Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » The road to Japan


The road to Japan

Сообщений 1 страница 20 из 63

1

ГВИДО & АГАТА
22 апреля; Япония, Токио
20-го числа стало известной, что погибла Алекса Ричардс,
Гвидо и Агата отправляются в Японию, чтобы привезти ее тело домой.
Здесь они что-то найдут, а что-то потеряют...

+3

2

Два дня назад стало известно о взрыве в Токио. Этот взрыв, случившийся возле одной из станции метро поздно вечером, унес с собой одну жизнь. Жизнь нашего товарища, подруги, Александры Ричардс. С этой женщиной я мало общалась, один из последних наших разговоров был за пару недель до ее отъезда в Японию, и мы говорили об одном из участников ударной группы, который параллельно подрабатывал и на нее. А потом, позже, она обещала привезти мне катану из своего путешествия. Как уже стало ясно, это не произойдет, за катаной я поеду с Гвидо, привозя вместе с сувениром и тело женщины домой, вернее то, что осталось от ее тела.
Алекса находилась во время взрыва в машине, и взрыв был нацелен именно на нее: автомобиль сгорел, улики, как я думала, вряд ли могут остаться. Кто желал ее смерти? Этом мы с доном тоже собирались выяснить. Не знаю сколько займет времени поездка в Японию. Неделю? Пришлось сказать Декстеру, которому до выписки еще неделю, что я еду в командировку на несколько дней. Обещала держать с ним связь, а сын это время остался жить с Паулой. Я думаю мальчику будет весело с ней, даже несмотря на недовольства Кортеса, - у нее трое детей, старший из которых ровесник Аарона. Хотя после того, как я узнала, что Декстер обыграл казино, можно сказать ограбил его честным путем, выслушивать претензии от Декстера было смешно. С ним я еще не говорила на эту тему, не сообщала, что знаю какой он лживый мерзавец, - хочу дождаться, когда выйдет из больницы, чтобы поговорить на равных, без бинтов и больничных коек.
Вот при таких обстоятельствах, переживая ложь еще одного мужчины, я и узнала о смерти Алекс. В короткие сроки Омбра организовала нам самолет. Я так и не поняла то ли он был в собственности консильери, то ли в аренде, но то, что сейчас я и Гвидо сидели на мягких диванчиках друг на против друга на высоте 10 тысяч метров, было фактом.
Монтанелли спал, а ко мне сон не приходил. Сейчас меня многое тревожило, в том числе и то, о чем я даже боялась подумать.
11 часов в пути изматывали, даже несмотря на то, что я ничего не делала: два раза поела, пару часов поспала, посмотрела фильм про пришельцев с Томом Крузом, загадывала Гвидо загадки и вопросы из кроссвордов, потом учила его испанским словам, когда он перестал за мной повторять, поняла что тот спит, счастливчик. А я снова сижу, вытянув ноги, смотрю в иллюминатор, и не вижу ничего кроме облаков.
- Через час будем снижаться - объявил по радио капитан, и отключился.
Еще час... Час до того, как станет ясно что случилось с Ричардс, или еще больше все запутает.

От аэропорта до отеля мы доехали на такси, правда, провели почти 40 минут в одной только пробке, от чего добравшись до номера, я была выжата как лимон.
Двухместный номер, с двумя спальнями, гостиной и панорамным видом на многочисленные светящиеся небоскребы с яркими вывесками и чудаковатыми иероглифами. Оказавшись внутри, я кинула сумку на пол и опустилась рядом, кладя голову на диван.
- Пхххаф - вырывается громкий вздох, говорящий о том, как меня все достало. Я провела рукой по лицу, закрывая глаза.
- Мне нужен душ, а то такое чувство, что я все 11 часов работала на станке. И плечи затекли. И задницу отсидела - начала я жаловаться, смотря на мужчину тоскливыми глазами.

+1

3

Внешний вид

С одним из кланов Якудзы в Токио у Семьи Торелли, а точнее - всё больше у тех её людей, что были вовлечены так или иначе в систему стрит-рейсинга и автопрома Сакраменто, существовала такого рода договорённость: оттуда в Калифорнию поставлялись японские автомобили, туда, в тех же самых контейнерах, через океан плыли американки - в общем-то, всё довольно просто, те автомобили, что легко было достать дома, за границей всегда ценились выше, это был очень даже хороший навар и для автосалона, и для всех, кто был вовлечён в эту систему импорта-экспорта, включая Клементе, и для автосалона и мастерской, и следовательно - и для всей Семьи отношения с кланом Фукудзава приносили приличный, стабильный, и самое главное - почти полностью, за исключением различных таможенных махинаций, легальный доход, ничего запрещённого ведь по этому каналу через границу не поступало; кое-что перепадало и ребятам, контролировавшим порт в Сан-Франциско, куда приходили автомобили по морю, и Куинтон, контролировавший контрабанду в Сакраменто, тоже получал какую-то долю - всё было настолько серьёзно, что в какой-то момент Алекса решила переместиться в Японию, чтобы контролировать процесс прямо оттуда.
Поэтому известие о её смерти было связано не только с тем, что они потеряли хорошего друга, но и с кучей проблем во взаимоотношениях с Фукудзава, с Сан-Франциско, и с деньгами, не говоря уже о том, что приезда Лекс ждали для организации традиционного гоночного турнира - в общем, Гвидо, прикинув, отзвонился Фредерику, сообщив, что сам займётся всем, что связано с перевозом останков Ричардс в Сакраменто, и с бизнесом с японцами, лучше, если босс Семьи сам разберётся, что там к чему. К тому же, смерть человека Торелли на территории клана Якудзы неизбежно бросало тень на их клан - разобраться требовалось не только с поставками...
Так что на несколько дней в Семье оставались за главных Фрэнк и Маргарита; Монтанелли же потребовал у жены то, что было давно ей обещано, в случае чего - доступ к частному самолёту, принадлежавшему одной из фирм, куда она успешно вложилась из Рима несколько лет назад. Потому никаких проблем с перелётом у них с Агатой не предвиделось; если повезёт - федералы вообще даже не узнают, что они покидали страну, если повезёт не очень - узнают об этом слишком поздно, чтобы предпринимать что-то по этому поводу. Они же могут с комфортом долететь до Японии, утрясти все вопросы и привезти Алексу домой, чтобы похоронить, как подобает... И откровенно говоря, хоть и звучало это на словах достаточно просто, всё это Гвидо не очень-то радовало. Не только у покойной Ричардс были истории, связанные со Страной Восходящего Солнца, Монтанелли тоже имел несколько - только они уже пылью поросли; и не то, чтобы они были неприятными, но... иногда просто лучше не трогать то, что осталось в прошлом. К тому же, Гвидо не очень хорошо переносил перелёты - самолёт напоминал ему автобус, а автобусы... не любил, в общем, Монтанелли наземный транспорт - был у него такой пунктик. Потому стоило быть благодарным Агате, отвлекавшим его всю дорогу от собственных мыслей, и, в конце концов, утомившей его, чтобы он мог поспать. Проснувшись, разбуженный голосом капитана, на несколько секунд - и снова уснув.

Шумный и большой, по сравнению с Сакраменто, Токио напоминал футуристический город с другой планеты, каким его можно было бы изобразить в кино - иногда вот так и казалось, что только летающих тарелок в небе не хватает; хотя в целом - то ли играло роль мировоззрение мафиозо, живших в прошлом веке уже по определению, то ли просто непривычно Гвидо было находится в такой среде, - хорошего было немного. Чужой город давил. А чужой язык - бил по ушам. Потому Монтанелли очень даже понимал Агату; даже учитывая, что он и в такси успел подремать - у него в голове тоже был туман. Ещё и часовые пояса, не говоря уже про 11 часов пути...
- Ну так сходи. Время у нас есть... - сумка Гвидо стукнулась об пол рядом с сумкой Агаты, а его руки легли на её затёкшие плечи, начав легонько разминать их, когда он уселся на тот же диван. Ему самому тоже не помешал бы душ, но раз Агата сказала первая - пусть первая и занимает ванную. А он пока осмотрит номер, который они сняли, вещи свои разберёт. Кровать выберет, на которой будет спать, наконец. Япония... он и не думал, что однажды ему придётся вернутся в эту страну. И похоже, он только сейчас вот осознал, где находится, и что собирается делать...
- А потом сходим поужинать, посмотрим город. Только держись рядом... в Токио легко потеряться.
- а местные жители - не такие сдержанные и вежливые, какими могут показаться на первый взгляд. Не говоря уже о том, что японцы почти поголовно - сексуально озабоченные, и это из самой их культуры идёт, складывается такое впечатление. С китайцами, им с Агатой печально знакомыми, они общего имеют крайне мало, кроме внешнего сходства - впрочем, и оно, при ближайшем рассмотрении, не такое уж и сильное. И кухни, раз уж зашёл разговор о еде, тоже - кухни у них не то, что разные, они практически противоположны друг другу: если китайцы сделают так, что ты сам не поймёшь, что кушаешь, словно маскируя всё своими приправами, обычно - необычайно острыми, японцы же, напротив, сосредоточены на том, чтобы каждый продукт имел тот вкус, которым наградила его природа, ещё и подчеркнуть его. Хотя, по мнению Монтанелли - по сравнению с итальянской кухней, и те, и другие - просто лопухи, выпендривающиеся с едой; но у Таты может быть и другое мнение.

+2

4

Я задержалась на полу, выгибая шею и убирая волосы на одну сторону, чтобы дать возможность рукам Гвидо разминать мои уставшие плечи, ноющую шею и затвердевшие мышцы. Хоть самолет и был более чем комфортабельным по сравнению с рейсовыми самолетами, кровати и подушке он все-таки уступал. Чтож, но завтрашний день будет еще сложнее и невыносимее, но уже в эмоциональном плане: нам предстоит встретиться с людьми, с которыми работала Алекса, узнать подробности и нюансы последних дней ее пребывания в Токио. Попытаться докопаться до правды... Понятно, что Ричардс убили, и я думаю на людей из клана Фукудзава, думаю, так многие считали. Но на этот раз обойдемся без беспочвенных обвинений с моей стороны. Полагаю, что и сами Фукудзава озабочены тем, чтобы очистить свое имя от брошенной тени недоверия, да и просто не лишиться налаженных деловых отношений.
- А потом сходим поужинать, посмотрим город. Только держись рядом... в Токио легко потеряться.
- Потеряться? Тогда держи меня за руку - я улыбнулась одним уголком губ, запрокинув голову, чтоб переглянуться с Монтанелли, а затем опять уставилась вперед. То, что Токио перенаселенный город, стало понятно после того как мы простояли в пробке приличное количество времени. Ну как приличное? По сравнению с Нью-Йорком это норма, а вот если сравнивать с Сакраменто, то наш город таких пробок и за неделю суммарно не наберет, если не брать в расчет аварийные ситуации.
- А вообще, ты еще не был в Барселоне, на улице Рамбла - вот там как в муравейнике из-за снующих туда-сюда туристов, которые хлопают глазами и сами не знают чего хотят. - мне то легко оценивать Барселону как испанке, когда знаешь язык, культуру и традиции. Наверно, в Японии мы с Гвидо будем такими же раздражителями для местных жителей, как и для меня туристы в Испании.
Я встаю на ноги, поджимаю губы и легонько касаюсь пальцами локтя брата, как благодарность за его массаж. А потом пропадаю в ванной комнате на пол часа, где пытаюсь вернуть свой организм в норму и настроить на смену часовых поясов.
После меня пошел Гвидо, а у меня было время надеть платье, накрасить глаза и высушить волосы.
Я застываю у большого окна, касаясь стекла носом, и отмечаю в отражении, что Монтанелли стоит у двери и ждет моего выхода.
- Красиво. Жаль, что мы оказались в этом городе по вынужденным обстоятельствам - говорю, а на стекле остается облако от моего дыхания. И я, как в детстве, рисую пальцем узор на окне.
- Давно ты отдыхал? - согласна, отпуск можно устроиь и в Сакраменто, выехав на несколько дней в загородный дом, отрубив телефон, прихватив удочку... Но сомневаюсь, что и такой отдых Гвидо себе устраивал.

