Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » В ожидании чуда ‡до которого две недели ...


В ожидании чуда ‡до которого две недели ...

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Участники: Люк & Номи Вэлвуд
Место: Дом Люка и Номи, больница
Погодные условия: температура временами доходит до +24 в тени, ночью более прохладно, без осадков, переменная облачность
О флештайме: Лучшее счастье для мужчины - держать на руках ребенка от любимой женщины.

http://sc.uploads.ru/6evX1.png

0

2

Я перехватил полотенце поудобнее, чтобы не обжечься о сковороду. Хотелось побаловать жену и себя чем-нибудь с утра на завтрак, поэтому я выбрал блинчики. Правда, получались они толстоваты, но, как говорится, первый блин комом, а их я готовил впервые. Главное, что пропорции соблюдены, все съедобно и выглядит довольно симпатично. Немного сиропа, ананасовый сок, гранола, и завтрак для беременной жены готов. Прохожу в спальню с подносом и сажусь на кровать, ставя поднос на стол. В последнее время Номи часто спала очень неспокойно, и я уже не раз предлагал положить ее в больницу на сохранение. Моя упрямица - все нужно делать наперекор. Именно поэтому, а может и еще по каким-то причинам. она отказывалась. Оставалась дома, ждала меня с работы, примерно встречая вкусным ужином и горячими поцелуями. Дальше этих самых поцелуев я пока не рисковал заходить - было страшно, хотя прекрасно понимал, что ей тоже хочется. Да и сам подвывать готов был, особенно по утрам, но ради общего блага и ради блага нашего малыша приходилось терпеть. Оно того стоило, я уже заранее уверен.
Простить может только очень сильный человек, но в том, что Номи гораздо сильнее меня, я убедился только недавно. Меня до сих пор порой воротило от самого себя, память не давала покоя, постоянно напоминая о том, что случилось. В эти моменты жена, которой приходилось намного труднее, находила в себе силы и желание успокаивать меня, убеждая, что все хорошо. Все и было хорошо, если бы я еще не начал переживать за состояние супруги. Врача на дом вызывать не рисковал, чтобы не раздражать Номи, но и сам быть с ней столько, сколько хотелось, мог не всегда - работа давала знать о себе, отнимая львиную долю времени.
Вечера превратились в семейную идиллию пары, ожидающей ребенка. Мы могли осторожным шагом прогуливаться перед домом, обсуждая, что еще можно добавить, что надо переделать и сколько всего осталось. Мне нравилось наблюдать в ней изменения - в Номи, в нашей жизни. Это был закат чего-то старого - впереди были грандиозные планы на будущее.

- Доброе утро, соня.
Наклоняюсь, чтобы поцеловать в плечо свою спящую красавицу. Она хмурится, как всегда спросонья, а я все жду, когда же окончательно проснется, чтобы помочь ей сесть. Да, начнет бухтеть, что не инвалид и сама справится, но рисковать не хочу.
- Как ты себя чувствуешь? Завтрак уже готов, что будешь?
Наверное, временами я напоминаю излишне заботливую наседку. Ну и ладно - чего еще ожидать, когда ждешь ребенка?

+1

3

- Доброе утро, соня. - через сон слышу голос любимого человека, потягиваюсь, но глаза не открываю. Что-то бормочу, не соображая до конца, что именно, пытаюсь отмахнуться и перевернуться на другой бок.  Становится не удобно, но перевернуться получается. Это заставляет меня окончательно вынырнуть из объятий сна и открыть один глаз. Приятный запах, исходящий откуда-то со стороны сидящего Люка приятно теребит ноздри, и у меня даже получается открыть второй глаз. Ложусь на спину, и улыбаюсь мужу.
-Сам ты соня, - бурчу под нос, после приподнимаюсь на локтях и аккуратно сажусь. Конечно же Люк начинает помогать. - Люк, я не старушка больная, я всего лишь беременная, не стоит за мной ухаживать, как будто я инвалид, - смягчаю свое бухчение улыбкой, и откидываюсь на подушки. В последнее время я начинаю быть особо раздражительной, особенно ближе к сроку. Я скрываю от мужа все свои сомнения, удачно скрашивая страх - бубнежем беременной женщины. Нет, конечно, я рада, что оставила малыша, рада, что помирилась с мужем, рада, что в нем сейчас происходят вот такие перемены. Он боится потерять меня, нас, но его излишняя опека порой так сильно раздражает, что хочется запустить в него его же любимой вазой.
-М, вкуснотища, - втягиваю аппетитный пар, исходящий от блинчиков. Вижу, что у мужа они чуть-чуть подгорели, слегка морщу носик, но виду не подаю. Он ведь сам их сделал, и сделал в первый раз.
-Родной, я все понимаю, что ты хотел сделать мне приятное, - кладу руку на его плечо, и чуть провожу большим пальцем по коже шеи, - но я хочу вначале умыться, а потом с тобой позавтракать, - заглядываю в его глаза и улыбаюсь, - хорошо?
Не дожидаясь его ответа сползаю в ноги кровати и встаю с неё. Поправляю ночнушку, которая задралась, оголив ноги и часть бедер. Оглядываюсь на мужа и не могу не словить его голодный взгляд, прогуливающийся по декольте белья и той части, что открылась его взору. Как он ещё сдерживается? - мелькает в голове, и вместе с этой мыслью я вспоминаю, как мы проводим вечера. Обычно это были часовые утехи и насыщение друг другом, а сейчас мы похожи на ту пожилую пару, что каждый день видим в парке. Мы можем часами смотреть телевизор просто держа друг друга в объятиях, слушать, как малыш пинается ножкой, и чувствуя, как он реагирует на наши голоса. Особенно на мой... Мне это настолько не привычно, что я не могу подобрать слова, которыми можно описать мои чувства.
-Я быстро, родной, - наклоняюсь к нему и легонько целую в губы. Позволяю себе позволить лишнее, углубив поцелуй, но быстро отпрыгиваю, - настолько, насколько позволяет мне положение, - хорошего понемножку! - на меня нападает игривое настроение и, подходя к ванной, я оборачиваюсь к мужу, приспуская ночнушку, и оголяя грудь. После показываю язык, и закрываю двери ванной.

