Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Если вспомнится некстати - забери меня отсюда


Если вспомнится некстати - забери меня отсюда

Сообщений 1 страница 20 из 27

1

ДАВИД и АГАТА
10 июня; Мексика, Тихуана
Мексика - опасная страна, где, выйдя из отеля, ты можешь не вернуться назад.

+1

2

Вчера мы покинули Штаты, распрощавшись с Патриком. Он двинулся обратно кружить по дорогам Америки, а мы с Аароном и Мышкой все таки же желали добраться до Панамы. Машина, правда, была уже не такой новой, сбоку на крыле имелась вмятина и треснуло лобовое стекло - это все последствия встречи с ураганом, который двигался по юго-западной стороне, где-то утихая, а где-то сметая баннеры и вывески. Но вот уже неделю светило яркое солнце, стирая пугающие воспоминания. Воспоминания, что касались не только шторма, но и всего того, от чего я убежала из Сакраменто. Гвидо был прав, я не желала возвращаться, я хотела и дальше продолжать движение и отвыкать от того, что называла домом, от тех, кого считала семьей. Потому что сейчас мои дни были наполнены событиями и разнообразием, один день принимался за пять, и было ощущение, что ты можешь таким образом жить вечно, растягивать свое существование.
Первой остановкой в Мексике был небольшой город с красивым названием Плаяс-де-Росарито. И мы сняли двухкомнатные апартаменты на двое суток, чтобы выспаться и съездить к океану.
- Тут даже бассейна нет - первое, что выдал мне сын, когда мы скинули наши сумки в доме. Мальчик за какие-то несколько месяцев привык к хорошей жизни, это и просторный дом, и море игрушек, и бассейн, и любые занятия и кружки, которые его царская душа пожелает. Баловала ли я ребенка? Возможно, но я считала, что имею полное на это право. Точнее имеет он, за все те дни, месяцы, года, что меня не было рядом.
- Зато есть океан, ты же никогда не купался в океане - хотя особой разницы между морем и океаном я, наземное существо, не замечала. Разве что вода холодней и беспорядочные волны в лицо хлещут. Мои слова не особо-то взбодрили Аарона, но я списала его угрюмый настрой на усталость. И, конечно, в магазин за продуктами со мной он отказался поехать, а Яннике пришлось оставить следить за ребенком, хотя она и пошутила, что это за мной следить надо, а не за мальчиком.
Я отправилась на рынок, что располагался недалеко у железнодорожной станции, можно сказать, что торговать начинали буквально сойдя с поезда, что, впрочем, не пугало меня. Наоборот, если верить отзывам, фрукты и овощи там были и дешевле (что не играет первостепенную роль), и свежее, и вкуснее.
После покупок, загрузив пакеты в багажник, пришла идея заехать в любую автомастерскую и узнать насчет ремонта авто. Благо на испанском я говорила, а значит языкового барьера возникнуть не должно. Да и сам город находится вблизи американской границы, а значит тут все говорят по-английски. Но, признаться, мне приятно было сейчас слушать именно испанскую речь.
В мастерской готовы были взять автомобиль на починку, обещая за один день все сделать в лучшем виде - это не могло меня не радовать, поэтому, прихватив пакеты, я взяла курс на дом. Но... не дошла.

В помещении, где я нахожусь, стоит ужасный запах. Поначалу я даже старалась дышать ртом, а теперь уже привыкла и ничего не ощущала, только знала, что пахнет здесь отвратительно. Но гораздо отвратительнее была обстановка вокруг меня: несколько связанных людей, такие же как и я, сидят, понурив головы и чего-то ждут. Избитые, ободранные, напуганные, у кого-то не наблюдалось и страха, только отвращение... к себе самому - и именно это меня напугало больше всего. Страх, что со мной сделают такое, что заставит меня ненавидеть этот мир, да и себя.
Эти люди, благодаря которым я оказалась здесь, задавали мне вопросы касательно родственников, о том от куда я и зачем. Сначала, я пыталась сделать вид, что не понимаю их, что мы говорим на разных языках или что я вовсе глухая (ах, сейчас это было бы кстати), но ложь не удалась. Из-за этого обзавелась лишними синяками на теле.
Пыталась отмолчаться, но эти ребята восприняли мою тишину довольно агрессивно. Ночью вернули обратно ко всем, в комнату. Кого-то где-то насиловали... А я подумала о том, что сегодня Аарон и Яннике останутся без ужина...

+1

3

Пустыня в 15 километрах к юго-востоку от Тихуаны, Мексика. Полдень.
Солнце находилось в своем зените и жарило так, что плавился не только асфальт, но и мозги грозили выкипеть и вытечь наружу. Взяв из машины бутылку с прохладной водой, Давид большими жадными глотками опустошил ее наполовину, а тем, что осталось, плеснув себе на руки, умылся. За всем этим метрах в двадцати наблюдал сидевший на коленях мужчина, руки у него были связаны за спиной, а губы потрескались от мучительной жажды. Он попытался облизнуться, но слюны во рту не оставалось. Сидя на выжженной солнцем земле, где не росло ничего кроме колючек, мужчина ждал, можно даже сказать, с надеждой и нетерпением, когда ему уже пустят пулю в лоб. Однако, учитывая, что тихуанский картель его стараниями и стараниями его приятелей-подельников потерял товара на несколько миллионов долларов, на такой простой исход он надеялся зря.
В Тихауне, граничившей с Соединенными Штатами, уровень преступности был всегда очень высок. Город, через который наркотраффик тоннами ввозился на американскую территорию, вот уже многие годы представлял собой аренду для кровопролитных войн за каналы поставки. Воевали не только отдельные банды. Шло противостояние целых картелей.
- Уго Руис - где он? - Давид выбросил пустую бутылку и подошел к пленному "ацтеку". Так называли себя члены банды, решившей, что у Энрико Кортеза можно безнаказанно воровать. Уго Руис был их лидером - тот, чью голову сеньор Кортез пожелал увидеть отделенной от туловища, и обычно подобные его желания всегда исполнялись.
Вместе с Давидом здесь было еще три человека: двое оставались возле машины с автоматами, а третий кружил вокруг Алонсо и пленника. Помимо наплечной кобуры у третьего в руках был внушительного размера мачете, которым тот вальяжно помахивал. Звали его El Indio, что в переводе значило Индеец. Почему именно такое прозвище он получил, догадаться было не трудно.
Индеец схватил мужчину за волосы, находясь у него за спиной, и приставил нож, собираясь одним движением снять скальп:
- ГДЕ?! - проревел он, склонившись над его ухом, отчего пленник невольно обмочился. Подобные картины Давиду было видеть, не привыкать. Столкнувшись лицом к лицу с неминуемой смертью, даже у мужчин случались истерики и подобные в виде обмоченных штанов казусы.
Заметив, что тот готов говорить, Давид рукой подал знак Индейцу притормозить с экзекуцией.
- Рядом с Охос-Негрос, желтое здание, там баскетбольная площадка напротив, - произнес дрожащим голосом. - Это в сорока километрах отсюда на юг. Н-не надо. – Зажмурился, готовясь распрощаться с жизнью…

Охос-Негрос, Мексика. Ближе к вечеру.
Отыскать желтого цвета здание, напротив которого была баскетбольная площадка в столь маленьком городке, больше похожим на деревню, оказалось совсем не трудно. Сложнее было выкурить ацтеков. Спокойствие городка на несколько минут нарушили взрыв разорвавшейся внутри здания осколочной гранаты и звуки автоматных очередей. Последняя была выпущена вслед спешно отъезжающего автомобиля.
- Вот же гнида! - выругался Индеец вслед сбежавшему "смертнику". На поверку Руис оказался куда проворнее, чем ожидалось, а значит огрести им от Кортеза по полной, если не удастся его убрать. - Карлос, за ним, твою мать! - скомандовал, запрыгивая в машину и устремляясь в погоню. - Гуэрра, зачистите там все. - Прозвучало в передатчике у Давида, который оставался в здании.
После взрыва гранаты, стекла, все что были, валялись на полу. Куски штукатурки лежали там же. Один из ацтеков, крупный бритоголовый парень корчился с рваной раной в груди. Наверное, мог бы выжить, окажись на месте Давида санитар скорой помощи… но не сложилось. Еще одна короткая автоматная очередь и стоны прекращаются - становится на одного покойника больше.
- Гуэрра, спустись в подвал, тут, похоже, гражданские, - вновь слышит в передатчике, находящемся в ухе. На этот раз Хавьер, оставшийся с ним в здании.
Он нашел его возле выбитой двери, держащим на мушке связанных перепуганных людей, за которых очевидно Руис планировал получить выкуп. Похищения богатеньких гринго в новинку в их штате не было. Американское правительство регулярно предостерегало своих граждан от посещения приграничных мексиканских городов, но те все равно туда перлись, не веря, что истории, о которых пишу в газетах могут приключиться именно с ними. Конечно, их ведь друзья ездили уже, и ничего с ними не случилось. А вот раз на раз не приходится.
В подвале царил полумрак. Единственная лампочка освещала не так хорошо, чтобы рассмотреть лица, хотя, Давид и не пытался этого делать, не предполагая, что может увидеть кого-то знакомого. От ударившего в нос запаха мочи захотелось поскорее отсюда уйти. Вонь стояла страшная. Связанные люди ходили под себя, может в уголок, а может и прямо в штаны – суть от этого менялась не сильно. И что им с ними теперь делать? Забрать с собой и самим продать их в счет погашения убытков? Или отпустить, чтобы сложили про них балладу? А может просто пристрелить, чтобы не мучиться данным вопросом? Последнее казалось самым разумным, и поскорее убраться отсюда.
Он кивнул Хавьеру, чтобы тот кончал пленников. Мгновенно раздался первый выстрел, и какая-то девица упала лицом в лежавший на полу матрас. Хавьер перевел прицел на следующую цель и Давид также прицелился, чтобы помочь товарищу поскорее со всем этим дерьмом расправиться...