Ресторан, в который мы пришли находился в двух кварталах от нашего отеля. Персонал говорил только на японском, то ли не зная английский или специально избегая его, чтобы лишний раз потроллить посетителей. Меню тоже было на японском.
- Даже картинок нет - вздыхаю над меню, водя пальцем по словам. - Надо было в МакДональдс зайти - посмеялась я, готовая сделать заказ. Была ни была. Из напитков я остановилась на соке - к нему были картинки, а пробовать восточные напитки, не исключая возможность нарваться на заспиртованного осьминогом, я боялась.
А вообще, если исключить трудность с выбором блюда, здесь было красиво и даже празднично.- Ой, смотри, там рыбки! - ярко желтым рыбкам, плавающим в прудике, что находился посреди зала, я была рада как ребенок. Мне кажется, за границей даже самые простые вещи удивляют и воспринимаешь их по-особому.

Внешний вид

+1

5

Обвинить организацию Фукудзава, или всю Якудзу вместе взятую, было бы логичнее всего - когда не видишь чего-то конкретного, не наблюдаешь границ, выводы делать не так уж сложно; как ни крути, но если ты где-то не бывал ранее - то в лучшем случае, всё, что у тебя есть, это географическое представление и то, что почерпнуто из разговорников или других сопутствующих материалов. А логика иногда лжёт. Объявить войну всегда просто - тяжело воевать, пережить ещё раз то, что у них было с Триадами, с Анной и с Винцензо, память о которых ещё жива в достаточной степени - рассориться ещё и с Японией означало не только потерять огромные деньги, это потянет за собой и проблемы в общении с Сан-Франциско, да и у самих Фукудзава получится брешь в бизнесе, но всё это было полбеды по сравнению с тем, если смерть Алексы спровоцирует открытую войну, так что если в результате переговоров канал будет решено просто перекрыть, это тоже будет достижением; хотя скорее всего, японцы сделают кого-то виноватым, сдав его Торелли и отведя от себя грозу - Гвидо так и сам поступил бы на их месте, к тому же, Семья и действительно попадала в такое же положение раньше. Такой вариант всех устраивает - даже если это будет ложью; бизнес иногда важнее правды и важнее мести, хотя месть - довольно ощутимая ему помеха, чтобы было необходимо спровоцировать её выход. Но даже с местью можно договориться, если захотеть.
- Не знаю насчёт Рамбла, но я был в Барселоне... Мы с Маргаритой оттуда прибыли как раз на свадьбу Флетчеров. - откуда, кстати, Гвидо и узнал о том, что в распоряжении Омбры находится частный самолёт, на котором они прилетели в страну только что. Марго спустя 20 дней после их свадьбы решила устроить им эдакую вторую брачную ночь, почему именно в Испании - Монтанелли так и не понял, был в этом, наверное, какой-то смысл. - Хотя это вообще было ночью, и мы с ней, в основном, в номере отеля находились. - добавил Гвидо, чтобы Агате стало понятно, чем они там, в Барселоне, занимались. Туристов, впрочем, даже ближе к ночи, ими по пути встретилось гораздо больше, чем местных, насколько он вообще мог судить, но туристы - люди сами по себе обычно безобидные, они тоже находятся в чужой стране, где никого не знают, и которую вскоре уже покинут, потому им проще просто следовать своим маршрутам или сочинять их на ходу, или, как сказала Агата, глазами хлопать, чем создавать неприятности. В любой стране опасность несут либо местные, либо в большей степени, эмигранты, которые там прописались или собираются прописаться на постоянной основе - но в Японии вторых едва ли так много, чтобы они стали "опаснее" самих японцев. Отпустив Тату в ванную, Гвидо распаковал свою сумку, осмотрел номер, повнимательнее выглянул из окна на город; попробовал включить телевизор, но, как и ожидалось, показывал он только местные каналы, так что был быстро признан предметом бесполезным. Позже пришёл его черёд посетить ванную комнату, чтобы помыться, побриться и привести причёску в порядок... естественно, в японской гостинице такого излюбленного итало-американцами предмета, как гель для укладки волос, не было - поэтому Монтанелли вёз с собой свой.
- От чего отдыхал?
- усмехнулся он, пожав плечами. Он не считал, что у него, как у босса Семьи, действительно так уж много забот; с другой стороны - достаточно, чтобы он, даже находясь в другой стране, не был ответственным за то, что происходит в его организации; к тому же, от самого себя отдохнуть всё равно не получится. В их деле порой важнее уметь не напрягаться, чем отдыхать. Или правильно использовать минуты вынужденного безделья, чтобы извлечь из них не только пользу для дела и себя самого, но и что-либо просто приятное. Сейчас - как раз такая "минута", встреча с местными большими шишками у них назначена только завтра, остаток вечера вполне свободен. - А ты? - Гвидо улыбнулся, обняв Агату за талию - он не воспринимал слова насчёт "держать за руку", как шутку: ресторан, в который они зашли, вообще был нетуристическим - как, впрочем, и весь район; здесь жили одни местные, по местным же правилам, и на улицах царили другие законы - яркой показухи здесь было куда меньше. И во всём этом, они с испанкой были, как два прыща на носу - два прыща из Штатов, не знавшие даже японского; в прошлый его приезд при нём хотя бы был переводчик, сейчас же рассчитывать можно было только на себя. Так что и не удивительно даже, что картинок в меню не было. Хотя Гвидо это не так уж сильно смущало, он был всё же чуть более хорошо подготовлен - настолько, чтобы распознать два-три знакомых иероглифа и заказать себе сукияки.
- Я слышал, что здесь даже в МакДональдсе как-то по-странному, так что...
- это может быть как причиной не соваться туда, так и наоборот, поводом заглянуть, хотя Монтанелли в подобные заведения и в Америке было калачом не заманить, так с чего бы он ещё и в чужой стране стал заходить туда, где избегал появляться в родной?.. Уж лучше он на рыбок посмотрит, действительно. Кажется, они здесь не просто как украшение интерьера...
- Не уверен, где это находится в меню, но одну из них могут выловить специально для тебя. Или даже тебе самой дадут удочку.
- это к слову о рыбалке и отдыхе... Хотя внимание Гвидо сейчас привлекают уже не рыбки - он сам себя теперь чувствует, как та же рыба в аквариуме, под взорами гостей. - По-моему, за нами следят. Не видишь, позади меня ещё стоит японец в красной рубашке с драконом? - Монтанелли увидел его, оглянувшись на рыбок. - Он нас от самого отеля ведёт.

+1

6

Говорят, что лучший отдых - это смена рода деятельности. Лучший отдых - это смена обстановки, смена своего окружения и людей. И мне сейчас это было нужно. Наверно, во мне была некая страсть начинать все с чистого листа. Переворачивать страницу и надеяться, что на этот раз мою историю не испортит огромное чернильное пятно. Переворачивать страницу и надеяться, что почерк станет красивее и ровнее, и буквы не будут в страхе скакать по строчкам. Переворачивать страницу и надеяться, что пули удастся переплавить в слова. Но... похоже, что с правописанием у меня были проблемы - я нелепое создание, и у меня никогда не получится все по смыслу. Бессмыслие.
- Не уверен, где это находится в меню, но одну из них могут выловить специально для тебя. Или даже тебе самой дадут удочку. - несмотря на мою любовь к рыбалке, экспериментировать я не буду. Страны востока имеют особенную культуру, они своей религией и традициями стараются оградиться от других наций, создать свой мир и не принимать мнения чужаков. Кстати о чужаках... мы с Гвидо как раз оказались под прицелом одного из местных обладателей узких глаз.
- По-моему, за нами следят. Не видишь, позади меня ещё стоит японец в красной рубашке с драконом? - я наклонилась в бок, чтобы разглядеть парня из-за спины Мантанелли. Мужчина сидел через два стола от нас, разглядывал меню и поднимал глаза, чтоб взглянуть на нас из-под густой челки, скошенной на левый бок.
- Агааа - протянула тихо я, и мой ответ вылился во вздох. Я осмотрелась. Посетителей в ресторане было не столь много: забит на половину, но все, кто здесь ужинал и расслаблялся были японцами. Мы - как бельмо на глазу - заметные и неприятные. Впрочем, мне не привыкать испытывать это чувство, так как в Семье Торелли я была что ни на есть настоящим бельмо - точно такое же, как на моем правом глазу, и с точно такой же вероятностью излечения: вырежи глаз, и тогда его не будет - убейте меня, и тогда я не буду вас раздражать, принижать и заставлять задуматься "куда катиться мир".
- Думаешь, о нашем приезде уже знают? Он не похож на обычного грабителя, слишком смело себя ведет - и смело, и вальяжно, и открыто, и расходует свое время на них зря.
Я поправила лямку и постаралась выглядеть как можно естественней, отбрасывая ощущение, что нам здесь не рады. Для меня вообще привычно быть повсюду иностранцем и чужой.
- Давай подумаем об этом, когда закончим ужин, а то у меня аппетит может испортиться - хватит уже того, что само блюдо выглядит подозрительным, так что одной возможности стошнить мне хватит.
- Надо по приезду устроить похороны. Желательно уже начать подготовку, чтоб не затягивать. Кому можно это поручить? Кроме Санчез, ей сейчас не до этого - несмотря на то, что Алекс и Крис были подругами, мне бы не хотелось, чтоб на восьмом месяце беременности девушка занималась такими неприятными и трагичными вещами.
В целом, ужин прошел достаточно спокойно, вернее я хотела делать вид, что меня совсем не заботит контингент, но когда Гвидо оплатил счет, и мы могли уйти, я ощутила облегчение.
- В следующий раз я выбираю куда пойти - можно и в номер заказывать еду, но будучи в Японии как-то жалко тратить время на сидение в гостинице. Да, я пытаюсь совместить приятное с полезным, вернее с вынужденным.
Мы выходим из помещения, успевая сделать несколько шагов, прежде чем нам преграждают путь двое "самураев". Затылком чувствую, как со спины подкрался еще кто-то. Обернувшись, хмыкаю: и правда, наш знакомы с рубашкой дракона стоял позади нас, отрезая путь к отступлению.
"Дракон" что-то произнес на японском с красивой улыбкой, на какую способны эти жители Токио.
- Гвидо, что он сказал? - хотя вряд ли брат сможет перевести прозвучавшие слова, но что-то мне подсказывало, что у нас спрашивали не как нам отдыхается в чужой стране.

