В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Не плюйте в душу… захлебнетесь, обратной волной.


Не плюйте в душу… захлебнетесь, обратной волной.

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://sa.uploads.ru/veNPM.png
Участники: Куин и Ката
Место: Квартира Куина
Время: 26.05.2014
Время суток: вечер
Погодные условия:
О флештайме: Он говорил, что уничтожит ее, если она не сделает так, как нужно ему. Она не сделала. Она начала все с чистого листа, и никак не ожидала его встретить за тысячи километров от дома, там, где она спряталась от своего прошлого, найдя себя. Но она прекрасно помнит каждое его слово, каждую угрозу, каждый презрительный взгляд в свою сторону. и ни за что не упустит шанс отомстить за то, что пережила.

Отредактировано Grace Whitmore (2014-06-02 21:08:45)

+2

2

Мы все бежим от своего прошлого, скрываясь в новых городах, находя новых людей, надевая новые маски, но порой, как бы мы далеко не бежали, как старательно не пытались изменить декорации, прошлое настигает нас, не давая и мельчайшей возможности на выбор. Хоть это все и общие фразы, но как часто мы их примеряем на себя? Как часто мы приходим к итогу, что проживаем одну и ту же историю, что и другие? У каждого ответ на этот вопрос свой, но неизменно остается одно – мало кто готов встретиться лицом к лицу с тем, от кого бежали. Вот и я не исключение.
Сакраменто казался мне настолько далеким от Италии, что я верила, что никто оттуда в ближайшие лет 10 меня не достанет, не под новым именем, не с новой историей моей жизни, которая была создана от и до, все до мельчайших подробностей. Ведь Каталея Морено исчезла 5 лет назад, разбилась в автокатастрофе, ее никто больше не видел, о ней больше никто не слышал. Конечно, я допускала мысль, что кто-то не поверит в подстроенную аварию, которую нам с подругой пришлось организовать, что когда-нибудь меня найдут, но это случится не скоро, да и я буду готова к такой встречи. Все-таки друзья в Италии у меня остались, да и тут в США я тоже успела найти тех, кто помогает быть в курсе всех поисковых операций итальянской мафии. Но, как показала жизнь, когда у тебя появляется ребенок, то все переворачивается, меняется мировосприятие, и мысли становятся другими, ты уже не думаешь о себе, а все примеряешь на вас двоих. Потому, когда родился Алекс, мне не было дело не до своего босса, не до его ищеек, не до Куинтона, обещавшего убрать меня, если я ослушаюсь его. Это все просто испарилось, когда мне дали маленького мальчика, кричащего на всю палату, когда его крошечные ручки как-то непроизвольно держали мои пальчики. Центром моего мира стал сын, и я была бы рада, если бы все, что было, можно было бы удалить, очистить память, как делают обычно с жестким диском, оставив лишь приятные воспоминания, когда его отец еще заботился обо мне, когда в его глазах не было укора и сомнения не съедали его изнутри. Я помню эти дни, я всегда вспоминаю их, когда смотрю на играющего Алекса, на его улыбку, на его добрые глаза, которые смотрят прямо в душу, не давая лгать. Такое было только с его отцом, который вышвырнул меня на улицу, избавился как от мусора. Наверное, я еще не перетерпела ту обиду и боль, которые Гуидони причинил мне, потому что, когда я увидела его здесь – в Сакраменто, мне хотелось придушить этого мерзавца, посмевшего снова вторгнуться в мою жизнь.
Это случилось в клинике несколько дней назад, когда я, Марта и Алекс ездили снова на прием, дабы обследоваться после приема нового лекарства и подготовки к операции, которую я надеюсь, моему малышу все-таки сделают. Я отправила нянечку с сыном в машину, а сама хотела переговорить с доктором дабы убедиться, что еще не поздно, тчо деньги, которые я достала, все-таки пригодятся и помогут моему сыну обрести здоровое сердце, давая реальный шанс на нормальное детство среди таких же веселых и очень подвижных детей. Я уже была готова вернуться в машину после разговора, как выходя в холл заметила человека в коляске, которого вывозили из клиники два каких-то амбала. Ну и что с того? Скажете вы. Но все было бы ничего, если бы я не знала того человека в коляске, чей образ до сих пор очень красочно бередил мои раны, напоминая о себе в воспоминаниях.
Куинтон Гуидони собственной персоной. Нисколько не изменившийся, лишь помятый, с одной рукой в гипсе и с сединой на висках. Ох уж этот итальянец. Даже спустя пять лет, пять счастливых лет, жизнь не дает мне возможности зажить нормально, подкидывая такие вот встречи, заставляя быть всегда начеку. Конечно, я не бросилась к нему, да я даже с места не сдвинулась, пока меня не толкнула какая-то медсестра, вернувшая в реальность и заставившая включить навыки наемницы. Я тут же отошла в сторону, чтобы меня не было видно, но следила за каждым движением этой небольшой компании. Я надела очки, собрала волосы в хвост и вышла из клиники, попутно наблюдая за итальянцем и Ко.
-Марта, отвезите пожалуйста Алекса домой и побудьте с ним еще пару часов, я доделаю кое-какие дела и вернусь как можно скорей, - попросила я вежливо женщину, которая в очередной раз выручила меня, дав согласие посидеть с сыном.
Когда машина с няней и Алексом отъехала от клиники, я направилась в свой автомобиль, припаркованный чуть дальше входа на другой стороне. Волей случая, это было лучшее место, с которого можно было наблюдать за Куинтоном и отъезжая не привлечь к себе внимания, поскольку выезд в другую часть города, куда направлялась машина моего бывшего, был одним, без объездных вариантов. Конечно, как и полагается, я пропустила несколько автомобилей вперед, чтобы мои маневры по преследованию не были такими очевидными, все-таки я не первый раз в подобной роли и вести себя как новичок было бы главным проигрышем.
Дорога до дома Куинтона, как я полагала, заняла около 30 минут, как оказалось, он был намного ближе, чем я представляла и хотела бы. Сейчас это был оживленный район, много народа, потому затеряться в толпе и остаться незамеченной не составило труда. Я припарковала свою машину неподалеку от дома, чтобы в случае чего быстро ретироваться с места встречи, но в то же время, чтобы она не была слишком близко, дабы возникли подозрения. В квартиру мой драгоценный бывший направился один, отправляя своих прислужников куда-то подальше. В холле был портье, не самый, конечно, лучший вариант развития событий, поскольку его же нужно было обойти. Я прекрасно понимаю, что в этом доме полно камер, что я засвечусь и возможно, это будет плохо для меня, но я должна выяснить, что забыл в Сакраменто Гуидони. Точно, он же из больницы.. В моей голове тут же созревает план, как попасть в дом и даже в квартиру. Перекидываю сумку через плечо, застегиваю пуговицы рубашки до груди, достаю карточку Алекса и бегу внутрь.
-Добрый день – говорю запыхавшись, - подскажите, Мистер Гуидони уже добрался до дома? Я из клиники, он забыл дам кое-что важное и меня отправили к нему домой, сказав, что если не доставлю, будут проблемы, -  с сожалением проговариваю я, очень усиленно стараясь вызвать сочувствие в молодом человеке, следившим за посетителями этого здания.
-Да, он только что прошел, но вряд ли он будет вас рад видеть…
-Пожалуйста, я быстро, вручу вещь и скроюсь, не хочу вляпаться в неприятности, - продолжаю я. После еще нескольких минут молодой человек сдается и называет мне номер квартиры. Я понимаю, что если встреча пройдет не по плану, то этому пареньку не долго осталось здесь работать. Увы, вот такая реальность.
Оказавшись на нужном этаже, копаюсь в сумке, якобы стараясь достать ту забытую вещь, на самом деле готовлю глок, дабы бесспорно войти в квартиру. Не могу не отметить, что местечко для отдыха после тяжелого рабочего дня мафиози Куин выбрал отменное, да и жил он не в первой десятке этажей. Это сильно отличалось от того холостяцкого логова, в котором мы жили 5 лет назад. Собираюсь с духом и стучу в дверь.
-Мистер Гуидони, это из Гвен из госпиталя, вы кое-то забыли у нас в больнице, - как можно непохожей делаю я свой голос, держу наготове оружие. Слышу тихие шаги, приближающиеся к двери. Мое сердце начинает отбивать быстрый ритм, но я держу себя в руках, сконцентрировавшись, обдумывая все, что сделаю, как только дверь откроется.
-Сколько лет, сколько зим, Гуидони, - проговариваю я, улыбаясь, достав и направив на мужчину оружие, - Не пригласишь в гости?
Эффект неожиданности сработал на ура. Я прохожу без разрешения, когда оно мне было нужно? Он был удивлен, и я была рада. Ну здравствуй, мой ненаглядный, нам столько нужно обсудить.

