Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » В кровь.


В кровь.

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Участники: Winnie Meyers, Irvine Hill.
Место: дряхлое здание притона. Когда-то это был дом примерного американского семейства. Двухэтажное частное жилище выглядит почти киношно: сразу за входной дверью огромная гостиная, чуть поодаль - лестница на второй этаж, в разные стороны расходятся двери, ведущие на кухню, в ванную комнату и ещё кое-какие помещения; на верху же узкий и длинный коридор, утыканный дверями тут и там. Дом для многодетной семьи, а значит обязательно есть и чердак с довольно высоким потолком, и гараж на две машины. Никто уже не вспомнит, как здание попало во владение наркоторговцам, но уже не один год здесь базируется нарко-притон замаскированный под хостел. Хотя над маскировкой не сильно то кто-то трудится; стены в здании давно уже облупились внутри и снаружи, древесина посерела и просела, потолки покрылись потеками и все, абсолютно все набилось пылью даже грязные кровати на которых регулярно ловят приходы чужаки.
Время: март 2014, вечер-ночь.
Погодные условия: довольно прохладно, туманно и сыро.
О флештайме: Я открываю одну из дверей, смотрю равнодушным взглядом на людей, они не замечают меня, лениво сношаются прямо на заблеванном полу. Я закрываю дверь и иду к следующей, там никого. Иду в другой конец коридора, заглядывая в каждую из неподходящих комнат, где-то меня встречают равнодушием, где-то неодобрением; я ищу до тех пор, пока не натыкаюсь на что-то подходящее. Передо мной парень лет двадцати-шести, его глаза выглядят слишком трезво, но они преисполнены ожиданием. То в чем он нуждается в этом месте неминуемо, но никто из нас не ждет вторжения. Никто не хочет женщин вместо наркотиков, но на пороге уже мельтешить низкорослый силуэт. Что тебе надо незнакомка?

http://media-cache-ec0.pinimg.com/736x/da/99/f3/da99f3fc30711824997d235135251e8c.jpg

Отредактировано Irvine Hill (2014-09-06 01:06:17)