Внешний вид: черные джинсы, белая футболка, бейсболка, наплечная кобура с глоком, ак-47, армейские ботинки

Отредактировано David Alonso Guerra (2014-05-31 23:35:20)

+1

4

Ночью уснуть не получалось, да и думал ли здесь кто-то о сне? На несколько минут я закрывала глаза, но просыпалась, пугаясь того как легко вырубаюсь. Или пугаясь кашля, что звучал неподалеку. Или чьих-то стонов, плача. Тогда я снова открывала глаза и осматривала помещение, в надежде, что мне удастся выбраться, найти какую-то лазейку в этом месте и в этой системе, что, кажется, существовала уже не один год.
От веревок болели руки, но я не оставляла надежду развязать их. Когда запястья особо сильно жгли и саднили, прекращала экзекуции над собой, делая передышку. Затем опять по новой. Но ни к чему это не приводило, зато отвлекало от всего, у меня появлялась какая-то цель. Это ведь лучше, чем сидеть и ждать, когда за тебя дадут выкуп или когда тебя убьют? За меня платить было некому. Разве что Гвидо... Интересно, а после выкупа они действительно отпускали заложника? Я вот не слышала никогда, что кто-то возвращался. А если и возвращался, то, наверное, попадал сразу на ковер к психотерапевту или психологу - в зависимости от того сколько пришлось ждать свободы. На фоне всего этого, в голове зудила одна и та же песня, строчки из которой гласили "никто не придет". В принципе, сама песня была довольно веселой, если бы не эти три слова, которые я пыталась выкинуть из мыслей и начать думать о чем-то существенном.
На следующий день убили одного из мужчин, что сидел с нами. Это была демонстрация того, что происходит с теми, кто не является ничем полезным для них, чертовых мексикашек. И, знаете, очень действенно, потому что молчать я уже не стала. Продиктовала телефон Гвидо. Полагаю, что если и выберусь от сюда живой, благодаря Монтанелли, то посадят меня под домашний арест, собственно его же силами. А я в данный момент была бы и не против этого...
Меня заставили поздороваться с Гвидо, и я пыталась сказать это непринужденным голосом, чтоб мужчину не хватил удар. Затем отвели обратно в "темницу". Похоже, я выиграла для себя еще день.
Интересно, а как там Аарон и Яннике? У меня к горлу подступает ком от одной мысли, что эти двое там надумали. А что успели сделать? Бросились искать меня, звонить в полицию? Звонить Декстеру? Хотелось бы верить, что они будут сидеть дома, потому что на собственном опыте я убедилась, что выходить одной - опасно.

На несколько секунд земля заходила ходуном. Было несложно догадаться, что это последствие гранаты. Затем раздался несмолкающий звук выстрелов. И шум стрельбы вспыхнул для меня надеждой, как спасительный свет маяка для заблудившегося корабля. Я почему-то была уверена, что пришли спасать именно нас. Что это не желание поквитаться с конкурентами, отомстить кому-нибудь или же может ограбить. Причина моего оживления было дежавю... Только вот в дверь ворвался не тот, кого я ожидала.
Мужчина, судя по всему не имевший отношения к моим похитителям, не опускал дула автомата.
- Гуэрра, спустись в подвал, тут, похоже, гражданские - кажется, показалось. Я не поверила, что услышанное имя и есть тот человек, который жил в моей квартире месяц назад. Но проходят секунды и еще одна фигура оказывается в подвале. А затем опять очередь и заключенного становится на одного меньше. Я не могла понять что творилось у меня в душе, и распознать хаотично бегущие мысли, когда они, те, кого я считала случайным спасением, собирались всех здесь убить. Зачем? Неужели загнанные и напуганные заложники могли помешать их планам? Это... это как взять и утопить Муму, вашу мать!
Оба мужчин целятся, и тут-то мне удается разглядеть лицо второго. - ДАВИД! - закричала я так громко и истошно, что в горле тут же запершило. Я закашляла, но не перестала привлекать к себе внимания, поднимаясь на ноги. - Давид, это я, Агата! - я бы задумалась на тему как тесен мир, если бы все мои мысли сейчас не были насчет того, а что если у мексиканца за время нашего сотрудничества все-таки нашелся повод меня устранить.
- Давид - уже тише повторяю я. В моем голосе и без просьб о помощи можно услышать мольбу.

Внешний вид

+1

5

Они не были полицией и не были военными, чтобы спасть людей. Данную когда-то присягу они давным-давно нарушили и применяли оружие против мирных жителей далеко не в первый раз. Случайных жертв в наковойнах всегда хватало, их имена уже даже не назывались, они просто входили в общую статистику под порядковыми номерами. Разве что у себя в Америке их фамилии упомянут между делом где-нибудь в новостях и забудут о них, потому что опять-таки случай далеко не первый, когда в этих краях погибали иностранные граждане.
Давид вскинул автомат и навел его на темноволосую девушку. Он уже готов был нажать на курок, когда увидел ее лицо - знакомое лицо. В другой ситуации мексиканец бы просто счел ее похожей на ту, с кем всего лишь месяц назад виделся и общался лично, но сейчас, когда она звала его по имени, сомнений в том, что перед ним Агата, не было. Давид убрал палец с курка и повернул голову к Хавьеру, который к этому времени застрелил еще одного человека:
- Стой! - следующая очередь прошила бетонное покрытие под ногами, когда Алонсо подскочив к другу, опустил его автомат. - Не стреляй!
Давид и сам перепугался от того, что чуть было, не пристрелил Тарантино. Но не потому что боялся последствий от итальянцев, те бы наверняка согласились с тем, что убийство было несчастным случаем, да и не стали бы, если дружат с головой, воевать с наркокартелем, а потому что знал ее лично. Тех, кого знаешь, убивать за компанию сложнее, в особенности, если понимание что происходит, напрочь отсутствует.
- Агата? - было сложно поверить собственным глазам. Как она здесь вообще оказалась? Подбежав к девушке, мужчина достал складной нож и, вытащив зубами лезвие, перерезал веревки на ее руках. Понятное дело, оказавшись на волосок от смерти, она была перепугана. И еще неизвестно чего натерпелась до их пришествия. Ее тело, прикрытое тонкой сорочкой (или это платье такое?) было в синяках и грязи. Наверняка она опять сказала что-то такое, за что лишний раз схлопотала по физиономии, и тут, как видно, не было человека, кто бы смог ее защитить, как сделал это Давид, когда Тарантино нарвалась на банду негров, решив потребовать с них денег. - Какого черта ты здесь делаешь? Как тебя угораздило? - у него было куча вопросов, но все они сводились примерно к одному и тому же. Они ведь чуть не убили ее. А те двое, кого уже убили? Кто они? Не ее родственники или друзья случайно? А, без разницы! Пусть за то, что ее шкуру спас, спасибо скажет.
Впрочем, он сам до конца еще не был уверен, что именно спасает ее.
Как уже отмечалось, Алонсо ничерта не понимал, что тут происходило, про Хавьера и говорить нечего. - Сакраменто, - ответил ему Давид, прочитав вопрос по глазам. Этот город ассоциировался у них исключительно с оружием, и теперь напарнику должно было стать ясно, откуда они знакомы. С мушки людей Хавьер не снимал, более того и Давид, развязав Агату и оттащив ее в сторону, наставил на нее обратно дуло автомата. Пока она не ответит на его вопросы, он ее не отпустит. Потому что он не знал что думать. Уж не продает ли она оружие заодно и их врагам? Какие дела водит у них за спиной на их территории? - Отвечай, как ты здесь оказалась? - Ему ничего не стоило продолжить отстреливать находившихся с ней рядом людей, если это поможет ей начать говорить. Может, и впрямь среди них был кто-то, вместе с кем она была знакома? – Твои приятели? – перевел прицел на сидевшего рядом с Тарантино совсем еще молодого парня, которому и восемнадцать не факт, что исполнилось.

