Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » цикл


цикл

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Участники: Caroline Williams, Alan Barnes, Jemma Fisher.
Место: тату-салон, кальянная.
Время: 2014 год, апрельский вечер.

http://s019.radikal.ru/i631/1404/9d/467597609380.jpg

     Машинный цикл — промежуток между двумя обращениями процессора к внешнему по отношению к нему устройству (например, памяти). Состоит из одного или нескольких тактов.
Мой процессор - это сердце. Вдруг оно начинает биться в два такта. И память не указывает на ошибки.
     Цикл, или оборот — единица измерения угла, а также фазы колебаний.
Почему-то я даже не колебаюсь, а уверенно решаю катиться по наклонной.
     Солнечный цикл — периодические изменения в солнечной активности.
Сейчас солнце мне не светит. Я в самом низу человеческой моральности. В теории, тут темно, но я отлично ориентируюсь. В этих местах приходится бывать не первый раз.
     Музыкальный цикл — ряд отдельных музыкальных произведений или музыкальных альбомов, концертов и т. п., посвящённых какой-либо теме или образу.
     Литературный цикл — ряд литературных произведений на общую или близкую тематику, созданный одним автором или одной группой авторов.
Мало в этом мире глупых вещей. Сделаем ещё немного, а потом ещё и ещё. Не будем останавливать цикл.
Ведь, цикл - это повторяющаяся во времени последовательность событий, процессов или явлений. Он когда-то закончится для нас и начнется для других. Но в целом он исчезнет только когда на этой планете не станет людей.
     Цикл - совокупность взаимосвязанных дисциплин, работ или произведений, образующих законченную стройную систему.
Система не любит когда из нее кто-то выходит, но проблема даже не в этом. Проблема решиться и сделать что-то отличное от привычки. Перестать наконец-то набивать шишки на одном и том же месте, только в компании, где роли немного поменялись.
     В химии цикл - конфигурация атомов в сложной молекуле, при которой линии связи между атомами образуют замкнутую ломаную линию.
В химии любви цикл заставляет взять меня Кэр под руку и увести в кольянную. Там он и замкнется. Кэролайн станет на место, которое давным-давно при ней заняла Рут. Цикл или карма? В любом случае я поплачусь за то, что когда-то изменил Кэр, хоть и стремлюсь к чему-то хорошему. Но совершенно неправильному, цикличному.

Отредактировано Alan Barnes (2014-04-18 22:49:21)

+3

2

У людей должны быть «чемоданчики», куда они аккуратно складывают свое прошлое, то, что уже прошло, о чем можно только вспоминать, вытаскивая из «чемоданчика» определенные воспоминания.  Кто-то закапывает такие «чемоданы», чтобы никогда не вспоминать те времена, что давно прошли, в которых мало чего хорошего. У меня тоже есть такие «чемоданы» и их достаточно много, чтобы иногда сидеть и вытаскивать из каждого какие-то моменты. Но есть среди них такой, какой я закопала как можно глубже, в самый темный и отдаленный угол своей души, желая, чтобы он там затерялся. Навсегда. Но увы, навсегда, это невозможно, если только тебе не про пишут таблетки под названием «амнезия», которых не существует в природе. И вместо них ты то пускаешь по венам алкоголь, то пытаешься найти другие средства чтобы раз за разом пытаться стереть определенную часть воспоминаний. 

-Эй, Кэролайн, вот скажи, у тебя было в жизни что-то яркое? Ну знаешь, такое, что сердце билось быстро и медленно одновременно? – Когда спросила меня девушка, с влюбленными глазами. «Было…как верно ты подметила.» Как-то происходит само собой, ты вытаскиваешь обрывок прошлого, на котором написан яркий момент. Когда сердце билось быстро и медленно одновременно. Нежилая читаешь отдельные фразы…-Да. – Ответила я сухо занимаясь своим дело и почти не обращая внимания на влюбленную.

Как я долго стояла и курила, рисуя в небе невидимым карандашом рисунок? Какую же по счету сигарету выкуриваю, вторую, третью? Сжимая в руке пачку сигарет, а в другой бумажный цилиндр почти догорел до фильтра, который был зажат меж двух пальцев. На небе плыли белые облака, которые медленно плыли по «течению» легкого ветра. Кожаная куртка вся пропахла краской и табаком. Стою посреди улицы как дурочка и смотрю в небо, отпросилась с работы, чтобы художник нарисовал «картину» на моем теле, картину, которая останется со мной навечно. Я сама решилась на это, конечно одна часть меня протестовала, другая спорила с мозгом, а третья полностью соглашалась с моим решением. Спор был долгий. Ведь когда есть шанс, что тем самым художником станет тот, кто когда-то значил для тебя многое, еще сильнее хочется пойти на такой шаг. Сердце твердо говорило, что оно холодное и даже если много раз произнесу его имя, оно останется таким. Ведь столько времени прошло. Выбрасываю окурок в сторону, делаю медленные шаги в сторону салона. У меня нет даже «плана» на котором написано фразы, которые я буду говорить, действия, которые я буду делать и эмоции, которые могу показать. Листок был пуст.

-И что ты будешь делать с этим? – Этот женский голос выводит меня из состояния «я человек труп», заставляет пошевелиться. Кидаю пустые голубые глаза на подарок. –Оставлю, а ты не трогай…- отворачиваюсь, утыкая нос в спинку дивана. Слышу как она вздыхает. –Боже Кэри, зачем тебе оно? Зачем тебе та огромная коробка с кубками и медалями? Ты уже как неделю мучаешь себя, перебирая их. – Она беспокоиться, но не нужно. Я бы хотела сказать ей об этом. Ведь через какое-то время я вернусь обратно к ней. –Чтобы помнить…… Глупо? Может быть.

