В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » не ждали.


не ждали.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://sd.uploads.ru/21pIc.gif
Лиам и Сирша
20 июля 2014г.
аэропорт города Сакраменто.

0

2

Внешний вид

http://sd.uploads.ru/oGDhW.jpg

Никто и никогда не узнает точно, когда и почему конкретно Лиам Флэнаган больше не появился в родном доме. Не за деньгами, женщинами и амбициями побежал. За этим всем, конечно тоже, в поисках себя и того, что нравилось. Но он и убегал. Убегал, когда его гнала жгущая досада и обида. Укусы совести и обида за совершённое. Словно подгонял штыками совести незримый конвой за спиной, который преследовал его годами. И эти суки за спиной где-то и сейчас. Заставили его вырастить собственные крылья и породить свой мрак в душе.
Причина всего этого позвонила вчера и написала о том, что будет в Сакраменто на следующий день. Попросила не задавать вопросов и пообещала рассказать на месте. Это даже не интригует, это озадачивает. У мисс Сирши aka Саоирсе aka Ну-И-Имечко-У-Сестренки все, вроде бы, было прекрасно и так… замужне, спокойно и толково. Чего, конечно, не скажешь о том времени, когда Биллу было 18-20 лет. Несмотря на всю свою непутевость и разгуляй-характер, старший брат в тот период обзывал подрастающую сестренку Жопой-С-Ручками. И по праву, надо сказать. Но у нее муж, буквоедушка из МИТа и белый воротничок. Интересно, буквоедушки из МИТа стали ей симпатичны после той ночи в ее 15 лет, или попозже?
Итак, Сирша должна появиться в том месте, которое, казалось, стало последним пристанищем для ее брата. И появиться, судя по всему, с проблемами. Откуда Лиам это знал? Наверное, чувствовал задницей, что первый и последний человек, к которому сестра обратится с реальными и действительно серьезными проблемами, будет он. Потому что, несмотря на всю дистанцию, выстроенную взаимной неловкостью, совестью Билла и годами вдалеке друг от друга, верить безусловно ирландец мог лишь ей. Сильнее смог бы довериться, наверное, разве что брату. Но брата у этого Флэнагана не было.
К четырем утра он закрыл ноутбук, узнав в той или иной мере достаточно о том, что могло сподвигнуть милую сестренку рвануть к нему. Значит, буквоедушка наделал лажи. Ладно, без поспешных выводов лучше всего для начала выслушать сестру. Билл прошел в ванную комнату, оглядел заросшее лицо, усталые глаза, и, махнув рукой в сторону бритвенного станка, пошел подремать до прилета сестры.
К десяти утра он был в Международном аэропорту Сакраменто. К половине одиннадцатого, с небольшим опозданием, самолет из Канады, который должен был нести его сестру, сел. Билл перемялся с ноги на ногу. Примерно даже на этом месте пять месяцев назад он встречал своего сына из Бостона, и его мать. Которых этот сраный горд едва не погубил снова. Билл одел солнцезащитные очки, чтобы спрятать усталые глаза, и полез на заднее сиденье за табличкой. Дело было далеко не в том, что он боялся не узнать сестру. Они даже виделись в течение этих всех лет, и виделись с удовольствием. Содержание таблички объясняло всю цель, с которой она была сделана. Увидев людей, покидавших выход из аэропорта, ирландец поднял табличку следующего вида:
SIROISE
SIRCHA
SORSA
SORSHE
SAOIRSE

Ну, оставалось лишь надеяться, что сестра помнит, что издевается как придурок Лиам лишь над теми, кого действительно любит.
Сирша вышла и быстро направилась в сторону него. На лице читалось все, что для нее значила эта табличка. Билл удовлетворенно улыбнулся, шагнул навстречу, сгреб Сирш в охапку и немного приподнял в воздух. Когда-то, по воле старшего брата, маленькая Эс проводила в воздухе, казалось, больше времени, чем на своих ногах.
– Рад видеть, сестренка! – взяв у нее сумку, забросил в багажник, следом кинул табличку, после чего кивнул на переднюю пассажирскую дверь, обошел машину и уселся с ней рядом, – Поиграем в интригу или расскажешь, что случилось, сразу?

