vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Perfect strangers.


Perfect strangers.

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Участники: Sebastian Underwood, Dia Whitehead
Место: терасса уютного кафе на одной из улиц Сакраменто.
Погодные условия: тепло, ярко светит солнце.
О флештайме: А вы замечали, как занимательны порой бывают случайные знакомства?

0

2

внешний вид

http://sf.uploads.ru/t/JDlRp.jpg

Три последних месяца в Сакраменто не прошли для меня даром; по крайней мере, я постепенно возвращалась к нормальной (насколько это возможно) жизни. Кажется, в моей карьере наконец-то намечался хоть какой-то сдвиг в положительную сторону; меня почти не тянуло к наркотикам (за мое пристрастие к ним меня Кит по головке не погладит); я съехала от родителей, несмотря на протесты. Моя новая roommate вполне очаровательна, но довольно шумна; а мне нужно немного тишины, совсем чуть-чуть покоя, время от времени. Собственно, поэтому я решила немного отдохнуть вне душной квартиры, вдохнуть свежего воздуха, понаблюдать за прохожими, отвлечься ненадолго от суеты.
Я просто больше не могу написать ни строчки. Ни одной.
Даже сидя сейчас здесь, на веранде уютного кафе, за круглым столиком с кружевной скатертью, я не могу выдавить ни слова. Здесь в это время довольно мало посетителей: воркующая парочка в дальнем углу, чуть ближе ко входу - пожилой мужчина с газетой в одной руке, и сигарой в другой; официанты лениво ходят от столика к столику, протирая их, а до моего слуха едва доносится спокойная музыка. Такие очаровательные кафе напоминали мне старую добрую европейскую атмосферу; мне казалось, что так я могу немного приблизиться к родине, хоть отдаленно, и это сможет меня вдохновить. Но вместо этого, я уже битый час буравила взглядом чистый лист в блокноте, постукивая карандашом по столу, на котором остывала чашка с зеленым чаем; в пепельнице тлела восьмая сигарета за последний час. Я писала строчку - и тут же зачеркивала ее, не в силах подобрать хоть какую-то рифму; психолог в клинике говорила мне, чтоб я записывала все, что накопилось в моей голове - но там было пусто сейчас, я могла творить лишь тогда, когда в моей жизни всё шло из рук вон плохо; но мысль о том, что я могла сочинять лишь в состоянии полнейшего упадка, не давала мне покоя.
Я сделала глоток холодного и слишком сладкого чая, и поставила чашку у самого края стола. Теперь я постукивала кончиком карандаша по бумаге, чертила какие-то замысловатые узоры, пытаясь воссоздать в своей голове картины из прошлого, от которого я так усердно пыталась сейчас сбежать. "Пиши песни, - говорила она мне тогда, - или пиши прозу. Тебе нужно предавать свои мысли бумаге, тогда тебе станет легче". Правда, она не предупредила меня, что подобный вид деятельности может превратиться в какой-то ад.
- Черт, Диа, соберись, тряпка! - если бы я могла, то сама себе надавала бы смачных пощечин; но я действительно собралась с мыслями, написала целых две строчки, как вдруг.. Я как раз дописывала сточку, как внезапно с дерева на лист бумаги упал жирненький такой паучок.
- Твою ж!.. - я с диким воплем вскочила со стула, швырнув блокнот от себя подальше, зажмурившись и размахивая руками, словно на меня летел рой пчёл. Я до ужаса боялась подобных мелких тварей божьих - будь то безобидный паук, комар, гусеница на дереве или дождевой червь. А учитывая, что на данный момент я все еще была очень впечатлительна, то этот маленький паучок казался мне настоящим мохнатым тарантулом.
Одновременно с моим визгом послышался звук разбившейся керамики - кажется, упало блюдце, а затем чей-то возмущенный голос. Замолчав и опустив руки, я приоткрыла один глаз, затем второй. Я действительно задела чашку (руками, или блокнотом), но прежде, чем разбиться, её содержимое оказалось на брюках незнакомого мне гражданина, неизвестно как оказавшегося сейчас за моим столиком.
Хлопая глазами, я застыла в неловком молчании; а затем протянула ему салфетку, все так же не говоря ни слова, и неуверенно села обратно за стул. Я не знала, как вести себя в такой ситуации (по крайней мере, будучи трезвой).
- Это не я. Это паук. - выдавила я из себя, с трудом узнавая свой собственный голос, - надеюсь, Вы его извините.
Мне нужно срочно выпить, вот прям срочно.

+1

3

- Вот этот, что ли?
Только что мы оба, не сговариваясь, посулили ему  богатую и яркую сексуальную жизнь. То ли он заинтересовался, то ли оторопел, но факт остается фактом – в произошедшем катаклизме и бедствии единственное, что осталось на месте – это паук. Паук, довольно жирный, с мерзким светло-зеленым брюшком (должно быть, местный североамериканский вид) вцепился в рукопись всеми восемью конечностями. Блокнот, который девушка оттолкнула , не помня себя от ужаса, и который теперь бансирует на противоположном краю стола,  местами изрисован, местами исписан. Мне почему-то показалось, что мы найдем общий язык.
С девушкой, с пауком-то вряд ли.
Вообще-то, мне это показалось даже несколько раньше, когда я вышел на веранду кафе и увидел ее. В наше время, когда кто-то пишет в общественном месте от руки, это всегда интригует. А уж если это делает брюнетка с «Бабеттой» и стрелками прямо из шестидесятых... Удержаться просто невозможно. Она была так занята своим трудом, что даже не заметила, как я присел на свободный стул напротив нее и стал глазеть на ее татуировки. И одновременно в беспорядке выводить карандашом в своей записной книжке строки, которые приходили в голову. Мне нравится так называемое ассоциативное письмо. Потом каждый раз интересно перечитывать – столько сюпризов!
Это только кажется, что свободное письмо – авангардная практика. На самом деле, как говорится, все новое – это хорошо забытое старое. В древние времена в каких-нибудь исландских сагах обязательно бы написали: «Посмотрел он на нее и сложил такую вису».