+1

6

Попытки привлечь Давида сработали, он узнал меня и отложил смертную казнь. Зато вот его приятель то ли по плану, то ли от внезапного стечения обстоятельств зарядил очередью, чуть не отстрелив мне пальцы ног. Я двигаюсь назад, ожидая реакции Гуэрра. И как камень с души упал, когда он подошел, что развязать руки. Выдыхаю, борясь с желанием расплакаться. Сердце так сильно надеялось и верило, что эти адовы часы в подвале скоро закончатся, что было страшно представить, а что если этого не случиться.
Мужчина освобождает руки и я смотрю на то, что стало с моими запястьями. От веревки и от попыток от нее избавится, остались кровавые подтеки, где-то содрана кожа, сморщившись в линию. Руки снова защипали с еще большей силой и было желание опустить их в ледяную воду, но до этого еще далеко.
- Какого черта ты здесь делаешь? Как тебя угораздило? - как угораздило - меня тоже это интересует. Даже обидно, имея в той ситуации пистолет, в итоге не отбиться от неприятелей. Хотя один ствол в руках у девушки против троих парней мало что мог.
Я хлюпаю носом, но скорее от сырости и затхлого запаха, нежели от подходящей влаги в глазах. Мужчина отводит меня в сторону, вместо того, чтоб скорей помочь выйти из этого подвала, и... наводит дуло автомата. Мое выражение лица сейчас выражало глубокое удивление, говорящее "да какого черта".
- Что ты делаешь? - неужели он и правда вздумает меня убить? Нет, с Давидом мы не сложили приятельских отношений, чтобы у него был мотив меня спасать или оберегать, но самолично расстреливать... Зачем?
- Отвечай, как ты здесь оказалась? Твои приятели? - мне даже сложно сообразить более логичный и подходящий ответ на опрос как я здесь оказалась. Поэтому я перевела взгляд на одного из ребят, на которого кивнул мексиканец.
- Приятели? Вроде нет - в смысле, что раньше я их не знала, но проведя в подвале больше суток успела сродниться с ними, заиметь общие проблемы. А беды они всегда объединяют.
- Я... у меня отпуск - ответила по поводу того что я здесь делаю. И услышав свои слова я подумала насколько нелогично звучала эта правда. - Я остановилась в городе Плаяс-де-Росарито на два дня. Пошла в магазин, затем отдала машину в ремонт. Домой так и не дошла - думаю, истории у всех тут похожие: кто-то гулял и не вернулся, кто-то, как и я вышел в магазин, и был пойман. Эта система везде была одна и та же.
- Они похищают людей и требуют выкуп - продолжала я и тут меня осенило, что неужели Давид думает, что я веду нечестную игру? Как еще, черт возьми, я могла оказаться здесь? Хм, по всем законам физики, я вообще не должна была здесь быть.
- Убери дуло - настойчивее прошу я, делая шаг - Que haces? Estas personas pasaron aquí, el diablo sabe cuánto tiempo. Envíalos. Ellos no tienen la culpa de nada. - (*Что ты делаешь? Эти люди провели здесь черт знает сколько времени. Отпусти их. Они не виноваты ни в чем.) перехожу на испанский, полагая, что на родном языке всегда легче прийти к пониманию. Да, я хотела выбраться от сюда и как можно скорее вернуться к сыну, но хотела это сделать с теми людьми, что находились со мной тут, пусть и не долго. Они ведь и правда не виноваты ни в чем, только в своей глупости, так же как и я. Но тур фирмы до сих пор предлагают за хорошие деньги отдохнуть на золотистых берегах Мексики. Впрочем, в Египет самолеты так же летают, и так же ежегодно тысячи туристов не возвращаются. Это просто невезение оказаться здесь. А везение то, что именно в этом месте и в этот час здесь оказался Гуэрра со своими людьми. И те заложники, что сейчас сидели с повязанными руками, понурив от страха головы, заметив, паузу, все сильнее и сильнее надеялись на жизнь.

+1

7

- Отпуск. Ну, конечно, - усмехнулся Давид, не сильно веря в то, что это было правдой. В то, что выйдя из дома, она не вернулась, в это верил. Но вот в причину, по которой остановилась в Плаяс-де-Росарито, нет. Либо она ему врала, либо была полнейшей дурой. Турагентства, продавая путевки в Мексику, озвучивают список безопасных городов и туристических маршрутов, и названное Тарантино место присутствовать в нем никак не могло. Да туда не каждый местный последние несколько лет рискнет сунуться. Туристам подавно следовало держаться как можно дальше. О чем она думала, выбирая именно этот город местом для отдыха?
Они бы и дальше мило беседовали, если бы не Хавьер, поторопивший своего напарника. Кивнув ему, Давид махнул девушке дулом автомата в сторону двери:
- Vamos! (*Иди) - поторопил, чтобы та выходила из подвала. Что же касалось остальных, несмотря на защитную речь Тарантино, развязывать им руки и выводить наверх, где рядом с убитыми ацтеками валялись пистолеты и автоматы, мексиканец не стал. Хватит и того, что оставляет их в живых. Хотя и это ему не нравилось - не то, что оставлял в живых, а то, что выполнял указания девушки. - No se mueva. - Перевел на них ствол и повторил по-английски, чтобы свалившиеся на его голову гринго наверняка поняли, чего от них хотят, - не двигаться.
Сперва уйдут они, а потом пускай эти выбираются. Связанные руки не должны им помешать преодолевать ступени. - Dejarlаs (*Оставь их). - Велел Хавьеру, чтобы тот также уходил и, схватив Агату под локоть, быстрее повел (или даже потащил) вверх по лестнице. Разберется с ней позже.
- Сверху все чисто, я проверил. Можем уходить (*здесь и далее все по-испански), - адресовалось второму мексиканцу. Они выбежали из подвала и по битому стеклу, обломкам штукатурки и мебели, перешагивая через трупы, двинулись к выходу. Ну, точнее двинулся Хавьер, а вот Давид с Агатой немного отстали.
- Твою мать, - выругался, когда девушка по неосторожности, не столько даже своей, сколько его, тащившего ее за собой, наступила босыми ногами на битое стекло. Пришлось поднимать ее на руки и как невесту выносить из дома. Или же невест в дом вносили? В общем, не важно.
- Ты что, с нами ее брать собрался? - полюбопытствовал Хавьер, наблюдая за тем, как Давид усаживал на заднее сиденье девушку. Тот явно был не в восторге от идеи взять сейчас попутчицу и Алонсо на самом деле мысли его разделял, но что он мог поделать? Не бросит же ее тут.
- Она нам оружие поставляет, черт возьми! - донес, что Агата не была обычной заложницей. Но все же как она не вовремя появилась в его жизни... только бы знала. - Прости, - пристегнул девушку наручником к держателю расположенному над дверью автомобиля. - Для твоей же безопасности. И для нашей. – Захлопнув заднюю дверь, Давид прыгнул за руль своего джипа и завел двигатель.
Им еще предстояло нагнать Индейца, чьи координаты Хавьер выяснял сейчас, пытаясь связаться с ним или Карлосом, и хорошо бы Тарантино не мешалась. А пока Давид просто ехал в том же направлении, куда умчался Руис.
- Ты как там? - спустя недолгое время поймал взгляд Агаты в зеркале заднего вида. К сожалению первую медицинскую помощь оказывать ей пока было некогда, разве что той совсем уж херово станет и тогда к ней на заднее сиденье Хавьера можно будет отправить.

Отредактировано David Alonso Guerra (2014-06-02 07:36:49)

+1

8

- Отпуск. Ну, конечно - ну вот, как я и думала, в мою правду не поверили. И меня это даже задело. Ну, что я еще могла делать среди гражданских в таком виде? Я же даже не знала к какой банде относятся те, что меня похитили. Но, судя по всему, явно врагами Кортеза.
Мне кивают на выход и, оглянувшись на тех, кто все также сидел связанными, пошла по лестнице. Наверху царил хаос: разбитая мебель в щепки, продырявленные стены, ошметки от бетонных колон большими кусками валялись на полу. Приходилось переступать через все эти преграды, наряду с которыми были еще и трупы. Пару раз я, кажется, даже по кому-то прошла, кто некогда был живой и в испуге снова оглядывалась назад. Но трупы были вполне ничего такой дорожкой по сравнению с битыми стеклами.
- Оуууч - прошипела, мысленно проклиная Гуэрра. Я же не йог в конце-концов! Видимо, поняв это, мужчина берет меня на руки, вынося из дома. - Спасибо - тихо поблагодарила я. И как оказалось, рано поблагодарила. Потому что при следующих действиях мое сознание опять забило тревогу, протестуя.
- Прости - я стиснула зубы, недовольно глядя на мексиканца исподлобья. Руки опять скованы на этот раз над головой, и я дергаю пару раз наручниками, показывая, что не согласна с таким приговором.
- Для твоей же безопасности. И для нашей.
- Для моей безопасности? А, точно, я же всегда тоже самое делаю с теми, о ком хочу позаботиться. Вот так возьму перед сном мужа пристегну наручниками и рядом лягу с мыслями, что благоверный в безопасности. - излучала я яд и сарказм, как радиоактивное вещество. - Проклятье! - прорычала, но кроме сотрясания воздуха ничего предпринять не могла. Вернее можно было начать дубасить ногами по водительскому сидению, но этим методом я не пользовалась с тех пор, как мне исполнилось шесть лет.
Куда мы ехали, я понятия не имела, но внимательно смотрела за дорогой, затем принялась осматривать автомобиль и Алонсо. Что он намерен предпринять дальше? Выкинуть где-нибудь на заправке? Или добраться до "безопасного" (что в понятии Давида безопасность, я уже поняла), и начать по новой задавать вопросы, на которые ответы не изменятся?
Я насупилась, стискивая губы и глядя на мексиканца в зеркало заднего вида. Ах, если бы взгляд мог испепелять, мой, так называемый, деловой партнер уже сгорел.
- Ты как там? - кто вспомнил про меня! Или это он с каким-нибудь другим неодушевленным предметом разговаривает, за которое сейчас вполне могла сойти и я?
- Отлично! Сижу пачкаю кровищей дорогую обшивку твоего сраного драндулета на колесах. Чтоб он сломался! - выплюнула я грязные проклятия - Куда мы едем? Где мы вообще? Долго еще мне сидеть вот так? Руки уже затекли и болят. Мне позвонить надо! - я даже не могла определиться что мне сейчас больше хотелось: пожаловаться, поныть, угрожать, грубить или чтоб меня вообще не замечали.

