Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Let's get outta here!


Let's get outta here!

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

http://ipicture.ru/uploads/20140424/Y3AN073W.gif

http://ipicture.ru/uploads/20140424/Txne25A1.gif

Участники: Keith Holland, Dia Whitehead
Место: клиника ==> город
Погодные условия: солнышко светит, птички поют, весна на дворе.
О флештайме: что бывает, когда на помощь одному бунтарю приходит другой.

Отредактировано Dia Whitehead (2014-04-24 17:38:32)

+1

2

Здравствуй желтый дом! Так Кит приветствовал клинику, в которой его ждал какой-то там врач. Он не помнил должности, он помнил лишь имя и номер кабинета, в который нужно было прийти. Снаружи клиника была обнесена нехилым каменным забором, который вроде как должен был препятствовать желающим вырваться оттуда. Интересно, каким образом этот забор мог бы остановить человека, который на самом деле хотел сбежать из клиники? Холланд улыбнулся, выворачивая руль и направляя автомобиль на парковку. Можно будет ради интереса самому потом попробовать перелезть через него. Музыкант был уверен, что в два счета расправится с этой проблемой. Но это должно было быть потом. Не сейчас.
Выбравшись из салона автомобиля, музыкант щелкнул зажигалкой, прикурил от едва заметного огонька и выпустил дым, наслаждаясь приятным головокружением. У входа курили двое мужчин достаточно мрачного вида. Санитары, точно вам говорю. Кит покачал головой и прислонился к дверце автомобиля, размышляя, что ему делать. Он боялся, что его просто упекут в какую-нибудь палату и не выпустят до выздоровления. А о каком выздоровлении может идти речь, если пациент не хочет этого. И тут вся проблема была как раз в атмосфере клиники.

- А да и ну его... - мужчина махнул рукой, выкинул окурок и быстрым шагом направился ко входу. - Приятного дня.

Санитары непонимающе посмотрели на музыканта, что-то пробурчали себе под нос — явно нелестное — но останавливать не стали. Кит же улыбнулся, толкнул двери и очутился в холле. Изнутри всё выглядело не так печально, как снаружи. Приятный цвет стен, приятная девушка в регистратуре. Мужчина уточнил, на каком этаже находится нужный ему кабинет, мило улыбнулся девушке и двинулся в указанную сторону. Взбежать по лестнице через несколько этажей — совсем легко. В кабинете тоже не возникло никаких проблем. Разве что хмурый врач настоятельно посоветовал снизить нагрузку на психику, отказавшись от сигарет, алкоголя и наркотиков. И если последнее Холланда никак не волновало — не употреблял ничего подобного — то с первыми двумя пунктами было сложнее. Он даже успел поругаться с врачом, однако, таблетки забрал, пообещав принимать. На деле же... вряд ли музыкант эту баночку когда-нибудь откроет.
Покинув кабинет, Кит прислонился спиной к спине. Ему было тяжело, как будто кросс пробежал. Черт его знает, что происходит. Уходить обычным путём мужчина не собирался, поэтому смело направил свои стопы вниз по лестнице, чтобы выйти на задний двор.

Минут через десять он уже выходил из здания, с интересом рассматривая внушительных размеров площадку. Это можно было назвать чуть ли не парком. Деревья, которые уже готовились раскрыть почки, выпустив наружу листья. Мужчина вдохнул полной грудью, сунул руки в карманы толстовки и двинулся в сторону стены, чтобы рассмотреть её, так сказать, изнутри. Около стены, под деревом, сидела девушка. Кит прошёл мимо неё, на ходу вытаскивая сигарету и прикуривая от зажигалки. Вблизи стена была ещё более внушительной, чем казалось издалека. Музыкант провёл рукой по каменной кладке, ухмыльнулся и отошёл обратно, чтобы опуститься на скамейку рядом с девушкой. Ему было безразлично, даже если она окажется пациенткой или буйной, в общем кем-то в таком роде. Главное, чтобы человек был хороший. Бредово звучит, но это Кит... сам не самый спокойный в мире.
Молчаливо протянув ей сигарету, музыкант подставил зажигалку, чтобы она смогла прикурить, а потом сам затянулся, задумчиво вглядываясь в стену. Как же ему хотелось рвануть через неё, вспомнив юность и паркур.

- Хорошо огородились. - прервал он молчание, переводя взгляд на девушку. - Солидно. Но не поможет, если кто-нибудь захочет сбежать. Ты вот, например, хочешь?

Был риск, что он ошибся и девушка здесь не «отдыхала», а работала. Но почему бы и не спросить? Вообще, мужчина давно уже перестал обращать внимание, на то что ляпал. Зачем? Лучше уж говорить, то что вертелось на языке, чем подбирать слова и фразы. Кит вновь затянулся сигаретой, набрал полные легкие дыма и выпустил его в небо, с улыбкой посматривая всё на ту же стену. Она манила его, аки сладкоежку манит вкусная печенька. Да, кажется, самому Холланду пора было оставаться в клинике на лечение. А то мало ли...

+1

3

Именно так началось ее повторное знакомство со штатами - запах лекарств, капельницы, больничные коридоры, сеансы групповой терапии и беседы с мозгоправами. Ей бы возненавидеть родителей за такой "подарочек", но Диа - бунтарка с добрым сердцем, в глубине души сама понимала необходимость лечиться. Она не сопротивлялась, не закатывала истерики, не объявляла голодовку; но с отцом все еще отказывалась встречаться. Мать ворчала ("Нет в тебе ни капли милосердия!"), а Диа только вздыхала и пожимала плечами. Они считала, что милосердия как раз не было у отца - ее вырвали из любимой Италии, подальше от ее любви (пусть и разрушительной, пусть и разрушенной), ее спрятали сюда от света белого подальше, ее пытаются вылечить от всех зависимостей сразу (а хочет ли она сама этого?). Первую неделю провела в состоянии овоща, смиренно глотая таблеточки, и подставив вену уже под капельницу, а не под шприц с героином; но в мягком кресле на приеме у доброго дяди доктора она молчала, только изредка кивая головой. Говорить не хотелось, да и нечего было рассказывать - вся история ему и так была известна, а она тут далеко не первая такая, да и не последняя.

Сейчас было немного проще. Никаких капельниц, но мозг засоряли по-прежнему, приплетая к моему «выздоровлению» еще и религию. Покайся, Диа; пусти Бога в свое сердце, Диа; смирение поможет тебе побороть твоих демонов, Диа! Но Диа любит своих демонов, Диа лелеет их, Диа им радуется, и широко раскрывает им свои объятия.

- Конкордия, ты все-таки не передумала? Твой отец хочет увидеть тебя. Вам нужно поговорить.
Мягкое кресло кажется ей жестким, а голос психолога – резким, противным. Она уже целый час сидит здесь, и единственное, о чем может думать, так это о сигаретах. За месяц она изучила каждый цветок на этих уродливых обоях, заучила названия половины книг на полках, и могла определить по цвету блузки врача, в каком та настроении сегодня. Как они могут вылечить ее от тяжелой зависимости и катастрофической депрессии, если и себе-то с трудом могут помочь? Ее удерживали здесь только родители, но она уже задавалась вопросом, как долго еще сможет все это терпеть. Как ни крути, Уайтхэд  наполовину итальянка, она любит свободу, она вспыльчива, она непослушна.
  - Я не хочу его видеть. В любом случае, это не относится к причине моего пребывания здесь. Кажется, вы должны избавить меня от зависимости и депрессии, а не решать семейные конфликты. Но я почему-то по-прежнему хочу курить, и не хочу видеть Уайтхэда.
Минутная стрелка переместилась, и замерла на цифре «12». Диа встала с кресла. Ее время наконец-то истекло.
- У Вас следующий пациент. До свиданья.
Она не хлопнула дверью, как делала раньше, а спокойно покинула кабинет. Дальше у нее свободное время, сегодня никто не будет ее беспокоить, хотя бы ненадолго ее оставили в покое. Как же недовольна психолог ее ответами! Диа знает, что они хотят от нее услышать; они и услышат, но позже, когда её окончательно здесь все достанет. Притвориться, что идешь на поправку, не так уж и сложно; но это скорей вопрос принципа. Ей нравится показывать всем своим видом, что у них ничего не получается, что их терапия бесполезна, что только она сама способна себя вылечить. Да, к героину ее больше не тянет, как и к другим наркотикам; но только потому, что она сама решила соскочить, еще там, в Риме. Она старалась пока не задаваться вопросом, надолго ли ее хватит, сколько она сможет противостоять соблазнам и так далее, но в стенах клиники она держалась.
Эти коридоры еще долго будут ей сниться. Сейчас, днем, они выглядят вполне безобидно и даже миленько, когда туда-сюда снуют пациенты, персонал и посетители. Вечером же они пустуют, и хоть вой от тоски. Она быстро прошла к выходу во двор, где разрешалось гулять днем, не боясь столкнуться с кем-то буйным или неадекватным. Ди старалась держаться подальше от пациентов – и от таких же наркоманов, как она, и от обычных психов, которые содержались в другом крыле. Разговоры с одними могли вновь напомнить ей о былых временах в праздном забытье, а вторые могли ее саму свести с ума. С таким же трудом она ходила на групповые занятия, и ей понадобилось несколько недель, чтобы наконец рассказать свою историю (разумеется, выдуманную), продемонстрировать, что она идет на поправку (и на контакт).

