Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » You're My Heart, You're My Soul


You're My Heart, You're My Soul

Сообщений 41 страница 60 из 64

41

Ну что ж, начнем вспоминать события минувших трех недель? Ничего сверхъестественного не произошло, на чем можно было бы поставить акцент. Хотя то, что за эти три недели Маттео и Арманд по умолчанию стали практически полноценной парочкой, имело ценность в простом и непримечательном бытие. Никто о них не прознал, парни были отличными конспираторами. Целовашки и обнимашки в поместье стали своего рода табу, так как не один ни другой не хотели раньше времени отправиться на тот свет. Держать свою страсть в узде занятие не для слабых духом, поэтому каждый раз переступая порог родительского дома и оказываясь с телохранителем на нейтральной территории, Маттео и Арманд будто бы с цепи срывались, уподобляясь своим низменным порывам. С мужчиной Матти вел себя куда более раскрепощенно, чем он делал это раньше. Казалось, что мальчишка всеми возможными способами и действиями пытается соблазнить Контарини, так чтобы их отношения наконец достигли своего апогея и перешли на новый уровень. Но Арманд упорно придерживался позиции правильного мужика, который из принципа и моральных устоев не желал совращать несовершеннолетнего. Прямого отказа от него никогда не следовало, и это его оттягивание резины, хождение вокруг да около, откровенное издевательство над пылким юношеским сердцем доводили Маттео до отчаяния. Мозгами парень все прекрасно понимал, и знал, что Арманд не хочет преждевременно испортить, опорочить вроде бы еще невинное создание, за чью задницу отец готов хоть армию лучших бойцов снарядить, чтобы те отстаивали честь и гордость будущего дона. Но желание никуда не девалось, и день ото дня Корелли-младшему все сложнее было получать от Арманда лишь пару сладких поцелуев, которые вскруживая голову, доводили до состояния собачьего голода. Это как если бы перед вами поставили миску с вкусным горячим попкорном, но разрешено вам взять лишь парочку кукурузных комочков, а всю миску нельзя. То есть - вот он объект, но завладеть им в целом запрещено. Поэтому Матт приходилось перебиваться лишь редкими ласками, от которых его сердце каждый раз выпрыгивало из груди.
В школе Корелли вел себя как обычно. Учеба была по-прежнему ему не интересна, поэтому сон за задней партой никто не отменил. Стычки с другими ребятами больше не были для малолетнего гангстера делом первой значимости. Но и дать какому-нибудь козлу меж глаз все еще было не последней забавой в простой и незаурядной школьной жизни. Единственным уроком к которому Матти проявлял интерес и участие была физкультура. Там он был номером один по сдаче нормативов, а секция по восточным единоборствам даже предложила ему роль капитана команды. Конечно же от парнишки последовал отказ, так как забивать себе голову делами целой секции было весьма муторным занятием. Да и времени свободного у Маттео было кот наплакал. Дополнительные занятия по бизнес менеджменту и социологии, на которых настоял дон Леонардо, стали для Корелли-младшего той еще занозой в заднице. Тут никак нельзя было открутиться и приходилось напрягать извилины. Да-да, Маттео учился, и делал это весьма недурно. Все же характер и таланты отца передались мальчишке по крови. А кроме обычной учебы, школа также была тем местом, где Матти мог пообщаться с друзьями. Часть его компании была из той же золотой молодежи, как и он. Детки богатых родителей имели общие темы для разговоров, а также схожие интересы. Друг Маттео, который всячески наставлял его в области гомосексуальных отношений был сыном одного крупного магната. Знал бы он, что его отпрыск переспал с половиной его компаньонов, получил бы инфаркт.
- Крис, я не могу понять, почему он так боится переспать со мной. Какая разница - семнадцать мне или восемнадцать?! Ведь когда мне исполнится восемнадцать, я не вырасту вдруг и никак не изменюсь. Просто по факту стану практически совершеннолетним. Это бред! - распинался Матти перед другом на заднем дворе школы, когда они оба смылись с последнего урока. Кристофер был для Корелли своего рода профессором гей-сексологии, личным гуру и просветителем. Парень в свои семнадцать лет имел такой послужной список партнеров, что всех их вместе взятых можно было неплохо засудить и отмыть не хилый капитал за растление несовершеннолетнего. Но кажется у Криса были другие мотивы и занимаясь сексом со старшими партнерами, он самоутверждался.
- Он бережет тебя, твою сладенькую задницу, друг мой. Он думает, что причинит тебе боль в твой первый раз. Хотя в нашем случае, когда даешь свой персик на съедение, нужно в первую очередь самому позаботиться о подготовке. Хочешь трах без приключений - будь добр наведи в себе порядок, целочка! - в отличии от Маттео, у Криса уже во всех отношениях проявлялись те неподдельные качества и повадки, которые были присущи геям-сучкам. Крис был той еще манерной сукой, чей язык иногда хотелось вырвать с корнем и запихнуть в его раздолбанный зад.
- Боится? Блин, да он так вечно будет бояться! Нет, мне кажется дело все-таки в его старперской принципиальности. Как-будто я побегу после секса с ним в первый попавшийся полицейский участок, чтобы сообщить об изнасиловании! - Маттео достал с кармана прибереженный косяк с марихуаной и они на пару с Крисом принялись его медленно раскуривать, тихо посмеиваясь и обдолбанно улыбаясь.
- Возьми его напором, если так не терпится. Он тебя к себе домой уже возил?
- Еще нет, - надув губки протянул Матти, сидя на траве и подпирая спиной школьную стену.
- Даже минет не делали? - у Криса округлились глаза и он чуть не завалился на друга. Маттео убрал его удивленный фейс от своего и пожал плечами немного скривившись.
- Фу, я на такое пока не подписывался, - в голосе Корелли улавливалось смущение.
- Ну, братишка, тут ты не прав. Это же кайф! Конечно, херово, когда у парня сперма по вкусу напоминает протухшую рыбу и по запаху тоже, но...
- Заткнись! Фу! - Маттео закашлялся от затяжки и начал судорожно ржать.
- Но это все равно кайф, брать у кого-то в рот. Такой большой, горячий, твердый...- Крис отобрал у Маттео косяк и затянулся в последний раз, выбрасывая окурок куда-то в сторону. Кажется от одних только слов друг готов был кончить на месте. После выкуренной травки в паху предательски отозвалась эрекция и Матти поджав ноги к животу, тихонько взвыл.
- Что, стояк? У меня тоже. Можно было бы подрочить друг другу, только через пару минут звонок, мать его так. А вообще, если ты хочешь...- Крис тесно прижался к Маттео и горячо шепнул ему пошлости на ухо, в которых выражал свое пылкое желание отсосать лучшему другу где-нибудь в школьной кладовке. Кто знает, может быть Маттео и согласился бы, но тут реально прозвенел звонок и из-за угла повалила толпа школьников. Пришлось тут же подорваться и сделать вид, что они с Крисом просто дурачились все это время.
- В следующий раз, друг. Возможно. А сейчас мне уже нужно бежать. - обнимая Криса за плечи и идя к воротам школы проговорил Матти, на ходу ероша кудрявую копну друга.
- Беги к нему, целочка. И лучше, пусть он тебе это сделает. - нравоучительно ответил Кристофер и ущипнув Маттео за задницу быстро убежал к выходу. По дороге кудрявый заметил Арманда на дереве, и игриво ему подмигнул. Сам же Корелли шел к воротам не спеша и слегка скованно. В голове все еще стоял разговор с Крисом, а еще в штанах как на зло не отпускало. Увидев Арманда на дереве, который не весть как туда забрался, подросток лишь присвистнул и поправив лямку рюкзака, пошел к машине.
- Слезай, Тарзан! - окликнул Матти телохранителя не оборачиваясь.

+1

42

К счастью, Маттео добрался до дерева, на котором сидел Арманд, в гордом одиночестве и хорошо, что за ним не тащилась толпа из его одноклассников. Была уже однажды ситуация, что пока блондин ждал своего подопечного, его облепила стайка девушек, каждая из которых отчаянно желала познакомиться и уточняла, как часто Контарини бывает в пределах школы. Надо было видеть мордашку Маттео, когда он возвращался с уроков с кем-то из своих друзей и тут его взору предстала небольшая толпа, а в ее центре Арманд.
Тогда телохранитель подумал, что от этих несчастных ничего не останется, поскольку разъяренный парнишка разогнал девушек практически в мгновение ока и долго потом выговаривал Контарини, который только глазами беспомощно хлопал, о том, что какого черта он ждет его не в машине, а на улице, да еще и кокетничает с малолетками. На что блондин тоже молчать не стал и ответил ему в свое манере, что он не собирается отсиживать себе задницу в автомобиле. Корелли-младший же высказывался вплоть до того, как Арманд практически силой затолкал его в автомобиль, где попросту заткнул ему рот страстным поцелуем. В тот момент инцидент вроде бы был исчерпан.
А сейчас Контарини почти что спрятался в густой листве дерева, чтобы ему лишний раз не говорили о том, где ему нужно ждать своего охраняемого, однако Маттео все-таки заметил , окликнул, чтобы тот слезал и выбирался из своего укрытия. Он просто прошел мимо, даже не посмотрев на блондина, на что тот нахмурился, прищуриваясь и внимательно смотря в спину Корелли. Походка у него была нетвердой, и в мысли Арманда закрались смутные сомнения.
Либо пацан не хочет привлекать к себе и ко мне лишнее внимание, либо здесь что-то другое. И почему-то мне кажется, что верен в данной ситуации именно второй вариант.
Контарини оказался прав, он за версту мог учуять тех, кто находился под воздействием травки. Мужчина в один прыжок спустился с дерева, тяжело опускаясь на землю. Особой грацией он не отличался, однако на его теле не было ни капли жира, только лишь подкачанные мышцы. Однако его вес и рост гармонировали между собой, но все равно блондин был достаточно тяжелым. Поэтому и спуск получился совсем уж не тихим. Контарини принюхался: так и есть, мерзкий аромат марихуаны ни с чем не спутаешь. Телохранитель как-то в пору своей юности пробовал травку, но его, так скажем, не вставило, наоборот у организма пошло резкое отторжение, и с той поры он курил только сигареты. И то редко, и то в минуты особых потрясений и зашкаливающих эмоций.
Невероятно - он обдолбанный! Черт, узнаю, кто его подсадил на эту омерзительную траву, запихну не один десяток косяков тому в зад бильярдным кием. Конечно понятно, что нынешняя золотая молодежь хочет попробовать все и сразу, но я не хочу, чтобы тот человек, который мне сейчас дороже всех на свете, в один прекрасный день превратился в законченного наркомана. Сегодня марихуана, завтра еще что покрепче, а там и до кокаина можно докатиться.
Блондин скорчил гримасу, сверля Маттео злобным взглядом и периодически оглядываясь вокруг себя, подмечая какие-то нюансы, которых ранее не было. Но, к счастью, никого и ничего подозрительного вокруг не было, Маттео же тем временем забрался в машину, усаживаясь рядом на пассажирское сидение. За ним следом залез Арманд, морща нос и раздумывая над тем, прочитать ли нотацию на тему здорового образа жизни или отложить это на потом, когда Маттео будет в состоянии и в настроении его слушать. Но сейчас он вроде бы выглядел вполне нормально, только от этого едва уловимого аромата блондина уже мутило, поскольку он сразу же вспоминал о том, как ему было очень плохо в самый первый раз.
- Зачем ты курил эту гадость? - Арманд даже не скрывал своего отвращения, хотя он до безумия соскучился по парню, и не менее сильно хотел его поцеловать. Он не знал, куда сейчас ему нужно везти Корелли-младшего, забыл уточнить у него, какой у него внеплановый урок предстоит, но вот что он усвоит, находясь в таком состоянии? Нет, вполне возможно, что парень сохраняет трезвый рассудок, но иногда бывает так, что стоит только начать, а дальше захочется чего-то более крутого, сильного... Такого Арманд просто бы не допустил.
Я бы с удовольствием сейчас отвез его к себе домой, чтобы привести его в порядок. Правда я даже не знаю, как я буду это делать. Но, черт побери, я до безумия страшусь того, что попросту не сдержусь. Он каждый раз провоцирует меня, а мое собственное желание возрастает с каждым его нежным взглядом, страстным поцелуем или же возбуждающим прикосновением. Я даже сейчас хочу его...
Блондин все еще не трогался с места. К счастью, вокруг не было ни души, школа Маттео находилась на частной территории, поэтому насчет того, что туда проникнет кто-то, у кого нет допуска или же наемный убийца, можно было не беспокоиться. Блондин слегка опустил взгляд чуть пониже пояса парня, замечая, что тот напряжен. Интересно, неужели курение травки влияет на эрекцию или она возникает машинально? В тот самый момент ему еще сильнее захотелось отвезти молодого человека к себе домой и там, если не отлюбить, то довести до оргазма всеми известными ему способами и даже не единожды.
Ну один раз же можно пропустить дополнительные занятия? А с преподавателями договориться как-нибудь, чтобы мы все вместе врали одинаково и никто нас не спалил. Так, вдох-выдох, надо перестать практически постоянно думать о сексе, но мне нужно сбросить напряжение хоть как-нибудь.
- Познакомишь меня с тем, кто тебя подсадил на травку? - Арманд развернулся к Маттео, опираясь одной рукой о спинку кресла и ослепительно улыбаясь. Он изо всех сил старался не показывать своих истинных эмоций, но все-таки в улыбке читалось: встречу того козла, урою и мне за это ничего не будет, дон Корелли только скажет, что правильно сделал. Хотя Контарини никогда не убивал без причины, но здесь причина была очевидна, несмотря на то, что марихуана была одним из самых слабых наркотиков по мнению блондина. - Нет, правда, может быть мне тоже понравится, и мы с тобой будем курить на пару.
Он приблизился к Маттео практически вплотную, пока что не целуя его, стараясь не обращать внимания на запах и медленно облизывая губы, дразня его. У Корелли был легка затуманенный взгляд, а Арманду хотелось, чтобы такой же взгляд у него был, когда у них все свершится. А может быть плевать на его возраст и стоит уже воссоединиться с ним тогда, когда сам парень будет готов? Ладно, нужно же с чего-то начинать, а там видно будет. Поэтому все также, не прикасаясь к чувственным губам парня, блондин тихо спросил:
- А у тебя сегодня очень важные занятия планируются? Может быть вместо них ты захочешь съездить и посмотреть то, где теперь я обитаю? Проведу тебе экскурсию, так скажем... - Намекал уже очень открыто, но все-таки немного опасался отказа.