+1

9

Некоторых людей, чтобы обеспечить их же безопасность, только и оставалось, что посадить на цепь. Так мексиканец с Тарантино и поступил, защелкнув на ее запястьях наручники, чтобы не было у той возможности сбежать, либо, напротив, начать геройствовать. Оковы на руках делали девушку более предсказуемой, а Давиду давали гарантии, что он заберет ее ровно там же, где оставил - в машине на заднем сиденье. Возмущаться она могла сколько угодно, но решения своего менять Алонсо был не намерен. Все ее причитания он просто проигнорировал, отметив для себя разве что факт ее замужества. Это показалось странным, поскольку обручального кольца на ее пальце мужчина не заметил, да и не припомнил, чтобы в собранной на Тарантино информации озвучивался этот момент. Сын был, а вот мужа не было. Приняв упоминание о нем за своего рода метафору, Давид уже в следующее мгновение выбросил все это из головы.
А девчонке только дай возможность покапризничать - не заткнешь потом! Мексиканец успел пожалеть о том, что "разбудил" ее своим вопросом. Вновь из ее уст посыпались проклятия, которые и Хавьера начинали уже раздражать. Она была как пчелиный улей, который едва затронешь, и начинает злобно жужжать.
- Для умирающей от тебя слишком много шума, - коротко обернулся, оценив ее состояние. То, что девушка называла "истекала кровью", Давид бы назвал царапиной. А уж сколько она пожеланий перечислила... складывалось впечатление, что на заднем сиденье сидел не взрослый человек, ребенок, до кучи еще "пи-пи" не хватало попроситься.
- Потерпи, - старался отвечать сдержано, хотя и хотелось перегрузить ее в багажник.
Давид вел автомобиль к северу от Робле,  в нескольких километрах от городка, проезжая мимо, он заметил перевернутый в кювете внедорожник - как и сообщил Индеец, там они накрыли Руиса, нафаршировав его бренное тело свинцом. Останавливаться, чтобы полюбоваться, Алонсо не стал, только лишь убавил скорость, проезжая мимо. В девяноста процентах случаев наркоторговцы заканчивали именно так - где-нибудь не обочине дороги с пулей в голове или вовсе без головы. И вряд ли их самих ждала иная участь...
Они возвращались в Тихуану и путь предстоял неблизкий. Уже совсем стемнело, когда Хавьер сменил своего напарника за рулем, отправив того на заднее сиденье к своей "подружке", пока та и впрямь не отключилась от отека рук, потери крови или чего там еще, на что она жаловалась.
- Переночуешь сегодня у меня, а завтра отвезу тебя... в Плаяс-де-Росарито? Черт, ты точно хочешь туда возвращаться? - он отстегнул с ее запястий наручники и протянул флягу с водой. О том, что у Агаты в этом городе помимо чемоданов оставались дети Давид в курсе не был. - Кому ты хотела звонить?

+1

10

Я бы так не возмущалась, будь у меня безгранично много времени или если бы меня никто не ждал. Но в отеле как минимум двое детей, а в Сакраменто был Гвидо, который начал бить панику или предпринимать какие-либо действия. Я была вся на нервах, но с собой удалось справится, когда накатила усталость и адреналин перестал играть. Замолчав, я безразлично всматривалась в пейзаж за окном, хотя он был так же скучен, как "магазин на диване". О теле убитого мужчины, мимо которого мы проехали (и за которым, полагаю гнался Гуэрра), я не спросила, - не мое дело.
Раз мой вопрос о том где мы, был проигнорирован, пришлось вглядываться в указатели. На Плаяс-де-Росарито не указывала ни одна вывеска, что наталкивало на мысль, что мы черт знает где. Мне было неуютно находиться в чужой машине, с малознакомыми людьми (хотя бы потому что оба мексиканцы), в чужой стране. Но еще хуже было от мысли, что Аарон уже второй день без меня, спасала только мысль, что с ним взрослая девушка и достаточно налички.
Во время пути, сделав небольшую рокировку, Давид пересел на заднее сиденье, а его друг за руль.
- Переночуешь сегодня у меня, а завтра отвезу тебя... в Плаяс-де-Росарито? Черт, ты точно хочешь туда возвращаться? - наконец то мои руки были свободны. Пальцы жутко онемели и теперь, когда поступил приток крови, они кололи. Я начала сжимать и разжимать кулаки, чтобы ускорить процесс восстановления. На известие о том, что и сегодня я не попаду домой, тяжело вздохнула:
- Полагаю, просить дать на проезд до Плаяс-де-Росарито, бесполезно? - хотя я находилась в таком положении, гонимая мыслью о сыне, что готова была без гроша в кармане возвращаться в гостиницу. На попутке или просто украв машину, хотя не исключено, что каждый второй водитель - маньяк, а у каждого второго есть пушка.
- Да, я хочу и мне нужно туда вернуться: у меня в отеле оставлены вещи, документы, деньги, машина - я не собиралась говорить, что приехала не одна, чтоб просто не вызывать лишних вопросов или мыслей. К тому же, всегда придерживалась мнения, что чем меньше людей знает о моем ребенке, тем безопаснее для него. А уж тем более не стоит доверять этот секрет своим партнерам.
Взяв из рук мексиканца флягу, я сделала несколько жадных глотков, только сейчас понимая насколько сильно хочу пить и... есть.
- Кому ты хотела звонить?
- Боссу своему - Давид, насколько могу судить, хоть и не имел контакта с Гвидо, занимаясь делами через меня и Альтиери, но не знать о Монтанелли не мог.
До Гвидо дозвониться не удалось. Можно было, конечно, попробовать набрать Маргариту или Фрэнка (как наказал мне босс), но если бы я помнила наизусть их номера... На одной из заправок, что была по пути, я набрала Аарона, когда Хавьер покинул машину. Жаль, что его примеру не последовал Алонсо.
- Аарон? - спрашиваю, когда в трубке раздается детский голос. Услышав меня, ребенок расплакался - на этом разговор закончился, пока трубку не взяла Яннике.
- Яннике, я в порядке - она перебивает меня, что-то говорит, говорит, говорит. - Я все расскажу когда вернусь. Не волнуйтесь. - еще пару фраз, прежде чем я отключила звонок и отдала мобильный Давиду.
- Мне нужно вернуться в отель. Сейчас. - делаю акцент на втором слове. Не хотела говорить о ребенке при Хавьере и Давиде, так как ощущала опасность, исходящую для них - удивительно, не правда ли, учитывая, что они держали меня на мушке?
- Я приехала сюда с сыном - и не надо быть гением, чтоб догадаться, что мой ребенок остался в том отеле, куда я так рвалась. - Не хочу, чтобы об этом знал твой друг. Поэтому я сейчас выйду, а вы спокойно уедете. Идет?

+1

11

- Нам туда не по пути. Вернемся завтра и заберем, - ответил Давид, не считая, что вещи забрать ей будет настолько к спеху.
Тарантино сильно повезло, что в свою прогулку, окончившуюся похищением, она не прихватила документы и деньги, а то бы осталась в чужой стране без средств на существование и без возможности вернуться обратно, разве что уже в качестве нелегала, одного из нескольких тысяч латиноамериканцев, кто ежедневно тайком пересекают границу на севере страны. Если и горничная в отеле не утащила ее деньги и документы, день для Агаты можно будет считать счастливым.
- Боссу? - с подозрением переспросил, но мобильный телефон все-таки протянул. - Ты же говорила, что в отпуске. - Стал бы он, отдыхая, названивать Кортезу. Пожаловаться? Поделиться впечатлениями? С какой целью Агата собиралась звонить главе Семьи Торелли мексиканец рассчитывал узнать, внимательно вслушиваясь в ее разговор, которого, впрочем, не последовало по причине недоступности абонента.
Тем временем, доехав до небольшой автозаправочной станции, автомобиль остановился и Хавьер вышел из машины, расплатиться за бензин и купить чего-нибудь перекусить, как заказал ему Давид, предположив, что девушка голодная. Пока они с Хавьером разговаривали через открытое стекло (покидать джип, оставляя Агату, мужчина не стал) Тарантино дозвонилась до кого-то еще. Голос у нее был очень встревоженный и Давид без пояснений догадался, что помимо вещей, в Плаяс-де-Росарито был кто-то, кто ей дорог. Не став уже скрывать, Агата пояснила, что приехала вместе с сыном. И вместо просьбы прямо таки потребовала, чтобы мексиканцы ее отпустили.
- И ты полагаешь, что сама доберешься до отеля быстрее? - Не теряя способности мыслить трезво, Давид попытался заставить девушку делать то же самое. - В ночнушке, босиком? - а ступив на землю, она бы наверняка вспомнила, что ногу стеклом поранила, - без денег, без машины? Дьявол! Ты ведь даже не представляешь, где именно находишься! Ты соображаешь, вообще?
Девушка она, конечно, красивая, но под грязью, синяками и кровавыми подтеками красоту эту рассмотреть будет трудно, скорее ее примут за наркоманку и, если не проигнорируют, проехав мимо, то еще раз отлупят, или в полицию заберут. Не исключено, впрочем, что и изнасилуют, могут даже полицейские. Агата не понимала, о чем просила, забыв, что ночь на дворе и что они в Южной Калифорнии.
И что с ней делать? В окне Давид увидел возвращающегося Хавьера с бумажным пактом, в котором наверняка было несколько буррито, и, взглянув на девушку, скомандовал той оставаться в машине. Сам же пересел по-быстрому на водительское место и вдарил по газам, наблюдая в зеркале заднего вида за тем, как Хавьер, размахивая пакетом и что-то крича, пытается догнать джип. То, что высказал ему напарник по телефону, когда Давид набрал ему, поведать, что им с Агатой нужно решить одно дело, испанке было лучше не знать - девушек подобный словарный запас ничуть не красит.
- Ты мне по гроб жизни будешь обязана, - усмехнулся, беря курс на Плаяс-де-Росарито. Хавьер был его хорошим старым другом, долго держать зла он не должен. Алонсо был уверен, что один тот не пропадет и уже завтра точно будет дома.
- Сильно голодна? - поинтересовался заодно, раз уж буррито остались у Хавьера.

