Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Якобы начало конца


Якобы начало конца

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Markus Shado & Lola Hunter
сентябрь 2013
квартира Лоры Сингер

Отредактировано Lola Hunter (2014-04-28 00:51:59)

0

2

- Да, я правда думаю, что это необходимо. Тебе станет легче! - улыбаюсь во весь рот и продолжаю ступать голыми ногами по спине Марка. - Заткнись, я читала, что это помогает! - я почти смеюсь, потому что, наверное, выглядим мы сейчас забавно.
   Просто Марк с утра жаловался на то, что у него болит спина. Я предложила сделать ему массаж, но он весь из себя такой робкий, что пришлось практически насильно гнать его к дивану, а затем похотливым голосом заявлять, что ему понравится. Но вряд ли он, конечно же, ожидал, что я стану по нему ходить. Но я правда что-то такое читала! Не знаю, помогает ли при боли в спине, но я уже три раза слышала, как что-то подо мной хрустнуло, и это более чем забавно. Перекатываюсь с пятки на носок, обратно, и размышляю над тем, прыгнуть мне или не стоит. Я не очень много вешу, но и Маркус на Аполлона совсем не похож.

   Но вообще, он мне нравится. И я даже не имею ничего против того, что он спит с моей мамой, которая, кстати говоря, могла бы вполне сойти за его маму. Наверное, у неё просто вкус такой. Тянет на молоденьких и не очень самостоятельных. Я слышала, как она уверяет, будто бы его эти рассказы не абсолютное дерьмо. Мол, ему нужно стараться, она в него верит, и прочая херня, которую может сказать влюбленная женщина своему мужчине. Хотя на самом деле рассказы дерьмовые, я читала. Но меня никто не спрашивает.
   В любом случае, чем больше внимания достается Маркусу, тем меньше мне, и это очень удобно. В нашей семье не было скандалов вот уже два месяцев, хотя я не могу похвастаться более примерным поведением. Просто маме не до меня.
   Маркус - очаровашка, и хотя я младше его на шесть лет, я всё равно думаю о нем именно так. Он совершенно точно не мой отчим, не отец, упаси Господи, больше похож на брата... но и тут нет. Где-то месяц назад я задалась целью его соблазнить. Сама не знаю зачем, просто из интереса: сработает ли? И не сработало. Ни открытые двери во время того, как принимаю душ, ни прогулки по дому в нижнем белье, ни даже "случайно" упавшее полотенце, когда я вышла их душа. Ну вообще никак. Когда же терпение закончилось, и я решила взять "своё", пардон, силой, мне было заявлено, что так неправильно, и что он так, видите ли, не может. Вот потому и очаровашка. - Ну что, тебе полегчало? Будешь еще ныть? - чуть подпрыгиваю на нём, а затем не могу удержаться от смеха.
  - О, привет, мам. Присоединяйся! - снова хихикаю, хотя отмечаю, что она какая-то очень злая и всклокоченная.