На редкость отличная погода для такого дерьмового настроения. Солнце приятно грело щеки и слепило глаза, а ветер спутывал и без того растрепанные волосы Ди. Здесь, в больнице, она давно махнула рукой на внешний вид . Ей было не до высокой бабетты, и уж тем более не до накрашенных глаз. Оставалось радоваться, что ей не навязывали больничную форму или дурацкие тапочки, а можно было ходить в чем угодно. 
  Уайтхэд уселась на скамью в тени деревьев, подальше от здания больницы, рядом с забором, который отделял ее от нормальной жизни. Казалось бы, стоит рукой подать – и ты уже на свободе, и никто не пытается вправить тебе мозги и накормить пригоршней бесполезных лекарств. Она уже хотела было предаться воспоминаниями и поддаться меланхолии, как откуда ни возьмись, перед ее носом появилась сигарета. Она даже не обратила сразу внимания, откуда она взялась – но Диа от такого отказываться не собиралась, и только прикурив от зажигалки, девушка наконец подняла глаза на своего «спасителя».
– Боже, как мне этого не хватало… Считай, что ты почти спас мне жизнь.
Легкое головокружение, но какое блаженство! Она готова была оторвать головы тем, кто запрещал ей здесь курить. Первое, что она сделает, выбравшись из этого заведения – купит себе пачку сигарет.
- Большинству людей, что здесь находятся, попросту некуда бежать. А некоторым и незачем. А я.. – она посмотрела на него, и запнулась, задумавшись – Ты не похож на пациента, но и на врача – тем более. – всегда нужно выбирать слова, и смотреть, с кем говоришь. Она немного помолчала.
– Да, я хочу отсюда сбежать. Черт возьми, хочу.. - пробормотала она послед недолгой паузы, выдохнув сизоватый дымок.

+1

4

- Это у меня хобби такое — спасать тех, кто нуждается в помощи. - скривил губы в улыбке музыкант, вновь переводя взгляд на забор. - Хреновые дела, если тут запрещают курить. Не завидую тебе, правда.

Он затянулся, продолжая скользить взглядом по каменной кладке. Вот уж действительно, стены манили его. Хотелось сломать их и возвестить о том, что свобода равенство и братство наступили. Шутка. Кит не терпел никаких ограничений, как свободы физической, так и моральной, но в последнее время пришлось поступить последним. За что мужчина и поплатился, чуть не оказавшись в этой клинике. Хвала удаче, что пока ему только прописали какие-то там таблетки. Музыкант не мог представить, как он вообще сможет существовать здесь, в клинике, если всё станет совсем хреново и его упекут сюда. Наверное, просто выйдет в окно. Вряд ли, конечно, это уже пессимизм, но сейчас Холланд думал именно так.
На фразу, о том что большинству просто некуда бежать — Кит лишь удивлённо поднял брови. Естественно, девушке было виднее, ибо она могла общаться с теми, кто тут находился. Но для музыканта это звучало дико. Разве в такую клинику — здесь цены огогого какие! — могут попасть те, кому некуда идти? Короче говоря, было понятно, что ничего непонятно. Мужчина вновь затянулся сигаретой, как бы ожидая пояснения. Однако их не последовало. Но девушка призналась, что сама хочет вырваться отсюда. Что же, значит можно ей немного помочь. Самую капельку.

- Так давай же воплотим твоё желание в жизнь. - мужчина сделал крайнюю затяжку, расплющил окурок о сидение скамейки и поднялся на ноги, подмигивая девушке. - Но для этого надо будет постараться. В первую очередь тебе самой.

И, не проронив больше ни слова, музыкант двинулся к стене. Он был уверен, что девушка последует за ним. Слишком уж уверенно она говорила, что хочет выбраться отсюда. У Кита же просто замкнуло в голове. «Хочу устроить безумие, значит устрою!». Вот он и решил поиграть в спасателя, который помогает желающим оставить тонущий корабль. Закатав рукава толстовки, мужчина подпрыгнул и, схватившись руками за край стены, подтянулся, вскоре очутившись верхом на кладке. Посмотрев по сторонам и ответив расстояние до автомобиля, он Ещё раз ухмыльнулся и протянул руку девушке, у которой даже не удосужился узнать имени.
Кит напряг мускулы и буквально забросил девушку на кладку рядом с собой. Выдохнув, он похлопал её по плечу и спрыгнул с другой стороны забора, приземлившись на ноги, аки кот. Ну а дальше всё прошло как по маслу. Очутившись по другую сторону — читай, на свободе — они резво двинулись к парковке, на которой музыкант оставил машину. Никто им по пути не встретился, так что добрались до «Короллы» без приключений. Лишь очутившись внутри, можно было перевести дух и расслабиться, например, закурив. Только сейчас, вырулив со стоянки, и направляясь в сторону центра, Кит решил уточнить, как же зовут его попутчицу. Вообще, всё вышло сегодня донельзя удачно, не находите?

- Удачно выбрались. - заметил мужчина, протягиваю девушке пачку сигарет с зажигалкой. - Как тебя зовут? И куда вообще направляемся? Оглашай пожелания.

Он сосредоточился на дороге, тем не менее превратившись весь во внимание. Интересно было узнать, куда незнакомка попросит подвезти. Вообще, Кит не был против того, чтобы где-нибудь выпить. Или, на худой конец, перекусить в каком-нибудь ресторанчике. Вообще, он сейчас обладал такой массой свободного времени, что становилось на самом деле страшно и непонятно: а куда это время девать? Но в данный момент, похоже, появился шанс потратить свободное время с умом. Так, по крайней мере, думал Холланд, лавируя в редком потоке автомобилей, который направлялись в центр города. Музыкант, кстати, вообще не испытывал ни малейших угрызений совести, по поводу своего поступка. Он не считал, что поступил как-то неправильно. Нет. Помогая девушке сбежать из клиники, он руководствовался лишь тем, что оказавшись на её месте, так же бы хотел покинуть те стены. Что ни говори, но Кит считал клинику пресловутым желтым — сумасшедшим — домом. Это такое же ограничение свободы, как и тюрьма, например. Или что-то ещё в этом роде. Так что... нужно было праздновать свободу и узнавать друг друга получше. Если выдастся такой шанс, конечно же.

+1

5

Здесь все напоминало скорей элитную тюрьму, чем клинику. Мало кто попадал сюда по доброй воле, но практически все в итоге были головы смириться со своей участью. Просто выбора особо не оставляли – если сбежишь, тебя тут же кинутся искать те, кто тебя сюда и отправил. Богатенькие родители держали здесь своих нерадивых детишек; хватало здесь и родителей-алкоголиков, но были и те, о ком искренне заботились. Ди тоже окружали заботой, надеялись на ее «выздоровление», избавление от всяческих привычек, на возвращение здравого смысла и так далее.
Устроив себе досрочную выписку, выход только один – прятаться, и прятаться хорошо, чтоб тебя обыскались, но не нашли. Диа знала, прекрасно знала, что отец перевернет весь Сакраменто, чтоб найти свою бунтующую дочурку. Более того, он наверняка ожидал от нее чего-то подобного, зная ее характер. Но он не найдет ее – в голове она уже выстроила себе целый план, куда податься и что дальше делать. Она, возможно, и наркоманка/алкоголичка, но это не значит, что она безмозглая дура.
- Уверена, такое хобби тебе частенько выходит боком, - усмехнулась Диа. – а без сигарет тут невыносимо просто. Не люди, а изверги. 
Она давно ни с кем не разговаривала вот так, нормально.  Ну не с пациентами же ей тут болтать, а с персоналом так тем более! И этого общения ей не хватало почти так же сильно, как и сигарет со стаканчиком виски. И ее так тянуло подальше от этого заведения! Ей хотелось узнать город, познакомиться с жителями, посмотреть другими глазами на те места, которые посещала еще ребенком с бабушкой… И кто-то говорил о заботе? Знакомство с новой местностью было бы для нее лучшей терапией.

- Ты это серьезно что-ли?.. – Ди ошарашено посмотрела на своего собеседника. Его слова казались ей безумием, но именно тем безумием, которое порой так привлекает в людях, от которого не хочется избавляться. А собственно, почему ей и не согласиться? Может, это судьба их тут столкнула сейчас, и его миссия – помочь Дии свалить из этого логова.
- За меня не переживай, - девушка расплылась в улыбке, а глаза ее уже лихорадочно блестели. Ну, не зря же она в детстве через заборы лазила, пора вспомнить былые времена!
Вдавив ногой окурок в холеный газон, о котором так всегда заботилось руководство клиники, Диа с помощью своего нового знакомого довольно быстро перебралась через газон, потом отряхнулась. Может, она просто спит? Еще час назад ей казалось нереальным оказаться на свободе, а теперь пожалуйста – она вдвоем с каким-то парнем бодренько шагает к парковке, оглядываясь по сторонам. Впрочем, она не думала, что кто-то сейчас обратит на них внимание – да и Ди никто до самого вечера не бросится искать. Пользуясь репутацией нелюдимой одиночки, она часто куда-то пропадала, спрятавшись в каком-нибудь дальнем углу территории, записывая какие-то стихи, или просто изливая свое негодование бумаге. Все к этому привыкли, и не искали ее – наивно полагая, что никуда она от них не денется. Странно, что она раньше не сбежала.
- А ты не боишься, что я какая-нибудь буйная? – она взяла две сигареты из протянутой пачки, одну сразу зажала в зубах, а другую сунула в маленький кармашек на груди. – Я Диа, можно просто Ди. – она бы пожала ему руку, но тот был уже за рулем. Теперь ее точно никто не найдет, разве кому-то придет в голову, что этот парень помог сбежать первой встречной? Все вышло так легко, что даже верилось с трудом; теперь она впервые за долгое время могла почувствовать себя свободной, по-настоящему свободной.
- У меня есть несколько пожеланий! Во-первых, я хочу нормальной человеческой еды, во-вторых, мне необходимо выпить, и в-третьих, я хочу послушать хорошую музыку. Но музыку ты мне можешь уже и здесь организовать, да? – это свобода быстро ее опьянит, но без нее она увянет, зачахнет, превратится в овоща. Теперь ей оставалось надеяться, что этот парень не какой-нибудь сумасшедший маньяк-убийца, и не убьет ее где-нибудь, а потом выкинет ее бездыханное тело в канаву. Впрочем, она предпочла бы канаву, чем мучиться еще неизвестно сколько времени в этой дурацкой клинике.
- А еще я совсем не знаю города, но это же можно исправить?