+1

12

- Боссу? Ты же говорила, что в отпуске. - рассказывать о своих отношениях с Гвидо я не считала нужным. Об этом и так судачили внутри Семьи, и мне хватало этого. А Давид... ну, он просто бы не понял как испанка оказалась настолько близка к консервативному итальянцу.
На заправке, когда Хавьер отошел, можно было раскрыть причину своего желания пойти вот так, босиком, обратно в отель. Да, я не знала где я, но наивно считала, что мир не без добрых людей. В конце-концов, у меня были деньги дома, а значит расплатиться с тем же таксистом могла по прибытию. Главной загвоздкой я считала для себя доказать, что я не падший человек, а обычная туристка, попавшая в неприятную историю.
- И ты полагаешь, что сама доберешься до отеля быстрее? В ночнушке, босиком? Без денег, без машины? Дьявол! Ты ведь даже не представляешь, где именно находишься! Ты соображаешь, вообще?
- Это не ночнушка - пробурчала я, перебирая между пальцев бордовую ткань, которая в этом месте была надорвана.
А мое желание расстаться как можно скорее с Гуэрра и его другом как раз заключалось в том, чтобы не быть ему чем-то обязанной. Не втягивать его сильнее, чем уже есть в свои личные проблемы.
- У меня маленький ребенок в чужой стране, в номере, который был оплачен позавчера всего на двое суток. С ним не менее напуганная девчонка-инвалид. И ты спрашиваешь соображаю ли я? Были бы у тебя свои дети, не задавал таких вопросов - я не кричала и не повышала голос, хотела просто объяснить мексиканцу что мне есть ради кого выбираться из безопасной (относительно безопасной) машине и хромать в нужную сторону.
То ли хватило моих слов, то ли что-то иное подтолкнуло Давида на действия, но он резво вышел из автомобиля, пересел на водительское сидение и вдавил газ.
Я оглянулась, наблюдая в заднем окне весь спектр негодования, охвативший Хавьера. И, заулыбавшись, с облегчением, откинулась обратно на кресло. Можно было выдохнуть, - я еду к сыну.
- Сильно голодна? - кормили нас вчера, это были консервы, но настолько отвратительны, что едва проглотив ложку, я отказалась от всего. Зато мою порцию с удовольствием разделили другие "заключенные". А еще тогда подумала, что через пару дней буду такой же жадной на любую пищу.
- Жутко... - призналась я, ощущая пустоту в желудке. Хотя спустя день голод ощущается уже не так остро, как вчерашним вечером, когда организм не получил привычного ужина.
Пока мы выискивали ближайшую забегаловку вдоль дороги, я попросила аптечку, чтобы обработать порез на ноге и перевязать ее, имея теперь снова возможность ходить босиком без угрозы подцепить заразу.

- Я съем все, что угодно, если оно вкуснее туалетной бумаги - высказала я пожелания на заказ, прежде чем отойти в уборную кафетерия, в котором мы ненадолго остановились. Там удалось себя немного привезти в порядок, смыв грязь с кожи. Жаль, что с той же легкостью нельзя было избавиться от синяков, что виднелись на ногах и скрывались за платьем на ребрах. Разбитая губа и ссадина на лице тоже никуда не делась. Но спустя день, лицо хотя бы уже не было опухшим.
Вернулась к Алонсо я во время, чтобы сесть и сразу начать есть.
- Первое, что сделаю когда окажусь в номере, это приму пенную ванну. - поделилась я нескромным желанием, запивая поздний ужин чашкой чая.

+1

13

У Давида на лице было написано, что детей своих нет? А ведь и впрямь не было. Обычно и девушек дольше, чем на два дня он старался возле себя не задерживать, чтобы избежать возможной привязанности. В его деле это лишний балласт, уязвимое место, способ оказывать давление. Весь их бизнес держался на страхе. Если тебя не будут бояться - ты не выживешь в конкурентной борьбе. Украл товар? Поплатись жизнью своей женщины и своих детей, а потом и сам умри. Остальным людям это послужит уроком и прежде чем своровать у тебя они, зная о возможных последствиях, хорошенько подумают.
- Были бы у меня свои дети, я бы дома с ними сидел, или в Диснейлэнд их свозил. – Но как бы он ни относился к ее умственным способностям и странному решению, поехать с детьми одной в путешествие в Мексику, отказывать в помощи Давид не стал. Для него это было не трудно, а для девушки жизненно важно. И, может, не случайно судьба свела их вместе? Во второй раз...
Они остановились в ближайшем населенном пункте, в заведении, которое иначе, как забегаловкой назвать было и впрямь сложно: одноэтажный фанерный домик, выкрашенный в ярко-желтый цвет с вывеской "круглосуточно", написанной фломастером. Вдоль стенки стояло несколько грубо сколоченных столов, накрытых скатертями не первой свежести, а у входа висела табличка с меню. В заведение поприличнее, стоит признать, Тарантино в ее нынешнем виде пустили бы вряд ли. А тут и распугивать было некого. Помимо них и хозяйки, а также облезшего кота, спавшего у двери, никого здесь не было.
Пока Агата ходила припудрить носик, Давид договорился с хозяйкой, что та приготовит им фасолевый суп и фахитас, ставший весьма популярным у гринго, по крайней мере, у тех, что жили в приграничных штатах. Запахи с кухни доносились достаточно приятные, да и на внешний вид, принесенные им блюда выглядели съедобно, хоть и стоили сущие копейки. Решив составить Агате компанию, Давид также взялся за ложку и принялся уплетать ужин.
- Я с хозяйкой договорился, она из одежды тебе сейчас что-нибудь принесет. И обувь. – Прожевав, поведал, о чем в ее отсутствие разговаривали. Разумеется, женщина поинтересовалась, что случилось с Тарантино - вид у той был довольно жалким, кот на пороге и тот ухоженнее выглядел. Сказав, что на нее напали и ограбили, Давид попросил продать ему что-нибудь из женской одежды, и в первую очередь шлепанцы какие-нибудь, пока девушка в очередной раз не порезалась или инфекцию не занесла.
- Так куда ты направляешься с детьми? Не в Плаяс-де-Росарито же ваша конечная цель? - Оторвал от свежей булки кусок и отправил в рот. - Я мог бы рассказать, в каких городах лучше не останавливаться. А куда, напротив, стоит заглянуть. Если домой вернуться еще не надумала, - усмехнувшись, Давид коротко взглянул в ее глаза и вернулся к тарелке с супом.

+1

14

Если бы не этот случай в Мексики, мое путешествие было бы вполне положительным и интересным. Хотя не все еще потеряно, и можно продолжить путь. Надеюсь у Аарона желание не угасло, ведь кто знал что все так сложиться. Наверно, мне стоило это предвидеть? Но черт, ежегодно в Мексику приезжают тысячи туристов, и так же благополучно возвращаются домой. А мне надо было оказаться одной из тех счастливчиков, что остановились не в том районе... Глупо получилось.
- Я с хозяйкой договорился, она из одежды тебе сейчас что-нибудь принесет. И обувь. - сообщил Давид, когда я вернулась за стол. И я не знала что меня радовало больше: тарелка фахитоса на ужин или обувь, хоть какая-нибудь, но обувь.
- Спасибо - киваю и продолжаю трапезу.
- Так куда ты направляешься с детьми? Не в Плаяс-де-Росарито же ваша конечная цель? Я мог бы рассказать, в каких городах лучше не останавливаться. А куда, напротив, стоит заглянуть. Если домой вернуться еще не надумала
- Нет, в Сакраменто возвращаться еще рано - отмела я быстро эту идею. Прошло всего две недели с момента моего отъезда и я уверена, что там процесс с убийством Вернона все еще волнует местные СМИ, да и судебный процесс не был завершен. А я не хочу появляться там раньше, чем Куинтон окажется за решеткой. Правда, для этого мне бы потребовалось еще пол года попутешествовать - все-таки обвинение в убийстве - дело серьезное, и его так просто не закрыть. В общем, раньше, чем закончится мой отпуск возвращаться я не видела смысла.
- Мы ехали в Панаму. Мне показалось неплохой мыслью проделать путь на колесах, чтоб заодно глянуть и другие страны. Остановка в Плаяс-де-Росарито показалось хорошей идеей, к тому же город этот вроде туристический? Да и машину мне надо было в ремонт сдать - а то дверь, что стойко пережила столкновение с рекламным щитом во время урагана, начинала заедать.
- Да, было бы здорово получить краткий экскурс по Мексики. Только сейчас я уже не способна что-то запомнить, ты мне на карте флажками пометь - я спокойно улыбнулась, и продолжила опустошать тарелку. Суп съесть не смогла, боясь, что иначе меня придется вкатывать в автомобиль, как колобка.
К этому времени хозяйка заведения подыскала во что мне одеться, поэтому я снова оставила Давида одного за столом. Потертые джинсы, серая майка и вьетнамки - я чувствовала себя в этом куда комфортнее, чем в грязном платье. Теперь хоть на человека стала похожа.
- Похоже, я обязана тебе больше, чем ты думаешь - шучу я, присаживаясь на стул - Те люди, что похитили нас... Что вы не поделили с ними? - мне казалось, что мексиканец знал обо мне гораздо больше, чем я о нем, и хотела уравнять эту разницу.

