Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Коса на камень


Коса на камень

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Участники: Jemma Fisher и Joss Rutberg.
Место: США, Техас, Остин, небольшая квартирка.
Время: далекий 2010, сентябрь.
Время суток: бурнотекущий вечер.
Погодные условия: хорошо, только с погодой и хорошо.
О флештайме: под ноги наконец-то попал камень преткновения.

Отредактировано Joss Rutberg (2014-04-08 16:11:24)

+1

2

...
          По коже пробегает холодок, а глаза сами по себе закрываются. Голова все выше и выше, как будто откидываю, а потом теряю равновесие и на полной скорости лечу вниз. Смеюсь и кричу, чувствую неописуемую свободу. Мне кажется, будто я падаю со снежной шапки Эвереста. До моего слуха с трудом доходят обрывки гулких голосов, как будто в игре про испорченный телефон. Голоса что-то кричат, так же смеются, но я не могу открыть глаза для того, чтобы посмотреть на их обладателей, потому что, если я это сделаю, то навсегда растеряю связь с этим ощущением.
          Я лечу вниз, пролетев целую бесконечность, но мне не надоедает. Руки расправлены в разные стороны, словно на распятии с пробитыми суставами. А на голове венок, впивающийся в кожу. Еще немного и порежет ее, струйки крови потекут по белому полотну, попадая в устье глаз, ноздрей и рта. Она попадет в уши и я перестану слышать то, что меня отвлекает от безумного падения в никуда.
          Кто-то хватает меня за руку и тянет на себя, выхватывая из мягких объятий воздушного потока. Открыв глаза, хмурюсь, опять зажмуриваюсь от солнечного света и перевожу взгляд на того, кто до сих пор держит меня и не отпускает, будто я опять упаду, а потом выдергиваю свою кисть, потираю ее, озираюсь по сторонам, пытаясь найти ту самую шапку Эвереста, с которой я могу полететь. Но вместо этого я вижу только листву деревьев, пару лавочек да дорогу где-то вдали – ну и в какую жопу мы забрались опять (?).
          Опять кручу головой в разные стороны и цепляюсь за плечи Мари, чтобы устоять на ногах, прижимаюсь к ней, будто она – моя опора, кладу голову на свою руку, щекой чувствую ее волосы и чему-то улыбаюсь своему. Девушка стоит, сначала будто не замечает меня, а потом разворачивается и заключает в свои объятия.
          - Ну и что это была за хуйня, Марк? – Пересохшими губами шепчу приятелю, который стоит неподалеку и ухмыляюсь. Да, Марк, что это были за таблетки? Почему я не чувствовала своих ног? Почему я не понимаю толком происходящего.
          Он говорит что-то в ответ, но я слышу лишь последнее предложение, где он добавляет:
          - Тебе, кстати, Джосс звонила.
          Джосс? Джосс? Во взгляде появляется сосредоточенность и я выпутываюсь из объятий подруги, отталкивая ее.
          - Да? Тогда мне пора идти… Ты снял трубку? Что она сказала? Отдай телефон.
          Он опять что-то отвечает. Но вот трубку он снять не успел. Чертов мальчишка. Забираю у него телефон и, всем махнув рукой, начинаю брести сквозь кусты в сторону дороги, но, до того момента, как ребята исчезают сзади, выругиваюсь и бреду обратно.
          - Мари, будь киской, доведи меня до дома.
          Стоит пустить в голос немного нежных ноток, как люди начинают смотреть на тебя по другому. Она уже забыла, что парочкой минут ранее, услышав имя Джосс, я оттолкнула ее от себя и забыла, вспомнив только тогда, когда мне это понадобилось. Взяв ее руку в свою, мягко тяну за собой, немного игриво улыбаясь. Ну давай же, давай! Ты не можешь мне отказать, иначе как я доберусь до квартиры Рутберг? Вызывать такси в таком виде было точно не вариантом.

