vkontakte | instagram | links | faces | vacancies | faq | rules
Сейчас в игре 2017 год, январь. средняя температура: днём +12; ночью +8. месяц в игре равен месяцу в реальном времени.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Поддержать форум на Forum-top.ru
Lola
[399-264-515]
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenneth
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Быть взрослым и вести себя по-взрослому - две разные вещи. Я не могу себя считать ещё взрослой. Я не прошла все те взрослые штуки, с которыми сталкиваются... Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » We're not looking for where we belong


We're not looking for where we belong

Сообщений 1 страница 20 из 29

1

СОННИ и АГАТА
22.09.2014; магазины, кино, улицы Сакраменто
Мы не ищем места под Солнцем, мы проводим время вместе

+1

2

...опять про деньги, но за выходные заработать действительно удалось много. Касаемо кинотеатра и ипподрома - едва ли не столько же, сколько в будни; с метро, правда, ситуация вышла как раз обратная - в выходные, как выяснилось, на час пик другие расписания... можно было вообще не спускаться в подземку в выходные дни. Сонни, впрочем, вообще больше не собирался туда спускаться, если их с Агатой предстоящее дело выгорит - деньги к деньгам липнут, обладая большей суммой, можно заняться чем-нибудь другим, вложиться, или сделать что-то, чтобы умножить их количество. В принципе, с билетами в кино или в метро он делал то же самое, только в гораздо более меньшем и незаметном масштабе - покупая по одной цене, он продавал по другой, более высокой, зарабатывая на накрутке... Пора было заканчивать с этим, в любом случае. Случилось то, чего он и опасался - на ипподроме его уже взяли в оборот, намекнув на то, что если он будет мешать зарабатывать букмекерам, деньги ему понадобятся уже на лечение; значит, скоро из торгового центра его попросят удалиться тоже, неважно, будет ли это его администрация или "крыша"... Придётся искать другой кинотеатр, хотя лучше уж - найти принципиально другие способы заработка. Но пока что - он сделал последний, вероятно, в жизни заход, уже днём выкупив вечерние места в кинотеатре на последних рядах, по принципу шахматного порядка - одно место через одно (так денег тратилось меньше, а парочкам кресла всё равно нужно было два). Теперь нужно было просто дождаться вечерних сеансов, чтобы пачка билетов превратилась в пачку долларов. Кстати, довольно весомую, по сравнению с той, что отвергла Агата, но - ладно, на этом хватит о деньгах...
Они с Агатой условились встретиться здесь же, у касс кинотеатров - до остальных магазинов было недалеко, а Сонни как раз успевал "обилетить" посетителей на дневной сеанс. Выходные окончились, потому время людей семейных, идущих с детьми на мультики, прошло - посещают кинотеатр в понедельник в разгар рабочего дня разве что бездельники и студенты, которые прогуливают занятия. На самом деле - эта категория людей стала любимой за то время, которое Пульс тут проторчал: с ними было меньше всего проблем, они не орали, не грозились позвать полицейского или охрану, даже и не возмущались - а отдельные экземпляры даже оценивали его выходку с перекупкой. Возможно, кому-то из них даже пригодится эта идея в будущем. Хотя - не дай бог, конечно...
А проторчал Сонни тут столько, что скоро впору будет себе отдельный столик поставить и имя своё на табличке написать... и козырёк на башку одеть такой зелёный, прозрачный, похожий на бутылочное стекло по своему цвету - такой иногда в кино ещё мелькает, как раз на человеке за кассой или счётной машинкой. Сразу будет видно, кто тут барыши считает...
А барыши пойдут сегодня на подготовку к их делу, чтобы нормально выглядеть там - кепку на голову надеть будет явно недостаточно, о клубе, о котором говорила Агата, Сонни тоже навёл справки - место на удивление респектабельное... для той мексиканской, - или доминиканской, или пуэрториканской (а не всё ли равно, впрочем?) шантропы, которая его крышует.

Внешний вид
До сеанса оставалась пара минут, зрители стали выстраиваться в очередь, а Сонни, прислонившись спиной к стене, ожидал Агату, поглядывая в сторону входа. Рядом, на кассовой стойке, лежал свёрток бумаги неправильной, нестрогой формы, похожий на рупор - который он же "матюгальник" или "орало" - лежал как будто бы даже отдельно, сам по себе от него, как забытая кем-то вещь в попыхах; а что внутри - было видно одному только кассиру... ну и ещё о том, что там внутри, знал продавец цветочного ларька внизу, справа от входа. Да, Пульс, которому четыре дня назад запали в душу надрывные слова Агаты о том, что он её никуда не водит, снова решил купить ей цветов, только букет на этот раз был пышнее и полнее, чем тот, который он собрал сам с городской клумбы. Словно символизируя самого Сонни, который хоть и чуть-чуть, но всё-таки приподнялся за это время... На самом деле, хотелось купить Агате что-нибудь более существеннее цветов или коробки конфет, что-то такое, что не исчезнет на следующий день. Впрочем, у них будет сегодня шанс на это... Расслабиться и не быть таким евреем. Спустить всё, что заработал за несколько дней, за один вечер. Сколько он так не делал?.. Пусть эта цифра и так постоянно всплывает, но да, ещё раз - пятнадцать лет Пульс такое не мог себе позволить.
- Эй, милашка!.. - Агата вошла в зону кинотеатра, проследовав мимо, и Сонни отделился от стены, разыгрывая из себя эдакого наглого и самоуверенного парня-казанову, который увидел красивую девушку и тут же, не думая, направился знакомиться. Такой образ тоже часто мелькает в кино (раз уж к миру кино так или иначе Пульс оказался приближен) - обычно у них ещё волосы бриолином обмазаны до блеска, и на плечах - стильная кожанка, но чего у Сонни вот не было пока - того не было... - Куда собралась? Привет! - чмокнул Агату в губы, обняв одной рукой слегка развязно. Другая - потянулась к стойке, цапнув букетик, и незаметно от Таты плавным движением завела его за спину Сонни. - Ух ты. Правда, незаметно... - похвалил, когда взглянул на лицо Агаты и не обнаружил шрама на лице... и на зрачке, кстати, тоже. - А как ты так сделала? - поинтересовался с детской непосредственностью и интересом, вовсе не желая обидеть. А букет медленно выплыл из-за его спины и вынырнул у испанки под боком, начав плавно подниматься, чтобы она его заметила.

