Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Танцы на стеклах


Танцы на стеклах

Сообщений 21 страница 23 из 23

1

http://se.uploads.ru/xUCg5.png

Рекс и Эмилия
начало: после больницы
игра в заботу, ложь и отчаяние

+1

21

Он медленно поднимает голову и пытается посмотреть на нее. Пытается понять что чувствует. Но кажется, что там внутри у него совсем ничего не происходит. Как-то пусто стало. Ни любви, ни тоски, ни жалости. Ничего. Просто боль, которая окутывает и съедает его полностью. Боль от которой хочется побыстрее избавиться. Ему больно смотреть на нее, больно слышать. Он никогда не был так разбит. Ранее всегда знал, что никого не стоит впускать в свою жизнь. И зачем спрашивается отошел от этого правила. Зачем сделал исключение? Зачем?
Он не искал виноватых. Они оба были виноваты, кто-то больше, кто-то меньше. А может вина поровну разделилась между ними. Теперь уже не важно. Все не важно. Он снова поднимает глаза в попытке посмотреть на нее. И снова отводит взгляд. Не может.
Хотел бы что-то ответить, но никакого смысла в этом больше нет. Ведь все можно крутить по кругу, как заезженную пластинку. Но зачем? Зачем снова и снова ворошить то, что так больно жалит в самое сердце. Наверное, лучше забыть. Вычеркнуть этот год из жизни и просто жить дальше. Просто жить будто ничего и не было.
Он лишь кивает головой. Порой на его лице появляется едва заметная улыбка. Порой она исчезает и звериный оскал едва заметно виднеется на его загорелом лице.
Они слишком разные что бы понять друг друга. Слишком разные что бы начать все с начала. И она права. Слишком много всего было в их жизни. Так много, что некоторые пары за всю совместную жизнь столько не переживают, но даже это не способно сохранить их любовь. Да и была ли она? У каждого своя любовь и наверное им мало было принимать только ее. Они хотели большего. Но больше уже некуда.
Она клялась, что все это правда. Что она сглупила, что она… А ему было не важно. Он не верил ее словам, не верил искренности ее слез, не верил отчаянному крику, что медленно переходил в шепот. Не верил, отходя все дальше и дальше. Будто убегал от ее слов, от ее клятв, от нее самой.
- Хотела. Хотела, - ее слова так больно въедались в уши. Казалось, что они кружат возле него и громким эхом раздаются по всей комнате. – Хотела, - он кричит, отходя еще чуть дальше. К шкафу, выдвигая ящик за ящиком повторяя про себя это жуткое «хотела». «Хотела» от которого его передергивало, от которого вдруг становилось холодно, а затем резко бросало в жар. «Хотела». Он достает из нижнего ящика листок, довольно решительно подходит к ней и тычет его ей в лицо.
Он никогда не думал, что дойдет до такого. Никогда не думал, что придется доставать те скелеты о которых он просто хотел забыть. Забыть как страшный сон  и не вспоминать.
- Никогда, слышишь, никогда не говори мне, что ты хотела. Желаниям свойственно сбываться, только ценить этого ты не умеешь.
Он хлопнул ладонью по столу оставляя там листок.

- Ты не жила нормально потому что не хотела. У тебя было все… А ты… ты сделала все и даже больше чем было нужно. Ты хотела нормальной жизни… Так иди… живи… А я устал. Устал от твоего вранья…
И говорить он тоже устал. Его трясло от нервов, он судорожно искал в карманах сигареты только это уже не поможет.