+1

2

ВВ + кожанка сверху
Вас, отличающийся особой склонностью к садизму начал совершенствовать этот самый садизм, всячески извращаясь над своими «жертвами» для транспортировки на юг Америки и в восточные страны именно после того, как начал принимать наркотики. Они имеют особое влияние на мозг, делая человека именно таким, каким он должен быть изначально. Срывает маски и сдергивают кожу, обнажая его и показывая настоящего. Если бы Монтанегро не дошел до кокаина, то был бы в сто раз опаснее, потому что не получал бы истинного удовольствия от утех с теми, чьи родственники уже могли подать в розыск.
Девочка – Вас назвал ее Зольдой – была очень даже ничего. Милое личико, на котором красовался заостренный носик. Светлые, но очень выразительные глаза, круглая задница без ямочек, и небольшая, но весьма аппетитная грудь. Винни сидела на одном из стульев в углу и что-то рисовала, в то время, как Вас заставлял эту самую Зольду раздеться. Зольда кричала и пыталась хоть как-то защититься от тирании, со слезами на глазах, пыталась достучаться до Майерс, но та лишь поднимала взгляд от рисунка и улыбалась, а потом уходила опять в бумагу, лишь изредка покачивая головой, когда та или иная линия выходила не такой, как она хотела. Наверное, все эти попытки вызваны тем, что именно Винни ее сюда привела и девушка пыталась вцепиться в нее, как в спасательный круг, не подозревая, что этот круг был скорее якорем и утянет ее лишь на большее дно.
Вас, пусть она будет потише, отвлекает. — Первый раз за все время, что находиться тут, Винни подала голос, устало отложив альбом и карандаш на соседний стул, где и без того лежал металлический пенал с карандашами разной твердости стержней и пара ластиков.
Ви… — Вас резко развернулся к Майерс, схватив при этом Зольду за волосы и сильно дернув, чтоб не особо пыталась вырваться. — Я тут вообще-то работаю. — Он потряс в воздухе ножом, а потом потряс так же в воздухе рукой, в которой были зажаты натянутые волосы юной девушки, что вызвало очередной крик из ее горла. Вас повернулся к ней и, с легкой усмешкой покачал головой из стороны в сторону. — Зольда. О чем мы с тобой говорили? — Он приблизил свое лицо к ее и, все так же сжимая нож, но уже лишь двумя пальцами, впился свободными ей в подбородок. — Не помнишь? А я тебе напомню. Мы говорили о том, что ты будешь вести себя тихо. А ты что делаешь? Ты шумишь. Ты мешаешь моей маленькой крошке рисовать. А она любит это делать и делает это прекрасно. Ты понимаешь, что из-за тебя у нее может не получиться? Винни… — Он махнул рукой в сторону Майерс и подозвал ее к себе. — Зольда, посмотри как она охренительно рисует.
Винни закатила глаза, но просьбу выполнила, тихо ступая по полу так, словно плыла по воздуху. Открыв свой альбом, она начала поочередно показывать те или иные рисунки, выполненные черными карандашами. Девушка продолжила лить слезы, которые тонкими дорожками стекали по ее щекам к подбородку, а оттуда капали ей на черную водолазку.
Она плохо смотрит, Вас! — Поджав губы, Майерс недовольно топнула ногой и подняла взгляд на Монтенегро, который был выше нее едва ли не на две головы.
Зольда, не отвлекайся! Что ты видишь Зольда? Не плачь, я же тебя не режу, пока еще рано! Смотри какая выразительность и четкость… — Вас опять схватил девушку за подбородок и придвинул поближе к альбому. — Ви, давай следующий, кажется она поняла смысл этого. — Майерс послушно перевернула лист и глазам Зольды открылся еще один из рисунков. — Смотри внимательно, Зольда. Зольда, ты же не глупая девочка. Не расстраивай меня.
Девушка что-то хлюпнула в знак согласия и на всякий случай еще кивнула, насколько ей это позволяла хватка Монтенегро. Винни выдохнула и закрыла альбом прямо перед носом будущей рабыни. Заказчик хотел, чтобы тело доставленной девушки было чистым и отсутствовали шрамы любых видов, даже от вырезания аппендицита.
Просто разденься, нам нужно тебя проверить. — Наконец сказала Майерс и кивнула Васу, чтобы он ее отпустил. Девушка кивнула еще раз и, продолжая лить слезы начала медленно стягивать водолазку, отойдя чуть в сторону и отвернувшись.
Ви, детка. — Вас чуть приобнял Пуха и склонился к ней. — Я тут похоже надолго задержусь и мне нужна твоя помощь. — Он говорил тихо и спокойно, сосредоточенно, но в его глазах, как всегда, плясали озорные огоньки. — Помнишь того задроченного мудака, который не так давно перешел с мета на кокс? — Ви задумчиво посмотрела в потолок, пытаясь вспомнить человека, а потом кивнула. — Так вот прикинь, он считает кокс дорогим! Ему опять нужен мет, причем срочно, потому что мальчишку уже жутко ломает. Он позвонил мне и обещал крупную сумму, лишь бы получить хоть что-нибудь, ха! — Васа, похоже веселила эта ситуация.
Что ты хочешь от меня? — Девушка вопросительно изогнула бровь и бросила взгляд на Зольду.
Нет, нет. Я сам с ней останусь. Нужно же мне осмотреть товар? А ты сгоняй к этому нарику и дай ему то, что он хочет. Сумму я написал на листочке, где обычно. Там же лежит и товар. Если попробует взять за меньшие деньги, то не продавай, а пусти пулю в лоб. Шучу-шучу. Но пригрози, пусть если что, в том притоне и подыхает. Хорошо? — Винни опять послушно кивнула.
Приходи к ужину, Ви. — Вас проводил Майерс до самой двери и только после этого вернул свое внимание к Зольде. — Так, я сказал все снимать, а не только верхнюю тряпку. Зольда, ты меня расстраиваешь. Тебе, как маленькой девочке, помогать нужно?...
Продолжение Ви не слышала, да ей и не особо интересно было. Она пошла в одну из комнат здания, где оставила свой альбом и художественные принадлежности, а взамен их взяла товар и небольшой помятый листик, на котором кривым почерком была проставлена сумма. Так же она взяла из ящика свой глок и нож-бабочку.
Идти до притона недалеко – он располагался всего через тройку домов от старого заброшенного складского здания, в котором расположился Вас. Местные копы сюда не лезут, потому что у них подкуп от местной шпаны, а о существовании Васа и применении складского здания никто не подозревает. Монтенегро  подмял всех под себя, некоторые его боялись, а некоторые считали едва ли не Б-гом. Он был авторитетом, а ее, Винни, никто не смел трогать. По возможности ее даже старались обходить стороной, потому что знали, что безумия в ней так же много, как и в ирландце.
Открывая дверь притона, Ви тут же столкнулась с одним из мужчин. Неловко отодвинув его от себя, девушка прошла дальше. Наркоман. Накачен. Тут всегда так. Вас занимается лишь теневыми поставками на этом районе, лишь редкие заказы, например как этот парень. Работорговец не объяснял, но именно он подсадил мальчишку сначала на мет, а потом и на кокс. Это был эксперимент Монтанегро, а мальчишка бегал за ним, как собачка, готовый отсосать, если диллер этого потребует. Сам мальчишка мотивировал свои приемы тем, что очень сильно устает на работе и ему нужны стимуляторы. Вместо того, чтобы пить успокоительные на травах он начал принимать мет и работать усерднее для того, чтобы заработать еще на дозу мета. Какая ирония. Сама Винни, хоть и крутилась частенько вокруг наркотиков, никогда их не принимала. Ей это было не нужно.
Заходя из комнаты в комнату, она проверяла каждую на наличие глупого клиента, пока наконец не нашла его. Но он был в комнате уже не один. Парень с длинными дредами вызвал едва ли легкое изумление, но когда она увидела в его руках пакетик, то тут же вытащила из-за пазухи заготовленное огнестрельное оружие и наставила его в спину мальчишки, которому эта самая доза и предназначалась.
Кусаешь руку, которая тебя кормит, Лео? — Винни заставила его вздрогнуть и развернуться к себе. Взгляд парня сразу же упал на глок, зажатый между пальцами. Винни закрыла за собой дверь в комнату и сделала пару шагов вперед, продолжая наставлять на него дуло пистолета. — Нельзя так делать.
Стой, подожди, что ты собираешься делать? — Голос парня был взволнованным, он возбужденно подергивался при каждом движении.
Вас сказал, чтобы ты заплатил за каждый грамм сто пятьдесят долларов. —Продолжила Ви совершенно спокойно, совершенно не слушая то, что мямлил Лео. — Ты купил у этого что-нибудь? — Она махнула в сторону незнакомца с дредами, даже не пытаясь рассмотреть его лицо.
Два грамма… — Взгляд виновато потупился. Лео попытался сделать пару шагов в сторону, но девушка его остановила покачиванием головой.
За сколько, Лео? — Чуть требовательнее поинтересовалась она.
Сто двадцать пять за грамм…
Рыночная цена за грамм мета – сто долларов. Нельзя обдирать людей. — Обратившись к незнакомцу спокойно сказала она, но тут же продолжила: — Теперь ты купишь товар у меня, Лео. Как и договаривался изначально. Но теперь не за сто пятьдесят, а за двести. — Парень собирался что-нибудь возразить, но Ви резко его оборвала, в пару длинных прыжков настигнув его и уткнув холодное дуло в грудную клетку. — Плати, Лео.
Винни приходиться задирать голову для того, чтобы встретиться с его глазами. Лео сглатывает слюну и лезет в карман. На ладони появляются немного мятые бумажки.
Я хочу, чтобы ты тоже взял два грамма. — Совершенно без эмоционально заявляет Майерс и, когда парень одной рукой отсчитал нужное количество бумажек, выхватила их свободной рукой и засунула в карман. С такой же скоростью она достала два небольших пакетика из другого кармана и положила их на ладонь Лео. — Вас позвонит тебе. Проваливай.
Девушка отступила от мужчины и фыркнула, когда он унесся в сторону коридора и вылетел, хлопнув дверью.
У него нет магазина. — Винни подняла пистолет так, чтобы продемонстрировать дыру, место которого должен занимать железный блок с патронами. Показав, девушка положила пистолет туда, откуда и вытащила, а потом уставилась на парня, наконец, начав разглядывать его. — Ты понимаешь, что чуть не увел моего клиента? — В голосе Винни не слышится злости или агрессии. В голосе Винни не слышится абсолютно ничего, как будто она - всего лишь компьютерный голос у дроида, запрограммированного под определенные действия и поступки. И все же на парня она смотрит с какой-то легкостью, по детски, непосредственно. Как будто они обсуждают что-то другое и у нее нет за пазухой вполне настоящего пистолета, пускай даже без магазина.