0

3

Я ее задушу. Обязательно. Ну, или сверну ей шею. Или столкну с балкона… или… или… короче, что-нибудь, в любом случае, придумаю… Особенно!… Если!… Она!…  Будет!… Продолжать скакать!… На моей спине! Это же…
- Больно! – не выдержал Маркус  и все-таки заорал. Заорешь тут, когда под ногами у какой-то девчонки с хрустом ломаются собственные позвонки!
Блин. Чертова малолетняя стерва…
Нет, вообще, Лола Маркусу откровенно нравилась, и он бы, пожалуй, даже был не прочь с ней развлечься пару раз… годика так эдак через два. Ибо ну его нафиг эти проблемы с малолетними нимфоманками.
Тем не менее, иллюзий насчет этой девчонки Марк не строил. Лола была симпатична, а это значит, что кого-нибудь она обязательно подцепит. И довольно скоро. Посему, ее навязчивое внимание к его скромной персоне вскоре обязательно пропадет. Ну и замечательно…
Хотя, конечно, то, что молодая и красивая девушка обратила на него внимание, льстило самолюбию Маркуса. Хотя иногда это внимание было не слишком приятным. Вот, например, как сейчас.
Что-то хрустнуло. Воображение парня мгновенно нарисовало выскочившие позвонки, и связанные с этим последствия. С трудом подавив желание скинуть надоедливую стерву со своей спины,  Марк промычал что-то нечленораздельное в подушку. Мол, не будет он ныть, и вообще, пошла бы ты уже куда-нибудь…
- О, привет, мам. Присоединяйся, - услышал Шадо. И от сердца сразу отлегло. Значит Лора, наконец, пришла, и ее дочь скоро свалит...
Как-то так вышло, что они с Лорой никогда не говорили, что спят друг с другом, а Лола ни разу не застала мать в одной постели с Шадо. Маркуса всегда представляли как «друга», и, в принципе, его это вполне устраивало. С другой стороны, Лора никогда и не отрицала, что спит с ним, и, полагаю, если бы дочь задала ей прямой вопрос, она бы не стала отпираться. Однако Лоле это было не нужно, она и так знала истинное положение дел. Знала и принимала, по крайней мере, внешне. Не ревновала свою мать, не бросалась на нее с обвинениями в том, что она предательница или еще что-то в этом роде. Марк не пытался разбираться во взаимоотношениях этой семейки, а Лора никогда об этом не распространялась. В результате, сложилась забавная ситуация: Маркус со своей любовницей делали вид, что скрывают свои отношения, а Лола, при матери, делала вид, что верит, будто этот новый парень действительно просто «друг семьи».
Марк оторвался от подушки, и взглянул на женщину, с которой делил постель последние пару месяцев. Что ни говори, а Лора все еще была красива. Вероятно, она принадлежала к  той редкой  породе женщин, которые не теряют и капли своей сексуальности с возрастом. Безупречно здоровые волосы, румяный цвет лица, умело наложенный макияж заставляли многих мужчин оборачиваться ей вслед, когда она проходила мимо. Легкое светло-воздушное платье плотно окутывало чуть полноватую фигуру, выгодно очерчивая самые приятные округлости. Высокие каблуки делали и без того длинные ноги еще длиннее, а светло-коричневая сумочка и вовсе превращала эту женщину в секс-бомбу.
Лора стянула солнцезащитные очки, бросила недовольный взгляд в сторону разлегшегося на диване Марка.
Парень сразу напрягся. Он успел понять, что такой взгляд не сулит ничего хорошего и приготовился к худшему:
- Привет, Лора, - Шадо старался говорить максимально спокойно и доброжелательно. – Что-то случилось?
Лора фыркнула, ничего не сказала, и, зло зашвырнув сумочку на диван, чуть ли не строевым шагом стремительно зашагала в сторону ванной. Хлопнула дверь, и вскоре оттуда послышался шум льющейся воды.
Марк бросил вопросительный взгляд на Лолу, словно спрашивая: «Что это с ней?».
И тут же опомнился:
- Слезь с меня уже! Раздавила, блин…

+1

4

Наблюдать за этими двоими было очень забавно. Они никогда не целовались при мне, и тем более при людях, вели себя ужасно сдержанно, даже чересчур, и, кажется, всем всё было понятно, все всё понимают и видят, но всё равно молчат. Какое замечательное положение дел. Хотя, честно говоря, мне было всё равно. Не собираюсь винить мать за то, что она хочет связать свою жизнь с чем-то еще, кроме своей работы. К тому же, может ей просто одиноко? Ну, знаете... Наверное, тяжело год за годом засыпать одной и просыпаться так же одной. Подруги, пусть их и не много, тоже не сильно помогают. Наверняка обсуждают с ней своих мужчин, может быть даже что-то из пастельных сцен. Короче, в этом плане я супер-понимающая. И мать - последний человек, которого я буду к кому-то когда-то ревновать. Это не знает, что я не люблю её, просто... Или значит? Нет, глупости.
   
   Переглянулись мы с Марком одновременно. Только его взгляд был скорее удивленно-растерянный, а мой насмешливый, так как я не умею воспринимать её раздражение и даже злость серьезно. Мне всё это кажется почему-то очень глупым и фальшивым. Сама не знаю, почему так. Даже сейчас мне было забавно, а Марк явно весь напрягся, я прямо чувствовала, как спина стала более твердой. Решаю всё-таки спрыгнуть со спины, но предварительно в последний раз хорошенько перекатываюсь с носка на пятку, надавливаю и слышу очередной хруст. - Кто бы мне вот массаж такой сделал. А ты ноешь, как телка, - фыркаю, но стараюсь держаться теперь от него подальше. Если этот амбал вздумает по мне ходить, то кости будут тоже хрустеть, да так, что я уже больше не встану. - Хоть бы спасибо сказал, - фыркаю и направляюсь на кухню, чтобы чего-нибудь попить.