Кальянная оказалась уютной. Меня это даже удивило, пусть даже если я тут почти не бываю. Когда я в последний раз была в подобном месте? Не помню. Люблю красные тона, и эти мягкие подушки. И меня не беспокоило то, что за такой тонкой тканью можно рассмотреть людей, которые тоже решили насладиться вечером в компании друзей. Удобно устроив свою пятую точку на подушке мой взгляд устремился через ту самую прозрачно-красную ткань, за которой сидела небольшая компании громко смеясь раскуривала кальян. Молча перевела взгляд на Алана. Между нами повисла какая-то пауза, напряженная. Смотрите, сейчас в воздухе будут плясать искорки этой напряженности. Меня распирает изнутри любопытство, как ни крути, но я хочу узнать как изменилась его жизнь. Хочу сунуть свой нос и узнать. Я видела, как его дело процветает, и на самом деле искренне рада этому. «Эй, а ты помнишь, как мы познакомились…? А ты помнишь…?» Спина еще помнит те часы его работы, как игла быстро вырисовывала рисунок и его руки в перчатках прикасались к телу. – Рассказывай, так много времени прошло. Что у тебя изменилось за это время? – Спрашиваю я, хотя в мыслях летают совсем другие вопросы. «Веди себя естественно, балда…» За спиной слышу чьей-то женский смех, все смеются. Почему мне сейчас не до улыбок и смеха? Ладно, подождите, сделаю затяжку, может, начну смеяться и улыбаться. Точно начну, иначе и быть не может. На его теле появились новые татуировки, изменился. Мы изменились.

-Хочу татуировку…-начала я, как замечаю, что моя милая блондинка готова закидать меня фразами, которые якобы должны поменять мое решение.  –Ты сумасшедшая, у нас же в городе только один настоящий мастер этого дела. Ты точно ненормальная, - да милая, меня не переубедишь. – Знаю. Не вижу ничего криминального, чтобы увидеться с ним.  – Твердая и уверенная в себе. А иначе и быть не может.

Время дает о себе знать. Говорят машины времени нет, они ошибаются. Она есть, но, только вернувшись назад, ты не сможешь, что-либо изменить, ты можешь лишь смотреть. Быть простым зрителем фильма «это было так давно…».