Болезнен изнутри настойчивый порыв:
с какой душою плоть безжалостно скрепив,
чернила заплелись двойной татуиров-
кой? Стан твой горделив, но взор твой нездоров.
Каких руин, каких разграбленных аркад
из-за морей  на Рим направлен гордый взгляд?

Я грешу и наслаждаюсь вуайеризмом, я испытываю разнообразные и не всегда позволительные чувства от созерцания незнакомцев, а в Америке, в не самом большом городке, этому занятию не так просто предаться: встретишь в ответ подозрительный взгляд.  Мне не хватает Европы, в очередной раз заметил я. Люди в мегаполисах Старого света все-таки больше привыкли жить на виду.
Я был поглощен вдохновляющим зрелищем, так что внезапный взрыв меня не смутил, а скорее показался его естественным продолжением. У меня натура зеваки – я за любое развлечение благодарен.
Надо еще сказать, что чай в девушкиной чашке уже остыл – вот почему я и сохранил спокойствие и философское отношение к жизни.  Все-таки холодный чай на штанах – это гораздо приятнее, чем горячий.  Я беру предложенную салфетку и промокаю джинсы несколькими застенчивыми движениями.
А затем, словно рыцарь в хорошо начищенных доспехах, беру блокнот за краешек  и стряхиваю с него паука в ящик с геранью, что стоит за оградой террасы.
Затем я хватаю со стола свою пачку сигарет – не промокла! Отлично.  Я выуживаю из кармана зажигалку. Так я и не освоил американский этикет. Предлагать курить  вроде не принято.
- Может быть, вам лучше кофе? – говорю я вместо этого. - С чаем, похоже, не сложилось.

Отредактировано Sebastian Underwood (2014-07-16 17:10:14)

+1

4

- Этот, будь он неладен..
Мне стоило бы быть более внимательной; не к мелочам (как я обычно делаю), а к окружающему миру. Шагать по улице, задрав голову вверх, наблюдая за яркой бабочкой, и врезаться в прохожих - для меня это так же привычно, как почистить утром зубы. Я чувствовала себя крайне неловко теперь, частично из-за своей глупой, типично девчачьей реакции на какого-то паука; частично из-за того, что даже не заметила, как за моим столиком оказался гость. Я мельком теперь поглядывала на него, не решаясь поднять стыдливый взгляд; мне не хватало моей былой решительности (не побочный ли эффект трезвости?). А может, я просто никак не привыкну к Америке, где чувствую себя чужой?
На шум наконец-то явились официанты (мой вопль и разбитая чашка и так привлекли довольно много внимания); меня одарили презрительным взглядом, уверили, что "все в порядке, мисс", но нужно будет заплатить за испорченную посуду. Я кивнула, мол, внесите штраф в счет, прикидывая в голове, во сколько мне обойдется "проделка" паука. Конечно, папа выпишет мне очередной чек, если я останусь совсем на мели, но возвращаться к его полному спонсированию мне совсем не хочется; благо, это не самое дорогое кафе в квартале, которое можно было выбрать.
Я резко вздрогнула, когда блокнот оказался в руках незнакомца (там слишком много личного/безумного/секретного), и облегченно выдохнула, когда он всего-лишь вытряхнул оттуда паука. Сейчас я сама себе казалась какой-то дурочкой (еще бы, так переполошиться из-за подобного пустяка); словно мне не 25, а 5. На моих губах сама собой появилась робкая улыбка, мне хотелось рассмеяться, рассмеяться над самой собой.
- И это еще раз говорит о том, что не стоит изменять своим привычкам. Разумеется, кофе. - кофе, которому я сегодня впервые за последние года три предпочла чай. - Здешнему кофе далеко до итальянского, но за неимением лучшей альтернативы приходится довольствоваться тем, что есть. - и пусть я итальянка лишь наполовину, эта половина была куда более весома, всячески пытаясь подавить другую, американскую часть меня.
Я решила последовать примеру своего собеседника, и потянулась к своим сигаретам, но пачка оказалась пуста (что тоже, в общем-то, для меня стало здесь типичным). Вздохнув, я сжала ее в руке, глазами поискала урну (мне не повезло - поблизости её не было), а потом положила на столе рядом с солонкой. Затем, глубоко вдохнув воздух, я набралась смелости (или наглости?) и выпалила:
- Вы не угостите даму сигареткой? - потому что кофе без сигареты - значит, кофе на ветер; и разговоры о том, что и то, и другое вредно, меня совершенно не касаются. Я предпочла бы рюмку коньяка в кофе; но мне строго-настрого запретили сейчас даже нюхать алкоголь. - Вы не возражаете?.. - я протянула руку за горемычным блокнотом, который стал жертвой одного маленького арахнида. Осознав в итоге, что незнакомец не был враждебно настроен, я наконец-то подняла на него взгляд, гораздо более уверенно, и теперь могла нормально рассмотреть его.

