Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Ей нравилось чужое внимание. Восхищенные взгляды мужчин, отмечающих красивую, женственную фигуру или смотрящих ей прямо в глаза; завистливые - женщин, оценивающие - фотографов и агентов, которые...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Вечная карусель


Вечная карусель

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

КУИНТОН и АГАТА
24.05.14, госпиталь
события после того, как Гвидо избил Куинтона

По твоим следам бежал,
Твою тень везде искал,
Утонув на самом дне своих ошибок и обид.
Я пытался сжечь свой крест,
Изменить судьбе, глупец.
Ты поверь, прошу, я хотел и сам эту жизнь к чертям разбить.

http://savepic.net/5502415.gif

Но после прощения - опять в аду.
И снова, и снова сквозь пламя бреду.
Падение вечно, спасения нет,
Пока не сойду с карусели навек...

+1

2

Недавно я хоронила Вернона, еще не успев смириться с потерей. Или же я смирилась с ней слишком сильно? Как иначе описать пустоту во мне? Мне нечем было ее заполнить. Разве что... ненавистью?
Убийцу Уорда нашли довольно быстро, и когда я узнала его имя, то я ощутила такую сильную боль под лопатками, явно чувствуя что это ни что иное, как лезвие ножа. Так выглядит предательство: гадкое, скверное, до ужаса парализующее. Признаю, что с Куином у нас отношения всегда были натянуты, но я не ждала от него такого шага. Словно итальянец не знал чем еще можно было убить Нас, и предпринял это.
В голове, словно фильм, всплыли картинки смерти дорого человека. Если раньше на убийце была маска, в силу того, что я не знала его имени, то теперь все сложилось. Сцена снята, зрители в слезы.
Я ненавидела Куинтона, я воспылала такой горечью и злостью, которая начала меня сжигать, как серная кислота. И эти два дня, что Гуидони был за решеткой... нет, хотя я и желала видеть мужчину в могиле, смотреть в его глаза, читать ухмылку, самодовольство, не могла. Мне захотелось бежать. Бежать, пока внутри ничего не останется, не забудется...
В этот момент, когда я узнала кто убийца, я словно услышала голос Куинтона "квиты". Он был один, теперь была одинока и я. Мы повязаны цепью, которая сильнее родственных уз, сильнее любовной связи, и нам не разрубить теперь эту сталь. Потому что простить я не смогу. У Гуидони очень хорошо получилось убить во мне то терпение, которое я испытывала к нему. Ту надежду, что еле горела между нами. Нет, я не думала о том, что когда-нибудь вернусь к итальянцу, но сейчас одна такая мысль вызывала у меня дрожь по телу и слезы на глазах.
Люди жестоки. Очень жестоки и беспощадны. Они убивают друг друга ради денег, из-за власти, какой-то выгоды. Они убивают, ведомые своей идеологией и считая, что это единственно верное решение. Бога нет. У каждого уже давно свой бог или дьявол.
Я хотела уехать, так как видела единственный выход из данной ситуации. Этот город уже безгранично мал для нас двоих, словно меня и Куинтона запихнули в одну коробку и втыкают туда по острому лезвию.
Через два дня после того как Гуидони вышел под залог, до меня дошли слухи, что он в больнице. В госпитале Св. Патрика благодаря руками Гвидо. Что подтолкнуло меня прийти? То, что сейчас Куинтон слаб и беспомощен, и у меня есть шанс его добить окончательно. Нет, не кулаками, а словом.
Останавливаю Мустанг на пустой парковке. Часы визита еще не окончились, есть минут десять - мне хватит этого. Больше наедине с Гуидони я не выдержу. Может быть это последний раз, когда я с ним разговариваю.
Я открываю дверь в палату и прохожу внутрь тут же натыкаясь взглядом на лежащего Гуидони. А Монтанелли его неплохо избил: лицо бквально один синяк, на руке гипс, наверно, и ребра отбиты. Но все равно мне сложно смотреть на него, по телу бегает дрожь, а зубы скалятся в неприветливой улыбке. Улыбка, которая выражает все, что угодно, но только не радость от встречи.
- Ты бы знал как я тебя ненавижу - процедила сквозь зубы, опуская сравнения итальянца с самой последней тварью. Он и так догадывается как я отзываюсь о нем в мыслях.
- Что тобой двигало? Ты хоть думал о последствиях? Ты сейчас задаешь себе вопрос почему до сих пор жив? - потому что у нескольких людей разом появился мотив и шанс стереть Куинтона с лица земли. И главным его врагом была я. Та, которая проводила с ним бессонные ночи. Которая готовила вместе кофе. Которая гуляла с его псом.