+1

3

ВВ + куртка
Пьяная Лин тяжелыми шагами вышла из реки и что-то невнятное закричит в сторону где с полным флегматизмом сидил на песке Ирвин, пока девушка с трудом передвигала в воде ногами мужчина закончил разговор по мобильному телефону. Лин уставилась на него и нахмурила брови, она побрела дальше косым маршрутом к своей живой цели, совсем скоро её слова стали разборчивыми, но мужчина решил до последнего их игнорировать. Высоченная барышня нависла над сидящим мужчиной, её взгляд буквально сверлил во лбу дырку, а когда цель брезгливо отодвинулась от стекающей с её одежды воды, внезапно раздался ор:
- Ты – ёбаный мудак! – девушка рывком вытянула из кармана шорт, облепивших тощие ноги и узорчатые колготы свой мобильный телефон и швырнула его в Ирвина, - Тебе посрать на то, что я собралась топиться?!
Американец потер ушибленное прицельным снарядом место и молча кивнул в ответ. Весь вечер он безэмоционально кивал сначала Эрику, который передал ключи от спорткара и свою допившуюся до зеленых человечков дочь, а потом и самой виновнице «торжества». Что уж таить, Лин устроила праздник хаоса сегодня не одному человеку, за это и была отдана в руки равнодушному химику, который уже давненько был должен тому самому Эрику услугу.
«Проследи за ней пока не уснет или пока я не приду», - кто бы мог подумать, что эти слова станут приговором?
- Ты думаешь мой отец спустил бы тебе с рук это?! Ты серьезно веришь в то, что он спокойно отнесся к моему трупу?! – пуще прежнего загрохотала девица. Пубертатный период перемешался в ней с алкоголем и на выходе выдал гремучий коктейль, если бы Ирвин расценивал все происходящее всерьез, то девушка уже давно бы заткнулась, но понимание, что все происходящее всего лишь шум в голове избалованной школьницы полностью растворяло злость. Это почти как галлюцинация, только чуть более соприкасаемая с реальностью, но с его собственной жизнью это никак не связано.
- Мне нет до этого дела, - наконец-то мужчина дал Лин то, что она так долго ждала – слова. Хотя, они оказались совсем не теми, которые она ждала. Опережая следующий выплеск психов Ирвин успеваел сказать ещё несколько слов: - За это отвечает твоя охрана. А одни, кстати, уже мертв. Благодаря кому? – теперь он ждал ответа от истерички, но недожавшись озвучил его сам, - Правильно, благодаря тебе. Так что заткнись и иди в машину.
Линель замолклм на полуслове и буквально подавилась возмущением, замахала мокрыми руками и выплюнула в воздух бессмысленную фразу:
- Да пошел ты в жопу!
Ирвин быстро согласился с ней, он только рад уйти. Если задуматься, то там куда спокойнее чем тут на берегу, но и это оказывается не устроило девицу, она догнала и завизжала, что жопа — это точно не её автомобиль, принялась вымогать ключи, но в итоге оказалась на пассажирском сидении. Теперь маршрут обещал стать куда более приятным для химика чем был до этого. Последний звонок принес приятные новости: первая – таки не придется ждать пока отрубится неадекватная дочь мошенника; вторая – не придётся и отменять запланированную на вечер встречу. Дорога замельтешила, завила и в итоге показалась даже короткой, время буквально понесло автомобиль по течению, и вот уже зазвучало спасибо, которое значит, что отношения с мошенником поползли в гору, вот оно родимое оповещает о том, что сегодняшние мучения окончены. Спорткар вместе с пьяной девушкой остаются в гараже, и Ирвин пересел в такси.
- Шэдоу стрит, дом 20-б, - озвучил мужчина водителю и уселся поудобнее не обращая внимания на презрительный взгляд. Даже те из местных, кто не знает, что на самом деле находится за дверями старого хостела все-равно предпочитают миновать его, если конечно не задаются целью найти наркотики.