+1

5

Когда девушка забирает у меня свой блокнот, наши взгляды встречаются, и я читаю у нее в глазах – насколько можно что-то прочесть в глазах столь непроницаемо черных – толику интереса.
- Почту за честь. Только это просто «Мальборо», - предупредил я, так и не заметив как следует, какого цвета скомканная незнакомкой пачка: зеленые ментоловые? Голубые легкие?
И я протягиваю ей свою, щелкаю зажигалкой и подношу огонек, пока она внимательно закуривает. 
Наряд дамы по-калифорнийски лаконичен, но щедро наведенные стрелки и сосредоточенность, с какой она склонилась над разгорающимся огоньком сигареты, напоминают о заре цветного кинематографа.
Покурить вместе –  уже значит разделить несколько приятных минут. С таким началом у знакомства больше шансов вылиться в прекрасную дружбу – или нечто неизмеримо большее.
Я полной грудью вдыхаю желанный никотин и выпускаю облако дыма. Курение – предосудительное занятие в Америке.
- Здешнему кофе даже до лондонского далеко, - с чувством соглашаюсь я. – У американцев страсть  пережигать кофейные зерна, так что не поймешь даже, что за сорт это был до кремации, Арабика или Робуста. Кофе делается горьким без оттенков и запаха. Но с чем-нибудь сладким проходит. Попробуйте яблочный «фриттерс». Это... помесь пончика и пирожка с яблоками.
И  я размашистым жестом подзываю официанта. В это, довольно пафосное по меркам американского захолустья, кафе, я зашел как раз в надежде на приличный кофе. Как правило я довольствуюсь стандартным «Старбаксом». Хороший кофе мне понадобился для того, чтобы протрезветь после вчерашнего. Вчера вечером я пил всего-то навсего пиво, не помню в каком количестве. Это были безобидные, практически родственные посиделки без оргий и даже без пения хором. Но печень у меня еще до моего бегства в Америку отказалась расщеплять алкоголь, так что с утра он бодро продолжал циркулировать в крови, поддерживая состояние легкого опьянения. Прямо таким идти на работу и пытаться заниматься интелектуальным трудом было бы неосмотрительно. Поэтому я скромно и тихо вышел из дому, миновал пару улиц, завис здесь на веранде и принялся обогащать сокровищницу мировой поэзии.  Скоро, скоро в графе «профессия» вместо «журналист» я буду писать «халявщик». Но первая моя цель достигнута – прохладный душ и эффект внезапности отрезвили меня лучше кофеина.
Я  чувствую, что несмотря на обычное американское качество кофе, удача сегодня улыбнулась мне. Вкус, а то и градус напитка зависит от собутыльника... От собеседника, в данном случае.
- Так вы из Италии? – с интересом спрашиваю я. – Я всегда мечтал побывать в Риме, но так и не доехал, хоть как-то лето провел в Барселоне. Я сам из Ирладии. То есть Северной Ирландии. То есть Великобритании, а здесь не так давно. А вы когда приехали?
Мне торопиться нечего. Мне надо, как минимум, обсохнуть.

+1

6

- "Мальборо" отлично подойдет, - я с благодарностью улыбнулась, прикурив, и теперь можно было с неким облегчением опереться спиной о спинку стула, блаженно затянуться, зажмуриться от удовольствия, и на секунду представить, что я дома. Но иллюзия эта призрачна, скоро ускользает от меня, стоит лишь открыть глаза. - Благодарю.
Мне нравится курить, для меня это свой особый ритуал, практически священнодействие. Конечно, это далеко не равная замена героину или крэку, но менее убийственная - это точно. Я стала курить намного больше; в поисках вдохновения, в качестве успокоительного, просто от скуки, за компанию с кем-то, или утопая в прокуренных барах. Мои облака не облака, а клубы дыма.
- Если вы советуете, то я рискну попробовать. Я люблю сладкое, но особенных каких-то предпочтений нет, главное, чтоб вкусно было. - я усмехнулась, стряхивая пепел в пепельницу. - А по поводу кофе вы абсолютно правы. К слову, нормального вина здесь тоже нет, но виски есть в изобилии, а это уже радует. - я любила итальянское вино, не кьянти, я местное, полусухое, довольно кисловатое вино. Летом оно спасало от жажды, зимой - от тоски. Мне не хватало здесь этого, и проблема была не только в местном вине, а и в компании - вся моя жизнь осталась позади, в Италии, а тут не было никого, кроме пары знакомых, Кита и моей flatmate, как говорят американцы.
- Да, я родилась в Риме, училась во Флоренции. Но я наполовину американка - мой отец американец, которого волей судьбы занесло в Италию. В детстве я часто ездила сюда к бабуле, а теперь мы окончательно переехали сюда, по разным причинам. Меня невыносимо тянет домой, но знаете, я постепенно начинаю открывать для себя Штаты. - открывать Штаты, закрывая для себя родину. Как заключенная, в этой огромной стране, бескрайней стране, безумной и безрассудной стране, с незнакомыми для меня традициями, законами, нравами; и с безумной тоской по N. - Я тут с апреля, совсем недавно. К тому же месяц из моей жизни тут выпал, поэтому можно уверенно сказать, что я с мая здесь. И пока еще не разобралась, нравится мне Сакраменто, или не очень. Но перспектив здесь гораздо больше, разумеется, но нет вдохновения совершенно.
Я снова затянулась, выпуская сизоватый дым, в ожидании кофе и десерта. Но мне начинало нравиться общество этого мужчины, а значит, ожидание не так уж и тягостно.
- Мне всегда хотелось посетить Ирландию, я слышала о ней много хорошего. Но я не покидала пределов Италии, если не считать мои летние каникулы в Америке у бабушки. - я сокрушенно развела руками, - Как вас занесло сюда? - весьма откровенный вопрос, но и вполне естественный. Если в ответ я получу молчание, то я это пойму. Я давно не общалась с кем-то вот так, просто встретив случайно, и чувствовала себя слегка неловко. Как правильно вести себя? Что сказать? Что спросить? Не ляпну ли я какую-нибудь глупость? После 6 месяцев тотального забвения, мне необходимо было восстанавливать навыки общения, разговаривая не только с блокнотом, посредством карандаша.

+1

7

- Как вас занесло сюда?
- Дурным ветром, - отвечаю я напрямик. – Два дорогих мне человека исчезли из моей жизни. Их унесли Аид и Гименей. С похорон в Белфасте я прямиком отправился в Лондон, чтобы быть свидетелем на свадьбе. И после этого у меня тоже  месяц из жизни выпал – вот это совпадение! Но у меня-то он в алкогольном угаре затерялся. А потом случился светлый промежуток, и я решил сбежать куда глаза глядят. В девятнадцатом веке путешествия считали лучшим средством от разбитого сердца, вот я и снялся с насиженных мест.