— Почему ты предал меня?!
— Я твоя пешка. Связь между нами приносит пользу.
Но знаете, граф, быть вашей пешкой немного утомительно...
Поэтому я тоже захотел поиграть. Это будет игра за жизнь.

+1

3

Есть такие люди, которых жизнь не учит, какие бы пинки под зад она не давала и какой бы урок не преподала, - таким человеком, отчасти, был и я. Чего хотел Гвидо от меня, когда оставил подыхать в "Розе пустыни"? Наверное, предполагал, что отрезвит мой ум, заставит задуматься о поступке. Но я не ощущал вину. Да, поступил, как последний засранец, воткнув в спину Агаты нож, и получил от этого дозу неимоверного удовольствия. Тарантино должна была ощутить всю палитру боли, которую испытывал в свое время я. Я был так же сломлен, когда она оставила меня, я не чувствовал себя тем Куинтоном, которым существовал до нашей с ней встречи. Я полюбил женщину, а она в ответ разбила мне сердце, сделав вид, что ничего между нами не было. Она думала, я смогу жить нормально, как раньше? Нет, не такого я ожидал от испанки.
Для нее не было удара больнее, чем предательство от того, от кого она не ожидала получить. Пор фавор, дорогая Агата, мне больше нечего терять. Я итак потерял все, что у меня было - тебя. 
Я не знаю, какие она предпримет дальнейший действия и насколько ей хватит силы воли. Вернон был не последним человеком в жизни Агаты, тем более, предлагал ей выйти за него замуж, к этому моменту она могла быть сейчас его женой, значит, затягиваться рана будет еще долго. Пока она находилась в трауре, я понимал: в этом состоянии Тата могла вытворить что угодно. Например, навестить меня... Убить она меня вряд ли сможет, только если потеряет рассудок, как в свое время я его растерял, Агата могла вызвать меня на разговор, чего я ждал от нее больше двух месяцев, и ударить меня больнее - словом.

Я целый день лежал на больничной койке и не вылезал из своей палаты, несмотря на то, что медсестры настоятельно советовали мне прогуляться по аллее с моими новыми "друзьями" - костылями. Да, благодаря Гвидо у меня случился перелом ноги и руки, я полностью оказался забинтован, так же пришлось надеть гипс, и врач, недолго думая, прописал мне коляску. Не хочу даже думать о проблемах, возникших на работе, их было предостаточно. В таком состоянии мне показываться нечего, а дела не терпели отлагательств. Монтанелли, видно, когда избивал меня, не думал о последствиях. Зато сейчас приходилось думать мне. И каждый раз, размышляя об этом, у меня вскипала голова и вдруг появлялась головная боль. Я молчал уже и о клубе, в котором состоялся великий погром от легкой руки Гвидо. Выйду из больничного отпуска - сделаю ремонт в своем кабинете.
- Мистер Гуидони - молоденькая девушка лет двадцати четырех вошла в мою палату, прошла к тумбочке, стоявшей возле кровати, и положила на него поднос с едой, который она до этого держала в руках. Макароны, сок, несколько пилюль, куриный бульон. Выбор не велик. - Вы сегодня и ложки в рот не взяли. Так нельзя! Как вы думаете сил набираться? - подходит к окну и приоткрывает жалюзи.
- Не знаю как тебя зовут, но если у тебя плохо со слухом или с памятью, то я тебе напомню. Мне не нужна еда и твои вечные визиты! Я сказал, что не хочу обедать, значит я действительно не хочу, и не нужно преследовать меня с этой больничной едой и пилюлями. Если ты сейчас не оставишь меня, я выкину эти костыли в тебя. Надеюсь, я внятно пояснил? - она в миг становится пунцовой и пытается оправдаться, но встретишься со мной взглядом, извиняется и покидает палата недоброжелательного пациента. Скатертью дорога.
Немного повозившись в койке, я быстро провалился в бездну. В стенах госпиталя я засыпал быстро. Чуть что, так сразу утомляюсь и через несколько секунд отключаюсь.