Меня пронзает резкая боль, раздирающая меня изнутри, заставляющая прислониться к стене ванной. Я роняю тюбик с кремом на пол, закрывая глаза и часто-часто дышу. Боль утихает, но снова пронзает меня. Опускаю голову, смотря на пол, туда, куда полетел тюбик и вижу лужицу. Нет, рано ведь, - мелькает снова в голове, но мысль быстро пропадает, когда новый приступ боли наступает и охватывает все тело.
-Люк, - еле слышно выдыхаю, держась на ногах, продвигаясь к двери и цепляясь за ручку. - А-аааа, - ещё один наплыв, я впиваюсь ногтями в руку, в тумане понимаю, что надо нажать на дверную ручку, и делаю это, вываливаясь из ванной, держась за живот. - Лю-юк! - снова зову мужа, надеясь, что он ещё не ушел из нашей спальни, не спустился вниз, что он как рыцарь сейчас прибежит ко мне, и отвезет в больницу. -Пожалуйста, - хватаюсь за спинку кресла, и не сдерживаясь кричу, тяжело дыша, - малыш, почему же ты крушишь все на своем пути, почему я согласилась рожать естественным путем,а не через кесарево...

+1

4

Не бывает всего и всегда идеально. Да, мы снова с Номи были вместе, да, она радовала меня своим наличием и присутствием в жизни. Но беременность очень сильно ограничила наше совместно проводимое время. Не скажу, что наш новый способ времяпрепровождения меня напрягал, но все-таки, ранее наша семейная жизнь была насыщена и более активными действиями. Малыш вел очень активный образ жизни, находясь в животе супруги, и с этим приходилось мириться - что появился все-таки в нашей жизни тот мужчина, который отнял внимание Номи, и я добровольно ушел в сторону, не выпуская руки любимой из своей. Нужно было просто быть рядом, понимал это, старался понять каждый раз ...
- Нет, все равно ты соня. Моя - сладкая и любимая, моя единственная и неповторимая.
Ни капли лжи. Я старался не лгать Номи - слишком много этого "добра" было в нашем прошлом, так пусть там и остается. Но почему моя хитрая жена так любит быть коварной, так любит меня дразнить? Именно сейчас мне хочется прижать ее к себе, продолжить наше утро тем самым любимым способом, к которому мы привыкли, но ... Она выскальзывает их объятий, оставив меня напряженным до предела, неудовлетворенным, и удаляется в сторону ванной. Уже стараюсь не обращать внимания, когда эта чертовка стягивает с себя халат. Приятно округлившееся тело манит присоединиться, но снова сдерживаюсь, потому что нельзя, запрет, табу!