+1

3

внешний вид

но волосы длинные и собраны в хвост.
http://sd.uploads.ru/sFZYr.jpg

Признаться честно, Сирша порядком нервничала, когда звонила брату и рассказывала о том, что приедет. Голос у неё был спокойный и уверенный, но в глубине души девушка с замиранием сердца прислушивалась к голосу брата: как он отреагирует на то, что она приедет, и не на пару дней, а, возможно, на долгое время? Ей не хотелось причинять неудобств, привыкшая к самостоятельной, как ей казалось, жизни, когда ты сам себе хозяин, она собиралась поддерживать этот уровень и дальше, даже когда осталась совершенно одна. Она не работала ни дня в своей жизни, но была на сто процентов уверена в том, что она не хуже своего мужа, не хуже всех этих людей вокруг, а значит, сможет справиться со всем самостоятельно. Вот только, когда она хотела забронировать номер в гостинице, ей отказали, сославшись на заблокированный счет. А так как наличными деньгами девушка пользоваться не привыкла и их у неё попросту не было... Обстоятельства сильно остудили её пыл, очень быстро показав, что её дальнейшая жизнь не будет похожа ни на одну из картин, какие она представляла себе перед сном. Чтобы купить билеты на самолет, пришлось продать дорогие часы, один из подарков мужа. Второпях, за деньги, не соответствующие ценности этих часов. Но выбора просто не было: очень много вещей ей попросту не дали забрать, дорогие побрякушки муж, оказывается тоже успел заложить.
       Усталость и страх как рукой сняло, когда девушка увидела табличку с исковерканными именем. Ей стоило огромных усилий не прибавить ходу, но улыбка говорила сама за себя: она была очень рада его видеть и ужасно соскучилась. Что бы ни произошло между ними, когда они были практически детьми, это было давно, и Сирша, желавшая во всем быть идеальной, всячески старалась не вспоминать тот эпизод своей жизни. Словно и не было его. Проблема была лишь в том, что, чем упорнее пытаешься что-то забыть, тем сложнее это сделать.

     Девушка обвила шею брата руками и прикрыла глаза на несколько секунд, потому что впервые за неделю нескончаемого кошмара, когда её привычная жизнь рушилась у неё прямо на глазах, почувствовала себя в безопасности. Он всегда её выручал, и она всегда будет ему должна. Хотя бы за учебу в Массачусетском университете, куда бы она никогда не попала без его помощи. Кто знает, как сложилась бы её жизнь, если бы он не помог ей? Не считая событий последних недель, жизнь у Сирши была замечательной. Грех жаловаться. - Ты всё такой же идиот, - бубнит она ему в шею вместо приветствия и ужасно рада, что хотя бы что-то в этом мире остается неизменным. Отпускает руки и отстраняется. Не может удержаться от того, чтобы не протянуть руку и не взъерошить ему волосы.
     - Ты решил сразу взять быка за рога, да? - девушка хмыкнула, но теперь, когда вопрос был задан, не поворачивала головы и не смотрела на Билла. С особой тщательностью пристегнула себя ремнем безопасности, открыла окно, а затем как будто решила, что открыла слишком сильно и вернула всё, как было. - Мы поссорились. Я решила уехать на какое-то время от него, пусть ему будет стыдно. Когда начнет звонить и извиняться - вернусь, - пальцы теребят край футболки и, пожалуй, только это её и выдает. Девушка выглядит расслабленной и спокойной, с интересом поглядывает на дорогу и на пейзаж за окном. Для неё признаться в том, в какой она оказалась положении - смерти подобно. Пусть даже это родной брат, но всё же они не виделись долгое время, и у него сложилось впечатление, что у неё хорошая жизнь. Такая, какая должна быть у любого порядочного человека. У всех сложилось такое впечатление, и развод, банкротство, измены - всё это настолько сильно не вписывалось в картинку её идеального мира, что даже она сама пыталась об этом не думать. Сбежала туда, где можно забыть, просто чтобы оттянуть развод и надеялась, что случится какое-то чудо. Бам! И всё вернется на свои места. Только ей даже в голову не могло придти, что Лиам может знать что-то о её ситуации. - Ты уверен, что я не помешаю? Как поживает Шейн? Почему ты не бреешься? - старается поскорее сменить тему.