+1

3

Внешний вид

Выходных было недостаточно и мало. Мне вообще в последнее время не хватало часов в сутках. Я пыталась справиться с навалившемся небом. В субботу мы провели с Аароном время, съездив в парк, где катались на велосипедах, а в воскресенье испанца забрал Декстер. Для меня же эти свободные часы стали возможностью выставить дом на продажу и начать собирать вещи. В принципе, можно было и остаться на Зеленой Миле, пока не появятся покупатели, но коттедж становился дорогим в обслуживании, поэтому я решила, что со временем съеду. Аарон о такой новости еще не знал и, ясное дело расстроиться. А в ближайшие две недели я не хотела его огорчать, но порядок навести надо было - упаковать по коробкам то, что уже не пригодиться точно.
Вчера Аарон остался ночевать у своего отца, я только забросила вечером его тетрадки и школьные принадлежности, сообщив Декстеру, чтобы проследил за тем, чтобы ребенок выполнил уроки. Сегодня, избежав участи вставать рано утром и отвозить сына в школу, я проспала до десяти утра, после чего начала собираться. Перед встречей с Сантино я заехала к одному человеку, который передал мне информацию о подпольном казино. На этом свои дела на день я закончила.
От прошлого разговора с итальянцем осадка уже не осталось, за чередой событий мне вообще казалось, что прошло не два дня, а гораздо больше. И хоть ситуацию про "грим" я уже отпустила, от шрама предпочла избавится: надела цветную линзу, которая ни чем не отличалась от здорового зрачка, а сам шрам замаскировала тональником, хотя, можно было бы и не ухитряться, этот шрам не так сильно выделялся уже.
В кинотеатре было не много народу, но все-таки за очередью из несколько человек, не усмотрела Сонни, шагая мимо него.
- Эй, милашка!.. - доносится уже позади. Останавливаюсь, улыбаюсь, но еще не поворачиваюсь.
- Куда собралась? Привет! - он целует меня в губы, легко касаюсь в ответ.
- Привет. - интересно, заметит отсутствие шрама? Хотя мужчины такие вещи не замечают обычно, даже на лысо побрейся, будет сетовать на погоду и загадочно потирать подбородок.
- Ух ты. Правда, незаметно... - ан нет, все-таки обратил внимания на незначительные изменения. Можно было бы добавить "теперь я буду выглядеть так всегда!", гордо вильнув головой, но я не была уверена в том, что захочу прятаться за слоем крема.
- А как ты так сделала?
- Что? - непонимающе вопросом на вопрос ответила я. - Цветная линза и крем - добавила следом, раскрыв все секреты. Неужели Пульс никогда не слышал про цветные линзы? В двухтысячных это стало так популярным, что многие вставляли себе синие, ярко зеленые, желтые, как у кошки, белые, как у рыбы и даже красные линзы. Сонни то таких метаморфоз мог не наблюдать в живую, но где-то да отголоски видел.
Справа почувствовалось касание и я невзначай повернув голову, обнаруживаю букет.
- О! - не скрываю я удивления в голосе. Цветы приятны, хотя и насладиться их красотой не успеваешь. И даже приятен не столько подаренный букет, сколько попытка и желание ухаживать, сделать комплимент, проявить внимание.
- Красивый - отозвалась я и перехватила цветы себе. - А в газету завернул специально? Ее нужно сохранить? - подтрунила я над старомодной привычкой мужчины держать цветы в белой бумаге, что используют для того, чтобы пронести букет, а не дарить. - Можно из нее тебе кепочку сделать - ведь зачем то Сонни ее сохранил - не унималась я, смеясь. Впрочем, смех был беззлобный, так как итальянец хотел сделать приятное.
- Поехали в магазин, тебя одевать - и магазин это не отделение в торговом центре, а дорогой бутик, которые я изучила еще со времен дружбы с Анной, а потом укрепила знания с романа с Куином.
- Ты за рулем или я? - спросила на всякий случай, может Пульс сегодня без колес или выпить захочет. Хотя, у него уже был опыт вождения пьяным за рулем.

+1

4

В двухтысячных... какой только херни не напридумывали, честно говоря; и по мнению Пульса, который двухтысячные пропустил полностью, окунувшись сразу в середину десятых, без доброй половины этой херни вполне можно было бы неплохо обойтись. Были, конечно, и полезные вещи, но... но ими ему приходилось ещё и учиться пользоваться в итоге. Что же касается косметики, в ней он и в двухтысячных, и в девяностых, и в восьмидесятых понимал мало; да ему и не было положено в этом многое понимать, всё-таки - а много насчитается мужчин, которые понимают, что там к чему? Нет, есть, конечно, которые понимают; но называются они - в большинстве своём - одним и тем же словом. Впрочем, в данный момент неважно, каким...
- А зачем?.. - пришёл теперь черёд Сонни не понимать и удивляться, словно там, в квартире, не он сам намекал на то, что её шрам очень заметен... Только он-то тогда имел в виду её потенциальных "работодателей" в игорном клубе, что изъян этот будет смущать их, а потому у них ничего не получится с этой затеей. Его самого шрам не смущал нисколько; можно даже сказать, что нравился - потому что Агата нравилась, такой, какой она была... стало даже как-то грустно немного, когда он оценил работу крема. Хотя слегка полегчало, когда, дотронувшись осторожно пальцем до этого места, он снова ощутил под кожей родную неровность... - Не стоило. Меня-то ты чего стесняешься?.. - улыбнулся, и мягко коснулся того места, где только что провёл палец, губами, поцеловав её шрамик и глаз. Линзы... и стоило в глаз себе что-то пихать, чтобы пойти с ним на свидание? Его никогда не смущал повреждённый зрачок. Вернее, нет, справедливости ради, стоило сказать, что изначально всё-таки смущал, но теперь-то он к этому давно уже привык... и смущался скорее, наоборот, от того, что Тата от него решила всё скрыть.
И высказывание про газету его тоже несколько смутило... даже не сразу нашёлся, что ответить, потому как было не очень приятно - хоть Агата и пыталась быть миролюбивой, но всё равно - она смеялась над ним сейчас, хотя и приняла цветы; он же... да не знал - донёс цветы в том же виде, в котором ему их выдали в ларьке; когда дарят подарок, не рвут ведь обёртку, не повреждают её, правильно? Это просто невежливо. Сонни нашёлся, что ответить, молча взяв эту бумагу и, быстренько состряпав из неё треуголку на кассовой стойке, надел её на голову, разведя перед Агатой руками - вот... раз смешно, то будешь гулять с маляром. Ну или это такая корона для бумажного короля - потому как это далеко не единственная бумага, которой Сонни касался в последнее время; руки резало уже от картона, на котором печаталось название и время сеансов в кино, и билетов в метро, и билетиков с кличками лошадей на ипподроме. И от налички тоже...
- А может, я так пойду?.. - указал пальцем на свою "шляпу". Но затем всё-таки снял её, надев на стоящую рядом мусорку, и взял Агату под ручку, привычно встав справа - может, повреждение она и скрыла визуально, но глаз-то по-прежнему видел не на все сто процентов... тем более, там ещё и цветная линза появилась (интересно, а цветовую гамму она не смешивает, или не затемняет, как это делают солнечные очки?). - А ты на машине? Можно, я твою поведу? - спросил Сонни; в Чероки наверняка было комфортабельнее, чем в его БМВ, но и пассажиром он быть не хотел - потому что это заставило бы Агату напрягаться лишний раз, а он всё-таки её на свидание вытащить пытался, - или превратить этот день в свидание, доказав, что и делами можно заниматься одновременно с личной жизнью, - что, в конечном итоге, одно и то же: он хотел сделать её день приятным. А какой девушке будет приятно катать своего мужика на машине? Нет уж, руки цветами должны быть заняты, а не баранкой... пусть расслабится и получает удовольствие. Не в том плане, чтобы выпить; хотя и это можно, но - лучше уж вечером. Хотя ещё лучше - вообще не пить, наверняка ведь Аарон будет ждать, когда мама заберёт его из школы... ну или дома? А девять лет - это достаточно, чтобы добираться домой самому?..
- Прикольные сапожки. - Пульс случайно обратил внимание на её обувь, когда Агата забралась в салон автомобиля. И только затем пригляделся и к платью тоже... - И платье тоже... Знаешь, глядя на такую юбку, я снова вспоминаю про кардебалет. - улыбнулся. Или можно было бы надеть и на Агату шляпу, широкополую такую, в техасском стиле - получилась бы отличная ковбойша... - Как дела? Аарон? - спросил, заводя мотор. Наверное, теперь каждая их встреча будет начинаться с этого вопроса, пока она не познакомит своих мужчин; но когда это случится - уже другого выбора, кроме как съехаться, особо и не будет... с другой стороны, она сама сказала, что он не интересуется её жизнью - ну так вот, пожалуйста, он интересовался. Тем, что в этой жизни было самым важным. Про остальное же пока не знал и не мог узнать, пока она сама не расскажет. - Так куда именно мы едем?.. - уточнил, выводя автомобиль с парковки. Показывать дорогу Тате всё-таки придётся... он и город всё ещё не очень хорошо знал. Хотя, нет, зачем показывать - есть же навигатор, и система всё может показывать и сама. В нём ориентироваться Сонни уже может...