+2

3

Куинтону, как любому дворовому коту, нужно было больше бухла да шлюх. Старый приятель Джек, который Дэниелс, был рядом с итальянцем рядом в тяжелые времена, он делил с ним и радость и горе, да что тут говорить, лучшего друга, чем этот вискарь, мафиози не нашел. Верная бутылка не предаст и не обманет, помахав в "последний путь" рукой. Зачем заводить с кем-нибудь дружбу или любить, когда можно было выпить, позабыв о ненужных человеческих нуждах? Любовь, семья, друзья, - всего лишь бесполезные слова, не имеющие вес для него в своей жизни.Что на счет распутрых девиц... Без них никак, скучно, проще говоря. В этих двух вещах итальянец нуждался больше всего. Особенно сейчас. Ведь именно сейчас каким-нибудь способом стоило разрядиться. Конечно, вряд ли бы это ему удалось, если учесть, с каким пристальным вниманием перемалывают недавнюю весть репортеры желтых статеек и простой народ, вовлекая имя Вернона и Куинтона. Судебные тяжбы настолько надломили его, что хотелось самостоятельно пустить себе пулю в лоб. Он все не понимал, какого черта в ту ночь спустил спусковой крючок. Еще больше дерьма, чем раньше. Во-первых, главной его проблемой являлась Агата. Те слова, произнесенные в их недавнюю встречу, остались ярким пятном в памяти. Она ненавидела его, презирала и желала ближайшей смерти. Причем, она хотела избавиться от него собственными руками. Когда подобные слова говорят такие женщины, как Тарантино, то невольно, но веришь в эти слова. Во-вторых, Гвидо. Он был тем человеком, который имел огромный вес в преступном мире. Он отказался от Гуидони, лишив его поддержки. В-третьх, газеты, заголовки которых гласили сенсационными новостями об убийстве историка в одной из аудиторий университета Сакраменто. Пристальное внимание журналистов не давало покоя мужчине. Некоторые находили наглость и рвались в больницу, откуда-то выяснив место расположения итальянца. Куин выстраивал шаг за шагом, попутно думая, каким способом отмыть себя от тюрьму. Улик, конечно же, не было ни у стукача, ни у судьи, но расслабляться мафиози не стоило, ведь они могли найти любую зацепку, чтобы посадить такого грязного человека, как Куинтон Гуидони, за решетку. И срок обещал быть огромным. 

Сегодняшний день обещал пройти спокойно, никаких событий не было назначено на этот вечер, кроме как долгожданной выписки из госпиталя Святого Патрика. Амбалы, те, которые были рядом со своим боссом до последнего, на данный момент помогали ему подняться с кровати на ноги, чтобы тот поскорее сел в коляску и выехал из палаты. Гипс с руки успели снять, разве что он остался на ноге, но и его обещали к скорейшему времени убрать. Морщится, позволяя подчиненным взять всю инициативу на себя. Те в свою очередь везли его на коляске по длинному коридору, ближе к выходу. Естественно, итальянец не почувствовал взгляда на себе, и Каталею он не заметил, ровно как не приметил слежку, устраиваемую Морено за ним. 

