Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Мирись, мирись и больше не дерись!


Мирись, мирись и больше не дерись!

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://33.media.tumblr.com/tumblr_m76xj8NrJp1rngiczo4_250.gif http://38.media.tumblr.com/6cdc8e58a66304272567171b8a997948/tumblr_n4piyiBWqJ1s8l4eao2_250.gif
Лола и Лео
10 мая 2014г.
больница Сакраменто, отдельная палата

0

2

Я потерял счет времени, развлекаемый между посещениями знакомых, друзей и близких и сном под действием обезболивающего, рассказами медсестры. Она размеренным и монотонным голосом описывала все события ее жизни и жизни ее сыновей, которые теперь забывают о своих родителях, захлебываясь работой и ежедневными проблемами. После четвертой ночи мне хотелось ее послать или попросить, чтобы заткнулась. Но почему я до сих пор этого не сделал? Не знаю. Может все же понимание того, что ей больше делать в этой клинике в ее возрасте больше, собственно, делать и нечего, как следить за моим самочувствием, исполнять мои прихоти, желания и рассказывать мне свои истории. Чувство пофигизма все же сработало и я уже практически не слушал смысловой нагрузки ее лепета, оставляя все это на фон, как от телевизора. Мне больше всего сейчас хотелось просто свалить из этой клиники, набухаться до усрачки в каком-нибудь баре. Память минувших событий, что повлекли мое нахождение под присмотром врачей здесь до неопределенного срока, размеренной цепочкой вернулись ко мне. Я раз за разом прокручиваю в голове череду событий и все чаще мелькает лицо Лолы. Только она могла это сделать. Только ей было выгоднее всего в данной ситуации проколоть мне шину, чтобы избавиться от проблем, которые не помедлит применить Агата в случае ее проигрыша. Как забавно.
- Нет, мне ничего не нужно. Спасибо, - поправляю подушку сзади себя, чтобы хоть как-то расслабить уставшие от постоянного лежания конечности пока какая-то медсестра заглядывает ко мне. - Блять. Как же заебался, - произношу сквозь зубы в пустоту комнаты, когда мои неосторожные движения отдаются болью в груди. Еще очередь ругательств вырывается при очередном взгляде на загипсованную сломанную правую руку. Мне с ней ходить еще больше месяца. И за это время мне нельзя будет садиться за руль. Да что там за руль. Я не смогу самостоятельно проделывать половину, если не больше, дел. Дерьмо за дерьмом. Раздраженно свожу брови, представляя как я опозорился на заезде, так тупо не вписавшись в последний поворот из-за лопнувшей шины. Проиграл какой-то смазливой сучке, которая так выгодно втесалась в мое доверие, лишь бы навариться на мне и моей семье. Ну ничего, она попала не по тому адресу. Я не прощу всего этого и она не отделается лишь разбирательством с Агатой.

+1

3

вв

   На самом деле, решиться на это было не так уж и легко. Хотя бы потому, что нужно было переступить через собственную гордость, твердившую "не ходи, он идиот" и собственную трусость, которая раз за разом повторяла "не ходи, он очень большой, злой и сильный идиот". Но когда я слушала свою голову и свои мысли?
Но все-таки, прошла неделя, а факт того, что Лео в больнице, не давал мне покоя. Отчасти потому, что в какой-то момент на гонках, в момент отчаяния, я могла пожелать ему разбиться, а значит, во всем случившемся есть и моя заслуга. Мысли же материализуются... А я умудрилась подумать об этом в очень эмоциональный момент, когда всё плохо, и когда он выбесил.     
   Короче, да, вину я чувствовала. И еще один момент - я не могла понять, почему он так сильно разозлился на меня. Такое ощущение, будто я какое-то преступление совершила. Вообще-то, я совершила, но я сейчас говорю о другом роде преступлений. Истребление панд так, избиение ребенка, массовый поджег маленьких пушистых котят... Почему он так сильно на меня разозлился, что я ему сделала-то, о Господи? Всего лишь хотела поучаствовать в гонке...
И последний момент. Я в городе всего месяц, и так получилось, что из всего города, именно с Лео я общалась больше всего. Да, он был бесячий и язвительный, но именно с такими людьми я и привыкла общаться. Такие, как Лео, составляли моё окружение в Нью-Йорке, и пусть город я сменила, с головой окунаться в абсолютную новизну вокруг себя мне не хочется.