+1

6

- Абсолютно не боюсь. - засмеялся Кит, лавируя в потоке машин, чтобы быстрее вырваться с загруженного кольца. - Я гораздо более буйный. Шутка. Приятно познакомиться, Кит. - фамилию он называть не стал. В общем на равных условиях. - По-человечески поесть? Это мы можем устроить, знаю такое местечко. С музыкой тоже всё просто. Тебе повезло, короче говоря. И город покажу, только после уже еды и прочих удовольствий.

Крутанув руль, мужчина направил автомобиль в сторону от основной дороги. Несколько минут плутаний по узким улочкам завершились выходом на одну из центральных улиц. Кит осмотрелся, что-то про себя отметил и развернулся, чтобы припарковаться у одного из зданий. Между двумя высотками затаился небольшой по размерам бар, в котором он часто зависал. Здесь хорошо кормили, подавали неплохой алкоголь, а, главное, здесь играла живая музыка. По мнению Холланды — это было идеальное место, чтобы закусить, выпить, послушать музыку. Он мог бы даже сам там сыграть, попросив музыкантов подсобить ему. Но... об этом чуть позже. Сейчас же на горизонте выросли еда и выпивка. Нельзя было пропускать такую заманчивую перспективу.
Музыкант поставил автомобиль на сигнализацию и, указав Ди на дверь, пригласил пройти внутрь. Там они устроились за столиком в углу. Тут же было подано меню, винная карта и пепельница. Кит сразу же закурил, в меню даже не посмотрел, заказав на память. Насчет девушки — другой вопрос. Пусть сама выберет, что ей по нраву. Наверное музыкант должен был испытывать какие-то угрызения совести, на тему того, что помог девушке сбежать из клиники. Но не сегодня. Находится там, даже ему, не пациенты, было настолько противно, что он чувствовал себя, будто спас кому-то жизнь, организовав этот побег. Хотя... кто знает, может так оно и было?

На столе, тем временем, появилась бутылка рома, тарелка с закуской, блюдо с салатом и прочая снедь. Горячее подадут потом. Сейчас же время выпить, закусить, да и поговорить, наверное. Кит так и сделал, разлив первую порцию алкоголя по стаканам. Один протянул Диа, второй взял себе. Отсалютовал и сделал глоток, мол пьём за успешное освобождение. Алкоголь приятно согревал, заставляя думать, что не всё так плохо в этой жизни. Мужчина затянулся сигаретой, стряхнул пепел с её кончика и выпустил дым к потолку. В это время принесли заказ для Ди. Можно было начинать расслабляться. Он не думал, что бы такое сказать, он вообще пока молчал, лишь делая новые глотки рома. Расслабленный, довольный, музыкант хотел как можно дольше наслаждаться этим состоянием. Лишь через несколько минут он прервал молчание, чтобы уж совсем неприличным не выглядеть.
Может и не ту тему для разговора он выбрал, но... делать-то особо было нечего. И говорить практически не о чем. Увы. Можно было лишь надеяться, что Ди его простит и не будет убивать. Или просто ответит на вопрос.

- За что, кстати, тебя туда упекли? - поинтересовался Кит, поигрывая зажигалкой. - Наркоманила? Или с выпивкой проблемы? - на лице появилась улыбка. - Если из-за последнего, то можешь не стесняться — я в этом деле настоящий профессионал!

Он не шутил. Про его манеру пить и количество алкоголя, который Холланд употреблял, в среде музыкантов ходили легенды. Черт знает что, конечно, но ничего не поделаешь. Возможно, он сдал, в последнее время, если его начинало забирать после привычного количества выпитого, хотя раньше такого не случалось, но... это мужчину никак не настораживало. Чего греха таить — музыкант чувствовал себя потерянным, брошенным, и искал утешение в бутылке. Когда-то это помогало, когда-то нет. Но всяко становилось чуточку легче. Кит стремился, конечно, стать лучше, изнурительно работал на студии, записывая материал, который потом нужно было бы только свести. Однако легче ему не становилось. Кто бы что там не говорил, но труд не мог спасти от губительных размышлений, которые музыканта заставляли накручивать себя. Это сложно описать словами, правда. Но люди, которые Холланда знали уже давно, прекрасно могли наблюдать разницы. Теперь, вместо вечно весёлого и неунывающего, они видели его замкнутым, мрачным, нелюдимым. А всему виной ограничение свободы. Моральное. Но об этом как-нибудь в другой раз.
Мужчина допил остатки рома, придвинул поближе тарелку с мясной закуской и принялся утолять первый голод, слушая, что же ему ответит Диа. Было интересно, на самом деле, узнать кто она, что из себя представляет, чем занимается, кроме того что лежит в этой клинике. Возможно сегодня ему повезёт, и он сможет хоть как-то ещё девушке помочь, тем самым, отстранившись от своих проблем. Получив, так сказать, передышку.

+1

7

Кит. Ей хотелось опробовать это имя на языке, незнакомые звуки для привычной итальянской речи. Кит,  как мягко звучит имя ее сегодняшнего спасителя. Ей нравилось все не_итальянское сейчас, все новое, все это кажется ей интересным и необычным. Главное, чтобы ее доверчивость опять не сыграла с ней злую шутку; но порой бывает, что лучше довериться незнакомому человеку, чем близкому тебе предателю.
- Взаимно, Кит! - мягко произносит. - что ж, я сегодня настоящий везунчик.
Она не боялась его, она чувствовала себя максимально спокойно - насколько это вообще было возможно в данной ситуации. Всю дорогу она нетерпеливо всматривалась в окно - ей все было интересно, каждый дом, каждый житель, вон та телефонная будка на углу; а ведь она могла уже целый месяц ходить по этим улицам, общаться с этими людьми, а не сидеть взаперти, за каменными стенами, как в тюрьме.

Она еще и опомниться толком не успела, как они уже сидели за столиком, напротив друг друга, в неловком молчании. Непривычные американские меню, здесь все непривычное - она заказывает чуть ли не первое, во что тыкает пальцем; раз уж ей сегодня везет, то почему бы и не предоставить удаче право выбора? В любом случае, ром был отличный, закуски неплохие, да и дело было совсем не в этом. Она бы радовалась свободе, даже если бы всего этого сейчас не было. Для счастья ведь порой нужно так мало!
Принесли заказ, и Ди ненадолго отвлеклась от созидания. Кажется, удача и тут ей улыбалась - повара в Сакраменто оказались ничуть не хуже, чем в Риме. А может, ей просто так казалось после "разнообразия" меню в клинике? Кормили там отлично, учитывая, какие деньги отваливали за пребывание там, но довольно однообразно. К тому же первое время Ди даже не чувствовала вкуса пищи - как и не различала и людей по лицам и голосам. После долгого периода безразличия в ней наконец-то стала просыпаться любовь к жизни. Возможно, она даже согласиться встретиться с отцом. Она убедит его, что с ней все в порядке, что ей не нужно больше это лечение, что она сама способна себя контролировать. Он поверит ей; ему придется поверить ей.

Она ожидала вопроса, который наконец озвучит Кит. Он был логичен, предсказуем и, наверное, необходим. Этот парень вытащил ее из каменной темницы, и уж точно заслуживает право знать, с кем он связался. Диа отложила вилку, и подняла взгляд на своего собеседника.
- Не поверишь, все вместе. - она грустно улыбнулась, и продолжила, - Все начиналось весьма безобидно, но потом я сама не заметила, как подсела на героин. Я думала сначала, что смогу сама справиться с ситуацией, но родные решили по-своему. Мы с Италии переехали в Сакраменто, и меня сразу же упекли к эту клинику. Правда, отец хочет, чтоб я еще бросила пить и курить, но я не могу лишить себя сразу всех радостей жизни. Я не хочу больше употреблять героин, и клиника мне действительно помогает избавиться от этого, но я бы и без этого обошлась.
Неважно, что было "до". Неважно, от чего еще ее оторвали, от кого ее оторвали, и притянули сюда. Словно поставили в угол, лишили любимой игрушки, оставили на месяц без сладкого.

Она снова закурила, бесцеремонно позаимствовав сигареты у Кита. Курить и пить сейчас ей хотелось больше, чем есть. Было странно говорить с кем-то об этом, было странно вообще с кем-то говорить.
- А ты что там делал? - после недолгого молчания последовал ее логичный вопрос. Пациент? Посетитель? Случайный прохожий? Она готова была услышать любую версию, это не повлияло бы на ее отношение к нему. Он за полчаса сделал ей больше добра, чем родной отец за последние лет 5, он может подавиться тем, что все его планы рухнули, как карточный домик.
Она осмотрелась вокруг. Посетителей здесь было не так уж и много, на них никто не обращал внимания. Они и сами сидели здесь, словно старые друзья, мирно беседуя о всяких пустяках. Тихая музыка смешивалась с чужими голосами; они могли разговаривать, не повышая голоса, и не переживая, что кто-то их услышит. Диа не стеснялась своего прошлого, но и не хотела ловить на себе косые взгляды. Но в Ките она была уверена - он не осудит ее, возможно, он и сам такой же.