+1

5

- Не стоило. Меня-то ты чего стесняешься?.. - дело даже не в стеснении или смущении. Уж если он видел меня голой, что может быть еще значимее? Я просто хотела показать мужчине какой могу быть. Какой была. Его внимание явно приковывал мой шрам. Может сейчас уже прошло, но первое время я замечала его акцент.
- Хватит - пресекаю я разговоры, отстраняясь, когда мужчина хочет поцеловать - Будто сам не знаешь зачем? Ты постоянно делаешь акцент на моем шраме. Теперь, когда будешь тыкать осколком в лицо, глядишь и не вспомнишь об этом - ну вот не хотела я припоминать ему ту ссору и драку в магазине, да сам вынудил. Моя обида давно прошла, да ее и не было, так как понимала, что в той ситуации виновата только я. Это как тогда, когда я сбила Сантино на машине, - можно сказать, мы поквитались. У нас, как оказалось, был развит собственнический инстинкт и башню сносило напрочь, если наступал момент его проявить.
- Проехали. Ничего не говори - остановила я еще раз Пульсоне, хотя надо было самой молчать, чтоб избежать неприятных моментов и подпорченного настроения. Я уткнулась носом в цветы, чтобы сгладить сказанное.
Мы покинули здание кинотеатра, и Сонни предложил повести мой джип.
- Да, конечно - пожала плечами, кидая ему ключи и подходя к припаркованному красному авто. Каких-то принципов или паранойи на счет того, кто должен водить автомобиль, у меня не было. Сегодня я и правда хотела побыть его девушкой, дать возможность итальянцу поухаживать за мной. А Черокки был действительно удобней и комфортабельней, к тому же я не испытывала маниакальную любовь к машинам, одушевляя их, как делают некоторые мужчины. Во многом этим "пунктиком" страдают мужчины среднего возраста, переживающие кризис, или те, кому просто некого любить кроме себя. На ум тут же приходит один такой, с которым я имела честь быть вместе и машину которого, кстати, я все-таки рискнула угнать. В шутку, правда. Но наверняка он за нее переживал больше, чем за всех своих знакомых и друзей.
- Прикольные сапожки. И платье тоже... Знаешь, глядя на такую юбку, я снова вспоминаю про кардебалет. - я проследила за его взглядом, поправляя платье, задирая его выше, до кален, провоцируя дальнейшее внимание к себе и своим ногам.
- Даже не надейся - засмеялась я, принимая упоминания про кордебалет за намек.
- Как дела? Аарон?
- Хорошо - кивнула я - Вчера остался ночевать у Декстера. Сегодня вечером я обещала забрать его - мелькнула мысль предложить сделать это вместе, но я оставила эту идею до вечера. Я вообще перестала что-либо загадывать дальше, чем на пару минут.
- А я... тоже хорошо. Появились деньги, чтобы закинуть на "Лучианно Босси". Правда, их потом тоже отдавать надо. Но я уже выставила дом на продажу. Думаю, все будет хорошо - улыбнулась я, понимая, что повторяю себе это часто. И даже начиная в это верить. Надо же во что-то верить. Да и черная полоса не вечна, - мне было на кого положиться в этой ситуации.
- Так куда именно мы едем?.. - в ответ я вбила в навигатор адрес, куда теперь вел нас женский строгий голос.
Ехали мы не долго, минут через двадцать были у цели - бутик, расположенный вдоль главной улицы по соседству с другими дорогими магазинами. Зато здесь можно быть уверенным, что тебе не подсунут китайскую подделку. Надеюсь, что денег у Пульса с собой было достаточно.
- С чего хочешь начать? - окинула я взглядом пространство магазина. С другого конца помещения к нам уже спешила молодая и ухоженная девушка, одетая в черную юбку и белую блузку.
- Здравствуйте. Спасибо, мы сами. Если что-то понадобиться, то позовем вас - остановила я ее доброжелательность, предпочитая действовать вдвоем с Сонни, без вмешательства "мнения эксперта".
- Может это? - я подошла к одному из светлых костюмов. Белый будет слишком вызывающим и пижонским, а вот костюм цвета айвери мне очень понравился.

+1

6

На шраме нельзя было не акцентироваться. Хотя, даже не в шраме дело, не во внешней его составляющей, на её глазе, подпорченном зрении, не акцентироваться было нельзя, просто потому, что от этого некуда было деться... потому потому, что это было. Это как - ну, пусть тоже далеко не самый приятный пример для Таты - с её пропавшим в Детройте слухом, нельзя было это не учитывать. И Сонни, шагая с ней рядом, подсознательно занимал место справа от неё, чтобы они оба могли не сужать угол зрения; а в остальное время, когда они находились рядом или лицом друг ко другу, старался быть в поле её зрения, не расплываясь в повреждённом зрачке... и ничего не видел в этом неправильного. Шрам приковывал внимание, да. Но стоило ли стесняться своей особенности?.. Скрыть её - не поможет, она всё равно останется, Агата это знает, Пульс, даже не видя её, знает тоже. И потому в данный момент её крем - это просто самообман... Сонни слишком много раз в жизни был обманут, чтобы заниматься ещё и самообманом. Покоробило. Но на этот раз Пульс действительно позволил себе смолчать... до поры, до времени, пока не появятся аргументы получше. Улыбнулся только, и взял её под руку.
В Чероки было просторно... намного просторнее, чем в старой модели БМВ; и действительно, намного комфортабельнее, хотя Пульс, наверное, не решился бы на такой автомобиль - он-то считал машины вещами, расходным материалом, который надо использовать, а не воодушевлять - использовать, конечно, с умом, а не мешающие на дороге столбы сшибать при первой возможности; вещи тоже надо любить... но привязываться не стоит.
- Ну это ещё посмотрим... - ухмыльнулся Сонни, протянув руку и обласкав обнажившуюся коленку, наклонившись к Агате ближе. Да нет, не на это намёк! Хотя и кардебалет ему, конечно, на самом деле не особенно упёрся - он в исполнении Тарантино видел нечто куда более прекрасное, и неоднократно, танцы по сравнению с этим... просто движения, хоть намекай, хоть не намекай.
Жаль, что Аарона она оставила вчера, а не сегодня - знакомства ему всё равно пока не светит, это понятно, зато у них с Агатой был бы в запасе не только день и вечер, но и ночь... хотя, наверное, нехорошо так думать, да? Проблема собственности - не только ребёнок ревновал бы маму к другому мужчине. "Другой мужчина" тоже ревнует к её сыну, только об этом все забывают, поскольку этот "другой мужчина" - человек по умолчанию взрослый. Забывают... вот и Пульс не вспомнил, сам не понимая, что ревнует немного, хотя это и глупо.
- Влезла в долги?.. Ничего себе "хорошо". - сокрушённо мотнул головой Пульс. Не в его привычках было делать вид, что всё хорошо, если всё было далеко от такого понятия; Агата продала дом, взяла где-то крeдит, и что-то подсказывало - скорее всего, не в банке, а у таких же, как они сами, только у которых дела идут получше, может быть. Хотя... даже если и в банке. Ну и что это меняет?.. Хуже всего, что он, мужчина, помочь ей, как ни хотел, не мог ничем. Вшивых заработков на маленьких картонках не хватит, чтобы выплатить её долги. Максимум - платить по её счетам, как это делал Декстер раньше... А Сонни этого было мало. Хотел бы дать больше. По сравнению с её предыдущими - собрал он некоторую информацию ранее - кем он был? Даже с навигатором едва обращаться умел.
- У тебя платочек есть? - над прогрессирующим комплексом неполноценности возобладать нашёлся один способ, когда они переступили порог магазина, и Пульс вместо того, чтобы ответить, с чего хочет начать, попросил о носовом платке. Ну или одноразовой влажной салфетке, которые в десятых годах стали всё чаще и чаще приходить им на смену, и отчего-то дико раздражавшие Сонни, но сейчас - они были бы даже больше в тему, чем кусок ткани.
Хулиганской задумке помешала подошедшая консультантка, и не сколько даже потому, что становилась бы невольным свидетелем - сколько потому, что несколько одичавший за время, проведённое все-знают-где, Сонни даже подрастерялся немного почему-то от её услужливости, с которой её, с одной стороны, захотелось послать куда подальше, по какой-то старой забытой привычке, а с другой - у него бы это так вежливо, как у Агаты, всё равно не получилось бы. Девица ушла, Тарантино пошла в противоположном направлении, а Сонни, так и сжимая салфетку в ладони, двинулся следом...
- Посмотри на меня. - улыбнулся обезоруживающе. И подло...
Мягкая ткань вдруг резко, почти насильно, коснулась её скулы, немилосердно смывая слой крема, пока из-под него не показался родной рубец... Ладно уж, в глаз ей он за линзой не полезен уж точно, хоть отсутствие рубца на зрачке раздражает больше, чем присутствие; захочет - сама снимет. Обнял её за шею, приблизив к себе, и прошептал на ухо, почти со злобой: - Я тебя люблю такой, какая ты есть. Со всеми твоими шрамами, рубцами, веснушками, родинками, татуировкой... - грузом прошлого, тараканами в голове, любовью к хулиганским выходкам, даже молчаливым враньём... чёрт возьми, он же свои наколки от неё не скрывает! - Не скрывай их от меня. Меня это обижает... - как сына скрывала, да и мужа тоже... Может, Пульс и вёл себя странно, но ему это казалось нечестностью. И если к тем, кто заправлял подпольным клубом, проявить её не было грехом, они были никем для них, это нужно было для дела; то... получается, своим кремом Тата стёрла различия между ними - и ним. Ему не важно было, какая она была... главное - какая есть. Поцеловав Агату в висок, Сонни разжимает, наконец, жёсткое объятие, и снимает вешалку с костюмом.
- Этот?.. - оглядел его с задумчивым видом. В основном, впрочем, чтобы Тата не подумала, что ему вообще наплевать, что покупать; хотя его собственные представления с тем, что держал в руках, тоже расходились - отчего-то в машине он представлял себе нечто более... тёмное. Хотя не настаивал вовсе. - Может, сразу несколько в примерочную возьмём?.. Попробуем разные?