+1

4

Ну, идиот не идиот, а понимать, когда ему врут, Лиам умел. Тем паче, если знал правду. Ну впрочем, да. Любой идиот, зная правду, поймет, когда ему врут. А Сирш врала. Если бы не последняя фраза, она бы еще могла оправдывать себя тем, что всего лишь рассказала часть правды. Разумеется, они поссорились с Вудом, разумеется, она от него уехала. Но тот, по её словам, факт, что она вернется, едва он попросит прощения делал сестренку Флэнагана распоследней врушкой. Никуда она не вернется, потому что там и возвращаться некуда. Проверить кредитную историю мужа единственной сестры было несложно. Узнать о его поползновениях налево – косвенно, и гораздо сложнее. Лиам на эту ложь понимающе закивал и ответил:
– Обязательно попросит, от ваших идеальных отношений убежать каждому из вас будет сложно, – сарказм в голосе практически не читался. В конце концов, тот факт, что сестренка врет – это тоже информация. А информация составляла половину профессионального мастерства Флэнагана. Правда, однажды все равно придется сознаться, но вытягивать правду Лиам не будет. Намекать на то, что лучше сознаться – с удовольствием. А требовать – не его политика. В целом, неясно, на что надеется Саоирсе, если помышляет сохранить от брата все в тайне. Ну, поживем – увидим. Биллу почему-то казалось, что для того чтобы сознаться, сестре нужна лишь обстановка, в которой она сможет пустить первую слезу.
Между тем, вопросы от сестры посыпались градом. И не сказать, что ко всем из них Лиам был готов.
– Сирша, я устал от эха в своем доме, серьезно. И комнат там достаточно. Если ты мне надоешь – вспомню последние годы и рвану куда глаза глядят, благо, у нас в стране пятьдесят штатов имеется и в половине из них я точно не был, – Билл выехал на шоссе, быстрее всего способное привести к Пэрадайс-комплексу, – Шейн поживает хорошо. Я даже рад, что он снова в Бостоне. Новая Англия для ребенка лучше, чем Калифорния, где его и его мать хотят убить из-за меня. Но я не сильно хочу обсуждать это. А вот с последним вопросом ты откровенно охренела и бестактна, сестренка. Я бреюсь. Но не всегда. Она растет… – Лиам почесал бороду, – …Быстрее, чем у меня возникает желание побриться.
Дальнейшая беседа прошла во вполне свойственным близким родственникам вопросам и ответам, которые, в основном, упирались в Билла, который очень даже понимал, зачем сестра выстраивает общение таким образом, чтобы избегать вопросов в свою сторону. В некотором роде это забавляло Лиама, который с самого начала относился к мужу Сирш несколько снисходительно. Возможно, даже, спесиво. Ну, брат он и есть брат. И, кстати говоря, Билл не видел в ситуации ничего страшного. Ничего с Сиршей не случится ужасного. В конце концов, пока жив он сам. А этот вопрос несколько улажен в том, что Флэнаган сейчас находился на глубоком дне, чтобы не отсвечивать недоброжелателям. Ну и та мясорубка, которую они с Монтанелли устроили колумбийцам в ангаре, сыграла на руку. Мясников и убийц боятся. И в этом плане скелеты в шкафу Флэнагана пострашнее скелетиков сестренки.
Подъехав к дому и высадив спутницу, а по совместительству любимую сестру и вообще, Билл решил убить двух зайцев следующим заявлением:
– Сирш, в мои дела ты никогда не лезла, но что там все не вполне чисто знала и ты, и семья. Мама с отцом не осуждали и не спрашивали, и я благодарен им обоим. Но тебе должен сказать, поскольку в ближайшее время ты будешь около меня, и должна быть готова к тому, чему можешь стать свидетелем, пусть и ненароком, – Лиам с детской непосредственностью почесал затылок, словно хотел рассказать что-то будничное, – Помнишь громкое дело со снятием конгрессмена от Массачусетса с поста и скандалом вокруг этого в апреле 2012-го? Высокооплачиваемая работа в организации политического саботажа в том числе. Накопал такого грязного белья на человека, которое усиленно пряталось, что пришлось из Бостона валить в спешке. Сюда. Не хвастаюсь, просто чтобы не было недомолвок. Все равно твои показания против меня в двух третях штатов не играют роли, ты сестра.
О нарытой информации было сказано с намеком. Намеком, который Сирше следовало учесть и еще раз поразмыслить о том, зачем она обманывает брата, от которого кроме помощи ждать нечего. Лиам учтиво открыл дверь и впустил сестру в дом.

0

5

Все люди разные, и счастье у всех разное, ровно как и причины, которые могут ввести в ужас или ступор. Для кого-то развод - нечто повседневное, что происходит каждый день и к чему люди привыкли. Никто не будет осуждать тебя за то, что вы с человеком оказались разными, не сошлись характерами, что у вас, оказывается, совсем разные дороги. Скорее всего, никто не будет осуждать тебя за то, что твой муж тебе изменял, а ты месяц за месяцем ничего не замечала. Может он просто так умело всё скрывал? Может поводов не было, а может любовь, потому что она там была, есть и еще какое-то время будет, ослепила и не дала увидеть очевидного? Короче, многие вещи, которые для обычного человека были естественными и обычными, воспринимались Сиршей совсем иначе. Маленькое счастье человека, состоящее в хорошем, любящем муже, в теплом доме, который вызывал бы восхищение у соседей и чудных детках. Ничего сверхъестественного, но всё равно всё вышло не так, как она хотела. И, конечно, стыдно признать, но она даже не разговаривала с мужем. Не обсуждала с ним развод, и, даже более того, была твердо намерена не обсуждать эту тему ни с ним, ни с кем бы то ни было еще. Пускай он остается там, дома, в Канаде, но развод она ему не даст. Ей почему-то казалось, что в момент, когда она снимет кольцо с пальца, пути назад уже не будет. И она станет окончательно никчемной, ненужной, без возможностей и без надежд. Да что уж там... Ляжет прямо на месте и погибнет в тот самый момент, когда кольцо покинет своё законное место на тонком пальчике. Никакие разумные доводы она слышать не хотела. От себя в том числе.
       - Идеальных? Ты думаешь? - на миг она расплывается в счастливой, удовлетворенной, а самое главное, искренней улыбке. Вот видите? Это именно то, о чем она думает. И-де-аль-ной. Кем нужно быть, чтобы разрушить эти отношения? Кем нужно быть, что не суметь их сохранить? Это и её вина тоже.
       Она так любит, когда хвалят вещи, которые ей нравятся и которыми она гордится, что в какой-то момент успевает забыть о том, что всё это давно исчезло. И когда эта мысль доходит до сознания, улыбка на её лице всё такая же счастливая и довольная. И-де-аль-ная. Слышишь? Цепляйся за это. Она проводит пальцем по красивому колечку из белого золота, которое она так любит и снова отворачивается к окну. Всё же, не такая искусная актриса, чтобы играть совсем без передышек.