+2

3

[ВВ]
- Мы переделываем тату салон в эзотерическую студию? – Офелии не пришлось ждать реакции на происходящее ни секунды, я возмутился быстрее, чем она могла ожидать – ещё с порога.
Дверь в студию открылась, проводимая характерным звоном металлических трубочек-колокольчиков, а в нос лицо концентрированным запахом апельсина. Мгновенно зачесался нос, и захотелось чихать. Морщась и издавая фыркающие звуки, я вошел вглубь помещения, привычно кинул рюкзак с завтраком на татуированное кресло и двинулся к кофе-машине. Вот где источник запаха! Возле автомата, спасающего меня каждое утро, в аромакурильнице испарялось эфирное масло. Я вынул из подставки свечу и затушил её пальцами, пока Фэл рассматривала меня, развалившись на кушетке, скрестив руки и улыбаясь с насмешкой, а ещё легким изумлением.
- Все-таки правду говорят.
Подставляя чашку под кран кофейного автомата, и не поворачиваясь к ней лицом бубну что-то невразумительное, а потом добавляю:
- Кто?
- Древние шаманы.
Мычу и фыркаю, заранее опровергая все, что она скажет. Какое мне дело до шаманов, если у меня вчера был тяжелый день, такая же ночь, и спал от силы часа два. А, вот, шаманы – гады. Они уже свое отжили и давно отсыпаются в могилах мирным сном, нарушаемым разве что их почитателями, которые периодически пытаются вызвать духи предков.
- Не зря говорится, что звук колокольчиков и запах масел отпугивает злых духов, - девушка делает паузу, выжидая, что я как-то это прокомментирую, но ответа нет, она, кажется, немного разочарована и продолжает язвить, - Слушай, а ты руки не обожжешь, когда за тату машинку возьмешься? Над ними просто ещё парочка талисманов висит.
- Пусть весит. А звонок свой сдвинь куда-то в сторону, он цепляется за голову и неприятно елозит по затылку.
Администратор смеется, лениво подымается и идет выполнять не столько дружескую просьбу, как на этот раз распоряжение начальства. У нас, то тут самая настоящая демократия, но нотки авторитаризма я периодически вношу иначе строптивая девушка рано или поздно подомнет салон под себя. Прямо таки вижу, как эскизы на стенах сменяются на рисунки незнакомых мне божеств. Мрак. Молчу, представляю, ужасаюсь, и сразу же вырываются следующие слова:
- И не жги эту хрень по утрам. Я же прямо на клиентах начну засыпать.
- Или вот эта татуировка на груди слезет? – женский взгляд упирается взглядом в футболку.
- Нет.
- Кого там коробит начало, как только вошел?
- Я не люблю резкие запахи, а когда принюхиваюсь, то такая вот сладость слишком расслабляет.
- Ну-ну.
- Так мы договорились?
- Нет. Я согласна только, если ты отпустишь меня сегодня раньше и завтра дашь выходной, - сначала сказанное девушкой звучит, как ультиматум, но к концу приобретает ноты прошения, - Мне просто с одной особой очень нужно встретиться.
- О, шантаж оказался простой человеческой необходимостью. Какая прелесть. Важное свидание? - отставляю в сторону, опустевшую на этот момент от кофе чашку, подмигиваю Форест.
- И все же ты понимаешь.
- И как она? Стоит денег, которые я вычту из зарплаты?
Девушка захлебывается волной возмущения и выдает только «эй», мечется зачем-то к сумочке, но следом реабилитируется, проявив шутливую находчивость:
- Если я скажу, что она стоит даже того чтобы надеть платье, то ты оставишь мои деньги в покое?
- Язва. Катись ко всем чертям, когда пожелаешь, - доброжелательно посылаю её, соглашаясь на уговор, - Но помни: никакой вони!
- Спасибо, лады.
Практически сразу после подтверждения Фэл в студию заваливается компания из трех человек. Первые на сегодня посетители. Двое сейчас попадут в руки нашей комнатной шаманки для того чтобы сделать пирсинг, а один ко мне - за тату. Работа не долгая. Возня с татуировкой займет не больше полутора часа, в 13.00 должен прийти ещё один мужчина на недолгую коррекцию его старого тату. И хорошо, что после этого администратор уйдет восвояси. Потому что не знаю, что может произойти, когда придет последний на сегодня посетитель. Вернее посетительница. В любом случае хорошо, если не будет лишних глаз. Бить татуировку своей бывшей, которую за последнее время видел только на фотографиях в Фэйсбуке, - это как-то странно и заставляет немного нервничать.
После того, как Кэр меня бросила, прошло уже больше пяти лет, значительно больше. По сути, она даже перестала меня винить в том, что я натворил. Может быть, даже, простила. Не знаю и точно не спрошу. Мы исправно поздравляли друг друга с днем рождения и рождеством через соцсети несколько последних лет, но никогда не позволяли заговорить о чем-то большем. Но вот она уже лежит на животе на кушетке обмотанной пленкой и на её спине красуется переведенный эскиз одной из моих работ. От нас обоих здорово несет сигаретами. Кажется, каждый скурил перед сеансом ни одну, чтобы понять, что же все-таки происходит и зачем. Почему она выбрала именно меня своим мастером. Неужели осталось доверие после всего произошедшего? Она добровольно пришла сюда, чтобы я воткнул ей в спину не нож, но иглу. И сейчас мне бы хотелось, чтобы черные латексные перчатки защищали не только от бактерий, а и от тепла её тела, которое ощущается с каждым новым прикосновением. Офелия была права: я обожгусь сегодня. Но не об её святыни и не об татуировочные машинки.
