Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Свободы хватит на всех


Свободы хватит на всех

Сообщений 1 страница 20 из 43

1

ПАТРИК и АГАТА
27 мая и далее; Лос-Анджелес и другие города
История о том, как Патрик провожал Агату до Мексики

+1

2

Внешний вид: рубашка, штаны, сапоги, жилет с символом на спине.

...тишину вечернего пригорода разрушает совместный рёв шести мотоциклетных моторов. Шесть фар яркой вспышкой освещают старый асфальт, чтобы вспугнуть что-то живое, затаившееся в полумраке в придорожных кустах, но тут же снова становится темно, и животное скоро вернётся на старое место, чтобы доесть другое животное, вырыть нору, или просто лечь спать - что бы там не задумал этот представитель калифорнийской фауны; шестерым всадникам нету до него никакого дела - едва ли даже из них кто-то заметил, что рокот их мотоциклов кого-то потревожил. Сотню-другую лет назад вдоль этих дорог был слышен топот копыт и ржание лошадей; теперь на смену живым коням пришли животные из железа и пластика, но... помимо этого, на западе Америки не так уж много изменилось, если отъехать километров за двадцать от любого мало-мальски большого населённого пункта. Здесь всё ещё могут убить за пару долларов или косой взгляд, просто сделают это без той ковбойской романтики полуденных дуэлей, которую воспевают в старых добрых вестернах... а существовала ли она когда-нибудь, на самом деле? Пустыня не так уж далеко от этих мест. Пустыня - как большое кладбище, только без могильных плит... всю нефть уже нашли, все индейские сокровища сгинули - с куда большей вероятностью, копнув, ты обнаружишь под лопатой чью-нибудь сгнившую руку или ногу. Запад не стал намного менее диким - там просто стало меньше дерева и больше камня. Да и его обитатели носят другую одежду... Вместо шляп и шпор на сапогах, все шестеро всадников носят кожаные жилеты с изображением орла на своих спинах.
Справа от них, чуть вдалеке от обочины, небольшая площадка с несколькими обгорелыми трейлерами, и каждый из шестерых, не сговариваясь, слегка поворачивает голову, чтобы увидеть это место ещё раз... раньше это место называли "The Range", и оно служило одним из филиалов клуба The Lost; но вот уже почти год оно мертво, и его обгорелые останки начинает потихоньку зарастать. Многие из Пропащих здесь нашли свой покой. Некоторых - разметало так, что даже останков не обнаружилось, не то, что "цветов" или их фрагментов... Си-4 - бессердечная штука в руках бессердечных людей. И метамфитамин с ней плохо сочетается, с какой ты стороны на это не посмотри - будь ли он предметом употребления, предметом изготовления или предметом войны. Пропащие избегают появляться в этих местах. И капитан колонны прибавляет ходу... скоро они окажутся на побережье. Из пустыни к воде, за один день - не проблема, особенно если в компании друзей, а находиться в седле тебе не привыкать...
Патрик едет третьим слева - вот уже два месяца, как его жизнь стала похожа на прежнюю: безостановочная езда, много знакомых лиц, безостановочный адреналин, и клубный символ на спине как и свидетельство всему этому, и подтверждение. А о трейлере в Сакраменто напоминает лишь один из ключей на массивной связке, которой вполне можно даже покалечить, если швырнуть её правильно. Не спорьте - пробовал.
Капитан машет рукой в сторону, и колонна перестраивается, въезжая на парковку придорожного заведения, шустро разбирая оставшиеся парковочные места. Останавливая мотор, Пэт снимает шлем, вешая его на ручку руля, и расслабленно откидывается назад, вынимая пачку сигарет, опуская грязную бандану, скрывавшую лицо от дорожной пыли, и закуривая. Братья уже задорно обсуждают что-то, радуясь первой за последние километров триста возможности нормально поговорить, не перекрикивая моторы; Патрик же присоединяется последним - он и знает-то их не очень хорошо; он почти случайно прибился к ним - они даже из разных поколений... когда-то эти парни носили другие цвета, его же жилетка помнит куда больше дерьма - оттого так и обтрёпана. Размявшись немного, он примыкает к остальным, всё так же молча следуя за лидером заезда, но уже пешком. Желудок сжимается от голода. В дороге тебя всегда сопровождает хороший аппетит... если же нет - стоит задуматься, туда ли вообще поехал.
Шесть задниц с гулким шумом водружаются на стулья - внимание они привлекают к себе не только на дороге, и не только своим необычным и грубым внешним видом... Патрик втягивает сигаретный дым, лениво оглядывая помещение, и ему плевать, можно ли вообще здесь курить или нет. Он не будет спрашивать. Куда их вообще занесло? Что-то не припоминал он этой мексиканской забегаловки. Трое братьев продолжают оживлённо о чём-то спорить между собой, размахивая руками, лидер шайки смотрит на них, ожидая исхода этого спора, ещё один - просто ждёт официанта; а Пропащие, между тем, добились, чего хотели - внимание было привлечено. Из-за соседнего стола поднимается несколько человек, уверенно направляясь к их столику, самый здоровый из них попросту отодвинул в сторону кого-то, кто пересекал их путь, следуя к барной стойке. В их одежде, манере двигаться, даже манере смотреть, явно угадывается бандитский стиль - а в их одежде неспроста преобладает жёлтый цвет. Пропащие, почувствовав неладное, затихают, поднимаясь навстречу; и Патрик, сокрушённо сплюнув сигарету на пол, встаёт с остальными, уже предчувствуя, что сейчас получится. Не дадут даже поесть без приключений...

Отредактировано Patrick O'Perry (2014-05-22 15:08:32)

+1

3

Внешний вид

Мы выехали вечером, пришлось задержаться, так как разговор с Декстером не оказался коротким и положительным. Очередная ссора, но я видела во всем этом огромный плюс: это должна стать последней ссорой за месяц. Месяц без Семьи, без Кортеса, без мексиканцев, без всего того, что меня успело отяготить. Ранее, когда у власти был Витторе или его друзья, никому и дело не было куда я ухожу и когда возвращаюсь. И, соответственно, на мне было меньше оков, меньше ответственности как со стороны Торелли, так и со стороны собственной семьи. А в последнее время мне казалось, что меня растягивают, если не в три, то в две стороны, точно. На весах встали мафия и Декстер с сыном. Весы не выдержали и надломились, и нужно убрать груз для их починки, иначе они сломаются. А этого никто не хочет.
Выехав с Зеленой Мили, мы с Аароном доехали до Яннике, забирая ее и ее спортивную сумку. Куда теперь держим путь? Я ехала на юг, в желании пересечь несколько границ, переплыть панамский канал, а дальше рвануть на остров: Куба или Доминикана. Детям вот, кажется, было все равно. Аарон сейчас вообще поддерживал любую идею и пребывал в восторге, не в силах угомониться на переднем сиденье. А Мышка, наоборот, была расстроена, хоть и пыталась это скрыть. У нее не получалось, но нет вины. Я надеюсь, что через несколько дней в пути, она переключится с города и атмосферы, которая ее тяготила на, собственно, наше путешествие и новые знакомства.
- Выключи ты уже этот планшет - настоятельно прошу я, глядя мельком в зеркало заднего вида. Яннике опять читала новости, связанные с делом об убийстве ее отца. Когда-нибудь она задаст мне вопрос а что меня связывает с Куинтоном, да и с мафией вообще, и я не хотела ,чтобы это случилось в этот месяц. Неужели так сложно оставить все проблемы позади? Просто сделать вид, что их не существует. Просто поверить, что все наладиться.
- Тут вот опять пишут...
- Не хочу ничего знать - резко остановила я девушку, а потом уже мягче добавила: - Пожалуйста. - и Яннике убрала гаджет в свою сумку.
Проехав еще десять миль, ближе к ночи, мы остановились возле придорожного бара, рассчитывая, что там можно перекусить. Можно было, конечно, доехать уже и до Лос-Анджелеса, но уже все хотели в туалет, а Аарон хотел кушать, кинуть в свою черную дыру в желудке несколько бургеров. Сомневаюсь, конечно, что в мексиканском кафе будет фаст фуд, но по его глазам вижу, что мелкий согласен на все - спортсмен растет, тратит много сил на тренировки: футбол, плаванье, бокс, поэтому питаться начал чуть ли не в два раза больше.
Я припарковала машину на стояке и зашла внутрь заведения. Заняв свободный столик, мы сделали заказ. Я с Яннике решили выпить пива, а сын довольствовался колой со льдом.
Мы уже расправлялись с ужином, когда в бар вошла компания из байкеров. Встретив взглядом первых двух парней, я, потеряв интерес, снова устремила взгляд в свою тарелку, упуская из виду, что среди байкеров был и мой знакомый. Я не следила за тем, что между пришедшей компании и уже подвыпивших (или просто слишком борзых) ребят началась потасовка, пока один из представителей байкеров не свалился на наш стол.
Аарон среагировал быстро и еще до того, как наш ужин нагло прервут, подхватил свою тарелку с едой, поднимая ее, таким образом единственный из нас имея шансы доесть горячий фахитос.
- Хей! - восклицнула я. А потом в разлегшимся на наших с Яннике тарелках парня, узнала Патрика. - Патрик?! Как ты здесь... Что ты забыл в... моей тарелке? - удивилась я столь нежданной встрече, хотя с удивлением стоит отложить, так как в баре начинала накалятся атмосфера.