+1

7

- Влезла в долги?.. Ничего себе "хорошо"
- Поверь, лучше быть должной своим... - чем мексиканцам. Мне не нравилась перспектива в один прекрасный день прийти домой и обнаружить незваных гостей. А долг Фрэнку и Гвидо я могла отсрочить, пока не разберусь со своими проблемами, эти люди хотя бы могли ждать, пусть и первый из них установил процент, от которого банки нервно курят в сторонке.
Но хватит о работе и о деньгах, эти мысли и разговоры портили мне настроение. Да, согласна, решать все равно что-то надо, но от переживаний дом быстрее не продастся и процент, выставленный Альтиери, меньше не станет. Зато можно было найти пути для заработка, как например карты. Если предположить идеальные условия, при которых нас никто не замечает и сумма ставки не менее тысячи долларов, то за месяц можно получить порядка пятидесяти тысяч долларов, это всего лишь одна шестая от моего долга андербоссу, но уже неплохо. Неплохо... если не смотреть, на то, что картелю я должна полтора миллиона. Хотя, собственно, почему только я? Стефано владеет большей частью бизнеса, но шевелиться не собирается. Конечно, не его придут убивать и требовать товар, а меня или Фрэнка. Дерьмо!
- У тебя платочек есть?
- Салфетка есть - не задумываясь ответила я, мало ли у Сонни сопли или слезы горя от представления куда я вляпалась. Но нет, только консультант отошла, как мужчина, добившись того, что обратил на себя мое внимание, коснулся салфеткой области возле глаза. Я зажмурилась, нахмурилась, сжалась как ежик, пытаясь убрать мужскую руку от лица.
- Что ты делаешь, блин - возмущаюсь, но вскоре затихаю.
- Посмотри на меня. - слушаюсь и открываю глаза. Он обхватил мою шею широкими ладонями, приближаясь ближе.
- Я тебя люблю такой, какая ты есть. Со всеми твоими шрамами, рубцами, веснушками, родинками, татуировкой... Не скрывай их от меня. Меня это обижает... - от такой откровенности я замолчала и перестала супиться.
Пульсоне взял костюм и направился в сторону кабинок для переодевания, а я застыла на месте, пытаясь обосновать его слова. Он ведь сказал, что любит меня, верно? Это сказано как "не меняйся" или действительно признание? Я озадачилась.  - Может, сразу несколько в примерочную возьмём?.. Попробуем разные?
- Угу - отвечаю в след и прихватываю еще пару костюмов черного и синего цвета. Захожу за Сантино в просторную примерочную, где висят несколько зеркал, есть тумбочка и диванчик. Закрываю за собой дверь на простой и хлипкий замок, кидая вещи на диван.
- Ты сказал, что любишь меня. - напоминаю я - Это как? - лучше прямо спросить, чем гадать что же хотел сказать мужчина. Любить можно и ночную передачу по ТВ, и мягкие тапочки, и куриный окорок из фаст-фуда. А можно как человека? Нет, как женщину. И это было куда сложнее. Хотя, не скажу, что меня это пугает. Это ответственность, да, которую принято разделять и отвечать взаимностью. Только я не хочу больше бежать от такой ответственности...

+1

8

Что хуже, Сонни даже плохо представлял, кому на самом деле Агата должна. Если уж совсем начистоту – то вообще до сих пор не видел полной картины, кто есть кто в этом городе, хотя это как раз ненормальным не считал, понимая, что ему всё равно не дадут видеть больше, чем необходимо; сама же Агата, и Док, и Альтиери, с которым он вчера познакомился ближе... что бывает с теми, кто пытается залезть слишком глубоко, узнать слишком много, стать слишком значимым, Пульс прекрасно понимал, на примере Цезаря ещё раз убедившись в этом. Иногда лучше не знать слишком много. Впрочем, сейчас это не тот случай, и он хотел бы, чтобы Тарантино посвятила его во что-то большее, чем он уже знал. Просто спрашивать об этом... или, тем более, требовать - среди таких людей, как они, было попросту не принято. Тата отвечала за многое. Он... пока только за типографию, хотя в большинстве случаев - там и без него справлялись. Сонни невнятно угукнув, выражая своё согласие. От парней на складе слышал про мексиканцев не раз, но не поимённо... наверное, всё-таки стоит однажды спросить Агату прямо; но всё-таки где-нибудь в другом месте, в другое время, не сейчас, когда оба пытаются получить удовольствие от совместного выхода в город.
Ошарашенная Агата выглядела забавно... правда, для смеха случай был не тот, продавщиц вот и вовсе происходящее насторожило поначалу, в том плане, что они готовы были ожидать сцены, а то и драки, куда им было понять всего юмора, да и Сонни пытался сказать ей вещь куда как серьёзную, вовсе не собираясь обидеть её - хотя и осознавал, что рисковал действительно нарваться на ссору прямо сейчас. Но вот не переборщил ли со своей серьёзностью в порыве эмоций? Когда они, нагруженные вешалками, заперлись в примерочной, у Агаты появились такие вопросы, что свет в примерочной начал напоминать полицейскую лампу, которую направляют в лицо, да и зеркала стали похожими на стёкла Гезелла, утеряв свою приветливость. Произнеся вслух то, что было на душе, Сантино оказался не готов к последующему допросу. И как ответить на её вопрос, как сформулировать свой ответ, тоже не понимал, хотя формулировка его и была вполне понятной. Это ведь не та вещь, строение которой можно объяснить, нарисовать чертёж, написать формулу; это даже не секс, где можно обрисовать все принципы, как ребёнку... это не та вещь, которую вообще принято объяснять. Сонни никогда не возвышал это чувство, считая его главным среди всех, но и существование его тоже не отрицал. Не провозглашал его помехой, вспоминая каждый раз, что оно обжигает и ранит, как многие делают. Это чувство... оно серьёзно. Пожалуй, всё, что он мог сказать про любовь. Но такой лаконичный ответ Агату ведь не устроит?
- Что значит "как"?.. - вот так, по-еврейски, вопросом на вопрос, сбитый с курса и толку Сонни попытался оттянуть себе время на раздумье. Пожав плечами, глядя на неё, пряча свою неуверенность... потому что боялся, что Агата в ней увидит отказ от того, что он только что произнёс, сочтя, что сказанул он это просто сгоряча... и в общем-то, да, будет права; но это не значило, что Сонни сказал при этом неправду. Мужчина должен отвечать за свои слова. Но вот попробуй теперь, ответь... Агата - не тапочки и не окорок, даже не морковка, которую он обожал трескать; да и то время, когда он мог относиться к женщинам подобным образом, Сонни давно уже перерос - если вообще можно сказать, что у него было когда-то такое время. Он не был воспитан в роскоши, у него мало что было - и он привык беречь то, что имеет. И отношения - в том числе. Тем более их! Они дороже, чем все вещи и деньги вместе взятые. И это нельзя было назвать бережливостью, или жадностью, нельзя назвать и умением довольствоваться малым в прямом смысле... это другое.
- Я хочу быть с тобой. Жить с тобой, платить по твоим счетам... познакомиться с твоим сыном. Защищать тебя, и его. Быть частью твоей жизни. - определения повалили водопадом, как из студента, который, вроде бы и зазубрив предмет, не может, не хочет или попросту не способен построить в голове ответ на твёрдую "пять" - Пульсу хотелось бы, разве что, надеяться, что выглядит он при этом хоть немного более искренне, потому что нервничал он сейчас именно как такой же студент или школьник, но вот вылететь мог не из института. - Как это? Вот так... - расстегнув несколько пуговиц на рубашке, Сонни приоткрыл полу, показав свою старую татуировку на груди, которую Тата видела уже не раз. И ведь поняла происхождение и идею этого тюремного арта, правильно? - Не знаю, как ещё объяснить. - но сказать хотелось больше... всё ещё не было ощущения, что он сказал всё, что мог и хотел. Выпустив слегка смятую ткань из пальцев, сжатых даже слишком сильно, Пульс снова дёрнул плечами, отвернувшись к зеркалу и продолжая расстёгивать пуговицы, и снимая рубашку, временно потеряв Агату из вида. За этим ведь они заперлись здесь - чтобы он разделся и облачился во что-нибудь более подобающее "деловому человеку", которого в будущем будет разыгрывать вместе с покерной колодой? Хотя бы за зеркалами на самом деле нет наблюдателей.