+1

8

- Наивно... - заметил мужчина, подразумевая, что справиться с зависимостью своими силами практически невозможно. - Хотя даже то, что ты сама решила завязать уже говорит о том, что какие-то сила воли и адекватность присутствуют. Ладно, не слушай меня, несу всякую чушь. - он сделал затяжку и, выпустив дым, продолжил. - Конечно, паскудно, что тебя запихали в эту «элитную тюрьму», как ты называешь клинику. Но ты бы не обошлась без неё. Поверь, у меня были живые примеры, которые ничего не смогли с собой поделать. Так что уж лучше наслаждайся тем, что сейчас ты здесь.

Кит подмигнул Диа, подпёр голову кулаком и стряхнул пепел с кончика сигареты. Теперь ведь, по идее, она сама должна была спросить, что он там делал. Глупо будет говорить, что музыкант просто пришёл туда, чтобы развлечься таким вот способом — организацией побега первой попавшейся девушки — но, если вдуматься, Холланд сам не мог ответить на этот вопрос. Диа его задала, кстати, теперь нужно было как-то выкручиваться. Ну не рассказывать же, что дошёл до такого состояния, когда перманентно пьян, когда не можешь вспомнить, что было утром, или, что ещё хуже, когда тебе вообще неинтересно уже жить. Это скорее напугает её, чем вызовет понимание. Кит размышлял именно так, пытаясь найти выход из ситуации.
Сигарета практически полностью превратилась в пепел. Мужчина запустил пальцы в волосы, взъерошив и без того небрежную прическу. Черт знает что. Наверное он успел измениться, если сейчас не хотел — а точнее стеснялся — рассказать, какие у него проблемы. А ведь раньше его не пугало то, каким он будет выглядеть в глазах других людей. Панк-рок, все дела. Время беспощадно по отношению к людям. И вообще, скоро можно будет рассуждать как старик. Кит улыбнулся. Радовало его только одно, вряд ли он успеет присоединиться к «Клубу 27». Мало времени до двадцативосьмилетия осталось. Приложившись к стакану, он залпом допил остатки рома и вновь вернулся взглядом к Диа, прерывая неловкое молчание.

- Скажем так: я консультировался с врачом. - не соврал, но и всей правды тоже не выдал. Ну и пусть, пока это не так уж и важно. Но, заметив её взгляд, всё-таки сдался. - У меня нет проблем с наркотиками, они прошли мимо меня. Нет-нет. Скорее уж я алкоголик. Пью без меры и так далее... всё как бывает в таких случаях.

Он печально улыбнулся, мол вот такие дела, и с силой расплющил окурок пепельнице, будто она в чем-то провинилась перед ним. Смертельно обидела. Просто, если взглянуть на себя со стороны, мужчине становилось настолько противно, что он поражался сам себе. Если раньше всё казалось нормальным, что столько пьёт, что его не забирает алкоголь, то теперь, это выглядело по меньшей мере противно. Вот так и опускается человек, думалось Киту, который вновь закурил, водя по столику пустым стаканом. Над ними витал дух меланхолии, хороший такой, крепкий, можно было его даже ощутить. Нет, такая атмосфера Холланда не привлекала, пусть даже он слишком часто пребывал в ней, в последнее время. Да и эту тишину нужно было хоть как-то нарушить, а то совсем тоскливо.
Мужчина вновь затянулся, набрав полные лёгкие дыма, с наслаждением выдохнул дым и стряхнул пепел с сигареты, вновь наполняя стаканы алкоголем. Тем для разговоров было предостаточно, главное выбрать подходящую, чтобы не заводить её в омут тоски. Диа говорила, кажется, что приехала из Италии... может поинтересоваться, как там? Вообще Кит в Италии был дважды, и оба раза с концертами, которые проходили в рамках турне. Времени посмотреть города не было, а музыканту хотелось узнать побольше... так что в данный момент только Диа и могла ему помочь в этом нелёгком деле. На лице появилось подобие улыбки, мужчина перевёл взгляд на новую знакомую и, отсалютовав стаканом, сделал глоток, сразу же задавая вопросы.

- Ты из Италии? И как там? Всмысле... я был всего пару раз, но никак не удалось получше ознакомиться ни с чем. Ни с культурой, ни с традициями. - вопросы, возможно, звучали по-детски, но музыкант не обратил на это ни малейшего внимания. - Не расскажешь? Ну, мафия там, национальная кухня, какие-то традиции? - ещё одна затяжка, после которой новый глоток алкоголя. Похоже, всё становилось слегка получше, не правда ли? - В общем рассказывай. А я уж буду слушать.

+1

9

- Если бы я не хотела бросить все это сама, то никакие врачи, мозгоправы и клиники не помогли бы. Сам видишь, я все так же пью.. - она приподняла бокал и поставила обратно на стол, - ..и все так же курю. - Она затянулась, и лениво выпустила дым. Она упорно не хотела признавать, что кто-то еще может ей помочь, кроме нее самой, хотя в глубине души понимала это. В конце концов, она уже не так похожа на овощ, как месяц назад. 
- А я и наслаждаюсь! - улыбнулась девушка, и снова вернулась к еде. Она уже дожидалась десерт - но никакое американское мороженое не способно заменить любое gelato, Ди заранее была в этом уверена. С какой радостью она сейчас рванула бы в родной и любимый Рим! Но деньги и паспорт - закрыты в папином сейфе; иногда ей кажется, что сама ее жизнь закрыта там же. Ей 25, а она все топчется на месте - растрачивает впустую свою жизнь, но она все равно ею не дорожит. Иногда Ди бывает интересно, что происходит потом - когда тебя уже нет; каково это, когда тебя уже нет?
- Алкоголизм не так уж и страшен. К тому же говорят, что это женский алкоголизм не лечится, так что.. - Диа пожала плечами, и отставила уже пустую тарелку. Что ж, в этом они похожи - Уайтхэд тоже пьет без меры, Уайтхэд вообще не знает меры.
Она затянулась еще раз, а потом последовала примеру Кита, затушила окурок - но мягко, даже с некой нежностью. Тем временем подоспело мороженое, и стоило ей только попробовать его, как девушка сразу же скривилась.
- Уф, гадость какая.. - пробормотала она себе под нос,  отставила от себя подальше десерт, и придвинула бокал с ромом. - Вот в Италии мороженое намного лучше. Черт, там лучшее мороженое в мире! Сладкоежка Диа сейчас чуть ли не с болью вспоминала бесконечные лотки с джелато на каждом углу. Она бы сейчас многое отдала хотя бы за один шарик той вкуснятины! Но Кит, казалось, ожидал ее рассказа. Эта тема нравилась ей куда больше, чем причины пребывания в клинике. Она могла рассказать ему, какие прекрасные закаты на берегу Тибра, как жарко палит солнце во Флоренции, и что в Неаполе самая вкусна пицца в мире... Но это было интересно ей, его же это вряд ли заинтересует. Но ей нужно было поговорить с кем-то, и Диа радовалась, что Кит дал ей такую возможность. Наверняка он даже не задумывался об этом, но для Ди это значило много, для нее это было важно.

- Италия великолепна, Кит, e bellissima, incantata, come le favole.. Она прекрасная, волшебная, словно сказка. О ней невозможно рассказать, на самом деле, ее нужно видеть, побродить по виа дель Корсо, заблудиться в узких улицах, сталкиваться с бестолковыми туристами.. - она задумчиво улыбнулась, опустив взгляд. Ей нравилось вспоминать, ей хотелось вспоминать. Ей хотелось рассказать ему, как там здорово, донести до него свое восхищение родиной. Алкоголь только усугублял чувство меланхолии, но развязывал язык.
- Нет, на самом деле. Я училась во Флоренции, этот город весь дышит искусством, даже спустя много столетий.. А Рим сохраняет свой дух величия и античности даже в современных районах. Эти места нельзя не любить. У нас по-прежнему обучают всем искусствам с тем же мастерством, у нас очень заботятся о своем наследии, дорожат традициями, историей.. Где еще можно увидеть оригинальные скульптуры величайших мастеров, а не копии, прям на улице? Во Флоренции вот можно! И да, у нас действительно все обожают пиццу и лазанью, а еще у нас кофе отличный. А сами итальянцы темпераменты, много жестикулируют и любят петь. Ну, я, по крайней мере, точно люблю! - Конкордия засмеялась, и сделала глоток из бокала. Вспоминать о старой жизни одновременно и больно, и приятно. Она могла бы еще болтать без умолку, но это было бы неприлично, по меньшей мере, кроме того, ее распирало любопытство.
- А чем ты занимаешься по жизни? Не похож ты на обычного офисного работника или что-то в этом роде. Расскажи мне! Вы, американцы, слишком скрытные, и совершенно зря.

+1

10

- О да, люди там темпераментные! - заржал Кит, вспоминая единственную прогулку по улочкам Флоренции. - И петь любят. А потом, когда я по-глупости — или наивности — отвесил пинка мужику, который распускал руки, все эти поющие ребята собрались толпой, чтобы меня бить. Весёлое было время, ничего не скажешь. Мне понравилось, короче говоря.