   И меня не пускали. Отчасти моя решилась основывалась на упрямстве, потому что в первый раз было страшно, я пришла, но не пустили. Разозлило. Во второй раз пришла, не пустили, и чуть не столкнулась с Агатой в коридоре. Страшно вдвойне и вдвойне злит. Поэтому сейчас я практически не боялась, уверенна шла к больнице, собираясь пробираться к нему даже со скандалом. Хочу объяснений!
   Удивительно, но на этот раз проблем никаких не возникло. Мол, ему уже лучше, он почти как огурчик, только весь переломанный, и общение пойдет ему на пользу. Перед дверью в палату замираю и несколько секунд стою, не решаясь войти. Слава Богу, рядом со мной медсестра, которая смотрит очень удивленно и выжидающе. Если бы не она, я бы, может, струсила, и так бы и не зашла.
   - Слава Богу, ты в порядке! Меня не пускали эти дни, прикинь? Я думала ты лежишь тут овощем, не шевелишься, слюни пускаешь, - я врываюсь в палату, я шумная, много и быстро говорю, улыбаюсь. То есть, всем своим видом показываю, что мне нормально, и что я совершенно не боюсь предметов, которые могут в меня полететь. Кстати о предметах... Шарю взглядом по тумбочке и вздыхаю с облегчением. Ничего такого, что могло бы до меня долететь... - Просто ради справки. Ты можешь вставать? - медсестра всё еще не уходит. - Спасибо, дорогая, дальше мы сами, вы очень помогли, до свидания, - буквально выпихиваю женщину за дверь, и в первую же секунду, как мы одни, жалею об этом. Блин...

Отредактировано Lola Hunter (2014-06-29 13:52:39)

+1

4

До меня сначала не доходит, что человека, которого вижу перед собой является реальным, а не побочным эффектом действия лекарств. Из-за этого мне приходится затратить намного больше времени на осознание того, что все достаточно реально и осязаемо и еще затрачиваю с полминуты, чтобы понять смысл речи гостьи. Нежеланной гостьи. Я безмолвно заглядываю в глазами этому человеку, который, как ни в чем не бывало, рассказывает о трагедиях традиционной бытовой жизни. Неужели? Хватило же смелости и отсутствия занятости черепной коробки мозгами, припереться сюда.
- Молодец. Значит выход ты уже знаешь где, - стараюсь не шевелиться, чтобы спазмы по телу не вырвали меня из шаткой воображаемой конструкции сдержанности, которую сохранять мне сложновато, особенно, если учесть, что я заебался уже лежать сутками на жопе смирно. Появление этой девахе в моей палате еще больше усугубляет мое шаткое терпение, которое итак не слыло царем моей натуры.
- У меня нет желания больше знать тебя, а уж тем более видеть, - шепчу сквозь зубы, сводя брови к переносице. Я удивляюсь как я еще не встал и за шкирку не вышвырнул ее за пределы моих квадратов спокойствия, не взирая на боль, которая тут же даст о себе знать. Я смотрю и вижу перед собой уже не того человека, с которым хотелось проводить свободное время, рассказывать забавные истории из жизни и просто учить чему-то, а жалкую малолетнюю тварь, которая втерлась так легко в мое доверие, лишь бы получить выгоду с сынка богатенького папеньки и поиметь всех вместе взятых, включая моих близких друзей семьи. Забавно, в ее годы я даже и не подумывал о существовании даже таких поступков, увлекаясь лишь новыми выпусками комиксов, мультфильмов по их мотивам и коллекционным фигуркам. Как разнообразны людские ценности, желания и вообще отсутствует мораль.
Может стоит просто после больницы пустить ей пулю в лоб, закопав на кладбище домашних животных, подписав как-нибудь тоже по-звериному. И кто ее там искать будет? Зато как символично. Хотя животные более чисты и искренни, намного, если сравнивать с человеком, который сейчас находится напротив моей больничной кровати.