Оказавшись в квартире, мужчина с облегчением вздохнул. Подальше от больничных стен, в которых витал ненавистный для него противный запах медикаментов. Подальше от удивленных взглядов и шепотоков врачей за спиной мужчины, словно те знали, кем приходился Куинтон. 
Встретившись в квартире с Грейс, которая успела к приходу хозяина приготовить ужин и прибрать в доме, попращалась с мужчиной, не став бередить того попросту. Только когда она вышла за порог, поступил звонок через несколько минут, оповещая, что пришел нежданный гость. Подьезжая на коляске к двери, Куинтон решил открыть дверь, хотя перед этим решил испытать терпение пришедшего. 
- Гуидони, сколько лет, сколько зим. 
Каталея Морено собственной персоной. У нее в руках находился пистолет, дуло которого было устремлено на него. Удивление, - вот что испытал Куин, увидев её своими глазами. Пока тот всматривается в её лицо и пытается понять, не тронулся ли он головой, мулатка пользуется ситуацией, прошмыгнув в прихожую. Несколько секунд назад он удивленно оглядывал девушку с головы до ног, а теперь с ухмылкой на губах без зазрения совести смотрел в её больше карие глаза.
- Ты серьезно?! Думаешь, вызовешь у меня чувство страха, держа в руках оружие? Хочешь - стреляй. На самом деле, мне плевать. 
Смерть - лучшее лекарство от проблем. Тем более, сейчас, когда голова Гуидони пухла от сложившейся по его собственной глупости недавней ситуации. 
- Зачем пришла? - он не был рад её приходу, поэтому натягивать улыбку и обмениваться дежурными фразочками не стал. 

+1

4

Месть – это блюдо, которое подают холодным. Знаете в чем суть этой фразы? Я прочитала ее так: отбрось все чувства и действуй исходя из холодного расчета, не позволяя эмоциям возыметь на тебя хоть какое-то воздействие. Ведь иначе вся прелесть деяния сведется на нет, оставляя только ураган, бушующий в сознании. Честно, я не представляла тот день, когда случай может свести нас с Куинтоном снова, не после всего, что было. Это было похоже на что-то запредельное. Вот любого другого из нашей банды, того же Тони, известного в своих кругах маньяка, любящего разделывать людей как какой-то кусок мяса – да, его бы отправили расправиться со мной, но вот Гуидони был мало похож на тех, кому бы доставило удовольствие встретиться со мной. Признаюсь, за все полгода я не видела в нем ничего, что говорило бы о наличии хоть каких-то чувств ко мне, мало что могло сказать, что я не просто задержавшаяся в его апартаментах особа, он всем своим видом давал понять, что я не надолго. Хотя, спасибо ему за то, что сделал меня еще сильней, школы жизни мне было явно маловато, но вот с ним я научилась многому, к одному из столь ярких примеров было терпение, которое и так у меня присутствовало, но с ним оно прям вышло на новый уровень.
Сейчас оно снова вышло на первый план, пряча все эмоции за непробиваемой маской безразличия, специально давая возможность девушке смотреть на итальянца без особых бушующих эмоций, которые всю дорогу до квартиры Куинтона мешали сосредоточиться. Он был удивительно тих, на его лице не было ничего кроме удивления и какой-то вселенской усталости, которая никогда не была присуща тому Куину, которого я знала. Его наглость, которая виднелась в омуте голубых глаз итальянца, смотревшего в мои карие глаза, раньше бы я не выдержала подобного, хотя всегда старалась быть с ним наравне, но сейчас его тяжелый взгляд не имел никакого воздействия на меня.
-Я не доставлю тебе столько удовольствия, освобождая от груза ответственности, отправляя тебя в последний путь, ты этого не достоин, да и вряд ли будешь когда-нибудь, - едко подмечаю я, закрыв дверь ногой, опуская пистолет и обходя итальянца, сидевшего в коляске. Мне удивительно видеть его в таком состоянии, где-то обидно, что это с ним сделала не я, хотя… смогла бы я ему причинить боль, как хотела? Как желала каждой клеточкой своего тела, когда 5 лет назад осталась один на один с проблемами, обрушившимися на меня, без его силы, без его уроков и нравоучений, когда даже эти проклятые упреки были лучше, чем тишина. Странно терять человека, забывать его, когда ты позволил себе чувствовать, даже поверил, что все будет стабильно, плохо или хорошо – это не имеет значения, главное, что будет. С Куином мне не нужно было притворяться, хотя и открываться полностью тоже, он видел то, какой я была, но не заметил самого очевидного, что он значил для меня куда больше, чем все остальные, с кем я была в то время. Прикрывая свой зад, находящий кучу приключений, да и его тоже, отводя от мужчины косые взгляды других амбициозных авторитетов, желавших померится с ним силушкой. Да уж, как давно это было, сколько эмоций я тогда испытала, целая карусель, но я справилась, хотя желание заставить мужчину чувствовать хоть часть из того спектра чувств, что я пережила, никуда не пропало.
-Зачем я пришла? – возмущенно переспрашиваю я, поворачиваясь снова к итальянцу лицом, в моем голосе звучит злость и непонимание. – Это ты, какого черта забыл в Сакраменто?– спрашиваю я, глядя в лицо итальянцу.
Да, приветливостью от меня даже и не пахнет, да и разве стоило ожидать чего-то более мягкого и радостного? Мои мысли целиком и полностью заполнены размышлениями о том, что несет за собой появления Куина в этом городе, что будет с Алексом, должна ли я сказать ему, что его отец так близко? Хотя… эти размышления тут же отбрасываются в сторону, поскольку 5 лет назад этот мужчина отказался от права быть отцом замечательного мальчишки, который так на него похож. Оглядываюсь по сторонам, смотрю на квартиру Куинтона и отмечаю, что вкус и стиль он не потерял. Минимализм – в этом мы с ним были похожи, функционально, сдержанно и не смотря ни на что – уютно. Вспоминая ту квартиру в Наваро, удивляюсь, что итальянец выбрал эти хоромы, по-другому квартиру и не назовешь. Но это лишь очередное логово, где можно скрыться, отсидеться, поразвлечься, судя по тому, как отделали итальянца, я была уверена, что с последним он не завязал, а лишь вошел во вкус и теперь отрывается еще сильней.
-Как давно ты в Сакраменто? Какой черт тебя занес в эти края, ты ведь был так крут в Наваро, неужто крутость кончилась и тебя вышвырнули как ненужную псину на улицу, м? – продолжаю я бросать камни в огород Гуидони, ведя себя уверенно и даже немного нагло, словно и не было 5 лет и тех угроз, что звучали в последний раз. У меня есть много чего сказать этому человеку, но главное, выведать то, зачем он здесь, в этом тихом и неприметном на первый взгляд городке и в опасной близости ко мне, той, которая уже и не рассчитывала увидеть итальянца.