+1

22

Это все было одним страшным сном, логическим заключением всех тех чудовищных ошибок что она натворила. Когда же доходит до того что бочка жизни не выдерживает, переливается и лопается. Почему, никогда не задумываешься впредь. Почему лишь только тогда когда и в твоей голове, и в твоей жизни, все отражается звуком разбитого стекла, почему только тогда задумываешься? Мы всегда становимся умными потом. Почему нельзя беречь то что есть?
Вопросы в никуда. Она стояла и не верила что все это наяву. Она знала что когда-то он ее раскусит, но даже и не думала что все произойдет именно так. Из всех падений в жизни, это было самое низкое из всех, и всему этому только ее вина. Вина в том что она всегда делала прежде чем думала, а потом, когда мысли становились слишком больным, слишком сильным гнетом, она пыталась убежать от этого самого чувства вины. Но не в этот раз. Не выйдет. Увидев потухшие глаза того которого все таки любишь, но которому причинила такую боль, ты поймешь все. Хотя... это ли любовь? Знаешь ли ты что это вообще такое? Кажется что нет, но почему люди причиняют такую боль самим себе, ведь кажется что даже у животных больше сострадания друг к другу.
Почему в ней всегда было больше силы смерти, чем силы жизни? Может, она действительно ненормальная, чокнутая, которой место в смирительной комнате и белом одеянии. Она, что казалось, так любила себя, на самом деле ненавидит себя полностью. Никто не делает такого со своей жизнью. Никто не разрушает хоть какое-то мирное построение, только потому что...
Ведь она тогда себе дала твердое обещание что покончила с этими чертовыми наркотиками. Что же заставило ее нарушить данное себе обещание? Неужели, лишь только Ривер? Нет. Она держалась почти четыре года, держалась и действительно старалась не пить, наркотики не принимала, перестала курить. Что же заставило ее взять и снова привести себя тогда к линии смерти?
Она не имела ответа на этот вопрос, и не желала искать его. Точно не сейчас. Сейчас она лишь стояла а отрывки его слов доносились до ее ушей, и резали все. Ей было больно , было страшно смотреть на него. Она не могла, не хотела верить, что ее поступки сделали с ним такое. Мы можем не сказать, можем утаить, можем быть равнодушными, но наши реакции всегда необратимо выдадут нас.
Слезы давно уже текут и черные ручейки абсолютно нормальная данность, но ей плевать что сейчас она напоминает арлекина. Ее просто всю трясет и она едва стоит на ногах.
- Рекс, пожалуйста, прошу тебя, - пытается процедить она, но голос срывается и окончательно придает ее. Нет сил больше все это выносить. Она слишком слабая, чтобы выдержать это испытание, которое сама себе и устроила. Она просто мразь, просто... Девушка пытается не смотреть на него, что так судорожно копается в шкафу, ища что-то. Она не желает знать что. Он ее даже не слушает, но она и не заслуживает этого. Она больше не заслуживает ничего человеческого к себе, и она это знает.
Прижимает какую-то бумагу к столу, а она не выдерживает, и медленно, словно идет на эшафот, берет ее.
28 июня 2014 года, пациентка Эмилия Кили была доставлена в городскую больницу Сакраменто с превышающей в несколько раз установленных норм дозы наркотического вещества, в результате чего произошёл спонтанный аборт..

Выкидыш? Что?
Она никогда не была беременна насколько она знала. И пусть понятие выкидыш для нее является едва знакомым, и то по разговарам других, но... Неужели, у них должен был был быть ребенок? Неужели они могли бы стать родителями?
Если бы не она сама.
Глаза снова возвращаются к этой бумажке, пытаясь найти хоть слово больше о том что случилось.
Предположительный срок беременности у пациентки был около трех недель.
В голову едва проникают картины их того редкого счастья. Она помнит все что было до этого момента. И как раз все становиться логичным. У них как раз тогда все наладилось, ее день рождения, ураган, бабушка и дедушка... Все было.
И ноги теперь предали ее, в обесилии она опускается на пол, прижимая к себе эту чертову бумажку медицинского заключения. Она уже не может больше плакать, не может больше говорить, да и говорить ей нечего. Она не имеет права тревожить его и требовать дополнительных разъяснений того что стоит черным по белому на бумаге.
Теперь ей все ясно. Теперь она окончательно убеждается в том что является монстром. Она и раньше это знала но теперь, разрушив не только свою, но и его, но и убив их нерожденного ребенка, она знает. Что нет ей прощения. Ни от кого. Никогда.
И лишь только тихий вой является единственным как она может выразить свои эмоции сейчас, оказавшись на полу, с этой бумажкой.