Просыпаюсь я резко. Чувствую сильную боль в мышцах, которая плавно растекалась по всему телу. Первая мысль после пробуждения: какого черта?! Ненавижу ощущать себя слабым и беззащитным, поэтому решил не звонить врачу. Таблетки не помогут, а кроме них дельного они ничего и не скажут. Может, пройдет... Терпеть сил нет, приходиться сжимать зубы и материть благим матом весь белый свет. Сам виноват. Напросился на кулак Гвидо. Интересно, а что если бы я тогда признал себя невиновным, тогда Монтанелли не пустился надирать мне зад? Не знаю, какие последствия меня ожидали бы, скажи я неправду. Он бы все равно узнал рано или поздно. Разницы была бы только во времени. Либо сейчас я бы уже лежал в больнице либо чуть позже. Какая разница?
Одним ухом слышу, как дверь приоткрывается и некто проходит к стулу, садится на него. Смотрит долго на меня, словно дыру проделать хочет. Делаю вид, что сплю. Пришла женщина (смог распознать по тому, как она звонко стучала каблуками о плитку).
- Ты бы знал, как я тебя ненавижу.
Агата. Знаю, родная, знаю, как ты меня ненавидишь. Кому как не мне знать? Она задает мне вопросы. Спрашивает. Что она хотела услышать от меня?
Открываю глаза. Ненавидящим взглядом она уперлась в меня. Вполне ожидаемо.
- О, Агата! Сколько лет, сколько зим. Апельсины принесла, нет?
Я удачно пропустил её речь сквозь ушей и, как ни в чем не бывало, натянул улыбку. Дуракам легче - дуракам везет.

Отредактировано Quinton Guidoni (2014-05-13 14:32:06)