+1

7

Наверное, Агата его не поймёт, или не совсем поймёт, если он начнёт разговор на эту тему, но быть чужим среди своих и для Гвидо было довольно привычно - даже как итало-американцу среди итало-американцев, и бандиту среди бандитов; всё дело не в национальности, а просто в той деятельности, которую он выполнял для Семьи, а если не в ней - так в том положении, которое он занимал, отчитываясь перед боссами напрямую, в отличие от большинства гангстеров, имевших над собой капитана - и таким образом, даже будучи членом организации, он не был частью ни одной из команд, не говоря уже о том, что с мёртвыми общался едва ли не больше, чем с живыми. Многие вообще его избегали. Другие считали, что то, что он делает - это не по понятиям их чести, что подобная некромантия частью Коза Ностры быть не должна. Но рано или поздно многие оказывались там, куда он приходил, а другим - однажды требовалась именно его помощь. Иногда даже и то, и другое, касалось одних и тех же людей, но в разное время... Но всё это уже в прошлом. Его образ жизни изменился, за что стоило всё-таки благодарить как Джованни и Данте, так и Донато с его отчасти попустительским отношением к Семье - потому что при старых донах, едва ли вообще было бы возможно, чтобы чистильщик стал доном. И Гвидо... не был благодарен за это, нет. Но уважал то, что из всех Данте указал именно на него.
- Конечно, они знают. - встречи были назначены заранее, не говоря уже о том, что об Алексе сначала сообщили именно люди Фукудзава, с которыми она вела дела - они бронировали им номер, и всё остальное готовили к их приезду, так что ничего удивительного в том, что в клане Якудзы знали об их прилёте всё. И в том, что к ним могли приставить соглядатая - странно только, что он их не встретил в аэропорту, не поздоровался, а просто вот так шлялся за ними. - Может, это вообще один из людей Хироши? - Хироши Танидзаки, сятэй-гасира клана - тот, кто контролировал эту сделку от Якудзы, человек с этой стороны, с которым Алекса общалась теснее всего - Гвидо его лично никогда не видел, только слышал его голос по телефону. И то, только лишь единожды - когда тот и сообщал вести о Ричардс... - Да, не подавай виду, что мы его заметили. И вообще не обращай на него внимания. - беспечно ответил Монтанелли, берясь за палочки и начав вынимать ингредиенты из большой тарелки, перекладывая в блюдо поменьше. Этот парень пока что не проявляет никаких признаков враждебности, не мешает им, а если они начнут дёргаться из-за его внимания - то всё равно ничего этим не добьются, так что первый ход всё равно остаётся за ним. Стоит просто сидеть и спокойно кушать - ну, пусть под наблюдением; для Гвидо это вообще не в первый раз - федералы, когда решали пристроиться за ним, неоднократно пытались испортить аппетит таким образом, сидя за соседним столом и наблюдая за ситуацией. Тем более, что аппетит можно испортить и другими темами - хотя странно, что он вообще у них есть, учитывая, что вообще происходит...
- Фредо? Она же была в его команде. - тут Гвидо был согласен - Крис надо сейчас заниматься рождением своего сына, а не похоронами; да и Катчеру лучше быть рядом с ней, тем более, что и у него самого со здоровьем всё ещё не очень гладко. - Лео может ему помочь - он Алексу неплохо знал... Знаешь, оказывается, он обижается на меня после того барбекю - говорит, что я не подпускаю его к делам. - от таких дел, что происходили на стройке, волосы встали дыбом даже у Фрэнка. Может, стоит ему поговорить с его сыном, вместо Гвидо? Отца-то Лео всё равно едва ли послушает. - Пришёл к нам домой вчера ночью, принёс картину... слышала про то, что кто-то забрался недавно в дом этого... как его? Ну, как звали актёра из Железного Человека? - вот что хорошо в чужой стране - Монтанелли мог говорить открыто, не опасаясь слежки, или того, что его тут кто-то прослушивает, даже английский язык в Японии никому не родной. - Оказывается, это его рук дело. Его, и кого бы думала - Бруклин. И ещё с ними была та девчонка, которая Маргарите сожгла шкаф на нашей свадьбе. - и Гвидо сам бы не поверил, если бы не доказательство, которое Лео ему притащил. В общем, сыну действительно пора заняться серьёзным делом - а в похоронах, кстати, весёлого мало; зато поучительного - достаточно более чем.
- Договорились. - улыбнулся Монтанелли, хотя и понимал, что скорее всего, для следующего места, которое они посетят в Японии, у них просто не будет выбора - по плану завтра у них встреча с Хироши в его ресторане. Зная японцев, по впечатлению Гвидо, будет долго, нудно и скучно.
Так... поужинали. Не успели они покинуть ресторан - перед ними выросло ещё двое молодых людей, одетых по-спортивному и явно уверенных в себе. И в элементах их "прикида" тоже наблюдался этот орнамент в виде красного дракона, или змеи, сложно было детально рассмотреть прямо сейчас и в такой обстановке. Как и их многочисленные татуировки на руках - пока что не было даже понятно, что на них, просто какое-то цветастое месиво. Может, у них тут банда какая-то?..
- Я не говорю по-японски. - ответ сразу и Агате, и парню в его красивой рубашке. Гвидо развернулся к нему, затем снова посмотрел на двух других, прикидывая, кто из них опаснее в том случае, если начнётся драка, и как-то рефлекторно прижался спиной к Тарантино, когда те окружили их, образовав эдакий треугольник - что дальше, пойдут в ход всякие кунг-фу-штуки? Засмеявшись, "дракон" сказал что-то ещё, упомянув что-то про американцев - тут даже Гвидо понял; откуда-то появились ещё двое. Один из них был натуральным красавцем - мало того, что пирсинга на лице, казалось, больше, чем живого места, так и на голове вместо причёски какой-то общипанный петушиный гребень розового цвета. - Вам чего надо?
- Туда. - "дракон" показал на узкий переулок, начинавшийся как раз за углом ресторана. Вот уж чего Монтанелли точно не стал бы делать, находясь в Токио (да и вообще, в любой азиатской стране) - так это добровольно сходить с главных улиц городов. - Идти. Туда. - повторил парень. И потянул руку к Агате...

+1

8

Если говорить о нашем приезде, то я подразумевала, конечно, не осведомленность Фукудзава о приезде, а тех людей, которые знать о нем не должны. Везде имеются те субъекты, которых лучше избегать, которые не должны вмешиваться во внешние отношения.
Хотя, и правда, как обозначил Гвидо, пока нас не трогают, мы будем заниматься своими делами: кушать, разговаривать и слушать музыку. Монтанелли и сам прекрасно знает что это такое, находиться под пристальным вниманием. Наверно, итальянцу во всем этом было до сих пор непривычно, ведь я знаю как ему не хотелось брать на себя обязательства дона. Вряд ли что-то изменилось с тех пор.
- Пришёл к нам домой вчера ночью, принёс картину... слышала про то, что кто-то забрался недавно в дом этого... как его? Ну, как звали актёра из Железного Человека? - я не слышала, поэтому пожала плечами, показывая свое непонимание. За новостями шоу бизнеса я не слежу, там много выдуманного и высосанного, хотя, соглашусь, что и в политике есть место пиару и игры в знаменитость, но звездный мир было совсем не мое. О том, что Лео со своей компанией сбрендил, я промолчала. Сын Гвидо мне всегда казался более безалаберным и безбашенным, чем его сестра.

Ребята, окружившие нас, отступать не собирались. Теперь я думаю о том, а стоило ли забить тревогу раньше, когда мы были в помещении? Или такая встреча все равно неизбежна? Только вот идей о том, что это за японцы и что им надо, у меня не было. Узкоглазые все на одно лицо, так что я все равно не найду в лицах нападавших ничего запоминающегося. Главное, эту мысль не продемонстрировать случайно при Фукудзава.
- Вам чего надо? - в ответ парень с рубахой дракона кивает на переулок, ответвляющейся с главной улицы. У него был забавный акцент, как у продавцов лапши в магазинах суши, и звонкий голос.
- Идти. Туда. - идти я никуда не собиралась. В таких темных и гнилых углах обычно на утро находят трупы, в лучшем случае там ломают ребра и челюсть. Но нашего мнения ведь никто не спрашивал, и Дракон потянул меня за руку. Довольно убедительно, смею отметить.
- Нее - я замычала, как коза, отдергивая запястье, не хватало для полного эффекта разве что шлепнуть японца по его клешне. И в то же время, я понимала, что выбора нам особо не предоставляют, да и против толпы нам не выдержать (честно признаться, даже проверять не хочется). Наш отказ следовать "туда" вызвал ответную реакцию: один из японцев сжал кулак, ударяя Монтанелли поддых. У меня вместе с этим ударом, обрушившегося на брата, самой дыхание перехватило, и я, пропуская воздух через зубы, нахмурилась.
- Какого черта вам надо!? И срать, что вы меня не понимаете! - только вот крик поднять я могла, а сделать чего-то путного, нет. На нас обратила внимания идущая парочка, но они предпочли перейти дорогу и продолжить свой путь по четной стороне.
Меня толкают в спину, заставляя уйти от дороги в сторону подворотни, а Монтанелли двое парней берут под руки, ожидая волны сопротивления, и готовые ее подавить.