   Какое-то время не вижу ни мамы, ни Марка, даже не слышу их. Может он просто под дверью сидит и ждет? Ужасно любопытно, но стараюсь не лезть лишний раз. Выуживаю из-за горшка с цветком пачку сигарет и закуриваю, складываю пятки на угол стола и напряженно прислушиваюсь. Твою мать, только вода журчит. Но всё же любопытно, чего она такая злая. Хотя, может, ничего интересного? Статью редактируют долго, недостоверный источник, редактор-кретин, как она его называет. На работе у неё куча вещей, которые регулярно выводят её из себя. Интересно, что хотя я и делаю вид, будто мне плевать, а всё же большую часть этих причин помню.
   - Убери ноги со стола, - её голос звенит от злости, она даже как будто стала злее. Вздрагиваю от неожиданности, но все-таки подчиняюсь. Она недовольно смотрит на сигарету у меня в руках, на дым так вообще с брезгливостью. Говорит что-то про то, что мы договаривались. - Мы НЕ договаривались, - подчеркиваю голосом частицу "не", - ты сказала, что не хочешь, чтобы я курила. А я не говорила, что не буду курить, - с вызовом смотрю ей прямо в глаза и демонстративно затягиваюсь. Она злится пуще прежнего, похоже вот-вот вмажет мне. Да уж, она действительно очень зла сегодня. Обычно по пустякам не психует, а тут под раздачу попадает и Маркус. Видите ли, он виноват, потакает, всё видит, но молчит. - Господи, а он-то тут причем? - просто со мной бесполезно ругаться. Кажется, её это всегда слишком сильно выматывает.