+1

4

- Вам здесь не рады. - сообщил один из парней напротив. Мексиканцы выстроились напротив байкеров небольшим полукругом, что сделали и Пропащие в ответ - каждый был готов начать драку, но при этом настоящей победой было спровоцировать противников на первый удар; прямо в лучших традициях ковбойских боевиков - действительно, осталось только облачить байкеров в шляпы и кожаные штаны всадников (хотя как минимум у двоих Пропащих - именно такие и были, но посовременнее), а жёлтые банданы и майки мексиканцев заменить на сомбреро и пончо. К слову, об одеждах, которые они носили - в татуировках на их руках и плечах и в предпочтениях к жёлтому цвету явно угадывались отличительные признаки банды "Vagos"; им не узнать Пропащих тоже было бы тяжело - представители группировок то и дело постреливали друг в друга, особенно год назад, когда The Lost имел здесь более твёрдые позиции. Впрочем, "Вагосы" были бы наверняка рады поддержать давние традиции и сейчас... и численное преимущество было на их стороне. Симпатии завсегдатаев - скорее всего, тоже, учитывая, что комментариев на испанском Патрик услышал больше, чем на английском...
- В чём проблема, эсе? Мы с братьями всего лишь хотели отведать немного ваших тако. - пока дорожный капитан выступал, Патрик уже выделял из группы мексиканцев "своего", который - вот только даст повод - и получит от него по физиономии первым. Или наоборот, зарядит... тут уже как пойдёт.
- Здесь нету тако для The Lost MC! - выкрикнул другой мексиканец, поменьше размером... не тот, слишком уж мелкий, не интересно; да и слишком далеко находится. Тот, что стоял прямо напротив Патрика - этот вот был настоящий бычара, даже Пэт, считавший себя немаленьким, на его фоне выглядел неуверенно. Риск он, впрочем, любил. А с тех пор, как он бросил пить по-чёрному, вернувшись в стан алкоголиков обыкновенных, жажду риска нужно было чем-то утолять... Он встретился с противником взглядом. Даёшь корриду?
...в общем, слово за слово, обычная словесная потасовка, как обычно и бывает, перешла во вполне обычную барную драку; а бычок оказался достаточно резвым, не став бить Пэта - а побежав на него, словно игрок в регби, с намерением его не то выбить, не то - забодать, только вот О'Перри не успел даже моргнуть, как уже затылком очутился в чьей-то тарелке, оттого, что почувствовал, что под кудряшками стало горячо и влажно, а тарелка Агаты, кстати, раскололась идеально пополам - на этом, впрочем, впечатления от боевой техники кончились: плотная жилетка значительно смягчила толчок. Впечатления начались другого рода.
- Бабочка?.. - Патрик много людей встречал, и на лица имел память неплохую. Что-то с Агатой, правда, было не так, но на данный момент были вещи поважнее - как, например, что этот американский футболист приближался, а кому-то из братьев приходилось драться одному против двоих... - Долго объяснять. Привет, пацан. - поздоровался с Аароном, который сидел рядом и держал свою тарелку на весу. Похоже, он тут чей-то ужин испортил. Даже, наверное, семейный; если столь странную компанию можно назвать семьёй, конечно - впрочем, какое ему собачье дело до чужих семей, в зале сейчас пятеро человек, в схожих с ним жилетках: один из них - по происхождению недалеко ушёл от тех, кто его тут не приветствует, двое - чёрных, у четвёртого - татуировка прямёхонько на половину лица, пятого зовут Маленький Дик, и всех пятерых он называет братьями... - Ты будешь доедать? - это уже к Яннике. Патрик бесцеремонно поддевает пальцем что-то с её тарелки, пробуя это на язык - а ведь вкусно, жаль, что ему поесть не удалось... - Я бы посоветовал увести детей, стрельба может начаться в любой момент. - снова к Агате. Пэт, как обычно, не теряется в сложной ситуации, в любой момент готовый запутать её ещё больше, либо же упростить до одноклеточного состояния, уж как пойдёт. И схватив тарелку Яннике, он запускает её в лицо подоспевшему мексиканцу, и с силой добавляет ему в грудь обоими подошвами сапог, отталкиваясь перекатываясь по столу, сделав кувырок назад - остатки еды всмятку, и без того пыльные, "цвета" теперь в грязи; и только орёл на его спине расправил крылья и в довольном крике раскрыл клюв - словно пирует. "Бычок" же отшатнулся, но равновесие всё-таки сохранил, и теперь прёт на Патрика снова, вытирая с лица остатки обеда Яннике и плотоядно лыбясь. Один из его "братьев" тем временем выбрасывает кого-то в окно - значит, один Вагос выбыл, счёт пока ровный.
Патрика смеётся - его противник два раза попытался ударить, и два раза ему не удалось просто попасть по своей рыжей мишени; на третий же раз он ответил сам, дважды ударив бандиту в область живота, и когда тот согнулся пополам - огибает его, давая, если просто сказать, поджопник. Парень летит своей массивной хлеборезкой прямо в пол, а Пэт встряхивает кулаки, морщась от боли - оказалось, у него там почти бетонный пресс, так ведь и кисти себе переломать недолго. Послал же господь слона на ужин.
Драка прерывается, когда бармен, видимо, устав подсчитывать убытки заведения, стреляет в воздух из дробовика...

+1

5

- Бабочка?.. - Патрик тоже узнал меня, хоть с его позиции можно было и ошибиться, учитывая, что познакомились и виделись мы один раз при довольно странных, в хорошем смысле, обстоятельствах. И еще один раз созванивались, когда я помогла байкеру с работой. Далее я больше не следила за тем как развивается его жизнь, за его взлетами и падениями, ну, кроме сейчашнего сокрушительного полета. И как у него в разгар драки еще находились силы шутить и... лазить руками в тарелку с едой? Яннике смотрела на это с выпученными глазами, хотя есть она это уже явно не собиралась - аппетит пропал у нее еще в тот момент, когда Пэрри приземлился к нам. И если девушка была в шоке, в ужасе от происходящего, чувствовала угрозу для своей, если не жизни, то здоровье, то Аарон радостно улыбался, собираясь, чуть ли не как в кинотеатре, закидывать свой ужин в рот и довольно болеть за байкеров.
- Я бы посоветовал увести детей, стрельба может начаться в любой момент.
- Стрельба?! - повторила Мышка. Ее можно было сейчас понять: отец умер от огнестрельного оружия, единственный ее защитник, которому она рассказывала все, тот, кто, как казалось девушке, в миг мог решить любое горе или беду. И сейчас Яннике хотела скорее убраться, поднимаясь из-за стола, по которому прокатился Патрик, оттолкнувшись ногами от груди своего оппонента.
- Круто! Стрельба! - возрадовался Аарон и, последовав плохому примеру Пэрри, кинул свою тарелку в толпу, не разбирая где свои, а где чужие (если он вообще понимал на чью сторону мы в добровольно-принудительном порядке сейчас встали).
Рядом со мной развязалась еще одна драка, и я не упустила случая подсолить мексиканцам, ставя одному из них подножку. Потасовка раскалялась, кто-то уже разбил стекло, вылетая из кафе, игнорируя дверь, вернее в этом ему помогли. Часть посетителей спешили на выход, другая часть (одни из них мы) пытались это сделать, но мешали перевернутые стулья, столы или массивные тела мужчин.
Я хватаю Аарона за руку, кричу, чтобы Яннике следовала за мной и собираюсь пройти в туалет, желая либо переждать бурю, либо вылезти через форточку. Как вдруг звучит выстрел. Я инстинктивно пригинаюсь на пол, накрывая сына рукой. Мышка тоже садится на корточки, закрывая уши руками. Но оказалось, что выстрел, который оставил дыру в потолке, это не залп к началу боя, а попытка его решить.
- Полиция уже едет. Но вы можете возместить мне убытки и тогда я не стану заявлять на вас - грозным голосом говорил мужчина в возрасте, окидывая взглядом зачинщиков. Учитывая, что в этот бар часто заходили мексиканцы, с них плату бармен брать не собирался, он ждал, что по долгам расплатятся именно "цветастые". От чего мексиканцы распушили хвосты, чувствуя за собой победу. Хотя вон тот парень, что проломил хребтом стекло, счастлив не был. Он матюгался на испанском, и разминая ладонями осколки, поднимался с места. А я, все еще держа Аарона, стала пробираться к выходу, при этом нарочно открыв дверь пошире, чтобы заехать ею по башке того самого мексиканца.

+1

6

Не так уж и давно Агата здорово ему помогла, надо сказать. Помощь даже из того разряда, что если бы не она - вполне вероятно, сейчас у него не было бы возможности громить чужие столы и кидаться в людей тарелками: она дала ему возможность заработать денег на ремонт его мотоцикла, хотя имела полное право утопить его в той же реке, откуда он вылез в голом виде на её участок - три месяца назад искорёженный, Горный Козёл сейчас сиял на парковке, рядом с другими мотоциклами. Поэтом не узнать Тату - это могло бы быть даже своего рода хамством... Патрик был хамом, но не по отношению к тем, кто помогал ему когда-либо - добро он помнил так же хорошо, как и зло, и отплатить был бы рад в обоих случаях, рассчитывая на то, что дорога рано или поздно предоставит ему такую возможность. Конечно, сложно посчитать добрым мотивом зачин драки рядом со столом, где она ужинала с ещё двумя людьми, одному из которых было явно и до совершеннолетия ещё далеко (Пэт по ряду причин мало общался с детьми - так что точнее о возрасте Аарона вот так сходу сказать ему было затруднительно)...
Но драка прервалась, когда выстрел был сделан; и некоторые из дерущихся - с обеих сторон - тоже инстинктивно похватались за пушки. Патрик был одним из них - а вот его противник, то ли не был вооружён, то ли не успел, но отступил назад, приподняв руки, глядя на Пэта и на тех, кого он закрыл своей спиной - Агату и её компанию. Раз уж они оказались так близко сейчас, подставить кого-то из них под пулю или заряд дроби во время чужой схватки - и вовсе свинство. Итого - двое Пропащих направили пушки в сторону барной стойки, ещё один переводил пистолет с одного мексиканца на другого, пока не определившись с конкретной целью, трое Вагосов же поддержали бармена, направляя стволы на байкеров. Хотя получать пулю явно не хотел никто.
- Вот тебе, а не возмещение, мексикашка! - лидер Пропащих показал выставил средний палец левой руки, правой продолжая сжимать пистолет. Патрик перевёл ствол с бармена на одного из вооружённых бандитов, третий брат, глядя на это, сузил круг своих целей до двух оставшихся. - Пошли отсюда, братья!
- Мы вернёмся сюда, и нас будет больше! - подначил один из Пропащих, пятясь к выходу под прикрытием трёх пистолетов. Мексиканцы что-то забубнили в ответ, тоже направив в сторону байкеров несколько резких жестов; Патрик на секунду перевёл внимание на того, кто вылетел в окно минутой ранее, прикидывая его опасность, и снова сконцентрировался на том, что достал пистолет. Нету никаких гарантий - кто получит пулю, зависит от того, кто первым сорвётся. Просто та же самая русская рулетка, только револьвер - не один, и нету пустых гнёзд.
- Уходите, вас они не тронут. - Пэт пнул упавший набок стол, чтобы тот отодвинулся, давая возможность для Агаты, Яннике и Аарона уйти, да ещё и предоставляя некоторое прикрытие в виде остальной перевёрнутой и переломанной мебели - сомнительное, но какое-никакое; те, кто оставался в зале, уже пользовались ими, чтобы сбежать; трое безоружных Пропащих последовали их примеру, Патрик же и двое остальных бежать не спешили, отходя спиной вперёд и продолжая держать мексиканцев под прицелом. Последний из них, кто покинет здание, вполне может и получить прощальный подарок в виде пули... И тут Пэту приходит идея, как создать прикрытие всем троим.
В его руке появляется раскладная зажигалка, и, поднеся её к ближайшей занавеске, он просто чиркает, заставляя пламя вырваться и начать расти, поджигая лёгкую ткань и наполняя помещение едким чёрным дымом. Дым - прекрасное прикрытие как на войне, так и на гражданке; от пули не защитит, но вынудит хотя бы стрелять вслепую.
- Набирай 911 ещё раз. Копов уже позвал - зови теперь пожарных! - смеётся Патрик, спеша покинуть здание вслед за братьями. - Адьос, пендехос! - захлопывает дверь за собой, и инстинктивно отскакивает в сторону на тот случай, если кто-нибудь всё-таки решит прошить её пулей вслед перед тем, как начать тушить пожар. Убытков горящая занавеска сможет принести больше, нежели небольшая драка, учитывая, сколько дерева в интерьере, так что свой несостоявшийся ужин Пэт считает оплаченным - хотя вот желудку от этого не легче, конечно... Пропащие с радостным гулом и смехом спешат разбежаться по своим мотоциклам, чтобы покинуть место преступления, пока не подъехали обещанные копы; Патрик же едва не влетает в Агату, вставшую у его мотоцикла... и похоже, так просто его не отпустит, да? Учитывая, что он только что изгадил ей ужин и подставил под опасность её... брата? Или кто там был этот задорный мальчуган? И та, вторая молодая девушка...
- Времени у меня нет, потому на раздумье тебе две секунды - ты либо едешь со мной, либо не едешь. - учитывая, что на его байк вчетвером поместиться если и возможно, то проблематично, неудобно и непрактично, с риском размазаться по асфальту кому-то одному или всем разом - не похоже, что для Агаты первый вариант будет правильным. Но... где эти двое?
- Пэт, что ты там застрял? - секунда раз. Братья готовы разделиться... Патрик чувствует смутное дежа вю, ситуация повторяется уже в который раз - он встретил кого-то из прошлого, но времени нет. Секунда два...