+1

9

Всё ещё сложно сказать, знали ли эти ребята о их приезде, или ко всем появляющимся иностранцам здесь проявляют подобный приём, но не похоже, что у них были бы шансы избежать неприятностей, даже если бы тревогу они забили в ресторане - разве что в грядущую потасовку вступил бы ещё и персонал ресторана, а позже, быть может, и полиция тоже, но что-то подсказывает, что вряд ли всё это играло бы на руку им с Тарантино - они не из местных, причин любить их тут нету ни у кого, даже у копов, а если ресторан, в котором они ужинали, и вовсе под крышей этих людей-драконов - так его владельцу и обслуге проблемы в виде этих молодчиков и тем более не нужны; в общем, защищать бы их двоих едва ли кто-то стал бы и на улице, и внутри помещения. Правда, что им надо, бандиты тоже не говорили; и хоть их лидер и указывал на переулок, настаивая на том, чтобы они вошли туда, что-то подсказывало, что вряд ли он предлагает им обувь почистить или мороженого отведать... Но, кажется, Монтанелли уже начинал догадываться, чего им надо - по блестящим взглядам некоторых, особенно этого, в рубашке, схватившего Агату за руку. Она вывернулась, а Гвидо, при попытке рвануть к ней на помощь, получил, и вроде даже и не сильный, но очень точный удар в живот, заставивший его чуть ли пополам не согнуться, начав хватать ртом воздух, словно та же рыба, вытащенная из воды (раз уж сегодня пошли разговоры о рыбалке) - чувствовал он себя при этом не намного лучше. И желудок, ещё даже не начав переваривать такой непривычный для него ужин толком, тоже моментально дал о себе знать. В общем - Гвидо выбыл из строя на ту позорную секунду, которой хватило для того, чтобы уволочь в переулок Агату, и скрутить и его самого тоже, таща следом, и кажется, кто-то из этой шпаны уже полез по его карманам. А у них с Тарантино даже оружия не было - а кто бы им дал провести его с собой, они и так здесь на полулегальной основе. Был бы хоть один на двоих пистолет, шансов против этих малолетних выродков было бы больше; а сейчас... сейчас Монтанелли уже лишился кошелька, и тот, с ирокезом, делил прибыль с товарищем по команде. А возглас испанки был встречен одобрительным хохотом - двое прижимали её к стене возле мусорного бака, третий, тот, что в рубашке - полез под её платье. Это единственное, что успел заметить Гвидо, которого швырнули мимо них, лицом в землю, и плюнули вслед. Желудок и лёгкие отдались ещё одним дружным стоном от жёсткого касания со старым асфальтом...
- Та!... - крикнуть не получилось, не удалось даже выговорить "Тата" полностью - парень, вытащивший кошелёк у него из кармана, решил его прервать, наподдав ногой под дых ещё раз; на этот раз не будучи таким удачливым - поймав первый вздох вернувшегося было дыхания Монтанелли успел двинуться чуть в сторону, и схватить его кеду руками, резко дёрнув бьющую ногу в сторону - как результат, японец растянулся рядом, не сумев устоять на ногах, и выронив кошелёк из руки. А остальные, даже не то, что насторожились - начали над ним смеяться. Над ним, и над самим Гвидо, считая, что это просто их товарищ на ногах стоять не может. А это уже ошибка...
Полсекунды на выдох, и Гвидо, резко поднимаясь с земли, подбирает свой кошелёк и углом его тыкает в кадык ближайшего из тех, кто стоял к нему, заставляя кашлять уже его. А другой рукой - хватает за ухо того, что был весь утыкан пирсингом, и, кажется, вырывает что-то, но переулок наполняется таким визгом, по сравнению с которым возглас Агаты был сродни жужжанию мухи. И пока один поднимался с земли, другой - кашлял, а третий поливал мафиозного дона из Сакраменто оскорблениями, которых тот всё равно не понимал, остальные трое, сдерживавшие Тату, даже оторопели от того, как старик может.
- Беги!.. - а старик этим не преминул воспользоваться, засандалив носком ботинка между ног парню в рубашке, положившему на Агату глаз, и сорвавшись вслед за испанкой со всех ног, попутно резко двинув мусорный бак, попытавшись сделать так, чтобы тот встал поперёк переулка, заблокировав проход и отделив их от грабителей - хотя бы на время. Но слегка промахнулся, и кажется, кого-то из шестерых задавил этим баком - уже не стал разбираться, мчась по переулку, продолжая опрокидывать за собой всё, что под руку попадалось - другие мусорки, велосипеды, какие-то корзины, деревянные поддоны, даже какого-то бомжа столкнул на дорогу - не успев даже удивиться, что и в Токио есть бомжи... Замысел тех, кто их преследовал, был, похоже, довольно прост - с мужчины хотели взять деньги, часы, или что там попадётся, а женщину, у которой, кажется, даже сумочки не было с собой, использовать так, как это сделать всегда получится. Гвидо злился бы, если бы не задыхался на бегу; но пока что всё, что подстёгивало - это крики преследователей. И до того, как они успели стихнуть - они пересекли какое-то количество улиц, две, три... пять, Монтанелли не считал.
- Подожди!..
- наконец он окликнул Тарантино, сбавив ход, зашатавшись, и облокотившись о стену, задыхаясь... и вдруг всё, что он съел в ресторанчике, пошло наружу. То ли от резкой остановки, то ли это было запоздалой реакцией на удар, то ли азиатская кухня и впрямь была противопоказана ему, но Гвидо начало рвать.

+1

10

Японцам удается сбить нас с пути, уводя в темный переулок. У меня в голове начали мелькать мысли, подвергать мои опасения, что Алексу и правда удили Фукудзава, и сейчас направили своих людей, чтоб стереть и нас. Печально. У меня, да и у Гвидо, нет оружия - несмотря на частный самолет, на контроле с огнестрелом не пропустят, та я бы и не догадалась взять пистолет с собой в ресторан. Остается надеяться только на собственные навыки самозащиты, а у меня, несмотря на пару уроков у Тома, они хромали. Нет, в нос дать могла, но лучше это получается, когда в руках дубинка или лом.
Что я успела отметить, так это то, что японцы не доставали оружие, возможно, убивать вот здесь нас не планируют, только и для культурного приглашения поговорить, это не похоже.
Оказавшись в подворотне, замечаю, как из карман брюк Гвидо выпрыгивает кошелек, гонимый рукой одного из парней. Те нагло раскрывают бумажник, пересчитывая доллары и купленную валюту. Неужели вся эта дрянь только из-за денег? Грязных, проклятых денег. Я выплевываю ругательство, встречаясь спиной со стеной. Гадко и неприятно. Меня держат за руки, а третья, чья улыбка мне сначала показалась не такой уж и мерзкой, сейчас превратился в настоящего дракона, который легко скользил по коленкам, забираясь ладонями под платье.
- Чтоб вы сдохли, японские свиньи - но мои слова воспринимаются забавной шуткой на фоне всего происходящего. Над нами насмехались. Я вижу, как на земле лежит Монтанелли, а нога одного из парней заносится, словно чтобы ударить по футбольному мячу, и бьет по телу итальянца.
Я вскрикиваю. Хотя кричать тут бесполезно, даже в городе, где я не была чужой, никто не пришел на помощь, когда избивали моего мужа.
Взглядом пробегаю взглядом по обстановке, ищу за что можно зацепиться, чтобы избежать унизительной участи быть изнасилованной. Никогда не позволяла мужчине склонять меня на секс, если я этого не хочу, поэтому подобная ситуация для меня является еще хуже, чем оказаться погребенной заживо. Тело - всего лишь сосуд, истязайте его сколько хотите, а вот плевок в душу, попытка сломать, испачкать самое чистое и заветное, что у меня еще осталось, унизить - этого я боюсь больше всего.
Рядом с Гвидо растягивается на земле паренек, тот, что только что бил мужчину. А затем, даже я поразилась насколько молниеносно, после нескольких ударов, смог подняться Монтанелли. Но этому я буду восхищаться позже, а пока, выдернув руку, замахиваюсь и раздираю ногтями лицо второго юноши, который удерживал меня за локоть. Это было не столь болезненно, но когда не ожидаешь, то теряешься и приходишь в ужас от резкого жжения по всему лицу. Дракону досталось больше всех, так как Гвидо не стал мелочиться, зарядив ногой ему по яйцам. Жаль, что нет времени напомнить Дракону у справедливости, и что за свою похоть у него может и не быть детей - за все воздастся.
А пока деру!
Гвидо бежит за мной и я слышу, как за спиной с шумом падают баки, разлетаются коробки, украденные тележки из супермаркета. Бежать на каблуках непросто, поэтмоу я даже не оглядываюсь, сосредоточившись на здании, виднеющемся впереди, затем, свернув, ставлю новую цель и так же бегу к ней. Поворот за поворотом, переулок за переулком, один перекресток...
- Подожди! - услышав голос итальянца, я затормозила, но по инерции сделала еще несколько шагов вперед. Черт возьми, как же гудели ноги! Во рту щипало, а бок постанывал. У меня тоже была одышка, но, вспоминая школьные уроки физкультуры, я не стояла на месте, а расхаживала кругами, пока Гвидо справлялся с недавним ужином.
- Ты как? - подхожу со спины, проводя ладонью по позвоночнику. - Не стой, походи - дала совет мужчине, когда его прорвало. Беру за руку брата и веду по улице. Нам не стоит останавливаться. А в отель можно вернуться обходным путем. Я примерно представляю как далеко мы находимся от гостиницы: нам надо повернуть на 90 градусов, вот как раз обогнем дом, затем по диагонали и до отеля. Да, в моем воображении все было довольно легко. Только вот дом, который я хотела обойти оказался причудливой формы, выводя нас в противоположном направлении от нашей цели.
- Черт, у меня от этих туфлей уже мозоли - заныла я, остановившись и оперевшись рукой о стену, а другой рукой поправляла туфлю на ноющей ноге.
- Я думаю, что за этим магазином будет наш отель - хотелось бы верить...