+1

4

Наверно, дело даже не в доверии. Не в том, что Куинтон меня обманул или предал. Нет, мы не были с ним теми людьми, которые что-то успели пообещать друг другу. Все крылось в том, что я просто не ожидала, что человек так может поступить. Перешагнуть через все, что у тебя есть: деньги, власть, положение, статус, имя в обществе, и пойти убить человека, который всего вышеперечисленного у тебя не отбирал и не заикался. Куинтон сильно подставился, когда спустил курок. Я не смогу иметь с ним общие дела, буду ограждаться от него своими людьми, посредниками. Стану еще дальше чем была, и все таки же буду делать вид, что ничего не было. На этот раз действительно заставлю себя поверить в то, что ничего не было. А если не смогу заставить, то уеду. На сей раз навсегда.
Гуидони спит. Или делает вид, что спит, но это такой шанс воткнуть ему нож в горло. Хотя нет, если представлять как я убью мужчину, то это будет не тихая смерть и не подлая. Это была бы битва за право жить. И битва уже началась, но молчаливая и пока без потерь.
- О, Агата! Сколько лет, сколько зим. Апельсины принесла, нет? - мне становится противно от того, что Куинтон еще и шутит, в то время как я не разделяла его настроения. Ну чтож, раз может юморить, значит не так сильно болит. Или хочет сделать вид, что он в порядке.
Я никогда не задумывалась над тем насколько глубокую нанесла ему рану. А ведь, получается, раз дело дошло до того, чтобы убить дорогого мне человека, значит его пустота никак не лечиться. Но что это? Ущемленное достоинство? Или действительно безумная любовь, когда не можешь видеть свой объект обожания в чужих руках? Я пыталась понять что двигало Куинтоном, но теряла ниточку за собственной трагедией.
- Даже не думай начинать паясничать - фыркнула я, вставая со стула и отодвигая тот от себя ногой. Не хочу сидеть рядом с ним, потому что я ненадолго. Не хочу, чтобы я была похожа на посетителя, который пришел проведать больного. Нет, с тем же выражением лица я пришла бы и в морг, чтоб опознать тело Гуидони. И, возможно, была бы чуть счастливее, чем сейчас.
- Я к тебе ненадолго... Просто хотела донести одну вещь - буду честной, я не назову себя убитой горем, меня жгло чувство несправедливости и в то же время ощущение темноты, холода, желание стереть все лица с людей, оставить вместо них белые полотна. Я не хочу никого узнавать. И не хочу быть узнанной. Жаль, не прожить все заново, не стереть неприятные фрагменты. А если и забывать прошлое, то только хорошим ударом чем-нибудь тяжелым по голове.
- У Вернона была дочь, инвалид, теперь в этом городе она осталась одна. И за нее, за себе, но я добьюсь того, чтобы Вернон был отомщен. - я подхожу к итальянцу ближе, наклоняюсь над его койкой - Когда ты найдешь того человека, с которым будешь счастлив. Того, кто будет видеть в тебе не бездушную тварь, а живого человека. Того, кто будет прощать тебе столько, сколько грязи ты вытворяешь. Того, кто никогда не повториться для тебя... Я приду и убью его. И только тогда мы станем квиты. - я говорила без вспышек ярости, размеренно, низко, голос с едва хрипатой, но чтобы Гуидони услышал мое каждое слово. И пусть потом делает вид, что не понимает меня, но главное чтоб сейчас меня услышал.

+2

5

Апельсины она не принесла, даже шутку не поддержала. На кой черт тогда вообще пришла? Больному нужен отдых, больной не хочет её видеть. Тарантино приносит удовольствие видеть меня калекой? Что ж, радуйся пока можешь.
Но она буравит взглядом пуще прежнего и я тоже не из простых, раз уставился на нее и смотрел так же пристально, пока она не поднялась со стула и не подошла ко мне. Каждое движение Агаты выражает её нежелание здесь находиться. Морщится, как только приближается ко мне, словно я бездомный человек и прошу у неё мелочи на пропитание. Да даже если бы к ней подошел пропитый бомж, она с большим желанием помогла бы ему. Я для нее - последняя тварь, не меньше. Неужели я хотел заполучить такое отношение к себе от испанки? Даже ненависть Гвидо не настолько ранит меня, как её холодность. Раньше она терпела меня, не давала мне и повода для мысли, что я могу быть ей неприятен. Сейчас... Мы стали настолько далеки друг от друга, что я не знал, могут ли быть у нас какие-нибудь отношения в дальнейшем. Но я поступил правильно для себя, когда убил того профессора. В те дни я чувствовал себя в агонии, горел в пожаре ярости и ревности, пылал к ней дикой страстью и любовью... Только избавив ее от Уорда, я мог быть спокойным, что рядом с ней не будет его. Любил? Нет. Я мог задушить и её в тот момент, но не смог: рука не поднялась бы тронуть Агату и не потому что она была под защитой Гвидо, вовсе нет.
Губы моей испанки шевелится и я ощущаю, как мое сердце сжимается, словно в тисках. Я не побоялся сказанных ею речевых оборотов, нет. Я испугался той мысли, что могу отпустить Тарантино... Я не готов был терять её. Неужели она и в правду думает, что я смогу найти ей замену? Я не видел смысла без нее, как ей таков был ответ?
Она заканчивает говорить и я резко хватаю девушку за кисть руки. От неожиданности её карие глаза и без того становятся больше.
- Послушай, девчонка. Я понимаю, что должность капо для тебя - ничто и пресмыкаешься ты только перед Гвидо и Фрэнком, но поверь мне, я не потерплю такого отношения к себе. Не притворяйся, что для тебя Вернон что-то значил. Я знаю, что он для тебя был таким же мужчиной, как и все остальные. То есть, на время. Во мне полно дьяволов, Тарантино! Поверь, я от тебя так просто не отстану. Ты будешь до последнего дня помнить мое имя и фамилию, как самый страшный сон из всех, который ты испытаешь наяву. Мы будем рядом и ни одна из твоих дешевых фраз не коснется моего уха. Я - человек слова, и ты это понимаешь, как никто другой. И я не побоюсь Гвидо. Можешь жаловаться ему столько, сколько угодно.
Говорил я тихо и размеренно, - Агата слышала каждое мое слово, потому как была приближена ко мне и я держал её крепко за руку, не позволив ей сделать шаг назад. Резко разжимаю хватку и спокойно интересуюсь, как ни в чем не бывало:
- Время позднее, тебе нужно собираться и идти домой. Аарон и Декстер ждет. Потом поговорим.