+1

5

Если признаться честно, Куинтон позабыл о Каталеи и больше с тех пор не вспоминал о ней, оставив её в то злосчастное утро у дверей больницы. Он не знал, сделала она аборт или нет, и что с ней произошло за то время, которое они друг с другом не виделись. Мулатка разорвала все связи с Новаро, - Гуидони знал это, потому как люди, с которыми он остался на связи в Италии, не видели девушку.  Имя её осталось лишь отголоском прошлого. Мужчина не хотел думать о ребенке, от которого он попросил избавиться. Не хотел верить, что ребенок был от него. И, если бы он узнал правду или, по крайне мере, поверил в слова Морено, то отобрал сына у матери, разрешая им видеться раз в две недели. Куинтон – собственник и он с самого юношества старался сдержать в своей сильной хватке все, что по праву или нет принадлежало ему.
Итальянец наблюдает за тем, как уверенно держится его бывшая, рассекая прихожую. Она не боится его, хотя раньше дрожала, как осиновый лист, только почувствовав на себе тяжелый взгляд серо-голубых глаз. Рядом с мужчиной, девушка стала вести себя с наглостью, словно и не было тех их отношений, в которых Куинтон занимал главенствующее место.
- Может, освободишь квартиру? – с наглостью говорит Куин, подъезжая на коляске на кухню, вытаскивая из тумбы в нижней полке флягу виски. Делает внушающий глоток и хмурит брови, посмотрев на нежданную гостью. – Ты не борзей, красотка. Если думаешь, что пришла вся такая крутая со стволом в руках и можно мной тут командовать, то ты глубоко заблуждаешься. Чего хотела, говори, пока шанс даю.  Иначе свой ствол из штанов вытащу, - ты меня знаешь. Быстро вылетишь отсюда на счет раз.
Она знала, что если разозлить Куинтона, то он не посмотрит, кто стоит перед ним и в несколько счетов избавиться от раздражавшего его человека. Припугнет, убьет, - это уже не так важно, на самом деле, когда дело касается Гуидони и его личных методов воспитания.
- Я тебя уже забыл с той нашей последней встречи и не вспоминал, так что ты бы лучше так же там сидела и не высовывалась. Ниже травы, тише воды, так ведь говорится?
В манере, с которой говорил мужчина, была далеко не доброй, судя по его виду, он вообще не хотел терпеть разговор со своей знакомой, поэтому долго мелочиться не стал и высказал все, что творилось у него в голове. Он не ненавидел Каталею, просто он в тот вечер поставил точку в их отношениях, и ясно дал понять, что встречаться с ней больше не намерен.

+1

6

За годы  жизни в тени, Грейс стала сильней, смелей и бесстрашней, хотя обрела самый сильный страх – потерять ребенка. Именно это толкало ее на безумства и риск, который ничем не был оправдан. Взять те же гонки, в которые она снова втягивалась и даже не думала отказываться от них, или попытка вновь пролезть на рынок контрабанды наркотиков, а все для чего? Зачем пытаться найти себе приключений, если твоя жизнь уже встала на путь истинный, когда можно жить и жить, абсолютно не тужить? Ведь есть маленький ребенок, ради которого теперь стоило беречь себя куда более активно, недели раньше, нельзя его лишать права на семью, хоть и в виде одной матери, но зато самой любящей и сильной, которая сделает все, чтобы защитить свое чадо. Глядя на Куинтона, Грейс именно так оправдывала мысленно свое появление в его квартире, когда должна была находиться рядом с сыном. Однако и подобные ощущения спокойствия и благополучия рушатся такими, как мужчина, сидящий в инвалидной коляске прямо перед мулаткой, сверлящей его взглядом, хоть это и было бесполезно. Она ему была безразлична. Ее появление не вызывала никаких эмоций в мужчине, что, конечно, где-то в душе задевало Морено, которая рассчитывала как минимум на взбучку, устроенную друг другом, но глядя на Куинтона она все чаще ловила себя на мысли, что от того мужчины, который внушал страх, заставлял сердце неистово выбиваться из грудной клетки и пробуждал неутолимое делание, осталась лишь тень, которая как и обычно старалась запугать итальянку, рассчитывая на ее быстрое исчезновение из этих апартаментов. В каждом его слове было безразличие, холод и неприязнь.
-Может и освобожу, когда буду уверена, что никогда больше не увижу твое лицо и, что люди, которые мне небезразличны, не пострадают от твоих мерзких рук, погрязших в дерьме и крови, - выплевываю она каждое слово с презрением и отвращением. – Разве оружие когда-то было главным в борьбе с тобой? Гуидони? Я могла прийти безоружная и эффект был бы тем же самым, не ты ли меня учил этому, ученик превзошел учителя? – улыбается итальянка, продолжая оценивать мужчину, который решил не обращать внимания на незваную гостью и наливал виски. А далее все было как в старые добрые времена, злость в голосе, угрозы, которые точно должны закончится смертью темнокожей нахалки так нагло вошедшей в жизнь Гуидони и творившей, что ей хочется, не думая о последствиях вот уже в который раз.
-Я как раз таки знаю, что ты можешь сделать, вот только взгляни на себя в зеркало Куин, ничего кроме грозного тона не внушает мне даже толику страха, я не вижу в тебе того авторитета, которых ты запугивал молодую девчонку 5 лет назад, и пусть у тебя там хоть целый арсенал, ты побитый пес, который тявкает на обычного прохожего, коими мы стали.
Рискованно, она снова ходит по лезвию ножа, бросая подобные обвинения в адрес мужчины, который не раз доказывал свою жестокость и беспристрастность к жертвам, отправляя их на тот свет без каких-либо почестей, как отбросы, которые осталось выкинуть в выгребную яму. Они были никем друг другу и, наверное окончательно поставили точку в их отношениях именно сейчас, когда у обоих новая жизнь, в которой нет места друг другу, так было решено и никаких изменений в этот план вноситься не должно было. Даже Морено, которая все эти годы лелеяла надежду, что ее любимый Алекс когда-нибудь произнесет это гордое и самое лучшее в мире слово для мужчины – папа, сейчас окончательно отпустила эту надежду понимая, что тогда в больнице Наваро она сделала верный выбор – она выбрала того, кто никогда не предаст, кто будет рядом в любой ситуации, она это знала, она чувствовала это своим материнским сердцем, потому что связь матери и ребенка она куда сильней той химии, что творилась между мужчиной и женщиной.
-Не тебе диктовать, как мне вести себя. Повторяю, ты потерял свою значимость, лучше прими этот совет на свой счет, а то того и гляди в следующий раз тебя твои амбалы не в коляске будут завозить в здание, а по частям собирать. И вообще, как ты позволил себя так разукрасить? –перевела она тему разговора на допрос Куинтона о его тяжелой участи, беря со стола яблоко и откусывая большой сочный кусок. – К слову говоря о твоей безопасности, поменяй консьержа, я прошла к тебе сюда по его указанию, еще бы ключик вручил, не думала, что ты совсем халатно стал относиться к своей жизни и безопасности.
Дерзкая, говорящая правду и бесстрашная. Грейс поражала саму себя. Откуда это? Молодая особа сама не понимала, адреналин бил по вискам, а все, что она говорила и делала, было словно на автомате, все переживания исчезли, главной целью было донести мысль, чтобы итальянец шел своей дорогой, а она пойдет своей. Это итальянка решила окончательно, вот только до мулатки постепенно доходило, что она перегибала палку, что ей это может выйти боком, ведь злой Куин это бесплатный и быстрый билет на тот свет, куда она не собиралась. А потому, Морено продолжала держаться и не показывать ни единого признака своего промаха, о котором уже прекрасно понимала. Не в ее стиле, она признает проигрыш, когда не останется не единого шанса на победу, а у нее они были. Она верила в это и уже отдалась на волю случаю.