0

5

Хотелось выть. Кости ныли нещадно, Марк с трудом сдержал рвущую наружу слезу. Это было больно. Действительно больно – особенно ее последняя выходка, когда она больно вдавила пятку ему в позвонок, почти выбив дыхание из легких, прежде чем спрыгнуть с его многострадальной спины. Он бросил на свою мучительницу недобрый взгляд, но только лишь после того, как она отвернулась и не могла этого заметить. На ее треп можно было не обращать внимания, девушке явно было весело, но от этого легче не становилось.
- О, тебе тоже такой массаж сделать? – радостно потер руки Маркус. Пожалуй, немного переиграл, изображая предвкушение скорой расправы, ну да ладно, не на сцене. – Я с удовольствием!
Даже улыбка у него в этот момент получилась почти искренней. Встал, покрутил шеей, пытаясь избавиться от головокружения, и непроизвольно любуясь точеной фигуркой убегающей девчонки.
- Но, лучше в следующий раз, - с сожалением произнес парень, но тут же поспешил пояснить, пока Лола не успела обвинить его в трусости, - сегодня я забыл дома свои специальные массажные тапки: ну, знаешь, с мощным таким каблуком. Незабываемые… - Марк потянулся, чувствуя, с каким скрежетом позвонки встают на место, -…ощущения, гарантирую.
Шадо встал, прошелся по комнате взад-вперед, под насмешливым взглядом девочки, словно заново привыкая к своему телу. По сути, так оно и было, тело слушалось через пень-колоду, где-то на задворках сознания проскользнула панически-идиотская мысль, что девочка своими скачками нарушила что-то в нервной системе. Однако сей идиотизм долго в голове Марка не задержался, вытесненный приятным покалыванием по всему телу, ознаменующим возвращение нормального кровообращения.
- Спасибо? Тебе? – Маркус очень натурально захлопал ресницами, изображая непонимание. Он это умел, чем вызывал раздражение одних и умиление других. Причем реакцию собеседника заранее просчитать было невозможно, но парень частенько пользовался этим своим талантом. Потом заговорил, преувеличенно хмуро (даже брови сдвинул, показывая, какой он может быть грозный), зная, что человека, скорчившего такую рожу, невозможно воспринимать серьезно: – За то, что чуть не оставила меня калекой?!.. А… Или мне сказать спасибо, как раз за то, что не оставила?.. Ну, тогда, спасибо, чего уж... 
Маркус отвесил Лоле шутовской поклон, краем глаза следя за выражением ее лица: не обиделась ли? Да, нет, вроде, не обиделась. Только в глазах еще больше смешливых искорок. Но носик вздернула, и, совсем по-кошачьи фыркнув, отправилась в другую комнату. Шадо решил, что лучше подождет Лору здесь. Ладони вспотели, шутовское настроение слетело сразу же, как только девчонка скрылась в другой комнате. Навалилось беспокойство.  Он давно научился угадывать настроение любовницы, отлично зная, когда лучше не попадаться ей на глаза. Сейчас ей было плохо, у нее, возможно, были проблемы, и она наверняка нуждалась в поддержке. Вот только как оказать эту поддержку Маркус не знал. Поэтому, наверное, лучше свалить как-нибудь по-тихому, а там… Когда остынет, Лора сама позвонит. Ну, или не позвонит…
Марк поморщился. Он никогда не думал о Лоре как о чем-то большем, чем об опытном и бесконечно страстном сексуальном партнере. Ему нравилось спать с ней, эта женщина умела снимать стресс, не заморачиваясь и не зажимаясь. Но… вот сейчас ему показалось, что в сердце что-то кольнуло, когда он подумал о том, что она может не позвонить. Неужели он настолько привязался к Лоре, что…?
Может, пойти к ней в ванную, и… - мелькнула соблазнительная мысль, но Марк ее быстро отверг. Лора никогда не позволяла ему распускать руки в присутствии дочери, так что этот вариант явно не подойдет. А жаль…
Шадо вдруг поймал себя на том, что продолжает нервно ходить по комнате. Остановился, глубоко вздохнул, успокаиваясь. Получалось фигово, но он всегда так делал. Осмотрелся.
В углу большой, светлой комнаты притаилась барная стойка. Напитков там было совсем мало, да и нарушить хрупкую гармонию бутылок, расположившихся ровными рядами на полочках, не решался никто. А вот одиноко стоящая на стойке кофеварка использовалась часто. Маркус пересек комнату, чувствуя, как ноги утопают в красивом разноцветном и пушистом ковре, взялся за чашку, решив сварить кофе. Не себе – Лоре. Не слишком крепкий – она не любила такой, а вкусы этой женщины Марк знал на зубок. Сам не заметил, как изучил… наверное, все же она незаметно стала для него чем-то большим, чем просто «женщиной, с которой можно пару раз переспать».
Вот теперь все. Оставить кофе на низком журнальном столике, и сваливать. И ждать звонка, не хочется попасть под горячую руку… Вон, пусть соплячка отдувается…
Марк уже взялся за дверную ручку, когда дверь ванной открылась, и оттуда вышла Лора. Она была завернута в один лишь светло-голубой коротенький махровый халатик, влажные волосы были растрепаны по плечам, прилипли к порозовевшей после горячего душа коже.
- Сбегаешь? – ничего хорошего ее голос не сулил.
- Мне показалось, что тебе сейчас не до меня, - Маркус пожал плечами, стараясь изобразить безразличие. Невольно скользнул взглядом по ее оголенным ногам, зная, что она любит такие его взгляды. Честно говоря, он надеялся, что это ее немного задобрит.
Не сработало. Лора раздраженно дернула плечом, уселась в кресло, взялась за чашку. Пригубила. Поморщилась.
- Что-то не так? – Марк несколько секунд в сомнении потоптался на месте, потом расположился на диване. Рядом с ней садиться не стал: захотела бы этого, села бы на диван (как всегда делала), а не в кресло. – Кофе плох?
- Нет, - Лора подняла на него тяжелый взгляд. – Неплох. И в этом тоже проблема.
Маркус заморгал, стараясь понять, как это может быть проблемой, но воздержался от вопросов. От нее несло явной злостью. Женщина сделала еще глоток, раздраженно поставила чашку на стол:
- А где моя дочь?
- Там, - парень кивнул в сторону двери, за которой скрылась Лола.
Мать стремительно встала и направилась в другую комнату. Марк помедлил секунду, и последовал за ней. Он уловил запах табака еще до того, как Лора открыла дверь, и был уверен, что она почувствовала его еще раньше.
Быть свидетелем чужой ссоры всегда неприятно. А это была именно ссора. Лора, очевидно, нуждалась в ком-то на ком можно выместить свое раздражение, но напала не на ту. Больше всего это напоминало дуэль двух кошек: мощной, уверенной, но раздраженной львицы и маленького, но готового в любую секунду вспыхнуть, котенка рыси.
А тут и самому Маркусу прилетело от Лоры.
Ну, охуеть теперь…
- Лола, сколько раз тебе повторять, не кури в доме! – скорчил серьезную мину Шадо. – На улице места полно!
Выдав эту умопомрачительную фразу парень взглянул на Лору, словно спрашивая: «Ну, я все сделал как надо, мамочка?».
Опять же, он надеялся шуткой немного разрядить обстановку. И снова не угадал. Лора разозлилась еще сильнее:
- Сговорились вы что ли против меня? – чуть не прошипела она.
Маркусу вдруг показалось, что она сейчас разревется. Но вместо этого, она вдруг резко шагнула к дочери, вырвала у нее сигарету, и глубоко, смачно затянулась. Несколько секунд задержала дым в легких, а потом выдохнула, заставив сизое облачко табачного дыма повиснуть между ней и молодыми людьми. Кажется, это ее немного успокоило. После этого насмешливо глянула на дочь, словно принимая ее вызов. В эту секунду ни у кого бы не возникло сомнений, что Лола – ее дочь, до того они были похожи.