+1

15

- Интересно, в каком путеводителе ты его откопала? - рассмеялся Давид, услышав, что Плаяс-де-Росарито девушка назвала туристическими городом. Хоть он и был расположен вдоль побережья, но на пляжах его отдыхали преимущественно местные, и чистотой береговая линия похвастаться не могла. Туристы ездили в основном на противоположный конец Мексики, вот там действительно есть райские места, где можно заняться дайвингом или скататься на экскурсии в древние города Майа, расположенные поблизости; в Мехико на крайний случай отправиться, столица местами была вполне себе туристической и имела достаточное количество культурных достопримечательностей. А что мог найти путешественник в Плаяс-де-Росарито? Агата вообще увидела хоть что-нибудь интересное за то время, что успела в нем пробыть? Здесь, на севере возле границы со Штатами, не было ни черта. Только пустыня. И Давид жил в Тихуане лишь из экономических соображений - заработать побольше денег и свалить из этой дыры, как можно дальше. Наверное, этими мечтами жило большинство мексиканцев.
- До Панамы путь не близкий, а ты еще и с детьми, - посмотрел на Агату и пожал плечами, мол, дело, конечно, не мое, но идея это не лучшая. Испанка, только въехав в Мексику, умудрилась попасться в руки банды, занимавшейся похищениями людей, а в дальнейшем ей предстояло пересечь ее всю. Кто знает, что их еще ждало. Опыт этот, безусловно, интересный и из поездки могло получиться целое приключение, вот только... попутчиков ей следовало взять других - не ребенка и не инвалида, а то ведь проклянут ее, пока доберутся, если доберутся вообще, учитывая начало этого путешествия. Самым оптимальным в ее ситуации было - добраться до ближайшего аэропорта и там купить билеты до Панамы. А автомобиль в том же аэропорту оставить можно - вряд ли там его угонят, все-таки Мексика - это не Уганда, не настолько тут все плохо.
Давид уже пожалел, касаемо своего обещания. Не ожидал он, что Тарантино направлялась настолько далеко. Оставив ее просьбу без ответа, мексиканец вновь склонил голову над тарелкой и продолжил есть.
За это время хозяйка, как и обещала, раздобыла кое-какую одежду. Алонсо кивнул одобрительно, взглянув на переодевшуюся Агату. Выглядеть сногсшибательно ей сейчас не обязательно - в этой забегаловке все равно никто не оценит.
Вот девушка вернулась на свое место и, по-видимому, чувствуя, что теперь ее очередь задавать вопросы, проявила любопытство о тех похитителях, которых Давид и его друзья перебили как тараканов. Вообще-то и она, что касалось своей незаконной деятельности, рассказывала не охотно, так что это было спорным утверждением, кому о ком известно больше. Зачем испанка звонила боссу, она так и не поведала. А ведь его номер набрала прежде, чем детей. Он ответил не сразу, могло наверно показаться, что вот-вот переведет тему, но все же не стал, - территорию, - произнес ровным голосом. - А тебе зачем знать? - Уго продавал наркотики на их территориях в обход Кортеза, и недавно его люди обчистили одну из точек, украв товара на кругленькую сумму и перебив людей там находившихся. Ответ в итоге они получили вполне симметричный. Но пояснять всех этих деталей он Агате не стал, хватит с нее обобщенного ответа.
Закончив с ужином, они поблагодарили накормившую их женщину - и словом и монетой - и продолжили путь. Тарантино будет ему и впрямь обязана. Отказала бы она ему теперь, если бы он повторил свое предложение, которое озвучивал в Сакраменто? Послать к черту Торелли, послать к черту Кортеза и работать друг с другом напрямую - они бы зарабатывали миллионы. На стороне Давида были лучшие силы картеля, отделив их от Кортеза, можно было бы взять под свою контроль весь трафик, идущий в Калифорнию. У Агаты с другой стороны границы также была своя "мини-армия". Было бы здорово сблизиться с ней и объединиться…
- Вы в Панаму за чем-то конкретным едете? - спросил Давид, подъезжая к городу. - Может тебе другой конечный маршрут посоветовать? Через всю страну одной не безопасно ехать. – Начал немного издалека.

+1

16

Меня накормили, напоили, дали одежду и возможность умыться, что еще нужно для счастья? Сейчас я явно ощущала контраст по сравнению с прошедшими двумя днями. И именно сейчас я была довольна многим мелочам, на которые мы в повседневной жизни, уматавшись в своих будничных проблемах, и не замечаем. И даже ноющая боль в теле не притупляла эти чувства сытости и безопасности.
Закончив поздний ужин, мы распрощались с хозяйкой забегаловки, и продолжили путь. О напавших мексиканцах я более не спрашивала. Эти истории были не для меня и я бы с большой радостью в них не вникала, если бы не оказалась по неволе замешана.
- А тебе зачем знать? - пожимаю плечами. Наверно, я спросила это для галочки, чтобы иметь обобщенную информацию, а может, чтобы поддержать разговор.
В дороге я успела чуть задремать, но сон прервался, когда внезапно накрыло ощущение, что куда-то падаешь. От неприятного чувства я встрепянулась и продолжила следить за дорогой. Впрочем, ничего занятного там не было, кроме редких остановок вдоль шоссе или фонарных столбов.
- Вы в Панаму за чем-то конкретным едете? Может тебе другой конечный маршрут посоветовать? Через всю страну одной не безопасно ехать.
- Мне просто надо было куда-то уехать из Сакраменто - да и вообще из Америки. - А путешествие на колесах отдает романтикой - я засмеялась над собственными словами. Романтика, черт ,в компании 9-летнего мальчика и хромоногой девушки. - Теперь я в этом уже не столь уверена - да, мексиканцы смогли остудить мой пыл, что банда Вагосов в Лос-Анджелесе, что эти проклятые торговцы.
- И что ты можешь предложить? - ответила вопросом на вопрос, проявляя интерес. Конечно, еще следовало поговорить с Аароном, сын ведь забил тревогу (не без основательно), и может захотеть домой. Наверняка они вдвоем еще и Декстеру позвонили, и замять эту историю перед ним не получиться, а ведь испанец с таким скандалом меня и Аарона отпустил, крича, что я постоянно подвергаю ребенка опасности. Что ж, не удивлюсь если услышу "я же говорил". Но все равно не хочу возвращаться раньше времени, раньше окончания "отпуска".
- Здесь сверни - Давид только и успел вписаться в поворот, хотя на ночных пустых дорогах его и некому оштрафовывать. - Кажется... - добавила я позже, сомневаясь а та ли эта улица. Но через несколько минут езды, стало окончательно понятно, что отель не за горами.
Мы подъехали к пятиэтажному дому, все номера в котором были сделаны в качестве апартаментов, имея кухню со студией-гостиной и от одной до трех комнат.
- Теперь уже я приглашаю тебя на кофе - усмехаюсь, но не злорадно, припоминая события 1,5-месячной давности. Да и куда сейчас посреди ночи уже ехать мужчине? Проспиться, и решим этот вопрос завтра, то есть сегодня - на часах половина второго ночи.
Так как ключей от номера у меня не было, пришлось стучать. В ожидании когда откроют дверь, я успела подумать, а что если Яннике и Рона не добудиться, и тогда придется продолжать поиски. На этот раз поиски ночлега.
Но дверь открылась меньше чем через минуту, на пороге была Яннике, тут же раскрывая объятия своих тонких рук, чтобы заключить меня. Не став долго стоять на пороге, я все-таки отодвигаю уставшую девочку, и прохожу в квартиру, оставляя пространство, чтобы смог войти и Давид.
- Агата! - выдохнула она - Что случилось? Куда ты пропала? Мы тебя искали - она начала быстро тараторить, продолжая сыпать одними теми же вопросами. А я не хотела отвечать и на половину спрошенного.
- Это Давид, мой знакомый. Если бы не он... - представляю мексиканца, но моя фраза обрываются на полуслове, так как я понимаю, что помимо Яннике и Давида, а еще Аарона, который, вероятно, был уложен спать, есть еще один человек.
- Гвидо? - выдохнула я, сокращая расстояние между Монтанелли, и спешно обнимая его за шею. Наверно, он начнет меня отчитывать или запомнит этот случай, чтоб припоминать каждый раз, ну и пусть! Сейчас я была просто рада возможности видеть Гвидо.