Отредактировано Grace Whitmore (2014-06-02 21:13:04)

+1

7

Удивительно, сколько воды утекло с их последней встречи. Пять лет. Пять долгих лет, через которые суждено было пройти Куинтону в одиночку. За это время Гуидони удалось приобрести многое, чего раньше он даже в мыслях себе представить не мог: прекрасную квартиру в центре города, дорогие машины, собственный клуб, от которого он получал большие деньги, и личный счет в банке на приличную сумму. И столько же пришлось потерять. Что-то надломилось в нем, он стал более закрытым, чем раньше и не допускал ближе к себе ни одного человека. До этого момента, итальянец был никем, шестеркой в такой же ме мелкой банде, занимающейся поставкой наркотиков и скраиванием сейфов. Каталея уверяет, что Гуидони похож больше на пса, нежели на состоявшегося мафиози с крупным багажом за спиной. Куин усмехается. Морено так и не приобрела нюх на людей. Она не могла отличить мелкого воришку от капореджиме влиятельной семьи мафиози, но бралась за свое, резко бросая в лицо никчемные обвинения. Он смог понять, что у девушки покровителя не было, ведь если бы такой человек имелся, то не Грейс навестила бы его, а кто-нибудь из присланных ею ребят.
Все это было неким фарсом, иначе поведение мулатки никак не назвать. Она не сможет нажать на курок пистолета, не то что бы убить сидевшего перед ней мужчину, хотя делает вид, что вся такая смелая и бесстрашная. Брюнет в открытую начинает смеяться. Приход латиноамериканки начал напоминать ему плохо сыгранный спектакль. Он не остался равнодушным к подобной картине.
- Ну и где же у тебя припрятана скрытая камера, или, может, жучок? Я думаю, что тебя кто-нибудь подослал. Пойти на подобное у тебя точно ума не хватило. Пожалуй, раньше ты была умнее, или мне показалось? - вальяжно откинувшись в кресле, Куин, прищурив глаза, наблюдает за Катой. - Неужели думаешь, что у тебя у одной есть эта игрушка? - немного повозившись, Гуидони ставит флягу на барную стойку и вытаскивает из тумбочки, прикрытую бесичслеными пакетами из продуктового магазина и газетами, ствол. - Чесать языком и я могу. А вот доказать, кто из нас сильнее, вряд ли кто-нибудь осмелится. Я кидаю тебе вызов. Одна пуля, одна возможность выжить. У тебя ведь не тонка кишка, да, Морено? За свои поступки расплачиваются. Я потерял ногу за одно неосторожное дело. Не знаю, как обернется тебе твоя смелость.
Профессор истории отказал ему игру в русскую рулетку, а вот эта мулатка, скорее всего, рискнет и поставит жизнь на судьбоносный кон.