0

6

У него есть массажные тапки с каблуком. Лол. А только ли они массажные? Какие, черт возьми, откровения. Я бы еще его постебала, но уже ушла на кухню, а возвращаться только для того, чтобы лишний раз съязвить, как-то совсем не солидно.

   Перевожу взгляд с матери на Маркуса и довольно улыбаюсь. Господи, как они вообще могут быть парой? У меня сейчас ощущение, словно это не мужчина, который ложится с ней в постель, а какой-нибудь мой брат, который старше меня всего на пару лет (так оно и есть, кстати, шесть лет - не сильно огромная разница). Тяжело, наверное, иметь молодого любовника и взрослую дочь. Но я не шибко заморачиваюсь на счет того, что там ей тяжело или нет. Иначе бы не прогуливала школу и училась на одни пятерки. Мне не сложно, просто это моя жизнь, и не хочу тратить время на всякие бесполезности. Зачем мне знать все эти тупые физические формулы? Интересная физика закончилась где-то пару лет назад, в средней школе, а сейчас сплошь какая-то херня, которая никогда не пригодится мне в жизни.
   И тут она берет, и выхватывает у меня из рук сигарету. Моя улыбка моментально гаснет. Я смотрю на неё то ли с удивлением, то ли с возмущением. - Ты упала, что ли? И сильно ударилась головой? - я могла бы сказать по-другому, более грубо, но это всё-таки моя мать. Голос звучит ниже обычного, но я сейчас очень зла. Не так, чтобы орать и бить посуду, но всё-таки зла. По-нехорошему. Встаю и резко выдергиваю у неё сигарету изо рта. Что за дурацкая ухмылка? - Не разговаривай так со мной, - она тоже теперь не ухмыляется. Не ожидала. - А ты не кури, - парирую я, и пусть в моих словах и действиях как будто нет логики... Она есть. Никогда не видела, чтобы мама курила. И ей это не нужно. Рак легких, кашель, тусклая кожа, желтые зубы. Еще этого ей не хватало. Я - другое дело. Со мной уже всё потеряно. А ей не нужно курить. Не нужно, и всё тут. Вот такая однобокая логика у меня выходит.

    Я снова сажусь на свой стул, он словно утыкан иголками. Вот, как я напряжена. Смотрю на мать, но она, кажется уже спокойнее, чем прежде. Как будто выпустила пар и теперь потихоньку остывает. Щурюсь, перевожу взгляд на Шадо, а затем вскакиваю с места: - Кто-нибудь будет пиццу? У нас еще осталась, - открываю морозилку, вытаскиваю ломти на блюдца и собираюсь разогреть их. - После еды сразу не уходи, хорошо? Нам нужно поговорить, - обращается она к Маркусу, а я дергаю ртом, стоя к ним спиной и дожидаясь, пока пиликнет микроволновка. Интересно, о чем? Уж очень тон спокойный. Такая резкая перемена. - О чем? - любопытной Варваре... - Это не твоё дело. Ну да... - Ну окей, придется подслушивать, - поворачиваю голову и внимательно смотрю на Маркуса. Ну давай, заткни меня уже. Включи мужика и загладь вину!