Лиф Кэр лежит в стороне, она прикрывается только снятой футболкой, приложив её к груди и животу, но и та немного опадает с кушетки. Обычно оголенные части тела клиентов волнуют меня не больше листа бумаги, но это тело когда-то значило намного больше. Оно неразделима с человеком, которого я знаю слишком хорошо. Как-то не по себе. Мы чудом возвращаемся к беседе о татуировке и немного разряжаем напряжение. После этого что-то говорим о музыке исходящей из аудиосистемы и наполняющей салон, что угодно, лишь бы глупо не молчать. Четыре часа не тянутся, они вырываются куском плоти из наших сознаний. И вот результат: мы немного охрипли от пустой болтовни, так толком ничего о себе не узнав, но, зато, один из рисунков, который хотела Кэролайн, перманентно застыл на её теле. Я рассказываю ей, как ухаживать за новеньким узором на коже, параллельно собираясь, домой. И вдруг слышу: «Может, сходим куда-то?» - замираю с рюкзаком в руках и оживаю только, когда девушка добавляет: «Мы же даже не поговорили нормально, давай отдохнем после тяжелого дня». «Давай,» - медленно разворачиваюсь, скрывая замешательство за доброжелательной улыбкой.
Мы выходим из салона, Кэр садится сзади на байк, обнимает меня со спины, чтобы удержаться «в седле» во время поездки. Ещё один сладкий сильный запах доносится до меня. Аромат её духов. По рукам проносятся мурашки, как хорошо, что их не видно под курткой. Кажется я слишком эмоциональный. Нужно быть более спокойным, ведь, ничего толком не происходит. Только немного шевелится память. Но тогда мы были ещё детьми, нужно придавать меньше значение тому, что было так давно. И просто ехать. Ставя помещение на сигнализацию, я предложил ей провести время в кальянной.
В двадцати минутах езды от салона есть одно очень хорошее заведение данной направленности. Бываю я там довольно редко, но когда с друзьями и заходим, то работники обслуживают по высшему разряду. Говорят, что хозяин мигрант из Турции, это и заметно, ведь стиль заведения выдержан близко к этнике страны, а в работники берут только представителей восточных народов. Заведение переполняют теплые охристо-терракотовые цвета, узоры на стенах и резном потолке, мягкие огромные матрасы вместо диванов и кучи подушек. К тому же здесь предлагают отличный табак и настоящее восточное меню. Места для каждой компании, хоть, находится в одной из двух общих комнат, но отделено довольно плотной тюлью. Просторное и уютное место. К слову о запахах, вот тут всегда есть чем дышать и дымок, парящий в воздухе, совсем не душит, расслабляет. Может быть, в этом месте после некоторого времени пребывания мы и найдем общий язык, отвлечемся от пережитого давным-давно.
На входе нас встречает один из местных кальянщиков – молодой турок, говорящий на отличном английском, но с иностранной манерой, присущей только его народу.
- Добро пожаловать в «Хазиран». Очень рад видеть вас в гостях. Позвольте предложить уютное гнездышко для влюбленных.
Пожимаю протянутую мне руку в знак приветствия и по мере поступления новых слов приобретаю легкую болезненность внешнего вида. Иногда они слишком стараются встретить каждого человека, как самого дорогого гостя. И только гостя, ни в коем случае ни клиента.
- О, извините глупца. У нас есть гнездышки и для старых друзей. Пройдемте со мной.
На самом деле «гнездышки» не отличаются друг од друга практически ничем. Разве, что цветом подушек, узором на столе и, возможно, формой кальяна. Нас усаживают в пустой шатер, даже так можно назвать место завешанное полупрозрачной тюлью. И протягивают меню, сходу обращаясь к Кэролайн:
- Какой кальян больше всего предпочитает прекрасная девушка?
Формы речи здешних кальянщиков всегда удивляли меня. Они вроде бы звучали правильно, но как-то искаженно, будто американская грамматика отражались в зеркале турецких правил. Я с интересом выслушал все следующие словестные изощрения, с которыми молодой мужчина обращался к моей спутнице, а как только тот ушел, не нашел, что сказать сам. Так и остался сидеть глядя на колыхающуюся рыжую ткань, которой только что отгородили нас от внешнего мира. Снова девушка сделала первые шаги. Да, человек-бревно сейчас тебе ответит. Мозг пускает импульсы, оживляя палено, и я уже почти Пинокио. Врать не планирую, поэтому нос останется на месте.
Первое, что хочется ответить – это: «Ничего. Ничего не происходило». Но на самом-то деле в памяти всплывает много всего, как только напрягается активизировавшийся мозг.
- Что только не изменилось. Я купил байк, как ты уже видела, выкупил салон несколько лет назад. А ещё, кстати, я там уже не живу с конца 2008 года. Обзавелся квартиркой. Ма-аленькой такой, - показываю большим и указательным пальцами её метафорический размер и задумчиво замолкаю. Только после ещё одной неловкой паузы отрешенно тяну слова, - Да-а, очень многое поменялось. А ты как? Чем сейчас занимаешься?
Ну, что спустя годы разговор начат? Можно расслабится или не стоит? Заставляю себя приобрести более или менее беспечный вид, подтягиваю ноги, усаживаясь в неполноценную позу лотоса, и мну в руках подушку, чтобы выпустить в нее всю испытываемую неловкость. Видели бы меня сейчас какие-либо знакомые, не поверили бы, что я хоть иногда могу не быть хамом и наглецом. Офелия вообще бы рассмеялась в лицо и закричала подобно Достоевскому: «Не верю»!
А все ведь действительно так и я снова чувствую вину, которую прогнал от себя так давно. Прогоняю и сейчас, убеждая, что это давно прожито и жизнь круто свернула на перекрестке.
Во время одной из последующих пауз вставляю:
- А, вот, следом после квартиры, я, кстати, обзавёлся лицом.
Когда Кэролайн уходила от меня, она ещё смотрела на бледную чистоту кожи. Интересно она ещё видит во мне того ублюдка, которого сверлила взглядом тогда?