«В один ненастный день, в тоске нечеловечьей,
Не вынеся тягот, под скрежет якорей,
Мы всходим на корабль, и происходит встреча
Безмерности мечты с предельностью морей.

Что нас толкает в путь? Тех - ненависть к отчизне,
Тех - скука очага, еще иных - в тени
Цирцеиных ресниц оставивших полжизни -
Надежда отстоять оставшиеся дни».
- цитирую я Бодлера.

- Мне один товарищ по перу прислал информацию о вакансии – я ответил. И в результате меня взяли главным редактором нового журнала «Миллениум». Может быть, вы видели, про городские новости, зрелища и услуги, его еще бесплатно оставляют в некоторых кафе. Никогда не думал, что окажусь в Америке, но как-то устроился... Кстати, я тоже замечал, что здесь с вдохновением как-то трудно... Значит, не я один такой. Как вы думаете, почему это так?
Кроме очевидных  причин, таких как исчезновение с горизонта вдохновляющей меня личности – я обвинял в этом традиционную американскую архитектуру. Пересекающиеся под прямым углом улицы, прямоугольные коробки домов, нагретый асфальт, нагретый бетон. Да, кстати, жара эта проклятущая тоже не облегчает жизнь. Единственное, что оказалось здесь приблизительно знакомо – язык и люди. Люди другие - но те же сердца, разбитые, треснутые, или необъяснимо целые. Сердца бились под горячей, соблазнительной плотью, и изредка выстукивали ритм, который отзывался в стихах. Заскучать мне не давала и моя работа. Как главный редактор, я должен был следить, чтобы статьи в журнале могли разбудить, заинтересовать и привлечь супер-сытого американского потребителя. Хемингуэй, - напоминал я себе, - тоже занимался журналистикой.

Подошел официант, поставил перед нами по высокому бумажному стакану кофе и тарелке с  американским пирожком/пончиком. И тоже традиционно по-американски весело напутствовал “Enjoy”.  Наслаждайтесь, значит. Только не забудьте!

- Кстати о вдохновении... Что вы изучали во Флоренции? Что-нибудь, связанное с искусством? - предположил я.
В том, как разговаривает незнакомка, есть некая утонченность. Она совсем юная и хрупкая. Наряд ее – вызывающе-нездешний, но не вульгарный. Все это любопытным образом диссонирует с татуировками. Впрочем, о татуировках кто бы говорил. Я стыдливо одергиваю рукав рубашки на своем предплечье.

Отредактировано Sebastian Underwood (2014-07-19 05:11:48)

+1

8

Он цитирует мне Бодлера, а в моей голове уже всплывают картины из тех былых времен, когда мы, валяясь на полу, на мягком, пушистом ковре, читали на французском "Цветы зла" (он обожал этот сборник), исправляя друг другу ошибки (он никак не мог освоить до конца правила французской фонетики, а я иногда путалась в словах); он рассказывал мне о всей прелести символистов, а я все еще была по уши влюблена в классику. Мы засыпали под утро,  от изнеможения и от скуки, которая неизменно приходила в итоге.
- Мне кажется, что Америка слишком прозаична, слишком скучна - особенно после Европы. В ней мало чего интригующего, загадочного, волшебного. Все словно неудачно "слизано" с других культур. Ну, по крайней мере, мне пока так кажется. С другой стороны, я еще не успела толком присмотреться к Сакраменто, я вообще с большим трудом вливаюсь в новую среду.
Я скептически глянула на стакан с кофе. Они до сих пор казались мне неподходящими для такого напитка; в Италии в подобных стаканах кофе приносят только на вынос. Возможно, американцы более неприхотливы к таким вещам, а возможно, просто я слишком критически ко всему отношусь. Я сделала глоток, потом второй; если отбросить всю мою субъективность, то на вкус кофе был вполне сносным. Сделав последнюю затяжку, я вдавила окурок в пепельницу.
- К сожалению, мне не попадались пока вашу газету, но это лишь потому, что я вообще не привыкла их читать. - я улыбнулась, с неким стеснением; я могла бы соврать, мол, да, конечно, я читала; неужели это вы главный редактор? Но врать я плохо умела, да и смысла не видела. Может, теперь я буду немного внимательней относиться к предлагаемой прессе?
А ведь я тоже вполне могла сейчас работать в какой-нибудь газете или в тоненьком журнале, окончив университет; не но сложилось, теперь я надеюсь, что не я буду писать статьи, а их будут однажды писать обо мне.
Я решила попробовать десерт; и если кофе был на твердую тройку, то за лакомство я могла бы поставить пятерку с минусом. Думаю, по довольному выражению моего лица это было понятно, а потому в комментариях пирожное не нуждалось.
- Во Флоренции только искусство и стоит изучать, этот город, кажется, создан для этого. Это же город великих мастеров, всех не перечислить. Кажется, по ночам по флорентийским улицам бродят Данте, Бенвенуто Челлини, Леонардо.. А вообще я изучала литературу, но не сложилось, пришлось оставить учебу. - и сама во всем виновата, бросаясь в омут с головой, теряя контроль время от времени. Но говорят, нет худа без добра. - Но на самом деле, не это мое призвание, а музыка. Я пою, играю. Мой отец всегда мечтал, чтоб я сделала карьеру успешной певицы, но я не хочу превратиться в коммерционную пустышку. Правда, сочинять здесь все равно не получается совсем. Я думала сначала, что проблема именно во мне, но вижу, вы тоже страдаете от нехватки вдохновения.
Еще один глоток кофе, кусочек пирожного, и я чувствую, как мое настроение постепенно улучшается.