+1

7

Как только бармен схватился за дробовик, несколько мужчин, включая байкеров и мексиканцев, сделали тоже самое. У меня же ствол был в бардачке. Так, на всякий случай, чтобы не попасть впросак при встречи с какими-нибудь бандитами или рыцарями дорог - таких я не по наслышке знаю с Сакраменто. И отправляясь в столь долгое путешествие должна буду обеспечиваться безопасность своему сыну, своей подруге. Но вот кто ж знал, что даже отправляясь на ужин в кафе, надо брать с собой ствол, хотя я в принципе не любитель ходить с оружием. А не такой уж давний опыт, когда Фрэнка арестовали с оружием без лицензии, подсказывал, что верно я поступаю.
Мы выходим из здания и я отпускаю руку Аарона:
- Идите в машину, я скоро подойду - я кинула ключи Яннике, отправляя детей в салон джипа. А сама прошла по стоянке несколько метров, выискивая байк Патрика.
До уха доносятся бурные разбирательства и взаимные угрозы, когда Пропащие выходят из бара. И я вижу, что через несколько секунд в помещении вспыхивает пламя, как будто кто-то включил свет маяка. Мужчины прибавили ход к своим мотоциклам, и меня чуть не сбивает Пэт, распыленный от недавней потасовки. Времени разглагольствовать у нас не было, но и просто уехать я не могла. Не хотела.
- Времени у меня нет, потому на раздумье тебе две секунды - ты либо едешь со мной, либо не едешь. - варианты не слишком удобные для той, у кого еще есть два пассажира. И бросить у меня в мыслях даже не возникало. Я оглядываюсь на машину, замечая как Аарон и Яннике что-то бурно обсуждают, сидя в автомобиле. Особенно сын - аж взахлеб. Небось, поучаствовав в заварушке, вспомнил что-то из прошлого, когда он неволей становился участником похожих моих проблем. Надеюсь это не сильно напугает Мышку, которая видит во мне только положительные стороны и ни грамма опасности? И мне бы очень не хотелось ее разочаровывать. Хотя я понимала, что это вопрос времени, как и правда, что я от нее скрываю.
Две секунды - ничто для того, чтоб принять решение. Но я еще не знаю куда Патрик держит путь, может быть нам по пути?
- Я еду в Лос-Анджелес. Если нам по пути, то поеду вслед за вами - разделиться и сесть на байк Патрика, а кого-то из детей усадить за руль - идея бредовая. Аарон даже до педалей не дотянется, а Яннике, хоть и имела дорогостоящий протез, но водить в ней не смогла бы, у нее и прав-то не было.
Где-то далеко шоссе разносит шум полицейской сирены, и я в темпе возвращаюсь за руль Гранд Чероки, чтобы двинуться следом за рычащими байками.
- Агата, ты их знаешь? - в голосе мышки читалось глубокое удивление, сравнимое с шоком. Ведь мой образ в ее глазах был отчасти семейный: девушка при муже, при ребенке, но никак не имеющая в знакомых таких парней. Впрочем, из компании я знала только Патрика, а те, с кем он меня когда-то знакомил, сейчас с ним не наблюдалось.
- Я знаю только Патрика, это вон тот парень в клетчатой рубахе - киваю на Пэрри, и, заведя мотор, двинулась с места, ставя себе цель не отставать от компании гонщиков, хотя эта задачей должна быть сложной.
- А можно мне покататься на мотоцикле? - спрашивает Аарон, поняв, что мы вроде как теперь вместе с той разбушевавшейся компанией. - И жилетку хочу такую же - ребенок включил "хочуху", рассматривая спины байкеров.
А мы все дальше отъезжали от горящего бара, меняя панораму на вырастающие небоскребы города Ангелов.

+1

8

Нелегальное ношение оружие, драка, нанесение вреда собственности (а может, и здоровью тоже) и поджог - вот примерный набор того "счёта", который полицейские могли бы выставить Патрику сейчас, если бы поймали, конечно. Слишком много для одной короткой вечеринки - и слишком мало, учитывая всё, что The Lost MC уже совершил за полвека своего существования - в том числе, и за последние шесть лет, в течение которых он выбирался за пределы штата Нью-Йорк, разрастаясь по всей стране. Когда-то Лос-Анджелес для Пропащих был городом Ангелов не только из-за своего названия - ещё не так давно в сердце Калифорнии главными "рыцарями дорог" были их враги, называющие себя Ангелами Смерти; теперь же в город Ангелов они въезжают, как к себе домой - в одну из комнат склочной коммунальной квартиры, с соседями вроде испаноязычных Вагосов и Ацтеков, чернокожих Балласов и Семей с различных улиц, Триады, русской мафии, и прочих, заменяя бывших "соседей"; хотя, на самом-то деле, некоторые из Ангелов Смерти сами встали под знамёна The Lost в течение той войны, что была начата на восточном побережье - таких было немного, но и такие вещи имеют место быть, когда открываются новые отделения клуба. Хотя основную часть своего подкрепления Пропащие получили как раз не из Ангелов, а из числа их врагов - история о клубных войнах в Нью-Йорке имела достаточно широкий резонанс, многие добровольно надевали на себя жилетки Пропащих. Да и лидеров клуба некоторые знали лично - в этом году вот уже десяток лет будет путешествию из Нью-Йорка в Лос-Анджелес, которое совершили Джонни Кей и Терри Торп... наверное, с тех пор им и приглянулся город Ангелов, раз в итоге они решили переехать именно туда. И там же их пути обрели своё окончание... не так уж далеко отсюда. Но они собираются в противоположную сторону...
- Договорились. Твоя машина вон там? - Патрик оглянулся, увидев попутчиков Агаты, ждавших её в Гранд Чероки, и поспешил усесться на свой Харлей, заводя мотор; послышались отголоски сирен, а значит, полицейские были уже близко, и тянуть ещё дольше - означало бы заработать славу самому себе, а не всему клубу; то есть, скорее всего, увидеть зал суда своими глазами - а значит, стоило бы убираться поскорее... Да и Тарантино тоже следовало бы поспешить, если она не хотела быть свидетелем. - Мужики, не пугайтесь, увидев за нами тот джип - это не копы и не Вагосы, это мои друзья! - вот теперь, когда все формальности были улажены, и Патрик был уверен в том, что никто из братьев не будет нервничать или, чего хуже, не пальнёт, увидев, что кто-то пристроился следом, можно было и трогать. Хотелось бы надеяться, что Агата водит достаточно быстро - он и так уже достаточно задержался, чтобы она вовсе не потеряла их из виду. Но, убедившись, что Тата их догоняет, и даже умудряется держаться достаточно близко, чтобы разглядеть их спины (но и не приближаясь настолько, чтобы возник риск устроить на придорожном шоссе боулинг) Патрик прибавил ходу, пристраиваясь замыкающим к их небольшой мотоколонне. Пригородные пейзажи постепенно сменялись городским асфальтом и стеклом, с той же скоростью, как вечер сменялся ночью; и Солнце постепенно скрывалось за фигурами больших домов где-то далеко впереди - небольшая поездка в закат... Пропащих оставалось на дороге всё меньше - то один, то другой из них отделялся от колонны, когда на дороге появлялся поворот: принято было решение разделиться, и встретиться позже в клубном доме, кто как сумеет добраться. Хотя Пэт уже предчувствовал, что вряд ли доберётся до клабхауса, по крайней мере, до утра - если доедет до него вовсе. Когда впереди автомобиля Агаты осталось только трое, Патрик сбавил ход, поровнявшись с боковым стеклом. И протянул руку, с улыбкой в него постучавшись, прямо вот так, на ходу, словно просился в гости.
- На следующем повороте сворачивай за мной. - они съезжали с главного шоссе - до города придётся добираться окольными путями. Если, конечно, Тарантино всё ещё поддерживает идею следовать за ним - хотя уже не по наслышке знает, куда порой приводят его дороги; ведь именно у неё во дворе он проснулся в чём мать родила, послав куда-то там её ёжика, и именно к ней пришёл за помощью в работе, подволакивая простреленную ногу за собой... Он снова бьёт по газам, обгоняя джип, и поворачивает, когда появляется обещанный поворот, постепенно сбавляя обороты, чтобы его не потеряли - дорога узка и извилиста; они оказались в элитном частном секторе - и теперь их моторы нарушали покой небольших вилл за высокими заборами... Проехав ещё какое-то расстояние, Патрик просто остановился на обочине перед очередной развилкой. Город Ангелов смотрел прямо на них сразу за ней, всеми своими огнями - впереди и немного внизу. Она хотела в Лос-Анджелес - вот, он прямо перед ней.
- Вот теперь, наконец-то, здравствуй. - что до него, ему, как и в доброй половине случаев, было всё равно, куда ехать - он просто наслаждался путешествием. Патрик широко открыл для Агаты свои объятия; и только сейчас понял, что его настораживало - и осторожно, хотя и со всей свойственной ему наглостью, коснулся пальцем краешка её шрама: - Жуткая хренотень... Где это ты так?