Отредактировано Quinton Guidoni (2014-06-04 10:45:43)

+1

8

Мы стоили друг друга. Это становилось ясно с каждой минутой моего нахождения в квартире Куинтона. Меня было сложно остановить от высказывания нелицеприятных фраз в адрес мужчины, который некогда был мне близок, а он в свою очередь был настолько спокоен и непоколебим в своей уверенности, что он круче чем даже сваренные вкрутую яйца. Я не собиралась переубеждать его, как не делала раньше, решив, что спорить с итальянцем мне совсем не хочется. А он продолжал ощущать свое превосходство, смеясь мне в лицо в ответ на каждую мою реплику. Да и его поведение стало куда расслабленней, словно я тут только что и не угрожала ему прострелить его голову, украшая стену содержимым черепной коробки. Ему достаточно было сказать лишь пару слов и я никогда не отступилась бы от своей задумки, но  он не говорил, не бросал мне в лицо те обвинения и упреки, которые бы возымели свое действие и хоть как-то сдвинули с места нашу милую беседу. Однако когда он заявил, что я якобы подослана кем-то, я чуть не подавилась яблоком, которое все это время жевала, к слову, оно было очень вкусным и на секунду в моих мыслях промчалась мысль, что Алексу понравились бы такие и нужно купить их на обратном пути домой, я даже усмехнулась своим мыслям, тут же задавая вопрос, а будет ли этот обратный путь? Даже я не могла предугадать, смогу ли уйти отсюда живой, или все-таки Куин уберет с пути помеху из прошлого, а если так, то что будет с Алексом? Как я смогла рискнуть всем, абсолютно забывая о том, что есть единственный человек, который этого всего достоин, ради которого должна рисковать, но оставаться живой в любом случае. За подобное поведение меня начала грызть совесть, проснувшаяся от долгого сна, напоминающая о себе уколами страха и сомнений в верности любого действия, которое я совершу в дальнейшем.
-Меня? Кто-то подослал? Посмотрела бы я на того смельчака, – я смеюсь в голос после того, как смогла откашляться и прийти в себя. – Да уж, Гуидони, да ты еще и параноик. Конечно не у меня одной, ты же только хвастался своим достоинством, и я не о том, что у тебя между ног, - усмехаюсь я, продолжая нарываться на неприятности всем своим поведением. И они меня нашли, когда Куинтон достал свой револьвер и бросил вызов, от которого сложно было отказаться, но вся здравомыслящая часть меня, очень просила это сделать.
Морено, мать твою! Очнись ото сна! Ты совсем сдурела? Подумай об Алексе, коль тебе своя жизнь нахрен не нужна, разве ты желаешь ему быть сиротой? Прекрати лезть нарожон!
Орало мое подсознание, давая недвусмысленные намеки на то, чтобы это все прекратить сказать досвидос и уйти в закат, оставляя Гуидони наедине со своей жизнью и размышлениями, но нет же, я иду дальше. Куин знал, что азарт это мое второе имя, и я всегда была в эпицентре всего, что приводило к всплеску адреналина в крови, потому и сейчас доказать ему, что я нисколько не слабей его, а стала лишь сильней, я просто обязана. Да глупо, да нисколько не обдуманно, но разве есть выбор? Разве я могу отступить назад и снова перешагнуть свою гордость, лишь бы ему это было удобно?
-Не осмелится? – спрашиваю я, выбрасывая огрызок в раковину, и поднимаясь со стула, - Ты хотел сказать, не осмелишься ты, а мне же и доказывать не нужно, – самоуверенность на грани фантастики просто,- Я отвечаю за свои поступки, это пока ты не заплатил ни цента за свои. Но коли ты предлагаешь сыграть, я за. Мне нечего бояться, чему быть, тому быть.
Без тени страха и сомнений в голосе, сейчас бы мне позавидовали лучшие театральные школы мира, подхожу к итальянцу, подготовившему револьвер для русской рулетки, - игре сумасшедших и бесстрашных – дабы проверить судьбу на прочность. Может я все-таки и должна погибнуть от его рук, ведь он столько раз обещал мне, даже уже неудобно отказываться от такого предложения!
Дурные мысли все больше захватывают сознание, не давая разуму действовать четко. Я поправляю одежду,  встаю ровно перед Куинтоном в метрах двух, развожу руки и готовлюсь к тому, что должно за этим последовать.
-Я готова, нажимай на курок, - я прекрасно знаю, что мужчина сделает это, по крайней мере, тот, кого я знала обязательно выстрелит, пусть даже там будет пусто или наоборот меня ждала пуля, он никогда не отступится от того, что сказал. - Если осмелишься - добавляю я. Я вроде бы гляжу на итальянца, стараюсь дышать ровно, а вижу Алекса, вижу его улыбку и ловлю себя на мысли, что как эти двое похожи друг на друга, когда улыбаются
Удача, не подведи… Последнее о чем я успеваю подумать, прежде чем услышать щелчок, означающий выстрел. За долю секунды на моем лице появляется улыбка, я смотрю прямо в глаза Гуидони, довольная и бесстрашная, но безумно глупая, ведь играть с тем, кто не ценит жизнь, и уж тем более твою, это самая большая глупость в мире.

Отредактировано Grace Whitmore (2014-06-04 17:41:28)

+1

9

Куинтон напоминал смерть с косой, ведь именно он решал, кому жить, а кто достоин смерти в судорогах и боли. Для него нет ничего святого, во что бы он верил всей душой и сердцем. Верить Богу? Может, женщинам? Он - циник до мозга костей, который не умеет испытывать такие сильные чувства, как любовь. Он может только ненавидеть, и в своей ненависти этот человек хорош.
Каталея внутренне испытывала страх, - Куинтону мог догадываться, ведь ничего никогда не забывается, ровно как и эмоции, испытываемые ранее. Девушка прекрасно знала, чем могла закончится их встреча, к чему шел их разговор, но продолжала лезть наражон, словно позабыв о цене своей жизни. Неужели у неё нет никого, раз она так бестрашно смотрит на меня и пытается взять на себя пулю.  Невольно проскочила шальная мысль, и итальянец спускает крючок револьвера. Она не сломленна: не лежит на полу с полузакрытыми глазами и не читают полушепотом поливу, значит, фортуна на её стороне. Мужчина не знает, повезет ли ему, но знает, сколько раз провернется пуля и на каком счете она выстрельнит. Простая математика. Барабан крутится шесть раз, на последнем своем кругу она замыкается и в следующую секунду вылетает из дула оружия. Что он испытывал сейчас? Хотел ли избавиться от неё? На самом деле, ему все равно, останется ли она в Царстве Живых или пойдет на тот свет. Ей, судя по всему, тоже безразлично, кто останется в выигрыше.
- Ты хотела задать мне вопрос? Перед смертью не надышишься, ну а все же? Спрашивай, пока есть возможность говорить.
Подставляем ствол к виску и с замиранием сердца, которое почему-то намного чаще отстукивало свой ритм, так напоминающий чечетку, нажал на "спуск". Секунда, которая, кажется, тянулась вечность. Прямо в висок. Пустота. Тишина.
- Хочешь узнать, любил ли я тебя? - ухмылка оказывается на его губах и он отвечает ей с хрипотцой в голосе, те слова, которые она не вряд ли желала услышать. - Нет. Мне нравилось трахать тебя. И я любил, как ты стонала подо мной. У тебя красивый голос.
- Следил ли я за тобой? Нет, и не думал. Я полюбил другую женщину, вовсе не похожую на тебя. Я готов умереть за неё, хотя, разве это что-нибудь поменяет?
Он направляет на нее оружие, и проходит всего несколько секунд, после чего он нажимает на спусковой крючок... Знаменитого ба-бах не было, как и смерти прекрасной Каталеи Морено.
- Игра продолжается. Ну же, о чем ты хочешь узнать?

