Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Может показаться, что работать в пабе - скучно, и каждый предыдущий день похож на следующий, как две капли воды... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Хорошо, давай представим, что выбор есть


Хорошо, давай представим, что выбор есть

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Участники: Мистик, Магнито
Место: Даллас, Техас
Время: ноябрь 1963
Время суток: Игра длится круглосуточно
Погодные условия: облачно, временами осадки в виде дождя, ветрено
О флештайме: Давай на минуту представим, что никто друг от друга не зависит. Ни ты от меня, ни я от тебя. Никто друг другу не нужен - мутанты очень самостоятельные, жизнь принуждает быть такими. Хорошо, мы такими стали. И что теперь? Ты хотел видеть настоящую Рэйвен, тебе нужна Мистик. Но не забывай о том, что у меня свое видение, и не всем нравится быть твоими послушными марионетками. Рано или поздно придется сделать выбор. Если он будет, конечно. Может статься так, что даже я выйду из-под контроля, перестану быть такой, какой ты хочешь меня видеть. Понравится ли тебе такая девушка?
Не скрывать своего природного "я", иметь свое мнение. Даже если оно идет вразрез с твоим. И наперекор планам и правилам. Еще бы не забывать, что планы у тебя не только на мутантов, но и на людей, и все будет похоже на нормальную жизнь.

https://24.media.tumblr.com/4d26d1303787a98e07294a425a50e35c/tumblr_n3zhyu0qzR1qim9hqo2_500.gif

Отредактировано Xandra Nolton (2014-05-27 22:48:27)

+2

2

Внешний вид

http://savepic.net/5765129.jpg

…Он всегда был нашим братом. Каждый из нас таков, потому что рождается таким. Шоу мог быть прав в том, что мы – дети атома, но мы не сделаны собой, мы рождены мутантами. Исключительными, особенными. Как и он. Врачи при администрации списывали все на болезнь Адиссона с его кризами и адинамией. Но болезнь была всего лишь симптомом, симптомом истиной природы Кеннеди – его мутации. Возможность видеть предполагаемые линии будущего вызывала в президенте его приступы слабости и обездвиживания. У слабых мутантов происходит компенсирование, что-то такое предполагал и Чарльз, в очередной раз рассказывая о неандертальцах и гомо сапиенс.
Чарльз… Мысль о нем была теплой, чуть снисходительной, но и грустной. Вот уже два года мы наблюдали друг за другом издалека, сохраняя паритет, а в последние месяцы он совсем пропал из вида. Удивительно было то, что мой наивный и чересчур лояльный друг не понял еще тогда, что Кеннеди – мутант. А я знал. Когда не знал – верил. Просматривая десятки вариантов результатов «Церебро», мне получилось утаить от него и Маккоя строчки о неприметном по уровню мутанте, регулярно бывающем в Белом Доме.
Так вышло, что не только я знал о том, кто он. Никсон, соперник Кеннеди на выборах в шестидесятом, был против всех реформ, в том числе и касающихся нашего вида, которые проектировались в администрации Кеннеди. Одним из тех многих, что боялся, а потому хотел уничтожить нас. А начать с него. С президента.
Пара лет поиска этой истины и заговора, зарождающегося в Белом Доме и привели нас сегодня в Даллас. Меня и Мистик. Мистик была волшебной в своем умении проникнуть, узнать, принести мне то, что мне было надо. В свою очередь, я давал ей все то, что нужно было ей с потерей Чарльза – любил ее такой, какой она была. Ценил её и восхищался ей. А еще давал ей цель жизни. Наше выживание, наш триумф. Не уверен точно, что в итоге видела она своей личной целью, но шла за мной. Как сейчас.
Мы отправились в Даллас вдвоем, чтобы не привлекать внимания. Мистик могла скрывать свою природу, Азазель – нет, хотя и был полезен нам. Именно поэтому сегодня только я и она сидели в такси, направляясь из далласского аэропорта в отель.
Мистик держалась сдержано, молчаливо, как и всегда в последнее время. Что у нее было на уме, я знать не мог. Но я зависел от нее, от ее одаренности. Она нужна была мне, и главным образом – потому что была такой, какой была.
Отель «Магнолия». Маленькое, неприметное местечко. Номер на двоих. Пройдя в номер, я сел в кресло, по привычке достав монетку и заставив ее кружиться вокруг моей кисти. Металл не только подчиняется мне, он и привлекает меня, даже питает.
– Сейчас девять, кортеж Кеннеди должен ехать по Элм-стрит более чем через сутки, а мы до сих пор не знаем, как они планируют убирать его. Все, что знаем – дату и место.
Выбить остальное из одного из наемников Никсона оказалось невозможным – умер раньше, не выдержав того, что я делал с ним. Никогда не считал пытки чем-то особенным и неприемлимым, а Мистик они словно ожесточали, хотя она и не обязана была присутствовать, когда я получал то, что мне нужно было.
– Что-то не так? Ты последнее время слишком много молчишь, Рейвен, – да, Рейвен… Не знаю, понимала она или нет, но я называл ее тогда, когда хотел взбодрить, встряхнуть. Мистик была молода, и со свойственным ей максимализмом относилась к тому, как ее называли. Для меня никогда не было принципиальным, как ее зовут. Важно то, кем она была. Сейчас она нужна была мне самой собой.
Я подошел к девушке и посмотрел в ее желтые глаза, в которые не раз уже заглядывал так, на свету или в полумраке, пытаясь понять ее. Я ждал ответа, ждал искренности.