+2

4

И я захлебнулся и утонул
В разводах розовых радуг,
Верните мне землю – и я пойду
За звёздами через ограду!

одежда.

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Легкие заполняет воздух, сердце бьется, а я смотрю в потолок и курью. Первый раз отхожу от разрыва так долго. Сколько я дней уже не выхожу из своей маленькой квартиры? Сколько раз до меня пытались дозвонится? Не слышу не звонков, ну стуков в дверь. Сегодня я еще прибывают в стадии трупа. Это не первый раз, когда я вытаскивал из своей спины нож, когда моему сердцу делали больно и когда врали. Неужели я настолько наивная, что не видела, что творится перед носом? Нет, я замечала, да только не желала реагировать. Молчала. Пока не развернулась и ушла с поднятой головой, он даже не знает как я плачу. По квартире ходить невозможно, однокомнатная квартира поглощена хаосом, осколки на полу, разбитые вещи, все верх дном. Зато мне стало легче.

И вот, ты уже лежишь на катушке, от тебя пахнет сигаретами и красками, из глубины выходит тяжелый вздох. Игла так быстро врезается в кожу, что я уже почти привыкла к этому ощущению. Поддерживаю разговор, который явно был каким-то бессмысленным. Ладно, давай говорить о чем угодно, только не слышать тишину между нами. Я уже не слышу песен, о которых мы говорили, я не слушаю ему радио. Слышу только его и свой голос. Каждый раз, когда он что-то говорит, воспоминание хотят выйти из того самого чемоданчика. Да только я не разрешаю, от того, что они вырвутся ничего не измениться. Даже сейчас, я перестала нервничать или переживать, сердце не бьется бешено, не трепещет..Нет. Ровное сердцебиение. Тело забыло, что такое просыпаться рядом с ним, ощущать его теплые прикосновения, оно забыло все, что связано с этим человеком. Все равно как-то не по себе. Сложно описать это чувство, в объятьях которого я прибывают. Но его можно поблагодарить, за тот небольшой опыт. Спасибо тебе за те дни, что ты был рядом – я бы так сказала, но не скажу. Я до сих пор помню, когда у него день рождение, и что он любит, порой старые привычки одолевают по утрам, особенно меня вечно злит, когда я достаю две кружки и начинаю варить кофе, хотя сама еще стою сонна. Эти мелкие мелочи из тех дней, так въелись, что избавится от них практически нереально. Но я его еще и ненавижу, потому что, измена для меня хуже, чем потерять кого-то. Верила. Но блин, даже спустя столько лет, сейчас доверяю именно ему свою спину, кожу. Да просто потому, что в городе нет другого мастерка, а если он и был, то я его не знала. Выбора не было, или так, или никак.
Я села в позу лотоса, и стала читать меню. Ничего нового, но поесть нужно было, до работы живот переварил лишь сухие бутерброды и чай, во время работы, он опять узнал, что такое кофе, а легкие портились сигаретой. Не думайте, что я курю как паровоз, сегодня просто особый случай и повод. Кстати, повод сиди сейчас со мной за одним столом на ножках. Хм, а у этого стола вообще есть ножки? Конечно, попе удобно сидеть на мягком матрасе, но как-то не привычно, особенно непривычно, если у тебя длинные ноги. Ощущаю себя каким-то Гулливером. Я ни знаю что заказать, что у них тут самое вкусное. –Слушай, принеси мне что-нибудь вкусненькое, а то я ужасно голодна. – Поднимаю глаза на служащего, хороший вопрос. – Давай тот, что расслабляет, но не сильно бьет в мозг, а то тут есть одно НО, которое нужно расслабить. – Слово «НО» я выделила, и легко кивнула в сторону Алана. Парень ждет ответа от моего спутника на этот час. Я даже не сижу с ним вплотную, но ощущаю как он напряжен и «пускает» в меня те же волны напряжения, а мне это не нравиться. «Какая насыщенная у тебя жизнь. Прямо завидно…Я вот например чуть не погибла, больше не плаваю, меняю работы как перчатки, живу в милипиздрической квартире и ненавижу своих соседей. Еще меня чуть не изнасиловали, копы любят ловить в нетрезвом виде, колено трясется, когда сильно нервничаю, я имела отношения с девушкой, ты мне изменил. У меня погиб отец , мать живет в какой-то жопе с очередным хахалем, со мной почти не общается. Я много рисую, и мне это нравится, по утрам варю кофе на двоих. Люблю твой подарок, но не ношу его. Моя жизнь пиздец какая скучная. И хуй я тебе это все расскажу. Тебя это все не касается.» Я закрываю меню и отдаю незнакомцу с милым личиком. – Работаю, живу, дышу, все по-старому. – Да, а еще я одна, но у меня много знакомых и друзей. Вспоминаю последний разговор с домоуправляющей, она тогда грозилась меня выгнать. Но и эта часть его тоже не касается. В общем, все что происходит со мной, никого не касается, даже мои черти. Они мои. Я бросаю на него свой взгляд. Вздыхаю. Да, прошло много времени, и он сильно изменился. Когда последний раз я его видела, на его лице не было татуировок, он был чист и прекрасен. – Расслабься ты уже, а то скоро не одна я буду ощущать напряженность между нами. Могу дать слово, что руки распускаться не буду, хотя надо бы тебе пизды дать, хоть и давно забыла о том случае. – Снимаю с себя куртку и ложу рядом с собой, не смотрю на него. С интересом смотрю по сторонам, лишь бы не встречаться с ним взглядом. – Пригласила лишь для простого разговора, да и тебе нужен отдых. Я тебя не заставляла, - поворачиваю голову в его сторону, - зачем согласился?  - Хмурюсь и подвигаюсь к нему поближе, смотрю прямо в лицо. – Эй, ты говорить что ли разучился? – Ой как я сильно изменилась, но я не прошу тебя принимать новую меня, просто потерпи часик. Ты слишком много не знаешь. Ну что, будем налаживать контакт или расстанемся на всегда после последнего сеанса? Легонько щелкаю его по носу. – Земля прием, тебя вызывает Луна, как слышно? – в животе предательски заурчало, как будто вместо Алана на мой вопрос ответил желудок. Мне даже смешно стала, но я подавила смех, оставаясь со спокойным лицом.

Отредактировано Caroline Williams (2014-04-25 02:37:40)