          Мари все-таки согласилась меня подвезти и сейчас я, задержав между пальцев косяк, выпускала из легких остатки дыма. В голове щелкало, отдавало чем-то, а в теле чувствовалась большая легкость. Действие той химии, что мне дал Марк еще не прекратила свое действие, хоть и слегка ослабла. Стоило мне закрыть глаза, как я погружалась в сюрреалистический мир, где была всем и, вместе с этим, никем. С губ слетало какое-то мурлыканье и обрывки фраз, которые не нашли свое место в голове. Увидев знакомый двор, попыталась оживиться, но чуть не упала с пассажирского сидения, вернее мне так показалось.
          - Ты завтра будешь свободна? – Она смотрит на меня, а я на нее и начинаю смеяться. Покачиваясь из стороны в сторону и поджав под себя ноги. Она не может скрыть своей улыбки и протягивает ко мне руку для того, чтобы убрать прядь волос с моего лица.
          Зря она это сделала.

          Не знаю как и почему, но мы лежим на краю кровати. Чтобы удержаться и не улететь вниз на пол, я отталкивась от пола ладонью, врезавшись в какие-то осколки. Не замечая боли и капель крови, хватаю Мари за волосы и накручиваю их на кулак. Волосы у Мари похожи на солому или макароны – так и хочется их накрутить на вилку и отправить прямиком в рот великана. Мы что-то говорим друг другу, но слова застревают в воздухе, а затем. На стремительной скорости уносятся наружу, на улицу. Я уже ни черта не понимаю, что к чему, но пальцы девушки а потом ее язык помогают хоть как-то держать мысль. Но ни о Джосс, ни о нашей встрече я уже не думаю. Окажись я в нормальном состоянии, то подумала бы, что я шлюха. Но я могу лишь стонать, крепче сжимая волосы Мари и раздирать ее кожу своими ногтями. Кажется, я пытаюсь донести до нее какую-то мысль. Но вместе с этим выгибаюсь.
          Кажется, я кричу от восторга.
          Грязная белокурая шлюха.

          - А теперь убирайся отсюда.
          Едва ли не рычу на блондинку, закуривая и отвернувшись от нее к окну. На улице что-то происходит, люди ходят, а я смотрю на телефон, где высвечивается имя той, к которой я сюда приехала. Девушка позади меня ругается, материться, но собирается свои вещи.
          Чувствую себя отвратно.
          Не морально, а физически – ком в горле застрял. Такое ощущение, будто я прямо сейчас упаду на пол и отключусь.