+2

3

Внешний вид
Когда наваливаются проблемы, только тогда начинаешь понимать, кто есть кто - кто друг, кто любимый человек, кто заклятый друг, который способен над твоими проблемами посмеяться. Но именно в такие моменты лучше всего быть мутантом, как ни странно - открываются такие возможности, о которых раньше мы и не подозревали. К примеру, если ты владеешь силой водных стихий, то в экстренной ситуации велика вероятность того, что либо адаптируешься и станешь русалкой, или же просто научишься дышать под водой, а то и воду вместо воздуха использовать для выживания. Огненные силы - огонь тебя не тронет, будет не сжигать, но греть приятным теплом, манить к себе жертву и безжалостно сжигать тех, кто неугоден самому обладателю сил.
Но когда ты умеешь менять внешность, адаптироваться не под условия, но под окружающих тебя людей, то начинаешь теряться. Я чувствовала, что теряю себя, принимая чужой облик слишком часто. Мелькала мысль, что люди, это чужие судьбы, это чужая жизнь, которую я могу поменять, сломать или уничтожить. Не без чужой помощи, но могу. Однако, стоило вспомнить, кто был рядом и кто поддерживал, кому это было нужно, и я успокаивалась. То, что рядом был Эрик, меня держало в узде и не давало разойтись. Но это же и порядочно раздражало. Я привыкла зависеть от кого-то, от чьего-то мнения, но хотела отвыкнуть. Чарльз остался в прошлом, в настоящем я была не Рейвен и моим новым визави стал Леншер.

Папка с заветными данными пополнялась потихоньку, слишком мало было информации, и меня это ужасно злило. Мы с Эриком расходились во многом, в частности - во мнениях, но он пока об этом не знал. Мог догадываться по моей молчаливости, задумчивости. часто сама себя ловила на том, что могу замолчать посреди разговора, и это становилось нормой. По крайней мере - для меня. В голове вертелось только одно имя - Боливар Траск. Темная лошадка, действия которой могут привести к неизбежным и крайне печальным последствиям.
От мыслей отвлекает голос Эрика. Прихожу в себя и смотрю на него, запахивая халат.
- Что-то не так? Ты последнее время слишком много молчишь, Рейвен.
Имя отрезвляет как холодный душ. Почему он назвал меня именно этим, человеческим именем? Зачем постоянно ворошить прошлое и напоминать? Закрываю глаза, не могу выдержать проницательный взгляд Магнито.
- ты же знаешь, что я не согласна с тем, что ты собираешься делать.
Нервно снимаю халат и кидаю его на кровать. Плевать. Я не обнажена - это МОЯ кожа, это Я сама!
- Я не боюсь за окружающих, но люди могут увидеть тебя и тогда ничего не получится. Ты ведь и сам это понимаешь, не так ли?
Моя проблема была в том, что я знала куда больше, чем говорила. Я знала правду, но говорила лишь ее часть. Благодарила высшие силы за то, что Эрик не мог читать мысли, а Чарльза больше не было рядом. Единственное оружие, которое могло этот барьер сломать - это сам Магнито. Не мутант, но человек, зависимость от которого становилась все больше и сильнее.