Отредактировано Shax Lloyd (2014-10-05 17:24:04)

+1

43

Маттео томился возле автомобиля, ожидая пока Арманд спустится с дерева. Черт его дернул изображать из себя обезьяну посреди школьной территории! Каждый раз этот парень выкидывал новый фортель, заставляющий Маттео чувствовать себя то неловко, то просто отстойно. Ну не мог он как нормальный человек ожидать в машине. То толпы малолетник фанаток вокруг себя собирает, которых Маттео устал запугивать, все равно толку нет, ведь девочки в нежном возрасте способны на все, если не на большее. То вот теперь эта странная вылазка, напоминающая тонкое единение с природой или же у кого-то просто в жопе детство заиграло. После выкуренного косяка нужно заметить, настроение Маттео прыгало от нуля до ста процентов. Его захлестывало раздражение и тут же отпускало. Он готов был тихо радоваться жизни улыбаясь, как распоследний идиот, и в ту же секунду хотелось спрятаться в свою скорлупу и не высовываться. Курить марихуану Матти начал примерно год назад, и подсел на неё сугубо по собственному желанию. Никто ему рот косяком не затыкал, пока к нему самому не пришла развязная мысль побаловаться легкими наркотиками. Видя, как толпы хиппи получали дозу кайфа от курения травки и им за это казалось бы ничего не было плохого, Маттео решил попробовать. А потом быстро подсалил на травку своих закадычных друзей, с которыми раскуривание трубки мира вошло в своего рода ритуал. Ловить массовый глюк и расслабляться стало вредной привычкой. Но чтобы Матти слишком часто злоупотреблял каннабисом – нет. Эта коварная вещь быстро давала по шарам и долгое её употребление угнетало мозги и даже половую функцию. Однажды накурившись, Матти решил поиметь девочку, но все его попытки увенчались крахом. Он кончил, не успев даже вставить, за что девчонка нахально обозвала парнишку импотентом. Дура! Не дай Бог! Нужно уметь отличать импотенцию от быстрой эякуляции. Но ни то, ни другое не было положительным исключением. После того случая Маттео долго не решался курить, даже обычные ментоловые слимсы стали табу. Но время шло, и когда страх поутих, все вернулось на круги своя. Маттео даже в школу не боялся приходить с косяком, который они вместе с лучшим другом удачно раскуривали в излюбленном местечке. Вот как сегодня к примеру. А первая фраза Арманда, когда они с Корелли-младшим сели в машину, про гадость с тонким намеком на марихуану, была равнодушно пропущена мимо ушей. Сделав невозмутимое выражение мордашки, Матти удобно расположился в кресле, закидывая ноги на переднюю панель и скрещивая руки на груди.
- Познакомишь меня с тем, кто тебя подсадил на травку? – Арманд навис над голубоглазым чертенком, который ответно ему оскалился, и невинно хлопая ресницами ответил:
- А ты его прекрасно знаешь. Его зовут – Маттео Леонардо Луциано Корелли, тот, что будущий глава клана Корелли. Он как будущий гангстер, решает проверять товар непосредственно на себе. А еще у него есть сексуальный телохранитель, которого он предпочел бы в качестве телоосквернителя. – Матти решил в очередной раз поиграть с нервишками любимого блондина, тем более, что после разговора с Крисом в нем загорелась уверенность и желание добить непоколебимость Контарини. Хватит уже беречь мальчишку и пылинки с него сдувать. Ведь все ясно и очевидно – оба изнывают от желания потрахаться. Сколько еще должен был продлиться их целибат? Или Арманд был настолько романтичной особой (о чем внешне не скажешь), что хотел подарком ко дню рождения Маттео преподнести себя вместе с первым сексуальным опытом с мужчиной? Лишить его девственности в восемнадцать лет, в такую круглую дату, предварительно подготовив незабываемую атмосферу праздника, а после интима…
Вау! Вот это фантазия! Если это так, то я однозначно не хочу стать жертвой обстоятельств, в свои восемнадцать. А вдруг все пойдет не так, как нужно? Не хочу, чтобы мое совершеннолетие ассоциировалось у меня с неполноценным трахом! Нет!
- Ой, да лаадно. Еще бы ты стал курить со мной, - кривляясь протянул Маттео на загадочное предположение Арманда. Что-что, а курить они вместе точно не будут. Даже после секса, если этот день когда-нибудь настанет. И как на зло, думая все больше и больше о сексе, Маттео не покидали тяжелые ощущения внизу. У него даже живот свело от спазмов и глаза закатывались, толи от легкого кайфа после выкуренной травки, толи от слишком близкого нахождения Арманда, практически уста к устам. И если бы блондин так зверски не издевался над подростком, эрекцию еще можно было как-нибудь пережить, дотерпеть до ближайшего сортира, а там – вперед в бой верная подруга «правая рука». Маттео нетерпеливо заелозил по креслу томно вздыхая и приоткрывая рот. Он был готов словить губы Арманда и начать целоваться с ним так, как они это делали при каждой удобной возможности. Но тот взял на себя роль реального садиста, от которого вскоре последовало шокирующее предложение. Какие к черту дополнительные занятия могут быть в планах Маттео, когда ему чуть ли не прямо предлагают поехать и спустить пар?! Поехать туда, где парень еще не был, но день ото дня надеялся, что Арманд таки заберет его в свое укромное место и отлюбит в нем до умопомрачения.
- К черту занятия! – выпалил Матти, смотря на Арманда таким взглядом, будто бы член блондина уже стоит у его входа. Он схватил его лицо в свои ладони и жадно впился в губы поцелуем. Язык дерзко обласкал жаркий рот мужчины и сплелся с его языком в одно целое. Можно было бы решить все здесь и сейчас, вот только спалиться парочка могла, как пить дать. Поэтому поцелуи решено было оставить на потом.
- Ты должен был сделать это уже давно! Срочно хочу к тебе! Заводи тачку и срочно вези меня к себе, - в приказном порядке заявил Маттео, отпуская Арманда от себя. Губы горели от поцелуя и саднили. Но как бы сильно не было желание продолжать, все же желание оказаться с Армандом в одной постели превосходило все и вся. И это было видно по нервной дрожи Маттео, по его красным от стыда щекам и по томному с поволокой взгляду.

+1

44

Еще чуть-чуть и Арманд попросту бы взвыл, когда Маттео подарил ему такой умопомрачительный поцелуй. Хоть он слегка опешил от подобного, но ответил на поцелуй со всей страстью, на которую только был способен. Может быть Корелли-младший не особо контролировал свои порывы под воздействием курева, но вроде бы он находился в адекватном состоянии и, кажется додразнился. Блондин шумно выдохнул, прижимая его к себе за талию, неистово целуя и почему-то даже не подумав о том, что они сейчас легко могут спалиться. Но как только они нехотя оторвались друг от друга, до Контарини дошло, что еще немного и они подставят друг друга очень сильно. То, что Маттео особо ничего не сделают, это точно, а вот какие изощренные зверства может ему устроить дон Леонардо...об этом Арманд предпочитал не думать.
А может быть черт с ним, с совершеннолетием? Я просто уже не могу терпеть и сдерживать свои порывы, иначе я просто с ума сойду от недотраха. Это вредно для организма, однако мне нужно все-таки контролировать себя, ведь у парня все произойдет впервые.
Но все-таки несмотря ни на что Контарини слегка беспокоился о том, что Матти не поедет к своим индивидуальным репетиторам. Те, видя, что сын дона Леонардо до них так и не добрался, вполне могут связаться с мафиози и уточнить, почему парень не посетил очередное занятие. Секс сексом, но в их случае необходимо все продумать до мелочей, чтобы потом не спалиться на ерунде. Поэтому когда они поедут домой к Контарини, Арманд твердо решил обсудить все нюансы с парнем. Брехать - так уж одинаково.
- Хорошо, мы поедем ко мне прямо сейчас, - тяжело вздохнув и пытаясь унять возбуждение, сообщил Арманд, якобы подчиняясь приказу своего подопечного. Однако просто так уезжать ему не хотелось и одного поцелуя было категорически мало. Все равно вокруг никого не наблюдалось - у ребят начинался очередной дополнительный урок, а за детками из богатых семей уже давно приехали личные водители, развозя "золотую молодежь" по домам или еще куда-то. Поэтому Контарини, мягко притянув к себе молодого человека, обнял его за талию, поглаживая вдоль спины, а тем временем ладонь его левой руки легла на все еще напряженный пах Маттео, осторожно ощупывая натянутую ткань брюк.
- Давай подумаем, что нам делать с твоими репетиторами, чтобы они нас не сдали. Твой отец можешь с них спросить потом, а после всего с меня. Я не хочу, чтобы мы с тобой погорели на сущей ерунде. Если ты решишь, то я могу отвезти тебя сначала к тем, у кого дополнительные занятия с тобой, чтобы ты с ними поговорил. А после мы поедем ко мне, как я и обещал.
Долго рассиживаться здесь мужчина не собирался, ровно как и оставаться в долгу у Маттео, который вот такими своими действиями дразнил его и доводил до умопомрачения. Пора бы и парню прочувствовать на себе всю силу своего "оружия". А свести с ума одними лишь ласками Арманд мог весьма умело, чем, собственно, и планировал сейчас заняться. Однако несмотря ни на что, блондин прекрасно помнил о времени, но отказаться от того, чтобы не полапать вредного мальчишку, который ни в какую не хотел признаваться в том, с кем он курил и кто его подсадил на травку, не мог. Как-то не верилось Контарини про то, что Матти сам решил начать покуривать, но также ему не хотелось, чтобы он продолжал заниматься подобной ерундой. Еще более ерундовой ему показалась отмазка насчет того, что будущий дон должен товар пробовать на себе.
- А если ты будешь торговать наркотой, которая гораздо сильнее марихуаны, ты тоже будешь пробовать ее на себе? Я не позволю тебе этого сделать, Корелли-младший, - прикрыв глаза, Контарини коснулся губами отчаянно бьющейся жилки на шее парня, слегка прикусив ее и продолжая методично ощупывать пах парня. Ничего такого делать он не собирался, в машине было дико неудобно, но легким движением руки он расстегнул Маттео ширинку, скользнув пальцами внутрь и продолжая массировать плоть мальчика уже более ощутимее. ведь одной преградой в виде плотной ткани стало меньше.
Черт побери, у меня самого сейчас брюки просто по швам разойдутся от напряжения. Может быть стоит прекратить его дразнить, иначе я его отымею прямо здесь. Только вот теперь у меня стойкое ощущение того, что накурился я, а не он. Не могу, не хочу останавливаться...
Блондин крепко прижал к себе Маттео, чтобы он даже не пытался трепыхаться, но и не так, чтобы парень испытал страх и ощущение того, что его собственный телохранитель пытается с ним что-то сделать против его воли. Хваленое самообладание Контарини с каждым прикосновением давало сбои, но раз Арманд поставил себе цель просто ласкать пока что Маттео, этого он и добивался. Корелли тяжело и часто дышал, и телохранитель ощущал на коже его горячее дыхание, от которого у него вдоль позвоночника дружным галопом бежали мурашки. Еще немного, еще чуть-чуть, и парень попросту взвоет от тех ощущений, которые сейчас дарил мужчина тому, в кого влюбился по уши.
- Скажи мне, ты хочешь, чтобы я перестал или же я могу довести тебя до оргазма одними лишь прикосновениями? Или же пока оставить тебя, чтобы ты постарался прийти в себя? А то, чувствую, кровь у тебя прилила не к мозгам, а к кое-чему другому, - тихо мурлыкал белобрысый садист на ушко парню, медленно потирая подушечкой большого пальца головку его члена. Со стороны вроде бы не очень было понятно, чем занимаются в машине эти двое, но Арманда заводила одна мысль о том, что Маттео с ума сходит от всего того, что сейчас творится. Однако же совсем скоро им предстояло тронуться с места, и Контарини ждал очередного приказа своего "босса". Он с улыбкой немного отстранился от него, любуясь тем, как щеки мальчика заливает нежный румянец, как соблазнительно приоткрыты его чувственные губы, как тяжело он дышит, и как его тело реагирует на каждое страстное прикосновение.

Отредактировано Shax Lloyd (2014-10-06 22:01:50)

+1

45

Кажется Маттео просил его совершенно о другом. Желаниям свойственны метаморфозы, а словам вообще не стоит верить. Люди подверженные страсти слишком часто говорят «да» и со всем соглашаются, что не всегда можно трактовать правильно и тем более доверять. Сейчас Арманд наглым образом подрывал веру Маттео в него и во все, что блондин ему обещает. Но не простить мужчину за его наглое поведение, Матти не мог. Снова оказаться в объятиях любимого человека, куда лучшая альтернатива утомительной тряске в авто и невыносимому ожиданию близости. И к черту, что они сейчас откровенно палятся. Кажется в тот самый момент, как Арманд притянул к себе трепетно вздрагивающего от каждого прикосновения Маттео, мальчишка уже одной ногой был подвешен к небесам. Или его макушка коснулась облаков, а кончики пальцев приласкали лучи солнца слишком близко. Это странное ощущение внутри стало расти с невиданной силой. Было это возбуждением или сама душа выходила из тела, желая соприкоснуться с объектом ласки и нежности - Корелли не понимал. Он вообще мало, что сейчас понимал. Арманд делал с ним что-то такое, чего между ними еще не было. Его действия стали решительнее, с него словно наконец сорвали цепи и спустили на желанное сладкое тело. А что Маттео? Мальчик вообще перестал отвечать за собственные действия, которых не было как таковых. Он уже давно сыграл свою партию, соблазнив блондина всеми известными ему способами - умышленно и неосознанно. Он чувствовал себя весьма странно, ранее никогда не допуская к себе других парней. И даже если бы он был в жопу пьян или обкурен, никто, даже Крис не посмел бы притронуться к нему. Арманд должен был стать единственным мужчиной, у которого будет ключ от сердца мальчишки и права на вовсе не девственное тело, если не считать его горделивой задницы.
- Подожди, Арманд, что ты делаешь? - оказывается в планах Арманда были не простые объятия и поцелуи. Его ладонь решительно опустилась на бугор Матти и начала промышлять настоящий разврат. Маттео враз показалось, что из его тела куда-то исчезли все силы. Он стал таким беспомощным и слабым, и хватаясь за воротник рубашки мужчины эротично застонал. Глоток за глотком, Матти поглощал в себя комки спертого воздуха. Здравый рассудок кричал ему остановиться и оттолкнуть от себя настойчивого парня, но куда ему до затмевающей страсти нахлынувшей так внезапно и так беспорядочно переполняющей каждую клеточку в юношеском теле. Корелли оказался в неудобном положении, нависнув над Армандом и скорчившись пополам. Одной ногой он упирался в кресло, а второй то и дело больно задевал кулису. Поза не хуже тех, что описаны в камасутре! Что могло бы прийти в голову случайным очевидцам подобного разврата на ровном месте? Тут и гадать не нужно. Парни не ведали, что творят.
- Да сколько ты еще будешь меня спрашивать?! У меня точно сейчас не репетиторы в голове...Прекрати, пожалуйста, - но кажется Маттео сам себе противоречил, а Арманд не думал ему уступать и сделал так, что мальчишка громко вскрикнул при первом близком контакте пальцев мужчины с его горячей и влажной плотью. Этот издеватель проник под ткань брюк и нижнего белья блудливо лапая Маттео. И поцелуи его больше не ограничивались одними лишь устами Корелли-младшего. Арманд находил такие чувственные места, о которых сам Маттео не подозревал. Оказывается шея была одним из этих изнеженных местечек. Мальчик тут же обхватил блондинистую голову мужчины и прижался к нему еще ближе, когда ощущения начали достигать своего апогея. Маттео так часто дышал, что в голове закружилось и перед глазами пошли круги. В машине было нечем дышать. Но открой они сейчас окна, впустив в салон чуточку кислорода и вся округа услышит, каким развратным может быть голос сына кровожадного главы мафиозного клана.
- Скажи мне, ты хочешь, чтобы я перестал или же я могу довести тебя до оргазма одними лишь прикосновениями? Или же пока оставить тебя, чтобы ты постарался прийти в себя? А то, чувствую, кровь у тебя прилила не к мозгам, а к кое-чему другому...
- И кто в этом виноват? - жалобно выдавил из себя Маттео, прижимаясь щекой к губам Арманда и весь вздрагивая от каждого сказанного мужчиной слова. Этот садист знал, как довести Матти. А мальчику уже давно перестало казаться, что все, что с ним сейчас происходит взаправду и реальнее не бывает.
- Я хочу, чтобы до оргазма мы довели друг друга вместе. Одному не так интересно, - найдя в себе силы на дерзкие фразы, прошептал ответ Корелли-младший и Арманд тут же прекратил рукоблудие. Мальчик обессилев завалился на свое кресло и потянув рычаг под ним, опустил спинку распластываясь по-удобнее. Его лицо пылало, будто бы он сейчас сгорал в сильнейшей лихорадке и губы вздрагивая томно приоткрываясь. Прикрыв свой низ рюкзаком, парнишка обернулся к Арманду и лукаво ухмыляясь хрипло заговорил:
- Вообще-то...у меня сегодня нет дополнительных занятий, так что нам не нужно ничего выдумывать, чтобы оправдываться перед отцом. А еще, ты кажется забыл, что он утром должен был лететь в Нью-Йорк. Я повторюсь. Заводи тачку и вези меня к себе. Или не я один паду жертвой собственного стояка, - нужно было видеть эту дерзкую и самодовольную улыбку, которой нет равных на всей планете. Мальчишка соврал Арманду про репетиторов, а вот поездка отца не была таким уж секретом. Но что не сделаешь ради личной выгоды и закипающей в глубине души похоти! Арманд не о том сейчас волновался. Те, кто грызут гранит науки могут подождать тщеславного сынишку-ублюдка гангстера. А вот другое ждать больше не может. Поэтому для пущего эффекта, Матти расстегнул на себе рубашку и эротично извернулся в кресле, чтобы еще больше завести Арманда, который тут же дал по газам.
О репетиторах позабочусь сам. А что врать отцу и всему миру вместе взятому, мы еще придумаем. Но после, после...Эх, бамбини, ты сам не знаешь, чего от него требуешь. И вообще, Крис что-то говорил о подготовке...Нельзя с порога прыгать ему на член. Нужно как-то...А как?
И тут в голове Маттео начали расплываться огромные вопросительные знаки. Он прикрыл лицо руками дико краснея.