+1

6

Немного обидно, что все так вывернулось, скрутилось, сплелось. Но обида не за то, что мы когда-т ос Куинтоном были вместе, а за то, что в итоге стали друг другу злейшими врагами. И да, я считаю, что смерть слишком легкое ему наказание. Может его наказание, его рок, его самый страшный наркотик это я? Существовать, чтобы он мучился? Пожалуй, эта будет неплохая цель для меня... жить назло ему. Только не свихнуться бы с ума раньше времени. Только бы эта задача не стала для меня первостепенной, заполняя собой все и затмевая мои мечты. Я не хочу терять себя в гневе и ненависти. Надеюсь, что и Вернон не хотел для меня такой жизни, окрашенной в черный и кроваво-красные цвета.
Я подошла к Гуидони достаточно близко, чтобы он схватил меня за руку и крепко сжал запястье, не давая шанса вырваться из крепки рук-оков. Мои губы непроизвольно сжались, а глаза на несколько мгновений распахнулись, не ожидая, что он сможет и захочет прикасаться ко мне. Дышу ровно, сквозь зубы и едва приоткрытый рот, чтобы не выдавать того факта, что у меня почти уже одышка из-за нервов. Я выслушиваю все, что мне говорит Куинтон, прежде чем ответить на его изливания.
- Не притворяйся, что для тебя Вернон что-то значил. Я знаю, что он для тебя был таким же мужчиной, как и все остальные. То есть, на время.
- Какая разница кем он был для меня?! - я повышаю голос - Он был человеком. А ты поступил с ним как... как... - я даже не хочу сравнивать, не хочу говорить что-то нехорошее в сторону Уорда. Да и складывалось ощущение, что итальянец все равно не поймет что сделал не так, словно статьи за убийство не было, да даже не закон здесь играл роль, а его внутреннее ощущение. Гуидони не врет, говорят про дьяволов. Ничего святого у него не осталось. А было ли?
- Поверь, я от тебя так просто не отстану. - звучит как угроза. Угомониться ли Куинтон на одной смерти? Или будет меня шантажировать, подвергая опасности жизнь мужа и сына. Шантажировать, пока я его не убью.
- Не вздумай мне угрожать. Ты больше никого не тронешь из моего окружения. - и я даже не ставлю это под сомнение. Гуидони должен осознавать, что еще одна жизнь, прерванная его руками, и он отправится кормить акул.
- Жаль, что с нанесенными синяками в тебя не вдолбили самого главного: не сри, там где ешь - я отхожу от мужчины на несколько шагов, чтобы у него не было больше соблазна достать меня. Хотя он, мне кажется, все уже сказал.
- Время позднее, тебе нужно собираться и идти домой. Аарон и Декстер ждет. Потом поговорим.
- "Потом" уже не будет. И "сейчас" тоже кончилось. - жаль, что сказать красивое и громкое "прощай" у меня не получится, потому что... потому что одна Семья. Чертова Семья, где каждая улыбка - это волчий оскал.