+1

10

Ничего. Ни боли, ни крови, ни-че-го не последовало после щелчка, который издал курок. Будь в барабане пуля, я бы лежала на светлом полу квартиры, а кровь стекала по моему лбу, образуя под головой красную лужецу и взгляд бы мой был устремлен на него, а на лице застыла улыбка. Это была прекрасная картина, которую я сама наблюдала несколько раз, когда нужно было убрать лишних людей, вставших у меня на пути. Однако я не очень желала, да что уж греха таить, совсем не хотела оказаться на месте своих жертв, потому что я знала, что мне нужно сегодня вечером вернуться домой, прочитать сыну сказку на ночь и быть уверенной, что у него все в порядке, что он чувствует себя хорошо. Однако моя задница искала приключений, искала проблем и очень удачно их находила и не желала отказываться от шанса, испытать весь спектр эмоций. Я даже выдохнула и усмехнулась, когда поняла, что жива, что случай был на моей стороне. Дура! Чокнутая дура! Включи мозг, хватит пытаться причинить ему боль или еще что-то! Подумай об Алексе! Кричало мое сознание и я с каждой секундой все больше понимала абсурдность того, что творю. Никакой мужчина не стоит жизни ребенка, никто не может решать жить мне или погибать, но если я сейчас отступлю, это будет проигрыш, могу ли я это сделать? Ответ я знала, и боялась его даже мысленно озвучивать, потому что я бы признала себя эгоисткой, мерзкой отвратительной эгоисткой, которая ставит свои интересы выше интересов единственного ребенка. Наблюдая за итальянцем, я практически смогла расставить все свои мысли на нужные полочки и заглушить совесть, которая орала похлеще любого несчастного, которому ломали кости, дабы он понял смысл слов своих мучителей. –У меня был один вопрос, ответ на который так я и не услышала, остальные мне не интересны, - говорю я безразлично, глядя на крутящийся барабан, а затем на то, как мужчина подставлял оружие к виску. Я напряглась, каждая мышца в теле готовилась к исходу этого выстрела. Интуиция подсказывала, что ничего не будет. Мы счастливчики, мы не умрем такой глупой смертью, не для этого прошли довольно-таки сложный путь нашей жизни, не для этого теряли близких и убивали людей, не дл русской забавы, которая должна была якобы расставить все на свои места. Куин продолжает свой монолог и находит не самую лучшую тему для беседы – их отношения. Сейчас мне было безразлично то, что он чувствовал ко мне тогда. Это все осталось в прошлом. В этот момент мне было плевать, любил он меня или нет, мы ведь еще тогда знали ради чего друг с другом. Каждый получал удовольствие от ночей проведенных вместе, от того адреналина, который мы испытывали, когда работали вместе, но это все было тогда. Сейчас для меня он не значил ничего. Любовь, или как там зовется это чувство, я похоронила вместе со своим прежним именем и прошлой жизнью. Сейчас был Алекс, был Итан, напоминавший о себе как минимум несколько раз в месяц, интересующийся здоровьем моего сына и готовый помочь в любую секунду, но я не хочу принимать его помощь, я не такой человек. Я сама справлюсь с тем, что выпало мне. И пока у меня это получалось очень неплохо. –Не могу тут даже поспорить, - поднимаю я руки вверх, -секс с тобой был хорош, стоп – вдруг удивленно я смотрю на Куина, - ты только что сделал мне комплимент? Гуидони, ты не перегрелся? – смеюсь я. Нет, я не ожидала услышать следующие слова и, как и любую другую женщину, меня задело все, что он произнес. Полюбил?! Этот ублюдок кого-то полюбил?! Да. Я негодовала, единственное, что выдавало мое недовольство это была привычка кусать губы и гневный взгляд в сторону мужчины. Вот именно в этот момент я бы выпустила пулю ему в лоб, но вместо этого бросаю едкое замечание в сторону Куина. –Если хочешь, так может сделаешь доброе дело мне и вселенной и пустишь пулю в лоб? Ой, - я делаю напуганное и удивленное лицо, -по ходу ей этого не надо, раз ты в одиночку зализываешь свои раны здесь, она не встречала тебя в клинике вместо тех шкафов, - усмехаюсь я. Да, правда бьет сильней всего и, думаю, я попала в точку. Снова верчение барабана, я встаю перед ним. Давая второй шанс на то, чтобы избавиться от своей персоны, абсолютно забывая обо всем, что было тех его слов, до тех моих эмоций, которые бушевали внутри. Осечка, снова пусто. –Похоже, праздник сегодня не на твоей улице, - усмехаюсь я. Все, пора… Думаю я и беру свой пистолет в руки. Да, у меня тоже револьвер, какое совпадение, демонстративно вытаскиваю патроны, продолжая беседу. –Я все еще желаю знать, что ты забыл в Сакраменто, какой хрен тебя сюда занес? – в моем голосе нет издевки или какого-то второго смысла. Я желаю знать правду, я пришла за этим, и не уйду без нее. Пусть даже он и навредит мне, пусть даже пристрелит. Я знаю, за что умираю. Он останется в неведении о своем сыне, а ведь он был бы его гордостью, мой малыш. – А теперь я буду решать, отправишься ты на тот свет, или нет, так же веселей, правда? – Каталея Морено во всей красе. Мое поведение меняется за секунду. Сейчас перед ним стояла та, которая была с ним, которая сплавляла героин для подростков, которая убивала, не моргнув и глазом. Ох, как давно я не испытывала этого блаженного чувства невыносимой жестокости и желания, чтобы пуля все-таки вырвалась из дула пистолета. – Чтобы ты сказал на прощание, зная, что сейчас подохнешь, и лишь твоя семейка сможет расправиться со мной, а ты останешься не у дел? – спрашиваю я, давая возможность ответить Гуидони, а затем нажимаю на курок. Конечно, я поняла, что стало не так в этом человеке. Он был уверен в себе как никогда. Мы были такими, когда за нами стояла наша семья, которая порвала бы любого за смерть таких ценных кадров. Конечно, я осознаю, что делаю, понимаю, что будет, если пистолет на даст осечку. Пусть все идет к чертям… посылаю я мысленно всех и вся, затаив дыхание.