Он отодвинулся от стола, вновь затягиваясь сигаретой и рассматривая дым, поднимавшийся к потолку. Красиво извиваясь, превращаясь в узоры, он создавал чудесное впечатление, как будто превращая потолок во что-то нереальное. Музыкант встряхнул головой, чтобы скинуть наваждение, и вновь перевёл взгляд на Диа, которая продолжала рассказывать. Сразу было видно, что она любит Италию. Вряд ли в ином случае она бы отзывалась о ней с такой нежностью. Холланд мог лишь позавидовать такому отношению, потому как сам не мог назвать ни одного места на Земле, о котором мог бы так же как Ди отзываться. Но об этом опять же попозже — не стоит усугублять ситуацию с меланхолией. Так что продолжаем слушать.
Мужчину позабавило подтверждение стереотипа, что все там любят лазанью и пиццу. Кому как, но Киту больше нравилась родная пеперони, или манхэттан, или ещё что в этом роде. Итальянская кухня была слишком... пряной что ли. Или как-то так. Много слишком базилика, на его взгляд. Интерес, так же, вызвало то, что Ди упомянула, будто любит петь. Интересно, насколько сильно она это дело любит? И как хорошо поёт? Сразу же захотелось выяснить это, но девушка не дала возможности — сразу же задав свои вопросы. Хм, разве американцы скрытны?

- Так вроде же выяснили, что я алкоголик. - вновь улыбнулся Кит, но потом напустил на себя серьёзный вид. - Да, иногда скрытность выходит нам боком. Но это уже что-то на уровне привычек и традиций. - он сделал глоток из стакана и удобнее устроился на стуле. - Прямо так хочется, чтобы я тебе рассказал, чем занимаюсь?

Парень вытащил из кармана телефон, включил Wi-Fi и полез на Youtube, где можно было найти записи с концертов. Не хотелось говорить. Уж лучше показать, чтобы не было никаких сомнений. Главное что-нибудь более или менее качественное найти, а то любительские записи были плохого качества, и увидеть его лицо было сложно. Увы. Где-то через минуту он протянул Ди телефон, включив запись. А потом начал с удовольствием наблюдать, как на её лице появляется удивление. Ну... по-другому вряд ли могло быть. Не то, чтобы Холланд хвастался, но как-то по-другому представить себя было сложно. Потому что не всегда и не все верили. Наверное сыграли свою роль бутылки. Черт знает что, короче говоря.
Мужчина закурил новую сигарету, долил в стакан рому и теперь, с до ужаса пофигистической рожей, сидел напротив Ди, наблюдая за её реакцией. Трек был не таким долгим, минут пять всегда, так что через три минуты можно будет готовиться к новому потоку вопросов. Так, по крайней мере, думалось Холланду, который привык, что к нему лезут с распросами. И это ещё повезло, что сегодня никто его не узнал, иначе бы полезли ещё и за автографами. А потом и за фотографиями. Ну их всех в задницу! Музыканту начинала надоедать известность... хотя, в посленее время, он старался как можно меньше «светиться» и вообще носил толстовки с капюшоном, старательно пряча лицо. Ну так, на всякий случай. Ди, кстати, уже успела досмотреть видео.
Мужчина забрал телефон, отключил его и убрал в карман, вновь делая глоток из стакана. Ну что же, теперь можно и продолжать разговор. Почему бы и нет?

- Вот примерно этим я и занимаюсь. - он говорил всё так же дружелюбно, но теперь в голосе появились нотки настороженности. - Наверное, теперь можно понять, почему я немного скрытный. - он ещё раз улыбнулся, стряхивая пепел с кончика сигареты. - Ты говорила, что любишь петь... есть деловое предложение. Я играю, а ты поёшь. Инструменты вон, у тех ребят можно позаимствовать. - мужчина кивнул головой в сторону небольшой сцены, на которой выступала очередная группа. Молодые, играли какую-то смесь поп-рока и откровенного R'n'B. Страшное сочетание для ушей Кита, который привык к нормальной музыке вроде Nirvana. - Что скажешь о такой идее? М?

+1

11

- О, тебе повезло, что жив остался! - Ди засмеялась. Темпераментные и вспыльчивые итальянцы, как и она сама. Являясь итальянкой лишь наполовину, именно эти черты она впитала в себя полностью при рождении. Но она быстро отходила, резко менялась в настроении, а порой становилась полностью невосприимчивой ко всему - это уже пришло с годами.
- Алкоголик - не профессия, а призвание, а мне интересно, чем ты на жизнь зарабатываешь. - Ди усмехнулась, а затем с явным любопытством взяла в руки телефон..

И вот сейчас она почувствовала себя немного глупо, при просмотре видео. Оказывается, она сбежала не с кем попало, а с известным человеком, еще и музыкантом. Рыбак рыбака?..
Наверное, сейчас тысячи девчонок мечтали бы оказаться на ее месте, а она что? Она молча, фамильярно берет сигареты из его пачки, она спокойно рассказывает ему о своей жизни, она сидит напротив и ей плевать, известен он, или нет. Но ей нравилось, как он играл. Кажется, она даже когда-то слышала несколько песен его группы, но ее всегда интересовала только музыка - а не те, кто ее создает. Ну, если речь, к примеру, не о Синатре. На ее лице сначала появилось выражение удивления, но затем его сменила улыбка - а ведь ей повезло, что Кит, будучи столь успешным, не похож на зазвездившегося парня. Напротив - с ним было приятно беседовать, словно со старым знакомым. И разве могло это теперь как-то повлиять на их общение и пребывание здесь? Зато это немного успокоило ее - теперь она хотя бы знала, с кем имеет дело. Возможно, если бы она не подсела тогда, если бы не встретила его, от кого ее так жестоко оторвали всего каких-то полгода назад, она могла сейчас быть такой же успешной, такой же..знаменитой?, а не измученной наркоманкой без права на личное пространство и мнение. Видео закончилось.
Диа протянула телефон владельцу, и покачала головой.
- Ох, и как это я так, а.. Может, стоило попросить у тебя автограф, или сфоткаться? - засмеялась девушка. Какая глупость - подписанный плакат или бесполезная фотография. - Я слышала некоторые ваши песни, но не вникала. Надеюсь, ты на меня за это не обидишься. Главное, чтоб тебя тут никто со мной не заметил и слухи не пустил какие-нибудь. Еще испорчу тебе репутацию, ага.. - от нее вечно одни неприятности, и то, что сейчас все вроде спокойно, настоящее чудо.

- Спеть? - она чуть не подавилась ромом, когда услышала предложение Кита. Это даже сбило ее с толку; идея пришла внезапно, но была проста - и в то же время чуть ли не гениальна. Она так долго не пела, что кажется, забыла, как звучит ее собственный голос. В клинике петь было не для кого, негде, и незачем. Ей попросту не хотелось даже разговаривать, куда там уж песням!.. Но сейчас, сейчас-то все было иначе.
- Ты думаешь, эти ребята уступят нам свое место на сцене? - она усмехнулась, с легким скептицизмом, который помог скрыть волнение в голосе. О, она не сомневалась, что Кит даже особо и спрашивать их не будет; и да, играли они не самую лучшую музыку. И вокалист у них никуда не годится, Ди знает, что поет гораздо лучше. Но она всегда боится публики, она всегда боится все испортить, она всегда чего-нибудь, но боится.
- Но идея весьма заманчивая. - Еще бы, заманчивая! В ее глазах уже нездоровый блеск - она загорелась идеей, пусть и не сразу признаёт это. Она начинает нервничать, она снова закуривает, покусывая фильтр.
- Черт возьми, конечно я хочу петь!
Ей снова хочется собрать свои волосы в высокую прическу; ей снова хочется навести жирные стрелки на глазах, и она хочет новое забавное платье. Ди потихоньку оживает - но в ней может проснуться и старый недобрый монстр. Главное для нее сейчас - не сорваться, не напиться, не подпускать к себе никого, кто может предложить ей даже банальный косячок или пару колес. Пока соблазны не касаются ее, она может устоять. Когда они будут мелькать перед ее глазами, сможет она не протянуть за ними руку?

+1

12

- Если ещё раз упомянешь в моём присутствии — и в мой адрес — слово «автограф» или фразу «подписать фотографию» - я тебя отправлю обратно в клинику. - улыбнулся Холланд, с трудом сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. Но потом, услышав последние слова Диа, помрачнел. - Послушай, моя репутация испорчена дальше некуда. И вообще...считаешь, что я буду волноваться, что меня как-то могут облить грязью? Ди, вроде ведь взрослая девочка, а размышляешь сейчас как... черт побери, как маленькая.

Мужчина ещё раз стряхнул с сигареты пепел и слегка отодвинулся на стуле, наблюдая за сценой. Да, у него была идея пойти и что-нибудь сыграть. Как совершенно справедливо считала Ди — ни у кого разрешения он спрашивать не собирался. Наглость — второе счастье. В данном случае Кит руководствовался именно такими мотивами. Поэтому музыкантам пора было опасаться. По крайней мере ритм-гитристу и вокалисту. Это уж точно. Окурок расплющился в пепельнице, и теперь тоскливо глядел на окружение. Холланд ждал определённого ответа от Ди. Не верил он, что она откажется спеть. Учитывая, что столько времени провела в клинике. Явно там особо не споёшь. Не думаете? Мужчина внимательно смотрел на итальянку.
Только сейчас на её лице можно было заметить признаки интереса. Вот, видимо, то чего ей не хватало. Киту стало несколько легче. Если есть ещё вещи, которые могут её заинтересовать, значит не всё потеряно. Была у него девушка-наркоманка. Точнее, бывшая, которая стала наркоманкой. Не любил Холланд вспоминать эту историю. Но одно можно было сказать точно: определённый опыт в попытках как-то помочь у него был. Да, Диа не была похожа на человека, который сидел на героине... но вот тусклый взгляд, который был у неё до этого времени, музыканта настораживал.

- Ну наконец-то! Этого я и ждал. - мужчина поднялся со стула и повернулся в сторону сцены. Потом вновь посмотрел на Ди. - Пошли, тряхнём стариной, как говорится. Давай, не отставай.