+1

9

Колдовские черные стрелки притягивают взгляд. Итальянка блистает бледной смуглостью и беспокойными жестами тонких рук.
- Вы оптимистично настроены насчет Америки... На мой взгляд, здесь одни выжженные прерии и в них попытки построить самобытную культуру на основе комиксов «Марвел». Их, как цветные стекляшки, засыпали в калейдоскоп и проецируют на широкий экран. Культура комиксов. Как писал Оскар Уайльд, если у двух собеседников разный интеллектуальный уровень, то общим неизбежно оказывается более низкий. Америка пытается найти уровень, общий для всех.
Американский кофе своим вкусом располагает к горькому сарказму.
- Да уж, вдохновляющими эти пейзажи не назовешь, - я повожу рукой в сторону улицы, безнадежно прямой линией уходящей к горизонту.
Моя нехватка вдохновения – просто оттого, что человек, который меня вдохновлял, безвозвратно далеко, но это не тема для обсуждения, с этим просто надо как-то справиться и жить дальше, искать, вспоминать, что такого же не найдешь, находить что-то другое, искать дальше..
Вы изучали литературу?! Какое совпадение! Я тоже, но в Белфасте. Но кафедра литературоведения – наверно, в любом городе райский уголок... А в каком стиле вы поете? Кто любимый исполнитель? Джим Моррисон, Леонард Коэн, Therion, Army of Lovers?
Эти имена я выпаливаю одним духом – они у меня загадочным образом проассоциировались с татуировками на бледной коже собеседницы. Боюсь, эта подборка выставляет меня в каком-то старомодном свете, думаю я с запозданием.
Моя внезапная знакомая еще настолько молода, чтобы пончик с яблоками поднял ей настроение. Знакомая?.. Да ведь я не знаю ее имени! Надо же это исправить!
- Да, кстати, я ведь не представился. Меня зовут Себастьян. Ну, как того святого, у которого из груди торчат стрелы – вы его, конечно, знаете, раз изучали искусство во Флоренции... А вас?

+1

10

- Возможно, я немного оптимистична, вы правы. Просто привыкла во всем пытаться найти что-то хорошее, тогда жизнь кажется не такой гадкой. - я мягко улыбнулась. Наверное, со стороны мы выглядели немного странно - я, похожая на певичку из шестидесятых, со скучающим взглядом и медленными, ленивыми жестами; и мой собеседник, с куда более "классической" внешностью, немного задумчивый, вполне привлекательный. Казалось, что может быть общего у этих двоих? Один столик на двоих, одинаковое на вкус кофе, одна и та же скука и неприязнь к штатам. Как по мне, уже этого должно быть вполне достаточно.
- Меня ненадолго хватило, если уж быть честной. Наверное, я плохо поддаюсь обучению, а может, это просто было не моё. - я опустила глаза, немного стыдливо, признаваясь в своем провале и необразованности. Кто знает, может, если бы не N., все было бы совсем иначе? Я бы уже была дипломированным специалистом, могла сейчас быть в аспирантуре, к примеру, и читать лекции. Или же сама принялась писать что-то, а может, подалась бы в журналистику? Странно, но мне еще ни разу не пришло в голову продолжить учебу. - Любовь к литературе порой бывает опасна; можно потеряться в вымышленных мирах, а дорогу обратно, в реальный мир, найти очень трудно. - особенно когда тебя сбивает с пути коктейль из наркотиков и безумной любви.
О музыке я могла рассуждать вечно; но я никогда не любила сравнения.
- Я бы сказала, что из всех перечисленных ближе мне Джим, но не сколько по стилю музыки, сколько по образу жизни, - я усмехнулась. - Я не сравниваю себя ни с кем. Я предпочитаю джазовый вокал, но сама люблю старую рок-школу, люблю блюз. Да и как можно не любить Чака Берри или Би Би Кинга? Впрочем, мои вкусы меняются чуть ли не каждый день. Сегодня, например, в моей голове настойчиво играет цеппелиновская Dazed and Confused, и я совершенно не могу выкинуть ее из головы.
Ну надо же, имена.. И придумал же кто-то, что каждого человека нужно как-нибудь назвать? Я не любила свое имя, оно совсем не подходило.
- Меня зовут Конкордия, как ту богиню согласия, которая вся правильная и покровительствует супружеским парам. Имя Дискордия подходит мне куда больше.. - я скептически усмехнулась, - а вообще зовите меня Диа, или Ди.

0

11

- Любовь вообще опасна, - вздохнул я. – В юности сколько раз завидовал людям, которые могут без нее обходиться. Остается искать тех, кто тоже не может, кто отмечен судьбой. Ведь не каждый ли из нас живет в вымышленных мирах? Только у одних они скучней, у других занимательнее. Так я всегда отвечал моему другу в Англии, а его это бесило. Он обвинял меня в злоупотреблении субъективным идеализмом и в том, что дорогу в  реальность я вообще не ищу. А здесь я и вовсе бросил всякие попытки. Но под мои ноги всегда ложатся дороги действительности, сами собой. Надо как-то деньги зарабатывать, надо где-то жить – вот и вписываешься в реальность потихоньку. В вашем возрасте кем я только не подрабатывал, когда путешествовал по Европе, еще до университета. В Барселоне грузил апельсины, в Праге играл в массовке. Мне всегда что-нибудь да подворачивалось... Но конечно, девушке, да еще в наше время, отрываться от реальности, чтобы странствовать, где попало... наверное, не так просто.
Особенно если она Dazed and confused… Хаос, немного хаоса в прямоугольном американском мире – вот что бросилось мне в глаза в этой девушке. Даже если бы она не опрокинула чашку с кофе с диким криком, этот хаос был бы очевиден в вавилонской башне на голове и беспокоящих росписях на теле. Они выделяются еще более четко, потому что итальянке свойственна скорее смуглая бледность, чем румяный калифорнийский загар.  Хоть я и не слышал песню Dazed and Confused, но подозреваю, что в ней полно диссонансов.
«Любовь к литературе порой бывает опасна» - сказала моя почти что коллега. Я перекати-поле с гуманитарным образованием. Диа... надеюсь, «растерянная и сбившаяся с дороги» не станет ее привычным состоянием.
Когда я слышу о женском воплощении божества, мне, конечно же, вспоминается фильм «Догма», с его черным юмором и Гласом Божиим.
- Диа. Какое отличное имя! Оно же значит, богиня, да? С таким именем можно покровительствовать не супружеским парам, а кому или чему угодно... Кого бы вы выбрали?
Это довольно обычно среди американской молодежи – когда в разговоре образуется пауза, задать такой вот неожиданный вопрос: «Какой у тебя любимый цвет?», или «...день недели?», или еще что-нибудь в этом роде. Я подметил это, когда один парень, с которым я понакомился в баре, познакомил меня со своей компанией студентов отделения Liberal Arts. Сначала мне показалось, что я вдруг оказался в центре салонной игры. Как и многое неожиданное и странное, эта игра меня очаровала.