+1

3

Думал, ты ангел с небес, оказалась шлюха.
       Это были хорошие два дня. С ней вообще всегда хорошо, независимо от того, приезжает на пару-тройку или полноценный месяц. Как-то машинально задвигаю все, чтобы провести больше времени с Джемми. Нет особо нежных чувств, влюбленности уж подавно, да я даже не уверена, что эта девчонка мне нравится. Нравится, конечно, но очень уж похотливо я на нее смотрю для таких чистых и светлых чувств. Порой просто хочется поймать и трахать, чем, собственно я активно занимаюсь, пока малышка в этом городе, в моей постели.
       Но дела не ждут, как бы не хотелось отложить эту гребанную работу, она сама навязалась. Какое-то охрененное происшествие в лаборатории заставило меня вылезти из кровати и направиться в научный центр, но перед этим пришлось тщательно пройтись по телу Джеммы и убедиться, что все тату на месте. Наказ был простой – делай, что хочешь, но через три часа будь дома. По возвращению вряд ли будет хороший настрой, так что можно готовить цепи и плети.
       Не берет трубку, по привычке пишу сообщение, жду ответа. Все улажено, меня ни в чем не обвиняют, авария была по вине неопытного аспиранта, а настрой действительно не очень, потому что все дерьмо приходится разгребать самому молодому старшему научному сотруднику, которому сейчас бы литр рома, а не побитые пробирки. Не берет трубку. Уже предвкушаю и тщательно представляю, что я сделаю с ней, вернувшись домой. На губах непроизвольно селится недобрая усмешка.
       Эта девчонка хороша. Лучше многих, но в то же время я стараюсь думать о ней, как обо всех. Чтобы не привязываться, не переходить черту. Вряд ли, конечно, это грозит, но на всякий случай стоит задавливать любые подозрительные поползновения в опасную часть мозга. До нее были сотни, будут и после, но она – константа. Вот уже два года длятся наши похождения и не надоедает же. Наверное, если бы так делала каждая девушка – пропадала на неебически долгое время, а потом без лишних разговоров уже нагая лежала на кровати, я бы подумала о том, что можно иметь меньше нескольких сотен партнеров и обойтись переодическим десятком. Но нет, таких как Джемми больше не было – все норовили вылезти из постели и влезть в голову.
       Супермаркет, та самая бутылка рома, заезд в тайскую кухню, потому что сегодня мы вряд ли куда-то выберемся, секс-шоп, новые наручники, потому что со старых слетели петли недельку назад, и, в общем-то, настроение медленно, но верно ползло вверх, как ленивая, но сытая и довольная гусеница.
       Опа. Только потому, что мой додж слишком прекрасен, я не тараню этой убогий пикап, раскинувший свои ржавые покрышки прямо на моем месте. Там же на асфальте написано, на минуточку, что соски отрежу за оккупацию. Криво паркуюсь, с недовольной физиономией выхожу из машины, перекидываю пакеты в одну руку, а свободной другой ключом вырисовываю кривой половой орган и такое многогранное «bitch» прямо на водительской двери. Меня мало волнует, чей это автомобиль, так что уже почти забыв об еще одной неприятности на сегодня, иду домой.
       Да, блять, что ж за день-то такой? Пакеты остаются у порога, ровно там же, где валяется чья-то чужая обувь. Я внимательна к деталям, вряд ли могу упустить что-то из гардероба моей гостьи, так что прищуриваюсь, делаю глубокий вздох и иду прямо в спальню. Если там то, что я думаю, тебе пиздец.