Отвлекаясь снова от мыслей, трусь щекой о подбородок Эрика и замираю. Его запах ни с чем не спутать, его особенный аромат. Моя сладкая зависимость. Люблю и ненавижу. Люблю за то, какой ты - моя поддержка, моя сила, моя особенность. И ненавижу ... Зависимость. Как мне сказать, что я хочу быть как можно ближе и как можно дальше?!
- Ты будешь там. А что делать мне? Я хочу быть рядом, Эрик.
Есть вариант попробовать собрать еще больше информации по Траску. Но не завтра и не послезавтра.
Злость.
Нетерпение.
Раздражение.
Отчаяние.
Беспомощность.
И снова злость.

Отредактировано Xandra Nolton (2014-07-03 12:24:34)

0

4

Я не боюсь, никогда не боялся идти до конца. Знал, что может повлечь за собой то, что могу сделать и уже делал. Многие – в их числе и мой добрый друг Ксавьер – считают, что меня опьяняет жажда власти и фанатичного следования нашей природе. Эти многие не понимают, что время компромиссов осталось в небытии тогда, когда зародились мы. И не понравились им.
Я понимаю это, понимаю, что нам не ужиться вместе с хомо сапиенс, которые уничтожают нас. Это понимает и она, Мистик. Пусть и не видит всего так, как вижу я, а поэтому не всегда согласна. Впрочем, иногда ей е нужно ее собственное согласие, ей важно, что в чем-то уверен я. А сейчас – я уверен в том, что должен спасти Кеннеди. Даже проявив себя людям после марта шестьдесят второго, когда ракеты двух сверхдержав летели на нас – горстку мутантов, обеспечивших этим примитивам спокойную жизнь. Взамен отдав спокойную жизнь для самих себя. За право жить и борется наше Братство. Право, которое мы позицию за позицией сдаем. И если в этом – мой фанатизм, я готов быть фанатиком, но не отдать себя на препараторский стол или в лагеря, как это уже было.
Её же фанатизм напоминает агрессивное неприятие подростка. И ей ещё многому предстоит учиться, со мной или без меня. Отброшенный халат – тому подтверждение. Ну что ж, любовь к такой, какова она есть, в том виде, в котором она себя любит, выпестовал у нее ты сам, Магнето.
– Моё намерение продиктовано долгом. За убийцей Кеннеди стоит Никсон, за Никсоном – Траск. Мутантский вопрос, Мистик, так он называет наше право на жизнь в своих статьях. Подобные ему люди двадцать лет назад решали еврейский вопрос. Из страха или из желания власти – я не разбирался в их мотивах, и в его мотивах разбираться не буду.
Кажется, Мистик только сейчас дала волю своим искренним эмоциям. Боязнь потерять его просквозила из ее последней фразы. Боязнь, способная поставить под угрозу всю операцию. Несмотря на то, что информацию, которой обладал я, она получала фрагментировано, Мистик всегда желала знать больше, чем следовало. В некотором роде, это обеспечивало и мою безопасность в случае, если напарницей придется пожертвовать. Но при этом, Рейвен не знает, не может знать, что я готов пожертвовать собой, спасая президента, чтобы в итоге донести до него всю суть моего плана до него самого. И выслушать его.
– До сих пор меня не видели,Потому что я сам этого не хотел.
Прикосновение девушки к щеке было привычным, хотя сейчас – неожиданным. Она подозревает, что может быть использована. Использована очень по-разному. Я взял ее двумя пальцами за подбородок. Жест нежный, но в должной мере покровительственный.
– Постарайся сделать все, чтобы, когда я вернусь, мы смогли выбраться. Если… Если не вернусь, – Если Кеннеди будет мертв, найди Траска. Найди и убей.
Я не знал, как она отнесется к этому сейчас. Мистик видела, как убивал я. Мистик принимала это как должное. Но я никогда не отдавал ей подобного приказа. И это действительно был приказ, о чем стоит ей напомнить.
– Я хочу, чтобы это было сделано любой ценой, Рейвен, – разозлить её не помешает, а культивировать чужую злость я умел, – Не оставь никого и ничего около него. Иначе все наши братья и сестры погибнут.