Тихая музыка приятно ласкает уши. Заправляю постель, аккуратно расправляя покрывало, но не удержавшись, падаю туда же - в мягкий матрац лицом. Нос не страдает, и слава богу, а то не хватало еще ... Резко поднимаю голову, поворачивая лицо в сторону ванной. Хмурюсь. Показалось или нет?
- Лю-юк!
Быстрым шагом пересекаю расстояние, разделяющее спальню, небольшой коридор и ванную, и едва успеваю подхватить жену, пока она окончательно не сползла на пол. Ее тело очень сильно напряжено, бьет дрожь, но самое жуткое, что заглянув в ванную, я вижу то, чего там быть пока не должно - лужу жидкости, и это явно не простая вода, раз Номи так плохо.
- Я сейчас. Давай тебя усадим, дыши глубже, пожалуйста.
Черт, не хочется признавать, что еще немного, и я впаду в панику. Вещи давно собраны, нужно только завести машину и помочь Номи в нее перебраться.
Пожалуйста, потерпи до больницы, любимая, потерпи!
Жму на газ, смотря на дорогу. Черт, сейчас пробок нам не надо, а по объездной ехать еще опаснее - дорога слишком ухабистая. Ищу номер Дилана, но передумываю - не буду дергать, ладно, это наши проблемы, это наши дела.

До больницы добираемся успешно, более того - нас уже ждут. А может и не нас, но не в этом суть. Номи увозят почти сразу, меня задерживают, чтобы заполнить карту. Какая, к черту, карта?! У меня жена рожает!
- Я хочу к ней!
- Мистер Вэлвуд, ваша роспись, что мы приняли пациентку, и все хорошо. Все, можете идти.
- Где у Вас можно взять халат и бахилы?
- Перед отделением на третьем этаже, вам дадут.
Бегу следом за каталкой, не успеваю в закрывшийся лифт, поднимаюсь по лестнице, перескакивая через одну ступеньку. Двери отделения встречают меня медсестрами, которые держат в руках халат и бахилы. У меня есть время, чтобы подумать - идти или не идти.

0

5

-Освободи меня от этой боли, я просто не выдержу её… - держусь за живот, как будто стараюсь не допустить происходящего. Я рожаю и в конце концов, я начинаю жалеть, что не согласилась лечь в клинику перед родами. –Ничего, я вытерплю… Я сильная, не зря же выживала после двух пулевых ранений, и других ситуаций со сломанными конечностями… - пытаюсь отвлечься, начиная считать розовых овечек, но это все не помогает.
-Лю-юк! – выдыхаю, когда муж оказывается рядом, подхватывая меня на руки и усаживая в кресло. Он чувствует напряжение во всем моем теле, и на его лице уже написано то, что я точно также поняла – время пришло.
-Я итак ды…шу, - отзываюсь тихим шепотом, чтобы уже спустя секунду снова закричать от очередной схватки. Забыться, дайте мне забыться, потерять сознание, а потом проснуться, когда все закончится.. Я не хочу при этом присутствовать, не хочу…- Ааай, - очередной приступ боли, почему так больно? Почему?
Закрываю глаза, пока Люк выносит меня из квартиры, наверняка на минуту или две теряю сознание, ибо следующее, что помню – мы мчимся по дороге, объезжая другие машины. Лицо мужа сосредоточено на дороге, он нервничает. Хоть и не показывает этого. А я.. не могу оторвать глаз от пульсирующей жилки на его виске, пока снова не закрываю глаза и не начинаю часто-часто дышать сквозь стиснутые зубы. Больно…
-Грузите её на коляску, аккуратней, изверги, - чей это голос? – голова тяжелая, я больше не разбираю ничего, кроме передышки и ожидания очередной схватки. Впечатление, что внутри меня вырос мутант, огромный, который сейчас пытается вырваться из меня и ему все равно какими путями. Протягиваю руку, пытаясь схватить руку мужа, но натыкаюсь на полы халата… – Не вертитесь, милочка, уже почти приехали. Терпите.
Дышу. Часто. Глубоко.
Прикусываю язык, чуть ли не откусывая тот кончик, попавший между зубов. Жалею, что не могу стиснуть руки сильнее, чтобы до крови впиться ногтями в ладошку. Чувствую, что меня грузят на стол, закидывая ноги на специальные держатели. Сквозь проступившие слезы смотрю на окружающих меня людей. – Не пу..скайте… - я не хочу, чтобы Люк все это видел. Пусть… ждет.. перед …Аааа-ааа, - мысли путаются, когда мой живот разрывается очередным приступом. Он сильнее, мощнее предыдущего…
Ещё одна, потом ещё… Мне остается только впиться руками во что-то металлическое. Наверное, это от кушетки. Уже все равно..
- Можете дышать спокойней, - сколько я так пролежала, смотря на белый потолок и на мои согнутые колени? Час, два, три? Время остановилось, когда я услышала легкий шлепок и детский плач. Родился….
ЧТО? – уже через минуту после моего облегченного вздоха, мое тело снова сжалось, в ожидании новой потуги. – Что... Что происходит?! – еле слышно шевелю губами, наблюдая, как снуют медсестры и внимательно, насколько мне позволяет мое израненное сознание. Почему опять больно? Малыш ведь родился, я видела крохотный сверток и уже протянула к нему руки, чтобы посмотреть. подержать, ощутить его вне себя... Но  новый приступ боли и снующие медработники меня отвлекли. Та, что держала крошечный сверток, отошла к чему-то белому, потом вернулась, чтобы наклонится к врачу.
-Дышите глубже, у вас... близнецы. Ещё немного потерпите, ну же, давайте! – ещё чуть-чуть и я порвусь, дайте мне обезболивающее, убейте, отключите меня. Я не хочу чувствовать, не хочу ничего… Покой, вот то, о чем я мечтаю..
-Поздравляем вас, - милый голос и улыбающееся лицо, силуэт, держащий сверток в своих руках, - у вас близнецы, мальчик и девочка. Вот, взгляните, - он наклоняется, и я умиленно-уставше смотрю на розоватое личико, которое взирает на меня огромными глазами. – При...вет, - шепчу я, хочу поднять руку и не могу. Все тело ломит, болит и саднит от пережитого стресса. – Так, сейчас вас увезут в палату, вам надо поспать, а потом привезут ваших малышей. Кстати, ваш муж чуть не выломал двери, так стремился к вам.
Улыбаюсь, но даже не чувствую, как шевелятся губы. Веки становятся тяжелыми, или я слишком устала, или мне вкололи снотворное. Я не знаю, не понимаю, но очень хочу спать. Проснусь и подумаю.. о чем-нибудь.