***
Автомобиль остановился у нужного дома и из него на встречу пассажиру выскочил немолодой темнокожий мужчина. Он с фальшивым радушием обнял Ирвина и увел внутрь. Внутри осмотревшись по сторонам и убедившись, что слушать их некому, он заговорил. Забубнил о деле, деньгах и граммах, заведя в свой кабинет завертел в руках небольшой пакетик с товаром и отсчитал аванс, отдал его химику. Темнокожий был одним из хозяев притона, все что его сейчас волновало – это то, что заканчивается его товар, раздобренный новостью, что получит все необходимое он зашептал о том, что можно ещё немного подзаработать. Совсем недавно в дом вошел молодой клерк, он не скрывал своей ломки, пытался разжалобить хозяина заведения и просил о дозе. Вперемешку с невнятной болтовней он говорил о том, что кто-то должен ему мет, но ему он нужен срочно.
- Свежатина, ищи его на верху и продай, то что я не взял. Ему в самый раз будет, - закивал сам себе афроамериканец, - Никто ещё наверняка не нашел его.
Ирвин подкинул в руке пакетик с оставшимися граммами и поблагодарил за наводку. Несмотря на то, что его никогда не привлекала работа драг-диллером обстановка после возвращения в город заставляла иногда выбриться из панциря и суетиться. Не мало американских контактов растерялось за годы, проведенные на Ямайке, теперь не всегда удавалось с легкостью заработать на продаже партии дилеру. Чтобы оставаться химиком, приходилось и приторговывать.
Ирвин вышел из кабинета и двинулся вверх по лестнице, дверь за дверью и наконец-то перед глазами появился парень. Нервный и рассеянный, он вздрогнул от грянувшей двери, забегал глазами и спросил кто к нему пришел. Заслышав о наркотике он жадно облизал губы и мгновенно потянулся за бумажником. Стало ясно, что хозяин не привирал, парнишку действительно не плохо ломает. На долю секунды химик пожалел, что у него нет с собой обманки, глядя на неосторожность и наивность клиента, мгновенно засвербело желание увидеть его в порыве отчаяния после того, как плацебо не сработает. Но не судьба, пусть клерк научится жизни в другой раз, а сейчас честная сделка. Ирв опустился на заляпанный диван рядом с парнем и стал ждать пока тот отсчитает нужную сумму, а после неспешно передал ему в руки пакет с наркотиком. До последнего он не стал отпускать крепкой хватки и отдавать товар клиенту. Тот нервно пытался заполучить купленное и вновь облизывал губы и вот его маленькая пытка закончилась. Он заполучил заветное, а следом уставился на открывшуюся дверь. Ирвин не видел глаз незнакомца в момент оборота, но он заметил, как сильно передернуло наркомана. В дверном проеме появилась брюнетка, низкорослая, худая. Школьница? Американец поднял брови в удивлении. С каких пор хозяева впускают в дом несовершеннолетних? Он задался вопросом и встал на ноги с целью удалиться, сейчас в этой комнате пусть делят наркотики нерадивая девочка и жалкий клерк, ему же здесь делать нечего. Мужчина сделал несколько шагов к выходу, но после ново-увиденного не посмел идти дальше. Пистолет появившийся в руках у брюнетки заставляет проявить осторожность, первые мысли говорят о том, что ею наверняка движут галлюцинации, но как только школьница начинает говорить становится ясно, что она вполне в себе. И с каждой минутой становится ясно, что интересен ей не только клерк. Мысли о том, как бы побыстрее свалить из комнаты останавливает неудачная попытка побега наркомана, и мужчина так остается стоять на месте.
— Рыночная цена за грамм мета – сто долларов. Нельзя обдирать людей, - впервые обращается к Ирвину девушка на, что он молча разводит руками. Тут уже скорее грех не взять деньги, если клиент сам предложил сумму.
— Ты понимаешь, что чуть не увел моего клиента?  - снова возвращается она к мужчине, когда клерк улепетывает восвояси. Ирвин также продолжает молчать, но на этот раз его ответом становится холодный кивок.
Теперь становится ясно, что сегодняшний день все-таки не стал днем взбесившихся школьниц, просто перед химиком появился кто-то вроде экстравагантного наркодилера. Какая редкость: женщина в бизнесе. Теперь уже сам себе Хилл вздымает брови в удивлении, интересная особа, как она умудряется держать конкурентов в страхе?
- Подумаешь магазин, - он испытывает легкое облегчение от услышанного и спокойно продолжает движение в сторону двери. Девушка, которая едва достает до его плачей без огнестрела выглядит даже как-то смешно.
- Не парься, - отпускает ещё одну хамоватую фразочку он и тянется к дверной ручке.
Не ясно как темнокожий собирает таких странных людей в своем заведении, иногда его гости удивляют даже на фоне общей обдоланости.

Отредактировано Irvine Hill (2014-09-11 03:49:27)