+1

5


- Да-да-да, -  кисло улыбаюсь и киваю официанту, подтверждая, что я то самое напряженное «но».
Кэролайн ещё та штучка. Раньше вокруг меня было много подобных людей, сейчас же круг знакомых изменился, но встречи с персонажами похожими на неё до сих пор производят определенное чарующее впечатление. Она никогда не была слишком простой или слишком сложной, она была какой-то особенной. Я ни с чем не могу сравнить вот эту вот изюминку. Не знаю, её поведение всегда можно было сравнить только с её телом. Характер – фигура. Округлые формы, пышная грудь и бедра, острый язычок, гладкая шелковистая кожа, объемные волосы. Определенный стиль в одежде, тоже какой-то особенный. Земной. И это не как у всех, это по-своему. Кэр не стремилась одеть что-то странное и слишком уж хитрое, никогда не говорила загадками, не сидела на диетах. Это все в сумме делала её какой-то понятной, но в тоже время глубокой и интересной. Она всегда выделялась из толпы благодаря своей харизме и природной видности, а не новомодным штучкам или приобретенным навыкам обольщения. Кэролайн подкупала умением веселиться, наслаждаться жизнью. Она не делал это с лишней легкостью, с ней можно было, и уйти в загруз, погрустить, поговорить об вечно, а ещё лучше о быстротечном. Она мм… по вкусу, как сочное краснобокое яблоко. Кусаешь, и хрустит, сочится, дразнит рецепторы языка и заставляет течь слюнки.
Девушка зачастую шла напролом, с ней лучше было не спорить. Да и никогда особо не хотелось. Когда мы ещё встречались, я с удовольствием соглашался с ней, даже, если был не полностью согласен. И не потому, что я подкаблучник или что-то вроде того. Совсем, даже наоборот, я очень упрямый. Но Кэролайн умеет переубедить, а ещё мне так нравится, как она расцветает, когда с ней соглашаешься.
В общем и сейчас то ли по привычке, а может из того самого удовольствия снова соглашаюсь с ней во многом. Сам не вижу, откуда исходят мотивы, но они есть.
- Тут хороший лахмаджун, - обращаюсь к спутнице, с трудом выговаривая название турецкой лепешки начиненной фаршем и овощами, по сути своей напоминающей пиццу; а потом перевожу взгляд на официанта, - Вот принесите нам их два. И ещё кофе и какие-то сладости к нему на ваш выбор.
У меня, то сладкие запахи сегодня в горле стоят, но девочки любят сладкое. Если не всю память ещё пропил, то Кэр тому не исключение.
Наш неопределенный заказ уходит выполняться, и я слушаю собеседницу.
Ничего говоришь? Так уж прям за пять с хвостиком лет? Теперь моя очередь прикидываться Достоевским и кричать: «Не верю». Просто ты включила свой упертый и взрывной характер и ненавидишь меня сейчас. Опять думаешь, что весь мир слишком чужой для тебя. Вот это и не изменилось, а зря. Если ты доверила мне татуировку, значит, ещё можешь доверять в чем-то другом в жизни. Я это хорошо чувствую. И многое другое чувствую слишком уж отчетливо. Именно поэтому буровлю взглядом стену уже вторую минуту. Чувствую, что совсем не боюсь твоих рук. Распускай сколько тебе влезет. Нам было хорошо вместе, я давно не вспоминал этого, но раньше скучал за этим. Всю жизни ошибался и тогда зря отошел налево от проложенной ранее траектории. Я любил тебя, не зря же мы были вместе больше двух лет… Не буду скидывать вину с себя, но наркотики тоже срывают крышу. Рут тогда наполняла кровь вместе с алкоголем и травкой, мир плыл, менялся. И все было совсем другим. Но, да, я не должен был этого делать в первый, второй, третий и последующие разы. Наш с ней сизый туман был крахом для вполне реальных и сильных чувств с Кэролайн. За это я уже просил прощение, но извини ещё раз. Все так же смотрю в стену и негромко произношу:
- Прости меня ещё раз.
Теперь уже изучаю обои без всяких мыслей, но мигом возвращаюсь к реальности, когда женский палец щелкает по носу, вдавливая кончик в толстую серьгу, а метал в основную часть септума. Эй, это же больно! Отдача раскатывается по носу болючими иголочками, но не вижу смысла возмущаться.
- Извини, что затупил. Просто… день тяжелый. Действительно нужно отдохнуть. Да я рад, что ты позвала. И не спрашиваю, зачем согласился. Я иногда думал об том, что хочу тебя увидеть, но не знал, хочешь ли ты этого, не хотел задеть тебя, - окончательно собираюсь с мыслями и откладываю в сторону подушку, - Неужели вот так ничего особого и не произошло? Где сейчас, например, работаешь?
И наудачу слово хватается за слово. Беседа в этот раз выходит не плохая, очень даже. Хотя, конечно, специфическая. Столько то лет молчания. Но лично мне интересно тебя слушать, отвечаю с таким же удовольствием и не замечаю как пролетает время до того момента, как приносит заказ официант. Ты продолжаешь панибратски называть его на «ты», я смотрю на тебя и улыбаюсь. Действительно в наших жизнях происходило очень многое, но многое не изменилось. Ты все так же дышишь полной грудью,  плюешь на правила, которые тебе кажутся лишними. Я, вот, тоже не стал слишком уж порядочным гражданином. Мой отдых не перестал быть незаконным в большинстве случаев, хотя, сейчас это стало более редким явлением. Вообще полноценный отдых в последние годы перепадает мне не часто.
Официант ставит на стол две чашки крепкого турецкого кофе, графин молока, тот самый лахмаджун, тарелку с пахлавой  и ещё один графин с темной жидкостью. Спрашиваю у него что это, и он с невозмутимым видом отвечает:
- Прекрасная спутница просила что-то, что расслабит. Ничто не расслабляешь лучше чем ракы. А крепкий кальян принесут с минуты на минуту.
Другими словами официант нашел способ увеличить заработок и притащил что-то вроде нашего коньяка. Сегодня был один из тех редких дней, когда я пить совсем не собирался. Как минимум останавливало, то, что был за рулем. Спорить и просить забрать, то, что мы по факту не заказывали, было бесполезно, поэтому оставалось только смериться. Пожалуй, говоря о хорошем обслуживании, я упустил эту маленькую деталь, но не важно. Совсем не важно.
Когда мужчина отходит, смеюсь Кэролайн:
- Ох уж эти турки, принесут все, что угодно лишь бы им платили.

+1

6

Вскрытие покажет,
Что я тебя любила до последней своей минуты...