+1

9

Мы ехали по шоссе и с него постепенно сворачивали байкеры, то на одном повороте, то на другом. В итоге мы с Патриком остались одни на дороге. Мужчина увлекает меня за собой, и я стараюсь держать скорость, чтобы не терять из виду Пэта. Поворот, еще поворот, извилистая дорога утягивает нас вверх, и вот, мы уже на небольшой обзорной площадке. Перед нами весь город как на ладони, сверкает и переливается огнями, словно подмигивает.
Я выхожу из джипа, приветливо улыбаясь мужчине, а он уже ждет меня в своих объятиях.
- Привет - говорю ему, проведя ладонью по его спине прежде чем отстраниться. Он смотрит на меня, а затем осторожно касается пальцами моего шрама на правом глазу. Это заставляет меня чуть прикрыть глаза, а после отвернуться от его рук, ощущая неприятное и неловкое чувство от того, что мое увечье не смогло укрыться от глаз знакомого.
- Ай - отмахиваюсь я, как будто это просто царапина. Сейчас-то мне и правда воспринимается этот шрам царапиной, и к тому, то зрение мое подкосилась, тоже привыкла. Но в первые дни казалось, что меня окружает пелена, - наверно так видят мир люди, которые страдают из-за плохого зрения или разными показаниями на глазах.
- В неприятность попала, сейчас это уже не имеет значения - отвечаю я, переводя взгляд на город, а затем на машину, так как слышу, что из нее выбираются дети.
- Фигасебе! Крутотень! - подал голос Аарон, вприпрыжку выскакивая из Гранд Чероки и хлопая дверью. Его взгляд, наверно, приковывали высокие и яркие небоскребы, которых у нас в Сакраменто было не так много и они были не настолько величественны. - А здесь был Кин-Конг? Дышь-дышь-дышь - мальчик пытался изобразить как гигантская горилла лезет по зданию, впиваясь лапами в обшивку небоскреба.
- Нет, кажется это было в Нью-Йорке - припоминаю я старый-старый фильм про Кин-Конга и разворачиваюсь к сыну, чтобы он присоединился ко мне и Патрику. Еще бы Яннике неплохо было бы вытащить из машины, чтобы всех перезнакомить и оставить непонимание позади. А то еще одно объятие и Аарон начнет меня ревновать к Пэрри.
Мышка вышла из авто почти что сразу, тут же начиная щелкать панораму на планшет.
- Иди сюда - подзываю девушку - Яннике, Аарон, это Патрик, мой знакомый. Патрик путешествует по всей Америке и много где побывал - хотя, от излишка алкоголя может и не помнить всех городов.
- Патрик, это мой сын и подруга. - я обнимаю ребенка за плечо, замечая как тот внимательно разглядывает байк Пэта, да и его самого. - Мы только сегодня выехали из Сакраменто. Что-то вроде отпуска. Хочу доехать до Панамского канала - а это только на машине четыре с лишним дня пути, плюс еще вынужденные остановки на ночлег и на подкрепиться.
Недолго постояв возле меня, Рон отошел разглядывать байк, уже примериваясь и хватая ручонкой за руль.
- Мы сейчас в отель, надо отдохнуть. Поехали с нами? Посидим в баре, поболтаем. Расскажешь как оказался тут - предлагаю я мужчине, зная, что в запасе у него есть много увлекательных историй, а я как раз в том настроении чтобы слушать и поддержать беседу.

+1

10

Никогда не известно, что принесёт дорога, будь она извилистая или прямая - и что его путь назад в Лос-Анджелес закончится вот такой встречей, Патрик и подумать не мог бы. Окончательно закрыв свой трейлер вот уже два месяца назад, казалось бы, встретился с Агатой он не так и далеко от Сакраменто, хотя на самом деле, за эту весну он успел в очередной раз пересечь Америку на своем мотоцикле, добраться до Нью-Джерси, где жили его многочисленные родственники, навестив их, и затем - доехать до Нью-Йорка, чтобы потусоваться с братьями в Бронксе на открытии сезона, и только затем уехать обратно, навестив братьев ещё в нескольких местах, - заехав в Сент-Луис, убедившись, что тот чаптер, который он основал и полгода возглавлял, всё ещё цветёт и пахнет - и потом встретиться с ещё несколькими друзьями, чтобы уехать в ЛА, и в итоге оказаться здесь, на границе города... на ночь глядя, взирая с высоты на море из его огней. Словно на краю света - одно звёздное небо сверху, а другое - снизу, и они вот-вот сольются друг с другом. Иногда бывает очень забавно выходить из затяжного запоя...
- Большая неприятность была, видимо... - запросто изрёк Патрик. Агата явно могла бы сказать больше, чем хотела, а о том, надо ли Пэту это всё знать, сомнения были у обоих; он не забывал, чем Тарантино торговала - и её шрам вполне могло быть связан и с этим тоже... Он ведь не делился с ней всеми преступлениями, которые совершил его клуб? Ну, или не делился, до сегодняшнего ужина. Впрочем, за свой Агата заплатить так и не успела, похоже - так что, можно сказать, тоже соучастница. К тому же, ей и самой не очень приятно говорить о своём шраме, похоже - а лучший способ не начинать конфликта на почве чьей-либо инвалидности, просто эту инвалидность игнорировать; а с этим справиться не так уж сложно, тем более, что у Таты руки и ноги целы, и не приходится коляску то и дело подталкивать, как в случае с переломанным Ангусом, к примеру... У Джонни Кея тоже вот был шрам на глазу, и тоже на правом, хотя и не такой глубокий, вроде бы - больше поверхностный, и зрачок не был таким мутным, хотя и его зрение тоже не было в полном порядке, но это мало кому мешало. Его еврейскую морду это, конечно, не особо украсило, но - рожи-то у всех у них довольно страшные... Ладно, ей в связи с этим шрамом его помощь не нужна; по крайней мере - та, которую он действительно в состоянии оказать, потому что не офтальмолог и не пластический хирург. - Хотя тебе даже идёт. - не мог не подчеркнуть в последний раз Пэт, а затем пожал плечами, в молчаливом обещании больше не подчёркивать. У него и самого тело похоже на разделочную доску, и Тарантино это тоже успела заметить ранее. И вопросов тоже не задавала тогда, хотя вполне могла бы спросить.
- У тебя довольно взрослый сын. - не мог не отметить Патрик с удивлением; Агата про Аарона ничего не рассказывала раньше, а он сам как-то и подумать не мог о том, что у неё могут быть такие большие дети. Впрочем, об этом вообще как-то неважно тогда думалось. Думалось в тот день вообще неважно. - Рад встрече. - Пэт плохо умеет сюсюкаться с детьми; а потому, если и приходится, общается с ними ровно тем же тоном, как и со взрослыми - в общем, единственной поблажкой для Аарона, как для ребёнка, было не слишком крепкое рукопожатие, чтобы не сделать ему больно. Яннике же пришлось ощутить на своей ладони колкость пятидневной щетины байкера - Патрик попытался поиграть в джентльмена, коснувшись её руки губами.
- А, так всё-таки смогла вырваться в путешествие? Так я тебя должен поздравить!
- смутно припоминая разговор у Агаты дома, улыбнулся он, слегка хлопнув её по плечу. От излишков алкоголя Пэт скорее забыл многие дни, которые провёл как раз в Сакраменто, а не в путешествии; он не всегда был таким алкоголиком, каким предстал перед ней в тот день, и вполне мог вообще не пить какое-то время, если требовалось долго ехать куда-то - да и не есть толком, останавливаясь только на заправках и на поспать... Как ни странно, даже потравленный алкоголем, никотином, наркотиками и периодическими травмами, организм оставался весьма выносливым - впрочем, Патрик понимал, что в его возрасте тело может просто отказать в абсолютно любой момент, и... плевать хотел на это. Чем не иметь возможность когда-нибудь вернуться в седло мотоцикла - лучше ведь вместе со своим мотоциклом и уйти однажды.
- Поехали, конечно. Уже знаете, где остановитесь? - не будь тут Аарона - он вполне мог бы предложить Агате переночевать в клубном доме, совершенно бесплатно - она девочка уже взрослая, её местная атмосфера вряд ли смутила бы, но вот пацану там точно делать нечего; хотя он, похоже, наоборот, такому повороту был бы рад, судя по тому, как смотрел на мотоцикл... и это Патрику не особенно нравилось - было в этом нечто, похожее на ревность и тревогу одновременно. Не хотелось бы, чтобы ребёнок сломал его игрушку, которую он пару месяцев назад с таким усердием собирал после того, как её уже сломали пара кое-каких козлов. - Езжайте, я буду следом. Только братьям отзвонюсь, что не приеду. - Пэт кивнул, доставая мобильный и набирая номер одного из своих друзей.

+1

11

- Хотя тебе даже идёт.
- Хочешь тебе такой же сделаю? - пошутила я, усмехнувшись над произнесенным предложением. Идет или не идет, а та ситуация, в которой я получила это увечье не назвать приятным. Даже татуировка, которая вроде как болезненный процесс, приносит в конечном счете наслаждение от результата. Здесь же... иногда я попадаю в неловкую ситуацию, допустим на дороге, где надо быть пристально внимательной и смотреть двумя глазами в разные стороны. Или особенно во время перестрелке, но слава богам, мое зрение никому пока не принесло вреда, а значит есть время еще более точно отточить навык стрельбы.
- У тебя довольно взрослый сын. - интересно, а насколько выгляжу в глазах Патрика я? 25 лет? Или же 30? Даже если тридцать, то да, для такого взрослого сына все равно рано. Особенно учитывая, что у Пэрри своих детей в его года еще нет, ну, или я о них просто не знаю, - это ведь не та тема, о которой говорят в первую встречу. Но что-то мне подсказывало, что такой человек как Пэт не имеет детей, он еще сам большой ребенок, бегущий от ответственности.
Мужчина соглашается проехать с нами, спрашивая где мы остановимся. Я не знаю я где, я не планирую такое, имея при себе достаточно средств, чтобы позволить снять дорогой номер или попросить администратора "выбить" номер для нас. Но в Лос-Анджелесе, безусловно, надо было брать по максимуму, чтобы получить наслаждение от этого красивого города, где за углом можно встретить Бреда Пита или Джонни Деппа. Я, в принципе, ровно отношусь к звездному обществу, не следя за тем кто на ком женился, а вот Яннике во всемирной паутине проводила большое количество времени, да и Аарон был бы рад встречи с Халком.
- Хорошо, поехали. - все возвращаются по коням, и мы покидаем холм.
В отеле "Голивуд" (вымышленное название) был забронирован трехкомнатный номер с гостиной и панорамным видом на город Ангелов. Здесь было и джакузи (которым, наверно, вряд ли успеем воспользоваться), и барная стойка с алкоголем, и игровая приставка, которую тут же оккупировал ее.
- Хотите со мной в бар? - задаю глупый вопрос, так как сына не оторвать от игры "мафия", а у Яннике не отобрать планшет.
- Неа. Мам, отойди, меня сейчас убьют - мелкий вытягивает шею, чтобы видеть экран телевизора, при этом активно шлепая пальцами по кнопкам.
- Ну ладно. Если голодны, закажите что-нибудь - ведь если Рон и поел, то Мышка лишилась своего блюда. Я даю указания и убегаю в спальню, чтоб переодеться, а после покидаю номер, прикидывая, что за то время, что Патрик меня ждал в баре, заскучать он не должен был.
- Еще раз привет - я улыбнулась, присаживаясь рядом на высокий стул. - Мартини - делаю заказ у бармена и возвращаю взгляд к Патрику.
- Куда ты дальше держишь путь? - было интересно узнать совпадают ли наши маршруты, хотя у Пропащих вся Америка - это одна сплошная дорога со множеством поворотов и перекрестков, и главное, что все пути верные.