+1

9

Если не знаешь как и что ответить на вопрос, задавай встречный вопрос "В смысле?". Сантино, можно сказать, к этому и прибег. Я не настаивала на ответе, не хотела ставить мужчину в неловкую ситуацию. Некоторые признаются в любви во время секса, так как оказались в тот момент уязвлены порывами диких эмоций, и уже на утро жалеют о вылетенном слове. Кто-то "ляпает" вот так, среди дорогих костюмов, когда с чем-то не согласен и пытается показать, что человек нравится таким, какой есть.
Я действительно придавала этому чувству большое значение, ведь именно из-за любви умирают герои, из-за нее и живут. Мне было сложно задерживаться с мужчинами, если после месяцев, двух, трех, полгода, я понимала, что ничего во мне не вспыхнуло и не вспыхнет. Зачем быть с человеком, к которому кроме легкой симпатии и благосклонности ничего не испытываешь? Может потому мои отношения всегда были обречены на провал - лишены всякого смысла. Что же касается Пульсоне... я не знаю как будет дальше, Нам только два месяца и еще рано о чем-то говорить.
- Я хочу быть с тобой. Жить с тобой, платить по твоим счетам... познакомиться с твоим сыном. Защищать тебя, и его. Быть частью твоей жизни. - звучит многообещающе. Я отвела взгляд от пуговиц на его рубашке, которую расстегивал Сонни и уставилась в пол.
- Ну... хорошо - согласилась я, не найдя что ответит. Слова Пульса меня полностью устроили, даруя мне чувство защищенности, - то, чего я долгое время была лишена и чем обеспечивала себя сама. Но ведь держать баррикаду постоянно устаешь, она осыпается, ломается, просто кто-то находит на тебя управу. Можно ли сказать, что я попалась на долги? И нужен тот, нет, не кто вдруг достанет из кармана миллион (хотя и этого не хватит на сегодняшний день) и решит все проблемы, а тот, кто будет поддерживать, кто не отступит. Я ценила Сонни за это, за его преданность, которую раз за разом проверяла и, порой, подрывала.
Подхожу к мужчине со спины, захватив предварительно белую новую рубашку.
- Давай помогу - предлагаю ему помощь, выправляя правый рукав, чтобы он просунул руку. Протягиваю ткань на плечо, но дальше вместо того, чтобы одеть левую руку, оставляю рубашку как есть. Я резко обнимаю его со спины, сцепив руки на животе. Хочется что-то сказать, но вы ведь знаете, что я не любитель болтать, а уж тем более изливать душу. Я молчу. В моем молчании много смысла.
Целую его в лопатку, закрывая глаза и утыкаясь лбом в спину. Слышу как он дышит, как расширяется грудная клетка. Через несколько секунд возвращаюсь к тому, с чего все начала: одевать рубашку на итальянца. Обхожу его, чтобы застегнуть пуговицы, - хочется за ним поухаживать, выразить внимание, пусть и в такой малозначительной форме.
Застегнуть пуговицы не получается, я останавливаюсь после первой, поднимаясь на носочки и впиваясь в губы чувственным поцелуем. Мне по прежнему нечего сказать...

+1

10

"Ну, хорошо". Вот и поговорили... Хотя изначально было понятно, что это тема для разговора выбрана неудачно, о таких вещах просто не разговаривают, тем более уж вызывая друг друга на взаимные вопросы, потому что это только усложняет всё в итоге, превращая любовь - просто в ничто. Или, возможно, в неприязнь, если не в ненависть, до которой, как известно, всего шаг; к счастью, это был не их с Агатой случай. Они чувствовали себя глупо, но друг друга хотя бы поняли, сказав, что хотели сказать. Может быть, этого и не хватало им - досказанности; такой, которая не приводит к битым бутылкам, крови и ранам, но - уже неважно... О любви начистоту. Сонни попытался улыбнуться ей, молчаливо сообщая, что ему так же неловко, как и ей сейчас. Просто двое, разучившиеся любить, в тесной, но очень светлой комнате с зеркалами...
- Давай... - согласился Пульс, просто чтобы разорвать неловкое молчание, и протянул ей руку, а свою старую рубашку небрежно отбросив на диванчик, заставив вольготно развалиться по его подушкам и подлокотникам, как... как сам её владелец располагался, когда попадал на диван, кровать, или ту же самую раскладушку из типографии, занимая практически всё свободное пространство. И от перспективы из патологического неряхи превратиться в делового человека, пусть даже и не по-настоящему, пусть для дела, Сонни было, честно говоря, немного страшно. Деловой костюм с галстуком не кинешь вот так же на кровать, придя домой, не будешь ходить мятым... и рубашка, которую на него надевает Агата, стоит гораздо дороже той, что он снял.
Правда, кажется, ей наплевать на это. Пульс протягивает левую руку, но не ощущает рукава под ней; ищет с секунду, глядя в зеркало, затем пытается оглянуться, но Агата опережает его, вцепившись в него руками, крепко-крепко, даже неожиданно... почти вот как на больничной парковке. Но тогда расклад был другой. Тогда поддержка была нужна ему, подбитому, извалянному в грязи и дорожной пыли, можно даже сказать - дезориентированному; вместе с трейлером и цель существования из жизни ушла на какое-то время. А сейчас - наоборот, он хотел быть поддержкой для Агаты, о чём и сказал только что... И надеялся, что сможет быть ей. Полтора миллиона - это уже не разбитая коленка.
Он снова отводит левую руку за спину, касаясь тела Агаты в ответ, поясницы, попы... тихо улыбается, хоть и понимает, что улыбки она его не видит. Агаты не видно в этом зеркале. Она вся целиком спряталась за его спиной, теперь стекло отражает только его, её руки, и края её платья; зато в других зеркалах, что позади них, видно, как она касается его кожи губами, а затем лбом... чуть-чуть щекотно. И очень тепло. Сонни сжимает левую руку в локте, гладя её по спине осторожно, даже сейчас не желая давать почувствовать себя одинокой в своём порыве. Но вскоре девушка размыкает объятия, продевая в рукав руку, которая её только что пыталась обнять, и перемещается к нему, закрыв от него зеркало. Начинает, казалось бы, уверенно застёгивать пуговицы; но затем становится понятно, что новая рубашка, скорее всего, станет мятой ещё до того, как полностью устроится на его плечах, но - и чёрт бы с ней... Сонни обнимает Агату, впиваясь в её губы в ответ, прижимает к себе, к плохо прикрытому тканью рубашки торсу, и не давая отлепиться, опуститься обратно на каблуки сапожков. Целует жадно, углубляя поцелуй, прикрывая глаза. Почему же нечего, им есть, что сказать - просто не обязательно это говорить словами. Далеко не всё можно выразить речью...
Дыхание начинает сбиваться. Юбка Таты медленно скользит вверх, соприкасаясь с кожей ноги, оголяя сначала коленку, как она дразнила Сонни в машине, затем - и бедро тоже, и уступая право касаться шершавой мужской ладони, ласки которой очень быстро начинают граничить с откровенной пошлостью, когда Пульс наощупь находит трусики, проникая и под них тоже. Затем ладонь вдруг подхватывает Агату под бедро, заставляя взмыть в воздух, навстречу Сонни, но не давая при этом разорвать поцелуй. Вдруг она закричит? Стены примерочной очень тонкие.
Пульс опустил её, устроив на диванчике - таким образом, чтобы она стояла на коленях, но на мягкой подушке, и при этом больше не приходилось бы тянуться к нему за поцелуем, они стали почти одного роста. И плевать на сапоги, что с подошв посыпется песок на его старую рубашку, и магазинный диванчик они тоже затопчат... Сонни рывком расстегнул единственную пуговицу, которую Агате удалось застегнуть, чтобы и новая рубашка тоже упала на пол, и только тогда дал им обоим возможность вздохнуть, прервав поцелуй... чтобы после секундной передышки переместиться губами на шею Агаты, став ещё ближе, уловив запах её волос; а ладонями - поймать её дыхание, скользнув на скрытую под тканью платья грудь; но даже сквозь него ощущая жар и судорогу... Он хотел её. Прямо здесь и сейчас, прервав короткий поход за покупками на что-то более... что-то другое. Что не о деле скажет, не о костюме или гриме, а про них самих... Рука соскользнула, снова забравшись под юбку, теперь уже откровенно ухватив бельё Агаты и потащив вниз.