+1

46

Арманд добился того, чего хотел и внутренне ликовал. Одно дело поцелуи, целоваться можно по-разному, и поцелуи бывают самыми разными. Дружескими, подаренными родственнику, страстными, подаренными любимому человеку. Это приятно, но все-таки в какой-то степени второстепенно. А вот к прикосновениями отношение совсем иное. Прикосновения могут не понравиться, могут быть противны тому человеку, к которому ты испытываешь определенное влечение, в конце концов человеку может быть просто неприятно, когда к нему прикасается представитель его же пола.
И как бы не хорохорился Корелли-младший, как бы не дразнил Арманда всякий раз, когда они могли остаться наедине, блондин просто обязан был проверить, понравится ли парню то, что он собирается с ним делать. И сейчас получил гору ощущений с лихвой как для самого себя, так и видел то, что Матти просто с ума сходит. А это означает, что дальше все должно будет произойти так, как хотят оба.
Однако же я не собираюсь ни к чему принуждать его. Еще не хватало, чтобы он меня стал бояться из-за моих поползновений. К тому же у него абсолютно нет сексуального опыта с мужчинами. И обучить, и показать ему все должен буду именно я. Главное, чтобы потом у него не возникло отвращения.
Несмотря на то, что сейчас Контарини выделывал с податливым телом парня, все-таки он опасался последствий. И твердо задался целью сделать все ну если не идеально, то по максимуму комфортно для Маттео. Поэтому когда он нехотя отстранился от Корелли, тот напомнил ему, что дон Леонардо должен был утром улететь в Нью-Йорк. Об этом Контарини забыл напрочь. Может быть потому, что мафиози приставил его к сыну и отдал целиком и полностью в его распоряжение. А Арманд и рад был, стараясь появляться в поместье как можно реже, чтобы лишний раз не сталкиваться с Габриэллой, которая вроде бы даже сама не вспоминала о нем и не пыталась искать. Да и сам блондин никому не распространялся о том, где именно он купил квартиру. Меньше знают - крепче спят, а ему самому спится гораздо спокойнее.
- Я забыл об этом, представляешь? Хорошо, раз ты говоришь о том, что у тебя нет занятий. Хотя мне мало верится, - ухмыльнулся мужчина, внимательно разглядывая возбужденного парня, который прикрылся рюкзаком и упорно пытался хоть как-то успокоиться. Но это было всего лишь начало, и блондин находился в предвкушении того, что будет дальше. Интересно, после всего Маттео захочет вернуться домой или же все-таки согласится провести с ним всю ночь? Но как только пацан сообщил о том, что взаимно желал бы довести до оргазма и самого Арманда, все сомнения разом испарились, и Контарини дал по газам, резко трогая машину с места. До дома, где приобрел квартиру телохранитель, они добрались за полчаса, и мужчина остановил автомобиль неподалеку. Парковаться совсем вплотную к дому он не хотел, все-таки безопасность еще никто не отменял. Он выбрался из автомобиля перед этим мурлыкнув Маттео о том, чтобы он не забыл застегнуть ширинку.
- А то не дай Бог застудишь и как же мы тебя потом лечить будем? - усмехнулся он, хотя представление о лечении у него было свое оригинальное. Блондин осмотрелся, вроде бы ничего подозрительного не было и поблизости никого не наблюдалось, поскольку в разгар рабочего дня большая часть людей находилась на своих рабочих местах, а молодежь училась. Он поманил парня за собой и направился к дому. Заходя внутрь, он на ходу достал ключи, однако же привычка прислушиваться к каждому, казавшемуся странным звуку, у него никуда не исчезла. Но сегодня парням явно Фортуна улыбалась. Отперев ключами дверь, блондин зашел внутрь и, бросив Маттео через плечо:
- Заходи, будь как дома! - дождался, пока и парень последует за ним, потом запер дверь (на всякий случай на все замки, чтобы его любимый мальчик не сбежал, да) и направился в гостиную, включая музыкальный центр. Он потянулся всем телом, медленно поворачиваясь к Маттео, после чего с размаху уселся на диван, положив ногу на ногу и оперевшись о спинку. Смотрел на мальчика, как хищник на свою жертву, который загнал ее в угол и вот-вот бросится. Хотелось, он не отрицал, но предпочитал, чтобы сначала Корелли-младший проявил хоть какую-то инициативу, чтобы самому чувствовать себя чуть посмелее. Сам-то Контарини проявить инициативу мог всегда, с этим проблем не наблюдалось.
- Хочешь посмотреть все мое обиталище или же тебя интересуют какие-то определенные комнаты? - ну да, намекал уже открыто, просто не умел иначе. Раз уж согласился поехать, раз уж отдал приказ везти его драгоценную тушку сюда, то тогда будь добр вести себя соответствующе. А квартиру себе Арманд выбрал просторную, поскольку терпеть ненавидел замкнутые пространства или помещения с небольшой территорией. Поэтому ему и была тесна его, в принципе, приличная по размерам комната в поместье дона Леонардо. Ну для кого размеры были приличные, а для блондина малы.
Сидел он спокойно какие-то минуты три, потом все-таки встал, подошел к Матти, взял его за руку, возвращаясь обратно к широкому дивану и теперь усаживаясь на него почти что вслепую. Телодвижений резких не делал, нефиг пугать парня заранее, но тем не менее усадил Корелли себе на колени, заглядывая в его глубокие глаза. У него было ощущение, будто его затягивает в какую-то невероятную бездну, выбираться из которой совершенно не хотелось.
- Скажи, ведь ты меня не боишься? Я клянусь, не сделаю ничего такого, что бы тебе не понравилось. Если ты не захочешь чего-то, то скажи, и я остановлюсь. Но сам ты можешь делать все, что угодно. Поскольку у тебя все в первый раз, ты меня можешь спрашивать обо всем, и я не умолчу о мелочах... Опыта ведь нужно набираться и прекрасно, что ты будешь это делать со мной, - улыбнулся мужчина, протянув руку и медленно поглаживая кончиками пальцев мальчика по щеке. Точно также, как он сделал это тогда на озере. Ему до безумия нравилось это делать, а спешить им было некуда. Арманд даже сам себе удивлялся, еще ни с кем он никогда не был таким ласковым. Интересно, это хорошо или вся брутальность рассыпалась в прах? Однако же, наплевав на все принципы, он приблизился к парню почти вплотную, снова едва не касаясь его губ, облизнувшись и ожидая ответов на свои вопросы.

Отредактировано Shax Lloyd (2014-10-08 22:10:11)

+1

47

И наконец они сорвались с места и покинули территорию частной школы, в которой учился, если не сказать более уместно - числился Корелли-младший. Матти лежал в кресле и всю дорогу, пока Арманд неустанно вел автомобиль, смотрел молча на его брутальный образ, и лицо с довольной ухмылкой, которую так и хотелось стереть языком, а после впиться в ставшими такими обожаемыми губы страстным поцелуем. В голову постоянно лез сплошной разврат, и кажется его степень начала зашкаливать. Раньше Маттео не меньше думал об Арманде, но сейчас, ощутив пусть не на все сто процентов и даже не на пятьдесят подаренные мужчиной ласки, парнишка словно свихнувшийся не мог думать не о чем, кроме как о продолжении. И кто знает, сколько еще тянул бы кота за яйца Контарини, если бы Маттео не делал все возможное, чтобы хоть чуть чуть завести его. Ладно первые недели они не могли ничего сделать из-за ранения блондина, но когда все вернулось на круги своя и мужчина поправился, смысла еще дальше оттягивать неминуемое просто не было. Будет Матти семнадцать или двадцать - неважно! Главное сделать все так, чтобы оставить след и запечатлеть друг с другом положительные воспоминания. Сделать все так, чтобы не выглядело сумбурно и хаотично. Чтобы каждая мелочь была учтена, но вместе с тем, чтобы все было органично и просто. Есть два человека, есть два сердца, которые любят друг друга - и это максимум. Одно Матти знал наверняка - Арманд был единственным, кому он отдаст скажем так, свою невинность. Другого ему не нужно. Или он - или никто.
Кажется я влюбляюсь в него еще больше и больше. Раньше, я пытался ненавидеть его, боролся с самим собой, как упертый осел. Думал, что получится перебороть в себе чувства к нему. Ну да! Посмотрите теперь на меня. Лежу здесь, как последняя шалава и жду, когда он трахнет меня и в хвост и в гриву. Мне думается, что все будет великолепно. Хотя я сам не представляю, куда приведет меня мое настойчивое желание быть взятым им...Это будет больно? Ну конечно - да! Наверное это также, как у девочек, когда их девственности лишают. Только бескровно. Или нет? Что-то мне немного страшно. Но уже нет смысла поворачивать обратно. Думаю, если мне не понравится, он остановится и...Но я так хочу, чтобы нам обоим было хорошо! Хочу быть лучше...Лучше Габи...
Когда Арманд остановился, у Маттео сердце ушло в пятки вместе с недавней эрекцией. Неоткуда не возьмись на парня обрушился град из переживаний, страха и неуверенности в самом себе. Если раньше его роль в сексе была более чем обозначенной, то сейчас, он не знал как вообще себя подать. Они приехали к Арманду не ради того, чтобы чаи гонять или чтобы телохранитель ему похвастался своими шикарными апартаментами. Они приехали ради определенной цели, и чего уж душой кривить - эта квартира была куплена с умыслом, ради таких вот горячих встреч. Маттео тяжело вздохнул и застегнув быстро пуговицы на рубашке и ширинку, вылез следом за Армандом из машины. Прихватив с собой по привычке рюкзак, он пошел за Контарини цепком, как-то подозрительно оглядываясь по сторонам, будто бы за ними слежка установлена и сейчас из-за углов вновь появятся наемницы в черной коже. Дойдя до подъезда, Матти шмыгнул в дверной проем и поднялся за Армандом по лестнице. Переминаясь с ноги на ногу, и чуть ли не роняя рюкзак, Корелли смотрел в спину телохранителю, пока тот отпирал свои хоромы ключом. Щелкнул замок и дверь отворилась. Арманд впустил Маттео внутрь и заперся на все возможные замки. Это Матти чисто случайно подметил. Отбросив в сторону рюкзак и сняв с себя школьный пиджак с особенной эмблемой, при виде которой простые школяры шокировано уступают дорогу элите, Маттео также снял с себя кеды и отчего-то как можно тише, словно вокруг сонное царство, пошел в гостиную за блондином. Тот чувствовал себя куда более увереннее и раскрепощеннее, нежели Корелли-младший. И это неудивительно, ведь Арманд находился на собственной территории, где ему некого боялся и уж тем более стесняться. Он взрослый мужчина, он опытный, он самец в конце концов, который знает, как себя вести в той или иной ситуации. И даже такая щекотливая ситуация, как сейчас, не смутила мужчину и не сбила его с толку.
- Я бы хотел...- Маттео что-то тихо промямлил, и Арманд тут же утянул его на диван, усаживая к себе на колени. Парень проникновенно уставился в его глаза, слушая, как соблазнительно излагает блондинистый обольститель. Перед его словами Матти устоять не мог и секунда за секундой предвкушал, когда же этот изверг сделает первый шаг. Но Арманд как всегда выбрал долгий и томительный путь, чтобы довести Маттео до ручки. Но стоило Арманду начать все с чистого листа, но по той же схеме, как к Маттео вернулась частично утерянная уверенность.
- С чего бы мне бояться тебя? Ты же не животное, которое человеческих слов не понимает. И да, я надеюсь, что ты сделаешь все так, чтобы...В общем, я тебе доверяю. Но сперва, - Матти расставил пятерню и остановил Арманда на пол пути к поцелую, легко оттолкнув его лицо от себя. В какой-то степени жест грубоватый, но хоть немного придающий Маттео уверенности в себе. Он должен уметь противостоять его обаянию.
- Я хотел в душ сходить. Ты не против? - Маттео сполз с коленей Арманда и тут же мягко его толкнул назад на диван, когда блондин будто бы по стойке смирно поднялся за ним. - Один. Я пойду один.
Маттео быстро вышел с гостиной и интуитивно нашел ванную комнату. Заперевшись в ней на замок, чтобы Арманд точно его не побеспокоил, Корелли начал стягивать с себя брюки и расстегивать рубашку. А когда полностью обнажился, залез в душевую кабинку, включил воду и начал смывать с себя все - пот, запах выкуренной травки и даже едва уловимый запах Арманда оставленный на его коже.
Ты должен хорошо подготовиться, чтобы тебе не было больно...- вдруг всплыли слова друга, как какое-то просвещение. Маттео покраснел до кончиков ушей и неуверенно потоптался на месте.
То есть...Как писали в тех журналах, нужно...Так, когда я ел? Вчера...По идее все должно быть...Мамочка, роди меня обратно!
Маттео пробыл в ванной около сорока минут. За это время он сделал все так, как учили его пособия по гомосексуальному сексу, а также всезнающий Крис. В конечном итоге, Матти был чист и...вычищен везде, где только можно. Не хотелось, чтобы из-за его неподготовленности Арманд о чем-то жалел.
- Эм, Арманд...Прости, что так долго. Я просто хотел, ну, ты сам понимаешь, да? - Маттео вернулся к Арманду снова одетый, как и прежде. Он даже пуговицы на рубашке застегнул, только неправильно, и выглядело это весьма нелепо. Волосы едва намокли, так как его целью было не голову мыть, а кое-что другое. А в целом мальчика уже можно было забирать в качестве главного блюда на съедение. Он весь пылал и снова был не на шутку возбужден.