       - Оу? Сирша, правда? Значит ты, всё-таки, не забыл как оно произносится, - сама не знает, почему прицепилась к своему имени, хотя он и не дразнит её уже. Но, наверное, сильно соскучилась и готова цепляться к любой фразе и к любому слову, лишь бы в максимально короткий срок заполнить тот пробел общения, который они успели нагулять. - Уедешь, а я буду слушать это твоё эхо в доме, да? Замечательно, - хмыкает и с удовольствием отмечает, что может быть веселой и довольной жизнью, хотя и не рассчитывала на такие эмоции от себя в ближашие... в ближайшее время.
       Открывает рот, собираясь рассказать о том, что Томас вот у неё бреется каждый день. А затем так же благополучно рот закрывает, решая лишний раз не нарываться. Ни на разговоры о муже, ни на собственную истерику с соплями, слезами и всем прочим, что обычно сопровождает истерику. И вообще, стоит для разнообразия подумать о чем-то кроме мужа. Но, пожалуй, это был тот самый пресловутый случай с вилкой. Когда ты живешь-живешь, и думать не думаешь о вилке. И стоит только какому-нибудь подонку запретить тебе пользоваться вилкой, как всё, на ней свет клином сойдет. И муж был для Сирши сейчас как раз такой вот вилкой. - Я скучаю по Шейну, он славный, - ограничивается лишь замечанием по поводу любимого племянника, и старательно пытается не думать о "его и его мать хотят убить из-за меня". Потому что в некоторые вещи, наверное, лезть не стоит. Для собственного же спокойствия, как бы это ни было эгоистично.

       Девушка слушала брата молча, внимательно за ним наблюдая и, на самом деле, ощущая довольно сильное чувство благодарности за то, что он с ней поделился. Потому что, да, не чисто, и все догадывались. Начиная даже с того момента, когда он, будучи всего на пару лет старше, умудрился оплатить ей учебу, а стоило она не мало.
       - Но это же было давно, да? До сих пор может что-то случится? - спрашивает аккуратно, как будто по минному полю идет и боится зайти куда-то слишком далеко, ступить туда, куда наступать нельзя. В конце концов, пользоваться внезапной вспышкой его откровенности тоже... не красиво? И, конечно же, подумала о том, что брат умеет находить информацию. Умеет. И не дай Бог искал что-то по её поводу. Сирше хочется остановиться самой, остановить брата и несколько минут минимум внимательно его разглядывать, лицо, глаза, приглядываться даже к мелким морщинкам, пытаясь догадаться, насколько много он знает. Но, конечно же, не спросить. Самый легкий и самый очевидный способ узнать, что ей хотелось узнать, она даже не рассматривала. - А если бы имели? Показания. Роль. - спрашивает, наверное, чересчур резко, немного задетая. Он намекает на то, что она стучать на него будет, что ли?

       Она разувается, а затем проходит по дому с несколько деловитым видом, всё внимательно осматривая и оглядывая. Она предполагает, как живут одинокие мужчины, и вознамерилась сделать всё, чтобы её прибывание осталось в памяти брата надолго. Откормить, облагородить, всё привести в совершенный, идеальный порядок, холить, лелеять и всё в таком духе. Чем бы дитя не тешилось, что называется. - А в холодильнике эхо тебя, я смотрю, не особо смущает, да, братец? - интересуется она после того, как самым наглым образом наводит там ревизию. И смотрит на Лиама лукаво, то ли забавляясь, то ли укоряя. - Где я буду спать? А сам где ты спишь? Покажи мне всё, я уже ничего не помню, - да, вы не ослышались, это был командный тон.

+1

6

Офф, мы тут

http://sacramentolife.ru/viewtopic.php?id=5247#p360066

Конечно, было странно поделиться с Сиршей тем, чем он поделился, еще странней было бы продолжать рассказывать ей обо всем этом. Нет уж, Флэнаган, который однажды узнает все о Лиаме, будет один, и только тогда, когда будет готов. И этот Флэнаган носит имя Шейн.
– Если ты на свою очаровательную попку неприятностей искать не будешь, ничего не случится. Из-за бостонского сенатора – точно нет, – Лиам несколько осекся, соображая. В таком тоне вообще разговаривают с сестрами или нет? В смысле, почти гастрономически и по-мужски упоминая части тела. Наверное, нет. Но Биллу простительно – Билл от сестры в свое время убежал, и в принципе в эмоциональном и эмоционально-тактичном плане несколько контужен. Опасался лишь, что факт его фривольно брошенной фразочки смутит сестру. Но, вроде, не смутил. Ирландец ощутил себя нашкодившим пацаном, который знает, что что-то делать нельзя. Но делает. Не факт, что это вырвалось у него ненароком.
А вот на упоминание о показаниях, Сирш, кажется, даже обиделась. По крайней мере, уставилась на него с вызовом. Билл, в целом, не считал, что родной человек стал бы делать ему дурно, используя информацию о его темных делишках, сказал это просто так, потому что держал в голове, как и много других условностей уголовно-процессуальных взаимоотношений участников судебного процесса. Лиам бросил ключи на столик.
– Если бы ты дала против меня показания, я бы рассказал маме, где ты прятала травку в свои пятнадцать, – ирландец широко и самодовольно улыбнулся, представив это, – Ах да, она же была в курсе. Ну хорошо, больше мне нечего рассказать ей такого, что навлекло бы на тебя родительский гнев.
Внутренний голос на это отреагировал живо.
– Вообще-то есть, Билли…
– Пшел вон!