+1

11

Что-то подсказывало, что у напавших на них юношей оружия и вовсе не было, и даже хоть одеты они и были довольно неплохо - одежда всё равно была явно ненамного дороже той, что могли позволить себе обычные студенты в той же америке (исключая разве что рубашку с драконом; хотя Гвидо тоже не эксперт в области пошива и моды); разве что - новее, но в их-то деле - одежда вообще материал настолько расходный, что порой просто и запачкаться не успевает, как уже приходит в негодность... В их деле. От одной мысли, что их ровняют вот с такими же людьми, уже становится худо, однако нельзя не признать - на месте таких, как эти ребята, многие из Торелли тоже находились в их возрасте. Скорее всего, эти бандиты были рангом чуть повыше обычных грабителей, уличная банда, или что-то вроде этого, не доросшая даже до стволов - не потому, что нет денег, а потому, что таким никто не продаст; да и слава Богу, поскольку доверять оружие в их руки - опаснее, чем дать его опытному террористу. Потому что тот хотя бы знает, как им нужно пользоваться. Видимо, от выстрелов вслед их с Агатой только это и спасло... Во всяком случае, на данный момент, пока они оторвались от преследования. Не факт, что они их не ищут, подгоняемые жаждой мести, и не факт, что ещё больше друзей-драконят с собой не позвали. А найти двоих европейцев в Токио - несложно. Учитывая, к тому же, что они из них всю грязь из подворотни на свой новый пиджак собрал, а брюки - чуть не заблевал...
- Норм... - неприкрытая ложь Гвидо была прервана прямо на полуслове ещё одним рвотным порывом, и продолжая облокачиваться на стенку, он рефлекторно слегка оттеснил Тату, чтобы не забрызгало и её тоже - и только заметив, что всё ещё сжимает в руке свой кошелёк... Далеко было от нормального, этот малолетний каратист сам словно драконье яйцо ему подселил в желудок. То раскололось, дракончик вылупился и начал дышать огнём на всё, что видел... - Ты-то как? - Монтанелли больше за сестру переживал, чем за себя - его-то насиловать никто не собирался, во всяком случае, надеяться на это хотелось бы, а то, что он только что лишился денег - даже не так страшно, в отеле есть ещё. Страшнее, что эти драконоподобные явно знают, что они в этом отеле живут... и кстати, отель вообще в какой стороне?.. Гвидо опустился на землю рядом с лужей собственной рвоты, подтянув колени к животу - куда там походи, даже удерживать вертикальное положение было тяжело, он всё ещё задыхался, да и вообще, в его возрасте такие рывки и подобная беготня бесследно тоже не проходили. - Испугалась?.. - в его взгляде забота читается слишком явно для того, кто только что "украсил" переулок содержимым своего желудка; он касается её руки, но не торопится опираться. Это хуже всего - если бы он не смог её защитить сейчас...
Монтанелли заглядывает в кошелёк. Денег нет, но хоть документы остались нетронутыми. Что ж, японское гостеприимство стоит немало - это он и раньше знал... Затем он вытаскивает платок, вытирая свои губы, и наконец позволяет Агате оторвать себя от земли, и продолжает сжимать её ладонь, следуя вперёд, и поминутно оглядываясь - то на Тату, то окидывая взглядом местность. В Токио легко потеряться... вот как в воду глядел. Правда, уличных бандитов почему-то не предвидел - а между тем, город окутывала ночь, и подобные им элементы уже выползали на улицы. В Токио это ещё страшнее, чем в Нью-Йорке, не говоря про их маленький Сакраменто. Словно вампиры пооткрывали крышки гробов или зомби полезли из могил... а им двоим даже святое распятие не поможет.
- ...твою мать. - теперь уже Гвидо хватает её за руку, резко отдёргивая от стены в сторону переулка, и сам укрывается от неонового света в его тени. Нет уверенности в том, что это те же самые ребята - тем более, что и врямь, все на одно лицо - но вот форма одежды с элементом красного дракона, походка и манера самоуверенно трещать на своём японском, была точь в точь, как у тех, кто на них напал. Они проследовали мимо них, кажется, ничего так и не заметив. К счастью. А Монтанелли приложил палец к губам, приобняв Агату плотнее, инстинктивно уже готовый её защищать, словно хищник своего дитёныша. - Сними ты эти туфли. Нам на улицу всё равно лучше не выходить... - продолжая прерванный разговор, прошептал Гвидо, выглядывая, когда "драконы" скрылись из виду и только их речь слегка доносилась из-за угла. Цокот каблуков их и выдать вполне может, к тому же... - И честно говоря, я не помню этого магазина у нашего отеля... - казалось бы, они и умотали от этого ресторанчика не так далеко, но вот местность знакомой так ни разу и не показалась. Или Агате лучше видно - она-то в такси не спала? Хотя... что там можно увидеть, в этой пробке, из окна автомобиля? - И ещё - не уверен, что они нам засаду у отеля не захотят устроить. - вот это мысль уже совсем дерьмовая, но сейчас кажется даже, что не возвращаться до утра в отель - это тоже вариант остаться целыми. Хотя бы до рассвета, когда узкоглазые вампиры обратно попрыгают по своим гробам... - Как думаешь? - кажется, Гвидо их помял довольно сильно - да и Агата лицо одному разодрала, как надо. Когда-нибудь они наверняка будут вспоминать это со смехом... если доберутся до безопасного места, конечно. Монтанелли, заметив на земле какую-то бутылку, подбирает её - пусть лучше японцы думают, что они - парочка пьяных туристов. А в возможной драке будет дополнительный перевес... Каблуком, кстати, тоже можно здорово зарядить, если перехватить туфлю удобнее. - Пойдём...

Отредактировано Guido Montanelli (2014-04-18 13:21:26)

+1

12

Я волновалась за Гвидо, как бы те бандюги не отбили ему чего, поэтому то, что мужчина расставался со своим ужином, я видела только хороший знак. Потом накормлю его более вкусной и знакомой пищей, но, кажется, что уже утром. По виду Гвидо понятно, что аппетит у него пропал. У меня тоже. Хочу в душ, отмыться от мерзких рук незнакомых мужчин. Только до нашего номера нам еще идти и идти, а особенно когда не знаешь в какой он стороне... Но даже потеряться в Токио я не так боялась, как той стычки в подворотне, как тех трех японцев с их шальными мыслями. Только о своем страхе Монтанелли я не расскажу и не покажу, поэтому пожимаю плечами, когда он задает вопрос.
Мы шли по улице, такой тихий город... только ночью, казалось бы, выходят на улицы самые злобные и извращенные создания. Город засыпается, просыпается...? А я слышала, что в АОЭ такая фигня: что после 11 вечера нельзя покидать свой отель, иначе велик риск вернуться на свою родину уже не самолетом, а в ящике. Про Японию такого не читала, но проверять не хочу - напроверялись, черт возьми.
Где-то слышен голос, и мужчина утаскивает меня в тень, за угол, прячась от тех, кто нас искал. Или это были не они? Выглядывать я не рискнула. Затаила дыхание и прикусила нижнюю губу, касаясь носом ворота рубашки Гвидо.
Кажется пронесло. Я выдохнула.
- Сними ты эти туфли. - логика была, но учитывая, что не ровен час наступить на стекло, получить заражение крови, схватить столбняк, я медлила.
- Сниму, когда выйдем из этого гадкого района. Логово.. - может я и была права? Район казался именно чьей-то территорией, а мы с братом, похоже нарушили границы, и сейчас находились в розыске. В таком случае необходимо как можно скорее убраться от сюда. А дорогу можно будет спросить у кого-нибудь из горожан, - тех, кто выглядит не как бандюган. Хотя, учитывая наш помятый вид и внешность, мало кто захочет остановится ночью и поболтать с двумя европейцами.
- И ещё - не уверен, что они нам засаду у отеля не захотят устроить.
- Хочешь сказать, что нам еще и в отель нельзя вернуться? - я округлила глаза, с ужасом смотря на мужчину. Не знаю, как итальянец, а у меня эта история еще не скоро будет вызывать улыбку.
Оставаться на улице в Токио казалось мне плохой идеей, сейчас наша ситуация напоминала мне положение утки на сковородке, так что с нее нужно скорее слезать, а не задерживаться еще на несколько часов, пока Гвидо действительно не изобьют, а мне не изнасилуют.
Я останавливаюсь на минуту, чтоб снять туфли и размять пальцы ног. Эта небольшая передышка позволяет заодно прикинуть где мы находимся. Прикинуть и офигеть.
- Мы потерялись - пора уже это признать. - Сейчас первый час ночи, и мала вероятность нарваться на доброго япошку - каких изображают на плакатах суши - Скорее опять огребем. Даже такси не вызвать... - я шла и ворчала себе под нос, крепко сжимая туфли в обеих руках.
Между домами мы прошли еще некоторое время, пока я все не настояла выйти к дороге, аргументируя это тем, что на остановках есть карты города, и это значительно облегчит наши скитания.
- Вот! Смотри! Карта! -на одной из остановок, которая больше напоминала какую-то недостройку, столь разнесена и побита она была, на стенде висела пожелтевшая карта.
- Мы здесь - я ткнула пальцем в красный кружок, обозначающий наше местоположение. - А где наш отель? - ну же, Гвидо, ты должен знать. Я смотрю на мужчину с надеждой, как на единственного человека, знающего великую тайну.
- Можно карту взять с собой - я имела в виду разбить последнее стекло, разнести чертов стенд и забрать эту огромную картонку с собой.

+1

13

Наверное, говорить об этом вообще нету смысла, да и вспоминать не стоит. Об изнасиловании, пусть даже и не состоявшимся. Потому что это естественно, что для женщины, да и не только для женщины, для любого человека, это огромный шок, и понятное дело, что для Агаты встреча с теми тремя выглядит страшнее, нежели перспектива заблудиться в большом городе - теряться их никто не заставлял, это случилось, можно сказать, по их собственной воле, сбежать от грабителей было решением уж точно самостоятельным. К тому же, заблудились они в городе, а не в лесу, здесь всё-таки можно у кого-то спросить дорогу, да и просто - куда-нибудь, да их выведет, к их отелю, или к метро, или к аэропорту... даже если всё и впрямь настолько плохо, что ночевать придётся на улице - это всего лишь одна ночь. Или даже если чуть больше ночи - утром у них встреча, и если они не явятся на неё - искать их будут уже не те, кто грабил. Не хотелось бы, конечно, чтобы это до Сакраменто дошло, чтобы Маргарита не переживала - она ведь и весь Токио на уши поднимет. Или полетит сюда даже лично, не дай бог...
- Не знаю. - так ли сильно драконы на них обижены, чтобы дожидаться их возвращения у дверей отеля, или даже в его холле, чтобы повторить всё то же самое, по тому же сценарию, возможно - даже в той же самой подворотне. Вопрос даже не в том, чтобы добраться до отеля, а в том, чтобы попасть в отель - внутри его устроить такой беспредел им точно никто не даст, в своём номере Гвидо и Агата наверняка будут в полной безопасности. Но чтобы понять, как попасть туда, прорываться ли с дракой, или пытаться найти обходной путь, или и вовсе всё будет тихо и мирно - надо хотя бы сам отель найти для начала... - Но в его окрестностях для нас с тобой сейчас точно небезопасно... - впрочем, о чём он говорит - они и есть сейчас в его окрестностях, хоть и понятия не имеют, где именно. Может, Хироши порекомендует им какое-либо другое место, куда можно будет переселиться на то время, пока они с Агатой находятся в Токио? Или просто действительно не выходить из отеля по вечерам?.. Хотя, дожить бы ещё до встречи с представителем Якудзы. И... это ведь не люди Хироши всё-таки были?
Слушая жалобы Агаты, Гвидо молча снимает свой пиджак и пристраивает его на плечах испанки. Прохладно, и ночевать на улице - точно не самый лучший вариант, пусть даже и более позитивный, нежели перспектива быть избитым или изнасилованным, и всё равно остаться ночевать на улице. Несчастную испанку пошатывает от усталости, у неё болят натёртые ноги, платье помято, хорошо его хоть не порвали, да и сам Монтанелли ничуть не лучше выглядит, растрёпанный, злой, и грязный. И с пустой бутылкой в руке, добавлявшей уверенности в себе лишь отчасти...
- Merda... Я очки в номере оставил.
- Гвидо потёр глаза, и попытался сосредоточить зрение на карте ещё раз. Хорошо хоть, что очки действительно в чемодане остались, покоясь себе в футляре, а не валялись сейчас там же, куда его швырнули в первый раз, блестя осколками и погнутой оправой. Меню-то в ресторане было написано достаточно крупным шрифтом, хотя и не было особого смысла там что-то вычитывать, всё равно непонятно. На карте были пояснения на английском, но они большой погоды тоже не делали. - По-моему, отель вот здесь. - куда они вообще умудрились зайти? Тут даже открытая широкая улица выглядит, как те подворотни, из которых они вылезли. И остановка какая-то разбитая - а для Токио такое вообще нонсенс. - Или здесь... - указывает в другое место, прямо противоположное, затем оглядывается, прикинув, как изображение на карте расположено относительно реального положения улицы. - Да, идея неплохая. - наконец, соглашается Монтанелли, ставя бутылку на асфальт, и осторожно, но с силой надавливает на нижние углы стенда, пока те не треснули, а затем - отгинает лист пластика, чтобы карта практически сама свалилась в руки, лишившись того, что её крепит. Стеклянные остановки - элементы травмоопасные, и японцы, вероятно, поняли это первыми из всех людей на планете - а может быть, и нет, но в своей густонаселённой стране позаботились о том, чтобы стекло не нагромождать, где попало - прозрачный пластик разбить труднее, и даже если удастся - осколков будет меньше.
- По-моему, всё-таки там. - Гвидо указывает в ту сторону, которую предложил изначально, и надрывает карту так, чтобы в его руках вместо всего листа осталась только та часть, на которой был изображён район, по которому они бродили уже с час. Вот теперь они уже и самостоятельно поучаствовали в разрушении Токио. Подобрав с земли бутылку, ставшую уже чем-то сродни якоря, опускавшися, когда им надо было зафиксировать своё положение, и протянув Агате свой локоть, Монтанелли направился по намеченному маршруту. Лучше бы ему оказаться верным - Гвидо тоже хотелось добраться до отеля и помыться, или уже просто лечь и хоть немного отоспаться, иначе к сятэй-гасира Фукудзава завтра придут два мешка под глазами. Ладно, всё уже не так плохо, кое-как, но они всё-таки вооружены, знают, что эти парни - не такие уж ниндзя, каких из себя корчат, и ещё у них есть карта.