+2

48

Арманд сдерживал свои порывы изо всех своих сил. Нельзя сказать, что порывы были низменными, но то, что они искренни, это чистая правда. Поэтому он мысленно себя уговаривал, дабы не торопиться, а то испортить все можно было одним неосторожным движением или зря оброненной фразой. Блондин ощущал себя немного странно, но все-таки он был в себе уверен. Все тело горело в предвкушении, однако Маттео слегка остудил его порыв, доложив о том, что он намеревается принять душ. Контарини встал вслед за ним практически машинально. но был отправлен обратно на диван легким таким пинком. А ведь парень прав, и ему самому неплохо было бы тоже принять душ после всех этих лазаний по деревьям, нахождении в душной машины и прогулки по пыльным дорогам. Благо к апартаментах находилась еще одна душевая, поэтому Арманд направился туда. Он быстренько разделся и с удовольствием подставил тело прохладным струям.
Надеюсь, что он не сбежит. Хотя куда ему бежать, дверь я закрыл на все замки... Кхм, весьма странный жест с моей стороны, словно я тут его запер, как зверя в клетке. Я в роли хищника, а Матти в роли жертвы. Но несмотря ни на что я почему-то верю в то, что наш с ним первый раз будет прекрасным. Уж я постараюсь сделать все для этого возможное.
А уж так хотелось принять с ним душ вместе и начать все с ванной... Но у них еще будет время и не на такие изыски, думалось Арманду, поэтому слишком долго выстаивать под душем ему тоже не хотелось, хотя сию процедуру он очень любил, как и плавание. Однако все-таки тоже не хотелось, чтобы парень испытал некое подобие отвращения, поэтому блондин пробыл в душе чуть больше времени, чем рассчитывал. И хоть он также прислушивался, Маттео пока что не искал его, а это значит, что можно было не торопиться. Чем больше Арманд находился в душе, тем прочнее у него складывалось ощущение, что он скоро засверкает.
- Если вы не отражаетесь в зеркале, значит вы неотразимы! - фыркнул блондин, медленно выбираясь из душа и обернув бедра полотенцем. Он подошел к зеркалу, наспех расчесавшись и кое как высушив волосы феном. Особым самолюбованием Контарини не отличался, однако всегда привык выглядеть на все, если не сто, то девяносто пять процентов точно. Закончив с прической и соорудив на голове нечто вроде легкого шухера, мужчина быстро переоделся в чистое, надев белые брюки и голубую рубашку, что весьма неплохо гармонировала с цветом его глаз. Хотя в их случае можно было и не переодеваться, но шокировать Корелли-младшего блондин точно уж не хотел.
- Ну что же, вперед к покорению вершин, - произнес мужчина, обращаясь к собственному отражению в зеркале и покинул свою комнату. Вторая ванная комната как раз находилась в непосредственной близости от нее. А Маттео искать долго не пришлось, совсем скоро он и сам нашелся. Он извинился за то, что отсутствовал вроде бы продолжительное время, а Контарини, казалось, даже и не заметил, сколько именно времени прошло. Только лишь чуть более внимательно принялся рассматривать своего будущего любовника. О да, как же сладко звучало это слово. Но в самом ближайшем будущем оно просто обязано было превратиться в слово "любимый". В него вложен гораздо больший смысл, чем себе это можно было представить. А поскольку столкнулись они в коридоре, то это означало, что и до спальни Арманд идти было недалеко. К тому же на той огромной кровати, что там стояла, мужчина ни с кем и никогда не проводил ночи. Маттео должен стать первым и единственным - так решил блондин.
А выглядел мальчишка, надо сказать, весьма соблазнительно, только вот, видимо, в спешке пуговицы застегнул не на те петли. Весь его вид твердил о продолжении того, что Контарини ему устроил в автомобиле.
- Не надо ничего объяснять, ты все правильно сделал, - выдохнул мужчина, приближаясь к парню и вновь притянул его к себе, мягко коснувшись губам его пылающей щеки. Не отпуская его ни на секунду, блондин стал медленно двигаться по направлению к своей комнате и, когда уже достиг ее, то левой рукой нащупал дверную ручку, распахнув дверь и после закрыв ее. Еще одна дверь закрыта. Наконец-то они сейчас только вдвоем и никто им не сможет помешать. Арманд даже не верил собственному счастью, что он когда-нибудь дождется того, что настанет тот момент, когда этот соблазнительный юноша будет принадлежать только ему.
- Надеюсь, ты помнишь о том, что намеревался довести меня до оргазма, - буквально прошептал Контарини, легко прижимая Маттео к стене, не сильно удерживая его за плечо, а свободной рукой принимаясь до невозможности медленно расстегивать неверно застегнутые пуговицы на его рубашке, и после прикасаясь к гладкой раскаленной коже. Провел подушечками пальцев сверху вниз от ключиц до впадинки пупка, пробуя его кожу на ощупь. Ему хотелось понять, что конкретно нравится Корелли и что следует делать для того, чтобы довести его до точки кипения, причем не единожды.
- Может быть ты хочешь, чтобы я сделал что-то конкретное или же, чтобы не доставлять дискомфорта, ты сам хотел бы что-то попробовать в отношении меня?
Телохранитель задал очередной вопрос, но не для того, что ему хотелось поболтать, а именно для того, чтобы не сделать ничего неправильного. Хотя не ошибается тот, кто ничего делает, однако негатива как-то он не желал. Вспомнилось, что парень начинал выгибаться и льнуть к нему, когда мужчина касался губами шеи Матти, и Арманд решил освежить эти воспоминания. Но сначала он вновь поцеловал его, скользнув языком чуть глубже, ощупав зубы мальчика и начиная постепенно углублять поцелуй, тяжело и горячо выдыхая. Такие глубокие поцелуи кружили голову и провоцировали на более откровенные действия. Поэтому спустя пару минут рубашка Маттео полетела вниз, и Контарини самому было очень тесно находиться в брюках, да и любая ткань откровенно мешала. Однако пусть лучше его разденет парень, пусть это будет резко, медленно, быстро, но он сделает это сам без какого-либо принуждения. После такого поцелуя, Контарини переместился на шею Корелли, проводя кончиком языка по отчаянно бьющейся жилке
- Мне очень нравится твоя реакция, - проговорил мужчина, двигаясь поцелуями уже чуть ниже к выступающим ключицам, правой же рукой нащупал один из сосков, поглаживая его круговыми движениями и тем самым проверяя реакцию парня на новое ощущение. Слегка сжал выступающий бугорок, вновь потеребил и принялся медленно потирать.
Я найду каждую твою эрогенную зону, и ты будешь просить продолжения. А может быть и я сам буду...

+1

49

Когда Маттео вышел к Арманду, то никак не думал увидеть его в совершенно ином образе. Кажется этот ловелас знал свое дело и припрятанные белые брюки выглаженные до каждого шва, и голубая рубашка с эротично расстегнутыми на груди пуговицами были будто бы частью его коварного плана по соблазнению непутевого подростка. Глядя на этот идеал истинного сицилийца, блондина с голубыми глазами, при виде которого девушки штабелями ложатся, Матти тихо вздыхал. Разве могло ему достаться такое сокровище? И не сон ли это вообще? Хотелось подойти и прикоснуться к нему. Просто протянуть ладонь и дотронуться до его гладко выбритой щеки. А ведь до этого он был с легкой двухдневной щетиной, которая нежно щекотала кожу Матти, когда мужчина целовал мальчишку там, в машине. Сейчас ощущения будут другими. Арманд наверняка хотел подарить Маттео максимум нежности и наслаждения, которые не спугнут его и помогут парнишке настроится на нужный лад. Он все учел. Этот вылизанный образ привлекал внимание, отвести взгляд было невозможно, хотя Корелли-младший все же смутившись посмотрел себе под ноги. По сравнению с Армандом, Матти не такой сексуальный. Хотя судить о своей сексуальности у парнишки просто не было прав. Знал бы он, как сходит с ума по нему Арманд, его бы поразило еще большее смущение. Но это все в ближайшем будущем, а пока...Пока Маттео нерешительно смотрел на любимого человека, скрещивая пальцы за спиной и весь вздрагивая от каждого своего вздоха.
Он настоящий мужчина. А я еще мальчишка по сравнению с ним. Мы думаем по разному, пусть и хотим одного и того же. Но сколько всего сделал он, прежде чем привести меня сюда...Все продумал, до самих мелочей. А что сделал я? Подготовил себя разве что...
- Не надо ничего объяснять, ты все правильно сделал, - успокаивает Маттео Арманд и приблизившись к мальчишке вплотную, целует его нежно в щеку и заманивает в спальню. Матти, как послушный ребенок ступает за Армандом шаг за шагом и весь дрожит. Чем ближе дверь в спальню, тем больше в нем растет страх. Противоречивые чувства распирают его изнутри. Он хочет отдаться Арманду, но тут же боится всего, что сейчас случится...
- Надеюсь, ты помнишь о том, что намеревался довести меня до оргазма, - шепчет горячо блондин, закрывая дверь и начиная медленно расстегивать пуговицы на рубашке Маттео. Все - пути назад уже нет. Хотя еще можно оттолкнуть от себя мужчину и сказать ему такое нечестное "нет". Нечестное по отношению к ним обоим. Маттео пытается смотреть в глаза любимого, и кусая губы от приходящего возбуждения согласно кивает.
- Помню. - отвечает он тихо. Арманд начинает прикасаться к разгоряченной коже, что доставляет Маттео массу новых ощущений. Не одна девчонка с которыми спал Корелли-младший не была такой нежной и ласковой, поэтому подобного Матти на себе никогда не испытывал. Он словно открывал новые горизонты и себя лично с разных сторон. Ему было щекотно, когда Арманд касался его ключиц и это вызывало на устах мальчика улыбку. Низ его живота сладко сводило каждый раз, как мужчина проводил там кончиками пальцев. А когда Контарини начинал нашептывать ему настоящие откровения, от которых мальчик все сильнее краснел, требуя от Маттео какого-то участия, тот томно выдохнув решил раз и навсегда поставить Арманда перед фактом.
- Прекрати меня спрашивать о таких странных вещах! Делай то, что считаешь нужным. Мне приятно все, что ты со мной делаешь. Если не понравится...я скажу. Единственное к чему я не готов, - Маттео замешкался. На его лице отразилась довольно милая реакция сродни настоящему детскому смущению. Он положил ладони на грудь Арманда и смотря в сторону произнес, - брать в рот.
О, Боже! Я это сказал! Стыдно! Как же стыдно! А вдруг он хотел от меня этого? - Маттео зажмурился, словно Арманд сейчас даст ему по губам за сказанное. Но вместо этого, блондин накрыл губы мальчика своими и начал сладко целовать его. Языки медленно сплелись в одно целое, так что голова и вправду пошла кругом. Маттео позволяет стянуть с себя рубашку. Она легко ложится на пол, словно сброшенное с крыла ангела перо. Матти будто бы и был тем самым ангелом, который по перышку лишится своих непорочных крыльев. Лишится их прямо сейчас. Его дыхание становится рваным, он пытается не уступать Арманду в поцелуях, хотя и желает, чтобы тот полностью завладел ситуацией. Контарини продолжает ласкать Маттео в разных местах и когда его пальцы сжали горошинку одного из сосков, мальчик звонко вскрикнул.
- Мне очень нравится твоя реакция, - эротично проговаривает Арманд, опускаясь поцелуями к ключицам Маттео. Странная смесь ощущений взрывает воображение. От поцелуев слишком щекотно, а от прикосновений к твердым соскам Корелли готов каждый раз кричать. Кричать, потому, что ему это нравится. Такие прикосновения заводят и возбуждают. В паху уже происходит вполне ожидаемая реакция и мальчишка ощущает такую же реакцию у Арманда, который тесно трется о него. То, что упирается в пах Маттео намного больше, чем у него самого. Корелли распирает любопытство посмотреть на Арманда без одежды. Хотя сам он уже был полуобнажен перед мужчиной и это было нечестно! Мальчик решается последовать примеру старшего и начинает расстегивать пуговицы на его рубашке. Одна за другой пуговицы высвобождаются из петель и на обозрение Маттео открывается широкая, сильная, мускулистая грудь мужчины. Он будто бы поведенный прижимается к ней лицом и глубоко вдыхает запах тела Арманда. Дурманящий аромат его кожи вскруживает голову. Матти целует впадинку на груди Арманда и замирает на месте, крепко его обнимая за талию. Сердце бешено стучит в груди и кажется, что ноги сейчас оторвутся от пола и они с Армандом полетят. Куда полетят? Наверняка на седьмое небо от счастья, так как у обоих сейчас в душе происходило нечто невообразимое. Так бывает только у людей схвативших свое счастье за прыткий хвост. Значит Маттео и Арманд счастливчики.
- Я не верил, что когда-нибудь смогу вот так обнимать тебя. Думал, что это все неправильно. Но в тот же момент еще больше хотел тебя. Сейчас я здесь, с тобой. И мне не хочется останавливаться, чтобы не произошло, как бы больно не было. Я обещаю, что буду терпеть, потому, что безумно хочу стать с тобой одним целым. Не останавливайся, хорошо? - Маттео потерся щекой о грудь Арманда и снова поцеловал так понравившуюся ему впадинку. Ладонь мальчика легла на ладонь мужчины и их пальцы переплелись. Корелли сделал шаг в сторону и поманил Арманда к кровати. У него дрожали коленки, ноги подкашивались. Еще чуть чуть и он бы свалился на пол. Стоя так у кровати, Матти решился расстегнуть ремень и ширинку на брюках Арманда, последовав примеру любовника, который поступил так первым. Ему тут же стало не хватать воздуха. Комната расплывалась перед глазами, но никто из них больше не отступит...

+1

50

Арманд буквально-таки ощущал, что Корелли до безумия боится того, что будет дальше. Страх и возбуждение слишком тесно сплелись и образовали один тугой клубок, распутать который и предстояло сейчас блондину. Но уже было слишком поздно отступать от задуманного, и ни Арманд, ни Маттео не хотели этого. Возможно, не следовало проявлять сейчас к парню почти что девчачью нежность, но Контарини каким-то шестым чувством ощущал, что это правильно, потому что грубость, которую он мог к нему проявить, была бы расценена как насилие. А мужчина не хотел, что воспоминания от первого раза были у мальчика отвратительными. А сам телохранитель должен оставаться на вершине, что бы не произошло. Поэтому он лишь продолжил медленно избавлять Маттео от одежды, расстегивая его брюки и ощущая жар юношеского тела, который так дурманил его голову.
Я прекрасно понимаю и вижу, что он боится. Что будет больно, что будет неприятно. Я сам никогда не находился в такой ситуации, и я обязан в какой-то мере ставить себя на место Матти. Поэтому я не должен его торопить и принуждать к чему-либо, пока он сам не захочет проявить инициативу.
А тем временем Корелли слегка потянул Арманда к кровати, жадно разглядывая его, отчего блондин ощущал сумасшедшее удовлетворение. Внешняя привлекательность хоть и не стоит на первом месте, но тоже имеет весьма весомое значение. Мужчина улыбнулся, почувствовав, что пальцы Маттео достаточно активно расстегивают ремень и ширинку на его брюках. После душа блондин даже не подумал надеть нижнее белье, да и вообще у него сейчас мелькали мысли о том, что он вообще зря одевался, поскольку в любом случае придется раздеваться. Но зачем шокировать парня сразу?
- А я обещаю тебе, что сделаю все, что максимально минимизировать неприятные и болезненные ощущения. Просто иногда боль и наслаждение смешиваются, и второе постепенно начинает преобладать над первым. К счастью, я опытен, поэтому я могу гарантировать тебе, что все будет хорошо, - Контарини слегка двинулся в сторону Маттео, избавляясь от ставших ему тесных брюк, представ перед парнем абсолютно обнаженным. Он не стеснялся ни на секунду, лишь улыбался уголками губ. Протянув руки, мужчина заключил лицо парня в ладони, поглаживая его щеки подушечками больших пальцев и заключил для себя, что ему до безумия нравится это делать. Кожа у Маттео была очень нежной, поэтому блондин хотел исследовать каждый сантиметр его тела. Арманд шумно выдохнул и снова впился поцелуем в его губы, прижимая мальчика к себе, дабы тот целиком и полностью ощутил прикосновение его обнаженного тела, что это не так страшно, как кажется. Почему-то вспомнилась фраза Корелли о том, что тот не готов взять в рот. Мужчина мысленно ухмыльнулся - если парень боится, значит следует подать пример того, чтобы он смог повторить подобное уже сам.
- Мне очень нравится, как ты мило смущаешься, - продолжил мурлыкать ему на ухо блондинистый гад, стягивая с мальчика так надоевшие ему брюки. Сам же он переступил через свои, слегка отбросив их в сторону. Еще шаг назад, и Арманд садится на свою широченную кровать, заставив Маттео подойти поближе, а после опрокидывает молодого мафиози на простыни, слегка нависая над ним и продолжая любоваться чертами любимого красивого лица. - Понимаю, что ты не готов, значит я покажу тебе, что это не страшно, а наоборот очень даже приятно. Кто знает, может быть ты и сам проявишь инициативу настолько, что измотаешь меня до невменяемости, мм?
С одной стороны Контарини специально действовал медленно. Хоть им торопиться было некуда, но он заметил, что чем медленнее и интенсивнее его ласки, тем сильнее возбуждается парень. Блондин был очень доволен, что его прикосновения действуют подобным образом. У него самого сердце билось сильно и громко, так, что казалось, стучало на всю комнату, словно своеобразный аккомпанемент. Окна были зашторены, но в комнате отнюдь не было темно, и Арманд мог разглядеть каждую черточку тела своего возлюбленного. Он слегка привстал, начиная поцелуями исследовать тело парня. Целует сначала в губы, потом продвигается поцелуями к ушку, лизнув мочку и вобрал ее в рот, слега пососав. Дыханием было горячим, а дрожь Маттео усиливалась. 
Далее он стал прикасаться губами к шее, причем руками о кровать не опирался и очень сильно старался не завалиться. Действовал буквально находясь на весу, но это не доставляло дискомфорта. Ладонями огладил грудь парня, прикасаясь к отвердевшим уже соскам, лаская оба одновременно и заставляя Матти выгибаться и напрягаться словно струнка. Через минуту пальцы сменяют губы, и мужчина обводит языком ореол соска, облизывает вершинку и, вбирая ее в рот, начиная посасывать. Потом проделывает тоже самое с другим соском. После прокладывает дорожку из влажных поцелуев к животу, проскальзывая языком во впадинку пупка. Контарини поднял взгляд, словно молчаливо вопрошая, стоит ли его ему продолжать и... Какими глазами смотрел на него Маттео!
На меня никто никогда так не смотрел... С таким обожанием, с таким желанием, с такой страстью и любовью. Он и вправду любит меня, а не просто хочет перепихнуться. Как бы я хотел, чтобы он смотрел на меня так всегда. А ведь я еще ничего такого не сделал, а эти ласки - только начало и разминка перед основным забегом. И я не ударю в грязь лицом!
Внутри Контарини все трепетало, но прежде чем начать ласкать парня уже более интимно, он сначала решил все осуществить руками. Нет, это будет не сравнимо с тем, что творил Арманд там в машине, хотя от того, как именно он дразнил Корелли, у парня уже тогда снесло крышу, и завелся он неслабо. Телохранитель уселся практически вплотную к парню, приобняв его одной рукой, чтобы тот принял почти что вертикальное положение, а второй обхватил плоть Маттео, начиная двигать рукой верх-вниз. Мужчина не знал, на сколько его еще хватит, ему так хотелось прогнуть мальчишку под себя и завладеть им целиком и полностью. Но понимая, что похоть неминуемо застит разум и можно легко все испортить, он выдыхает и не торопится. Лишь нащупывает головку члена, потирая ее большим пальцем, перекатывая меж двух пальцев и наблюдает за реакцией Корелли-младшего.
- А ты быстро заводишься, ммм, также весьма чувствителен к любому моему прикосновению, - томно шепчет блондин страстные слова, которые льются ему в уши, словно патока, и специально делает упор на слове "моему". Этот парень будет принадлежать только ему и никому больше. Он никогда не позволит прикоснуться к сыну дона Леонарда никакой женщине или не дай Бог, мужчине. Эти права были разве что не запатентованы Контарини.