+2

6

now i know, what i want, what i need.
Я ходил под дверями отделения, кусая губы. Что толку, что надевал этот халат, что несся сюда, как бешеный, что хотел быть рядом с Номи в тот момент, когда ей так тяжело? В конце-то концов, это НАШ ребенок, я имею право быть рядом с женой на момент его появления!
- Мистер Вэлвуд, Вам нельзя туда!
- Причина?! По какой причине, вот скажите?!
- Она просила не пускать Вас.
Такое тихое, но такое отрезвляющее признание. Меня словно окатили ушатом ледяной воды. Ну … Окей, что я еще могу сказать. С недавних пор слово жены стало для меня законом и приказом, это не значит, что я все был готов терпеть, но она вынашивала этого ребенка, несмотря ни на что, даже не подумала, что это мое продолжение в ее жизни и от него можно избавиться. Радость и облегчение.
Проходит 20 минут. Полчаса. Я не могу найти себе места, не могу сидеть и стоять. Ходить надоело. Хоть на стену лезь. К сожалению, стены и двери не звукоизоляционные, и я все слышу. Хочется сказать, что сам себя ненавижу, но не чувствую ничего, ничего нет, кроме желания увидеть Номи, поддержать ее, дать понять, что я рядом, что все будет хорошо, что мы вместе, но ничего иного не остается, кроме как измерять расстояние за дверьми родильного отделения. Хорошо хоть сюда пустили, а то ведь и могли не пустить, что-то мне подсказывает это.
- мистер Вэлвуд?
Не знаю, сколько времени уже прошло, не смотрю на часы - они идут слишком медленно, мучительно больно. Хотя, если мне больно, то каково там Номи? ...
- Да. Все хорошо???
Подхожу к медсестре, и не могу понять, что она хочет сказать, что пытается передать взглядом. Слишком волнуюсь, не могу ничего расшифровать, не сейчас.
- Ну??? Скажите что-нибудь!
- Ваша жена чувствует себя хорошо, Вы можете пройти к ней. Вторая палата. Правда, она сейчас отдыхает, если обещаете вести себя тихо, то я никому ничего не скажу.
Уже не слышу. Едва соображаю. Безумен. Тих в своем безумии, но что-то предвкушаю. иду по коридору, слышу, как откуда-то доносится детский плач. Интересно, где сейчас наш малыш, покажут ли мне его, позволят ли подержать?
Открываю дверь и тихо захожу в палату. Здесь очень тихо и стерильно, но довольно уютно, ничего не могу сказать. У Номи даже румянца на щеках нет, но дыхание ровное.
Все позади, любимая, ты справилась. ты у меня умница, молодец - сильная. Даже без меня.
Сажусь у кровати на мягкий пуфик и поглаживаю жену по руке. Не засекаю времени, не знаю, сколько мы так проводим вместе в тишине, но происходит сразу два события одновременно - жена открывает глаза и в палату заходит медсестра. Я оглядываюсь и вижу маленький сверток, который пока что очень тих. Умиленно улыбаюсь, протягивая руки, но следом заходит еще одна девушка в белом халате, и в руках у нее еще один сверток из одеял. Недоуменно смотрю на медсестер, потом на Номи, которая пытается сесть. впадаю в ступор, но тут девушка, которая вошла первой, улыбается:
- Сюрприз в виде двойни?
Так. Мне не хватает воздуха. Кто-нибудь, откройте окно и приведите меня в чувство, чтобы я начал соображать и вести себя как человек разумный, как отец. Двух детей. Как муж, чья поддержка нужна жене и сейчас.
Одного ребенка протягивают мне, второй оказывается на руках Номи. Я смотрю в темные глазки малыша ... Или малышки. И кусаю губу. Это ощущение не описать словами, что я сейчас чувствую. Столько лет хотел завести семью, хотел ребенка, но судьба подарила сразу двоих.
Прижимаю сверточек к себе, осторожно целую в нос, и тут мое чадо дает о себе знать очень громки криком. Включается второй (вторая?), и медсестры выходят из палаты, оставляя нас с Номи и детьми наедине.
- Спасибо тебе.
Я хочу обнять и ее. Прижать к себе так же нежно и бережно. но вместо этого держу ребенка от любимой женщины, желая взять и второго, который уже начал кушать - впервые в жизни. По щекам катятся слезы, я не могу сдержать их - эти проявления радости, умиления, нежности и благодарности. Не могу полностью выразить все то, что чувствую в новом статусе.
- Номи, кто у нас? Я боюсь разворачивать одеялко, чтобы узнать пол.