+1

5

Впервые слышу такие слова от него. От НЕГО. Он долго был рядом с Чарльзом. Конечно, не так долго и много, как я, которая выросла с Ксавьером, но достаточно, чтобы научиться манипулировать, не залезая в сознание. Я готова ему подчиняться, но только не на таких условиях, которые он ставит. Не сейчас и не здесь. Мне хочется забыть обо всем, именно сейчас.
- Если тебя не видели до сих пор, это не значит, что не увидят потом. Не увидят тогда, когда это абсолютно не будет нужно. Ты меня понимаешь, ты прекрасно знаешь, что я имею в виду и о чем хочу сказать, Эрик!
Срываюсь на панический и злой шепот. Почему? Не могу ответить, не смогу сказать. Наверное, потому что не хочу признаваться себе в том, что могу упустить момент, когда мне дадут волю. Все еще словно послушный щенок буду жаться к ноге и не пойму, что это уже не нога, а столб, к которому меня привязали и бросили. Не отпустили, не выпустили, а именно бросили. И я так же буду сначала ждать, а потом бродить в поисках. Под дождем, под снегом - неважно! Суть в том, что я буду ждать и искать. Но не дай Бог вовремя не найти! Я выживу, окрепну. Но тогда на моем пути лучше не встречаться, потому что буду мстить.
Если. Как страшно звучит это слово от Эрика. От того, за кем как за каменной стеной. От мистера Уверенность и Стабильность.
- Эрик, я ...
Не знаю, справлюсь ли без тебя. Хотя ...
- Я сделаю это. Обещаю.
Я не хочу ценить того, кого могу потерять только из-за самого ощущения возможной потери. В голове нет ни одной четкой мысли, впервые за все это время, я не знаю, как мне дальше быть. Можно собраться и уйти. Просто уйти, оставив его одного. Но это значит, от всего отказаться - от своих планов, от времени с ним, от задумки, от приказа. Это была не просьба, это был приказ, пусть и в мягкой форме. Он знает, что я не скажу нет. Точнее, думает, что знает. Мы играем в игры с людьми, с мутантами. А теперь и друг с другом. Но если этого "вместе" осталось немного, то надо использовать шанс.
- Прежде чем я сделаю, и прежде чем ты пойдешь туда, откуда можешь не вернуться, хочу, чтобы ты кое-что знал и о чем я вряд ли потом скажу вообще.
Не договорив, я приподнимаюсь, чтобы поцеловать его, коснуться губами его губ. Какой контраст обычной кожи, человеческой ... Его кожи и моей. Как можно полюбить такую, как я, увидеть во мне кого-то большего, чем ту, которая умеет меняться в угоду другим. Я не смогу измениться в угоду самой себе, как бы это ни было необходимо. И не могу до конца стать такой, какой он хочет меня видеть. Эрик ...
Я кладу руку на его грудь и смотрю на свою кожу. Нормальную кожу, человеческую. Чувствую, как волосы ниспадают на плечи. Я прекрасно знаю, как выгляжу сейчас, к тому же, ловлю свое отражение в его глазах. Не могу сказать, недоволен он или смирился.
- Я хочу быть такой для тебя. Чтобы ты принимал меня и такой, Эрик. Именно ты. На остальных уже наплевать, мы всегда будем для них изгоями.
Обнимаю его, прижимаюсь. Мне нужно его тепло, нужен он сам. Сегодня я позволю себе быть слабой, чтобы завтра, возможно, попрощаться. И хочется попросить его только об одном - чтобы он просто принял меня. Сейчас. В эту минуту. В этот вечер. Чтобы не отворачивался и не строил очередную стену недомолвок. Пусть хотя бы в тех чувствах, которые мы еще можем испытывать (озлобленные, изолированные и загнанные), будет капля искренности. Это не унижение, когда ты от кого-то зависишь. О том, что я завишу от него, он итак, думаю, понял.
Я не могу насытиться им, мне важно его присутствие. Дыхания не хватает, но я не прекращу целовать его, пока он сам об этом не попросит ... Хочу. Неважно, что будет дальше, но сейчас я хочу. Его и с ним. На этом точка. Или запятая, но это уже как получится ...

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Хорошо, давай представим, что выбор есть