+1

4

Как уже говорилось выше, Винни Майерс не питала особой любви к наркотикам, но ей приходилось с ними работать. Если бы у нее был выбор, то она уехала из Сакраменто далеко-далеко, туда, где ее никто не знает и не сможет найти. Ни Монтенегро, ни, даже, сестра. Винни хотела раствориться в воздухе и пропасть, но совершенно никто никогда не даст ей такой возможности. Сестра держит Майерс на коротком поводке, видя в ней оправдание своей работе и говоря о том, что обязательно вылечит маленькую и сделает все, ради ее благополучия и лучшей жизни. Вас знает, что без Винни будет немного сложнее с бизнесом, потому что она была единственной девушкой, с таким безразличием и… в какой-то мере Вас не мог отпустить ее, потому что сломал ранее и теперь наслаждался происходящем. Когда каждый день смотришь на свои труды и можешь корректировать, то на душе становиться теплее, не так ли? Вас не мог отпустить Винни, потому что считал ее такой же безумной, как и он сам, а сама Винни не могла сбежать от Васа, потому что безумно его боялась, зная, что он достанет ее даже с другого конца света. И ладно, если бы Вас просто пристрелил щуплую девочку, похожую на куклу, но большеглазая Майерс прекрасно знала, что он ее не убьет, а смерти она и не боялась. Она боялась того, что будет вместо нее. Находясь постоянно в аду, все же сложно, когда температура воздуха становиться еще больше, а котел, в котором варишься, еще глубже. Работорговец запросто мог это сделать и никакая бы Эдди ее не спасла.
Винни лишь со смирением смотрит на все и принимает участие. Отчасти, потому что так проще и этого от нее требуют, и сопротивляться она не хочет, и не может физически. А отчасти из-за того, что получает от происходящего большое удовольствие, хоть и ни разу не говорила об этом.
Винни Майерс не только мазохист. Винни Майерс, к тому же, тот еще садист.
Нет, — одними губами шепчет она, наблюдая за тем, как мужчина обходит ее и тянется к дверной ручки. Она не кричит на него, не отпускает каких-нибудь номеров со словами из серии: «Как ты смеешь это делать, сука? Как ты смеешь поворачиваться ко мне спиной?» — с истерическими нотками в голосе и прыгая на одном месте, потому что это никак на нее не похоже. Сама по себе Винни Майерс тихая, как мышь и может часами не говорить. Она вообще не любит говорить с людьми, потому что они врут и часто их темы для общения заканчиваются быстрее, чем песок в часах пересыплется из верхнего конуса в нижний.
Вместо криков и истерик, Майерс попросту засовывает одну руку за пазуху, а вторую в карман. Слышится звонкий щелчок, за секунду до которого спокойное выражение Ви сменяется и брови сдвигаются вместе, а затем, сразу же, она поднимает руку с зажатым пистолетом к потолку и нажимает на спусковой курок. Шум от выстрела заполняет комнату и соседние комнаты. Где-то на улице раздается одинокий лай собаки. Не смотря на внешнюю слабость, рука Майерс после выстрела практически не дрогнула от отдачи.
А теперь там есть магазин, без одного патрона, — прямо над головой мужчины с дредами сияет небольшая дыра, в которой можно заметить блеск сплющенной пули. От выстрела  по грязному потолку поползли трещины и часть побелки ссыпается на него пылью, ошметками и вполне себе большими кусками.
Отойди от двери, — так же спокойно продолжает она, чуть прищуривая глаза, — иначе следующая пуля окажется у тебя под коленкой быстрее, чем ты сдвинешь ногу с места.
Она не знала, почему его останавливает. Майерс же получила деньги за товар, причем на сто долларов больше, чем требовалось, а, сразу как она расскажет Васу о произошедшем, то тот вытрясет из Лео остатки золотых монеток, перевернув вниз головой и растрясывая, как в старых мультиках. Этот парень с дредами ей не нужен и совершенно ее не волнует. Он оказался тут случайно и так же случайно должен был уйти. Он не при чем. Но Винни не могла опустить пистолет и выпустить его из комнаты. Может, сыграла его дерзость и желание никуда не вмешиваться, а, может, ею опять овладела скука и она пока что не хотела возвращаться туда, где голую Зольду рассматривает Вас на наличие шрамов и возможных внешних дефектов. Если бы по воле случая она попала к работорговцу на осмотр, то ей не пришлось бы раздеваться – для этого заказчика она бы точно не подошла. Слишком много шрамов на руках и ногах, на спине и ребрах. Некоторые едва заметные и маленькие, а некоторые хорошо прощупывались даже через легкую ткань одежды. И каждый месяц, к ним обязательно присоединялся хотя бы один.
Мечта садиста, если бы она сама им не являлась.
Сядь на этот стул, — Винни пододвигается чуть ближе так, чтобы дуло пистолета упиралось ему в ребра и ждет, когда он выполнит ее просьбу. Иного же выхода у него нет. Но это ведь только просьба, правда-правда.
И, когда он это делает, садиться прямо посреди комнаты на хлипкий, немного расшатанный стул с разорванной тканью на спинке, Майерс выдыхает, ставит пистолет на предохранитель и убирает его обратно. Совершенно неслышно она подплывает к парню позади и кладет ладони на его плечи, наклонившись чуть вперед и, под конец, положив подбородок на его макушку.
Расскажи мне, что ты вынес из сегодняшнего дня? — спрашивает так, как будто ей интересен его ответ и от него многое зависит. Сама задумавшись, она отрывает от него пальцы, опять засовывает их в карман и к шее парня прислоняется холодное стальное лезвие, — я подумала, что так выглядит более эффектно в нашем случае. Как ты думаешь?
Совершенно не понятно, смеется она над ним или совершенно серьезна, ее голос так и остается отстраненным, тихим и ровным.
Поговори со мной, только не молчи, — она опять хмурит брови, убирает голову с макушки и наклоняется к уху, утыкается чуть ли не в самую раковину и мирно дышит в нее из за чуть приоткрытых губ, касаясь нижней линией внутреннего изгиба, — что ты понял? —совсем тихо шепчет, теперь уже изогнув уголки губ в незаметной улыбке.