+1

7

Мне и Тарантино терять было уже нечего. Все карты на столе. Кажется, вот и все, наша игра окончена и шагов уже не осталось. Я выиграл? Но, несмотря на то, что я одержал победу, Агата пытается донести до меня, что радоваться мне осталось недолго. Клянется, что обойдется с близким для меня человеком так же, как и я поиздевался в свое время с Уордом. Но у меня не было родных: ни друзей, ни жены, ни детей, и вряд ли они появятся ещё в моей жизни. Я не впускаю никого близко к себе на пушечный выстрел. Моя территория закрыта, как для женщин, так и для знакомых, желающих стать для меня другом, приятелем, собутыльником. Более закрытого человека вы не увидите никогда. 
- Что, неужели утопишь моего пса? - Агата глупа. Как можно угрожать человеку, у которого совсем никого не было? На что она могла рассчитывать? Разве что у нее имелось единственное оружие - связь с Гвидо, который все что угодно мог сделать для своей вдруг ни откуда появившейся "сестренки". Монтанелли доказал свою готовность защищать Агату, переселив в больничную палату Гуидони.
- Кроме убийств родных людей, есть еще множество способов заставить человека страдать. Я не люблю повторяться в мести. А фантазии у меня много. 
Она говорит мне о жизни людей, о их значимости. Думал, сравнит с последней свиньей, но во время затыкается. Я - плохой, она - ангел. Так Тарантино думала, при этом закрыв глаза на то, кто она есть на самом деле. Я не скрывал свою дьявольскую душу и не старался показывать себя тем, кем я не являлся. К чему весь этот фарс? Я знал, что она не свята и её помыслы не чисты, она знала о моих делах и прекрасно была уведомлена, каким трудом я зарабатываю деньги. И что? Если она и хотела завязать с криминальным миром, что, в прочем то вряд ли, то она не учла одно: бывших преступников не бывает.
- Да, еще скажи мне, что это не благодаря тебе погибают ни в чем не повинные люди, и на этих местах потом не находят гранаты. Я не скрываю, что руки у меня в крови. Но и ты не делай вид будто бы ты без темного прошлого за плечами. Мне не жалко никого - они мне никто. И твоего любовника я тем более не жалею. Ах да, на счет Яннике капают и мои деньги тоже. - Гвидо настоял. Не хотел я платить ей. Она совершеннолетняя, могла и сама работать, обеспечивая себе на жизнь. У отца так же имелось небольшое состояние, крыша над головой. Гвидо было все равно. Главное - ущемить меня, заставив платить дочке профессора, которого я убил намеренно. Естественно, ни за кого ответственность брать я не собирался.
- Никогда не говори "никогда". Все только начинается, Агата. Я не ставлю точку там, где должна стоять запятая. 