+2

17

Внешний вид

Этот звонок ворвался в мирную жизнь Монтанелли, словно молния вошла в дерево - спалив ветви и листья, разметав вокруг горелые щепки, превращая лесной пейзаж в картину надвигающейся катастрофы. Вернее, всех остальных Монтанелли этот удар не затронул, как и тесно связанных с ними Торелли тоже, Гвидо приложил максимум усилий для того, чтобы ни Маргарита, ни кто-то другой не узнали ни об этом звонке, ни о том, куда он направился сразу же после того, как разговор по телефону был завершён, желая обезопасить от пожара весь окружающий "лес". Гвидо рисковал. Начиная от того, что перелёт с тремястами тысячью долларов - уже можно расценивать как перевоз валюты; заканчивая тем, что направлялся к киднепперам со стажем без оружия, если не считать складной нож - пистолет уж точно не дали бы пронести в самолёт, и его путешествие в Мексику закончилось бы за решёткой полицейского участка Сакраменто - это в лучшем случае. С другой стороны - свой риск Гвидо оправдывал собственным же положением; если мексиканские бандиты прихватят и наличку, и его самого, то это будет либо уже куда более серьёзной предпосылкой для клановой войны, Маргарита вряд ли успокоится, пока не вернёт домой отца своих детей; а Семья не бросит босса - ну если уж и бросит, если кто-то сочтёт такую причину вполне достаточной, чтобы во главе Торелли встал новый человек, что ж, в этом случае всё пройдёт для организации максимально безболезненно. Монтанелли шёл ва-банк, выбрасывая на стол всё, что у него было - чуть более трёхсот тысяч... в незнакомой стране, где люди демонстративно не говорят по-английски, этот план точно нельзя было назвать хорошим; другого у Гвидо не было - на его памяти в последнее время похищали слишком многих людей, и ни разу с действиями в этом случае он не затягивал... Тридцать тысяч за жизнь сестры - выглядит как довольно честная сделка. А что будет дальше - посмотрим потом. Нежничать киднепперы не будут - это Монтанелли неплохо понимал, как босс преступной группировки, часть которой была вовлечена как раз в этот вид бизнеса. И не то, чтобы ему это нравилось - на самом деле, Гвидо никогда не был рад тому, что Семья вовлечена в это так плотно; но бизнес есть бизнес... Наверное, то, что происходит сейчас, это своего рода кармическая расплата. Шанс взглянуть на происходящее с обратной стороны, понять, насколько это всё-таки дико и страшно... Только Гвидо уже слишком много увидел, чтобы бояться. И всегда был готов к тому, что в любой момент может произойти что-то ужасное - с друзьями, с близкими, с родственниками, которых, казалось бы, его положение должно защищать. У любой медали есть две стороны. Лицевая - для тех, кто смотрит на тебя; но именно обратная - прижата к твоему телу.
Добраться до города, на который указали похитители - это было отдельным приключением; начиная от того, чтобы найти сам транспорт, и заканчивая тем, чтобы добраться до нужного города; и несмотря на то, что Гвидо всё-таки сел в итоге в автомобиль - по выходу из него он почувствовал, что его ещё и ободрали, как липку, хотя ему уже было почти всё равно - в тот момент, когда он появился перед отелем, он уже был в достаточной степени измотан, чтобы думать больше о том, как сохранить чемоданчик и его содержимое, чем о том, сколько заплатить таксисту. Понимая, что самое сложное испытание ещё впереди - помимо того, чтобы снять себе номер, необходимо ещё успокоить Яннике и Аарона, которых она взяла с собой в это путешествие. Хорошо, что хотя бы они не пострадали. Правда, напуганы были, наверное, даже сильнее самой похищенной - и Гвидо в этом их мог понять; неизвестность - страшнее всего. Аарон его узнал сразу. Яннике, похоже, не узнала друга своего покойного отца вовсе, хотя это и не было удивительно, учитывая, при каких обстоятельствах они с ней виделись. После короткого рассказа друг другу о происходящем и обещания найти маму, которое Аарон стряс с дяди, мальчика удалось всё-таки уложить спать. Ужинать не стали - когда Гвидо заикнулся об ужине, все трое сошлись на том, что не могут есть в этой ситуации. Сын Агаты мог хотя бы спать... они с Мышкой провели остаток вечера, в основном просто глядя на мобильник Гвидо, на который должен был поступить звонок.
- У вас было с собой оружие? - вопрос заставил Яннике вздрогнуть. Монтанелли же чувствовал себя неуверенно без ствола на крайний случай... Если телефон и деньги - были гарантом жизни Агаты, то пушка в этой связи - могла бы быть страховкой жизни собственной. Ну или обоих... Естественно, если оружие где-то в вещах Таты и было, Яннике не знала, где именно. И искать его сейчас - означало слишком большую вероятность разбудить Аарона.
Но звонка не последовало. Около часу ночи открывшаяся дверь в номер заставила Яннике и Гвидо повскакивать со своих мест, последнего - потянуться даже за ножом в карман; но затем он опустил руку, молчаливо позволяя Яннике подойти к вошедшей первой, сам скрываясь в полумраке гостиной. Ненадолго, правда - вошедшая сама заметила его, двинувшись навстречу... И даже при свете ночника было хорошо заметно, что на лице Агаты снова остались побои. Даже отпуск она не смогла провести без приключений... и обнимая Агату, он боялся даже прижать её плотнее к себе, опасаясь сделать ей больно.
- ...да ёб твою мать, Тарантино... - устало выдохнул Гвидо, прижимаясь губами к её виску и прикрывая глаза. Тревогу сняло... но это было именно тем суком, на котором сидела усталость - теперь она навалилась так сильно, что хотелось упасть там же, где стоял; даже на спутника Агаты было почти плевать.

Отредактировано Guido Montanelli (2014-06-19 11:39:29)

+2

18

- У моего друга есть вилла в тихом красивом месте на побережье, - вот что мог предложить мексиканец, - если есть желание, я попрошу его, он разрешит пожить там месяц или два. Сколько тебе нужно? - А у самого возник в голове вопрос, что же такое случилось в Сакраменто, что девушке понадобилось уехать "куда-то", прихватив с собой детей. Очень любопытно. - Я бы мог составить тебе компанию, - с хитрой улыбкой добавил будто бы между делом.
Тот эпизод в Сакраменто, где Давид пытался поцеловать Тарантино, из их общего прошлого уже не выкинуть. И выглядело это его предложение, наверное, как попытка повторить то, что завершить в первый раз не удалось... не без этого, если признаться. Девушка ведь согласна с тем, что обязана ему за спасение? Согласна. Сама это сказала. А мужчинам не много для благодарности нужно.
Впрочем, принуждать ее ни к чему Алонсо не собирался - их дела важнее их отношений. Он надеялся, что девушка осознает это и не увидит в своем спутнике угрозы. По крайней мере, для нее самой и, по крайней мере, до тех пор, пока честно сотрудничает с картелем. Она ведь правда в отпуске, а не сбежала из Сакраменто? На самом деле вопросов к Тарантино оставалась еще уйма, но к этому времени они подъехали к ее гостинице, и вновь пришлось оставить их при себе до лучшего случая.
Мексиканец ухмыльнувшись, принял приглашение подняться к девушке. Для начала она, видимо, решила отблагодарить хотя бы чашечкой кофе.
- Почему нет, - пожав плечами, согласился, - провожу, а то вдруг опять похитят, - и, накинув куртку, чтобы не сверкать оружием, последовал за Агатой в ее номер.
Дверь им открыла молодая девушка. Должно быть, та самая калека, о которой упоминала Тарантино. Умопомрачительная компания для путешествия: девушка с протезом вместо ноги, еще одна с полуслепым глазом; вкрути одной деревянную палку на ногу, а другой надень повязку на глаз и отправь бороздить Карибском море. Кстати именно на Карибы девчонки и ехали...
Давид пожал пока еще безымянной девушке руку. Как ее звать Агата забыла представить, вместо этого "представила" другого человека, которого заметила чуть позже и, судя по реакции, его присутствие стало для нее неожиданностью. Для мексиканца тоже, если честно, он только детей рассчитывал здесь увидеть, о которых говорила Тарантино. Поприветствовал он ее весьма "красноречиво", но при этом обнял с какой-то особенной отеческой заботой. Стоит отметить, что и сама она как ребенок бросилась ему на шею. Напоминало телепередачу, в которой разыскивают потерявшихся родных и близких. Давид решил им не мешать, подперев плечом стену и сложив руки на груди, он ждал завершения драматичного момента, чтобы уж и на него внимание обратили - можно было не обнимать, впрочем.
Что это за мужчина мексиканец догадывался. Имя у "крестного отца" было запоминающимся. Приходилось наводить справки на всю их шайку... Что ж, похоже, им представилась, наконец, возможность познакомиться лично. Хотя Давид уже полгода как сотрудничал с их Семьей, встречаться им до сего момента не приходилось. Но оно и понятно, те, кто у верхов стараются не принимать прямого участия в преступлениях, перекладывая всю грязную и опасную работу на тех, кто ниже тебя. Безусловно, курьеры, возившие через границу оружие, понятия не имели к кому все вело. И попадаясь с товаром, максимум могли заложить только того, кто их непосредственно нанял. На такого человека как Гвидо Монтанелли они никогда не наведут.