0

11

На самом деле, женщины - существа мнительные и очень злопамятные. Даже, если они говорят, что все в порядке и ничего такого не произошло, о чем стоило бы серьезно задумываться, они все равно продолжают копить в себе обиду. Мужчины - легче в этом плане, им нет причины таить в себе злость, - они её вымещают обычно на каких-нибудь предметах мебели или за занятием сексом. Все же, кого-кого, а вот представительниц прекрасного пола стоило побаиваться, ведь они могут пойти на что угодно: на суицид или на выдумание каких-нибудь хитроумных планов, вроде подсыпавыние виагры или мышиного яда. Что на счет последнего, Агата наверняка подобной отравой пользовалась, Куинтону приходилось ужинать в её доме и надо сказать, еда была оценена на среднюю двоечку. Кто мужика кормит перетертой морковью или варениками? Видать, испанка спутала его со своим полудохлым ежом, кличка которого была столь же причудливой, как и его внешний вид.
Бояться нужно было и Кателею Морено. Эта мулатка могла кого угодно уложить на лопатки, грациозно вильнув хвостиком. Слюни у нее один сплошной яд, которым она всё время плюется на людей, отравляя их и без того своим присутствием. Почему именно ему не повезло с женщинами? Агата Тарантино, Каталея Морено... Их он терпеть всеми фибрами души не мог, хотя, что странно, продолжал держать около себя. Пригрел на шее змей подколотных, - по-другому не назовешь.
Эта девушка, стоящая перед мужчиной, ухахаьывается от смеха и всячески пускает в ход обвинения. Куинтон приподнимает бровь. Ей не нужна была психологическая помощь, иначе подобное поведение никак не понять. Когда смерть угрожает тебе, ты, если ты нормальный, будешь испытывать страх. Даже, вон, Куинтон и то ощущал липкий пот на лбу и над вверхней губой.
Он не стал отвечать на её выпады, но на вопрос ответил:
- Тебя это не касается. Я тебя не тронул и пальцем. Так что, волновать, что я здесь забыл - тебя не должно.
С холодным тоном процедил он сквозь зубы. Ему не нравилось, как она разговаривала с ним. И сейчас особенно хотелось засадить пулю ей в жопу, чтобы она ощутила всю ненависть итальянца именно в этот момент. Он вновь приподнимает ствол и стреляет в Морено. Пуля летит и с уверенностью впивается в плечо мулатки. Лицо той искажается и она корчится от боли. Пистолет, который она держала в руках, летит на пол, громко звякнув. В это же время ключ в дверной скважине зашевелился, и через несколько секунд на кухню забежала женщина лет сорока, на вид простенькая и в то же время симпатичная. У неё глаза были полны ужаса. Она начала суетиться. Куинтон тоже был не в восторге от сложившейся ситуации, как бы того сам не хотел заткнуть пришедшую Морено.
- Грейс, принеси аптечку и обработай ей рану.
Та согласно кивает и быстро поднимается по лестнице, чтобы вытащить из ванной комнаты нужные приборы для того, чтобы помочь девушке. Капо еще не знал, что его домработница была нема. С немыми договариваться легче, они не станут кричать и звать на помощь.
- Вот, посади её на диван. - кивает револьвером на кожаное сидение и, только увидев, что умещалось в его руках, выбрасывает оружие на тот же пол. Грейс пока помогает латиноамериканке присесть и справляется с хлынувшей из раны новой партией крови. Вверхняя часть одежда промокла в красной вытекающей жидкости. Видимо, Куин попал в артерию.
Спустя минут десять, когда кровотечение было кое-как остановлено, Куинтон поблагодарил Грейс и уже переключил всё свое внимание на Морено.
- Надеюсь, больше не увидимся. - сухо проговорил он, взяв в руки домашний телефон и набрав номер такси, посмотрел на девушку. - Какой там у тебя адрес? - мулатка нехотя, но произнесла название и номер улицы, на которой находился её дом. - Не бойся, тебя я в гости навещать не собираюсь.
Машину подъехала спустя пять минут. Гуидони приказал Грейс довести гостью до такси и посадить её в салон авто.
Иногда дни заканчиваются на необычной ноте. Приход Катели разбередил прошлую рану, оставшуюся пять лет назад. Тогда он был другим, с надеждами и мечтами, уверенный в том, что в будущем у него сложится жизнь так, как того он сам захочет. Но деньги и женщины не приносили ему удовольствия, как он думал все предыдущие года своей жизни. Он вновь сегодняшней ночью взялся за распитие алкогольного напитка. Опять мысли, от которых веет холодом и печалью, опять разочарование и боль. Опять Агата Тарантино, которая не дает ему покоя...

Отредактировано Quinton Guidoni (2014-06-05 09:07:07)

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Не плюйте в душу… захлебнетесь, обратной волной.