+1

51

Когда перед тобой что-то из разряда запретного, подсознательно ты будешь хотеть этого с еще большей силой. Возможно самая большая ошибка в воспитании человека, ставить ему категоричные табу. Нас с детства учат, что есть плохо и что непозволительно. Так и напрашивается вопрос: а прежде, чем говорить о том, как это "что-то" плохо, была ли возможность у нравственного воспитателя опробовать на себе то, что он очерняет и приукрашивает не самыми теплыми красками? Запреты должны быть, но не в том контексте, которые зачастую уродуют представление человека о себе подобных. Благодаря таким запретам, мы начинаем делиться на хороших и плохих, убогих и благополучных, умных и тупых, достойных и посредственных, на...гетеросексуалов и гомосексуалов в конце концов. Безусловно, нельзя с детства втолковывать своему сыну, что любить мальчика - это нормально и с этим жить можно, если не нужно. Но должна же быть какая-никакая толерантность к людям, у которых совершенно такое же строение, как и у тех, что кличут себя "нормальными, и на лбу у них не написано, что они какие-то иные. Информация должна поступать к человеку соответственно его возрасту, тогда и не будет никаких проблем. А то, что человек в сознательном возрасте делает выбор в пользу своей команды или команды с другим цветом - пусть будет его личное право, на которое не имеют права посягать даже родители, вырастившие и давшие билет в будущее своему чаду...
Маттео все думал, когда он понял, что испытывает к Арманду сексуальное влечение. Когда это произошло? Если вернуться назад в прошлое, то мальчик мог бы с уверенностью настаивать на своем раннем принятии собственной бисексуальности. Арманд был для него настоящим идолом, за которым хотелось следовать всюду. Сильный мужчина, умный и умелый боец. Но кроме высоких моральных качеств, мальчика привлекал внешний облик будущего телохранителя. Еще маленьким мальчишкой, стоя с Армандом в одной душевой после жарких тренировок, Матти не мог отвести взгляда от его мускулистого тела. Каким оно всегда было рельефным и выточенным, так что каждая мышца напряженно выступала под смуглой кожей. Контарини всегда был выше Маттео, и это лишь придавало его образу колорита. Высокий атлант с мужественными чертами лица...Глядя на такого, Матти не мог сдержать восхищения смешанного со смущением. Ему всегда хотелось, чтобы широкая спина Арманда была своего рода надежным прикрытием, за которой ничего не будет страшно. Он весь в целом дарил Корелли ощущение защищенности. С таким и против армии врагов было бы не страшно, думал маленький Маттео, представляя себе в своих детских грезах Арманда в виде настоящего героя из комиксов. Его личный Капитан-Америка...
А теперь мой личный Капитан-Америка раздевает меня догола и скоро совершит то, чего мы оба хотим. Я мечтал отдаться этому человеку...Может быть я поступаю неправильно, может быть я дурак, который не думает ни о чем, кроме как о собственной похоти. А может быть я просто молод, и мне хочется всего попробовать. И если пробовать такие вещи на вкус, то только так, чтобы на мне осталось приторное послевкусие от его прикосновений и...
- Я верю тебе, - произносит Маттео в ответ на слова Арманда. И тут с мужчины медленно соскальзывают вниз брюки, которым больше не на чем держаться, ведь Матти позаботился о том, чтобы все сдерживающие оковы с них были сорваны. Вот теперь Арманд перед ним абсолютно нагой и казалось бы безоружный. Маттео с минуту рассматривает его обнаженное тело, запечатлев в собственной памяти каждый визуально схваченный кусочек. Кажется Арманд совсем не поменялся с того времени, как они с Матти принимали вместе душ - тогда, лет семь назад. Все такой же стройный и рельефный. А еще...Маттео поддался внутреннему трепету, когда его взгляд был направлен туда, где было сосредоточено самое откровенное и интимное. Никаких сомнений быть не могло  в том плане, что Арманд хотел мальчишку и весь изнывал от нескрываемого желания. Он приблизился к Матти вплотную, и парня будто бы током прошибло, стоило ощутить упирающуюся в живот горячую плоть возлюбленного. Член Арманда призывно стоял вверх, и Корелли чуть было не потянуло коснуться его. Но Арманд действовал в пределах собственного плана, а также по наитию. Он обнял лицо Маттео ладонями, и тепло его рук заставило мальчика сладко прикрыть глаза. Пушистые длинные ресницы Матти то и дело вздрагивали, но глаза он не открывал. Он прислушивался к каждому шороху, к каждому движению и вздоху мужчины. А после ощутил на своих губах уже в который раз самые любимые губы, которые наверняка готов был бы целовать вечно и с вечным упоением. Арманд увлекал его в продолжительные поцелуи, а также ласкал кончиками пальцев. И стоило мужчине коснуться горячими губами уха Матти, как тот вспыхивал маковым цветом, все больше смущаясь и поддаваясь на интимные провокации.
- Я не смущаюсь, - врет Маттео, обнимая Арманда за предплечья и томно вздыхает. Мужчина стягивает с него брюки, а вместе с ними долой отброшено в сторону белье. Малыш Матти поймал себя на мысли, что ему чертовски нравится такой способ раздевания: когда не ты себя, а тебя кто-то. Почувствовав под коленями упор и мягкий шелк покрывала, который холодил разгоряченное до предела тело, Маттео был опущен на кровать. Он уперся руками о скользящее покрывало, боясь не удержаться на месте и не завалиться на спину, но был удержан Армандом. Шелк под ладонями быстро нагревался и казалось распалял обнаженное тело мальчика еще больше. Корелли поведено смотрел на своего обожаемого идола и готов был кинуться к нему в объятия. Губы Арманда всегда были слишком близко, чтобы можно было счесть все это действо за дивный сон. Они касались Маттео там, где мальчику подсознательно хотелось. Если раньше он самостоятельно одаривал девочек вот такими страстными ласками, то сейчас мог вдоволь насладится эротичными пытками, от которых его уста стали выдавать самые милые и сладкие звуки. Все к чему прикасался Арманд губами и кончиками своих пальцев, будто бы горело от совершенно не болезненных ожогов. А как у Маттео сносило крышу, когда мужчина языком ласкал его соски и низ живота...Тут уж было не до детских забав. Маттео откидывался назад и выгибался навстречу ласкам любимого. Он то зажмуривался тихо постанывая и кусая губы, то широко раскрывал глаза и рот в немом крике. Он нещадно комкал тонкое алое покрывало, которое было под стать цвету его порочного падения. Мальчишка тонул в объятиях мужчины, он и страдал и получал дикое удовольствие одновременно.
- Ах! - вскрикнул Матти, когда Арманд прижал его к себе и накрыл ладонью вставший колом член парня. Из головки мелкими каплями сочилась смазка, что говорило о скором желании мальчишки достичь своего первого оргазма за сегодня. Он весь мелко задрожал и обхватил шею блондина руками. Губы приоткрытые в истоме томно прошептали:
- Я кажется сейчас кончу...

+1

52

Наконец-то между ними сейчас происходило все то, о чем блондин так долго мечтал. Пока он находился в состоянии излечения от ранения, то чрезвычайно бесился от того, что не мог при желании как следует прикоснуться к тому человеку, в которого без памяти влюбился. Так случилось в самый первый раз в его жизни. Да, возможно в каких-то предыдущих отношениях казалось, что он кого-то там любил, но те чувства, в которые Арманд в настоящее время окунулся с головой, ощущались самыми естественными и правильными. Возможно и хорошо, что тогда ни Маттео, ни телохранитель не оказались в одной постели.
За все то время, за которое выздоравливал Контарини, он очень много думал о том, действительно ли он любит этого мальчика. И постепенно и далеко не сразу он пришел к тому выводу, что да - любит однозначно. Никому и никогда не отдаст его, пойдет на все, лишь бы всегда быть с ним рядом, охранять его от всяческих неприятностей и врагов. Ведь это так естественно по отношению к тому, кого любишь всем сердцем. Пусть даже эти два сердца бьются в груди двух лиц мужского пола. Разницы никакой нет, любовь не знает возраста, половой принадлежности, расы и так далее. Она едина для всех и каждого, но всегда такая разная и не похожая ни на кого...
Это так здорово, что дон Корелли решил уехать в Нью-Йорк именно сегодня. Некто свыше благоволит нам, и я привезу Маттео домой уже явно, когда на улице будет темно. Развлекаться с ним всю ночь, как бы мне не хотелось, я не смогу. К тому же сегодня будет его самый первый раз с мужчиной, а я не знаю, как все пройдет и как он все прочувствует. Главное, не показывать ему свое волнение, иначе ничего путного из моей затеи не выйдет. Парень и так переживает гораздо больше меня. Как же мне помочь ему побороть свой страх? Однако он настолько наслаждается моими ласками, что совершенно ни о чем не думает. Надо бы сделать так, чтобы и он проявил какую-то инициативу по отношению ко мне. Тогда весь страх сразу же уйдет на второй план.
Однако же пока проявлять инициативу Маттео было судя по всему рано. Но и самому Контарини настолько нравилось ласкать парня и дразнить его, что прекращать он не собирался. Мужчина потерся щекой о щеку мальчика, смотря вниз на то, как тот слегка толкается плотью в его ладонь. Член Матти пульсировал со страшной силой, из него сочилась смазка, отчего пальцы блондина стали влажными и скользкими. Но такая сладкая пытка должна принести свои плоды, а уж когда Корелли признался в том, что он вот-вот кончит, Арманд лишь хищно улыбнулся.
- Тогда зачем терпеть? Это вредно, да и к тому же, это всего лишь самый первый раз за сегодня, когда ты сможешь сбросить напряжение. Ты молод, малыш, а это значит, что силенок у тебя много, и мы еще посмотрим, кто из нас сможет продержаться дольше. Я могу доводить тебя до оргазма руками или языком, без разницы, а могу и по-другому...
Последнюю фразу Контарини произнес почти что шепотом на ушко парню, проведя по ушной раковине кончиком языка и слегка подув. Также хотелось продемонстрировать Маттео то, чего он побаивался, а именно довести его до пика наслаждения именно языком и именно там, где стеснялся парень. Арманд как бы и не собирался его ни к чему подобному принуждать, но, конечно, очень бы хотелось прочувствовать подобное на себе. Хотя их никто никуда не торопил, однако же блондин решил, что Маттео сам до всего дойдет, что желает сам. Контарини практически машинально потерся грудью о парня, который весь подрагивал от малейшего касания любовника к своему члену. Любоваться подобным зрелищем Арманд мог до бесконечности. Может быть кого-то и не слишком возбуждало слишком уж молодое тело, но вот телохранитель уже сходил с ума от прикосновения к нежной коже мальчика. И он безумно желал его. Наверное потом, когда все-таки настанет миг соития, пусть лучше Маттео сам будет контролировать процесс, оседлав его, чем блондин более грубо и требовательно возьмет его сзади.
- Давай же, не стоит изводить себя и терпеть непонятно для чего... А еще я очень хочу, чтобы ты продемонстрировал, на что способен будущий дон Корелли, - поддразнивал его Арманд, подключив к ласкам и вторую руку, в результате чего уже более не поддерживал парня, и тому пришлось самому опираться ладонями о кровать, дабы не распластаться на простынях в весьма развратной позе. Мужчина вновь наклонился, потом мягко надавил мальчику на грудь, чтобы он все-таки лег на спину. Он запомнил, как постанывал Маттео, когда прикасался к низу его живота, и член парня чуть ли не в кадык ему упирался. Поэтому не переставая массировать самое чувствительное место, блондин снова стал прокладывать дорожку из поцелуев от груди, двигаясь ниже к животу и обводя языком впадинку пупка.
У меня такое чувство, что я им буквально заболел. Разве можно думать о человеке практически постоянно? Когда его нет рядом, ждать встречи, волноваться о том, все ли с ним хорошо, и ревновать чуть ли не к каждому столбу. Интересно, а что он чувствует по отношению ко мне? Или я один такой влюбленный идиот? Он говорил, что любит, но я так хотел бы знать, что он испытывает нечто аналогичное, как и я.
- Твои вздохи и стоны - услада для моего слуха, - довольно мурлыкнул белобрысый и, не выдержав, весьма чувствительно лизнул головку члена парня.