Отредактировано David Alonso Guerra (2014-06-22 02:18:22)

+2

19

Предложение, прозвучавшее от Давида меня привлекало. Во-первых, как таковых планов у меня не было, вернее они поддавались корректировке. А во-вторых, во-вторых... это был уже не Сакраменто, где на меня давила ответственность и мысль о том, что с Гуэрра у нас деловые отношения, и не надо их портить. Готова была ли я их испортить теперь? Мне было уже все равно. Я в отпуске и хочу отдыхать, а не думать. Люди, которые много думаю - несчастны.
На предложение мексиканца составить мне компанию я ответно улыбнулась и кивнула.

Увидеть Гвидо в Мексике, в своем номере отеля, я не ожидала. Последний и единственный раз звонок ему был произведен днем, десять часов назад, и что за такое короткое время мужчина решился на поездку, на срочные действия, меня удивляло. Это было приятное удивление, когда понимаешь, что на тебя не наплевать. Что из-за тебя могут поступиться собственным распорядком дня, делами, и прийти на помощь. Именно это заставляло появиться на глазах влаге, а не пережитое похищение и ужасные условия пребывания.
- Я в порядке, видишь - развожу руками демонстрируя, что могу шевелиться, ходить и говорить. Несколько синяков и ссадин заживут уже через неделю, а то и раньше. И значит можно уже выдохнуть и махнуть рукой на прожитые два дня, - все оставалось позади. Правда, не стоит забывать благодаря кому я вылезла сухой из воды. Было ли это везение, судьба или случайность? Но мы с Давидом, видимо, должны были снова встретиться, уже при других обстоятельствах.
Что случилось, не прибудь он туда со своими людьми? Меня бы выпустили, когда Гвидо заплатил выкуп? Я задаю себе этот вопрос, но тут же останавливаю с поиском ответа. Не хочу больше об этом думать, хотя такие мысли заставляли не думать о другом - о том, почему я убежала из Сакраменто.
Знаете ,все, что ни случается, - все к лучшему. И новая беда помогает забывать о старой. Может это похоже на снежный ком, который когда-нибудь настигнет меня, но пока было так удобней.
- Гвидо, это Давид Алонсо. Мы с ним уже пол года как ведем дела - при Яннике я не собиралась даже намеков давать на то какие дела могут нас всех связывать. Она не знает чем я занимаюсь, да и чем отец тоже знает только из газет, а в газетах половина неправды. И в этом я и пыталась убедить девочку, - убедить в том, что ее отец был честным и хорошим человеком. Раз Вернон скрывал факт своей жизни от дочери, то значит так надо было. Я тоже не рассказываю Аарону чем занимаюсь, хотя он еще и не понимает половины происходящего в мире.
- Это Гвидо Монтанелли. И Яннике - представила я для мексиканца своих друзей. А вот Аарона познакомить не смогу, мелкий уже спал, я поняла это по закрытой двери одной из комнат.
- Вы, наверно, голодны? - спросила девочка, в больше степени адресуя этот вопрос мне, пытаясь закинуть удочку на то, в каких условиях меня содержали.
- Нет, мы поели по дороге. Я бы выпила - причем чего-нибудь крепкого, чтобы окончательно расслабиться. Сомневаюсь, что у Гвидо или, тем более, Аарона и Яннике есть в закромах бутылка, придется залезть в чемодан: проезжая в Лос-Анджелесе, я купила бутылочку вина. Ничего особого, обычная бутылка, которая мне приглянулась, и я решила почему бы нет. Сейчас и вино покатит.
- Будете? - спросила у мужчин и Мышки. А сама подумала, что тогда, в Сакраменто, когда я зашла на кофе к Давиду, тоже было вместо кофе, вино.
Яннике взялась приготовить бокалы и достать вино, а я ушла в душ. Мне не мешало бы хорошенько отмыться, а то мне казалось, что омерзительный запах пропитал даже мои волосы. Впрочем, наверно, так и было.
Когда я вышла из душа, Мышка уже ушла спать - не дождалась и свалилась от усталости. Я не огорчилась, - не хочу, чтобы она начинала заваливать вопросами, хотя что ей помешает сделать это завтра?

+2

20

Для Гвидо это путешествие было ничуть не меньшей неожиданностью, но в первую очередь как раз потому, что и подобного звонка на свой мобильный он в такое время не ожидал. Поступиться же своим графиком - это первое и самое малое, что он мог бы сделать для Агаты; она не была просто пешкой, он назвал её своей сестрой однажды, и сейчас отвечал за свои слова - поступал, как должен был поступить брат, или отец, или... неважно. Как старший. Как мужчина в семье. А десять часов - это растяжимое понятие, времени может быть много или мало, в зависимости от того, как уметь им распоряжаться в сочетании с собственными силами; Монтанелли, благодаря своей прошлой деятельности, временем распоряжаться умел, потому и мог себе позволить сорваться, например, в Рим к Маргарите на день, или подготовить фальшивую смерть Риккарди за пару суток... в принципе, в том деле, которым они занимаются, при их двойной жизни, вообще важно уметь правильно управлять своим временем; иначе - просто вылетишь за его пределы, либо в одной из полос своей двойной жизни, либо в обоих сразу - и заканчиваются такие аварии очень часто летальным исходом. В этом кроется одна из причин, почему Гвидо боялся отпускать Агату в отпуск - это было подобно тому, чтобы замедлиться на скоростном шоссе. С вероятностью того, что кто-то в любой момент въедет сзади...
- Твой сын напуган и уходит спать в слезах, твоя подруга, которая сопровождает вас в дороге, еле стоит от усталости и волнения, никто не знает, где ты находишься, но за тебя просят триста тысяч... а ночью ты заявляешься вся избитая - это, по-твоему, порядок?
- коротко "отчитал" Агату Монтанелли, глядя ей в глаза. И грустно улыбнулся. Хорошо, что хотя бы Дексу всем хватило ума ничего не сообщать и не рассказывать... пока, во всяком случае. И самое печальное, что подобное положение дел и действительно уже входит в норму, Тарантино просто притягивает неприятности к себе... и чёрт с ними, с синяками - они рассосутся. Воспоминания - уже труднее стереть. Впрочем, и содеянного уже тоже не воротишь; главное, что Агата вернулась живой - а то, что он опоздал, не важно абсолютно.
Тата представляет ему своего спутника, и Гвидо пожимает ему руку, а сам думает о том, что Тарантино просила у него отпуска - затем, чтобы поехать к своим деловым партнёрам, и вляпаться в очередную неприятность тем самым?.. Нельзя сказать, что ему это нравится - ощущение такое, что сестра всё больше становится похожа на жену, планируя что-то за его спиной. Если уж хотела отойти от дел на месяц - ехала уж действительно бы туда, где у Торелли или у неё самой нету никаких дел.
- Рад знакомству. - Гвидо не планировал и встречаться лично с партнёрами Агаты, но при таких обстоятельствах - пара личных контактов точно не будет лишней. Яннике же... наверное, она всё-таки понимает что-то - она ровесница его сына, в конце концов, а тот в их бизнесе завязан достаточно тесно. Во всяком случае, соображает уж побольше Аарона, и наверняка понимает, что дела, о которых не говорят при ней, не могут быть настолько уж безобидными, иначе и в такой тайне не было бы особого смысла. Да и та буча, что поднялась вокруг убийства её отца, тоже может сказать о чём-то. В газетах есть и часть правды. А у каждой статьи - есть заголовок, вокруг которого всё и крутится. И даже у самых лживых слухов всегда есть что-то, что служит их причиной... Просто Яннике уже достаточно взрослая, чтобы не задавать тех же провокационных вопросов, какие, например, поступают от Фрэнки-младшего к Фрэнки-старшему. Она... задаёт куда более насущный вопрос. И впрямь, неважно, что там происходило до того, как они с Давидом пересекли порог номера - сейчас главное накормить их и дать возможность отдохнуть.
- Давай... - и когда он провожал её в отпуск - они тоже пили вино... Яннике достаёт бутылку и бокалы, Гвидо находит штопор, но не торопится его использовать - лишь потому, что ещё не все собрались за столом, владелица бутылки ушла в душ; так стеклянный сосуд и стоит теперь на столе, закупоренный, дожидаясь Агату из душа. А они трое какое-то время сидят вокруг, пока Яннике, которой вино сегодня попробовать уже так и не доведётся, не уходит спать, жалуясь на усталость, так и не дождавшись. - Так что именно произошло? - а Монтанелли эту возможность использует, чтобы поговорить, наконец, с новым знакомым с глазу на глаз. Тем более, что новой уже может не предвидеться вообще - уже утром он поедет в аэропорт, оттуда улетит обратно в Сакраменто к беременной жене, возле которой и должен бы сейчас находиться, кстати; а Агата вот-вот покинет душ - и хотя при ней можно разговаривать на большее количество тем, чем при Мышке, того же самого разговора всё равно уже не получится. Взгляд Гвидо коротко скользит по металлическому кейсу, вставшему рядом с тумбочкой... собрать триста тысяч разом, за несколько часов, даже для босса мафиозного синдиката дело не очень-то простое - деньги не растут на деревьях, не выйдет просто погулять по саду и нарвать на чемодан. Так что за этими купюрами тоже остаются небольшие "хвосты", которые надо будет подчищать потом... но это уже куда проще, учитывая, что деньги так и не потрачены.

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Если вспомнится некстати - забери меня отсюда