+2

7

Забыться сном...
Освободиться…
Почувствовать тело, не саднящее от боли…
Я никогда больше не буду рожать…
Детский плач на заднем фоне, а я никак не могу понять, где я. Не могу поверить, что внутри меня больше никого нет, что наши малыши уже не часть меня, а вполне состоявшиеся, подрастающие люди. Я выносила, я справилась.. Достойна аплодисментов.
-Миссис Велвуд, вы сейчас отдыхайте,… - слишком сладкий голос возле моего уха. Громкий звук капающего лекарства. – Ваш муж к вам ломился, - приоткрываю тяжелое веко, осматривая помещение. Уже в палате, когда успели… Что-то бормочу, пытаюсь перевернутся, но боль снова пронзает тело. Выдыхаю и остаюсь лежать так, как положили. Гулким эхом слышу чьи-то шаги, но посмотреть кто пришел уже нет сил.
Проваливаюсь в сон.
Блуждаю по закоулкам своей жизни за последний год. Я знаю, что я сплю, но поднять веки не могу, их будто придавили. Поддаюсь лекарству, которое вкололи, и проваливаюсь глубже.

-Эй, Тайра, - слишком знакомый голос, слишком ненавистный человек. Оборачиваюсь, и вижу Кристиана. Какого черта он тут делает? Если Люк узнает, никому несдобровать… - Ну куда ты бежишь, уже бесполезно прятаться. – резкий хохот, давящий на мозг... Чувство безысходности. Я замираю, потом резко разворачиваюсь на каблуках и смотрю прямо в его наглую морду лица. – Какого черта ты тут делаешь, Эндрюс? – ох, если бы я умела убивать мысленно, он бы корчился в судорогах у моих ног. Но увы, это лишь мои мечты. – Ты нашла мою папку? – его пальцы плотным кольцом сжимаются вокруг моей руки не давая сбежать. Дергаюсь, пытаясь освободиться, и.. картинка меняется.
Теперь я на Тахо, рассказываю Чарли душещипательную историю о том, как сбежала, спасая его жизнь. Я и не думала, что его лицо может быть настолько равнодушным. Я умолкаю в своем рассказе и вижу, как выражение мужчины меняется, в глаза проскальзывают огоньки ярости и... как называется это чувство? Он сомнабулически движется ко мне, прижимая к дну спального мешка. Я чувствую его прикосновения, но сейчас…