       - Да ты охуела в мою кровать шлюх водить, это только мое право, - недостаточно возмущенно, на самом-то деле. Я не останавливаюсь, не туплю и не закатываю истерику, просто прохожу в комнату и хватаю неизвестную в красных полосах от царапин за шею. Преимущество в росте и явно в силе позволяет быстро выставить ее за дверь. Ну как выставить, вот она уже за порогом сидит на своей попе, в следующий момент ошарашено ловит свою обувь и оставшиеся шмотки. Не трогаю ее больше, только закрываю дверь без лишнего шума. Она не виновата, не имеет ко мне отношения, так что тратить свои, и без того растраченные на сегодня, моральные силы на всякую шваль я не собираюсь. А вот на тебя, дорогая Джемма…
       Возвращаюсь в комнату и вот сейчас меня накрывает. Не уверена я, что это такое, но что-то близкое, родное к ревности, раздирающее изнутри. Мне хочется ударить Джемму, и я не отказываю себе в этом. Левой рукой за подбородок, правой наотмашь по красивому лицу.
       - Ебаный, блять, нахуй, да ты же под кайфом, - тон как бы не одобряет такого состояния. – Ну уж нет, сейчас ты со мной разговаривать не будешь. – Я уже на кухне, мешаю в стакане живительную смесь с отвратительным запахом.
       Ситуация вышла очень сложной и в такой же мере неприятной. Не то чтобы у нас были какие-то договоренности и правила, но меня, честно, обескуражило это происшествие. Я не хочу делить ее в это гребанное короткое время. Но это, черт с ним, всего лишь капля на фоне того океана, что вытворила Джемма. Трахнулась с кем-то в моей постели? Во время нашего уик-энда? Да что за дрянь она сожрала, что потеряла страх, уважение и еще раз уважение? Мне даже не обидно, я захлебываюсь от непонимания и злости. Неожиданно, однако, что какая-то там вертехвостка вызывает такую бурю эмоций. Неожиданно и неприятно, ведь я не фанат пиздостраданий. Впрочем, ими и не пахнет, просто надо ей уяснить раз и навсегда, что такие номера мне не нравятся и безнаказанными не остаются.
       Давно пора, на самом деле, расставить точки над. Меряемся темпераментами уже сколько времени, но все было гладко и действительно круто. Схема «встретиись-потрахались-разбежались» была отличной, но эта дамочка вдруг решила внести в нее коррективы.
       - Дура, какая же ты дура, - пальцы на скулах, насильно открываю рот и вливаю раствор, заставляя глотать. – Глотай, блять, не сдохнешь. Не от этого, - злюсь, как же меня все это бесит. – Мало того, что… Да, блять, еще и без меня жрешь всякую дрянь. – По глазам вижу, что еще и курила, да и тут все еще стоит запах травки, причем не моей – она явно чище. Стук в дверь как-то прям выводит меня из себя. – Блять, я убью тебя вместе с подружкой и даже закапаю в одной яме, раз тебе так хочется с ней спать. – Половины стакана достаточно, отпускаю лицо Джеммы и брезгливо отхожу на пару шагов.
       - Давай, блять, вставай, и если надо – беги в туалет. Смерть в воде самая безболезненная. – Выждать две минуты, увидеть в этих глазах толику осознанности и можно разойтись. Я планировала сегодня бондаж и немного садизма, но, кажется, все будет намного жестче. – Довольна хоть?