Лиам смотрел на сестру как на кошку, которая самостоятельно проводит инспекцию в хозяйском доме, вернувшись с прогулки. Пошла все проверять… Вроде в спальне женского белья никто не оставил, а то мало ли. На фразу об эхе в холодильнике Билл, уже направившийся с сумкой Сорши на плече к лестнице на второй этаж, обернулся, округлил глаза до размера разгневанных блюдец, быстрыми шагами двинулся к кухне, громогласно вопрошая на ходу:
– ПИВО КОНЧИЛОСЬ? – но пиво в холодильнике было, и катастрофы не произошло, – Не пугай так, сис. Пошли, покажу тебе спальню. Твою.
Опять эти полуколкие полуфразы. Дошкодишься, Флэнаган, и снова будет стыдно. Впрочем, до самого момента «стыдно» Лиам редко осознавал, как будет стыдно. Отношение к сестре во многом было покрыто тем фактом, который гнал Билла тринадцать лет назад из отчего дома, но этот факт тревожил его, пока она была не рядом. Сейчас, когда обстоятельства свели их в непосредственную локальную близость снова, Билл растерял чувство вины таким явным, каким оно было ранее. Да и время показало, что что-то остается в детстве. А из детства прорастает лишь в характер. У него – проросло. И неясно, каких любимых черт характера он сейчас был бы лишен, не будь той ночи с сестрой. Не то чтобы вина совсем ушла. Она перестала грызть давно, и сейчас не грызла, когда сестра шла рядом. А ожидал, что сожрет.
– Там сплю я, – Лиам кивнул вбок, прошел некое подобие гостиной с диванчиком, которая разделяла его спальню от гостевой, – Тут будешь ты. Освоишься, думаю, быстро.
Флэнаган поставил сумку у кровати, проведя сестру в спальню.
– В конце концов, твой приезд можно отпраздновать, – ирландец провел Сиршу на застекленную веранду второго этажа, на которую выходила её спальня, – Два года назад этот дом вследствие кризиса стоил в два с половиной раза дешевле. Наверное, неплохо вложился… – похвалить себя ирландец любил, – Да, отпраздновать. Наверное, глупо будет заказывать пиццу, когда можно поэксплуатировать женщину, правда? Что приготовишь? Составь список, я съезжу за продуктами. И за пивом, а то правда кончится неожиданно.

+1

7

Слышать оценку своей попки от мужчины - приятно, если это, разумеется, лестная оценка. Слышать от брата - странно. Сирша лишь на мгновение вскидывает брови, но решает, что лучше ей будет пропустить эту реплику без каких-либо комментариев. - Хорошо, - максимально спокойно произносит девушка, удовлетворенная смыслом, который эта фраза несла: они в безопасности, ничего плохого не случится.
       Упоминание травки заставляет девушку закатить глаза, а затем строго зыркнуть на брата. Она уже успела отвыкнуть от людей, которые знают её настолько хорошо. Ну или, знают ту часть её истории, которой она стыдилась, и которую не хотела никому показывать. За все эти годы она уже успела превратиться в приличную девушку, воспитанную, вежливую, которая бегает по утрам и ведет правильный образ жизни, не курит, не принимает даже легкие наркотики, а пьет только по праздникам. Она была не уверена, является ли она этой девушкой на самом деле, но этот образ ей нравился, он ей шел и подходил. Никак по-другому она себя не видела. Поэтому всякие такие подколы - как чем-то тяжелым по голове. Вздрагиваешь и озираешь, в первый миг даже понять не можешь, откуда это ощущение, и как у кого-то вышло выбить почву из под ног.
       С другой стороны, в такой компании можно было попробовать "ослабить галстук", дать себе воздуха, сделать то, что хотелось, но не было возможности. Потому что стесняться некого.
       Сирша ухмыляется, когда Билл говорит про то, что скрывать ей больше нечего. Ей нечего. Им нечего. На долю секунды девушка позволяет улыбке стать самодовольной, потому что не у всех хватает смелости сделать что-то, чего действительно хочется, если это запрещено и презирается абсолютно всеми вокруг. Даже отъявленными негодяями. Вопрос стоит в том, как человек смотрит на ситуацию. И когда эти мысли мелькают в голове девушки, когда она замечает, что именно означает растянутые в ухмылке губы, она тут же становится серьезной, отворачивается и даже хмурится, потому что её взгляды должны были измениться. Должны были, черт побери! Но почему-то не менялись...
       