Отредактировано Winnie Meyers (2014-09-18 23:29:19)

+1

5

Не громкий щелчок, совсем ненавязчивый, но мужчина чувствует, как звук бьет по затылку. Остается ещё несколько секунд до того, как выстрел разойдется грохотом по всему этажу, а он уже вздрагивает, как от грохота. Какая наивность надеяться, что девушка действительно забудет про магазин, хотя было бы лучше если и в наркобизнесе работал закон рассеянных женщин, которые вечно теряют что-то в своей сумочке.
Штукатурка сыпется с потолка на голову, и химик выравнивает спину, непроизвольная защитная поза, которую тело приняло само собой, пока гремел выстрел, совсем не нужна, она не поможет. Он снимает солнцезащитные очки, кладет их во внутренний карман куртки и устало трет глаза. Помещение приобретает цвет, когда перестаешь смотреть на него сквозь темные стекла, пространство преображается и становится более понятным, лицо открывается полностью, человек перестает быть безымянными без них. У Ирвина есть причины прятать глаза, но сейчас уже не остается смысла на них опираться. Он осознает, что задержится в комнате, если выйдет вообще. Если не вынесут вперед ногами.
— Отойди от двери, - требует псевдо-школьница находясь за спиной у мужчины, он не видит ее, но чувствует дуло направленно в спину. Все дальнейшие её аргументы пустой звон в сравнении с заряженным оружием. Ирвин – не тот человек, что станет необдуманно убегать от пули, он знает, что от нее не спрятаться, также хорошо он знает насколько ценна каждая часть тела, что уж говорить про жизнь. Надо отойти? Пожалуйста. Он отпускает дверную ручку и поворачивается лицом к девушке, делает несколько шагов в ее сторону. Улыбается, мысль о том, как вмиг пистолет придает любой ситуации весомости веселит, вот и крохотная женщина вдруг сама приобрела смысл подобный оружию, опасности.  Выстрел слышали почти все, кто есть в доме, кроме тех, кто остались в притоне лишь телесно. Кто-то наверняка перепугался, кто-то подумал, что это все глюки, слышал наверняка и темнокожий хозяин, но никто не двинется теперь к комнате в которой только что стреляли. Придут намного позже чтобы проверить не нужно ли убрать тело, отмыть кровь, а сейчас отсидятся по своим комнатам. Все хотят жить, они понимают, что не надо лезть на рожон, если не хочешь, чтобы следующую пулю адресовали тебе. Кто бы ни стрелял, будь то обдолбанный псих или разгневанный диллер, всем все равно. В притонах не лезут в чужие дела, и химик зря полез, вернее зря поверил негру, что эта сделка безобидна. Он уже начинал винить себя за легкомыслие, но все-равно не уделял самокопаниям большую важность, сейчас было важно другое, а именно то как все-таки выбраться из комнаты живым.
Голос девушки зазвучал снова, появилось новое требование, американец не спешит его выполнять, но и не отказывается. Он переводит взгляд с нее на стул, что-то рассчитывает, а повинуется только после того, как та приставляет дуло к его ребрам. Так уж и быть, это то малое, что Ирвин может сделать для нее, даже без проблем.
Сохраняя молчание американец опускается на стул. Сидушка не удобная, мелкие гвоздики торчат из нее и норовят проткнуть джинсы, а за ними и кожу, химик ерзает какое-то время чтобы усесться поудобнее, каждое его движение сопровождает скрип. Маленькая спинка едва достает до середины спины, но в какой-то момент он останавливается на одной позе, замирает в ожидании того что же произойдет дальше. Когда девушка прижимается к нему, он сосредотачивается на ее запахе, движениях, тепле; девушка начинает шептать, а он прикрывает глаза, придавая ощущения завершенность, создавая полный образ происходящего вне поля зрения. Нельзя увидеть и нож, что уперся в горло, но его лезвие остро чувствуется на коже. Хилл дышит медленно, глубоко, он будто бы пропускает через себя все, что происходит, пытается найти брешь или пустоту которой можно воспользоваться, но пока такой не видно. Только становится ясно, что дальше нельзя молчать, квота на тишину закончилась.
- Странно, - он медлит, не спешит говорить дальше, выдерживает паузу прежде чем озвучить новые слова, - Говорят, что маленькие женщины созданы для любви, а тут все как-то наоборот.
Хилл осторожно пожимает плечами, чтобы самому не дернуть лезвие ножа. В его голове тикают фантомные часы, они измеряют отрезки времени, а когда дадут знак, то он снова заговорит. Раздастся характерный звон в голове, и американец продолжит задуманное. Например, вот так, как сейчас: вопросом.
- Опять люди заблуждается или у тебя с ней не сложилось?
Нет страха, что хамоватые словечки приведут к последствиям. Происходящему нужна определенность, он ждет любой реакции. Динамика – в ней есть бреши, а нынешняя статика слишком плотная чтобы даже шевелиться.
- У тебя красивый голос, - продолжает гнуть свою линию янки делая паузы между предложениями, хоть теперь они становятся короче, - Мне он нравится. Обычно такими голосами обладают учительницы и певицы, а ещё девочки из соседнего квартала. В них влюбляются все, кому не лень. Да, все-таки маленькие женщины созданы для любви и тут не солгать, ведь только они могут говорить так.
Ирвин затихает, прислушивается к тому, что происходит в коридоре. Там кто-то ходит, совсем недалеко от комнаты, но судя по шуму, который создает этот самый человек, то он скоро ввалится в какую-то из соседних комнат, точно не в ихнюю. Мужчина плавно поднимает руку к лицу, не делает резких движений чтоб не нервировать вооруженную кроху и поправляет дред-лок упавший на лицо, заводит его за плече, в этом движении касаясь самой незнакомки. Чувствуется ее дыхание, она тоже делает медленные и глубокие вдохи, также спокойна и сосредоточена.
- Чем ты ещё владеешь кроме оружия? Может ты и есть учительница или певичка?
Он не ожидает услышать прямой ответ, прекрасно понимает, что она не является представительницей этих профессий, Хилл говорит лишь бы не молчать, ведь часики пронзительно звенят, требуя что-то делать.
Что он вынес из сегодняшнего дня? То, что школьницы – это однозначное зло во всех их проявлениях, а ещё то, что он зря заявился в притон без оружия. Многое поменялось и это нужно было не только осознавать, но и брать во внимание. Дилер в школьной форме – это ещё не самый экстравагантный и агрессивный обитатель подобных мест.
Происходящее немного нагнетало тем, что все проходило у химика за спиной, он не мог точно видеть, что делает незнакомка, не мог предугадать и её дальнейших действий. Вот и сейчас послышался стук за окном, Ирвин предположил, что это ветки барабанят о стекло, но повернуться и проверить не решился, остался ровно сидеть глядя вперед себя. В щели оконных рам потянуло сквозняком. Сегодня холодный вечер и в слабо отапливаемом помещении притона не сильно теплее чем на улице.