0

7

Чертова психованная семейка…
Курить хотелось до безумия, но Шадо сдерживал себя, дабы дополнительно не раздражать Лору. Мелкая вела себя взывающее (впрочем, она всегда вела себя вызывающе), а вот ее мать, как будто, сразу успокоилась после своей вспышки.
- Зря ты так, - мысленно покачал головой Маркус, так же  мысленно обращаясь к Лоле. – Твоя мама не забудет это неповиновение на глазах у постороннего. Она вовсе не отходит так быстро, как может показаться… И эта бравада тебе еще аукнется. В будущем…
Но, опять же, мнением Шадо соплячка не интересовалась, так что Марк просто промолчал. Он вообще старался молчать и не отсвечивать, пока к нему не обратились напрямую.
- Да, конечно, нет проблем, - парень постарался улыбнуться беззаботно, в ответ на слова Лоры, хотя сердце болезненно сжалось в неприятном предчувствии. Надо сказать, в их отношениях почти не было места каким бы то ни было «разговорам». «Болтовня» - да, присутствовала. Ничего не значащая, и без которой большую часть времени удавалось обойтись. Поэтому вызов на «разговор» означал, что что-то поменялось. Маркус терпеть не мог, когда что-то менялось – комплекс у него такой что ли?
А Лола продолжала нарываться. Марк поморщился, хотелось высказать наглой избалованной сучке все, что она заслуживала, но… он не стал. Как всегда, спрятался за ироничным взглядом, брошенном на малявку, не собираясь вмешиваться в отношения этой семейки.
Губы Лоры сложились в тонкую щелочку, когда она сжала их так сильно, что они побелели.
Ох, и достанется тебе… - мысленно посочувствовал девочке Марк. В груди шевельнулось что-то вроде жалости.
- Кстати, Лора, - обратился к любовнице Шадо, наливая очередную чашку кофе и с тоской вспоминая о той, что осталась на журнальном столике в гостиной, - я хотел показать тебе одно местечко, может, тебя заинтересует… по пути и поговорим, если хочешь. Обещаю, в машине нас никто не подслушает.
Еще один насмешливо-ироничный взгляд, брошенный на соплячку. А что, такие взгляды раздражают, причем раздражают сильно, это Маркус знал на собственном опыте.
Лора несколько секунд барабанила кончиком длинного ногтя по лакированной поверхности стола, отбивая несложный ритм. Краем глаза следила на Лолой, но при этом мысли ее, казалось, блуждали далеко. Наконец, она медленно покачала головой:
- Не сегодня, Марк, - медленно произнесла она.
Шадо удивился.
Что это с ней? – подумалось невольно, но когда он увидел пристальный взгляд женщины, которым она буравила свою дочь, ему показалось, что он понял: Лора просто не хотела прогибаться под соплячку. Если она сейчас примет предложение Марка, то распишется в своей беспомощности, покажет, что не может найти управу на свою дочь. Это станет ясно всем, но прежде всего – самой Лоле. И вот тогда ей крышу снесет окончательно. Образумить девчонку уже будет если не невозможно, то, по крайней мере, крайне сложно.
- Надеюсь, мне не придется вышвыривать дочь из пока еще МОЕГО дома, чтобы она не лезла в дела старших? – сделав ударение на слове «моего» и продолжая глядеть на девушку, очень спокойно спросила Лора.
И вот тут Марку захотелось оказаться отсюд как можно дальше. Потому что она ни фига не успокоилась. Совсем нет. Она едва сдерживалась, гася в себе ярость, грозящую превратиться в неконтролируемое бешенство.
Шадо со звоном чуть не швырнул чашку кофе на блюдечке перед Лорой, чтобы хоть как-то ее отвлечь. Не помогло. Женщина ни на секунду не спускала глаз со своей дочери.
Конечно, можно было что-то сказать, как-то попытаться перевести разговор на другую тему. Ага. Щщ-а-з-з! Это значило, что ярость Лоры перенесется на самого Шадо, и вот тогда точно кабзда. Уж лучше тихонечко пересидеть, ожидая, чем закончиться это противостояние. А быть героем, спасающим маленькую злобную стерву от праведного гнева матери, Шадо не хотел. Уж, простите.