-Лю...к? – резко открываю глаза, я словно выпала из окна, тело ноет, ноги болят, но, тем не менее, я чувствую себя легко и свободно. Беглым взглядом осматриваю палату, взгляд задерживается на животе, скрытым под одеялом. Уже не такой большой, уже пустой. Теперь нет больше мы, есть я и дети, и муж. – Долго я спала? – медленно, но верно приподнимаюсь, аккуратно подползаю вверх по подушкам, чтобы сесть. Слышу голоса за дверью и, прерывая ответ мужчины, в палату входит две медсестры с нашими детьми. – ой, - я же забыла его предупредить, что у нас двойня, хотя когда я могла успеть? Сама узнала только когда второй наружу стал рваться… Опять пытаюсь сесть, но сползаю ниже. Первая из медсестер вручает один сверток отцу, а вторая подходит ко мне. Оной рукой помогает мне сесть, вручая второй сверток. Так, у меня девочка, - вспоминаю слова доктора, и улыбаясь, смотрю на мужа. Тот хлопает глазами, не понимая, что происходит. Ну да, вот такие вот порой случаются нежданчики. – Сюрприз в виде двойни? – голос медсестры разрезает повисшую тишину, и рождает переплет детских криков. – Проголодались... – вторая медсестра помогает мне, я ведь даже не знаю что делать. Только сейчас я начала чувствовать, как потяжелела грудь, как болят соски и… Я не знаю что делать..
-Вот так, - она помогает мне приспустить рукав, оголяя правую грудь, малышка, которая кричала у меня на руках, умолкла, и, когда головка приблизилась к груди, тут же начала яростно кушать. Больно…
Уже не обращаю внимание ни на кого, кроме этого огромного рта, который впился деснами в мою грудь, слышу причмокивание, и хочу уже задать вопрос медсестре, но они обе испаряются. – А так должно быть? – вопрос повис в воздухе, ответом на него послужил второй вопрос от Люка. – Не бойся, ничего нового ты там... не увидишь. - а чего он боится разворачивать одеялко? – через небольшую паузу, когда малышка смачно рыгнув, закрыла глаза, оставив держать в руках мой палец, я посмотрела на мужчину, который все также стоял со вторым свертком. – Мальчик и девочка, Люк, мальчик и девочка. Близнецы. Я сама узнала, только когда малышка захотела родиться после брата. Не знаю, как врачи не усмотрели второго ребенка, может мальчик все закрывал. Ведь и пол его я слишком поздно узнала… - аккуратно высвобождаю свой палец и протягиваю малышку Люку. Надо ведь и второго накормить… - Держи, сейчас у тебя девочка, а у меня мальчик. Надо им имена придумать. – приспускаю уже сама с левого плеча одежду, и, пока малыш ест, задумываюсь об имени. – Я хочу назвать девочку Беатрис. Мне очень нравится это имя. А ты как хочешь назвать малыша? – вот так вот сразу разделила имена без его ведома. Надеюсь, Люка такой вариант устроит, ибо со мной спорить бесполезно. Хоть и не беременная уже, но волноваться все равно нельзя. Иначе молоко пропадет.. Вроде.
-Таак, - как будто медсестры подслушивали под дверью, ведь зашли как раз, когда сынишка тоже смачно рыгнув, улегся на моих руках, как и сестренка, обхватив мой указательный палец своими пальчиками. Картина умиляла меня, вызывая весьма противоречивые чувства, совершенно не свойственные той Номи, которой я была ещё до Тахо. – Ну почему так скоро? – одна медсестра забирает ребенка у Люка, вторая аккуратно у меня. – Мамочке надо отдохнуть, да и через четыре часа мы снова вам их принесем. – одна медсестра уже ушла, вторая же, держа сверток, задержалась в дверях, - Отдыхайте, вам надо много сил. – улыбнулась и вышла из палаты.
-Вот ведь вредные, - обиженно дую губы, чувствуя, как рука Люка сжимает мою. Сползаю на подушках вниз, медленно переворачиваюсь на бок. – Ты останешься тут? – двигаюсь в сторону, освобождая ему место. Теперь я стала тоньше, поэтому места нам должно хватить. Когда он ложится рядом, закрываю глаза, и почти проваливаюсь в сон. Опять. Сжимаю руку Люка, прижимая к своей щеке. – Не уходи… - уже еле слышно шепчу ему.

+1

8

Не могу не вздохнуть. И перечить жене тоже не могу - она сейчас так беспомощно и мило выглядит, что любое противоречие кажется смертельно наказуемым. Думаю над именем сына, раз уж над дочерью подумать не дали, безапеляционно выбрав имя самостоятельно. Хотел Домиником, но их сейчас, на удивление, слишком много. Впрочем, то, что хочу и назвать Макйлом - оно тоже не такое уж редкое. Но ... Пусть будет ...
- Давай Майкл. Хорошее, красивое имя для маленького мужчины в виде Микки - любимого сына, и для опытного управленца, каким он, может быть, станет, после Гарварда.
Номи еще не в курсе, что я предложу отправить дочь в Йель, сын пусть закончит Гарвард, или же, если будут совсем тесно связаны, то можно обоих в Йель ... Да и не это главное, я углубляюсь в дебри. Главное, что сегодня, сейчас я стал отцом. Все, Люк, холостяцкая жизнь позади! Позади постоянный эскорт в виде двух моделей-близняшек, позади клубы и тусовки, где было два наркотика - работа и временами экстази, позади очень многое. И то, через что мы прошли, чтобы два разных, по сути, человека, сейчас могли лежать вместе, обнявшись, на больничной койке.
- Я не уйду. Обещаю.
Я не уйду, пока ты не попросишь. Пока не скажешь обратного - что не хочешь меня видеть. Не оставлю, обещаю. Клянусь. Как клялся на свадьбе. Как  я могу снова уйти оставить тебя одну? Глупенькая. Моя глупенькая, но любимая жена. Моя и только моя.