внешний вид

+1

12

Патрик ухмыльнулся и помотал головой с дурашливым выражением "Спасибо, нет" - словно речь о конфетке шла, или жвачке, а не могло бы прозвучать, как угроза - и в общем-то... Наверное, стоило бы и поверить в то, что Агата может сделать такой же, если захочет? С её-то арсеналом - едва ли не найдётся тот, кто способен. А может быть, и нет, и на самом деле - Пэту не было особого дела; в жутком шраме не было ничего хорошего, в севшем зрении позитивного тоже немного, разве что меньше грязи начинаешь замечать вокруг себя, хотя и это не значит, что её нету вовсе - и следовательно, повышаются шансы нечаянно вступить в очередное говно. Как в сегодняшнем случае, например... А с другой стороны - шрамы, они как и татуировки, в какой-то степени делают людей: нельзя стать головой, не набив собственных шишек, а твой опыт, как и твои грехи, будут следовать за тобой всю твою жизнь. В конечном счёте, они и есть именно то, из чего ты строишься. Патрик не слишком-то размышлял на тему того, сколько Агате лет - было ли это вообще так уж важно, сколько лет её ребёнку и ей самой? Двадцать пять, тридцать, триста... Главное - она просто есть. И он тоже просто есть, колеся по стране, и не считая собственные годы - наверное, проще вообще о них забыть однажды, и тогда они перестанут так уж сильно тяготить.
Если у Патрика и есть дети - то он и сам о них не знает; и такой вариант его тоже вполне устраивал... хотя бы просто потому, что отец из него никакой - кого он сможет вырастить, такого же бандита, как он сам? Одинокого всадника, озлобленного на весь мир? Чему Пэт сможет научить своего отпрыска, кроме ненависти к себе же самому, своему отцу - ведь именно этот грех его и делал в какой-то степени, Патрик не любил своих родных, и даже к своему старику ни разу не заехал с тех пор, как брат определил его в дом для старых и никому не нужных пердунов (брата, кстати, ненавидел ещё сильнее; в том числе и за это). Нет. У всех есть такие вещи, которых лучше вообще не касаться. В случае Пэта - это семья; именно потому его так коробит присутствие ребёнка рядом - он... боится Аарона - не совсем прямо, можно сказать и так. Боится детства, и семьи, которую они образуют с Агатой. Не настолько, чтобы от неё без оглядки бежать, но достаточно, чтобы не напрашиваться в качестве её части. Слишком настойчиво, по крайней мере... потому что обязательства - это такая же ответственность. А если их нет... то шрам или парочка его и не смутит.
- ...жопа ты рыжая, Пэт. - и гудки. Братья припомнил и девушку, которую он у них увёл несколько лет назад - наверное, никогда не перестанут припоминать; ну да ладно, самое главное, что своих он предупредил и лишнее место за столом пустующим держать уже не будут. Заведя мотоцикл, Патрик двинул вслед за автомобилем Агаты, постепенно набирая скорость, чтобы не потерять его из виду. Его о туре по гостиницам ЛА не просили, да и, пожалуй, правильно сделали - в тех местах, где он останавливался, Аарон бы... позврослел быстрее, назовём это так; да и эта слегка потерянная её подруга, Яннике, потерялась бы ещё сильнее, пожалуй. Агата пообещала встретиться с ним в баре, так что, разминувшись с троицей в вестибюле, в бар Патрик и отправился, дожидаясь, пока испанка решит все вопросы с номером и спустится к нему; в дорогом (или преувеличенно-дорогом) и пристойном месте, вроде этого, его пыльная жилетка сразу привлекла общее внимание, выделяясь на фоне костюмов и платьев остальных постояльцев и прислуги - Пэт же просто-напросто плюхнулся на стул и попросил бокал виски, оглядывая помещение с вселенской тоской в глазах. Эдакий кожаный прыщ на вышколенной шёлковой заднице - средний палец можно даже не разгибать, одним своим внешним видом здесь Патрик уже показал, как ему сильно на всё насрать. И ему эту дико нравилось, при этом; жаль, поделиться было не с кем. К виски он так и не притронулся, пока Агата наконец не подошла, просто время от времени щёлкая по стакану, охлаждая об него ладонь или тиская щипцы для льда. Был вариант взять ледяной кубик и кинуть в кого-нибудь, но сегодня он уже дрался один раз - не стоило, наверное...
- Хвала Харлею, я уж думал, ты уже уснула там... - Патрик ухмыльнулся, смерив Агату взглядом. Её наряд был как раз под стать заведению... это скучно, но ладно, тоже сойдёт. Заскучать он как раз успел, здесь не было привычных ему развлечений, вроде дартса или пула, и телевизора, транслирующего какой-нибудь спортивный матч, за барной стойкой тоже не было. На люстру с канделябрами, что ли, любоваться всё это время? Девушкой любоваться было интереснее. Ещё тогда, у неё дома. И интерес был вознаграждён; в темноте и из-за шрама он ещё кое-чего не увидел ранее... - Ну-ка, постой... Это что такое? - палец чуть только в нос ей не упёрся, нарисовав какой-то знак в воздухе у её лица. - Мать, да у тебя веснушки! - и почему-то это его приводило в восторг... заметить их было непросто, но у Пэта со зрением всё было в порядке, стакана до третьего-четвёртого, по крайней мере. Даже несмотря на ветер, который бил ему в лицо постоянно.
- Не знаю. Куда черти понесут, туда и поеду... Я ведь снова в седле, и нога больше не болит.
- Пэт пнул барную стойку, словно чтобы доказать работоспособность конечности, чем вызвал негодующий взгляд бармена.

+1

13

Я взяла мартини и, нанизав на зубочистку несколько оливок, сунула ее в напиток. Атмосфера в баре меня радовала, несмотря на красиво одетых людей и дорогую обстановку, они не пестрели пафосом, - кто-то, как и я с детьми. были туристами, кто-то приехал сюда в командировку или просто имел деньги, чтоб отдохнуть с комфортом. Здесь было спокойно, чем я и желала себя окружить в последнее время, себя и своих близких. Но пройдет время и я снова войду в колею, может алкоголь поможет мне сделать это быстрее. Черт, слышал бы сейчас мои мысли Гвидо, опять стал бы отчитывать.
- Мать, да у тебя веснушки! - этот факт, похоже взбодрил Патрика, и я заулыбалась как ребенок. Веснушки появляются у меня летом, когда и без того смуглая кожа, загорит на солнце. В детстве эти веснушки казались смешными и нелепыми, хотя были не настолько заметны. А сейчас не знаю... может милым?
- Веснушки это здорово? - на всякий случай спросила я, делая глоток из треугольного бокала, при этом стараясь не опускать взгляд, продолжая следить за гонщиком.
- Не знаю. Куда черти понесут, туда и поеду... Я ведь снова в седле, и нога больше не болит.
- Тебе не надоела Америка? - ведь кочевать можно было не только по Штатам, которые мне казались скучными, с их заурядными жителями или, наоборот, слишком буйными и пьяными. Мне куда больше нравилось посещать страны как турист, беззаботный и невидящий проблем. И кажется, что никаких бед у тебя действительно нет. О том, что Пэрри не может покинуть Америку, я не знала, поэтому готова была ему предложить отправиться дальше, чем граница страны. Хотя, может, эту идею не поддержат Аарон с Яннике.

Мы просидели в баре около получаса, это еще бокал мартини, пока я не дошла до того, чтобы пожелать сменить локацию, то есть захотеть покинуть гостиницу. За детей можно было не волноваться, учитывая, что одному из них 21, и она не намного младше меня. Вспоминая себя в 21... это был роковой возраст для меня, но не стоит сейчас об этом.
- Поехали от сюда - говорю, не спрашивая желание Патрика, по нему видно сразу, что он готов к бегству всегда. Сейчас, правда, мы не бежим, а просто движемся, может даже на одном месте, относительно собственной жизни. Или все же нет? Я хотела поехать в тату-салон, о чем сообщила мужчине, когда мы вышли из отеля, - можно ли это желание назвать серьезным шагом? Или просто шагом? Я не собиралась Патрику рассказывать всю пережитую за месяц историю, как и то почему хочу сделать татуировку. Никогда не думала, что подойду к тому, чтоб набить какой-то узор или отметину на своей кожи. Всегда считала, что для этого должен быть весомый повод, впрочем, такие мне ни раз попадались, как например потеря Аарона или его возвращение, знакомство с Биллом и обман, обретение друга и предательство лучшей подруги... Но... все эти события, все люди, что от меня ушли, в итоге, сложились в один образ, и может не они виноваты во всех бедах, а я? Ведь Вернон умер не из-за воли судьбы, а по моей вине. Я приношу людям несчастье - об этом задумалась совсем недавно. Это проклятие? И будет ли моя татуировка своеобразным клеймом? Об этом все равно кроме меня не узнает никто, как и то, что рисунок значит.
Дама масти пик - роковая женщина, приносящая неудачи.
Мы с Пэтом приехали в салон, что работал с вечера до утра, как будто заведение для падших и криминальных личностей. А может и правда это был нелегальный салон, хотя мастер, что встретил нас не был изрисован как настенная живопись, и, видимо, поэтому производил положительное впечатление.
- Привет. - поздоровалась я с мастером, и с этого все началось.