Отредактировано Irvine Hill (2014-09-19 04:38:44)

+1

6

Она всегда умела удивлять людей. Даже не так – они всегда недооценивали ее. Чего можно ждать от девушки с кукольным лицом, которая дышит вам в грудную клетку? На вид Винни не больше двадцати лет и, честно говоря, мало кто знает ее настоящий возраст. Все думают, что Майерс мало на что способна. А она не пытается доказать своим видом обратное до тех пор, пока не посчитает, что пришло время. Или совершенно спонтанно, даже когда она этого не ожидает.
Если бы люди знали, кто на самом деле Винни Майерс, то можно было бы предотвратить не одно убийство. Самое ужасное было в том, что она не испытывала к людям никакой злости, а действовала из совершенно непонятных побуждений, которые часто были неизвестны и ей самой. Иногда ей двигала скука, иногда самый обыкновенный интерес и любопытство. Она сама с собой делала ставки и просто смотрела на то, как из человека, тонкими струйками, вытекает кровь. Возможно она хотела понять, что будет чувствовать, забирая у человека жизнь, но только понимала, что не чувствует совершенно ничего. Никакой жалости, никаких сожалений и совершенно никаких мыслей о том, что у этого человека могла бы быть семья.
Эдди всегда приходила в ужас, когда узнавала о том, что сделала шатенка. Она кричала и ругалась, а потом уходила из старого домика, хлопая дверью так, что сыпалась пыль. Винни знала, что она направлялась к Васу. Раз за разом, снова и снова для того, чтобы выпросить у него дозу. Эдди принимала из-за нее наркотики, а сама девушка не могла остановиться. Не хотела.
Она не знает, чем закончится эта небольшая импровизированная встреча и возвратится ли парень с дредами домой. Интересно, а у него есть семья? Есть ли кто-нибудь, кто будет его ждать? Родители? Девушка? Может, дети? Он нужен хоть кому-то или так же одинок, как она?
В глубине души ей нравится держать ситуацию под контролем. Ей нравится руководить и отдавать приказы и человеку не остается ничего, кроме как повиноваться. Когда пистолет упирается в ребра, или нож к шее, то люди становятся очень покладистыми, даже если в другое время были невыносимы. Всем дорога их жизнь. Интересно, этот парень не будет исключением? Но какой приказ ей отдать?
Люди часто ошибаются в своих суждениях, — улыбаясь чуть шире, она сама не замечает, как практически прижимается к нему всем телом. Только когда он сидит, она может шептать ему на ухо, не приподнимаясь на цыпочки.
Он пытается ее задеть? Пытается что-то доказать? Он пытается показать, что, не смотря на то, что к его шее приставлен нож, именно он контролирует ситуацию? Если бы он мог повернуться, то увидел, как сдвинулись ее брови, а во взгляде читалась озадаченность.
Ты бы в меня влюбился?.. — ей не нужно пояснять и как-то заканчивать фразу. Она не отвечает на его хамоватые замечания, как будто не слышит их. Не дает ему почувствовать себя победителем. Ломает все его мысли.
Я похожа на певичку или учителя? Как ты думаешь, чему я могу научить детей? О чем я могу петь? — Винни чудесно обходит часть его вопросов стороной отвечая только на те, которые сама считает нужными. Да и то, новыми вопросами. Он, между прочим, делает точно так же.
Как тебя зовут? — Голос становиться требовательнее и нож чуть с большей силой впивается в нежную кожу на шее. Этим она показывает, что хочет знать точный ответ и не будет с ним дальше возиться, если он продолжит свою игру.
Ей не нравится в притоне. Он грязный, хлипкий и девушка думает, что потолок может упасть в любой момент на голову. Тут еще хуже, чем дома, но домой она идти не хочет. Сейчас она хочет быть здесь и слушать очередную порцию легкого хамства от незнакомца, который пытался увести ее клиента. И, если бы у Лео не оказалось денег, то ни он, ни этот парень уже не вышли бы отсюда.
Винни кладет голову ему на плечо, как будто он является ей старым знакомым, с которым она способна на вольности. Пальцами свободной руки она проводит по вороту его майки, поднимается к подбородку, а затем ниже. Проводит ими к солнечному сплетению и дальше, к животу. Стук веток в окно дает странный эффект, будто за ними кто-то наблюдает. Никто из двоих не может повернуться и посмотреть в действительности ли это так. Ее голова на его плече, на мягком длинном вороте куртки. К его шее приставлен нож и она дышит на него замечая, как запотевает поверхность.
Ты бы в меня влюбился?.. — опять спрашивает она, чуть расслабляя пальцы, в которых зажата рукоятка. Теперь она не давит так сильно. Если приглядеться, то можно заметить, как  на его коже появился красноватый след. Если приглядеться, то можно увидеть, как бьется жилка на его шее. До нее хочется дотронуться пальцами, измерить пульс, проверить, как бьется его сердце, но руки у нее заняты, поэтому дотрагивается до этого места горячими губами.
Делают ли так старые знакомые? У нее таких людей нет.
Есть ли у нее кто-нибудь вообще?
Ей так скучно, так грустно, так одиноко. Винни начала бы сходить с ума, если бы давно не сошла. Люди называют это шизофренией, но сама девушка считает, что у этого нет названия.
Меня зовут Винни, — все же первой представляется она совсем тихо.