+1

14

Нам довольно легко удалось извлечь карт, а вот определиться тем, в каком направлении двигать, увы, нет. Гвидо в своем ответе был крайне не уверен, и два раз успел поменять решение о местонахождении гостиницы. В итоге, мы остановились, что отель находиться "там", и пошли к цели.
Два помятых туриста: седовласый мужчина в рубашке с короткими рукавами, с грязными штанами, бутылкой в руках и картонкой, которая была размером с плазму, что висела у меня в гостиной, и я, девушка, шагающая без туфлей, с накинутым на голые плечи заляпанными пиджаком, но уверено державшая мужчину за локоть. Вот теперь то мне стало действительно смешно, когда проходя мимо витрины, я увидела нас со стороны.
- Посмотри! Это же мы - я катилась со смеху, прикрывая рот ладонью и тыкая пальцем в отражение. - Мы неудачники. - ну, это даже лучше чем калеки или бомжи. Хотя, не уверена, что нам еще не предстояло такими стать. Я смеялась до тех пор, пока не услышала чье-то приближение. Резко посерьезничев, широко раскрыв темные глаза на Гвидо, мы сообразили, что задерживаться не стоит, и ускорили шаг.
Мы шли еще пол часа, пока я наконец не начала узнавать окружающую нас местность. Я ускорилась, уже представляя себя в пенной ванной с бокалом чего-нибудь спиртного, чтоб отвезти душу.
На всякий случай в гостиницу мы входили не через парадный вход, а через калитку заднего двора и дверь, выходившую к бассейну. Но... никто на рецепшене нас не ждал. Правда, вот девушка-администратор, с зализанным ив пучок волосами, смотрела на нас ошеломленным взглядом. Взглядом, который говорил "я сейчас вызову охрану".
- Мы... ээээ... из номера 705 - я ткнула пальцем наверх - Сегодня въехали. - неужели она нас не запомнила и не верит нам? - Сакэ у вас вкусный... - добавила, как бы намекая и обозначая наше состояние. На этом наш разговор с женщиной закончился. В отелях, на курортах, персонал всегда более лояльно относится к туристам, принимая во внимания факт, что как только сходишь с самолета, мозг у некоторых напрочь отключается, а во внимание принимаются только две цели "отдохнуть" и "попробовать все". Надеюсь, и нам простят такое появление в гостинице.
Мы с Гвидо быстро поднялись до своего номера, и уже на пороге я готова была свалиться. На часах три ночи, шел четвертый. Я выдыхаю, кидая туфли абы куда и опускаюсь на пол, почти на то же место, куда свалилась по приезду. Тогда мне казалось, что я ходячий труп, но на самом деле действительно вымоталась я сегодня, пройдя пешком черти знает сколько километров.
- Иди в душ первым. А я, если не против, закажу вино в номер. Мне необходимо что-то покрепче, чем сок, выпитый несколько часов назад - я думаю, нам обоим нужно расслабиться, пропустить бокал, и отпустить ситуацию.
Монтанелли ушел, я дотянулась до телефона и заказала у администратора белого вина, считая, что оно перед сном пойдет куда лучше. Больше с места я не двигалась, запрокинув голову, смотря в потолок и медленно моргая. Однозначно завтра на переговорах, японцы увидят два трупа.
- Во сколько завтра встреча? - крикнула я, когда вода в ванной комнате затихла, и у Гвидо был шанс меня услышать.
- Нальешь вина? - спросила, когда мужчина уже вернулся в гостиную и предстал передо мной во всей красе, чистый и с мокрыми волосами. Я тоже так хочу! Только поднявшись на ноги, ощутила всю тяжесть пройденного пути - мои стопы гудели, а коленки вот-вот хотели прогнуться.

+1

15

Куда более сдержанно, но Гвидо всё-таки поддержал Агатино веселье, когда она увидела их отражение в одной из витрин закрытого на ночь магазина. Пусть даже в грязи, слегка помятые и уставшие, один не удержавший в себе ужин - другая босоногая, - они были живы, и почти невредимые, даже присутствие духа Тата не потеряла, хотя её припёрли к стенке всего пару часов назад, и уже весело смеялась над всей этой ситуацией, пусть даже зеркало было вполне обычным, а не кривым, из комнаты смеха... картинку-то оно и впрямь выдавало довольно комичную. Неудачники они или нет, но на самом деле - для них всё могло стать гораздо хуже, главное - что они успели убежать от преследователей. И так и не нарвались на них позже...
Смех резко прервался, когда они услышали звуки чьих-то шагов, и Монтанелли инстинктивно шагнул ближе к Агате, приобнимая её, тоже затихнув, и картонкой закрывая обоих, почти как щитом, оглядываясь на источник шума. Но это всего был всего лишь какой-то прохожий, спешивший куда-то - может быть, опоздав домой со своей работы, или... да неважно, куда он шёл - коротко смерив взглядом странную парочку людей, даже не останавливаясь, японец пошёл дальше с той же скоростью, вскоре скрывшись из поля зрения.
- Да... это мы. - тихо усмехнулся Гвидо. Двое неудачников в грязной одежде, в чужой стране... Лучше, наверное, вообще не рассказывать дома о том, что здесь происходило, не все это поймут, а Монтанелли не очень нравится перспектива быть осмеянным кем-то, даже если члены Семьи это сделают про себя - особенно если так. Он итальянец, сицилиец, дон Семьи, и для него гордость и честь по определению имеют очень даже большое значение... а тот же Альтиери найдёт, над чем тут поржать. Драконы и так посмеялись над ними двоими уже вдоволь, пусть даже этот смех в итоге им тоже влетел в свою цену. Хотя Гвидо за это путешествие заплатил деньгами, пожалуй, всё равно дороже, но ему не жаль - за жизнь и здоровье это не так уж дорого.
- Всё в порядке.
- поспешил добавить Монтанелли администратору, предъявляя удостоверение личности из своего испачканного кошелька. Не хватало ещё, чтобы и действительно полицию сюда вызвали, он и в Сакраменто с представителями властей достаточно общался, чтобы и с японскими копами разговаривать, уж тем более - заявления писать в их бланках (хотя в какой-то степени, и интересно, как им приходится заполнять протокол - тоже иероглифами?). Лучше они людям Фукудзавы расскажут о том, что приключилось - в такое правосудие Гвидо как-то больше верил. Потому что дома за всю свою жизнь не раз наблюдал, как оно работает. Администратор дала ключ, Монтанелли забрал его и пошёл вслед за Агатой... приятно было услышать английскую речь чуть не впервые за вечер, но - акцент всё равно резал слух. Придётся привыкать, Хироши, судя по телефонному разговору, говорил даже хуже этой девушки.
- Ладно... - он улыбнулся, наклоняясь к Агате, чтобы осторожно приподнять её, вытащив свой грязный пиджак - и метнуть его на пол, накрывая им туфли, которые она выбросила только что. Не заметить того, что Тарантино опять высказала тягу к алкоголю, Гвидо не мог, но решил не акцентировать на этом своё внимание, на его глазах она пережила испуг и шок, и чего-нибудь покрепче ей и действительно не навредит сейчас... да и ему тоже, пожалуй - вряд ли сок или чай перебьёт это гадостное ощущение во рту, всё ещё сохранившееся после того, как его вырвало. - Закажи. - открыв свой чемодан и вытащив оттуда пару белья, Гвидо исчезает в ванной комнате, где включает воду и с минуту просто стоит под душем, наслаждаясь тем, как тёплая вода сбегает по телу вниз, унося с собой часть сегодняшнего напряжения. Грязные брюки валяются на полу, ботинки... потом отправятся за дверь, чтобы их почистили и вернули.
- В одиннадцать. - отвечает Монтанелли, и набирает воды в рот, чтобы прополоскать полость рта, избавившись от гадкого привкуса, наконец, хотя бы частично. Подобную манеру разговора через стенку он не оценил - не хватало ещё орать, чтобы все постояльцы услышали, когда у них завтра встреча, где и с кем... из ванной снова послышался плеск воды. А Гвидо вышел через минуту, облачённый в белый гостиничный халат.
- Я пустил тебе воду набираться.
- явно ванна была рассчитана на японский рост, а не на европейский, так что сам Гвидо предпочёл помыться под душем - вот Агате, возможно, там будет более комфортно... да и то, не факт. Оказалось, что пока он мылся, вино уже успели принести в номер, вместе с двумя бокалами и штопором. Тарантино же даже с места не вставала, похоже. Сев на диван, Монтанелли взял бутылку, и начал вворачивать спираль штопора в пробку... чпок!
- За Алексу. - разлив вино по бокалам, Гвидо протянул Агате один из них. Они ведь даже и помянуть Ричардс не успели толком, несмотря на то, что уже два дня прошло с момента её гибели. К тому же, нечего хорошее вино переводить просто так... - Она была хорошим другом. Всем нам. - не чокаясь, не сопровождая тост звонкими высказываниями в итальянском стиле, Монтанелли осушил бокал. Если бы не Лекс - они вообще бы не находились здесь...