+1

14

В чете (или вернее будет сказать - в клане?) О'Перри, где почти все были рыжеволосыми, веснушки были скорее чем-то обычным, нежели редкостью - не в случае Патрика, может быть, но тем не менее, можно было сказать, что в веснушках рыжий байкер вроде как "знал толк"; у Агаты они не были так уж сильно заметны с первого взгляда, да и вообще выглядели немного странно в сочетании с её национальностью - однако же именно эти два фактора и делали эту деталь её внешности настолько удачной. И действительно, милой. Хотя Пэт окрестил бы это по-другому:
- Ага. Это прикольно! - тихо засмеялся он, делая глоток из своего бокала и глядя прямо в глаза Агаты, совсем не смущаясь ни её шрама, ни её веснушек, ни того, что байкер в этой гостинице, в этом баре и с прилично одетой девушкой рядом смотрится как-то не совсем к месту. Или же совсем не к месту... - У твоего пацана такие же? - Патрик даже не разглядел её попутчиков как следует, то в ночной темноте, то в суматохе барной драки; а вот Аарона его видок, похоже, заинтересовал - хотя для детей его возраста подобные вещи всегда интересны, пожалуй. Вот её подруга уже явно достигла того возраста, когда подобные вещи начинают пугать - как раз по тем причинам, что все четверо уже успели увидеть в том баре. А кто из них на самом деле прав... вопрос, конечно, сложный; наверное, это Агате решать - из всех троих ведь она старшая, и ведёт машину тоже она.
- Не надоела - в плане? - здесь, на территории любого из Штатов, Патрик был на своей территории - дело даже не в возросшем за последние шесть лет влиянии его мотоклуба, хотя и это тоже немаловажно - у него был клуб, за который он боролся; но даже если бы он однажды снял и сжёг бы свои цвета и забил бы татуировки - в любом месте он не заблудился и не пропал бы, до тех пор, пока у него был мотоцикл: чтобы путешествовать ведь мало просто желания - если в ход идут другие страны, то тебе, как минимум, нужны деньги... и вряд ли он так легко смог бы их заработать в пути, если бы начал колесить однажды, допустим, по Китаю или Германии. Не говоря уже о том, что он не знал языков... - Езды? - хотя и нельзя сказать, что он путешествует: это не путешествие, это образ жизни, вся Америка была его домом. И он просто жил в нём... вот и всё. Скучно ему не было - как себя развлечь Пэт уж точно всегда находил. - Не знаю. Я родился в Нью-Джерси, служил в Техасе... Думаю, я просто не видел другой жизни. Да и потом - здесь у меня есть клуб, друзья, знакомые, в каждом Штате меня знают. А вне границ - кто я?.. - Патрик пожал плечами. Вне границ - ну, он видел Афганистан... и точно не скучал по нему. За пределами американских границ он будет никем. Там и про Пропащих не везде слышали, наверное - да и что ему там делать, если и в США ещё столько необъезженных дорог?..
- А что с этой девчонкой - Яннике, да? - спросил вдруг Патрик, переводя на Агату взгляд от своего бокала. Может, это и не его дело, но что-то ведь с ней определённо не так, он ведь... в общем, много раз видел, когда что-то не так - в плане смерти или увечий, в том числе - и непоправимых, он жил в том мире, где всё это было неотъемлемой частью быта - даже и в дороге. И запах чего-то этого прямо чувствовал в воздухе. - Она выглядит какой-то отрешённой. Такое чувство, что между миром и ней всегда находится её планшет... - и это как-то неправильно, что ли. Особенно учитывая, что вполне может случиться и так, что этот гаджет к ней навсегда прирастёт - так и будет глядеть на всё через его объектив; что хуже, он и думать за неё может начать однажды. Целое поколение уже подрастает таких людей-роботов. Невольно задумаешься, так ли фантастичен Терминатор с его трагизмом будущего.

- Погоди-погоди-погоди, ты хочешь сделать татуировку - но говоришь мне это уже за пределами бара? - не похоже, чтобы Агата могла настолько набраться за пару бокалов мартини для таких идей... или всё-таки эта идея пришла благодарю алкоголю? В любом случае, Патрик её плохой не считал, просто потому, что это не было идеей конформистской - он ведь на любой кипишь согласен, страну для этого не обязательно покидать. - Сиди здесь... - Патрик посадил Агату на мотоцикл и нахлобучил свою мотокаску ей на голову, без всяких объяснений исчезая в ближайшем супермаркете, перебежав через дорогу - и вернулся через пять минут, держа в одной руке целую бутылку мартини, а в другой - пакет сока. - Позвонил племяннику - он в этом деле хорошо шарит. Я бы хотел, чтобы тебя разукрасил именно он, но сейчас он живёт в Сент-Луисе, так что повезу тебя по его рекомендации. - пока что главной информацией для Агаты из всего этого является лишь то, что у Патрика вообще есть племянник. Есть - зовут Рон О'Перри, это сын его старшего брата, разделяет отношению дяди к миру - и в общем-то, уже потому по его мнению - единственный из О'Перри, кто действительно чего-то стоит. - А вот это - чтобы тебя обезболить немного. - сунул ей в руки свои "трофеи", усевшись на мотоцикл, и тронулся с места. Задавать вопросы вроде "зачем" и "почему" он и не собирался - идея Тарантино была сумашедшей, и надо было ей пользоваться, пока она не передумала; правда, хотелось бы задать немного другой вопрос, связанный даже не с процессом непосредственно, а с тем, что будет немного позже.
- А тебе не скучно будет в отпуске? Татуировку нельзя будет какое-то время мочить, да и солнцу кожу тоже лучше не подставлять первое время. - приехать к морю, чтобы не купаться и не загорать - а смысл тогда? С детьми, тем более...

0

15

- У твоего пацана такие же? - пожалуй, веснушки, появляющиеся на загорелой кожи, это было еще одно сходство Аарона со мной. Из-за сложных отношений с Декстером, мне хотелось, чтобы сын как можно меньше походил на него, поэтому цеплялась за любую черту, которая была от меня. Например веснушки или аккуратный носик, не то что шнобель, как у Кортеса.
- Да, когда загорит на солнце, то тоже вылезают - кивнула я, улыбаясь. А дальше тема перетекла в дороги, пути, бесконечном движении...
- Не знаю. Я родился в Нью-Джерси, служил в Техасе... Думаю, я просто не видел другой жизни. Да и потом - здесь у меня есть клуб, друзья, знакомые, в каждом Штате меня знают. А вне границ - кто я?..
- А не это ли самое привлекательное? Быть никем в другой стране? - может Патрику было ради чего цепляться за Америку, а мне вот, наоборот, хотелось стать неизвестной, безымянной незнакомкой. Не иметь связей и нитей, за которые легко дернуть. Не иметь того, что будет держать, что не отпустит. Ведь только тогда, когда о тебе ничего неизвестно, можно попробовать начать все заново. А я очень хотела начать все заново. Я очень хотела быть никем для случайного прохожего, и чтобы меня не знали, не узнавали, не звенели. Не то, чтобы моя личность была настолько же громкой и известной, как босс Торелли, но, согласитесь, СМИ и ФБР цепляются за любого, кто находится в постоянной близости с доном мафии. А учитывая мои особенные отношения с ФБР и та черная метка, что висела надо мной в виде имени агента Бернарда Фокса, очень тяготили. Странно, что сейчас Бюро не повторяло попытку отловить меня и избавится уже навсегда. Может та моя ссылка была предпринята для того, чтобы дать шанс Фоксу скрыться?
- А что с этой девчонкой - Яннике, да? - вопрос, который отвлекает меня от одной неприятной темы на другую. И про что именно спрашивал Пэт? Про ее инвалидность или видимое отчуждение.
- Она выглядит какой-то отрешённой. Такое чувство, что между миром и ней всегда находится её планшет... - может так и есть, но я вижу прогресс между тем, что было и что сейчас. И мышке нужно время, чтобы полностью вернуться в мир живых, хотя со смерти ее отца прошло всего две недели, не надо требовать от нее улыбок и света. Я готова была дать ей время, да и все, что она захочет, только бы это помогло снова зажить.
- У нее недавно отец умер - и она знает кто убийца... и я знаю... а хуже всего то, что я имела связь и с ее отцом, и с убийцей в прошлом. И меня пугало, что последнее когда-нибудь станет известно Яннике. Я жалела о том, что была когда-то с Гуидони, но жалела не от того, что стало со мной, а от того, что стал ос ним - он потерял контроль, которым так всегда гордился. Я признаю, что рушу судьбы людей.
- Ей нужно время, это пройдет - сужу по себе. Я в один день потеряла сразу двух родителей, будучи на сносях. А у нее есть мать и есть я.

Мы вышли на улицу, но перед тем как отправиться в путь, байкер сгонял в ближайший магазин и приволок от туда мартини и сок.
- Татуировка это настолько больно? - я готова была терпеть боль, даже несмотря на то, что на лопатке, там где планируется рисунок, наиболее болезненный участок, из-за того, что кожа там тонкая и татуировка набивается буквально на кость. Но неужели это больнее, чем пуля? А это я выдерживала, значит и боль, на которую иду по своей же инициативе, тоже вытерплю.
- А тебе не скучно будет в отпуске? Татуировку нельзя будет какое-то время мочить, да и солнцу кожу тоже лучше не подставлять первое время.
- Я в отпуск отправилась не ради моря. Я и плавать-то не особо люблю - и умею - Да и когда мы доберемся до воды, все уже будет чики-пуки - подмигнула я мужчине, после чего мы отправились в салон.

Я сижу на высоком стуле, ссутулив плечи. Мастер склонился над моим плечом, выжигая по контуру рисунок. Кожу жгло, но спустя некоторое время привыкаешь к неприятным ощущениям, или это все алкоголь? Киваю Патрику на опустевший стакан, в котором уже закончилось мартини.
- Грасиас - забираю из его рук наполненный стакан, чтоб немедля сделать глоток. У Патрика я тоже видела татуировки тогда, когда он в нашу первую встречу щеголял голым по моему дому, и теперь примерно представляю чего стоило набить символ его клуба на всю спину.