+1

7

О, если Ирвина дома ждала бы семья, то он, пожалуй, предпочел не вернуться. Что у него есть? Ну, в том случае, если говорить о людях. Одиночество? Нет, он никогда не чувствовал себя одиноким, людей не редко казалось ему слишком много. Находились и друзья (выгодные, настоящие, подставные, какие угодно); и враги; и какие-то случайные, даже не очень случайные женщины; да кто угодно. Люди были везде, даже, там, где лучше было бы остаться одному. Выбирая профессию, ещё в подростковом возрасте, американец радовался, что химия минимально связанна с людьми, но и тут промах. Они есть везде. Маленькие юркие человечки, будь они ещё ближе лучше было бы не вернуться. Едва бы женщина Хилла стала рассказывать детям, что их отец летчик или космонавт, который когда-то вернется; она бы наверняка пуская дым от сигареты или косяка гаркнула бы на них чтоб отстали с глупыми вопросами, вдогонку прикрикнула бы, что их папаша где-то обдолбался и умер или полез не в свое дело. Она бы была права, как всегда; честна, хоть и коварна; сексапильна в своей грубости и недоступности. Женщина должна была бы быть шикарной, такой, как Ирвин ещё не встречал, но он бы не отказался не вернуться, ведь, все знают, что бывает поле рождение ребенка, второго, третьего и так далее. Да вообще после начала совместной жизни. Мужчина бы сделал все чтобы однажды исчезнуть, лучше бы было снова торчать на Ямайке чем возвращаться в то, что зовется семьей и выматывает оставшиеся нервы.
Но Ирвину не зачем было думать о жене и детях, их не было, вместо этого свободную от них часть сердца занимал покой, который сейчас нарушали. Именно поэтому не хотелось сегодня сдохнуть в притоне. Были уголки куда не забредут суетливые толпы, на них мужчина и предпочитал строить жизнь. Укромные места, в которые хочется вернуться немедленно. Дом, например. Химик никогда не скрывал где живет от нужных людей, но это место все-равно оставалось безопасным. Как минимум, там было много ходов отступления, не то, что в этой комнате. Чертовы четыре стены.
- А иногда людям только кажется, что кто-то ошибается, - неспешно отвечает он.
Никогда не знаешь кто прав, кто виноват и у кого что на уме. Если бы Хилл видел, что незнакомка удивлена или хотя бы на долю озадачена, то его колкостей было бы уже не остановить, но пока он сидел спиной к девушке и продолжал оставаться осторожным.
Быть хозяином положения не обязательно, но осознавать, что происходит важно. Жизненно важно в этой ситуации.
- Влюбился бы я в тебя? – изумленно переспрашивает он, без издевок, - Интересный вопрос...
Мужчина приподнимает одну бровь. Пожалуй, расклад с женой и детьми слишком мрачен, но история знала не только влюбленности из-за которых начинались войны, а ещё те, что заканчивались так толком и не начавшись. Мог бы? Было бы не плохо рассмотреть возможные варианты.
Американец глубоко вздыхает, а потом хмыкает. Слишком много вопросов на которые он должен дать ответы, а ведь, он не стал молчать. Нет, слишком лень подбирать слова к каждой глупой задачке, он ждет новых, параллельно продолжая искать решения для главной: как выйти отсюда живым.
- Ирвин меня зовут.
Брюнет отвечает продолжая сидеть все также ровно, выжидая возможности действовать. Он не стал называть девушке ложного имени или одно из тех прозвищ, что дали ему на Ямайке. Раз уже и глаза не скрывает, то смысл таить имя. Можно попробовать что-то вроде честной игры, насколько это вообще возможно, когда так или иначе ждешь подвоха.
Он опускает глаза чтобы увидеть, как скользит маленькая женская рука по его груди, она холодная, как и сталь ножа, приставленного к горлу. Такие игры ему знакомы, только в своем обыкновении они не заставляли думать о том, как бы выжить. Обычно это приводит только к сексу. В таком случае у него даже нашелся бы ответ на так волнующий девчушку вопрос.
- Смог бы.
Он отвечает и замирает, ощущая женский поцелуй у себя на шее. Стоит ли это расценивать, как смену правил на те по которым он привык играть с женщинами и бдсм-ными штучками? Вопрос действительно интересен, но задаваться ему лучше в одиночестве, слишком уж не хочется оставаться в притоне, тем более навсегда.
Хилл дожидается пока нож перестанет впиваться в кожу и криво улыбается.
- Приятно познакомиться.
Хотелось бы верить, что она говорит правду. Красивое имя и за него бы он заплатил своей правдой. Не самой красивой, но зато искренней.
Ирв сбивает вооруженную ножом руку Винни от шеи и фиксирует её у себя на груди. Правда в том, что он не хочет ждать пока поймет все правила её игры. Он заныривает под руку чтобы окончательно освободиться, рывком встает со стула и заламывает девушку, прижимая руку с рукоятью к себе, так чтобы она не могла вырваться и нанести удар. Мужчина просто хочет скорее свалить отсюда, выкурить косячок и уснуть, чтобы этот дурной день наконец-то закончился. Хватить безумных школьниц на сегодня.

+1

8

В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » В кровь.