Раньше меня считали слегка сумасшедшей, когда я пыталась в двух словах рассказать о том, кто был в моем сердце номе один. Кто смог заполучить его целиком и полностью. Конечно, в двух словах описать было сложно. Я тогда была по уши влюбленной, у которой было все отлично. Хотя у меня и сейчас все отлично, вроде. Но тогда, все было иначе. Человек, который сидит рядом со мной, на теле которого уже не осталось «живого места», была для меня особенным. Не буду врать, он и сейчас остался особенным, но только не в таком большом количестве как раньше. Алан для меня всегда останется тем, кто мог быстро поднять мое настроение, даже если у меня были проблемы в семье. Да рядом с ним все проблемы уходили на второй план. Он не похож на остальных парней. Рядом с ним мне всегда было спокойно и весело одновременно. Этот человек был способен понять меня без слов, видел меня такую, какая я есть на самом деле. Он всегда был в трудную минуту, подставлял плечо, если нужно было. Он еще тот работяга. Внешность обманчива. Пусть люди говорят что хотят, но я –то знаю что скрывается под этими татуировками, каков он без них. Я его любила.
Начинаю заливаться мехом, когда слышу как он произносит названия той самой лепешки. –Лахма что? – Одну руку кладу на живот и продолжаю смеяться. Так было и тогда, много лет назад. Мы смеялись над глупостями или шутками друг друга. Хоть у нас и были ссоры, но я больше помню ясные и солнечные дни с ним. Неторопливо успокаиваюсь и слышу что-то про сладкое. –Э…-резко хватаю официанта за руку, хватка у меня все также, сильная и цепкая. Спортсмены бывшими не бывают, может я слегка потеряла форму, но это не значит, что я не хожу в спортзал, чтобы поддерживать форму. – Никаких сладостей, у меня сегодня нет желания их есть. Принеси что-то другое к кофе. Стоп, - смотрю на Алана не отпуская руку работника, - может чего покрепче? Хотя ладно, обойдемся без этого. –Отпускаю бедолагу. Неужели он еще помнит причину моего ухода? Помню, но уже не так четко и ясно. С годами мое сердце сумело простить его, а я просто двигалась дальше и училась жить без него. Это было чертовски больно и сложно. Каждый божий день, в мою память врезалось много всего, что было между нами, в каждом человеке я пыталась найти тебя. Сходила сума и чтобы точно не ебанутся, заливала свой организм алкоголем и травой. Помогало, но не всегда. Как будто назло ему просыпалась с другим, только это все не имело смысла. –Еще раз скажешь это и я тебе тресну по голове. Поверь, рука у меня тяжелая.  – Да, пора бы ему расслабится, или что, уже забыл, как это делается? Сажусь обратно, так чтобы было удобно, хотя сидеть на полу вообще неудобно, и если бы не множество других людей вокруг, я бы тут уже легла и почувствовала себя как дома. Хотя, что мне собственно мешает это делать. – Не нужно было думать о таких вещах, мог просто взять и прийти. Видишь ли, я уже научилась жить без тебя, хотя сама порой хотела тебя увидеть, но думала, что не выдержу и полезу обниматься. Знаешь как это тяжело блядь, - быстро злюсь и стукаю кулаком по столу, злым взглядом смотрю на его нататуированое лицо, - ты блядь не представляешь как это тяжело было! Особенно просыпаться без тебя, я же такая мерзлячка. Забыл что ли? Я люблю тепло, но меня хер согреет даже гребанное шерстеное одеяло. Я спала под тремя слоями! – Слова сама вылетают, я прямо не успеваю их ловить. – Ты ебанный сукин сын, ты где шароебился столько лет?! – к горлу подкатывает комок, замолкаю и сглатываю. –Посмотри на себя, ты хоть нормально питаешься? Поди опять всякую хуйню жрешь. – Выдыхаю и чтобы не сказать что-то еще ненужное, быстро сажусь к нему спиной и прикрываю глаза ладонью. Раньше я готовила ему, молча возмущалась его он плохо питался, заботилась как могла. Делала все, что было в моих силах, видимо их было недостаточно, раз он ходил налево. –Меняю работы как перчатки. Сейчас работаю администратором и аэрографистом. Завтра иду к врачу, снова. Надеюсь последний раз. –Отвечаю спокойно, как будто это не я была несколько мгновениями ранее. Подалась эмоциям и быстро выплеснула половину из них. Рядом с ним тяжело сдерживать их, всегда выходит все на оборот, они так и хлещут наружу. –Извини…- тихо проговорила я, надеясь что он меня услышит. И тут откуда-то появляется тот же официант. Из под земли что ли вылез? Смотрю на него, он на меня, раз-два-три. Даю понять, что он появился неожиданно и чуть не испугал меня. –Как крот из под земли вылез. –Извините, не хотел вас пугать. –Ставит на столки все что сумел принести. –Мы эти ракы не заказывали, - сейчас начнется спор, я любитель поспорить. – Но Вы же просили принести что-то расслабляющее. –Смотрит на меня и не понимает в чем проблема. –Да, но ЭТО точно не просили, - кивая на кувшин. –Красавица просила, я принес. – Начинает бесить, встаю и вплотную подхожу к нему. – Да чхать я хотела, что ты это нам принес. Сейчас я хочу чтобы ты убрал, - внутри начинает закипать злость, я уже мысленно ненавижу этого человека и саму кальянную. –Но, - только и успевает сказать парень, как я продолжаю, - пацан, меня знает наш участок неподалеку от сюда, желаешь попасть туда вместе со мной в одной машине? – Замечаю, как он начал переступать с ноги на ногу, что-то сказал на своем языке и быстро убрал спиртное. Сажусь обратно. – Все равно, нефиг нести то, что мы не просили. Ага, а я бы все равно не платила за это. – Шиплю как змея и жду когда нам принесут кальян. А пока можно перекусить.