       - Действительно. Что же ты будешь делать, если кончится пиво... - лукаво произносит она. Разглядывает банку и словно в чем-то сомневается. Затем вдруг протягивает руку и берет одну баночку, открывает её, наслаждаясь характерным пшиком. А потом поднимает и демонстративно, чтобы брат видел, делает глоток. Берегись, Лиам, твои запасы в опасности!
       От такого явного намека, на чью спальню они идут смотреть, Сирше уже откровенно хочется двинуть брата. Не сильно, но ощутимо. Чтобы прекратил задирать её. И еще, наверное, от собственного разочарования. Могла ли она ожидать, что её такие намеки будут забавлять, а не расстраивать или раздражать. Они, блин, тешат её самолюбие, и хоть головой о стену бейся, ничего не меняется. Что за голова такая глупая! - Как замечательно, что я знаю теперь, где спишь ты, - фыркает она, и тут уже испытывает желание двинуть саму себя. Так что, пока брат не застал её за избиением собственной же тушки, поспешно ретируется в комнату, якобы чтобы посмотреть и в какой-нибудь угол притулить чемодан.

      - А я переживала, что я доставлю тебе неудобства. Ты с самого начала знал, что будешь меня эксплуатировать! - деланно возмущается Сирша. Черт побери, в любой другой семье это звучало бы нормально, а не так отвратительно двусмысленно. Это всё Билл виноват. Он первый начал... - Но я не против. На самом деле, готовлю я намного лучше, чем ты мог это запомнить, так что выбирай сам, а я... - она щурится, вдруг понимая, что список ей всё равно придется составить. Мужчины. - А я напишу, да.
   
       Когда брат уходит, Сирша наконец может пройтись по дому и хорошенько его разглядеть. Он более навороченный и современный, совсем не похож на тот дом, в котором они жили с мужем. Но это не отменяло того факта, что дом этот девушке ужасно нравился. А когда она увидела бассейн... То всё. Несмотря на большой, красивый дом там, в Канаде, бассейна у них не было, а ирландка страсть как любила поплавать. И неизвестно, когда там вернется Лиам.
       Купальника с собой у неё, как ни странно, не было, так что пришлось одеть простое темное белье, которое, при должном уровне фантазии, вполне могло сойти за купальник. И в бассейн! Он был не очень большим, но для плескания в самый раз. И Сирше казалось, что она весь день может вот так плескаться. Время пролетело быстро, она оглянуться не успела, как услышала подъезжающую машину. Подплыла к самому краю и затаилась, окунулась настолько глубоко, насколько могла, только нос и глаза из воды торчат, совсем близко к краю. Сирша надеялась, что Лиам её не заметит, и когда придет, она сможет его обрызгать.