+1

5

На самом деле, он выглядит намного лучше, чем рисовало моё воображение. Я не видела Лео с того самого момента, когда показала ему средний палец перед гонкой. После этого он был слишком далеко, а мне было слишком страшно подходить. И хуже всего, конечно же, неизвестность. Пусть Лео не был каким-то там моим лучшим другом, все-таки чувствовала я себя ужасно от того, что он в больнице, и я с этим напрямую связана. Я успела перебрать кучу версий, одна страшнее другой, и лишь отделение больницы меня успокоило. Он не в реанимации в какой-нибудь, не там, где лежат умирающие и овощи. Значит всё нормально. Повезло.
    Лео передо мной, пугающе спокойный. Мне не приходит в голову то, что ему может быть больно шевелиться. Мне просто не по себе от того, какой он спокойный, а главное, с какой ненавистью смотрит на меня. На какой-то момент я теряюсь, улыбка на моем лице гаснет и я стою, словно бы приросла к полу ногами. Осторожно поворачиваю голову и гляжу на стенку позади себя. Нет, определенно это он на меня так злобно смотрит. И это, черт возьми, странно. Он был очень зол тогда, на гонках, чуть ли не ядом плевался, но я не восприняла это всерьез. У нас, у вспыльчивых людей, так бывает. Вот ты вроде пламя выдыхаешь, а через полчаса тебе стыдно за свои психи, и ты уже душка. Меньше всего Лео сейчас был похож на душку...

    Когда моё самообладание возвращается ко мне, я снова пытаюсь улыбаться, правда теперь выходит не так уверенно. Мышцы довольно хреново слушаются, когда улыбаешься человеку, который тебя только что фактически послал. Или хуже. - Злобность во взгляде тебе не идет. Еще больше становишься похож на лося, - я хихикаю, и это скорее нервный смех, чем какой-то еще. Чувствую себя идиоткой, честное слово. - Ты уверен? Я-то знаю, где выход, мне за эту неделю на него часто указывали, - где-то в середине фразы голос мой перестает быть веселым, проступают нотки серьезности, а самое главное, обиды. Ну что я, собака какая-то, чтобы меня гнать поганой метлой, как только увидишь? Все же ошибаются, да? А моя ошибка так удобно загладилась. Машину я отдала, гонку выиграла, а Лео... это же не я виновата, да? - Но у меня есть вот это! - и тем самым движением, каким вытаскивают кролика из шляпы-цилиндра, я вытаскиваю из рюкзака последний выпуск журнала Марвелл. Да-да, память у меня периодически хорошая. И в этот раз она запомнила очень удобную, нужную информацию. - Пока ты тут валяешься, он уже вышел, и сам к тебе не собирался в руки, если бы не я, - наконец, улыбаюсь искреннее и кидаю журнал на кровать. Надеюсь хотя бы поразить его тем, что запомнила. На самом деле, словами не передать, как я довольна собой. С дружбой у меня вечные проблемы, так что, когда я умудряюсь сделать что-то полезное и хорошее, радости моей нет предела. Я, наверное, даже больше радуюсь тому, какая я молодец, нежели тому, что человеку доставила удовольствие. - А еще у меня есть вот это, - еще более широкая улыбка, и достаю из рюкзака коробку с сушами. Или роллами. Хер их знает, один фиг гадость, но Лео, вроде, каким-то образом их ест. Даже вроде любит. - Во-о-о-от... И я, ну... как бы не очень понимаю, чего ты так злишься на меня, - браво! Я смогла! На самом деле, сказать это было намного сложнее, чем кажется. Потому что это было серьезно, без напускных улыбок, без жеманства, честный вопрос и то, как растерянный, незащищенный взгляд столкнулся со взглядом глаз, полных ненависти.