Отредактировано Shax Lloyd (2014-10-16 23:25:44)

+1

53

Арманд откровенно намекал на то, что уйдет Маттео отсюда испитый им досуха. Впрочем, мальчишка не сомневался, что сегодня его не раз заставят кончить. Учитывая то, что парень ночами упражнялся в выносливости, представляя себе любимого мужчину и мастурбируя, несколько сексуальных заходов не составят ему особого труда. Да, Матти был молодым и созревшим плодом, вкушать который следует медленно, растягивая удовольствие и раз за разом доводя до экстатического состояния. Глядя на него, у блондина наверняка не осталось больше причин сомневаться, а стоит ли дарить мальчику его первый опыт именно сейчас, когда Матти еще не переступил черту взросления на официальной основе. Какой-то моральный червь мог все еще сидеть в мозгу Контарини, и грызть его за то, что мужчина совершает реальное преступление. Но Маттео хочет его. Он сам стал инициатором всего этого, и сейчас не просто так раздвигает покладисто ноги перед таким же парнем с членом, как и он сам. Матти хочет новых ощущений. Он хочет узнать то, что изначально ему виделось в сумбурном свете. Он хочет ощутить себя по-другому, находясь в совершенно ином положении. Быть взятым мужчиной. Не просто предаться совместному онанизму, смотря на обнаженные тела друг друга, упиваясь сладостной истомой на лицах друг друга. Быть взятым сзади, словно сучка требующая случки. Познать всю глубину ощущений, насколько бы они не были смешаны с болью. Интерес с каждым днем нарастал вместе со страхом, хотя упертое стремление Маттео добиваться поставленных целей, возможно и посодействовало его теперешнему положению. Каким оно есть, это положение? Он...Он любовник Арманда. Он человек, по которому мужчина тихо сходит с ума. А будь у него возможность, итальянец сердечно распинался бы на весь белый свет о любви к молодой заднице, в которую он совсем скоро войдет.
Как же это будет? Как? Как? КАК??? - Маттео весь сгорал от страсти. Каждый раз, когда Арманд касался его, целовал его или хитро шептал ему на ушко свои лукавые речи, Матти сдерживался, чтобы не кончить так быстро лишь от этих пылких мелочей. Он хотел показать себя с лучшей стороны, возможно в каком-то смысле хорохорился, чтобы не лишний раз блеснуть перед более опытным партнером. Хотя Матти знать не знал пределы Арманда. Парни из гей-порно выдерживали сессию из прелюдий и секса длиной в тридцать и сорок минут. А сколько прошло времени с того момента, как за спиной Корелли-младшего захлопнулась дверь в спальню? Сколько он вынужден выносить трепетные ласки блондина, от которых внизу живота образовалась такая тяжесть, будто бы еще секунда, и мальчишку прорвет.
- Давай же, не стоит изводить себя и терпеть непонятно для чего... А еще я очень хочу, чтобы ты продемонстрировал, на что способен будущий дон Корелли.
- Ты дразнишь меня!
Голос Маттео будто бы ему не принадлежал. Он эхом пронесся по комнате укрываясь в её уголках, и парень с каким-то страстным восторгом определил хитрую особенность этой спальни. Из-за её простора и не захламленности, каждый звонкий звук слетающий с уст Матти, превращался в короткую трепетную мелодию, в которой улавливались нотки удовольствия, восхищения и оголенного вожделения.
- Я не хочу так скоро кончать и...Ах! - Маттео хотел было сказать Арманду, что из него пока еще плохой демонстратор, что опыта у него ноль, а мужчина такой бесстыжий ублюдок, хочет от него чего-то сверхъестественного. Но Арманд прервал фразу Матти на полуслове, заставив мальчика лечь на спину и получать новую дозу из вереницы поцелуев. Целовать Арманда Маттео уже привык, и делал это с огромным вкладом своих самых искренних чувств, так что у самого крышу сносило. Но целовать блондина вот так, как сейчас делал сам Контарини...Нет, попробовать конечно можно было, тем более для таких вещей опыт неважен. Нужно лишь поддаться голосу своего сердца, оно уж несомненно подскажет. И Маттео обязательно зацелует любимого до измождения, но в их следующий раз, когда внутри мальчика уже не будет никакого подсознательного страха к соитию с таким же, как он сам. Пусть Арманд сегодня ведет, а Маттео будет самым покладистым и послушным мальчиком, будет сладко стонать от его прикосновений, будет хватать его за плечи и волосы, когда станет ну совсем невмоготу. И когда Корелли все же захочет кончить, он об этом скажет.
Как же сильно я люблю его! Я больше не в силах отрицать свои чувства, мне хочется жить ими и жить ради него, жить с ним и быть всегда с ним! Уехать вместе с ним куда-нибудь далеко-далеко, где отец нас не найдет. Куда-нибудь, где есть море и можно наслаждаться свободой. Куда-нибудь на Кубу, на остров свободы. Подальше от клана, от моей неформальной семейки, которая просыпается и засыпает с мыслью поскорее вручить мне кровавую империю и окрестить её новым кровавым бароном. Не хочу! Не хочу такую жизнь! Не хочу вечно скрываться с Армандом! Не хочу прятаться по углам! Хочу всем рассказать о том, что дороже его у меня нет никого. Что он лучший человек из всех, кого я встречал. И я умру ради него. Видит Бог, я готов сейчас поклясться, что умру ради него. Умру вместе с ним!
- Арманд! Нет, что ты делаешь?! Прекрати...это, ах!!! - когда Контарини опустился губами к паху мальчишки, у того мгновенно все перед глазами поплыло. Комната стала размытой от выступивших в истерично трепетном порыве слез. Маттео накрыл лицо ладонями и громко застонал, весь дрожа. Горячее дыхание Арманда обдало жаром чувственную плоть и мужчина накрыл её губами. Кажется в тот момент небеса упали на землю и земля разверзлась, и Маттео не выдержав даже начала той сексуальной ласки, которой так сторонился, кончил в лицо любимого мужчины весь прогибаясь и натягиваясь, будто бы струна лучшей гитары, которая вот-вот лопнет.
- Прости, я не хотел...- Маттео посмотрел на мокрое лицо телохранителя сквозь пальцы, тяжело дыша и еще вздрагивая от внутреннего перевозбуждения и разнесшего в пух и прах его существо оргазма.

+1

54

Арманд прекрасно понимал, что мальчишка опасается того, к чему блондин его так отчетливо подталкивал. И где-то глубоко внутри него боролись два чувства: он хотел, чтобы и парень, который до этого имел дело только с девушками, хотя бы попробовал ласкать его также, как это делал Контарини; но также телохранитель боялся, что если он будет торопиться и сделает что-то не так, желание заниматься с ним любовью у парня вообще отпадет напрочь. Но степень желания отлюбить мальчика до потери сознания у мужчины была несоизмерима ни с чем. Блондин уже не очень хорошо помнил свой самый первый раз с парнем. Знал только, что он взял его, занимая активную позицию, и уж точно не хотел сам испытать те ощущения, что так ярко продемонстрировал его первый любовник. Тогда это был просто секс, ничего личного. Контарини хотел испытать новые ощущения, вот и все. Испытал, и они ему понравились гораздо больше, чем при контакте с женщинами.
Я бы многое отдал за то, чтобы Маттео вот так смотрел на меня, с таким же обожанием, страстью и любовью. Он наверняка думает, что я увлечен только лишь сексом и ласками в отношении него, ан нет. Я наблюдаю за ним незаметно от него. И мне очень нравится то, что я вижу. Только вот не знаю, на сколько меня хватит. Я уже не могу терпеть, я хочу соединиться с ним. Но страх причинить боль пересиливает желание. Нужно действовать последовательно.
- Я ни в коем случае не буду тебя принуждать делать то, что ты не хочешь или чего боишься. Мне хочется, чтобы ты действовал исключительно по своему желанию, - блондин поднял на своего юного любовника томный взгляд, слегка улыбаясь и после вновь накрыл губами головку его плоти. Просто так отпускать парня он не собирался, а всего лишь хотел более чем наглядно продемонстрировать Корелли-младшему то, что подобная ласка ничем уж таким страшным не является. А уж про ощущения и говорить нечего, Контарини прямо-таки мечтал о том, чтобы Матти проделал с ним все тоже самое. Но всему свое время.
Но по-видимому Арманд настолько раздразнил чувствительного парня по словам самого Маттео, что долгой интимной ласки парень попросту не выдержал, и когда Контарини выпустил его плоть из плена губ, тот излился в первый раз, тяжело дыша. Блондин хитро ухмыльнулся, выпрямившись и цапнул салфетку, достав ее из тумбочки прикроватного столика. Он вытер лицо, не чувствуя совершенно никакого раздражения или отвращения. Что естественно, то не стыдно, к тому же если уж последовала такая реакция от мальчика, то значит он движется в правильном направлении. Маттео тяжело дышал, залившись краской и виновато смотрел на него, до этого принеся извинения. Арманд же наклонился над ним, убирая руки от лица и мягко чмокнул парня в губы.
- Не нужно извиняться, малыш. Тебе ведь понравилось то, что я проделал несколькими минутами назад? Я просто хотел тебе показать, каково это, и чтобы ты сам испытал те ощущения, о которых, возможно, не знал ранее.
Но останавливаться на достигнутом было бы глупо, поэтому Контарини решил не медлить и, аккуратно приподняв мальчика, попросил его перевернуться и встать на колени. Как никак, а сегодня все-таки нужно было завершить начатое, хоть и у мужчины были опасения.
Черт побери, а если ему будет настолько больно и неприятно, что больше и не захочется? К тому же он девственник в этом плане. Хоть я и опытнее в этом плане, но все равно как-то боязно. Ладно, Арманд, не дрейфь и будь мужиком.
- Постарайся по возможности расслабиться максимально, чтобы мне было легче. Предварительно я сделаю так, чтобы ты ни о чем не думал, кроме наслаждения. Только очень тебя прошу, не бойся меня и не зажимайся, - говорить, конечно, было легко, и Арманд бы на месте Маттео, возможно, вообще думал только о том, что вот-вот будет очень больно. Блондин шумно выдохнул, слегка прогнув парнишку так, чтобы ему удобнее было пристроиться сзади. Сам же быстренько извлек из той же тумбочки презерватив и смазку, дабы Корелли было легче принять его.
- Я тебя люблю, малыш, - прошептал блондин на ухо своему любимому, покрывая спину парня нежными поцелуями, иногда проходя языком по позвонкам. Сам же, удостоверившись в том, что тот относительно твердо стоит на четвереньках, сжимая тонкими пальцами простыни, протянул руку, поглаживая Маттео по груди, вновь нащупывая горошинки сосков и массируя каждый из них попеременно. Ему хотелось вновь сильно завести Корелли, чтобы тот переключился именно на свое возбуждение и дабы ему легче было перенести первое соитие. Чувственно поцеловав его в районе поясницы и оставив там небольшой засос, мужчина выпрямился, после нависнув над любимым, нанес на пальцы небольшое количество смазки, начиная медленно подготавливать парня к тому, что в него скоро проникнет нечто большее, чем палец или даже два.
Я сейчас сгорю от нетерпения. И я прекрасно понимаю, что скрывать свои чувства к нему мне станет все сложнее. Хочу уехать далеко с ним, чтобы нас никто не нашел, и нам не пришлось бы скрываться по углам, словно воры. А сейчас мне нужно меньше говорить и больше делать, дабы не пугать Матти еще сильнее.
Он легко погрузил в тело парня один палец, после другой, слегка растягивая его. Знал, что это ощущение может показаться странным, неприятным или же еще каким-то, но брать Корелли без предварительной подготовки было бы неправильно. Потом он наутро встать не сможет, а Арманд будет в этом виноват. И как-то сейчас даже не думалось о том, что Контарини занимается самым настоящим совращением несовершеннолетнего, который в своем мастерстве соблазнения мог дать сто очков вперед любому взрослому.
Понеслась...
Через пару минут Арманд убрал руку и прислонился головкой плоти ко входу в такое желанное тело. Блондин закусил губу практически до крови: движение вперед, потом еще и еще, слишком узко и тяжело двигаться, но остановиться он уже не мог.

+1

55

Если Арманд думал, что член Маттео впервые кто-то брал в рот, то он глубоко ошибается. Просто все, в чьи ротики резво входил Матти младший были ртами малолеток неумех, которые велись на дерзость и обаяние подростка, который слишком рано повзрослел и записался в ряды скороспелых развратников. С девочками Маттео ничего не стеснялся и даже его первый раз прошел на таком подъеме самоуверенном, что девочка под ним удивилась его настырности и бесстрашию. А было Матти пятнадцать лет, совсем зелень по реальным стандартам. Может быть итальянская кровь давала о себе знать, ведь именно итальянские мужчины считаются одними из самых темпераментных и резвых в плане секса. Вот и Корелли младший не побоялся вступить в веселую половую жизнь как можно раньше. Впрочем, таким своим поспешным желанием Маттео старался забыться и попытаться выкинуть из головы Арманда. А теперь судьба повернулась к нему непонятным боком, и черт её разберешь - радоваться стоит, прыгая от счастья или же за голову хвататься, не зная как дальше быть. Нет, сейчас уже поздно за голову хвататься, разве что за задницу, чтобы прикрыть её ручонками и не дать себя трахнуть человеку, в которого по уши влюблен и на самом то деле уже сам весь течешь от вожделения. Как же сложно быть подростком, который не может разобраться в себе и прийти к достойному решению самостоятельно. Нужно уже избавляться от вечно выставляющей подножки нерешительности. В самый неподходящий момент стесняться, прятаться за букетом из собственного макового цвета, которым обдает щеки и хочется под землю провалиться. Нужно научить твердо говорить да и нет, чтобы дальше не томиться от многочисленных вопросов - своих и того, кто в данный момент с тобой в непосредственном контакте. И что это за глупое выражение лица? Ну кончил разок слишком быстро. С кем не бывает? Ведь было так приятно, что неподрассчитал с самоконтролем, потерял бдительность и поддался волне сильнейшего оргазма. Просто никогда мальчишка еще не чувствовал именно таких ласк. Все то, что делали ему девчонки, было простой разминкой перед реальными взрослыми играми. И Арманд кажется был настоящим профи по части отсоса. И кажется он не совсем понимал Маттео, когда парень категорично заявил, что в рот брать не будет. Не будет пока, и не потому, что боится. Все же член не пиранья какая, не сожрет. Просто...Просто пока Матти не был готов полностью переступить черту и принять себя геем.
- Я понимаю...И все же как-то по-дурацки вышло. В следующий раз, я не буду так быстро...- Арманд наклонился, чтобы поцеловать Маттео в губы и немного успокоить. Мальчик почувствовал какие могут быть солеными на вкус губы, когда они совсем недавно прикасались к истекающей смазкой и спермой плоти. И совсем не противно, хотя вскоре начало немного горчить.
Так вот какая она на вкус?
Тем временем Арманд мягко попросил Матти перевернуться и встать на четвереньки. Мальчик вновь растерял бдительность и сперва не сразу понял, что мужчина собирается приступить к основной части их сегодняшнего действа. Но как только Корелли узрел в руке телохранителя блестящие квадратики и какой-то темный флакон, до него разом все дошло. Он напрягся и тут же пытался расслабиться, ведь он сам этого хотел. Его всего трусило, спина покрылась испариной и мелкими мурашками. В комнате было жарко, даже душно, а мальчишку кидало в холод. Он прикусил губу и скомкал простыни ладонями, прогибаясь в спине под чувственными ласками Арманда, который снова начал его поглаживать по груди, накручивал его соски, которые уже чуть ли не болели от прикосновений шершавых пальцев...Рука мужчины оглаживала напряженное бедро и поясницу, другая касалась вновь заведенного члена. Он горячо шепнул на ухо, что любит Маттео, и от этих слов у подростка на губах дрогнула идиотская довольная улыбка.
Скажешь это еще раз, и я тебя ударю...- подумалось Матти. Все-таки он был парнем и одного признания ему вполне хватало. Он не какая-то девчонка, которая требует вечных ванильных признаний, романтичных соплей и томного шепота на ушко. Хотя...Все это заводило и ложилось медом на душу. Мужчина его любит. Он также как и Корелли по уши влюблен, о чем говорит не только его язык, но и каждое из прикосновений.
- Ах! - Матти громко втянул в себя воздух, когда Арманд поцеловал его где-то в районе копчика и запустил один палец в узкую дырочку, которая тут же сжалась от проникновения чего-то чужеродного. Ощущения ничем не отличались от тех, которые Маттео испытывал подготавливая себя самостоятельно в душе. Что-то странное и неоднозначное, что нельзя было назвать супер экстатическими сейчас происходило в нем и наводило на мысль, что Корелли зря вообще развел этот спектакль. Ему не понравится. Все это зря. Но Арманд не останавливался и кажется его длинные проворные пальцы были куда страстнее. Когда они давили на упругие стенки ануса мальчишки, Матти даже показалось, что в этом что-то есть. Что ему становится приятно. А когда блондин начал своеобразно двигать ими взад вперед, мальчишка порочно начал наталкиваться на них в такт, по-прежнему кусая свои губы и тихо постанывая. Голова моталась из стороны в сторону и изредка закидывалась назад, чтобы краем глаза взглянуть на увлеченного делом Арманда. Потом Матти уже стал ловить себя на мысли, что одних пальцев ему недостаточно и было бы неплохо почувствовать...
- Аааах! Ар-манд, - мужчина будто бы читая мысли мальчишки начал входить в подготовленное тело. Было крайне тяжело принять его, Маттео всеми силами пытался заставить себя расслабиться. Он завалился грудью на кровать и обхватил крепче руками шелковые простыни. Дыхание начало захватывать, будто бы с каждой секундой медленного и томительного проникновения члена мужчины в парня, у Матти выталкивали из легких воздух по комками. Он очень громко и эротично застонал, но не просил остановиться. Было больно в первые минуты, когда большой и горячий ствол пронзал его изнутри и растягивал снаружи. Было очень больно, но вместе с тем, Маттео терпел. Он чувствовал, что после боли просто обязано наступить наслаждение. А еще хотел подарить себя любимому. 
- Мммм....мммм....мммм, - Матти стиснул губы и зажмурился. Еще чуть-чуть и мужчина будет в нем весь и они станут по-настоящему одним целым. Ведь так хотел Маттео всегда. Хотел отдаться Арманду и хотел отобрать его у всего мира. Потому что, он изначально принадлежал Маттео Корелли.