+1

8

Маркет недалеко от жилого комплекса редко мог наблюдать Флэнагана со списком в руках. Обычно он шел и сваливал в тележку то, что, судя по всему, было нужно. А тут… Список сестры отличался систематичностью. Видимо, склонность к подсознательной точности у них в крови. Вот только проявляется в разных сферах. Но сестра молодцом. Несмотря на все ее проблемы, которые она еще и скрывать пытается. Но на то он и старший брат, пусть и не являющийся примером и моральным компасом. Чтобы оградить ее от проблем, когда она этого хочет. А по иной причине, пусть и скрывая это от себя самой, она и не приехала бы. Ирландец, так или иначе готовивший себе и сам, с трудом понимал, что сестренка надумала приготовить. Видимо, спектр ее способностей на кухне действительно стал шире, чем он предполагал.
Пиво он брать не стал, достаточно было. А вот вино в тележку положил. Дома более-менее нормальных напитков что-то последнее время не задерживалось.
Путь назад был таким же безмятежным, как и в магазин, прошел без малого час. Затащив продукты на кухню, Лиам рассовал в холодильник скоропортящееся, вино убрал в ящик навесного шкафа и поозирался в поисках Сирши.
– Сиииис!.. – молчание в ответ заставило его нахмуриться. В последние месяцы были события, которые вполне могли заставить его нервничать по поводу странных появлений и исчезновений. С одной стороны, все, казалось бы, недоброжелатели были уничтожены там, на заброшенном аэродроме, без свидетелей, но с другой – можно ли было надеяться на это так, как надеялся он?
Билл дал волю паранойи и метнулся на второй этаж, в свою спальню. Там он приподнял матрас, небрежно и резко сдвинув его с кровати, вытащил из-под него ствол, дослал патрон в ствол и заправил за ремень брюк, прикрыв пиджаком. После, подумав, зашел в спальню сестры, осмотрел её и пошел к лестнице. Сбегая по ней вниз, он снял солнцезащитные очки, бросив их на полку уже на первом этаже. Если они у него еще и сестру заберут, вслед за женщиной и полноценным общением и времяпрепровождением с сыном, будет совсем нехорошо. И совсем неправильно.
– Сирша! – Лиам обошел комнаты и на первом этаже, держа руку на рукоятке «глока» за пиджаком. Когда-то в тренировках у него получалось достать пистолет, взвести курок и прицелиться за две без четверти секунды. Сейчас, конечно, форму потерял, но фору дать мог некоторым быкам, мнящим из себя невесть что, едва получают в руки ствол.
Молчание.  По всему дому молчание. Записки нет. Билл достал телефон и позвонил. Трубка сестры зазвонила на столике в гостиной. Лиам напряженно положил свою рядом и скинул вызов на телефоне Сирш. Мало поводов терять голову из-за того, что ее нет там, где она оставалась, но и бдительности старший брат Жопы-С-Ручками терять не умел.
Флэнаган вышел во двор, Саоирсе там не было. В бассейне тоже никто не плавал, вода была относительно спокойной, пара лежаков, пустые, стояли у самого края. Ирландец выругался и почесал бороду. Прошел мимо лежаков, размышляя о том, где еще можно искать сестру, не убирая руку с рукоятки «глока». В этот момент стена брызг окатила его с ног до головы. Билл изогнулся, попытавшись увернуться от следующей, выпрямился, и пистолет вывалился из-за пояса, звонко лязгнув по каменному покрытию у бассейна. Сестра безмятежно улыбалась, пока не увидела это.
– Блин, Сирша… – Флэнаган поднял пистолет, дернул затвор, досланная в ствол пуля вылетела из бокового отверстия ствольной коробки, ловко поймал ее и поставил на предохранитель. После этого заметил взгляд, которым сестра сопроводила эти его действия, – У каждого из нас свои секреты. Я твои щупать при тебе не стал.
Билл оглядел сестру еще раз, обратив внимание, что купальник ей заменяло темное белье, и пошел в дом. Там он дошел до кабинета и сунул ствол в сейф, зарекшись больше провоцировать свою паранойю и спать с ним под матрасом. По крайней мере, второго, лежавшего в тумбочке спальни, может быть достаточно. Усевшись в кресло в гостиной, спиной к выходу на задний двор и бассейн, ирландец скинул пиджак и откинул голову, называя себя идиотом. Когда за спиной послышались шаги босых ног, он просто пробурчал, но так, чтобы сестра слышала:
– В этом доме безопасно, Сирш. А все, что может быть тут неприятного и жуткого, – он постучал себе по виску, – Оно тут. И да, тебе нужен купальник, это Калифорния.

0

9

.
       Перед тем как выйти к бассейну, брат успел оббегать весь дом, и как показалось девушке, делал он это чуть более беспокойно, чем требовала ситуация. В смысле... Часто ли видите человека, который почти в панике мечется по дому, потому что не может в нём найти другого человека, который был там пятнадцать минут назад? В смысле... Она же могла и выйти, в конце концов. Зачем-то.
       Но с другой стороны, Лиам сам виноват. Купил себе такие огромные короны, пока оббежишь все комнаты, целая вечность пройдет. Вот было бы три комнаты, так на их обход потребовалось бы меньше минуты. И никакой паники.

       Да, у Сирши получилось его напугать. Но широкая, довольная улыбка исчезла с лица в тот же момент, как на пол упало что-то черное, оказавшееся, при ближайшем рассмотрении, пистолетом. Девушка перевела взгляд наверх, на лицо брата, чувствуя, как становится очень холодно. И дело было не в воде, которая была теплой. Как и не в погоде, которая оставалась такой же жаркой, как пару минут назад.
       Еще мрачнее Сирша стала, когда брат показал, насколько легко и умело он может обращаться с пистолетом. То есть, это не просто оружие, которое хранится в ящик рядом с кроватью, на случай обороты, на случай грабителя и "авось попаду, авось нет, но хотя бы напугаю". Лиам точно знал, как им пользоваться. У Оливера тоже был пистолет, но намного больше было ружей, всякие разные, он их коллекционировал. Любил хвастаться некоторыми, мол, вот таким можно стрельнуть в зайца, так от него останется только мокрое пятно, обрывки шкуры вокруг мокрого места. И Сирша никогда не прибывала в восторги от такого хобби мужа. Не была в восторге и от пистолета Билла.
      - Какие секреты, о чем ты? - чуть дрожащим от волнения голосом, спросила девушка. Ей опять стало обидно, будто Лиам обвинял её в чем-то, в чем (она это знала точно) она виновата не была. Она же не знала, что безобидная, как ей казалось, шутка, может вылиться в "прощупывание" его секретов.

       Девушка вылезла из бассейна, всё еще чувствуя неприятный холод и еще почему-то стыд. Взяла с лежака одеяло, начала вытираться, при этом лицо не покидало выражение задумчивости и расстройства. Вытиралась, пожалуй, тщательнее, чем нужно было, но тем самым она выигрывала себе время на размышления. Хотела, чтобы мысли были в порядке перед тем, как она зайдет в дом и снова столкнется с братом.
       Насколько хорошо она его знала? Насколько сильно они успели отдалиться друг от друга за последние несколько лет? Он всё так же шутил и нарочно коверкал её имя, выглядел так же, разве что на лице прибавилось морщин. Но остальное? Сирше теперь казалось, что брата она своего не знала совершенно. И уж точно их дом не покидал парень, хватающийся за пистолет в любой слегка непонятной ситуации.