Отредактировано Lola Hunter (2014-06-30 15:08:51)

+1

6

Мои губы приобретают вид тонкой линии, пока глаза откровенно выражают ненависть, слушая эти дурацкие шуточки, которые так свойственны ей. Пытаюсь привстать, но боль в боках тут же рывком дает о себе знать, не давая мне и шанса выполнить задуманное. Дерьмо. Дерьмо.
- Я по крайней мере похож на лося, а не на крысу, которая втирается в доверие, а потом поганит все на свете, - выпаливаю я, сквозь кряхтения, от попыток принять более удобное положение в этой уже осточертевшей мне больничной кровати. Я не жалуюсь на условия, но меня плюс ко всему этому бесит сам факт того, что мне приходится торчать здесь, прикованному к осмотрам врачей, перевязкам и лекарствам. Мне хочется посмотреть на то, что осталось от моей машины и есть ли возможность с ней что-то сделать, подлатать или вообще привести в божеский вид. Но нет, я должен выслушивать истории своей дежурной медсестры, придерживаться больничного графика обследований и выслушивать Лолу.
Мои глаза невольно расширяются, когда я вижу в ее руках новенький номер комиксов. От дерьмо. Надо лишний раз написать себе в квартире и вообще везде, чтобы я не рассказывал всем и каждому о своих слабостях и увлечениях. Суживаю глаза, глядя то на девушку, то на комикс, на который смотрю как маленькое дитя, желающее потрогать, пощупать, понюхать, почитать любимое, желаемое.
- Ты меня подкупить что ли решила? - говорю медленно и неспешно, не решаясь взять подарок сразу. Ведь я на нее злюсь ведь правда? Она разбила мою машину, поломала мне кости, угнала тачку Агаты. А все с помощью кого? Меня. Монтанелли младшего. Школьница так легко обдурила меня, несмотря на все то, что у нас намного больше ссор, чем логичных бесед. Дерьмо. Нет, ну это все равно не честно. Делаю вид, что мне абсолютно безразлично и вообще не интересуюсь этой бредотней.
- Думаешь я так прощу тебе то, что ты угнала тачку Агаты? Думаешь я пропущу тот факт, что ты воспользовалась мной, чтобы это провернуть? И я молчу про гонку, где дабы выиграть ты проткнула мне шину! - скрещиваю руки на груди, вперивая взгляд в брюнетку, совершенно стараясь не обращать на новый выпуск. Меня же он совершенно не интересует, правда? И мне наплевать про продолжение битвы и что случится с одним из героев. Да, мне все равно. Все- рав-но.
И тут на моих глазах она достает упаковку суши. Блять. Нет. НУ ЭТО УЖЕ НЕВЫНОСИМО! Я ведь должен злиться, ненавидеть, проклянать и вообще пристрелить ее к чертовой матери, чтобы вообще не видеть, не слышать и никогда не пересекать. Но блять. Она виртуозно выкручивается, давя на мои самые большие слабости , человеческие и мораль в счет не берем.
- Хотя... Может я подумаю тебя простить, если ты убедишь меня в своей невиновности, - говорю медленно выхватывая заветную упаковку и вскрываю, даже не думая, взять палочки подобное. Запихиваю пару кусков себе в рот, понимая насколько мне не хватало здесь этого и неосознанно благодарю Лолу за такие чудесные подарки. Ебаный в рот. Бог есть. Алелуйя.

+1

7

В какой-то момент хочется ему вмазать. Потому что любое терпение имеет границы, и очень часто у людей оно заканчивается в тот момент, когда их обзывают. Например, крысой. Еще быстрее терпение лопается в том случае, если обвинения эти не основаны ни на чем, кроме чье-то дурной головы. И именно в эту дурную голову мне сейчас хотелось чем-нибудь кинуть. Да схренали я блять крыса??
   Его спасает только его реакция. Это практически детское удивление и сомнение во взгляде, когда, вроде бы, и хочется свой комикс, но с другой стороны очень колится. Неудобно брать подарки у крысы, да, Лео? Будь он не такой грозный и злой, я бы потрясла у него номером перед носом, как трясут костью у собаки перед носом, когда хотят подразнить животное. Но что-то мне подсказывает, что в таком случае меня точно назовут нехорошим словом и выгонят вон. У них есть тут охрана, интересно? Лео вполне может ею воспользоваться, и я бегло окидываю комнату взглядом, желая найти что-то вроде тревожной кнопки или типа того. И нахожу, блин. Небольшая, но заметная, совсем рядом с кроватью, можно дотянуться, вытянув руку. Только попробуй...