Отредактировано Caroline Williams (2014-05-05 00:41:56)

+1

7

Да ладно, зачем же так?
Неужели Кэр думает, что у меня нет памяти, или она хочет её взбаламутить? Если второе это правда, то у нее отлично получается.
Мне бы хотелось, чтоб она сейчас смеялась или плакала, говорила мне о том, что все хорошо или о том, что мы непременно когда-то умрем. Она бы могла пуститься в пляс, хоть на моих костях. Или в плачь. Но будить память было слишком тяжело. Эти фрагменты моего фильма неподъемным грузом с великим трудом были переставлена в темный угол чтоб натыкаться на них как можно реже. Сколько километров пленки мы наснимали пока жили вместе? Столько бы не нашлось ни в одном кинопрокате, сколько уместили наши головы. Любые манипуляции с ними без особой подготовки приводили к тому, что рвалась пуповина.
Когда туман проглотил меня, был не самый простой период: ссоры, проблемы, сплошной жизненный мусор. Туман же оградил полностью от всего и позволил впасть в иллюзию идеального мира. По-своему странного и родного. Позже я жалел, что этот мир был создан только для двоих и рядом со мной оказалась не Кэролайн. Не знаю помнила ли она сколько стеллажей заняла пленка про нашу жизнь, где я в сотые и тысячные разы просил меня простить. Но точно девушка не вспомнит, как я просил не уходить, забыть, понять, что случилось. Ведь этого не было. Моя вина было очевидна всем, конечно и мне. Пытаться и её поместить в туман было глупо, даже он не смог бы заглотить грубость целиком. Оставалось только пытаться распутать спутанную пленку, отрезав её от остальной массы раз и навсегда.
Понятное дело, Кэролайн выставила меня из своей квартиры, а чуть позже и из жизни. Она не могла знать о том, что и мне пришлось несладко, ведь наступила полная тишина. На время фильм стал немым. Но это не приносило покой, а наоборот вызывало ощущение стойкого угнетения. Дрожал пол в хранилище пленки, все сыпалось на пол и путалось ещё больше. Времени чтоб навести порядок понадобилось совсем не мало. Ещё долго эта история искала свое место прежде чем оказалась задвинутой вдаль.
Я оказываюсь за спиной у девушки и кажется, что это не её оборот, а прошлое переместило меня туда. Она боялась меня обнять когда-то. Какая невинная малость… от этого я улыбаюсь, ощущая, что мысли никогда на этом не останавливались. Если бы нам пришлось встретится несколько лет назад, то, пожалуй, святая простота не случилась. Все бы пошло в тарарам. Поэтому я не боюсь придвинуться к ней и обнять со спины сейчас. Ничего же не случится от легкого порыва.
- Конечно хуйну жру, - мягко говорю ей на ухо, щурясь от светлоты момента, - Больше обо мне никто не заботился так как ты.
После того как совместное проживание утеряло всякий смысл, я снова оказался в салоне. Не имея другой жилплощади, выбирать не приходилось. Так, что мне одновременно стало дискомфортно и морально, и физически, а жизнь просто вернулась в свое русло из которого по случайности вышла до этого. Мы с Кэролайн не слишком заботились о здоровье, но её любовь и опека придавали некую упорядоченность происходящему. Оказавшись в стороне я нашел, как гробить себя ещё больше. Хотя, конечно, моя нынешняя жизнь значительно отличалась от прошлого.
- Аэрография? Так мы почти одним делом занимаемся, - пауза, - Рад за тебя, надеюсь все окончательно наладится.
Обнявшись мы сидим до того самого момента пока не приходит официант. Если бы не пыл девушки, то это могло бы продолжаться и дольше. Оказывается, я отвык от её характера, помня, что он взрывной все-же забыл, чего ожидать. Полная противоположность моей флегматичности. Искра рядом с Кэр не тухнет, а воспламеняется больше прежнего. Вот турок уже поскорее уносит горючую жидкость от огня, которым обжигает его моя спутница. А я смотрю на нее снизу-вверх и зову сесть обратно.
- Да ладно. Я бы заплатил без проблем.
А если бы не был за рулем, то и выпил половину чтобы протолкнуть ком воспоминаний, который стал посреди горла.
- Ты совсем не изменилась, - говорю глядя в упор на девушку, когда она снова садится. В голове возникает несколько вопросов, но вот их выпустить наружу не решаюсь. Если обнять девушку – это так просто, то слов я ещё немного опасаюсь. Они могут резануть, а этого совсем не хочется. Поэтому стараюсь говорить только что-то максимально нейтральное, - Как живется со стольным нравом? Наверное, на работе тебя боится даже начальство.
За непринуждённой беседой тарелки начинают понемногу пустеть. Вместе с лепешкой улетучивается голод и лишняя нервозность, я чувствую, что тело расслабляется ещё до того, как нам приносят кальян. Ох уж эта биология с психологией, восточная музыка с приятным полумраком и разговор, который понемногу становится все более дружелюбным. Поразительно, как люди могут отпускать обиды и поверх них чувствовать теплоту. Удивительно и то, как мир слоится на хорошее и плохое, сознательное и подсознательное. Если бы я был одним из тех немногих, кто правит хаосом в совершенстве, то избежал многих ошибок. С Кэролайн бы произошло тоже самое и тогда она, если и не прошла мимо меня сразу, то не оставила в голове. Жаль, что наши пленки можно сжечь только святым огнем, а святости в жизни совсем не осталось. Это и заставляет снимать продолжение к старому фильму. Зрители заждались ремейка или хотя бы сиквела.

+1

8

Игра стоит. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » цикл