+1

16

- Я пустил тебе воду набираться
- Спасибо - это было кстати, учитывая позднее время и желание его сэкономить, потому что вставать завтра, то есть сегодня, рано, и каждый час сна будет очень ценен.
Монтанелли сел возле меня, только на диван, от чего и я посчитала нужным переместить попу куда-нибудь на мягкое место. Он разливает вино и передает мне бокал.
- За Алексу. - к сожалению, мы и правда не успели почтить память Ричардс из-за срочности дел, из-за перелета и той нелепой ситуации, в которой мы с Гвидо оказались. Опускаю глаза и смотрю на жидкость в фужере. В номере тихо, кроме шума воды в ванной комнате, ничего не слышно. Да и за окном Токио готовится проснуться, - уже погасли огни, и город стал серым и совсем неприятным. Или это осадок от встречи я "драконами" остался во мне?
- За Алексу - говорю и делаю глоток вина. Приятное и мягкое, оно для меня как микстура сейчас, как бы противно и не красиво это ни звучало.
Мы посидели еще минут десять, пока я не опустошила бокал. А затем желание привести себя в должный вид, отмыться, и тоже начать также вкусно пахнуть, как Гвидо, взяло свое.
- Ложись спать, я буду тихой - я едва улыбаюсь мужчине и, целуя его в щеку, поднимаюсь с насиженного места.
- Наполни мне еще бокал, пожалуйста - а пока Гвидо этим занимается, я достаю из сумки чистую одежду, чтобы сразу облачиться в нее, пропуская разгуливание в гостиничном полотенце. Захватив белье и пузатый бокал, я ухожу в комнату, где мне ждала пушистая белая ванна, манила искристыми пузырьками и теплой водой. Мне даже показалось, что замурчала я вслух, когда погрузило тело в ванну. Давно не нежилась так, обычно ограничивалась душем, так как все делается набегу, так как нет времени сидеть и размышлять о жизни, да и дома такое времяпрепровождение кажется мне скучным, так как я с большей пользой убью минуты на какое-нибудь дело, на те же игры с сыном, чем запрусь в ванной. Сейчас же спешить мне некуда, до встречи с японцами еще восемь часов.
О прошедшем вечере думать не хотелось, поэтому я старалась освободить свой мозг от анализировании встречи с драконами. В мире есть тысячи людей, которым живется гораздо дерьмовее меня, но, порой, такие люди сильнее нас. Нас, те, у кого есть дом (а может и не один), заработок, близкие люди, здоровье. Хотя, для счастья этого мало, но для существования - достаточно. Ведь что такое быть счастливой? У каждого свои мерки трагедии и радости.
Я совсем замечталась, задумалась, и стала засыпать. Уже носом почти ушла под воду, как ощущение резкого падения заставило меня дернуться и открыть глаза. Наверняка, каждый испытывал это чувство: когда кажется, что летишь, а потом довольно резко и грубо обрушиваешься вниз, на кровать. Правда сейчас я была в ванной, и от моего пробуждения вода выплеснулась за края, образуя лужу.
- Тьфу - посмотрела за бортик, а затем на свой пустой бокал и растаявшую пену. Наверное, времени уже много... или рано, смотря как посмотреть.
Я вытерлась, выдернула пробку, облачилась в белье и покинула комнату. В гостиной горел ночник, но никого там уже не было. В одной из спален на кровати лежал Гвидо, укрывшись под одеялом, кажется спал или еще только пытался. Хотя, полагаю, после пережитого, он вырубиться должен быстро. Чтож, пора и мне. Заняв кровать в другой комнате, я спрятала голову под одеяло и засопела. Пожалуйста, не будите меня.

- Иди без меня. Дай поспать - а вот и утро, отнюдь не доброе. Я вцепилась в одеяло и не собираюсь вылезать из кровати, даже несмотря на попытки Гвидо меня поднять.

+1

17

Монтанелли пьёт вино - и только сейчас наконец-то чувствует себя полностью расслабленным, окончательно отпуская ситуацию с драконами на задний план, как отпускал очередное выполненное "дело", которое было неприятным, но которое необходимо было сделать - ради Семьи, или ради того, чтобы собственному бизнесу ничего не мешало крутиться. Что ж, они смогли избежать проблем, по крайней мере - пока что, он смыл с себя вчерашнюю грязь, а в грядущем разговоре с Хироши Танидзаки появилась новая тема для обсуждения, куда как серьёзная - на их территории убили одну из хороших друзей дона Торелли, чуть было не изнасиловали его сестру, и самому ему не дали поесть по-человечески, зарядив в живот, точно уж есть о чём поговорить, верно?
- Хорошо. Только не приговаривай всю бутылку, ладно? - звонко чмокает Агату в щёчку, проводя ладонью по затылку, и снова наполняет её бокал. Не хватало ещё поутру кроме вчерашней усталости добавить сегодняшнее похмелье - дело даже не в том, что ему начинает казаться, что у Таты проблемы с алкоголем, нет, ему просто нужны будут её силы и её поддержка, даже если не говорит об этом вслух: для него подобные переговоры, внешняя политика, вопросы которой решаются таким образом, как для босса мафиозной Семьи, в новинку - раньше он не говорил вот так, от имени всей организации, не был настолько важной фигурой в переговорах. Да, он был на собрании Комиссии в Сан-Франциско - но это всё-таки немного другое, там все были итальянцами, и хорошо друг друга понимали, там он был как рыба в воде - да ещё и при поддержке племянника... - И смотри не утони там... - ухмыляется Монтанелли, вставая с дивана и направляясь в свою спальню. Шутки шутками, но усталость Тарантино и в этом случае играет против неё - он и сам чуть было стену не бодал, просто стоя в душе, а у Агаты целая ванна будет, чтобы расслабиться и захлебнуться. Впрочем, она девочка слишком взрослая, чтобы стоять над её душой... да и ванна не особо глубокая.
Гвидо достаёт телефон, набирая номер Маргариты - разница между Токио и Сакраменто в 16 часов, и если у них с Агатой сейчас где-то около трёх ночи - значит, у Омбры и Дольфо сейчас где-то 11 утра; наверное, его жена уже встала - можно пожелать ей доброго утра и услышать пожелание о спокойной ночи в ответ, хотя бы одна половина её, хотелось бы надеяться, будет спокойной... Поговорив с ди Верди, передав привет сыну, Гвидо лёг на кровать, прямо так, не снимая халата, и очень скоро заснул.

Одеяло пытается уползти вниз, но останавливается и натягивается, перехваченное цепкой ручкой Агаты; испанка не видит, как Гвидо поднял брови, даже оторопев от подобной резкости в свой адрес ни за что и ни про что с утра пораньше - и наглости: это что это значит "иди без меня", он же не на посиделки с друзьями её привёз сюда, Тарантино сама хотела в Японию - Ричардс же была частью её группы?..
- Вставай давай. Твой кофе уже стынет. - он даже не стал будить сестру, пока этот кофе делал, давая ей возможность поспать немножко ещё, досмотреть последний сон до конца. А будет капризничать - вообще больше никуда не поедет... Одеяло, которое Монтанелли не смог отобрать полностью, отгинается лишь частично, чтобы испанка могла наблюдать его морщинистую итальянскую физиономию. Он был уже в рубашке и брюках, почти готовый - разве что галстук не был завязан, болтаясь на шее... В Сакраменто время ужинать. Доброе утро, Токио! - У нас встреча через час. Если ты не явишься - это будет неуважительно. - по отношению ко всем троим: и к Хироши, и к самому Гвидо, и к покойной Алексе тоже. Да даже и если не брать в расчёт уважение и необходимую поддержку Монтанелли - это после вчерашнего-то случая он отель должен в одиночестве покидать?.. Какой смысл тогда вообще было брать кого-то с собой? Заряд утренней бодрости Агате Монтанелли попытался передать посредством поцелуя в лоб, и затем поймал её ноги, сдвинул её поперёк постели, чтобы она коснулась стопами пола, и вышел из её спальни, вставая перед зеркалом в гостиной - чтобы иметь возможность видеть и то, как у Агаты обстоят дела с подъёмом, и завязать себе галстук. Сквозь открытую дверь в комнату проникает аромат обещанного кофе, и стынет, кстати, не только её чашка - Гвидо не хотел пить кофе в одиночестве, когда в номере у него есть компания. На столе, помимо двух горячих чашек кофе, стояла тарелка с несколькими яичными роллами под названием тамагояки - чтобы наесться, заглушив вчерашний неудавшийся для Гвидо ужин, этого было явно маловато, но это было хоть чем-то, в условиях того, что приходилось выбирать, тратить время на сон или на еду. Проходя мимо шкафа, Агата могла заметить, что Гвидо даже приготовил уже и её костюм тоже - он висел на вешалке на двери её шкафа. Ещё в Сакраменто ему пришла мысль о том, что будет лучше ей на встречу надеть костюм, а не платье...
- Угощайся. - такси заказывать не было смысла, судя по тому, что знал Монтанелли - им не так и далеко необходимо было пройти, чтобы прийти к ресторанчику, где назначена встреча с Хироши; вопрос только в том, не создадут ли им на этот раз помех, аналогичным вчерашних - ни до встречи, ни после, ни во время...

Внешний вид

+1

18

Как я и думала вчера, шести часов сна мне оказалось мало. Хотя я привычная к тому, чтобы не спать ночами или спать совсем чуть-чуть, промучившись от бессонницы все время. Но после перелета все нуждаются в более длительном отдыхе. Хорошо еще, что акклиматизация пока не ударила по голове температурой.
- Вставай давай. Твой кофе уже стынет. - я протираю пальцами глаза, чтобы наблюдать степень готовности босса и есть ли у меня вообще время на кофе.
- А кофе у них тоже с улитками, угрями и осьминогами? - вчера ужин был специфический, я морепродукты хоть и люблю, но не когда они со всех сторон смотрят на меня, чуть ли не хлопая глазами.
- У нас встреча через час. Если ты не явишься - это будет неуважительно.
- Не занудствуй, я встаю, видишь - мое "встаю" выражалось в том, что я открыла глаза и отдернула одеяло. Еще последний рывок, усилие над собой, и я буду на ногах! Но как расслабляет, когда ты в чужой стране, когда рядом тот, с кем можно покапризничать, хоть я и замечаю легкую степень недовольства Монтанелли от моего поведения.
- Та я встаю, встаю - Гвидо стягивает мои ноги с кровати, устанавливая на пол, как кукольные. А мне после вчерашнего кажется, что если я поднимусь и встану на свои ноги, они сломаются в районе лодыжек - еще гудели. Я ведь привыкла в обычный свой день большую часть проводить за рулем машины, а если и ходить, - то не бег на каблуках.
Поднимаюсь и выхожу из своей спальни, замечая, что даже одежду для меня Гвидо приготовил. Стало как-то стыдно за такую опеку. Или нет, не опеку, а желание не оплошать перед японцами?
Сажусь рядом за стол, и чмокаю брата в щеку - Спасибо. Да и я же не маленькая, не стоило. Я правда сейчас соберусь, глазом не успеешь моргнуть! - вообще, в организованности и пунктуальности меня было упрекнуть сложно, я была довольно мобильна, о чем успела доказать за момент войны с Племянником.
Есть не хочу. Беру кофе, делая глоток и кидая взгляд на электронные часы, что показывал СД-проигрыватель, стоящий под телевизором. Делаю еще один большой глоток кофе, опустошая чашку почти до конца, и убегаю в ванну.
За пятнадцать минут, я успела пробежать из ванной в спальню, мимо Гвидо раза три. На четвертый раз, я уверила, что у меня все под контролем. И действительно, оставив пол часа на дорогу, я была готова уже двинуться в сторону ресторана.
- Идем? - поправляю прическу, выправляю несколько прядей на лицо, чтоб частично закрыть правый глаз. Надеюсь, японцев не смутят мои увечья? Я вот даже перестала обращать на это внимание, хотя лечащий врач предлагал носить линзы, чтобы я не смущалась.
До ресторана мы дошли спокойным шагом, балансируя между гуляющих туристов и спешащих японцев. Драконов я не видела, наверно, эти ползучие твари появляются только под ночь?
В помещении встречающий проводил нас за столик, где уже сидели японцы. Не знаю как Гвидо, а я нервничала и боялась сделать или сказать что-то не так, поэтому буду лучше молчать, и только оказывать Монтанелли моральную поддержку... Надеюсь, до физической не дойдет.
Сложив две ладони, я поприветствовала мужчин поклоном, после чего мы с итальянец заняли свои места. Переводчика, как я заметила, не было, чтож, придется разбирать японский акцент и не упустить деталей.