+1

56

Останавливаться было уже слишком поздно, да и разве нужно это было? Раз он так долго шел к этому, то отступать ни в коем случае нельзя. Блондин тяжело дышал, ему требовалось немало сил, чтобы не начать двигаться резко, не доставив тем самым парню еще больше боли и отвратить к последующему сексу раз и навсегда. Поэтому следовало держать себя в руках и не поддаваться сиюминутным порывам. Хотя, наверное, даже если бы Маттео и противился сейчас, сбежать от собственного телохранителя он уже попросту бы не смог. Принуждать его Арманд не собирался, но тогда ему потребовалось бы гораздо больше усилий, чтобы склонить мальчишку к первому в его жизни сексу с мужчиной. Но и растягивать процесс тоже было нельзя - все-таки это самый первый раз Корелли, и тому явно потребуется порядочное количество времени, чтобы прийти в себя. Хоть Контарини и был по части любовных утех весьма ненасытным, в данный момент ему нужно было вовремя остановиться.
Кто бы мог подумать, что я наконец-то добьюсь того, к чему так стремился. И что получу сполна за свои усилия. Но у меня еще ни разу не было длительных отношений с мужчинами, поэтому я не очень представляю, что мне делать дальше. А уж в такой ситуации, в которой я нахожусь сейчас, и подавно. Подо мной сын мафиозного дона, который так отчаянно подставляется и который сказал, что любит меня. Кажется, это не похоже на сон, а самая, что ни на есть реальность. И я так не хочу, чтобы все это закончилось.
Мужчина обхватил подрагивающий член мальчишки, двигая ладонью вверх-вниз, чтобы хоть как-то заглушить болезненные ощущения, но не останавливался ни на секунду. Сил у него было хоть отбавляй, и слегка притормозил Контарини только тогда, когда вошел в парня до самого основания. Остановился для того, чтобы любовник смог принять его до конца, привыкнуть к этому ощущению и получить хотя бы немного удовольствия. Хотя почему-то Арманду казалось, что удовольствия-то как раз Корелли и не испытывает. Но его вроде бы не насиловали и даже Матти не просил Арманда остановиться. Значит вроде бы все в относительном порядке.
Блондин нагнулся, начиная медленно, но чувственно целовать Маттео вдоль позвоночника, прикасаясь языком к каждому позвонку, но не останавливался, лишь движения его стали более плавными, чем были до этого. То, как парень сжимал его плоть внутри себя, доводило Контарини до экстаза, и телохранитель чувствовал каждую дрожь, слышал каждый выдох парня, который громко стонал под ним. И Арманд ощущал полное удовлетворение, ведь подобные стоны были слаще любой музыки. Он теребил головку плоти мальчика, размазывая смазку, иногда сжимал и перебирал пальцами яички, и предоргазменное ощущение становилось ярче с каждым движением.
Никому и на за что не отдам его. Я буду с ним до самого конца, что бы со мной ни было. Отберу у всех, он только мой. И ни одного парня, ни одной девушки не будет рядом с ним, я этого просто не позволю.
Эх, знал бы Арманд, на сколько он прав насчет того, что будет со своим любимым мальчиком до самого конца, но сейчас ужасная правда была ему неведома. Он просто хотел продемонстрировать свои чувства, а также показать то, что занятие любовью с мужчиной вовсе не так ужасно, как кажется на первый взгляд. Не всем, конечно же, но стереотипы, царившие в обществе, еще никто не отменял. Мужчина покусывал губы от нетерпения, но уже буквально через какие-то несколько минут его накрыло. Он глухо рыкнул, застонал и излился, замерев на какое-то время и уже гораздо легче выскользнул из тела Маттео, который буквально распластался на кровати. светлые волосы налипли на лоб, Арманд выбросил использованный презерватив и тихонько придвинулся к парню, который лежал тихонько, но дышал очень уж часто и тяжело.
Когда он звал меня по имени в тот самый момент, у меня пошли мурашки вдоль позвоночника. Кажется, я начинаю балдеть от того, что он обращается ко мне не во втором лице, а именно по имени. Надеюсь, ему было не слишком больно...
У Контарини было достаточное количество любовников и любовниц за всю жизнь, но сколько он себя помнил, то никогда не беспокоился за кого-то о том, какие ощущения испытывал его партнер. Вроде бы никто не жаловался, поскольку такого неутомимого любовника следовало еще поискать, но это были всего лишь связи на одну или несколько ночей. Те люди были никем для итальянца, поэтому и забывал он о них также быстро, как и проводил с ними ночи. А сейчас блондин испытывал совершенно иные чувства, сейчас он понимал, что безвозвратно влюбился. Наверное не следовало говорить о любви часто, но все познается в сравнении, а Арманд учился на своих и чужих ошибках и наматывал все на ус.
- С тобой все хорошо?
Только и смог вымолвить Контарини, поглаживая парня по голове и внимательно следя за каждым движением парня. Его слегка потряхивало, телохранитель боялся, что его оттолкнут и вообще скажут больше не приближаться и уж тем более не дотрагиваться. Поэтому он не напирал, а просто выжидал пока что. Мужчина нагнулся и нежно поцеловал мальчишку в плечо. Не стоило дергать Маттео в такой момент, он должен сам разобраться в своих ощущениях и тогда уже понять, хочет ли он продолжения или уж хватит с него.
Он даже не успел ничего сделать, как я все решил за нас обоих и отлюбил его по полной. Хотя по полной еще не было, я не действовал в полную силу. Но мне дико хочется продолжения, однако я пока не знаю, как чувствует себя Корелли после первого соития. Надеюсь, в дальнейшем он не будет меня бояться и сам начнет проявлять инициативу. Я хочу прочувствовать, какого это.

+1

57

Каждая минута близости с Армандом была мучительно болезненной и вместе с тем жизненно необходимой. Хотелось, чтобы все это продолжалось как можно дольше, ведь только так, Матти ощущает себя нужным Арманду - как парень, как партнер, как человек, с которым его удовольствие растет, и это заметно по степени возбуждения мужчины. Значит мальчишка все делал правильно, раз любовник не сошел с дистанции. А впрочем, что делал Корелли? Он просто повернулся задницей, как просил того блондин и без церемоний терпеливо принимал его в себя. Впрочем, если убрать все неприятные и странные ощущения, которые Матти до конца еще не прочувствовал как следует, чтобы сделать хоть какой-то основательный вывод - нравится ему или он больше никогда не даст Арманду себя иметь; то мальчишка был уже отчасти счастлив. Его любимый человек сейчас рядом с ним и они наконец стали одним целым. То, о чем подросток только грезил в своих незрелых мальчишеских сексуальных фантазиях, чего Матти боялся и переживал скорее больше не за себя, а за то, понравится ли Арманду вступать с ним в интимную связь, переходя на совершенно новый уровень отношений. Эти странные до безобразия отношения закрутились с какой-то беспорядочной хаотичностью. У них было не все как у людей. И сейчас не имеешь ввиду ориентацию, и даже не разницу в возрасте...Они просто взяли и спонтанно сменили гнев и ненависть друг к другу на любовь. Словно давно хранили это чувство в сердце под кодовым замком, а паролем к этому замку было равноценное признание в чувствах. Да, Маттео любил этого человека и если спросить его "за что?", то мальчику будет трудно ответить, ведь ответа на такой неоднозначный вопрос быть не может. Даже любимого нельзя любить за все подряд. А такой вспыльчивый и дерзкий мальчишка, как Корелли младший, за версту примечал плохое или просто ему не нравящееся в людях. Он не любил показушничество Арманда. Он не любил его льстивую натуру. Иногда Матти с ужасом замечал за собой странное желание посадить Контарини на цепь и держать рядом с собой. Так чтобы он никуда не вырывался, а если бы говорил или делал нечто несоизмеримое с принципами мальчишки, то Матти хлестал бы его кнутом. Жесть! Парнишка или пересмотрелся порнографии или же его крыша с грохотом поехала куда-то вникуда. Но сейчас...Сейчас Маттео старался всецело отдаться новым ощущениям, которые ему дарил его цепной пес. Его любимый цепной пес. И не со зла мальчишка мысленно звал его так, а лишь по факту. Какими бы отношения не были между Маттео и Армандом за спинами семьи, у всех на глазах они были сыном дона мафии и его личным телохранителем. Арманд был псом, который независимо от статуса Матти, кинется ради него в глотку любого. Это он уже доказал до признания в любви.
- Ар...манд...Арманд....Арр...- полностью затменный внутренними ощущениями, которые переполняли все естество, парень держался из последних сил, чтобы не свалится на постель и таким образом разорвать связь с Армандом, который проник в него до самого основания и уже медленно вколачивался в отзывающееся ответной страстью нутро. Маттео весь сжимался внутри, как-то непроизвольно получалось крепко сжимать в себе горячий ствол, который уже плавно входил и выходил из юного тела. Уже потерявшего девственную непорочность тела. Кусая губы чуть ли не до крови, Маттео сильнее упирался лбом в постель. С него лился пот ручьем, он был будто бы заново выкупан. Мокрые волосы налипали на лицо, застилали глаза из которых лились слезы. Маттео не плакал...Он рыдал! Шумно вздыхая и протяжно постанывая, часто выкрикивая такое мелозвучное имя итальянца, он стал заложником истерики тихо поведенного от любви мальчишки. А когда Арманд касался его интимных мест, когда ласкал истекающий смазкой и спермой член, у парня наружу вырывался оглушительный крик. Будто бы его сейчас не ласкали, а пытали. Впрочем, весь этот первый раз в целом оказался той еще пыткой. Но игра стоила свеч. Под самый конец, боль внутри Маттео стала тупой и еле уловимой. Его накрыло наслаждение. Такое долгожданное и прекрасное наслаждение, которого он не ощущал занимаясь сексом с девушками. Низ его живота был тяжелым и символично ныл. Да, он вскоре вновь ощутит оргазм, который разольется по всему телу и пронзит собою каждую клеточку тела мальчика. Он вслепую нащупал руку Арманда, которая властвовала над членом парня, и накрыв её своей дрожащей и слабой ладонью, продолжил доводить  себя до финала. Аналогично было и с Контарини. Маттео показалось, что член блондина внутри него стал еще больше и горячее. Он еще несколько раз пронзил парня до предела и замерев, Матти ощутил, как презерватив надетый на член итальянца переполнился соками страсти. Маттео судорожно вздрогнул и максимально прогнулся в спине, приоткрывая рот от экстаза. Он кончил вскоре после Арманда и без сил повалился на постель, очень тяжело дыша. Арманд переживая спросил все ли с ним в порядке, а мальчику было стыдно сейчас признаться в том, что это был лучший секс в его жизни. Ему было также стыдно смотреть сейчас на блондина и встречаться с ним взглядом. Арманд нежно гладил его по голове и спине, целовал в вздрагивающее острое плечо.
Я не должен молчать. Нельзя молчать.
- Ты лучший. Мне...очень хорошо...- Маттео все-таки это сказал. Но что самое главное, он не хотел сейчас останавливаться. Когда его внутреннее волнение слегка поутихло, а дыхание едва пришло в норму, он решительно придвинулся к Арманду и впился поцелуем в его губы. Он хотел быть с ним в более близкой позе, так чтобы уже не стесняясь и не боясь смотреть в обожаемое лицо, целовать любимые уста и тонуть в бесконечно глубоких голубых озерах глаз.
- Возьми меня еще раз. Я хочу кончать вместе с тобой и видеть твое лицо, когда ты во мне. И...- Маттео прижался щекой к щеке блондина и тихо закончил фразу, практически на выдохе.
- Кончи в меня по-настоящему...
Маттео было плевать на все. Ему просто хотелось всего Арманда, до последней капли. Он решительно взял в руку его член, и приласкал его тонкими пальцами, прижимаясь к мужчине тесно-тесно. А потом, мальчишка перевернулся на спину и расставил ноги так, будто бы приглашал итальянца "войти".

Отредактировано Simon Kotyk (2014-11-04 01:55:42)

+1

58

Так быстро закончилось то, чего Арманд долго ожидал, а может быть чего пытался добиться и добился, словно своей самой главной цели в жизни. Хотя, возможно, еще и ничего не закончилось, а это всего лишь самый первый раз за сегодня. Пока что об этом Арманд даже и не подозревал Однако же пока будучи раненым он ни раз задумывался над тем, что же происходит с его чувствами. Взять и вот так просто полюбить мальчишку. И не абы какого, а сына самого дона Леонардо. Или же это вовсе не любовь, а просто похоть? У него еще вся жизнь впереди; и ему, и Маттео суждено создать свои собственные семьи, но никак не друг с другом. Как же сложно порой бывает разобраться в собственных чувствах и ощущениях, которые опутывают тебя, словно паучьей сетью, и чем больше ты пытаешься понять себя и не только, чем больше барахтаешься, тем больше запутываешься. Нет, Контарини не боялся того, что его может ожидать, узнай дон Корелли о том, что он вытворяет с его сыном, который сейчас извивается под ним, словно рыба, пойманная в сети, кричит и стонет так, что желание блондина разгорается с новой силой.
Что сделано, то сделано. Наверное, я когда-нибудь разберусь со своими чувствами, поскольку сказать о любви с одной стороны легко, а с другой - это могут быть просто слова, которые не имеют под собой почвы. Но я уверен в том, что те слова, которые мы произнесли друг для друга вместе с Маттео, сказаны искренне и идут от самого сердца. Пусть даже мы оба мужского пола, но кто сказал, что даже такие как мы, которые стоят практически по разные стороны баррикад, не могут любить? Мне нужно больше делать, а не забивать свою голову дурацкими мыслями. Но нестись куда-то сломя голову тоже не в моем стиле. Но что, если бы не было того случая с наемницами? Мы бы никогда не смогли сказать друг другу о любви или бы выдалась иная ситуация? Но что толку думать об этом? Надо жить сегодняшним днем.
Пока что Контарини как-то медлил с дальнейшими действиями, давая Маттео отдышаться, прийти в себя и разобраться с теми ощущениями, что он вдоволь испытал на себе впервые, Корелли ответил на его вопрос, касательно того, все ли в порядке с ним. И блондин пришел в себя только после того, как мальчишка подвинулся к нему и яростно впился поцелуем в его губы, да так, что Арманд чуть не завалился на спину. Он успел упереться ладонью о кровать, отвечая на такой поцелуй, только лишь широко глаза распахнул от удивления. Вот на тебе: хотел, чтобы мальчишка проявил инициативу, получай. И блондин ощутил новый прилив желания, шумно выдыхая и также неистово целуя парня, который внезапно разорвал поцелуй и...
- Возьми меня еще раз. Я хочу кончать вместе с тобой и видеть твое лицо, когда ты во мне. И... Кончи в меня по-настоящему...
Внутри Контарини будто бы лопнула какая-то струна, что сдерживала его, будто тормоз. Он еле сдержал себя, чтобы не наброситься на Маттео, словно дикий оголодавший зверь на добычу, которая сама пришла к нему почти что по собственной воле.
- Ты хоть понимаешь сейчас, о чем просишь меня? Я ведь теперь просто не смогу отпустить тебя, и сейчас я говорю не про сегодняшний день. Я говорю про нашу дальнейшую жизнь, в которой не будет места ни для кого. Я хочу быть твоей единственной любовью, и я ею стану!
Голубые глаза чуть ли не сверкали от вожделения, а по-настоящему у Арманда снесло крышу, когда Корелли дотронулся до его плоти, дотрагиваясь до него тонкими пальцами и начиная ласкать. Он слегка закатил глаза, выгибаясь к нему, застонав от удовольствия. Боги, ну наконец-то, это означает, что он оправился от первой боли, и если уж сам жаждет продолжения, то значит все в порядке, и эта боль и неприятные ощущения не отвратили от продолжения. А значит Арманд должен сделать все, чтобы парню понравилось абсолютно все. Значит Маттео будет принимать участия в дальнейших постельных играх с ним более активно, чтобы прочувствовать то, о чем так страстно до этого попросил.
К черту все думы о плохом. мы живем здесь и сейчас, поэтому я сделаю для него все, о чем он не попросит. Я не прощу лишь предательства по отношению ко мне и моим чувствам. Думаю, Маттео это и без слов понимает и ощущает то же, что и я.
А парень тем временем принял весьма развратную позу, расставив ноги, между которыми Контарини весьма удобно устроился и хитро на него уставился, запоминая Маттео, когда он находился в таком вот виде. Его взгляд был не менее пошлым, чем поза Корелли. Поэтому Арманд взял парнишку за руки, заведя из за головой и слегка прижимая одной рукой, чтобы он не вырвался. Он его, конечно, отпустит, но чуть позже, когда парень будет вырываться, чтобы хоть как-то коснуться его, забываясь в любовной горячке. И сначала вновь начал неистово целовать его, продвигаясь поцелуями сначала к шее, оставляя ему отметины в виде засосов, двигаясь вниз к груди, играя языком с напрягшимися сосками, мягко их покусывая и слушая оглушительное биение сердца. Мужчина более не говорил о любви, считая сейчас это ненужным и неуместным.
Держал он Матти не особо крепко, чтобы не причинить ему боли, поскольку физически он был гораздо сильнее Корелли, а лишние синяки на таком соблазнительном теле оставлять не хотелось. Свободной же рукой он вновь обхватил напрягшийся член мальчика, начиная его ласкать, слегка сжимая, иногда касаясь открытой головки практически невесомо, дразня его и желая вновь услышать страстные стоны и крики. Даже и мыслей не было о соседях, которые могли бы их услышать, поскольку блондин вышвырнул бы любого с лестницы вниз головой любого, кто сейчас посмел бы нарушить их идиллию.
Он вновь подготавливал своего партнера и себя в том числе для нового соития, специально дразня его, и внутренне будучи удовлетворенным тем, что сказал ему Корелли-младший, поскольку презервативами и сам не особо любил пользоваться, однако это была необходимость в самых различных обстоятельствах. Блондин и сам подрагивал в предвкушении и вот, выпустив запястья парня из захвата, слегка подхватил его за бедра, вновь вторгаясь в такое желанное тело, однако в этот раз чуть более аккуратно, помятуя о том, что Матти все еще не привык к подобному, как бы не просил о продолжении.

