо, одна цель. И я должен. Почему? Не знаю. Просто чувствую, что должен. Именно туда и именно сейчас, а предчувствие мое еще никогда меня не подводило.
Подобравшись к месту назначения, я выключил фары. Не так далеко в переулке стоял тот самый автомобиль - такси - в который я посадил свою ночную гостью. В салоне свет не горел. Информационная база до сих пор показывала наличие Доротеи именно в той точке, а, значит, в той самой злосчастной машине. Достав из бардачка пушку, я зарядил её легким движением руки. Затем осторожно, стараясь не подавать какого - либо звука, вышел из машины и направился к переулку. Свой автомобиль даже не стал закрывать, иначе меня могли заметить. Да и плевать: угонят, так угонят.Приближаясь к автомобилю, я услышал голоса. Что - то сбивчивое и не ясное. Один из голосов показался мне до боли знакомым. Я искал тебя столько лет и терять просто так не хочу! А тем более дать волю отобрать тебя какому - то ублюдку.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Поговори со мной о пустяках. О вечности поговори со мной.