+1

11

Один невинный поцелуй стал перерастать в пожар, которого я явно не ожидала. Рука Сантино найдя подол платья, начинает скользить выше. Я не очень-то настойчиво одергиваю вниз, противясь его намекам. Еще раз спускаю ладонь вниз, но мужчина игнорируя мои попытки следует своей идеей оказаться под тканью моих трусиков.
- Сонни - мычу сквозь поцелуй, который становится все одержимее. Видно было, что Пульсоне не хотел зря терять время, подхватывая меня на руки и размещая на диване.
- Погоди, что ты делаешь? - задала я совершенно тупой вопрос, который не требовал ответа, а означал только то, что я была не совсем согласна с решением итальянца.
Он расстегивает единственную пуговицу, что я успела заключить в петельку, и приникает затем губами к моей шеи. Я отклоняюсь назад, чтобы прервать его поцелуй, а в это время, будто не замечая моих сигналов, Пульс снова совершает попытку залезть ко мне в трусы.
- Так. Хватит - четко говорю, останавливая его ладонь. - Это не то место - знаю, у многих примерочная в магазине фигурирует в сексуальных фантазиях, как место, где обязательно надо придаться страсти. Но вот заваливаться на диван, на котором сидели сотни чужих задниц, меня совсем не прельщало. Та и дело, наверно, не только в диване и моей брезгливости (которая, кстати говоря, не была столь высокого уровня), а еще в том, что миссионерская поза мне надоела. Для полного эффекта надо бы еще выключить свет и под одеяло залезть, чтоб быть похожими на пару, для которой секс это только долг во всем его неприятном значении.
Я, втянувшись или вернее сказать, сплюснувшись так, чтобы просочиться между диваном и Сонни, покидаю его и поднимаюсь на ноги, при этом поправляя белье, которое мужчина уже успел стянуть так, что было неудобно.
- Здесь нельзя заниматься сексом - громким шепотом говорю я, взглянув при этом в сторону двери, прислушиваясь не ищет ли нас продавщица и не подозревает ли в чем-то извращенном консультант.
- Успокой свое либидо и одевай костюм. - киваю на висящее, скорее уже разбросанное и помятое, шматье.
И может нет ничего зазорного, чтобы сделать паузу, тем более для тех, кто переживал отношения, когда хочется трахаться везде и всюду, но я правда пришла в этот магазин с целью купить костюм,а не отвлекаться на соблазны. Поэтому если Сантино и придется снимать штаны, то только чтобы переодеть их на другие.

+1

12

Агата сопротивляется, но - пока ещё, по крайней мере - вяло и не особенно сильно, словно раздумывает над предложением, которое Сонни, получается, не только сделал ей, но уже и начал воплощать в жизнь, не оставив время на раздумья (времени, впрочем, и впрямь не было особенно много - не весь же день торчать в примерочной с тремя костюмами?). Опускает подол платья, не давая себя оголить, мычит ему в губы, только вот Пульса это только заводит ещё сильнее, и сильнее разжигает азарт - ему ведь скоро придётся быть азартным, потому они и оказались в этой примерочной; - он давно уже не пробовал чего-то такого экстремального... ну, вернее, как сказать - экстрима в его жизни было достаточно, но всё-таки, в тюрьме это ощущается совсем по-другому... там есть страх за жизнь и здоровье, а не за то, чтобы оказаться опозоренным, да и в сексе по ту сторону решётки больше боли, чем опасности; и нету запаха этой опасности - потому что его перебивает сам вкус.
- Сейчас поймёшь...
- улыбнулся ей Пульс, упорно продолжая свои сексуальные домогательства. Сопротивление его только раззадорило, даже развеселило в какой-то степени, он понимал, что если Агата закричит - то сделает хуже и себе самой... ну, не каждая женщина банально готова к тому, чтобы предстать перед обществом жертвой подобных сексуальных игр. Уж тем более - насилия. Хотя кто говорит о насилии? Пока он не услышал однозначного "нет" - всё, что тут происходит, взаимно... и как только эта мысль посетила голову, Агата действительно взяла себя в руки, перехватив его запястье пальцами, и в голосе появилась та металлическая нотка, от которого прикосновение стало похоже на удар током. И Сонни замер, переживая этот разряд, на несколько секунд - продолжая, правда, сжимать ткань её трусиков, но замерев, перестав их стаскивать. И заминки оказалось достаточно, чтобы Тата выскользнула из его рук, соскочив с дивана.
- Я что-то знаков не вижу.
- усмехается Сонни в ответ, напротив - в голос, не желая приглушать тон. Всё, что происходит за дверкой с хлипким замком, касается личной жизни клиентов магазина, коими они сейчас и являлись; или же - можно было бы и камер сюда поставить, коих Пульс тоже не наблюдал, как и знаков с надписью "No sex" или что-то в этом духе. А всё, что не запрещено - то разрешено... хотя и запрет его не остановил бы. - Ты - мой костюм... я хочу надеть тебя. - шепчет, всё-таки слегка убавив звук, улыбаясь и подходя к Агате ближе. Ну что она сделает? Заорёт? Испортив им совместный вечер - которых и так крайне немного. Добавит себе и ему проблем, в итоге ночь они опять проведут в участке, где заняться сексом тогда уж точно не смогут, даже если окажутся в одной камере - вернее, попробовать-то можно, конечно, но вести себя придётся ещё скромнее, чем можно себе позволить в замкнутом, не звукоизолированном, но закрытом помещении с парочкой диванов... он приближается вплотную, заставив спиной вжаться в одно из зеркал, и соприкасается с ней лбом, сбавив обороты. Но от идеи не отказавшись. Касается Агаты снова, поймав её ладони - так, чтобы не было больно, но и вырваться было проблемно. На тот случай, если она вздумает его бить... или что-нибудь другое. Знакомство с её пальцами он на всю жизнь запомнил; хотя в данный момент - это, как ни странно, добавляло веток в костёр желания. Веток пьянящего азарта и риска...
- Шшш... - Сонни приподнимает руку, касаясь указательным пальцем её губ, призывая не шуметь. Приближает лицо, целуя её пальчики, её ладошку, хитро улыбаясь, а "либидо"... оно уже так и просится из штанов наружу, и ни воспоминания, ни сопротивление Агаты этому не помогают, правда, Сонни сейчас и на пятую часть не настолько груб, каким был во время их первой встречи. Уже только поэтому считает, что на этот раз действительно сможет дойти до желаемого. - Что, ты никогда не пробовала в примерочной?.. - улыбаясь и продолжая сдерживать её руки, снова коснулся поцелуем шеи, и пошёл ниже, опускаясь всё ниже, касаясь уже ткани платья губами; отпустив её левую руку, повёл свою ладонь вслед за собой, правую - переместил на своё темя, может сжать волосы, если захочет... наверное, скоро действительно захочет. Окончательно усевшись на корточки, Сонни аккуратно приподнял её юбки, сжимая его в руке и поднимая выше. Агата могла бы наблюдать его действия в противоположном зеркале - там отражалась его спина, и... она сама в полный рост, в сапогах, с беззащитно оголёнными бёдрами и коленками. Выбрав одну из них, Агата, в принципе, могла бы от души засветить ему в грызло, но... получилось бы шумно? Пожалуй. Да и Сонни хотелось бы рассчитывать на то, что дальнейшие его действия Тату разубедят пинаться.
Гладко выбритая сегодня, щека коснулась её бедра, сменилась на горячие губы на секунду, но затем Пульс слегка коснулся её кожи зубами, снова ухватив резинку от многострадальных трусов... потянув их вниз, и оставив на уровне колен. Вот теперь-то точно не сбежит... Пролез чуть дальше, чтобы иметь возможность ощутить её запах. Хотелось опустить подол, скрывшись под ним полностью, как фотограф из прошлых веков под простынёй, но рука Агаты мешала - сам же устроил её себе на башку. В ход пошёл язык... на этот раз уже гораздо более настойчиво, чем тогда в квартире. И если уж Агата сексом заниматься не хочет - есть и альтернатива доставить ей удовольствие; безопасная, кстати, детей-то так точно не получится. Правда, он сам возбуждён до предела от самой мысли о том, что показывает зеркало позади...