   - Что? - мои глаза моментально становятся размером с монету немалого номинала. Я шину ему проткнула? Машину Агаты угнала, воспользовавшись его доверием? Ебу дал что ли... И только я раскрываю рот, дабы сказать, что не имела понятия, чья эта машина, как Лео выделывает финт ушами. Вот же морда... Доказывать ему мою невиновность, значит. А все почему? Потому что увидел жратву! Правильно говорят, что путь в сердцу мужчины лежит через желудок. Даже если мужчина - лось. Ну и не к сердцу, может быть. Но к прощению уж точно! Ситуация начинает меня веселить, так что я не выдерживаю, и смеюсь, запрокинув голову, когда он начинает с жадностью запихивать в себя еду.
   Теперь, когда я знаю, в чем меня обвиняют, мне есть, что ему ответить. Но его предложение звучит слишком заманчиво, и слишком забавно. Если есть возможность учудить что-нибудь интересное, я обязательно ею воспользуюсь. Угадайте, что в моем понимании значит "интересно".
    - Ну-у-у... - я застенчиво улыбаюсь и делаю шаг к койке, затем еще один, и в глубине души понимаю, что идея провальная. Лео сейчас намного больше интересует жратва, чем я. Он аж простить меня готов за поступки, которые на самом деле достойны крысы. - И как же мне доказать свою невиновность? - чувствую себя немного тупо, упираясь коленом в больничную койку и наклоняясь вперед. Руки упираются в кровать уже на уровне подушки, одна с одной стороны, другая с другой. Я аккуратна, потому что Лео с такого расстояния не просто большой, он огромный. А еще раненый, и хер знает, где его можно трогать, а где нельзя. Еще взвоет... Но позицию своего тела я осознаю хорошо. Например то, что топик у меня на коротких лямках, оголяет грудь, а в таком положении и вовсе вид открывается замечательный. На самом деле, какой бы Лео ни был мудак, я вижу в нем потенциального друга. Он мне даже нравится, если хотите. Другой вопрос, как он меня видит. Верит ли в то, что я могу соблазнить человека или переспать для того, чтобы, скажем, загладить вину за свинский поступок? - Какие-нибудь идеи? - лукавая ухмылка и блестящие глаза.

+1

8

Безропотно жую, смакуя каждый кусок, чтобы насладится этим вкусом как можно дольше. Как знать, сколько мне здесь еще придется питаться диетическими обедами и ужинами под лозунгом "Оно способствует твоему выздоровлению". Нет ну не ересь ли? Мне двадцать один и я не мальчик щуплого телосложения и маленького роста, который может и святым духом питься. Запусти меня в дорогой ресторан и я сейчас выжрал бы их месячные запасы, а кашу и бульоны я бы вылил на голову местному руководству и размазал бы по лицу, написав на лбу водостойким маркером какую-нибудь гадость. За что, собственно, отец деньги платит?
- Не отрицай, здесь вполне выгодно можно все это списать на тебя, - тычу пальцем в лицо брюнетки, обращая взгляд на нее, а вернее на то, что она впервые оказалась от меня так близко. Еще точнее - ее лицо. Невольно край губ извращается в ухмылке, когда я все таки немного удовлетворяю свой изголодавшийся по нормальной человеческой еде организм. Приподнимаю бровь, рассматривая черты лица, которые до этого были далеко внизу и "на равном" уровне.
- Ну.. Идеи..., - делаю наигранно задумчивое лицо, когда в моей голове рисуются аморальные картины. - Можешь насосать прощение, - поигрываю бровями, ухмыляясь. Мой нрав явно подобрел и мою гордость это ничуть не задевает, даже не смотря на то, что буквально недавно я хотел вышвырнуть ее за пределы палаты. Она воспользовалась моими небольшими слабостями, порадовав в этот, казалось бы, серый больничный день. И она заслуживает хотя бы сегодня мое прощение и благосклонность. Не, ну что я зверь что ли? Блять, ноет где-то под грудиной, я невольно скорчиваюсь от боли. Спуская несколько секунд все же собираю самообладание в кулак и возвращаю все свое внимание на Лолу. Я ведь должен на нее злиться, должен просто свернуть сейчас ей шею за все то, что она могла натворить и не мучаться.
- А с тобой общаться на РАВНЫХ, как оказалось, забавно, - расплываюсь в широкой улыбке, внезапно тыкаю в ее нос куском рыбы, на что она рефлекторно отшатывается. Мой взгляд невольно падает в сторону комикса и ненависть просто смывается напрочь. Обхватываю ее рукой за плечи  и притягиваю к себе, хватая второй рукой за подбородок, который в моих руках кажется миниатюрным.
- Так что на счет отсосыча? - улыбаюсь, переходя на гогот, глядя на ее недовольное лицо. - А вблизи ты даже милая, - поворачиваю ее лицо то одной стороной, то другой. Делаю вид, что увлеченно рассматриваю ее черты лица, поражаясь, что вообще эта брюнетка может быть миловидной. Но на самом деле я больше паясничаю и издеваюсь, глядя за ее реакцией. Имею же я, в конце концов, право попаясничать после всех ее проделок? Да и за такой подкуп тоже следует своя плата.