Отредактировано Markus Shado (2014-05-03 09:56:24)

+1

8

Маркус качает головой и смотрит на меня. Я качаю головой в ответ и отвечаю ему еще более ироничным, настойчивым взглядом. Испортить отношения с матерью я не боюсь, ровно как и не боюсь лишний раз поругаться или вывести её из себя. Это же наш обычный сценарий, годами отработанный и уже неизменный. Она орет, я ору, она орет еще громче, я фыркаю, хватаю куртку с крючка и хлопаю дверью. Разница лишь в том, что убегаю я всегда на разные расстояния. Иногда просто куда-то к друзьям, а один раз, когда ссора вышла особенно жаркой, пришлось неделю сидеть на мерзком корабле. Хорошо еще, я залезла на корабль до Лос-Анджелеса, а не до какого-нибудь Сиднея. Тогда бы вместо меня приехал мой хладный труп.
   Но Маркус тоже бесит. Никогда ничего не говорит. Какая-то вечная мямля, и, готова поспорить, маму это достало. Я подкалываю её, подкалываю его, подкалываю их, хотя мне всё равно. Просто хочу, чтобы он хоть раз прикрикнул и сказал мне заткнуться. И я бы заткнулась, потому что это был бы мой спектакль, я спровоцировала бы его крики, а значит, их можно и стерпеть. Но он, как всегда, молчит, и я только недовольно качаю головой ему в ответ.

   Пиццы мне уже не хочется, как и разряжать что бы то ни было в этой комнате. Поэтому микроволновая печь грустно и одиноко попискивает, а я открываю холодильник и достаю с боковой полки. Молча чищу, очень быстро, потому что острый нож скользит по кремовой мякоти очень легко. Кожуру скидываю в мусорное ведро, туда же отправляется тяжелая косточка. Остается только нарезать и посолить. - Я тебя умоляю, не буду я подслушивали. Вы не настолько интересные, - резко изменяю свои позицию и наконец разворачиваюсь к парочке лицом. Мама выглядит грозно, но явно довольна собой. Маркус храбрится, но наверняка с большим удовольствием бы сейчас пошел домой, чем остался на этот их разговор. Насмешливый взгляд на одного, на другого, и вот я уже ухожу с кухни, держа тарелку в руках. Пусть треплятся о чем угодно, мне всё равно.

   - В общем, я думаю, что на этом всё кончено, - Лора некоторое время молчала, разглядывала проход, в котором скрылась её дочь. Затем разглядывала кружку перед собой, и всё это время на кухне царила неловкая, напряженная тишина. Лола смылась отсюда очень вовремя. Взгляд голубых глаз обращен на мужчину, которого она знает, кажется, так хорошо, но в то же время не знает совершенно. Маркус был спокойным и мягким, идеально подстраивался и был таким, каким нужно было быть в тот или иной момент. И в то же время оставался чужим, не подпускал слишком близко, словно чего-то боялся. Это же, наверное, не любовь? Нет, Лора была не уверена в своих чувствах, но еще более была не уверена в чувствах его. Он не был достаточно серьезен. Никогда не вступался за неё. Конечно же, для него вся эта ситуация - удобная. - Я хочу чтобы ты ушел, и чтобы на этом все наши контакты прекратились. Не звони, не приходи сюда больше, я не хочу тебя больше видеть, - говорит совершенно спокойно, даже голос не дрожит, но видно, что её слова - необходимость. То, что она считает, будет лучше для неё. Не совсем то, чего она хочет. Но мы ведь не можем всегда делать только то, что нам хочется, так?