Отредактировано Emilia Tyrell (2015-05-17 19:21:51)

+1

23

Я, ухожу, и нет
Ни меня ни нас
И обычный свет
Успокоил нас
Как ни я ни ты

http://38.media.tumblr.com/8c9aa8a643b1d102ba1c75007f458260/tumblr_muivw39Smd1spyxn5o5_500.gif

Крик, где-то в тишине
Не зови меня
Я не повернусь
И прости меня
Больше не вернусь

Все уже никогда не станет как прежде. В какой то момент пропасть между ними стала огромной, длинной, непреодолимой… Не было сил строить разрушенные мосты, не было сил собирать по крупинкам разбитые надежды. Он смотрел, как в ее руках дрожал лист, как медленно она опускалась на пол, как судорожно искала в этих словах оправдание, как хотела найти надежду. Но не находила. Медленно спускалась на пол, понимая что это конец.
В руках парня была сигарета. Он успел сделать пару затяжек и исподлобья смотрел на нее. Смотрел делая вдох за вдохом, отравляя свое тело никотином в надежде что это спасет его душу. Но не спасало. Мерзкая горечь табака, мерзкий запах сигарет. Лучше не становилось, только руки перестали дрожать, а пепел тихо падал на ковер.
В доме стало непривычно тихо. Ни криков, ни упреков… ничего. Тишина, что не несла продолжения. Он еще не знал, что будет дальше. Не знал, как повернется его жизнь. Не знал, как сложиться жизнь Эмилии. Однако ему казалось, что сегодня их пути разошлись навсегда.
Он смотрел в окно, наблюдая за тем, как на улице зажигались фонари, как охрана выпустила собак. Там за окном бурлила жизнь, но в этом доме будто все остановилось. Даже не было сил нарушить тишину. Не было сил сдвинуться с места и сделать хоть что-то.
Рекс открыл окно, что бы впустить немного свежего воздуха. Холодный пронзающий ветер ворвался в дом окутывая леденящим холодом. И пускай на улице было тепло, этот вечер был непривычно холодным. Наверное погода тоже чувствовала, что где-то в мире разрушилась еще одна судьба. Еще одна жизнь. Еще одна мечта.
Окурок вылетел в окно. Он устал. Мысли в голове окончательно запутались. Он просто подошел к Эмилии. Остановился. Хотел что-то сказать, но не хватило сил. Глубокий вдох, однако воздуха будто не хватало. Его потухший взгляд в последний раз посмотрел в ее сторону. Он ушел…
Ушел оставляя ее наедине со своими мыслями. Ушел, оставляя ей время что бы разобраться и что бы решить что делать дальше. Захлопнулась дверь. На пороге его встречал волкодав, что отчаянно становился на лапы дабы прыгнуть на Рекса. Парень почесал собаку за ухом. Только он никогда его не предавал.
Всю ночь он провел у себя в квартире, в которой так и не успел закончить ремонт. В которой… Впрочем уже было не важно. Он сидел в полумраке и наливал в бокал виски, который одурманивал разум. Он пил до тех пор пока просто не уснул.
Проснулся лишь под утро. Мысли все так же кружили в голове. Похоже ему придется выпить еще не одну бутылку. Он не решался возвращаться в особняк. Боялся встретить там ее. Однако и прятаться было не выходом.
В доме было тихо и пусто. Кора сказала ему, что Эмилия ушла. А он даже не понял обрадовался он или огорчился. Все такая же пустота, которую он еще долго будет заполнять алкоголем. В руках сестры была бумажка, ее взгляд был упрекающим, ведь так нельзя. Рекс лишь смял ее и выбросил в мусорку так и не сказав сестре чего-то путнего.
Казалось, что дом опустел. Казалось, что ничего не будет как прежде. Казалось, что время остановилось. Он сидел на кровати, спрятав лицо в ладонях. На столе стояла еще не начатая бутылка. В открытое окно доносился вой собак. Они никогда не предавали и, наверное, чувствовали его боль как никто другой.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Танцы на стеклах