+1

12

- Для меня любовь похожа скорей на какую-то болезнь. По сути, я и тут оказалась из-за этой самой болезни. А потом вылечиваешься, с глаз спадает пелена и кажется, что все это было не с тобой. Остаются только назойливые, ноющие на погоду шрамы, которые потом еще очень долго зализываешь у себя в берлоге. Чем я, собственно, и занимаюсь в свободное время. - Я сокрушенно покачала головой. Скрепя сердце, признавая свое поражение, но смиренно, приглушенно, безболезненно. - Я слишком потерялась в своем беззаботном воображариуме. Меня долгое время содержал отец, но теперь у него лопнуло терпение, и теперь я предоставлена сама себе, выброшена в эту чертову реальность. Правда, я еще не решила, как буду жить дальше и чем вообще займусь - ну не петь же в барах до конца своей жизни, право. Может, стоит возобновить учебу? Но хватит ли терпения, вот еще вопрос.. - я помешивала кофе ложечкой, машинально - ни грамма сахара. Идея с учебой пришла в мою голову только спонтанно, только сейчас, вспомнив о литературе. Моему психологу эта мысль точно понравится; но от этого становилось тошно мне. Мне нравилось делать все наоборот; чем меньше довольны мной окружающие, тем больше довольна собой я сама.
- Да, богиня.. Но вряд ли мои родители думали об этом, когда называли меня. А вас всегда называют только полным именем, без кратких форм? Я люблю длинные имена, от них веет благородством и историей. - а сама я - Ди, как оторванный и брошенный на ветер обрывок страницы. Никому не нужная богиня, да и Олимп уже не тот.
- Я бы выбрала художников. - мне понравился заданный вопрос, и ответ на него пришел сам по себе, без долгий размышлений. - Художников в самом широком смысле слова: писателей, поэтов, живописцев, музыкантов, певцов.. Всех, кто так или иначе связан с искусством. Высшая форма человеческого существа, гении, приближенные к богам, способные создавать, способные вдыхать жизнь в свои произведения. Они создают то, что приятно взору и слуху, создают красоту. Да, я покровительствовала бы красоте.
Мне вспомнились вдруг слова Фомы Аквинского о красоте: "Ad pulchritudinem tria requiruntur integritas, consonantia, claritas": три условия требуются для красоты: целостность, гармония, сияние. Кажется, я встречала это у Джойса, а может, когда-то это донеслось до моего слуха на лекциях, и отложилось в подсознании. Быть может, мне и правда стоит вернуться в университет?
- А кому бы вы хотели покровительствовать, будь вы богом?
Каковы были мои шансы встретить в случайном кафе, на случайной улице Сакраменто случайного человека, с которым можно поговорить на подобные темы? Возможно, один из миллиона - но вот он, сам настиг меня, как раз в тот момент, когда я забыла о том, что такое вдохновение и мой внутренний воображаемый уютный мир.

+1

13

- «Любовь похожа на болезнь»... Я опробовал эту точку зрения между девятнадцатью и двадцатью. Но потом она стала похожа на выздоровление. Каждый раз. Каждый раз, когда является нам красота – в новом, неожиданном обличье, мы ахаем от удивления, в лад со всей вселенной.
Я беру руку богини в свою – она сильная и изящная на моей ладони - и любуюсь ею те несколько секунд, которые она милостиво ее не отнимает. Кожа у Дии, заметил я, ровная и белая, как слоновая кость – оттого ее и тянет испещрить рисунками. Конечно, отсюда и татуировки... Но я исписал бы ее стихами: тонкой кисточкой, готическим шрифтом, как средневековый монах.
- А полным именем меня зовут далеко не все. Только немногие избранные, которые понимают толк. Остальные норовят сократить, но не будем о грустном.
Я улыбаюсь. Речи Дии, сами наполненные красотой, которую она восхваляет, возвращают меня на десять лет назад, в университетские времена – к переводам французских поэтов, семинарам по латыни, желтому листу, упавшему на страницы библиотечной книги... радостному ожиданию, союзу встретившихся рук.
- Кому бы я покровительствовал? Наверное, влюбленным. – Я вздохнул. – Видит бог, они в этом нуждаются! По сравнению с обычными людьми, они такие незащищенные! Еще бы, когда от холодного взгляда сердце кровью обливается, а от ласкового забываешь обо всем на свете – ты, прямо скажем, плохо приспособлен к жизни. И все твои желания и планы вертятся вокруг одного человека, во всяком случае, под него подстраиваются. К тому же, - вспоминаю я, - мне всегда импонировала эта история про Эрота и Психею – тех самых, которых изваял скульптор Канова. Помните, Эрот устраивал Психее потрясающие ночные свидания, но стеснялся показать свое истинное лицо. Эдакий неуверенный в себе невротик, который боится, что он недостаточно хорош. Сейчас по этой легенде можно было бы снять замечательную комедию в духе Вуди Аллена. У обоих героев, конечно, были бы родители и сочувствующие друзья и подруги. А в конце бы выяснилось, что Эрот с самого начала был вполне хорош собой, но когда Психея, решив все же рассмотреть его в темноте, случайно капнула на него из светильника раскаленным маслом, ожоги его несколько обезобразили. Что вы на меня так смотрите? – смеюсь я. - у Вуди Аллена комедии как раз такие, вспомните его фильм «Из Рима с любовью». И наконец, вы сами виноваты! Раз вы покровительствуете тем, кто склонен к творчеству, значит, вы муза! – направляю я нее обличительный перст. – При вас идеи так и лезут в голову... Постойте, Диа... Вы знаете, я передумал. Можно,  я лучше буду покровительствовать вам? Это был бы знаменательный союз. Ах, пожалуйста, не хмурьтесь, хотя бы подумайте! Последний свой шанс утонуть в океане вдохновения я оставил в Англии, и не чаял обрести его вновь!
Я смотрю на Дию отчасти виновато – кто знает, как она воспримет такое предложение, да и вообще мои речи не укладываются в рамки обычной застольной беседы -  но не могу перестать улыбаться. Как давно меня не охватывал порыв красноречия просто так, от радости жизни, а не по журналистскому долгу! Карие глаза цвета черного кофе глядят на меня  с каким-то сложным выражением... я бы сказал, взыскательно.
- Я буду писать вам стихи, - решаю я. – И посмотрим, удостоятся ли они вашего благосклонного взгляда, Диа. Мы ведь увидимся снова?