+1

13

Не могу сказать, что моя безбашенность и безрассудность куда-то подевалась, что я стала не только серьезнее, но и разборчивее относится к вещам. Хотя... пожалуй, да, так и было. Может виной тому лишний год или саморазвитие, навязанные морали и нежелание уподобляться кроликам в период размножения, но как бы там ни было, Сонни ждал четкий ответ "нет", если он проявит большую настойчивость. Кричать в данной ситуации и правда бессмысленно, как если бы рыба звала на помощь из-за того, что тонет, - это было нашим личным и интимным. Да и сделать все тихо в примерочной без моего согласия не получится. Но, кажется, Пульсоне не теряет надежду.
Приближается ко мне, обхватывая руки, обезоруживая, чтобы не было шанса его оттолкнуть или зарядить по лицу.
- Что, ты никогда не пробовала в примерочной?..
- Это же не блюдо в ресторане, чтобы его пробовать - на своей манере отвечаю, стараясь не подпускать мужчину к своей шеи. Только ему все равно удается достичь желаемого, целуя ключицу, декольте и ниже...
Он отпускает мои руки, давая тем самым понять, что больше не держит меня. Показывает, что есть выбор, но ведь и выбора как будто нет. Я знаю что он задумал и от мыслей становится горячо. Сдерживаю дыхание, наблюдая за его действиями в зеркале напротив. Ощущаю как выдыхаемый им воздух касается внутренней стороны бедра, и снова ткань белья спускается вниз. Я, выдохнув, сдалась.
Сердце рвет грудь, хочу кричать, но приходится сдерживать себя в этом желании и тихо, закусывая губу, дышать носом. Мне тяжело, меня рвет на части от наслаждения.
Сжимаю волосы Пульса в кулак, выплескивая на него свой накал, огонь и нетерпение. Когда же меня отпускает, разливаясь теплом по телу и дрожью, что даже на ногах трудно стоять и хочется рухнуть на пол, я расслабляю пальцы, разжимая ладонь.
На лице румянец, в груди все горит. Я медленно, устав за эти несколько минут, опускаюсь на пол рядом с итальянцем. Целую его в благодарность и провожу большим пальцем по губам.
Создается впечатление, что до примерки костюмов мы так и не дойдем: мне уже ничего не надо, а у Сантино все мысли далеки от одежды. А если и мелькает что-то про вещи, то как бы скорее это снять. Он завелся, я это вижу и чувствую, но продолжать тратить время в кабинке желания нет, - она стала давить своими зеркалами и томным запахом возбуждения.
- Берем костюмы и идем. Дома померишь - не сомневаюсь, что на его плечах будет отлично сидеть пиджаки. А в случае, если прогадали с размером, то можно заменить.
Я поднимаюсь на ноги, поправляю бель, затем образ в целом, приглаживая волосы, а Пульс в это время справляется со своей рубашкой, которую, получается, зря снимал. Подхватив один из костюмов, а мужчина два других, мы вышли. Я оглянулась по сторонам, вроде никто не заподозрил нас в баловстве: в зале играла мелодичная музыка, девушки-консультантки о чем-то трещали возле кассы.
Расплатившись за шмотки, которые встали в хорошую сумму, мы покинули бутик. Не знаю жалел ли Сонни о том, что только что спустил заработанные за несколько недель деньги, но я была довольна. Сама покупать что-то ему не решалась, да и выглядел бы этот жест странно, а вот видеть как итальянец самостоятельно преображается, это было приятно.
- Куда теперь? - я запрыгнула на пассажирское сиденье, пристегнулась ремнем и послушно ждала идей от Сантино.

+1

14

Блюдо - не блюдо, но вот попробовать Пульсу сегодня кое-что удалось в итоге. Вернее, уже доводилось это именно попробовать, когда они были близки тогда, на квартире, когда мирились - а ощутить вкус "блюда" сполна получилось только сейчас, со всеми его прелестями и достоинствами, с томительным возбуждением, прерывистым дыханием, теплом... впервые с тех пор, как он покинул территорию колонии, он ощутил женщину на вкус буквально - и настолько полно. И если для Агаты эта сексуальная игра в примерочной была пыткой удовольствием, то для него, чем дальше, чем больше напоминало просто пытку, в штанах становилось настолько тесно, что казалось, ширинку вот-вот прорвёт попросту; Сонни задыхался, почти умирал от собственного нарастающего возбуждения по мере того, как Тарантино распалялась всё сильнее, схватив, к тому же, его за волосы, прижимая к себе сильнее... и именно это его и подстёгивало усиливать, углублять ласки между её напряжённых ножек, подключать губы, и даже зубы немного, обоим добавляя остроты; ласкать руками её бёдра, касаться ягодиц, насколько хватало протянуть ладонь, словно издеваясь над ней, проверяя её выдержку, словно и желая, чтобы она, не выдержав, застонала, или даже закричала, так, чтобы услышал весь магазин. Но Агата выдерживает, даже когда ему становится самому впору стонать от перевозбуждения, одновременно пытаясь поддержать её, чтобы приземляться было мягче... и утыкается носом в её плечо, стараясь заставить себя остыть, восстановить дыхание, прогнать напряжение, вдыхая запах её кожи и ткани платья - что, наверное, и не очень помогает, на самом-то деле, как и поцелуй на губах; но всё же... Ему требуется немного времени, чтобы прийти в себя. Измученный, но довольный собой и своей выходкой, Сонни отстраняется, проводя по своей ухмылке плечом, заставляя и бедного Спайка на нём разделить радость победы.
  - Х... хорошо... - выдыхает в ответ, кивнув, и поднимаясь на ноги - с трудом пока ещё. Не совсем понятна спешка Агаты, и костюмы вполне можно было бы примерить, торопиться-то и некуда, хотя... оголяться ещё дальше, чем по пояс, теперь действительно может быть чревато; он не считает, что зря снял рубашку - он её пропотел бы сейчас... да и Агате наверняка приятнее было касаться кожи, а не синтетики, так ведь?.. Застегнувшись и взял костюмы, Сонни выходит вслед за ней, расплачивается на кассе, и терпеливо ждёт, пока всё красиво завернут. Денег не жалко... судя по тому, что у Агаты есть план, да и его самого подрядили на ту студию, деньги у них ещё будут, и больше, чем он заработал всей своей суетой.
- Теперь... - задумался Сонни, устраивая их покупки на заднем сидении Чероки, стараясь не помять цветы. Чёткого плана действий не было - он не привык их выстраивать, только не в своих отношениях, свидания с ним, как Агата, впрочем, и могла уже заметить, страшнее и сильнее были в своей импровизации... Да и кому нужен распорядок? Сонни пятнадцать последних лет прожил по часам. Да что там, он почти всю жизнь прожил по расписанию, и не хотел бы снова подстраиваться под какие-либо планы, раз уж он жив, на свободе, и с девушкой... так что не было порядка действий - были только идеи. - А помнишь, куда я обещал тебя сводить, когда мы вернёмся домой?.. - и ещё были другие обещания... Агата вот обещала сама себе подарить ему новый плащ - что и сделала; а вот у него с этим продвинуться шансов пока особо не было... вот до сегодняшнего дня. Сонни устроился на переднем сидении, поворачивая ключ в замке. А Агате - поворачивая навигатор, чтобы ввела ему адрес... он обещал её сводить в парк развлечений, тогда, в поезде, когда у него была сквозная дырка в плече. И ещё в ресторан, только Агата не любила их, как выяснилось тогда же. Только вот Пульс до сих пор понятия не имел, где в Сакраменто находится луна-парк, и работает ли вообще сейчас? Вроде бы уже и не сезон. - В парк аттракционов! Хочу выиграть для тебя большого мишку... - наклонился, поцеловав её в губы, и затем тронулся с места. Такое вот милое, детское, можно сказать, желание, стереотипное даже, но как ещё познавать мир, в котором не был пятнадцать лет, минуя стереотипы? Всякие аттракционы, где нужно кубики сбивать, стрелять или дротики метать, в обмен на мягкие игрушки, ведь ещё существуют, не исчезли за это время? Или не эволюционировали до электронных терминалов, как всё вокруг?
Нет, курс вполне можно бы изменить, если бы Агата захотела этого. Или вообще припарковаться, и продолжить то, что они не совсем закончили там, в примерочной - в собственной машине ведь ей не так будет страшно это делать? Пока Сонни окончательно не остыл... Ну или в аптеку можно сбегать, чтобы можно было не соскакивать и салон не пачкать - что-то он и так над своим членом издевается в последнее время, а в его возрасте, между прочим, это уже может быть и чревато. А впрочем, ладно, они уже едут куда-то, куда Агата набила на навигаторе - и куда бы адрес не привёл, план у них уже есть.
- А ты голодная? - спросил вдруг Пульс, припомнив про "блюдо в ресторане". День в разгаре, он вот не обедал... может, и Тата тоже?