       Сирша остановилась, словно бы разглядывая затылок брата и кусок спина, который был виден над креслом. Несколько секунд стояла в нерешительности, всё еще не зная, что говорить, что думать, а самое главное, что делать. В конце концов, она решила довериться своей интуиции. Приблизилась к нему сзади (хотя теперь уже сомневалась в том, что приближаться к брату со спины - хорошая идея) и наклонилась, обнимая за шею. Подбородком она уперлась ему в плечо, и, наверное, была влажной, холодной, но как-то было плевать на это.
       - Ты в порядке? Извини меня, ладно? Я не хотела щупать никакие твои секреты, - ей почему-то нравилось слово "щупать". Она зацепилась сознанием за это слово, когда его произнес Лиам, и теперь готова была повторить его еще раз десять, пока не надоест.

       - Жить в Калифорнии и не иметь купальника - дурной тон, да? - уже чуть веселее поинтересовалась она, отстраняясь, и немного радуясь тому факту, что замоталась в своё полотенце. Честное слово, находится рядом с Лиамом в одном нижнем белье ей было неуютно.
       - Я пойду переоденусь. Ты всё купил? Сумку разобрал? Мне надо, чтобы ты почистил пару картофелин, - раскомандовалась она, уже направляясь в свою комнату.

0

10

Она была не виновата, ни в чем, абсолютно. Сирша – девочка, которая хотела тепла и уюта, став взрослой, а получила встряску. Захотев оправдать свое желание тепла около брата, запутавшись в поисках рядом с мужем, она получила вот такую беготню по дому с пистолетом. Естественно, сестра была напугана, естественно, она ничего не понимала, и вот в этом уже был виноват сам Лиам.
Когда на его плечо лег подбородок сестры, Билл ощутил себя в том состоянии, которое должен был дать сестре сам. Поддержку. Радовало то, что шанс исправить все у него еще был.
– Ты можешь узнать все, что хочешь. Я не намерен скрывать от тебя то, что точно не навредит тебе, – Флэнаган повернулся и чмокнул сестру в щеку, поймав каплю воды губами, – Спрашивай аккуратно, но спрашивай.
Лиам уловил, как сестра просмаковала слово «щупать». Да, в его натуре всегда было эпатировать своей речью, придавая безобидным вещам сочные метафоры. И Сирша это заметила. Заметила и не оставила без внимания. И ему это понравилось. Так же понравилось, как щекотать её искренность. Еще одно такое слово. «Щекотать». Краем глаза Билл зафиксировал, что сестренка замоталась полотенцем. А ведь рассмотреть ее там, в бассейне, он не удосужился. Исключительно ради академического интереса. Например, чтобы знать, как быстро срываться и ехать, если Сирша позвонит и скажет, что к ней пристают после того, как выйдет на улицу в юбке, более короткой, чем обычно. А это зависит от того, насколько жадно ее мужики могут взглядами жрать. Сейчас ему казалось, что жрать там есть чего.
Плохой, плохой брат, испорченный и неправильный…
– А ты купаться всегда планируешь в белье? – нельзя сказать, что ему эта мысль тоже не нравилась, поэтому Лиам улыбнулся, снова уколов ее в щеку щетиной, – Все, что надо купил, сумки разберу. Картофель? Ну мааааааааам… Ладно, ладно, почищу.
Саоирсе пошлепала босыми ногами по полу, на звук чего Билл заинтересованно развернулся и проводил ее взглядом до лестницы. Когда ноги сестры стали подниматься по лестнице, он между делом предложил:
– И я могу помочь тебе выбрать подходящее бикини…
Сестра скрылась на втором этаже.
Билл вздохнул, нахмурил лоб, прогнал мысли о том, какой она красивой была в пятнадцать, и что  этом его отношении к ней мало что изменилось, и пошел в кухню, закатывая рукава рубашки. Взял нож для чистки картофеля, быстро справился с двумя картофелинами, глянул в сторону лестницы, сестра не спускалась. Почистил на всякий случай еще одну картофелину, сполоснул руки и уселся за кухонную стойку. Только сейчас вспомнив, что пакеты он не разложил, Билл взялся за это дело. Составив все в холодильник, он взял оттуда бутылку пива, открыл, потянулся за бутылкой вина, открыл пустующий бар, и уже хотел поставить её туда, делая первый глоток пива. За таким занятием его и застала внезапно появившаяся в проходе кухни Сирша.
Флэнаган неловко проглотил пиво и буркнул:
– Привет! А еще я вина взял, – Лиам надел на себя выражение лица «я не алкаш», но взгляд сестры, сознательно или нет, был суровым, – И картошку почистил. Три…
Когда Саоирсе прошла к стойке и оценила дело рук его, Билл самодовольно улыбался.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » не ждали.