+1

9

За окном прогремел гром. Молнии Маркус не заметил, но, собственно, ему было плевать. Он подошел к мутной поверхности стекла, глянул на улицу. Погода испортилась. Резко. Не неожиданно, а именно резко: тучи собирались на небосводе с самого утра, но небо все не могло разразиться холодными струями. И вот, наконец, сейчас разродилось…
Дождь не был сильным, не был своим обычно-восторженным, не был мимолетным отражением ярости неба. Он накрапывал уныло и противно, а по асфальту вяло текли худые, грязные ручейки, и проходящие машины, как бы нехотя, вспарывали их, стараясь задевать брызгами прохожих. Последние торопились, но толку в их спешке не было: все равно все уже промокли.
Шадо вздохнул тяжело, как-то судорожно, сжал в руках горячую чашку, как будто пытаясь согреть мигом похолодевшие ладони. На секунду прижался лбом к прохладному стеклу. С высоты небоскреба был хорошо виден проспект и соседние многоэтажки, резко подсвеченные неоном, что пробивался сквозь серую пелену дождя. Редкие тополя, акации и газоны покрывала серая хмарь. Маленькие прохожие тоже казались какими-то серыми, хотя Маркус точно знал, что большинство из них одеты в яркие летние ткани.
Сиденье намокло наверняка, - мысленно усмехнулся Шадо, размышляя о своем кабриолете, что остался у входа в подъезд.
- Конечно, - проговорил он вслух. – Я все понимаю.
Молча, поставил чашку недопитого кофе на стол, забрал ключи, что оставлял на холодильнике, чтобы они не оттягивали карман, снял со спинки стула легкую кожаную куртку, лихо закинул ее на плечо.
- Пока, Лора... Попрощайся за меня со своей очаровательной дочкой.
Шадо крутанулся напоследок перед зеркалом, беззаботно улыбнулся Лоре и шагнул в открытую дверь, оставив позади несколько месяцев отношений, которые стали для него почему-то очень важны.
Дверь закрылась за его спиной, щелкнул замок, отсекая его от прошлого. От Лоры…
Нет, этот разрыв не был для него неожиданностью. Скорее наоборот.
Наверное, они просто не подходили друг другу. Им почти не о чем было разговаривать, некуда было ходить, у них почти не было общих друзей. Случались скандалы. Бывали ссоры, часто глупые, мелочные. Все их связь была… вялой, пожалуй. В ней была страсть, но и только. Очевидно, что Лоре нужно было что-то большее, а Маркус просто не мог этого «большего» предоставить. В их  отношениях не было ничего кроме секса, и Марк надеялся, что пока он не стал приторным, обязательным, обычным, то  еще есть время до конца… Ошибался, видимо.
Вероятно, ему стало понятно, что все подходит к концу, когда Лора все чаще стала предпочитать его обществу общество многочисленных подруг, которым просто необходимо было её участие, как в праздниках, так и для душевной поддержки после катаклизмов на работе и в личной жизни. Чаще вечерами, но иногда и по ночам. Надо сказать, изредка и Маркус удостаивался приглашения на разные посиделки. Из вежливости конечно. И, конечно, он отказывался. Из вежливости же. Иногда мелькала мысль: «Интересно, а если соглашусь?». Не проверял.
По большому счету, Маркус понимал, что конец все ближе, и его это устраивало. Бросать Лору он не хотел, ну а если сама уйдет - скатертью дорога, переживать он не будет. Тем более, что никаких особых привязанностей у них, казалось, не было, да и знакомы они всего пару месяцев. Нет, конечно, что совсем переживать не будет, это он себе врал. Чувствовал - будет. Возможно, сильно. Но что бы ТАК!
Черт…
Маркус прислонился спиной к грязноватой стене подъезда, сполз по ней вниз, не заботясь о чистоте одежды, и не обращая внимания на то, что на куртке появилась пара новых пятен. Достал пачку, вытащил сигарету, сунул в рот. Казалось, целую вечность стучал себя по карманам в поисках зажигалки. Наконец, нашел, прикурил, с наслаждением затянулся, выпустил сизый дым в пропитанный зловонием тысяч шагов, воздух подъезда. Несколько минут он просто курил, вспоминая историю своих отношений с Лорой, пытаясь спрятать их как можно глубже…
Все-таки, оказывается, он ее любил. Что-то оборвалось в душе вместе с захлопнувшейся за его спиной дверью. Холод сжал сердце, и навалилась тоска... Даже не так: ТОСКА!
Господи, почему же так плохо? Я же все знал, ни на что не надеялся, даже ждал этого! Так почему?!…
Минуты мелькали, неумолимые стрелки часов отчитывали круг за кругом. Наконец, Маркус встал, подобрал куртку, несколько раз тряхнул ею в воздухе, тщетно пытаясь сбросить пыль и грязь. Потянулся за следующей сигаретой. Их не было. Странно. Вроде бы, только что пачка казалась полной … Шадо глянул себе под ноги, увидел целую кучу окурков. Удивился. Это сколько же он тут сидит?..
Надо выпить, - как всегда нашел самое простое решение Марк, и двинулся в сторону своего автомобиля.
Дождь не прекращался. В тот момент Шадо не знал, что этот дождь будет раздражать нью-йоркцев еще целых две недели.

0

10

Игра стоит. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Якобы начало конца