+1

8

Куинтон не стеснялся выдавать мне угрозы. А следовало подумать о том, что только за свои слова он может быть пристрелен. Или посажен. Ведь суд над Гуидони за убийство моего мужчины его только ждал. И я надеюсь, первый раз надеюсь, что правительство соберет достаточно доказательств, чтоб посадить преступника. К слову сказать, что я могла бы помочь в том, чтобы нарыть информацию, за которую итальянцу дадут пожизненное. Но я еще сомневалась стоит ли поступать как крыса. Пусть Куинтон, совершив, как он считал возмездие, и поступал из личный побуждений, из ревности, я не хотела действовать также. Сейчас мне надо было только одно: оградиться от него всеми стенами, дорогами, замками, городами, чтобы сначала забыть, потом забить.
- Я не люблю повторяться в мести. А фантазии у меня много.
- За что ты мне мстишь? - спокойно спрашиваю я, надеясь, что это прольет свет на ситуацию. Мстить за то, что мое сердце не принадлежит ему? Это бесчеловечно, потому что я сама не властна над своими мыслями и душой. Тоже самое как пытаться приручить бабочку, которая неспособна следовать командам, только порхать и собирать пыльцу.
- Да, еще скажи мне, что это не благодаря тебе погибают ни в чем не повинные люди, и на этих местах потом не находят гранаты.
- Да какая разница что делала я? - развожу руками, понимая, что разговор переводиться в совсем иное русло. Может Гуидони считал, что вправе меня судить за то, что я делала? Он упустил одно: сейчас, чтобы я не делала, это было на благо Семьи. Так что пусть пойдет и плюнет в лицо Гвидо, хотя... мужчина и так это сделал.
- Мы не грехи считаем. И мне откровенно наплевать кому и что ты сделал, если это не сделано мне назло, как в случае Вернона - я чувствую, что мне и имя профессора уже больно произносить: режет язык, горло, слух. Вернон умер и я бы так хотела, чтобы шумиха вокруг него затихла, он не заслужил того, чтобы сейчас мы с Куинотоном ругались, выясняя глубину мести. Он не заслужил, чтобы про него писали в газетах и по телевидению, пытаясь приобщить к мафии Торелли. Он не заслужил, чтобы все это видела дочь и задавалась вопросом, а был ли ее отец тем, кем является.
- Ах да, на счет Яннике капают и мои деньги тоже.
- А чего ты хотел?! Есть еще статья за убийство! И надеюсь, что тебя посадят. А в тюрьме тебя будут иметь так же, как ты имел всех вокруг себя - выплевываю я, наконец теряя терпение.
- Если со мной случится еще какая-нибудь дрянь, самая мелочь, случайность, неприятность. Даже если я спущу колесо на дороге, я буду винить во всем тебя. И за это ты будешь расплачиваться очередными переломами. Поэтому не трогай меня больше! - не обязательно я лично приду с битой, чтоб выбить пару зубов у Куинтона, нет, во-первых, мне не стоит бросаться на членов Семьи, во-вторых, против мужчины, признаюсь, мне не выстоять. А вот нанять ребят со склада, которые таскают ящики и не прочь подзаработать или обычных ниггеров (например тех, что разбили фару на моей машине, начав бычить), вполне вариант. Так что надеюсь, что Гуидони понимает, что сжать зубы и терпеть - не мой вариант. За зло я плачу только черной монетой.

+1

9

Я напоминал самому себе упертого барана. Казалось, чем дальше заходил наш с ней разговор, тем Агата все больше делала из меня идиота. Не знает причины, за что я ей готов мстить. А ей недостаточно имевшихся причин? Если бы она копнула поглубже, то смогла понять, как обидела меня. Хотя, конечно, в этой беде вина лежит на мне.
- Ты оставила меня в один из таких вечеров несколькими месяцами назад.  Я долго не мог понять причину. Потом я напряг своих ребят... Затем увидел эти снимки, где ты была рядом с ним. Сначала Декстер. - ухмылка. Помню, как я ревновал её к нему. Еще не знал, что это только начало. - Потом Уорд. Слишком быстро нашла мне замену. Повела себя, как последняя шлюха. - не хочет сказать что-то в свое объяснение? Нет. - Я старался вызвать тебя на разговор. Там, на свадьбе Гвидо и Марго. От меня часто шли звонки, не находишь? Последняя наша встреча состоялась в "Розе пустыни". Но ты убегала от меня, а я так и не понял причину твоего ухода.
Я поднимаюсь с койки, облокачиваюсь на спинку кровати и с несколькими попытками мне удается сесть на коляску. Я придвинулся к ней, мне хотелось быть ближе к ней.
- Люблю ли я тебя? - ей все равно, ну а мне нет, поэтому я все таки скажу ей в лицо то, что хотел сказать давно. - Люблю, черт бы тебя побрал! Прекрати появляться в моей жизни. Ты мне даже во снах не даешь покоя! Везде ты. Везде! Я хочу от тебя избавиться. Я думал, что если ты меня возненавидешь, то мне станет легче и я забуду о тебе. - я повысил голос. Спокойствие сменилось на гнев, я не мог контролировать сейчас себя. Она не понимала, не хотела понимать меня.
- Я знал, к чему приведет это чертово убийство Вернона. Знал, что будет такая шумиха и найдутся недоброжелатели. Но мне было легче убить его, понимаешь? Потому что я не мог быть спокоен, когда он был рядом, имел возможность любить тебя. Я сошел с ума, веришь?! - смотрю в пол. Чувствую себя жалким вовсе не из-за того, что сейчас помят. Я обнажил перед ней самого себя. - А теперь уходи! - закричал я, указывая на дверь. - Надеюсь, я принес тебе удовольствие. Все, цирк окончен.
Кажется, я похож на Арлекино, печального клоуна с нарисованной улыбкой на лице. Я так устал. Надеюсь, у нее хватит ума оставить меня одного.
-Мистер Гуидони, вы звали меня? - в палату ворвалась обеспокоеная медсестра. Взгляд на нежданную гостью. - Девушка, пациенту нужен отдых. Тем более, время посещения закончилось.