+1

9

- Насосать... Действительно, - моя ухмылка становится шире. Я не собираюсь психовать, злюсь, но слишком в глубине души, чтобы это показать. И правда, какие могут быть идеи. Насосать. А затем я утру губы и пойду домой, довольная, что так легко отделалась, и сам Лео снова со мной дружит. Так, получается?

    Отшатываюсь от него и от его вонючей рыбы, хотя мозг в этот момент едва ли не взрывается от самых разнообразных мыслей и догадок. Что значит, общаться на равных? Каким-то чудом умудряюсь все-таки же ухмыляться, а не зависнуть от интересных размышлений. Если он считает меня шлюхой, а он явно так считает (вот тоже мне, удивил), или мразью, то он, значит, спустился сейчас до моего уровня? Или он поверил, что я ничего не сделал? А отсосыч, тогда, пардон, к чему? Или нет-нет, если он сейчас общается со мной на равных, то до этого как со мной общался? Одолжение, что ли, делал?
   Лео вдруг кажется мне противным и мерзким. До этого он был просто идиотом, лосем, как все парни, но я не замечала, что он именно мерзкий. Как умудрялась? Все красивые парни такие. Нет ничего хорошего в том, чтобы парню быть привлекательным. Это портит характер. В данном случае, похоже, необратимо. Мне хочется выкинуть журнал в окно...

   Я - один сплошной нерв, когда он касается моего лица руками и вертит, как ему хочется. Я испытываю горькое жжение разочарования в груди, но не могу просто так взять и уйти. Хочется ударить его по руке... - Договорились, - в итоге заявляю я, дергая подбородком, чтобы отстраниться от него руки. - Я думала, ты предложишь что-то интереснее... - ухмыляюсь, а затем начинаю отодвигаться. Я очень аккуратна, потому что ему явно еще больно. По-хорошему, ему бы двинуть по больному боку, это будет достаточно для меня. Но почему-то я спускаюсь ниже по койке и останавливаюсь на уроне его брюк. Чуть задираю футболку и начинаю развязывать завязки на больничных штанах, нарочно задевая голый живот и царапая его ноготками. Господи, какой же большущий... Нет, это я про Лео, штаны я всё еще не опустила. Большой и неудобный, развалился на койке так, что мне катастрофически не хватает места.
   Просовываю руки под резинку, ощущая под пальцами колючую щетину волос, еще ниже, как будто хочу продолжить, но в конце концов выгибаюсь, и свободной рукой залезаю в его миску с суши. Там васаби, имбирь, кунжутные семечки, еще какая-то херня. Всё это тут же налипает на руку, а когда я следующим движением провожу этой же рукой по лицу Лео, всё это остается уже там, на физиономии.
   
   Вытаскиваю руку из его штанов и отскакиваю от больничной койки, хватаю со стола свой рюкзак. - Будем считать, что я передумала и мне уже не нужно твоё прощение, - не собираюсь дожидаться, пока он вызовет медсестру или охрану. Выскакиваю за дверь, в коридор и направляюсь ко входу. Надеюсь, я васаби попало ему в глаз.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Мирись, мирись и больше не дерись!