С этими словами Кит быстрым шагом направился к сцене. Минуты три ушло на то, чтобы отобрать гитару, выпнуть со сцены вокалиста и договориться с остальными музыкантами. Наконец, когда всё было подготовлено, Холланд одел гитарный ремень и провёл медиатором по струнам. У него была целая россыпь этих мелких вещиц в карманах. Пока Ди выбирала песню, он регулировал высоту ремня, микрофона, просто проверял аппаратуру. Было интересно, что она захочет петь. Кит знал на память много песен и рифов к ним, но вот пока никак не мог определить, к чему больше склоняется его новая знакомая. К какому именно жанру музыки.
Пока суть да дело, он скинул капюшон, прикурил новую сигарету и придвинул к себе столик, на котором стояла пепельница и початая бутылка с каким-то дешёвым виски. Ну, на безрыбье, как говорится. На лице появилась улыбка. Похоже не только у Диа сегодня хоть какой-то «праздник». Музыкант давно не брал в руки инструмент... ну, на публике всмысле. Теперь-то можно было хоть немного отвлечься и спокойно расслабиться, занявшись любимым делом. Пару дней назад до Холланда начала доходить страшная вещь — постепенно становилось всё меньше желания играть. Два дня он вообще в студии не появлялся, шляясь по городу. А вот сегодня что-то пробило. Нужно только сказать спасибо удаче, что она так себя повела. Ладно, пора начинать.

- И всем привет, народ! - произнёс мужчина в микрофон, помахав присутствующим. Уже было понятно, что его узнали, но Киту сейчас было поровну. - Сегодня очаровательная Диа покорит вас своим голосом! Талантом! Поэтому просим не возмущаться, что мы прогнали того патлатого типа. Он мне лично не нравился!

И с хохотом, который звучал особенно безумно, Холланд ударил по струнам, извлекая до боли знакомую мелодию. Почему бы не потешить народ, для затравки, парой риффов из Чака Берри? Johnny Be Good, например. Такое многим нравится. Вообще, если быть честным, мелодия звучала слишком уж тяжело — спасибо перегрузу, настроенному так, как привык Кит — но гневных выкриков пока не звучало. Музыканта, кстати, совершенно не собирался сегодня играть своё. Нет уж. Сегодня пусть всех покоряет Ди. Холланд надеялся, что она не обидется на него, за маленькую шалость, которую он только что поведал в микрофон. Вдруг внезапно застесняется? Вообще, Кит постарался не оставить ей путей отхода. Пусть лучше выложится по максимуму. Если ей нравится музыка, если она ей сильно нравится — значит надо сразу же посмотреть, какой у неё уровень. И другого способа, кроме как форс-мажор, музыкант не видел. Что же... начинаем!

0

13

- Ну а может я и есть маленькая девочка, м?.. - Ди усмехнулась, и сделала глоток рома. Она ведь и правда вела себя порой, как безрассудный ребенок, не задумываясь о последствиях, об ответственности и прочих вещах, о которых ей постоянно талдычит отец. От нее постоянно чего-то требовали, а она устала делать то, что хотели другие. Диа была эгоистична, как ребенок, но с амбициями и желаниями взрослого человека, но с детской беззаботностью.
И вот всегда так - она сначала ляпнет, а потом думает, во что ввязалась. Лучше бы Кит не говорил ей, кем является на самом деле, тогда она без проблем бы взяла в руки микрофон, и.. и она бы спела парочку милых и трогательных песенок, им бы дружненько похлопали, и уже через 5 минут забыли бы о выступлении.
Если она выступит сейчас на одной сцене с Китом, то об этом будут болтать еще пару дней точно.
Если она выступит хорошо, то в следующий раз ее имя даже могут запомнить.
Но она уже достаточно выпила, чтобы набраться храбрости и унять легкий мандраж. Она выпила достаточно, чтобы делать именно то, чего ей сейчас так хочется. Но на сцену она выходит с бокалом в руке.
Кит, кажется, полон энергии и энтузиазма - для него это все привычно и обыденно, он похож на энерджайзер, и он заряжает этим своим позитивом. Его беззаботность успокоила Ди; в конце концов, они ведь просто развлекаются, having fun и все такое. Ребята, которых он согнал со сцены, не выглядят особо довольны - но на него смотрят с особым благоговением. На нее же сейчас смотрят скорее с завистью, а может и со злостью - но Диа знает, как изменить такое их отношение.
Уайтхэд еще толком не успела собраться с духом, как Кит решил взять всё в свои руки и представить ее публике. Это было уж точно лишним, Ди подкралась к нему и ущипнула за бок.
- Ты что несешь, благодетель ты мой?.. - недовольно прошептала она ему на ухо. От нее теперь будут ожидать многого, а она и сама не уверена, на что способна. Тем не менее, она отобрала у него микрофон, от греха подальше.
- Хээй, всем вечера! В общем, вам тут Кит уже все и так рассказал, никакой интриги не оставил! А тот патлатый и правда не фонтан, уж без обид. - она подмигнула и расплылась в улыбке, а потом подошла чуть ближе к Киту
- Я тебе это потом еще припомню, - все так же, шепотом и на ухо, но уже с каким-то задором.
Кит веселится, Кит разогревается. Ди перебирает в голове все, что не итальянское; Ди вспоминает мелодии, Ди вспоминает слова, Ди напевает в голове, Ди подходит к Киту, пританцовывая.

Ах, как он любил ее слушать, даже когда она забывала слова, когда с трудом могла даже разговаривать, когда заменяла английские слова - итальянскими; the one she loved, тот, кто сейчас был слишком далеко, тот, из-за кого она вообще оказалась тут. Ей хочется петь те песни, которые он терпеть не мог - назло ему, назло себе, как избавление от старого.

Она думает еще недолго, пока Холланд веселится. А потом она шепчет Киту на ухо название, Кит кивает, Кит доволен. She's mad, obviously.
Диа подошла к микрофонной стойке, прикрепила микрофон, а потом сделала глоток из бокала, который по-прежнему с ней, а потом поставила его на небольшой столик, где уже была бутылка не самого лучшего виски.
And so the magic begins. Кит начинает играть, остальные музыканты его подхватывают, Диа, опустив голову, отстукивает ногой ритм. Она закрывает глаза, пока слушает вступление - в ее голове проносятся картинки, словно все это уже было; она вспоминает вечера во Флоренции, совсем другая сцена, но похожая публика, такая же атмосфера. Ее мандраж быстро проходит, стоит ей поднять глаза, и..
- This one goes out to the one I love.. - в первую секунду она удивляется своему же голосу: она отвыкла от него, она отвыкла от того, как легко им управлять, она зря боялась.
- This one goes out to the one I left behind.. - уже уверенней, чуточку мощней. Ей часто говорили, что у нее голос афроамериканки в белой девчонке - такой же сильный, с легкой хрипотцой, идеальный для блюза и джаза, которые она так любила когда-то.
Слова вспоминаются сами собой; и все еще чувствуется итальянский акцент, она поет чуточку выше, чем нужно - просто надо немного распеться.
- A simple prop - to occupy my time, - она ведет себя немного кокетливо, поглядывая исподлобья, слегка прищурившись, - this one goes out to the one I love. - она замолкает на секунду перед коротким припевом, всего из одного слова, быстро оборачивается, чтоб мельком глянуть на Кита.

Отредактировано Dia Whitehead (2014-05-03 19:10:56)

+1

14

- Чтобы ты была похож на маленькую девочку — неплохо было бы рост уменьшить. - засмеялся Кит, которому уже всё было ни по чем. Хорошее состояние, если честно. Давно у него не было такого приятного вечера. Тем более, когда получилось взять в руки гитару. - Я несу то, что принесёт тебе успех в будущем. Тебя запомнят! - прошипел на ухо Ди музыкант, проверяя гитару. - Выступай давай!

Эту песню он хорошо помнил. Она его зацепила и прочно поселилась в памяти, милостиво разрешив запомнить аккорды и рифы. По лицу скользнула тень улыбки, которая, впрочем, тут же исчезла оставив место прежнему безумному выражению лица. И вот, когда было проиграно вступление, Диа начала петь. Надо сказать, что Холланд был приятно удивлен её голосом. Очень приятно и очень удивлен. Но не подал виду, продолжая играть и терпеливо дожидаясь своей очереди для вступления.
Вообще, сейчас проходили самые лучшие моменты за всё последнее время. Рука скользила по грифу, зажимая то один, то другой квинт. По залу лилась музыка, гитара натужно ревела и хрипела — что уж поделать, такое качество, хотя Киту нравился именно этот звук — проникая звуком в каждый закоулок души. Ну, так казалось мужчине, по крайней мере. Он был доволен. Чертовски доволен.
Куплет завершен. Холланд сделал несколько быстрых шагов вперёд и, по привычке, остановился у края импровизированной сцены, играя соло. Привычка — вторая натура. Её не пропьёшь, хотя попыток было даже слишком много. Манерой игры и поведения он чем-то напоминал Сида, разве что не так сильно дёргался. В какой-то момент, Кит отскочил назад и прильнул к микрофону, с безумной улыбкой на лице начиная петь.

- This one goes out to the one I love, - его голос отличался от голоса Ди. Если она старалась петь чисто, то у Кита была иная манера. Натужно, с хрипом, подобной гитаре, которая так же надрывалась, издавая звук. - This one goes out to the one I've left behind. - сегодняшний день, помощь в побеге из клиники... оно того стоило, хотябы ради вот этих моментов, когда можешь полностью погрузиться в музыку. Мужчина давно не испытывал таких чувств и теперь готов был благодарить Ди, за то что она встретилась ему сегодня. - A simple prop to occupy my time! This one goes out to the one I love.