+1

14

Меня увлекала беседа с Себастьяном, увлекала настолько, что я даже не заметила, как моя рука оказалась в его; этот жест был неожиданным, но таким простым, словно мы не первые встречные, а старые знакомые, добрые друзья. Наверное, я так долго была заперта в своей воображаемой коробке, что соскучилась по случайным встречам и по долгим, приятным разговорам; еще немного, и я забыла бы, как размышлять и придавать форму своим мыслям.
- Быть может, меня она тоже когда-нибудь излечит? А может, я смогу любовью от любви и вылечиться? - я думала о том, что от любви умирают, но от любви и возрождаются; быть может, и для меня еще не все потеряно.
- Я бы не осмелилась сократить такое прекрасное имя, как ваше. Люди любят все портить, сокращать, упрощать, куда-то всегда спешить. Во всей этой извечной гонке человечность где-то теряется. Не только имена сокращенные, но и сами люди такие же..  - я не чувствовала к людям ненависти, я чувствовала сейчас к ним то ли жалость, то ли сожаление.
Я с улыбкой смотрю на моего собеседника, впитывая каждое его слово. Мне нравится его приятный голос, мне нравится, как блестят его глаза, когда он с таким воодушевлением рассказывает мне про Эрота и Психею (неважно, что я смутно помню их историю). Я, кажется, даже сама стала симпатизировать влюбленным, а не только думать о них с жалостью; Себастьян начинает влиять на меня лучше, чем десяток психологов.
- Я бы посмотрела такую милую комедию, даже если бы ее снимал не Аллен. Я не особый любитель любовных мелодрам и голливудской жвачки, а Аллен умеет любой истории дать свою, особую огранку, отлично вписываясь в приятные, теплые вечера. - я удивлена не столько тому, что он говорит, а тому, что это говорит он. Быть может, он лишь плод моего воображения, галлюцинация, которая настигла меня в сей смутный час на улицах Сакраменто? Может, я окончательно сошла с ума?
- Можно,  я лучше буду покровительствовать вам?
Ослышалась я, или это на самом деле? Такой внезапный порыв, несомненно искренний, но в то же время пугающий, сбил меня с толку. Удивленно смотрю на него, слегка изогнув брови, мои щеки заливаются румянцем, и я пытаюсь понять, всерьез ли он, или так шутит? Я привыкла, что ко мне относятся скорей с презрением, чем с восторгом. Я сама всегда искала вдохновение, черпала его в людях, даже в случайных прохожих; но до этого никто раньше не находил его во мне самой. Я сама его не могла найти в себе.
- Не смейтесь так надо мной, Себастьян! - я нахмурилась, взирая на него с легким недоверием, и одернула руку. - Если вы решили надо мной пошутить, то это очень злая шутка. Какая из меня может быть муза, когда я саму себя не могу заставить написать хотя бы строчку? - я опустила голову, - музы не лечатся от зависимостей, музы не доводят себя до апатии, музы не пропадают в самых грязных барах города. Я скорей как пьяный корабль, который никак не может пристать к берегу, которого тошнит от качки, который устал от моря.
Я замолчала, и только сейчас подумала, что возможно, высказалась слишком грубо; и что за дурацкая привычка, воспринимать всех столь враждебно? Себастьян, кажется, выглядит слегка виновато, быть может, слегка потерянно - но он сам испугал меня сейчас. А что, если я отпугну теперь его? Мне не хотелось этого, мне нравилось его общество.
- Простите, я.. - чуть тише, заговорила я снова, - я растерялась немного. - мне не помешал бы стакан холодной, ледяной воды. - Мне было бы лестно ваше покровительство, я уж молчу про стихи.. - чуть заметная смущенная улыбка появилась на моих губах - признание капитуляции, - я была бы рада увидеться снова. - Вы как светлый луч, пронизывающий свинцовое небо.