+1

16

- Не знаю. Может быть, в этом и есть какой-то смысл. - Патрик столько лет ездил по стране, нигде не задерживаясь по-настоящему надолго - не считая Сент-Луиса разве что, который был своего олицетворением его мечты, которая, исполнившись, несколько разочаровала, и Сакраменто - в котором он переживал потерю; вот только потерю чего - сказать было так же сложно, как и объяснить его стремление всё время ехать куда-то. Может быть, пытаясь найти самого себя столько времени, он самого себя и потерял? С тех пор, как отделение Пропащих в Нью-Джерси было предано огню, Пэт не считал, что для него где-то было место - он потерял его, но новое, получается, так и не нашёл; чаптер в Сент-Луисе, который он построил, который мог бы подчиняться (и подчинялся какое-то время) его правилам, не смог восполнить что-то такое, на что он рассчитывал. А может быть, всё это - постоянные переезды, алкоголизм на сразу нескольких почвах, и мысли о смысле жизни - вообще ничто иное, как кризис среднего возраста, стиснувший рыжего в своих удушающих объятиях? - Но я всё равно не хочу быть никем. Я хочу быть собой... - он усмехнулся. Порой тяжело бывает быть собой, если ты носишь чей-то символ на своей спине - даже если именно он и является, казалось бы, символом твоей свободы. Особенно, если на груди ты носишь ещё и президентскую нашивку. И Пэт избавился от неё, чтобы окончательно не стать обезличенным. И если бы счёл, что и остальная часть его жилетки "обезличивает" его в той же степени - наверное, отказался бы и от неё тоже. Были и такие мысли. Однако же The Lost - было тем, что и делало его столько лет; бросить клуб - это означало бы именно "стать никем".
- Оу. Хей. Сурово... - только и нашёл Патрик, что ответить, спрятавшись за своим стаканом. Не то, что бы он чувствовал бы жалость к подруге Агаты - он и по имени-то её едва запомнил, да и инвалидности её до сих пор не заметил - хороший протез своё дело делал - но и равнодушие проявить было бы неправильно. Тарантино делала его причастным... Отец такой молодой девушки умер - а его отец, взрослого мужчины, до сих пор жив; и Патрик его, наверное, и не любит ни капли - а для Яннике этот мужик, наверное, значил многое... ну, по крайней мере, столько же, сколько должен был. - Хорошо бы чтобы прошло. - Пэт тихо звякнул бортом своего бокала о её стакан, и докончил свой виски.

Больно ли набивать... зависит от отношения к боли, как и от сложности рисунка, его цветовой гаммы, объёма работы, да и места, на котором его набивают, тоже; Патрик не сказал бы, что претерпевал адские муки, когда ему набивали его наколки - с его извращённым мировосприятием это было даже приятно, в какой-то степени, да и рисунки были одноцветные, и не особенно и сложные по своей фактуре - к тому же, Пэт и сам был "навеселе", когда на его спине делали того орла, так что уж точно знал, что советовал.
- Кому как. Можешь считать, что я просто хочу тебя напоить. - ухмылка. Это различно с той болью, что чувствуешь от пули, или ещё какого повреждения - там деваться просто некуда. Татуировка - дело скорее собственной храбрости, чем боли. Алкоголь всегда делает ещё и смелее, не только понижает болевой порог... - Очнись. Ты в Лос-Анджелесе - уже у воды. - хмыкнул Патрик. Или она собралась покинуть город, даже не побывав на пляже ни разу?.. Или действительно собралась? А Аарон и Яннике её не проклянут за это - как это только что сделали Пропащие с Патриком? Ему-то, впрочем, плевать было.

- Вааау, да ты калач тёртый, я смотрю... - осклабился Патрик, заинтересованно проводя пальцем по шраму на её спине. Он только сейчас начал окончательно понимать, что когда-то ворвался в дом и изгадил Твитти на полотенце не какой-то там простой обывательницы - оружие, мёртвый друг, эти шрамы... Кто она - может, член какого-нибудь картеля? Может, с этим и связан её рисунок? И бабочки, кстати, тоже - чёрт знает, может быть, фишка есть у них какая-нибудь. На самом деле, Пэту не сильно это интересно - а спрашивать об этом при мастере тоже было бы неправильно. - Держи... - он обходит её, присаживаясь перед ней на корточки. Бутылка, пакет сока и два стакана для них двоих. Свой Пэт пьёт чистым, не разбавляя - и так получается, что он уже понижает градус. - Запей. - отхлебнув из своего стакана, Патрик осторожно подносит пакет к её губам, не спрашивая, хочет ли Агата вообще пить сок, и не смешивая его сразу с содержимым специально. Необязательно вообще что-то смешивать - иногда очень неплохо и заглушать одно другим... - Как ощущения? - даже и не сразу поймёшь, спрашивает ли он про алкоголь или про спину - хотя на самом деле, Патрику интересуют именно её впечатления по поводу того, что в данный момент происходит с её кожей. Ему вообще многое становится интересно касательно Агаты. Он сжимает её свободную ладонь, отставляя свой стакан чуть в сторону, и привстаёт ей навстречу, слегка опираясь рукой о тот же стул, на котором она восседает. - Есть ещё один способ сделать их более приятными... - мир слегка покачивается, они оба уже под действием мартини (и виски - в его случае) - но держатся пока ещё достаточно твёрдо, чтобы он мог стоять на ногах, а она - сидеть на стуле. Дело, конечно, поправимое, но тоже не сразу... тихо подаваясь вперёд, Пэт слегка касается её губ своими, давая ей возможность не отреагировать слишком резко, чтобы мастер позади случайно не испортил работу или не сделал слишком больно. Дёргаться не стоит...

+1

17

- Вааау, да ты калач тёртый, я смотрю... - я усмехаюсь, ощущая щекотку, от пальцев Патрика по позвоночнику вверх пробежали мурашки, обдавая прохладной волной. А шрам, он... ничего уже не значит для меня, только воспоминания где был получен. Мое тело - почти карта. Вот на запястье тоже виднеется белая линия, и это никак не попытка самоубийства, а осколок от взрыва, который не проскочил мимо меня. На плече тоже виднеется след от пули, который Патрик мог заметить и опознать, он ведь не по наслышке знает что такое выстрелы.
- Держи... - мартини довольно сладкое, если не разбавлять соком, поэтому я слушаюсь мужчину, отпивая из бумажного пакета. Облизываю губы, чтобы понять насколько уже в кожу въелся вкус алкоголя и сока.
- Как ощущения?
- Иногда бывает даже щекотно - пытаюсь храбриться я, но на самом деле боль ощущала, хотя это было терпимо, не страшно, и не несло угрозу собственной жизни. Единственное за что я еще переживала, так это за надежность мастера и стерильность его инструментов. Не хочется испортить такой важный момент какой-нибудь заразой, это клеймо на лопатке важно для меня. Может удастся себя запечатать? Или оградить остальных от моей кармы? Да, забавные у меня мысли. Был ов этом что-то мистическое и мрачное.
- Но если ты еще нальешь мне мартини, завтра я встану уже с головной болью - и сын узреет мать во всей красе, а это недопустимо. Хотя для меня Аарон был стержнем, который не позволял расклеиваться, не позволял напиваться. Сейчас с мыслями о нем я и собираюсь сбавить обороты. Именно поэтому взяла его в путешествие, вместо того, чтоб поехать одной. Он заставляет меня держаться.
Я оборачиваюсь назад, в надежде увидеть что творится с моей спиной, но, увы, бесполезное занятие. Мастер делает мне замечание, чтобы сидела ровно, так что я опять устремляю взор вперед, на Патрика.
- Есть ещё один способ сделать их более приятными... - заговорческим тоном говорит байкер, отставляя стакан в сторону и нагибаясь ко мне. Ближе. И ближе...
Я делаю вздох, смыкая губы. Растерялась с тем, что сейчас делать: ответить на поцелуй или дать по щам. В итоге на несколько секунд прикрыла глаза, а затем распахнула их, созерцая перед собой Патрика. Я прикладываю палец к его лбу, там, где обычно индийские женщины рисуют точку, и настырно отодвигаю от себя. Мой взгляд серьезный, между бровей образовалась морщинка, вызванная категоричными эмоциями, что бушевали во мне. Не знаю чего ожидал Пэрри, наверно что сейчас получит хорошую оплеуху за столь своенравное действие, но мне показалась ситуация довольно забавной, и я не удерживаю смех. Смех какой-то сумасшедший, безумный и захватывающий. Я снова делаю глоток из коробки сока, часть проливается мимо, стекая по горлу и на белую майку.
- Почти закончил - отзывается парень позади меня. Усмехаюсь, не отрывая глаз от Пэта. Как знать, если бы нам предстояло здесь сидеть еще около часа, в каком бы состоянии вышли, и в каких отношениях?

+1

18

К тому, что происходит здесь и сейчас, не стоило относиться недостаточно серьёзно - татуировка тоже как шрам, это тоже навсегда, и тоже многое может рассказать; и на "карте" Агаты появляется новый объект... на этот раз - не по случайности, а по её собственной воле, её решение, и её рисунок, о теме которого Патрик мог бы только догадываться, но спрашивать не хотел - спросит когда-нибудь, когда просто догадываться перестанет быть интереснее, нежели знать наверняка. Друг перед другом они ведь не хвастались своими "картами" - не было в этом пока что ни такой пользы, ни такой необходимости, хотя и на глаза кое-что, да попадалось... возможно, если когда-нибудь карта ляжет таким образом, что Пропащие и её друзья будут заниматься делами вместе - то ситуация и поменяется; пока что хватит и одной карты - в пиковой масти.
- Меру свою ты знаешь. Хорошо, не буду больше наливать... - Довести Агату до похмельного синдрома цели он перед собой не ставил, как, впрочем, и отравить некачественными чернилами её организм или только какую-то его часть, потому и спрашивал совета на эту тему не абы кого, а своего племянника - дяде своему Рональд едва ли будет вредить таким образом, Патрик, во всяком случае, не мог припомнить, чтобы когда-либо обидел его настолько, чтобы он решил так ему поднасрать. - А вот мне ещё можно немного... - Патрик отхлебнул мартини, затем закупорил бутылку и отставил её в сторону, чтобы не соблазнять лишний раз ни себя, ни Тарантино; тот случай, когда срываться нельзя будет никому - ей из-за двоих людей, за которых она отвечает, ему - потому что он отвечает в какой-то степени за неё, да и за цвета, которые носит. Что-то подсказывало, что если испанка попробует одновременно управиться с его байком и с его тушей в пьяном виде - ничем хорошим это не кончится. Ещё парой отметин на "картах" - это в лучшем случае... Но Пэту на больничный возвращаться как-то не хочется, особенно в ЛА, да и Агате портить поездку - дело ещё более негодное.
Патрик ни на что не надеялся - ну, может быть, разве на то, что это будет чуть менее похоже на поцелуй с поленом, съездили бы ему по мордасам или ответили бы, но как-то он ожидал от этого чуть больше... жизни, что ли - даже не экспрессии. Здесь же байкер почувствовал больше сока и мартини, нежели самой Агаты - просто касание, не поцелуй. Это было немного обидно. Чего-то серьёзного он и не планировал... И повинуясь её руке, он отклонился назад - настолько, чтобы увидеть её взгляд, но не настолько, чтобы сдаться окончательно, позволив ей вытянуть руку полностью или свалиться со стула, дав художнику ещё один хороший шанс на промах. Так и сидел на корточках, напряжённый, словно лягушонок готовый в любой момент к прыжку. Пока Тарантино вдруг не начала смеяться. Настолько заразительно, что пробило и его самого, а мастер снова не имел возможности работать над рисунком, потому что плечи испанки тряслись - так и торчал позади, скептически глядя на двоих сумасшедших, сжимая в руке тату-машинку.
- Сделай небольшой перерыв. У нас тут смешинка в соке попалась... Салфетка у тебя есть? - Патрика немного "отпустило" первым. И он положил и вторую руку на ладонь Агаты, взяв её в своего рода замочек, выставив указательный палец вверх, поднеся полученную конструкцию к её губам, по которым всё ещё стекал сок: - Тссс... будешь дёргаться - рисунок поплывёт. Будешь дамой не пик, а какого-то-непонятного-дерьма. - взял полученную салфетку, вытирая лицо Агаты. Майку девушка испортила почти наверняка безнадёжно, хотя не похоже, что её этот факт очень уж сильно расстраивал. Во всяком случае, пока... - Удобно устроилась? Продолжай, шеф... - Патрик перехватил её запястье, сделав так, чтобы его лоб стал для неё опорой, и она коснулась его всей ладонью, а не просто пальцем - раз уж ей такой способ скрасить боль не понравился, будем сходить с ума по-другому. Выдерживать половину веса собственной головой ему было не очень трудно; при таком образе жизни, когда лбом приходится иногда и стены проламывать, череп невольно становится твёрже... сколько под его кудряшки не долбили, продолбиться-то никто так и не смог. Может, просто потому, что там кость - некуда долбиться?..