Они допевали уже вместе, видя, что публике нравится. Да, Кит на самом деле это ощущал. Когда ещё чуть-чуть, и самые трезвые сорвутся с мест, чтобы подобраться к сцене и начать танцевать, прыгать, бесноваться.  Даже если не умели. Вот это на самом деле лучшая награда для музыканта, который играет не для себя, а для других. Холланд вряд ли бы рискнул сегодня петь что-то своё. Последние песни, которые были написаны, практически сделаны, смонтированны, они были слишком уж печальными, злыми, тоскливыми. Это не тот контингент, который должен слушать такое. Вот на своём концерте — пожалуйста. В ближайшее время всё так и будет. Но не сейчас.
Песня кончилась. Аплодисменты стали наградой. Мужчина подмигнул Ди, толкнув её в бок, потом тронул рукой микрофон, проверяя, не отключили ли его. Нет, всё было хорошо. Что же, может споём ещё одну? На примете у музыканта была песня, которая считалась классикой. Оставалось надеяться, что Диа помнит её. Если нет... ну что же — сделает вид, что подпевает. Или в бубен стучать будет. Не Кита, а в настоящий бубен. Мужчина закурил, выпустил дым в зал и, чуть наклонившись к микрофону, обратился к сидящим, которые с нетерпением ждали продолжения музыки. Пусть её получат.

- А теперь, ещё одна песня, которая может считаться классикой. - он заиграл, остальные подхватили, благо, помнили аккорды. Это же просто отлично, черт возьми! Кит улыбнулся, настроился на нужный лад и, отмахнувшись от Ди, которая пыталась у него узнать, что за песня, начал петь. - It's not a case of doing what's right. It's just the way I feel that matters. - не узнать The Cure и песню Play For Today мог только тот человек, который не сильно увлекался панк-роком. Ну, так казалось Киту, который буквально вырос на всех этих песнях. Так что.... наслаждаемся. А если Диа присоеденится — будет ещё лучше. - Tell me I'm wrong. I don't really care. It's not a case of share and share alike. I take what I require. - всё только начиналось, на самом деле. В арсенале Холланда было много старых песен, которые всегда имели успех. Теперь оставалось только узнать — знает ли их Диа. Так что точно — enjoy! - I don't understand. You say it's not fair...

+1

15

Возможно, именно в этом заключалось ее настоящее счастье. Пусть сиюминутное, проходящее, призрачное, которое не потрогать руками. Но оно было в этом самом моменте, когда ты смотришь в зал со сцены, когда ты видишь довольные лица, когда ты чувствуешь себя в правильном месте. Она все еще волновалась, и голос немного дрожал - но ровно до того момента, когда запел и Кит. Сдержать улыбку было невозможно - Диа давно не чувствовала себя настолько хорошо, тем более без каких-либо наркотических веществ. В этом всем была своя, особая магия - и ей хотелось, чтобы она не ускользнула, хотя бы сегодня.

Они допели песню, и Ди воспользовалась этим, чтобы допить то, что осталось в бокале, и выкурить сигарету. Она уже хотела спуститься обратно в зал, но Кит, кажется, не собирался уходить со сцены. Что ж, сегодня и она может позволить себе расслабиться. Кому не нравится их спонтанный дуэт, могут развернуться и покинуть заведение. Кит сейчас напоминал ей заговорщика, а может даже просто мальчишку, который вошел во вкус шалости. Еще сегодня утром, она и подумать не могла, что сможет не только покинуть стены клиники, но и оказаться на одной сцене с Китом Холландом. И даже не смотря на то, что Ди была не в лучшей своей форме, голос ее по-прежнему звучал прекрасно, немного пьяно, немного расслабленно, немного взволновано.

Он не заставил долго ждать. Она узнала песню с первых аккордов, она не могла не узнать - ей нравилась эта группа. Определенно, этот вечер запомнится ей надолго. Ей нравится, как поет Холланд, ей нравится, как он ведет себя на сцене, и она благодарна ему, что он спас ее сегодня.

- You expect me to act like a lover, - все-таки подхватила девушка, уже более расслабленно, более хаотично, и более уверенно. - Consider my moves, and deserve the reward..
Ее взгляд был направлен теперь на толпу. Она пыталась всматриваться в чужие лица, догадаться по их выражениям, нравится публике ее исполнение, или нет. Впрочем, она давно привыкла к скептическому отношению на свой счет.
- To hold you in my arms, and wait, and wait, and wait for something to happen. - чтобы хорошо спеть, любую песню нужно "подкроить" под себя, под свою историю. Пусть даже выдуманную, неважно. Но сейчас ей не хотелось загружать себя всем этим, ей хотелось просто петь, и ничего лишнего. Уайтхэд видела, что большей части публики их выступление нравится, и только ленивый не повернул головы в их сторону. Публика в принципе была довольно разношерстная, но вполне адекватная. Было несколько пьянчужек, но они практически не слушали их.
- It's not a case of telling the truth. Some lines just fit the situation..
Ей вдруг стало как-то не по себе, и она немного запнулась. Кажется, один из тех пьянчужек все-таки обратил свой взор на сцену, и теперь буравил их двоих каким-то ненавидящим взглядом. Ее волновало не то, что ему не нравится песня, или как ее поют, а то, что он был пьян - а значит, от него можно было ожидать всего, что угодно. Ди надеялась, что все пройдет спокойно.
- Call me a liar.. - You would anyway. - You would anyway. - она наблюдает за тем, как этот мужчина встает со своего места, и медленно, пошатываясь, приближается к сцене. Ну, может он просто решил понаблюдать с более близкого расстояния? Конкордия мысленно махнула рукой, свалив все на паранойю, и перевела взгляд на Кита. Lett him play, let him sing. Она улыбнулась ему, словно говоря, что все отлично, и она счастлива.

Отредактировано Dia Whitehead (2014-05-20 23:53:46)

+1

16

Музыкант считал, что его поезд ушел. Он сам прыгнул на чужой поезд, отправившись на прием к врачу. Кит прекрасно понимал, что невозможно остаться нормальным — ощущать себя таким — записавшись к врачу. Ему казалось, что невидимый часы начали отстукивать оставшееся до грандиозного срыва время. Парень пользовался возможностью погрузиться в атмосферу любимого дела. Пальцы вновь и вновь бегали по грифу, а медиатор извлекал из дрожащих струн всё более пронзительные звуки. Холланд снова уверился в том, что даже работа может быть любимой.
Парень скосил глаза на Диа и улыбнулся. Ей тоже нравилось это занятие, в голове музыканта промелькнула мысль, что он нашел единомышленника. Он ни в коем разе не жалел, что помог девушке сбежать из клиники. Пусть ненадолго, но она получила возможность расслабиться. И для Кита это было чем-то вроде индульгенции.

Проигрыш начал литься по залу. Парень закрыл глаза, глубоко выдохнув, и продолжил играть. Как бы плохо не было с его психикой, как бы хреново он себя не чувствовал, всё равно руки помнили, что и как надо делать. Холланд уже не в первый раз удивился сам себе. Как бы тревожно не было на душе, он продолжал играть, забывая обо всем. Музыка была отдушиной, в которую музыкант нырял в исключительных случаях, когда не было возможности спастись алкоголем или чем-то другим в том же духе. Пора было наслаждаться тем что есть.
До него не сразу дошло, что играть продолжал он один. Кит распахнул глаза и с удивлением обнаружил в паре метров от себя мужчину нетрезвого вида. Он что-то говорил Ди, увлеченно размахивая руками. От субъекта за милю несло перегаром, да так сильно, что даже вечно пьяный Холланд с отвращением сморщил нос. Он видел на лице девушки выражение ужаса смешанного с чем-то ещё. Дело начинало принимать скверный оборот.

- А ничего что я здесь? - рявкнул музыкант, развернув мужчину к себе лицом и резко толкнув в грудь. - Пошёл в жопу. В жопу иди, я сказал!

Угроза действия не возымела. Субъект грязно выругался и толкнул Кита в ответ. Только свалить с ног парня, который большую часть сознательной жизни занимался ещё и восточными единоборствами, ему было не под силу. Холланд лишь слегка качнулся на ногах, делая шаг назад, чтобы сохранить равновесие, а потом от всей души впечатал кулак в скулу мужчины. Со смачным звуком. Боковым зрением Кит видел широко раскрытые глаза Диа, в которых читалось искреннее изумление. Может быть ему это и не было нужно. Устраивать разборку в заведение, которое было гостеприимным — высшая гадость. Но сейчас Холланда нельзя было остановить ни чем.
Сразу после первого удара, парень схватил ошеломленного мужчину за грудки и с силой отправил в полёт со сцены, воспользовавшись верными кулаками. Субъект врезался в ближайший столик и сломал его своей тяжестью. Сейчас должна была начаться масштабная потасовка — на помощь упавшему спешили его товарищи.

- Что стоишь, надо бежать! - рыкнул музыкант, схватив Ди за запястье и утаскивая в сторону входа на кухню. Гитара сиротливо валялась на сцене. - Nobody likes you, everyone left you, they're all out without you havin' fun!

Он выглядели сумасшедшим. Глаза лихорадочно блестели, руки подрагивали, а на лбу выступил пот. В голосе слышалась хрипотца, которой раньше не замечалось. Только в моменты пения. Кит рванул девушку за собой, на ходу толкая в сторону кого-то из официантов, который попытался их задержать. А дальше пришло время великого забега по подсобным помещением, венцом которого стал триумфальный вылет из дверей черного хода.
Парень захлопнул металлическую дверь и быстрым шагом направился вон из подворотни, уводя за собой Ди. Только через несколько минут он заговорил.

- Ты в порядке? - они миновали стоянку и уходили всё дальше от бара. - Конечно же испугалась?