+1

59

Щеки все еще были влажными от слез, но в глазах последних больше не было. Сердце стучало, как оголтелое и стук его был слышен не одному Маттео. Мальчик больше не боялся показывать собственное желание, он не стыдился своих чувств . Первый раз с Армандом скрепил их связь навечно. Новые ощущения, новый опыт разлился в теле Маттео бархатным течением в котором он готов был утонуть. Погружаясь с головой в страстный поток, он искал в нем руку любимого человека, схватив которую - никогда её не отпустит. Время медленно утекало сквозь пальцы. Парнишка не знал, что вскоре ему все же придется отпустить эту руку, и их вечность одна на двоих уйдет глубоко под землю. Прикроется сырой землей, увековечится в памяти многих людей, станет шокирующей новостью. Маттео не сможет всегда говорить Арманду, что любит его, но его любовь пронесется сквозь время и поселится в чьей-то иной душе, чтобы укоренится и стать сильнее, подарить тому - другому, вкус лучшего в мире чувства. Но, узнай Матти о своем будущем, которое никак не изменить, он бы не стал жалеть ни о чем. Сейчас он счастлив как никогда. Связь порочная, связь искушающая - в такой грех не страшно кануть с головой. Мальчишка, каким бы он не был все еще мальчишкой, но то, что он открыл для себя такое великолепное чувство, как любовь, сделало его по-настоящему взрослым человеком. И то, что он не боится произносить три заветных слова вслух, дает ему лишь дополнительное преимущество. Когда он предстанет в свой решающий час суда будучи мертвым, будучи неусмеренной душой, он без зазрения совести глядя в лицо архангелу Гавриилу скажет, что не отрекается от любви к мужчине. Он будет готов в Аду гореть за это чувство. Но думается Маттео, что даже если он и загремит в Ад, то там непременно встретит Арманда, он найдет его везде, ведь их души отныне связаны крепкой красной нитью.
- Я хочу быть твоей единственной любовью, и я ею стану!
- Да! Да! А я твоей! Люби меня так сильно, как только можешь, а я обещаю тебе, что всегда буду любить тебя!
Кажется сейчас оба прекрасно понимали о чем говорят. И даже если их разум застилала безудержная похоть, желание слиться вновь, стать одним целым физически - они ведали о чем говорили и что мысленно посылали в самые далекие уголки Космоса. Их мысли станут материальными в ту минуту, когда соединившись в какой-то единый эмоциональный комок страсти, любви и преданности они станут задыхаться от приторного сладострастия, что вознесет их к Небесам и разобьет с грохотом о твердокаменную землю. Маттео вновь начнет кричать от боли и наслаждения, но уже не такого тупого, а яркого, взрывного. Каждая клеточка его тела будет желать единения с Армандом, будет льнуть к мужчине ища в нем теплое и безопасное место для собственного спасения. Мальчишка желает спастись от всего жестокого и беспорядочного мира, в который его наглым образом выплюнули еще восемнадцать лет назад. Зачем он был рожден? Чтобы стать наследником кровавой империи? А хрена вам!
Рожден, чтобы стать счастливым. Рожден, чтобы встретится с ним. Рожден, чтобы любить его. Рожден, чтобы отдаться ему. Рожден, чтобы отдать ему свою жизнь. Рожден, чтобы душой навечно стать с ним одним целым.
Бедный, бедный Матти. Сейчас хотелось бы взять и обнять его крепко и тихо расплакаться. Он будто бы проклинал себя произнося мысленно самые страшные и вместе с тем, самые ясные и правдивые слова. Мальчик был на пике наслаждения, когда ему в голову сами собой явились эти просвещенные слова. Арманд вновь и вновь пронзал его тело собой и держал его за напряженные бедра. Мальчик подавался самостоятельно вперед, наталкиваясь на твердый и горячий член внутри себя. Ему нравилось то, что с ним происходило сейчас. Эти ощущения не с чем несравнимы и променять их на что-то другое просто нереально. Став "девочкой" итальянца, он понял свое предназначение. Он стопроцентно осознал собственную сущность. Геем нельзя стать, он таким родился. И не обязан он был родится девчонкой, он именно тот, кем сейчас является. Его удовлетворял мужчина, в него дико вколачивался член, и собственный член с набухшей сеткой вен истекал от предстоящей эякуляции уже третьей или четвертой за сегодня. Он обхватывал руками спину блондина, терзая смуглую кожу ногтями до красных царапин на лопатках и плечах. Глаза застланные томной поведенностью смотрели только в лицо мужчины, которое было сейчас настолько эротичным и диким, что Матти не сдерживаясь то и дело тянулся целовать его. Целовать губы, играть с его языком, кусать за подбородок и просто прикасаться щекой к щеке, громко и протяжно постанывая Контарини на ухо. А чувствуя предстоящий конец, Матти тянулся ладонью к своему члену и неистово терзал его так быстро, насколько ему хватало сил. И когда он кончал вместе с Армандом, видя, как искажается лицо возлюбленного, как на нем сокращаются самые мелкие мимические мышцы выдающие экстатическое удовлетворение, ему казалось, что этот момент самый бесценный в его жизни. Арманд продолжительно изливался в Маттео и его горячее семя разливалось внутри мальчишки неспешно вытекая наружу и пятная его мужскую гордость, его достоинство. И черт с ней, с гордостью! Плевать на достоинство!
- Ааах! - Маттео весь содрогнулся кончая. Его ноги тряслись от напряжения, долгое время прибывая в подвешенном состоянии. Когда Арманд повалился на Матти, парнишка обнял его шею и зарылся лицом в мокрые блондинистые волосы. Ступни нетвердо упирались в скользкие простыни. Сил практически не осталось. Маттео замер, тяжело дыша и ощущая, как медленно сочится из него горячая сперма мужчины. Внутри как-то странно ныло и щипало, слегка подламывала поясница, но в остальном мальчишке понравилось все. Он хаотично поглаживал Арманда по голове и спине, изредка зарываясь пальцами в его густые светлые волосы. Губы коснулись влажного лба мужчины и оставили на нем благодарный поцелуй.
- Я этого никогда не забуду, - тихо прошептал Матти и после они с Армандом вновь стали медленно и страстно целоваться. Таким был их первый раз и...Последний.
Позже, Маттео настоял на том, чтобы Арманд все же отвез его в поместье, чтобы не вызывать лишних подозрений. Парни не знали, что ради безопасности сына, дон Леонардо подставил к сыну еще двух телохранителей, которые мастерски скрывали свое существование и месторасположение. Братья Сайгетсу были выходцами из японской якудзы, которые приехав в штаты стали наемниками у козаностры, а именно, у семьи Корелли. Шинобу Сайгетсу следил за Маттео в пределах школы, став там временным учителем физкультуры. А его брат - Арата, вне пределов учебного заведения. Именно Арата прознал первым о связи наследника с личным телохранителем. По приезду дона Леонардо из Нью-Йорка, накануне совершеннолетия Корелли-младшего, должно было случится неминуемое...

+1

60

Этой ночью Арманд спал очень плохо. Он провел ее в полном одиночестве, находясь в своей квартире, где они не так давно воссоединились с Маттео, и где мальчишка получил свой первый опыт однополой любви. Контарини знал, что ни один из них не забудет того, что было, никогда, однако же не он, не Корелли-младший даже и не подозревали о том, что в самом ближайшем будущем грядет неминуемое. Он обещал парню остаться навсегда с ним, чтобы защищать от любых невзгод этой жизни. Это обещание он дал не только дону Леонардо, который скоро подтвердит свой статус кровожадного гангстера, и его очередной жертвой станет один из самых верных ему приближенных мафиози. Контарини привык выполнять свои обещания во что бы то ни стало, но он не знал, что самое важное обещание он не сможет выполнить никогда. Возможно, где-то в другой жизни, когда эти двое смогут встретиться снова и укрепиться в своих чувствах гораздо сильнее, чем это было изначально.
Телохранителю снилась кровь, очень много крови. И боль, эту боль он испытывал почти что наяву, как свою. Но как он не силился, то никак не мог очнуться от владеющего его сновидением кошмара. Он крутился с боку на бок и в результате сон завершился тем, что блондин проснулся с криком и свалился с кровати, тяжело дыша и держась за грудь, в которой отчаянно колотилось сердце. Он ошалело огляделся - вроде бы явь, вроде бы его собственный дом, но ощущение такое, будто он...умер. Арманд не умел интерпретировать сны, не очень верил в судьбу и в предсказания, однако внутри него словно что-то кричало о том, что грядет нечто страшное. Блондин никак не мог понять, коснется это его самого или же того человека, которого он любит больше всего на свете. Но уснуть в эту ночь Контарини больше не смог: наматывал круги по своей квартире, принял абсолютно ледяной душ, не боясь простыть, нервно курил и даже выпил добрую часть бутылки вина на голодный желудок. Ничего не помогало избавиться от ощущения опасности и какой-то неотвратимости.
Говорят, что человек может почувствовать то, что жить ему осталось недолго, что планы, которые он строил с надеждами на светлое будущее, рассыпятся в прах, словно карточный домик. Арманд чувствовал это, но не мог точно определить. Однако он был уверен в том, что бы не случилось, он найдет Маттео везде - в иной жизни, на том свете, если он вообще существует. Знал то, что больше никогда и никого не полюбит настолько сильно, попросту не успеет. А семья не прощала ошибок, в особенности посягательства на собственную честь. Сегодня должен был вернуться из Нью-Йорка дон Леонардо, которому его японские наемники сообщат весть, ставшую для него по меньшей мере шоком. И он ни в коем случае не допустит того, чтобы вокруг его сына увивался мужик, который стал уже настолько личным телохранителем, что дальше некуда. А ведь это был его приказ, о котором мафиози пожалеет. И тот приказ, что отдаст он впоследствии, станет последним. Нет, дон Корелли не умрет от внезапного инфаркта, он будет жить и мучиться. Но давайте не будем бежать вперед паровоза...
Наступило долгожданное утро, которое стало для Арманда поистине божественным избавлением от мучительной ночи. Блондин посмотрел на себя в зеркало и криво ухмыльнулся: красавец, ничего не скажешь. Измученный, взлохмаченный, с синяками под глазами, небритый. Надо было срочно приводить себя в порядок и направляться в поместье Корелли для того, чтобы встретить дона. Контарини даже и не подозревал о том, что дон Корелли вернулся еще поздним вчерашним вечером, поскольку его планы немного поменялись. Телохранитель медленно, но верно шел в лапы своей собственной смерти, однако же он настолько сильно соскучился по Маттео, которого не видел каких-то пару дней, что хотел немедленно увидеть своего мальчика.
Дон Леонардо говорил о том, что хочет сделать своему сыну подарок на его совершеннолетие - направить его в другую страну на временное обучение. И что я смогу поехать с ним. Возможно, за это время в другой семье утихнут эти распри, из-за которых страдаем и мы. А я смогу побыть с любимым человеком столько, сколько захочу.
Только эта единственная мысль грела душу измученному кошмарами Арманду, и не суждено было сбыться этой мечте. Когда Контарини почти уже собрался поехать в поместье и застегивал в рубашку, то услышал в гостиной страшный грохот. Он опрометью метнулся туда из своей комнаты и увидел следующую картину: на полу лежало зеркало, в которое он совсем недавно смотрелся, разбитое на сотни мелких осколков. Арманд опешил на несколько секунд, как оно могло упасть, ведь он даже не прикасался к нему? Очень плохая примета. Хоть телохранитель и не был суеверным, внутри него тоже словно что-то оборвалось.
Внутренний голос тихо шептал о том, что не стоит ехать в поместье, но разве нужно было его слушать сейчас? Арманд попросту был обязан встретить дона Леонардо, и никто-никто не сообщил ему о том, что японские наемники уже чуть ли не откачивают пожилого мафиози, который пребывает почти что в прострации от услышанной от них новости. Блондин медленно прошел вперед, сел на корточки и стал рассматривать разбитое зеркало. Он увидел свое кривое отражение в осколках и словно перед глазами увидел тот самый кошмар, что так измучил его этой ночью. В нем тоже фигурировало зеркало. Контарини резко встал на ноги и наступил на один из осколков, который неприятно хрустнул под его ботинком. Что же такое происходит? Чертовщина сплошная.
- Надеюсь, что с Маттео все в порядке. Я должен как можно скорее попасть в поместье. У меня очень плохое предчувствие, - забормотал Арманд себе под нос, продолжая лихорадочно собираться. Он даже не стал тратить время на то, чтобы подмести осколки и избавиться от разбитого зеркала, не до того было. Мужчина пригладил вновь растрепавшиеся волосы, запустив пятерню в густую гриву и вышел из квартиры, запирая ее на все замки. Все воспоминания останутся здесь навсегда. Сейчас он запирал на замки свою жизнь, в которой оставалось то единственное счастье, которое звалось Маттео Корелли. Блондин спустился вниз по ступенькам, сел в машину и... двигатель напрочь отказывался заводиться.
- Да что же происходит, черт побери? - ругнулся Арманд, борясь с механизмом. Все сегодня было против него и как-то не так. Все свидетельствовало о том, что ехать не стоит. Но от судьбы не уйдешь, как не пытайся... Все-таки через несколько минут мужчине удалось справиться с автомобилем, и, спустя полчаса Контарини добрался до поместья.

Отредактировано Shax Lloyd (2014-11-16 14:13:18)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » You're My Heart, You're My Soul