+1

4

.
          Положив телефон на подоконник, открываю окно и выглядываю наружу. Не так, как я делала до этого, просто смотря на окружающие меня дома, а целенаправленно высовываюсь, будто пытаясь кого-то найти. Руки дрожат, мне кажется, что сейчас вот-вот выпаду и все, конец истории, хрен знает, что тогда будет. О теме смерти и прочей херни я никогда не задумывалась, да и желания задумываться сейчас так же нету, поэтому я фыркаю, делаю затяжку и перевожу взгляд на блондинку, выходящую из машины. Джосс, охеренно. Другая бы на моем месте запаниковала, начала бы выкидывать свою горе-любовницу из квартиры в чем мать родила или засунула бы ее в шкаф, но это же я, я так не делаю. С легким прищуром, наблюдаю, как моя подруга (я не могу назвать ее своей девушкой), царапает дверцу машины Мари (да-да, ее) и направляется в подъезд. Выдыхаю дым с легких, улыбка чуть изгибает уголки губ. В ожидании сцены, исчезаю из проема окна, разворачиваюсь и облокачиваюсь подоконник, расположив одну руку под грудью.
          Ждать приходиться не долго. Джосс входит в квартиру с возмущениями и сразу же идет к нам. Честно говоря, я даже не понимаю, почему я сделала это. Почему, действительно не предупредила Мари, если бы она поторопилась, то у нее хватило времени на то, чтобы вылететь отсюда, как пробка из бутылки шампанского. Сейчас я мало что понимала. Таблетки, которые дал мне Марк и косяк, выкуренный в машине, подавили эффекты друг друга, оставив за собой это странное состояние едва ли не апатии. Я смотрю, как Джосс хватает глупую дурочку и выкидывает ее из квартиры, посылая следом остатки шмоток. К сожалению, я прекрасно понимаю, что сейчас последует, но не могу даже пошевелиться, отойти от этого чертового окна.
          Рутберг едва ли не пулей влетает в комнату, по крайней мере мне так кажется. Она слишком быстра для моего состояния и затуманенного разума и я «просыпаюсь» почувствовав боль на лице. Она держит меня за подбородок, левая щека горит, а я лишь шире улыбаюсь. Ударь меня еще раз, давай, сделай это, почему ты медлишь? Я хочу, чтобы ты сделала это еще раз. Хочу почувствовать боль, хочу почувствовать себя живой. Тараканы в голове медленно начинают работать, я зажмуриваюсь, но, когда открываю глаза, Джосс рядом нет. Терпеливо, словно собака, привязанная к столбу, жду ее, не двигаясь с места. Если сейчас начнут появляться прохожие, то я начну на них лаять. Между пальцами тлеет уголек на кончике почти докуренной сигареты, я только делаю затяжку и выкидываю ее в открытое окно.
          Зачем я вообще переспала с Мари? Разве меня не удовлетворяет секс с Джосс? Пускай мы и видимся не так часто, зато в эти короткие промежутки трахаемся исправно, да так, что я потом еще несколько недель ничего не хочу, а, ведь, секс я люблю. Жаль только, что таких, как Рутберг в природе больше нет. Я бы завела такую сучку в каждом городе и каталась бы только по ним, но не судьба. Закусываю нижнюю губу, ухмыляюсь, а девушка уже направляется ко мне, мелькает такими неясными картинками, как будто тормозящий видеоряд. Вот она там, вот она здесь. Еще секунда и она опять хватает меня. Скулы болят. Она делает мне больно и я делаю жалкие попытки брыкаться. Вливает что-то в меня, а я как будто разучилась глотать. Эй, ты смерти моей захотела? Что ты туда добавила? Ледяными пальцами пытаюсь убрать ее руку, но Джосс заметно сильнее меня не только в таком состоянии, но и когда я в полном порядке. За счет разницы в росте, приподнимаюсь на цыпочках, чтобы хоть как-то отодвинуть боль на задний план. Сука, сука, сука! Давлюсь жидкостью, выслушиваю поток ее слов. Остановись, просто остановись. Вкупе с воздухом, который я глотаю вместе с этой хренью, внутри начинает твориться полный хаос. К горлу подступает всеми печальноизвестный комок, но я глотаю тошноту с очередной порцией яда. Вот так я и умру, ну хоть оргазм словила до смерти, не каждый этим похвастается. Кстати, смерть во время секса, не самая худшая, даже изысканная, поэтому ты лучше раздевайся.
          Она отпускает меня и я обессиленно падаю на пол, хватая ртом воздух и пытаясь отдышаться. На глазах появляются слезы обиды, но я их так же глотаю. Зато мне определенно стало лучше. Я хоть немного отрезвела.
          - С тобой не сравниться, киска.
          Кое как умудряюсь ответить ей, вместе с этим понимая, что моя недавняя мысль, о том, что мне стало лучше явно ложь, пиздешь и провокация. Следуя совету блондинки, вскакиваю на ногу и несусь в сторону туалета. Закрыть дверь – единственное, что я успела сделать перед тем, как рухнула на кафельный пол и чуть ли не засунула голову в унитаз. Через пару рвотных позывов все то, что в меня влила Рутберг, вырвалось обратно вместе с остатками завтрака, спиртного и прочей фигни.
          - Да блять.
          Я сижу не меняя позы еще около минуты, протирая пальцами влажный от холодного пота лоб, а потом поднимаюсь на трясущихся ногах и иду к умывальнику, включаю ледяную воду и умываюсь, с зубной пастой полоскаю рот, высмаркиваюсь и мечтаю сдохнуть. Нет, честно. Мне еще с лихвой достанется от Джосс, она за такое просто так не отстанет. Выключив воду, выхожу из ванной комнаты и возвращаюсь обратно к девушке. Не иду к ней, а сажусь на край кровати.
          - Ты меня убить решила? Что это за хрень была в стакане?
          Однако, результата та добилась. Мир стал больше похожий на реальный, отстраненность и безразличие потихоньку начали отступать назад.