Не успел мастер объявить, что рисунок окончен, как позади Тарантино послышался звон битого стекла, и стена тату-студии, со всеми эскизами, вдруг оказалась охвачена пламенем, а помещение наполнилось едким запахом - в окно кто-то зашвырнул бутылку с бензином и горящей тряпкой, заткнувшей горло. Коктейль Молотова собственной персоной... правда, с конкретным составом некогда определяться. А снаружи послышались задорные крики с мексиканским акцентом.
- Гори, "Лузер"! - с подозрительно знакомым мексиканским акцентом. Мастер схватился за голову, глядя на то, как его студия начинает постепенно поддаваться огню; а в другое окно влетел второй коктейль примерно того же состава. Пэт обнял Агату, буквально снимая её со стула, стараясь только не задеть ладонью свежий рисунок. И поставил её на пол, а сам полез за пазуху за стволом...
- Если эти уроды тронули мой мотоцикл - всех перебью... - татуировщик вдавил тревожную кнопку, и сверху полилась вода - хотя это больше похоже на декорацию к ужасной театральной сцене, нежели на пожарную сигнализацию, справиться единственный брызговик с бензиновым пламенем способен не был явно, и казалось, вода испаряется даже раньше, чем добирается до него. - Бегите отсюда. Не стоит ждать третьей бутылки.

+1

19

Парень закончил набивать рисунок и не успела я подойти к зеркалу, чтоб взглянуть на творение, как с жутким звоном в окно влетает коктейль Молотова. Бутылка касается пола и все вспыхивает в доли секунды. Я, благодаря Патрику, была оттянута назад. Не скрою, после выпитого моя реакция немного заторможена, и как следствие, я не знала что делать дальше. Те, кто бросил первую бутылку зашвырнули и вторую. Варвары! Слышны голоса по ту сторону двери, и их мексиканский акцент вызывает у меня жгучее желание убивать. Было жаль ни в чем неповинного татуировщика, для которого, наверно, салон не только способ заработать, но и отдушина - творческие люди очень держатся и дорожат своим уголком. Так дорожил и Вернон. Жил в небольшой студии, там же рисовал. После его смерти осталось много картин, последние были написаны уже не на заказ, а по велению души, на них была изображена я. А еще пару холстов с рисунками Дали. Одна так и осталась неоконченной...
Хорошо что сейчас мастеру дали доделать его работу. Я хватаю со стула пиджак, прежде чем парень приведет в действие распылитель. Накидываю на плечи пиджак, чтоб не замочить свежий рисунок. А Патрик тем временем доставал ствол и, кажется, собирался броситься на амбразуру.
- Ты думаешь, что справишься с ними? - нет, а правда, сколько их там было? Трое? Четверо? Пятеро? Дальше и смысла считать нет, потому что и с троих проблемно уложить, ведь пистолет за раз выстреливает только одной пулей...
- Бегите отсюда. Не стоит ждать третьей бутылки. - долго упрашивать не приходится, и я выбегаю за мастером в заднюю дверь, что ведет в переулок. За углом слышно как разгорается пожар, что-то хлопает и взрывается, наверно, банки с ацетоном и другие материалы.
Парниша судорожно набирает номер службы 911, а я про себя думаю, что было бы еще что спасать, даже пяти минут хватит, чтобы всему прогореть. Но чтож, пока мы тут стояли и вдыхали запах гари, с другой стороны здания послышались первые выстрелы. Я двинулась на шум, хоть и понимала, что без оружия мало чем смогу помочь Пэрри. Но хотя бы предупрежу, что скоро здесь появятся копы, а значит опять надо давать деру, плюнув на мексиканцев и их вендетту.
С ходу высмотреть Патрика не получилось, поэтому я притаилась за углом в надежде, чем байкер сам меня найдет и заберет с собой. И надеюсь это "с собой" не полицейский участок.

+1

20

Патрик, тем более - под градусом, не хотел считать, сколько их там, да и вообще ни о чём не думал - здравый смысл в данной ситуации попросту отключился, и размышлял над ней больше его пистолет, нежели он сам. Нет, впрочем, кое-что остатками сознания Пэт ещё ухватывал - что Агате и парню, милостиво согласившемуся набить ей татуировку и на глазах остававшемуся без своего салона, лучше бы драпать отсюда поживей и подальше, если они хотят остаться в живых; и сомнительно, что её свежей татуировке текущая сверху вода навредит больше, чем полыхающий огонь - тату-чернила, говорят, вообще имеют свойство нагреваться, а в данном случае это может привести вовсе не только к нарушению картинки, но и превращению её в чёрный, болезненный и уродливый ожог на пол-спины - а виноватых в этом, кстати, нету, кроме самого Пэта; очевидно же, что Вагосы попросту проследили за ними, решив отомстить за свой притон хоть кому-нибудь, избрав, притом, почти тот же самый способ. Агата может сколько угодно винить себя в том, что она приносит людям несчастья - пока что О'Перри она не принесла ни единой беды, а вот уже с достатком попадал при ней то в одну беду, то в другую, но при этом выкарабкивался каждый раз - и считал себя везучим, а не неудачником.
- Если не справлюсь - возвращайся в отель и спокойно наслаждайся отпуском. - если справится, впрочем, сделать стоит абсолютно то же самое, и забыть этот день, как если бы его не существовало вовсе - если картинка на плече позволит, конечно. Агата и владелец заведения скрылись из виду, а Патрик подобрал бутылку с остатками мартини, чудом ещё не трещавшую от напора температуры, и отвернул пробку, делая залпом несколько глотков, а затем - перехватил её за горлышко, не обращая внимания на то, что напиток полился из бутылки по его кисти, и направился прямо ко входу тату-лавочки, к которому с обеих сторон подбиралось пламя.
Мексиканцы наслаждались видом пожарища, улюлюкая на смеси из испанского и английского, и то и дело задорно хохоча; скорее всего, они и не ожидали, что кто-то выйдет из здания - особенно через парадный его вход (если можно назвать парадным входом небольшой дверной проём, куда сложно протиснуться вдвоём). Прямо из своих автомобилей, и коктейли, вероятно, кинули прямо из окон - стартовать они, видимо, собирались с первыми сиренами полицейских или пожарных... Патрик такого шанса им давать не собирался.
Он шагнул почти что сквозь пламя, лишь прикрыв глаза, чтобы не обжечь зрачки; огонь мгновенно высушил его взмокшую от воды и пота одежду, и обжёг кудряшки на темечке - и когда Пэт показался в дверном проёме, выбив входную дверь ногой, язычок пламени неспешно танцевал на его голове, припекая кожу и оставляя тёмный след - в воздухе едва уловимо запахло палёным, но Патрику всё ещё было плевать. 
- Кого ты там "лузером" назвал, выделение вагинальное?! - раскалённая бутыль летит в лобовое стекло одного из лоу-райдеров, следом тут же поднимается в воздух автоматический пистолет, и первые выстрелы тонут в отзвуке мощных взрывов позади, в тесном здании, где только что они с Агатой стали последними клиентами в истории - может быть, на долгое время, а может, уже навсегда - стекло сыпется уже с автомобилей, задорный смех сменяется испанской руганью и криками, кажется, и кровь брызнула вместе с осколками откуда-то; визг шин врезается в общую какофонию - один из автомобилей срывается с места, покидая поле боя. Патрик продолжает спускать курок до тех пор, пока не заканчиваются патроны и ствол не издаёт звонкий щёлк, а затем ещё раз, и ещё, пока Пэт не понимает, что уже не чувствует отдачи, и следует ко второму автомобилю, меняя обойму на ходу и попутно притушив свои тлеющие волосы, накрыв их ладонью. Лоурайдер изрешечен его пулями, ни одна из двадцати не попала в "молоко", внутри кровь - и два неподвижных тела, как минимум, хотя в степени их мертвенности ещё только предстоит убедиться. Третье "тело" в жёлтых тряпках скрывается в переулке... И Патрик, не раздумывая, шагает следом, держа ствол перед собой, уверенный, как бронепоезд... и так уже уверенно встречает лицом кирпичную стену, запнувшись обо что-то мелкое.
И живое. Переулок наполнился громким писком - и за ближайшим мусорным баком скрылось что-то оранжевое, следом за ним летит и пистолет, не удержавшийся в ладони; а сквозь то место, где должен был стоять Патрик, просвистывает целая очередь из пуль, вгрызаясь в кирпич - сделав несколько слепых выстрелов, мексиканец окончательно удирает, скрываясь за углом... Пэт медленно разгибается, глядя ему вслед и сжимая зубы в бессильной злобе. И подходит к той расщелине между баком и стеной, в которую угодила его "Беретта".
А рядом с пистолетом, вытаращив глаза и подняв хвост дыбом, почти прижавшись к стене задницей, сидит рыжий голубоглазый котёнок - и злобно шипит на Патрика, оскалив маленькие зубки. Попытка подобрать пистолет окончилась тем, что существо вцепилось когтями в ладонь, разодрав кожу в кровь; и продолжило попытки атаковать уже за пазухой, продирая ткань рубахи. Пистолет отправился за пояс, прикрытый полой жилетки.
- Тихо, малыш... - Пэт разворачивается и выходит из переулка, натыкаясь на Агату... котёнок, видимо, уже устав царапаться и поняв безнадёжность своего положения за твёрдой кожаной полой, жалобно мяукнул и попытался высунуть моську.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Свободы хватит на всех