Отредактировано Keith Holland (2014-08-01 21:57:31)

+1

17

..Она с трудом пыталась понять, что втирает ей этот пьяный американец; ей и так не нравилась их манера говорить, пренебрежительно, теряя окончания, сокращая слова. И этот мужчина, с совершенно неразборчивой речью пьяного американца, эмоционально размахивал руками в истинно итальянском порыве; а Диа, решив, что спорить с подобным психом не стоит, решила сделать вид, что попросту его не понимает.
- Non parlo l'inglese, soltanto canto.. Mi scusi, signore, non capirvi!* - она тщетно пыталась перекричать его, перекричать толпу; она растерялась, совершенно не зная, как вести себя. Ее голос теперь дрожал, звучал испуганно, неуверенно. Diavolo, - думала она про себя, - ma che diavolo!* Она просто застыла на месте, боясь своим уходом еще больше разозлить этого мужчину; у нее пересохло в горле.
Но ее "собеседник" злился еще и оттого, что девушка его не понимает - и принимался кричать и доказывать ей что-то еще громче, при этом не скупясь на оскорбления. Еще немного, и она сама взорвалась бы и стала оскорблять его в ответ, но то ли к счастью, то ли к сожалению, она была слишком напугана.

И внезапно пришло спасение, и снова в лице Кита (возможно, это просто уже становится традицией?). Правда, спасение это было похоже скорей на усугубление всей ситуации. Сложно сказать, что пугало теперь её больше: пьяный мужик со своей толпой таких же неуравновешенных выпивох, или внезапно сорвавшийся Кит, который стал зачинщиком потасовки. Все происходило словно в замедленной съемке: вот он препирается с её обидчиком, вот он швыряет его со сцены, и вот уже дружки упавшего субъекта спешат ему на помощь. Она и сообразить толком не успела, что происходит, как Кит уже схватил ее за руку, и они помчались подальше от всего этого сумасшедшего дома (какая ирония: из одного дурдома в другой!). Она едва не врезалась в какого-то официанта, задела случайно ведро со льдом и шампанским, ей хотелось остановиться, отдышаться, понять в конце концов, что только что произошло. Неужели она настолько проблемная, что даже первый день её пребывания вне стен клиники обернулся такими неприятностями? I told you that I was trouble, чему она вообще удивлялась? Сейчас ей оставалось только одно - крепче держаться за руку Кита, и быстрей бежать подальше отсюда..

..Прохладный воздух ее обрадовал - ей было душно, жарко, лицо горело; но теперь они хотя бы не мчались на всех парах через все помещение, а быстро шли по улице. Она легко дернула музыканта за руку, мол, притормози немного. Диа была уверена, что никто за ними не погонится - более того, их пропажу даже не сразу заметят во всей суматохе.
- В порядке? - вернулся вдруг к ней дар речи. Этот вопрос звучал весьма странно в сложившихся обстоятельствах. О, разумеется она в порядке - сначала бессовестно сбежала с клиники, а теперь вот едва спасла свою шкуру от вполне справедливого наказания (мол, нехорошо это - из лечебниц-то сбегать, безответственно; и видишь, как оно вышло!). - Да, черт возьми, я в порядке. - ну, ноги-руки целы, голова явно не на месте, но тоже цела.
- Немного испугалась, но в целом нормально все. Ты сам-то цел? - немного нервно усмехнулась она, глянув на Кита. Может, ничего этого не случилось бы, не начни она препираться с тем ненормальным. Может, ничего этого не случилось бы, не согласись она сбежать из клиники. Ведь сколько раз Конкордии говорили, что от нее одни неприятности! Ей стоило бы чувствовать свою вину за все происходящее, но она почему-то не могла (или это та часть ее, которая Дискордия, тайно радовалась такому небольшому приключению?).

- Все, я больше не могу. - она остановилась, выпустив руку Кита, и прижалась спиной к бетонной стене многоэтажки, закрыв на секунду глаза. Сердце бешено стучало, вырываясь из грудной клетки; волосы растрепались, щеки раскраснелись - сущий кошмар на улицах Сакраменто, такому чудовищу только в кошмарах и сниться. Она вдруг подумала, что вечер-то только начинался; и впереди у нее еще так много времени, но спешить ей особо некуда. Но куда ей идти? Что ей делать дальше? Кинуться ли ее искать? О чем она вообще думала? Она пыталась представить лица родителей и врачей; какое выражение будет на них, злости или волнения? Какие слова они ей скажут?
Но чем больше она пыталась нарисовать в своем воображении их физиономии, тем четче она снова и снова видела красное пухлое лицо того мужика, что кинулся к ней на сцену. Уродливый, нервозный, похожий на свинью американец, жертва фаст-фуда и куриных крылышек, он сейчас показался ей до ужаса смешным. И она вдруг засмеялась; ее просто распирало от смеха - истерического, нервного, и в то же время радостного - от того, что они все-таки сбежали, что устроили эту чертову потасовку; да она и сама не знала, отчего - но все же смеялась, смеялась заливисто, до слез, как уже давно не смеялась; а потом вдруг замолчала, и вздохнув, села на бордюр.
- Ты наверное думаешь, что я действительно сумасшедшая? - успокоившись от истерики, спросила она у Кита, подняв голову и уставившись на него своими карими глазами.

*

*Я не говорю на английском, только пою.. Извините, синьор, я вас не понимаю!
*Ну какого черта?

+1

18

- Отлично, - констатировал музыкант. - Значит жить будешь и не хочешь закатывать истерики. Редкое качество в наше время.

Он глубоко ошибся, когда понадеялся на это. Ди остановился, признавшись что больше не может бежать, и начала переводить дух. Через несколько секунд девушка засмеялась. Смех перешел в хохот, и Кит осторожно отошёл назад. Он не боялся, но всем нужно было личное пространство. Холланд смотрел на набирающую обороты истерику и думал, как ему заставить Диа перестать смеяться.
Бороться с женскими истериками парень никогда не умел. Ему было легче сделать вид, что ничего не происходило, и потом подать успокоившейся платок. За ними никто не гнался, не надо было продолжать бежать. Музыкант забыл о своей машине, и не вспоминал о том, что не расплатился за счет. Порция адреналина продолжала кипеть в его крови, разгоняя темно-красную жидкость по венам. Это дорого стоило, для Холланда, давно не испытывавшего таких ощущений.

Диа начала утирать слезы, понемногу успокаивавшись. Парень перевел дух и закурил. Противно ныла грудь, куда пришелся толчок, побаливали почки. Музыкант наткнулся спиной на стойку для гитар и готов был проклинать всех тех, кто придумал эти предметы. Он затянулся и закашлялся. После пробежки дым очень сильно обжигал горло.
Девушка успокоилась и посмотрела на Кит. Он не ответил и сделал вид, что ничего не заметил. Сигаретный дым вился спиралью, поднимаясь в темное небо. Вечер наступил очень неожиданно, и Холланд был у недоумении. Ведь только утром он приехал в клинику. А уже темнело. Время летело по одной ему известной траектории и не хотело оглядываться на простых смертных, которые требовали остановиться. Поезд ушёл.

- Мы прыгнули на чужой поезд. - произнес музыкант, приминая пальцами фильтр сигареты. - Вновь, и вновь, и вновь, и вновь. Прыгаем на чужой поезд.

Кит сказал это не думая о том, как прозвучала бы фраза. Из них двоих большим сумасшедшим казался всё равно он сам. Мало кто в здравом уме стал бы помогать сбежать девушке, проходящей лечение в клинике, напоил бы её алкоголем и вытащил на сцену. Музыкант был в не совсем нормальном состоянии, но это его уже не заботило. Пусть будет то, что будет, решил для себя Холланд, выпивая очередной стакан. Для определения этого «будет или не будет», он и ходил к врачу. Но кроме таблеток ему ничего не выписали.
В голове музыканта очень ярко вырисовывались картины смерти Хендрикса, Пресли и других творческих личностей, которые заканчивали свою жизнь очень и очень паскудно. Кто-то из них запивал алкоголем таблетки. Кто-то кололся до передоза. Кит не хотел превратиться в ещё один пункт в списке погибших по собственной глупости музыкантов. Он нашарил в кармане баночку с таблетками и со всей силы кинул её в стену напротив Ди.
Стекло разбилось вдребезги. Таблетки рассыпались по тротуару и начали таять. Прошедший дождь — вот неожиданность — оставил много луж. Кит метнул этот снаряд крайне удачно, уничтожив всё и сразу. Он не испытывал сожаления. Быть сумасшедшим было не так и плохо.

- Издеваешься? - спросил он у Ди, затягиваясь сигаретой. - Кто из нас больший сумасшедший? У тебя банальная истерика. И это нормальная реакция на внешние раздражители. Ты никогда не прыгала с моста. Не для того, чтобы покончить со своим жизненным путем, а чтобы спасти незнакомого человека. Кто из нас после этого больше сумасшедший?

Май подходил к концу. Поездка на фестиваль вместе с Мортом, прыжок с моста за Винни, эти «славные» дела остались в прошлом. Кит не был согласен, если кто-то говорил ему, что этот прыжок был проявлением человеческих качеств. Это было безумие. И музыкант не мог смириться с незаслуженной похвалой. Ему не казалось, что Винни хотела, чтобы её спасли. Ему ничего не казалось. Парень плыл по течению и наслаждался своими деньками. Пока ещё не замутненными нотками безумия. Они были слабыми и проявлялись очень редко. Можно было жить.

- Вернуть тебя обратно? - бесцветным тоном спросил Холланд, наступая на тлевший окурок. Это было бы самым мудрым решением за всё последнее время. - Или ещё хочешь насладиться свободой?

+1

19

Игра стоит. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Let's get outta here!