+1

5

-
       Тьфу, блять. Даже слов нет, одно отвращение, которое явно рисуется на лице причудливой гримасой. Вот только никто этого не видит, да и хвала всему не святому. Джемма с истинным рвением скаута рванула в сторону уборной, оставив за собой довольно знакомый шлейф из травки и секса. У нее всегда был характерный, приятный запах, который трудно мне было бы с чем-то спутать. И особенно-ярко он чувствовался, когда она изможденная лежала на моей постели, позволяя мне дотянуться до пачки сигарет, но отпустить на секунду только для этого. И было так странно, необычно, непривычно и мерзко делить ее с кем-то, что меня это сильно обескуражило. Конечно, было совершенно точно ясно, что из нас не выйдет счастливой псевдонатуральной пары с частным домиком и тремя детишками. Было ясно, что мы трахаем все, что движется или лежит в отключке. Было ясно, что мы никогда не будем принадлежать друг другу или хотя бы предпринимать попытки построить отношения, потому что они заочно обречены на охуительный провал. Но. НО, это ясно в ту большую часть времени, когда мы не трахаемся. Я закрываю глаза и несколько секунд просто стараюсь сдержаться и не пойти и утопить эту тварь в гребанном унитазе. Удается, потому как не двигаюсь с места и просто тру виски, чтобы хоть как-то разогнать резко вошедшую в мою жизнь головную боль.
       - Маленькая тупая дрянь. Будь ты хоть немножко трезвее, стоило бы тебя придушить прямо здесь. Да, блять, как можно быть такой тварью. Аа, господи, ебаный, иисусе, никаких, никаких больше повторов. Конечно, Эш, давай, поддерживай старые связи и питай новые знакомства. Это же так весело! Смейтесь, смейтесь вместе со мной! – Диалоги с собой были очень редки. Такое случается в основном, когда я расстроена или под конкретным таким кайфом. Так вот, сейчас я, кажется, была расстроена. Расстройство было со звериной долей разочарования. – Вот не думала, что ты можешь выкинуть такое охуенно дерьмовое дерьмо, Джемми. Ай-яй, - покачиваю головой в такт своим мыслям и наконец убираю руки от висков. Несколько секунд тупо смотрю в сторону уборной и прислушиваюсь. Да, блять, все дерьмо выходит и, надеюсь, ты помнишь и осознаешь, что натворила. Жду, когда все это безобразие закончится.
       Джемма права, такое дерьмо, такой блядский проступок я просто не могу спустить с рук. Я многое прощаю, не замечаю и просто не реагирую, но когда дело касается обычных людей, просто круга знакомых. Джемма же была на ступеньку, а то и на все три, выше всех остальных. Она была в кругу доверия, который так неосторожно и глупо покинула. Ебучая обида сейчас настолько разыгралась, что даже задвинула гнев на второй план. Это было очень страшно, потому что обида тащит за собой разочарование, грусть, тоску и полное состояние фрустрации. Такое было после первого моего позорного увольнения. Я когда-то клялась, что больше не буду питаться унынием, но оно раз за разом пыталось ко мне пробраться. И сейчас подошло совсем близко – хотелось выть. Вот овца.
       - Химический состав даст что-то твоей пустой голове? – Очень трудно сдержаться, чтобы не скрестить руки на груди. Просто ставлю их позади на подоконник, одновременно облокачиваясь о него задницей. Сверху-вниз смотрю на Джемми, причем взгляд настолько преисполнен отвращением, что даже меня тошнит. – Убью я тебя только своими руками в случае чего. И ты почти напросилась, мудачка. Тебе лучше, сколько пальцев, слышишь меня? – Делаю пару громких щелчков пальцами, хмыкаю и все еще смотрю на Джемму. – Это залет, рыбка моя, и охуенно-огромный. И, пока ты будешь приходить в себя от этого крайне удачного трипа, я тебе расскажу, что думаю о сложившейся ситуации. Она меня очень расстраивает, меня расстраиваешь ты. Стоило отлучиться на гребанных три часа, как ты в мою постель тащишь какую-то шваль. Кстати, стирать будешь сама. А уж потом может пиздовать к своей благоверной. Блять, меня прям тошнит, еще хуже, чем тебя минуту назад, от того, что ты тут делала. Совсем в край ебанулась? Со мной так охрененно скучно, дорогая, что тут же нужно тащить кого-то третьего? – Громко фыркаю. Интересно, что мне действительно обидно. Настолько, что хочется еще разок подойти и как следует стукнуть, но уже не ладонью наотмашь. – Сейчас ты приходишь в себя, собираешь монатки и уебываешь. Раз тебе меня мало, а меня от тебя тошнит, то наши чудесные отношения, завязанные на сексе, себя изжили.
       О, да, меня так и подмывает закатить бабскую истерику и задохнуть от обиды, но я лишь разбрасываюсь напускным безразличием. Но, что скрывать, мне и правда мерзко и отвратительно, даже мысль о том, чтобы прикоснуться к ней сейчас не вызывает прежнего восторга. Мне не хочется целовать, спускаться к животу, возбуждать, присаживаться на колени и раздвигать ножки. Мне не хочется просто подойти и завалить на помятую постель. И нет ничего хуже, потому что мне хочется всегда. Если этого нет, то наши отношения действительно зашли в тупик и невозможно из него выбраться, потому как прекрасное тело перестает быть желанным.
       - Ты меня разочаровала, малышка, и лучше правда свали, - не таким тоном, каким ставят точки. Мне хочется ее выгнать, сказать это четко и грубо, но немного дрожит чертов голос. Это побуждает меня к действию, так что я отлипаю от подоконника и иду на кухню, чтобы налить себе выпить. Делаю вид, что мне плевать на фон и на то, что сейчас делает Джемма. По правде, вообще не хочется преждевременно заканчивать наш уик-энд, но придется, потому что… я пытаюсь придумать причину, но это просто смешно. Переспала с другой девахой, да и плевать, что у меня в кровати, ну и что? Это было под кайфом. О, блять, да я же ищу ей оправдания, дожили.

0

6

Тема в Архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Коса на камень