+1

15

В ожидании ответа я смотрел на нее, как кролик на удава. Диа из тех женщин, которые способны внушать не только восхищение, но и трепет. Когда она взглянет вот так сурово, сдвинув темные брови,  видно, что богиня сурово карает того, кто вызовет ее гнев. А мои излияния были бы уместны скорее в начале девятнадцатого века, когда гремели грозы романтизма и в литературе пахло свежим озоном. Для меня те времена еще длятся. Я мимолетно вспоминаю того, кто бранил меня за отрыв от реальности. Он не замечал приближения к реальности иной, к другому, не всем доступному, бытию. Я предпочитаю верить, что у действительности много слоев, и я могу спрятаться от жизни в реальности иной, а через некоторое время высунуть нос обратно. Моя биография при всей своей причудливости подтверждает пользу такого подхода.
У нас с Дией, оказывается, больше общего, чем я думал. Я тоже не лечусь от зависимостей... от целых двух, как говорит современная психология. Эмоциональной и алкогольной. Только вот Диа из-за этого явно переживает. Да я и сам переживал! Я вспоминаю, что, когда я приехал в Америку, единственной моей мечтой было пристать хоть к какому-нибудь берегу. Британия для меня, казалось, полностью ушла под воду.
- Я тоже, бывает, пропадаю в баре, - улыбюсь я. – Здесь неподалеку есть один, так я к нему прикипел душой, пока жил здесь. Только никогда не замечал, грязный ли он. После ирландского студенческого кабака меня грязью трудно удивить. Люблю, знаете, петь хором чувствительные ирландские песни, это хорошее средство от тоски.
Любовь может быть средством от тоски. В этом все еще незнакомом городе мы можем покровительствовать друг другу. Даже если нам не сопутствует удача, внимательность друг к другу - это неплохая замена внимания Фортуны.
Голос Дии выразителен, как звук виолончели. Редко встретишь человека, чей голос так может передавать оттенки чувств:  это какой-то особый дар.

- Я была бы рада увидеться снова.
- Договорились!
Спеша поймать богиню на слове, я тянусь за ее рукой, но, пожав, склоняюсь голову и прикасаюсь губами к пальцам. Этот запах сигарет на коже зачаровывает меня. Словно тоска, которая выплавилась из слишком глубоких воспоминаний, заставляет меня к нему тянуться. Душевный огонь; опаленные мотыльковые крылышки; пылающее сердце. Слишком редко выдается в этом месте и времени шанс испытать искренние чувства, чтобы за него не ухватиться.
- Насчет стихов я не шутил. Я покажу их вам... может быть, послезавтра? Что если нам встретиться здесь же?
Я хочу обозначить то место встречи, которое проще всего найти, даже если Диа не столько ходит по улицам, сколько витает в облаках. Этому кафе с нами повезло.
- А пока мне надо забежать купить новые штаны, - вспоминаю я о более прозаичном моменте. -  Не то что я беру пример с денди былых времен, но... Кофе плохо сочетается со светлыми джинсами.
Я в свое время исходил всь этот район и знаю здесь вполне приличную лавку Армии спасения, которая еще и антиквариатом приторговывает. Из нее я и одеваюсь. В  Европе все интеллектуалы так одеваются. Так как меня взяли на должность главного редактора именно для того, чтобы придать изданию оттенок европейского шика, начальство не находит, что возразить.
- Хорошо, что здесь рядом есть секонд-хэнд. Вы любите магазины подержанной одежды?

Отредактировано Sebastian Underwood (2014-09-01 03:55:55)

+1

16

Кажется, в трезвости тоже есть свои плюсы; я вижу ясно и способна рассуждать, я могу поддерживать беседы и испытывать странное притяжение к людям. Совсем не так, как во время выступлений в барах; совсем не так, когда за барной стойкой кто-то предлагает тебе выпить. Трезвость предает всему совсем другие краски: светлые, мягкие тона, с яркими вкраплениями и слепящим солнцем. Ясность взора, ясность сознания, ясность во всем. Но алкоголь, однако, тоже имеет свои прелести.
- Ирландские пабы с ирландскими песнями.. Я никогда не была в Ирландии, но мне кажется, что я обязательно должна туда попасть. Говорят, что ирландцы умеют пить! - я заулыбалась. N. бывал там, от него-то я и слышала столько об этой стране. Он заразил меня мыслью о Дублине и познакомил с безумным гением Джойсом; быть может, в следующий Блумсдей мне повезет туда выбраться. Я не боялась теперь планировать свою жизнь - раньше я задумывалась лишь о том, переживу ли день, теперь же  будущее казалось мне все более оптимистичным.
Себастьян располагал к себе, очаровывал; своей речью (такой непривычной для современной Америки, но такой близкой для начитанного, образованного человека), своими манерами, историями о своем прошлом. Мне казалось, что мы перенеслись лет на 90 назад, и ощущение это мне нравилось. В прошлом веке я чувствовала бы себя комфортней, чем в нынешнем; а Себастьян словно оказался за моим столиком из-за проделок машины времени.
- Послезавтра.. Думаю, можно и встретиться. Почему бы и нет? У меня не намечается никаких важных дел. - я мельком глянула на часы. - в такое же время Вас устроит?
Это все такое формальности, думалось мне; уточнять место, дату и время, теряется все очарование встречи, но без этого никак. Случайны встречи редки, удачные случайные встречи бывают еще реже; любая повторная встреча никогда не сравнится с первой, но это не значит, что нужно прощаться навсегда. Стихи Себастьяна могут приносить каждый раз новое очарование каждому такому свиданию, и если повезет, то это станет традицией. А традиции прекрасны по-своему.
- Ну вот, Вы снова напомнили мне о моей неосторожности! - она залилась краской, снова вспомнив, что послужило причиной их знакомства.  - Но новые джинсы действительно Вам нужны. Впрочем, у меня все равно нет никаких планов, поэтому я с радостью составлю Вам компанию. - да и кофе уже выпит, а о десерте осталось только воспоминание. - Я обожаю такие магазины, Себастьян! Это вещи с историей, а не просто вышедшие с конвейера. Дома я часами могла пропадать в секонд-хэндах, старых книжных лавках или антикварных магазинах. Во всем этом больше жизни, чем в вычищенных до блеска, стеклянных и холодных торговых центрах.
Все, что кричало о богатстве, роскоши и шике, доводило меня до зубовного скрежета, напоминало об отце и наставлениях матери-светской львицы. А здесь я наконец-то могла дышать полной грудью, и жить так, как я хочу, как я могу.

игра завершена.

Отредактировано Dia Whitehead (2014-11-18 13:44:26)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Perfect strangers.