Каждое упоминание прошлого было болью и солью на открытую рану. Не причиной ссор и недопониманий - это мы переросли, смогли выдержать. Но напоминанием таким, что хотелось рвать и метать, а потом, успокоившись, или разбив в кровь руки и ноги, все простить и забыть. Забыть без амнезии не получалось, увы, поэтом му жили с нашим прошлым дальше. Проснувшись часа два спустя, прижимая к себе Номи, которая даже во сне хмурилась и жалобно постанывала, едва ли не сворачиваясь клубочком, я встал с кровати, осторожно прикрыв жену покрывалом, и вышел в коридор. Нужно было взять что-нибудь перекусить, купить витамины, которые нужны ... И я обещал надолго ее не оставлять. М, по сути, я обещал вообще ее не оставлять, но я и не оставлю - просто отлучусь.
- Сможешь помочь? Да, двое. Спасибо, ага.
Нажимаю на "отбой", провожу по слайдеру пальцем и в шоке смотрю на сообщения. Всех интересует только один вопрос - кто родился? Боже, да я даже некоторых номеров не знаю, кому тут отвечать? По-моему, проще в твиттере и фэйсбуке написать, чтобы уже отстали и не трезвонили. Хм, я надеюсь, что Номи никто не станет трезвонить, иначе попросту выброшу ее телефон, чтобы не дергали после родов!

Квартира слишком пустая, сейчас в ней очень тихо. Открываю окна нараспашку, и лезу в тумбочку. Где-то здесь было то, что готовил так давно. Раздается звонок в дверь. Открыв, пожимаю знакомому руку, и мы вместе спускаемся в подвал на лифте. надеюсь, что успею заехать в магазин и аптеку.
К тому времени, как я возвращаюсь в больницу, Номи уже просыпается. Недовольно хмурится, видя меня с пакетами. С улыбкой сажусь на кровать, обнимая жену и целуя в щеку. Кладу на ее колени букет цветов и протягиваю руку:
- На минуту. Я помогу встать, любимая.
Помогаю ей подняться, но дрожащих от слабости или боли ногах подойти к окну.
- Я так и не сделал тебе свадебный подарок.
Вкладываю в ее руку два ключа. Она сама поймет, какой от ее личного подарка, а какой от семейного.
- Спасибо тебе за все, спасибо огромное. Я очень сильно тебя люблю, миссис Вэлвуд. Ты подарила мне все, о чем я мечтал - дом, семья, любовь, счастье. Наших малышей ты выносила, не позволила тому, что было, уничтожить жизнь, а их, как оказалось, было две.

+1

9

Не знаю, сколько я спала. Лишь помню, что просыпалась несколько раз, ощущая то, как муж обнимает меня. Боясь шевельнуться, чтобы не разбудить его, я снова падала в сон, чтобы снова сражаться с моими кошмарами, которые после рождения только усилились. Мне снилось всякое, от путешествия в Америку и обратно, до потери ребенка. В одном из снов я даже участвовала в заговоре, в котором меня шантажировали похищенным одним малышом.
-Нееет! – вскрикиваю, резко подымаясь в кровати. От неожиданности и тяжести начинает кружиться голова. Я кладу руку на живот, который ещё не пропал, лишь стал немного меньше, и пару секунд соображаю, почему я тут. Потом вспоминаю, что уже родила и что рядом должен спать мой муж. Но его нет… - А обещал никогда не оставлять, - дую губы, свешиваю ноги с постели и пытаюсь встать. Понимаю, что вряд ли получится сразу после родов, да ещё таких тяжелых, но я буду не я, если не буду бороться.
За дверью слышаться шаги и я быстро возвращаюсь под одеяло. Не хочу, чтобы медсестры начинали читать свои нотации, но вместо них в палату заходит Люк с пакетами. Куда же ездил? – не успеваю задать вопрос, он подходит ко мне, наклоняясь и целуя. Легонько, мило так... Нежно. Как фарфоровую статуэтку, боясь сломать. Я и вправду сейчас как статуэтка, даже вены просвечиваются через белоснежную кожу. Роды такие роды… Отвечаю на поцелуй и тону в аромате цветов. Не забыл про лилии, всё-таки не забыл.
Пока откладываю букет, он помогает мне встать. Цепко хватаюсь за его плечо, пока он обнимает меня за талию, аккуратно надеваю тапочки и опираюсь на мужа. С удивлением смотрю в его сторону, когда он подводит меня к окну, где внизу стоят разного виды машины, и пара мотоциклов. Выдыхаю, вспоминая, как любила гонять на двухколесном коне, и не замечаю, как в моих руках оказываются зажаты два ключа. Один от машины, судя по брелоку, второй от…
-Неет, не может быть - недоверчиво смотрю на своего мужа, который никогда не одобрял мое увлечение, и был только рад, узнав, что мотоцикл разбился. Без меня, конечно. А тут… – Люк… это... это... - выдыхаю, обнимая его и целуя. – Спасибо… - улыбаюсь, хочу ещё что-то добавить, но ноги подкашиваются, напоминая о моем состоянии. – Поможешь вернуться обратно? Рано мне ещё гонять на мотоцикле! когда же пройдет эта слабость? Я домой хочу… Никогда не любила больницы. Забери меня отсюда, и малышей… - знаю ведь, что так просто не отпустят, но может можно уменьшить срок нашего тут пребывания? Ведь и малыши здоровые родились… Люк помогает мне добраться до койки, куда я сажусь как раз вовремя, ведь снова приносят наших детей.
-Время кормления, - улыбающаяся медсестра вручает мне один сверток пока ещё не орущего младенца, который только оказавшись в моих руках открыл ротик и начал истошно кричать. – Голодные они, очень, - девушка улыбается, держа второй сверток, который снова забирает муж, - они у вас крепкие, и здоровенькие. А красивые какие, - Она оставляет нас одних, я же начинаю кормить одного, чтобы через пару минут продолжить кормить второго. Ещё немного потерпеть, и мы вернемся в наш дом, который мы присмотрели. Я уже представляю там детскую для малышей, потом отдельные комнаты для мальчика и девочки.. Шальная жизнь закончилась, Номи, теперь ты стала мамой.Держи, протягиваю мужу дочку, «обмениваясь» на второго, - Определенно, я хочу домой. Тут стены давят, - перебираю нервно плечами пока ребенок ест, смотрю на его личико, ища в нем свои черты и черты Люка. Девочка моя копия, а вот мальчик полностью забрал черты Лукаса. Как я и мечтала, наверное.