Отредактировано Quinton Guidoni (2014-05-15 12:43:59)

+1

10

Гуидони все-таки смог пересилить себя, прекратить играть в кошки-мышки, в угадайку и экстрасенсов, и стал говорить. Не самые приятные вещи, но другого от итальянца я и не ждала. так что сравнение со шлюхой я молча проглотила, как и тот факт, что Куинтон приставил своих людей следить за мной.
На некоторое время мужчина замолкает, потому как перебирается с кровати на инвалидную коляску. Хотя, на вид он выглядел довольно бодрым для того, чтобы сидеть в коляске - у него ведь сломана только одна нога? Ну и рука... Да, Монтанелли постарался, чтобы при взгляде на Куинтона, хотелось отвезти глаза. Потмоу что когда такие сильные и властные мужчины опускаются, это становится... жалким?
- Люблю ли я тебя? - я замирая, слыша этот вопрос, который мужчина обращает скорее сам к себе. Жду в продолжении поток ненавистных фраз, обращенных ко мне, но...
- Люблю, черт бы тебя побрал! - его голос стал громкий, обозленный, и все его чувства были таковыми - горькими, острыми и неприятными. Даже любовь, которая все уничтожала.
Я опускаю глаза, чувствуя как же болезненно слышать эти слова. Даже неприятнее чем любые оскорбления. Стало ли мне легче от того, что я узнала в чем кроется тайна? От того, что сам Гуидони испытывает сильнейший декоданс от всего происходящего? Не знаю... сейчас я плохо ощущала себя, зато у меня было чувство, что весь мир свалился на меня с его терзаниями, отчаяньем, разочарованием, омерзением. Возможно, я могла бы понять Куинтона, его мотив и желание убить Вернона. Понять - да. Но простить...
- А теперь уходи! - он кричит так, словно это я уничтожила все хорошее, что было в нем. Словно это я своими руками убила Уорда, и повесила вину на него. Быть может, и есть моя вина во всем этом. В свое время я поставила крайне корявую точку в наших отношениях, которая напоминала больше кляксу. Была ли я провокатором для мужчин? Роковым человеком в их жизни, который, появляясь, ломает всю систему. Если так задуматься, то да, именно пиковой дамой я и являюсь, стоит только вспомнить кто и как из моих бывших любовников закончил жизнь или во что превратился.
Сжимаю губы, потому что чувствую, что близка к тому, чтоб разреветься. Хорошо, что во время вошла медсестра, прерывая нашу дальнейшую войну. На сегодня битва окончена. И когда я шла сюда, в палату Гуидони, мне казалось, что победа в моих руках. Но сейчас, молча выходя из комнаты, я не знаю кто выиграл. Наверное, проиграли оба.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Вечная карусель