Внешний вид

+1

19

Наверное, всё-таки существовал у Монтанелли в характере такой пунктик, который он даже сам не распознавал за собой - несмотря на то, что это было странно, за целых пятьдесят лет жизни не понять о самом себе такого - или же просто не предавал этому особого значения, но ощущал потребность в заботе. Заботе не о себе самом, не приходящей, а наоборот, заботе о ком-то другом. Вероятно, можно даже сказать, что в какой-то степени он был зависим от проявления заботы?.. Для бандита - это странное качество, конечно, но в среде мафии за века её существования каких только не попадалось чудаков. Забота принимала иногда необычные формы, и могло было быть проецирована на разных людей, которые в этом нуждались или могли бы нуждаться, на собственную больную мать, например, и если бы Элоиза всё ещё была бы жива - Гвидо предпочёл бы быть рядом с ней, чем тереться вокруг верхушки Семьи; на Крис, особенно когда та попадала в очередную передрягу - с самым-самым первым ходом "войны лапши и спагетти", когда ей досталось немного, или когда Санчес спасала их с Маргаритой, или на саму Марго, сейчас, когда ей было тяжело просто по определению, или на Агату, когда плохо было той - или даже просто они жили в одном помещении, на собственных детей... просто потому, что они - его дети. Возможно, это желание Гвидо безостановочно о ком-то заботиться, быть для кого-то "папой", вообще плод их давнего разъезда с Барбарой, Лео и Сабрина попросту не дополучили отцовского тепла, как он не старался - невозможно было дать всего; и очень вероятно, что злость на Марго, скрывавшей от него факт того, что Дольфо - его ребёнок, тоже связано отчасти именно с этим. И теперь, со смертью Энзо, эта потребность тоже может получить новый виток... Впрочем, дон мафии Сакраменто об этом никогда не задумывался, да и этот пункт - вообще было не единственной его причудой...
- Да нет, обычный у них кофе. - ещё одна заставляла его торопливо спрятать взгляд, когда Агата всё-таки выбралась из-под одеяла; и прятать его каждый раз, когда она, собранная наполовину, бегала мимо него из комнаты в ванную и обратно - может быть, испанке это и могло показаться жестом осуждения, но всё было и проще, и сложнее одновременно: интимной жизнью Гвидо не жил с тех пор, как стало известно и беременности Омбры, и это тоже выливалось в определённые сложности... если лёгкими словами - Тарантино была красива, и у неё было потрясающее тело. Для того, кто добровольно превратил собственную жизнь в сексуальную пытку в последнее время, было непросто даже просто находиться с ней рядом... Пока Агата собиралась, Монтанелли просто продолжал кушать - если Хироши и накормит их в ресторане, то всё равно сделает так, чтобы невозможно было сосредоточиться на еде - не любят японцы есть, в этом их принципиальное отличие от итальянцев; а у него вот ужин и вовсе не задался вчера...
- Посмотри-ка на меня... - улыбнулся Гвидо, взглянув на Агату, когда та заявила о своей готовности, и встал напротив, коснувшись воротника её пиджака, словно собравшись его поправить, но передумав, и вместо это скользнув выше, проведя руками по плечам. Тарантино в костюме... он забыл, когда видел её одетой в костюм последний раз. А когда-нибудь вообще видел?.. - Замечательно выглядишь. Нет, я серьёзно... - может, и не видел, и наверное, на это были какие-то причины. Вроде тех, что в последнее время ей приходилось чаще бегать с автоматом, нежели ходить на деловые встречи?.. Что до шрама, который сестра кокетливо пыталась скрыть от чужих глаз, Гвидо на самом деле не думал, что он сильно смутит тех, частью чьей культуры являются куда более заметные татуировки. Да и тех, вчерашних, он тоже не похоже, что смущал. - Идём. - кивнул, пропуская Агату вперёд и закрывая номер за ними.

Гвидо нервничал, почти как студент перед очередным экзаменом, к которому готов он был, к тому же, так себе - известие о смерти Алексы было неожиданным, хотя дело-то было даже не в этом - Монтанелли прекрасно понимал, как с японцами бывает трудно договориться европейцам, а учитывая, что в прошлый раз своего приезда в Японию он занимал скорее как раз позицию Таты - просто присутствовал на встрече, в основном - молча, - для него сегодняшние переговоры - своего рода дебют. Так что, да, для дона мафиозного клана испытание было довольно серьёзным, даже учитывая, что собирался говорить он даже не с человеком, равным ему по статусу. От идеи выучить несколько фраз на японском Гвидо отказался сразу - едва ли серьёзным людям будет приятно, когда кто-то, коверкая язык, будет пытаться разговаривать на их родном язык на формальной встрече (уж точно самому Гвидо не нравилось, когда кто-то пытался обратиться к нему на итальянском из вежливости).
- Здравствуйте, Танидзаки-сан. - сидевшие за столом встали, ответив дружным поклоном, когда поклонились они с Агатой. Гвидо не был уверен, какой из их собеседников - и есть Хироши, но предположил, что главным был тот, что находился в центре. Парень в элегантном костюме, с крашенными в белый цвет волосами и клипсой в ухе - кажется, довольно молодой, хотя возраст азиатов вообще бывает определить проблемно. - Меня зовут Гвидо Монтанелли, мы с Вами говорили по телефону. - а телефонное общение для японцев - вообще не вариант; впрочем, в тех делах, которыми они занимаются, неважно, с кем - с японцами, с китайцами, с русскими, с итальянцами, значение зрительного контакта вообще не стоит недооценивать. - Это Агата Тарантино, моя младшая сестра. - представил Тату, чтобы не создать о ней неверное впечатление, как о своём безмолвном "придатке", и не спровоцировать возможности того, что переговоры зайдут в тупик из-за того, что Хироши незнаком с тем, с кем общается. Кажется, своих друзей он тоже должен представить в ответ?..

+1

20

- Здравствуйте, Танидзаки-сан. - и как у Гвидо получилось не то, чтобы выучить, а хотя бы выговорить это имя? Мне стало не по себе, от мысли, что придется обращаться к этому самураю по имени, потому что я даже не успела понять на какую букву оно начинается. Надеюсь, мне дадут остаться при роли молчаливого слушателя, хлопающего глазами.
- Это Агата Тарантино, моя младшая сестра.
- Здравствуйте - еще раз здороваюсь я, уже вслух, чтоб не подумали, что мне отрезали язык. Хотя, насколько могу судить из фильмов, японцы любят, когда женщина молчит, не лезет в бизнес, и не выходит с кухни.
После представления всех участников разговора, мы не сразу перешли к делу. Танидзаки спросил о нашем долгом перелете, о том как мы в целом обстроились в Токио, и других формальных вопросах. Этот мужчина, несмотря на свой статус и внешнюю грозность, показался мне довольно учтивым и доброжелательным. Хотя фиг поймешь этих япошек: сейчас они пукают радугой, а через минуту снимают с тебя скальп катаной. Или у меня ложное о них впечатление? Во всяком случае, я еще раз подчеркнула важность всего того, что делала Алекса и сожаление от ее утраты.
Переговоры длились около часу-двух, в ходе которого стало понятно, что смерть Ричард неприятна и для всего клана. О Драконах мы тоже завели разговор, оказывается эта местная банда портит жизнь и Фукудзава. Нам пообещали приставить людей, чтобы вчерашний случай не повторился, а заодно японцы хотели посодействовать в раскрытии убийства Александры, и тем самым, снять окончательно с себя подозрения.
Покинули ресторан мы ближе к обеду.
- Молодец - я коснулась плеча Гвидо, сжимая его. Итальянец произвел хорошее впечатление как на Танидзаки, так и на остальных присутствующих. И я была горда за своего брата.
- Нам надо съездить еще в морг - я подтянула рукав своего пиджака и глянула на часы. Конечно, по обгорелому телу, от которого едва ли что-то осталось, мы вряд ли что-то узнаем. Но эта процедура необходима. Формальности. Что женщину будут хоронить в закрытом гробу, это яснее не куда.
Да и нам надо было с чего-то начать, а вечером встретимся с людьми, которых нам даст Фукудзава, чтобы начать от чего-то отталкиваться, и проанализировать имеющуюся информацию касательно смерти Ричардс.
Сегодня 23 апреля, как долго мы задержимся в Токио? Перед отлетом я хотела пообещать сыну, что ненадолго уеду, но не смогла. Ему сейчас не просто: отец в больнице, мать свинтила в Японию, живет опять с нянькой.
В такси я достала телефон и взглянула на дисплей. Часы специально не переставляла на местное, чтобы знать сколько в Сакраменто времени - для звонка, учитывая разницу в 16 часов, было еще  рановато. Вздохнув, я убираю мобильник и перевожу взгляд на Монтанелли.
- Кажется, Аарона задел мой отъезд. Надо будет привезти ему что-нибудь крутое. Японцы же специалисты по всяким дручкам-шмучкам, я удивляюсь ,как они еще летательную машину не сделали. - усмехаюсь - Как думаешь, может купить ему робота? - хотя робот маму не заменит - Правда, учитывая что происходило в 90-е, когда японцы выпустили тамагочи, я побаиваюсь - это ведь из-за этих карманных электронных питомцев у детей случались самоубийства. Не скажу, что мой ребенок настолько глуп, чтоб прыгнуть из окна в случае смерти зверушки, но проверять не хотелось бы. Японское оружие тоже не детский подарок, я помню как Аарон познакомился с саблей дома у Энзо, и разнес ему столик, диван и оставил царапины в полу.
Вздох.
Вспоминать про Племянника нелегко. Я упустила тот момент, когда из веселого задиры, готовящего пиццу на кухне, он превратился в человека, рвущегося до власти. Это все та же история с бешеной собакой, когда недавно только играл с псом, а потом папа сообщает, что питомца надо убить. Кстати, собаки у меня никогда не было - не люблю этих животных. Именно не люблю, а не боюсь.
- Или воздушного змея? Вроде мирное и безопасное занятие...

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » The road to Japan