+1

10

Сразу после ее просьбы, я обнимаю жену и ненадолго покидаю ее, выходя из палаты. Ее просьба попахивает бредом и об этом я тоже в курсе, но не удовлетворить не могу, поэтому постараюсь сделать все, что в моих силах. Ловлю проходящую мимо медсестру и интересуюсь, где можно найти врача. пара минут диалога, весьма краткого, чтобы понять, что даже если Номи я увезти могу, то малыши пока останутся под наблюдением врачей, поскольку должна пройти как минимум недели после рождения двойни. Ох, и как мне об этом жене говорить, волшебник в белом халате?
- Извини, любовь моя, но врач сказал, что вы будете под наблюдением еще как минимум неделю. Прости, пожалуйста. Мне тоже нельзя задерживаться здесь надолго, не то меня выставят за двери отделения и больше не пустят.
Неловко улыбаюсь, прижимая жену к себе. Если бы она только знала, как сильно я ее люблю, хоть порой и бываю едва ли не бессердечной сволочью. Тем не менее, сейчас мы уже стали слишком взрослыми, чтобы играть в детское недоверие и делать друг другу больно. Я считал, что семья - это очень ответственный шаг как с моей стороны - некогда известного кутилы и дамского любимчика, так и со стороны Номи, которая умудрялась вести одно время двойную жизнь.
- Я приеду к тебе завтра, хорошо?
Прижимаю Номи к себе крепче, сильнее, но она охает - похоже, не стоило так сильно проявлять свои чувства, и, поцеловав в висок, выхожу из палаты. Да, внизу ее ждет мотоцикл, но сесть на него она сможет как минимум года через два. По крайней мере, я на это надеюсь, что она будет всегда помнить, что сейчас она не Наоми Бэрроу, не свободная пташка. Сейчас это моя миссис Вэлвуд, у которой, вполне возможно, появились не столько дети, сколько балласт на тему задумчивости. Это НАШ балласт, дорогая, как ни крути.
- Она не та, за кого ты ее принимаешь.
- Извините?!
резко оборачиваюсь, едва достав из кармана ключи. Передо мной стоит девушка. Я не могу различить всех деталей, поскольку она в тени, но вижу в ее руках большой конверт формата А4 с просвечивающей бумагой. Мне ли не знать, как много неприятностей может принести бумага, обычная бумага с текстом, напечатанным на компьютере или же набросанным от руки.
- Ты многого о ней не знаешь, Люк. Если захочешь узнать - позвони. Здесь указан мой номер.

Беру в руки протянутый конверт, и девушка удаляется из поля зрения. Хм ... Хочу ли узнать о своей жене что-то еще? Или просто порвать и выбросить? Нет, не хочу. Но, пожалуй, на всякий случай сохраню.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » В ожидании чуда ‡до которого две недели ...