+1

15

Несмотря на то, что распорядок дня мы не планировали, куда-то ехать нужно было, не сидеть же в машине весь день и размышлять о жизни. Самой у меня предпочтений не было, сложно было сосредоточится на своих желаниях, учитывая, что самую большую потребность организма уже удовлетворила...
- А помнишь, куда я обещал тебя сводить, когда мы вернёмся домой?.. - я закатила глаза, словно на потолке было что-то написано. Напрягаю память, но нет, такие вещи я не запоминала. И мой непонимающий взгляд полностью ответил на вопрос Пульсоне.
- В парк аттракционов! Хочу выиграть для тебя большого мишку...
- Ах, да! - обрадовалась я, теперь уже припоминая. Разговор тогда, вроде, начался с цирка или закончился им, и мы обменивались впечатление о парке аттракционов: Сонни вспоминал Нью-Йорк, я Сакраменто, куда не раз ходила с сыном.
Не знаю насчет работоспособности некоторых каруселей, за окном термометр показывает за двадцать градусов, - приемлемая температура для катания. Так что если аттракционы функционируют, на выигрыше мишки я не планирую останавливаться.
- Поехали - кивнула я, подтверждая свой восторг - Прокатишься со ной на самом страшном аттракционе? Ты ведь не настолько еще стар? - подстегнула я Сантино, захихикав и сжавшись в комок, когда мужчина попытался меня ущипнуть.
- За дорогой следи! - напоминаю итальянцу, в следующую минуту ровно усаживаясь на кресле.
- А ты голодная?
- Нет, пока нет - пожимаю плечами, стараясь распознать собственные желания. С нашей встречи прошло не так много времени: пол часа в магазине и двадцать минут езды, так что оголодать я еще не успела настолько сильно. Да и загоревшись желанием насытиться адреналином, прервать дорогу до парка "Raging Waters" уже не хотела.
В понедельник парковка перед парком была свободна, можно было вставать хоть поперек. Но Сонни все равно занял место в углу, расположив автомобиль согласно разметке.
Я вышла из Чероки и первое, что бросалось в глаза, это огромное колесо обозрения, а еще рядом "вышка" - карусель "Свободное падение", где раз в десять минут стабильно кого-то скидывали, что те даже визжать не успевали.
Подойдя к Пульсу, я закинула руку ему на пояс, обнимая. - Наверно, после всего пережитого, эти аттракционы кажутся тебе детскими качельками во дворе? - усмехнулась я, прекрасно понимая, что против выстрела в упор, пожара в доме, подбрасывание через машину, это, действительно, милое развлечение.

... Спустя час мы прокатились на трех горках, испытывая дикий восторг и прилив положительных эмоций. Я тянула Сонни на все, что вижу, и требовала повторить "свободное падение". Еще час и мы оббегали весь парк. Постепенно на плечи ложилась усталость, вот мы и решили пойти к азартным развлечениям, где нужно забросить мячик в корзинку или попасть в цель пять раз подряд. Я не сомневалась, что конкурс, на который падет выбор Сонни, чтобы выиграть мне плюшевого бегемота, будет именно стрельба из автомата пульками. Итальянец, как я убедилась не раз ранее, прекрасно справляется с огнестрельным оружием.
- Я хочу бегемота - огромный бегемот, где-то метр в высоту и почти столько же в обхват, был одет в розовую футболочку с капюшоном и грустно смотрел на нас с витрины - видимо, давно сидит здесь и ни у кого не хватает меткости его забрать с собой.

+1

16

Парк аттракционов... нельзя сказать, что у Сонни совсем не было этого в детстве - мальчишками, они сбегали в "самоволку" из стен приюта довольно часто, чтобы побывать в парке с аттракционами, или посетить карнавал по случаю какого-нибудь праздника, запретить-то пойти туда, формально, им никто не мог - родителей ведь у них не было... а воспитателей всерьёз воспринимали не все. Правда, возникала другая проблема, всегда кажущаяся довольно банальной - у них в то время не было денег на аттракционы. Вот так и росли - глядя на то, как другие катаются на каруселях, выигрывают мягкие игрушки, едят сладкую вату, и завидовали, пересчитывая мелочь в своих карманах. Что лучше - ходить на аттракционы раз в два месяца, и иметь возможность попробовать каждый; либо бегать туда хоть каждый день, но чаще - просто смотреть?.. Вопрос риторический, пожалуй - каждому своё. Сонни вот было обидно за то, что он упустил в жизни - но с ним рядом сидела та, кто поможет наверстать... главное - не бояться навёрстывать, вот и всё.
- Я вот тебе покажу "старый"!.. - потянулся вдруг, чтобы пощекотать её, и в итоге - чуть не устроил им страшный аттракцион прямо здесь, на дороге, едва удержав машину на полосе. Мишка? Он мог устроить себе карусель где угодно, если хотел, себе и тому, кто рядом. Даже в примерочной магазина. Или на пассажирском сидении. Даже в карцере мог придумать себе развлечение, чего уж там... но загонять себя в ящик, когда перед ним открывался целый мир, не хотел. А ведь в его возрасте, которым сейчас поддразнила Агата, это было гораздо проще, чем в двадцать пять. Просто потому, что становится легче выбирать себе главное... вот бутылка, например - штука доступная, безотказная, и относительно недорогая.
Адреналин, кстати, тоже наркотик; и получая дозу большую, можно добиться того, что однажды дозы поменьше перестанут оказывать тот же самый эффект. Тата была права - даже ей самой, в сексе, которым уж казалось бы, трудно пресытиться, надоела "миссионерская" поза; для Сонни же аттракционы действительно выглядели, как большие такие детские игрушки, коими, в принципе, они и являлись. Но не мог же он ответить на её вопрос такой правдой? Это бы её обидело. Тем более, что и от таких игрушек можно получить массу удовольствия... хотя даже неважно, от чего его получать - главное, это то, кто находится с тобой рядом в этот момент. Пульс обнял Агату, слегка сжав её круглую ягодицу невзначай, поддразнивая, и чмокнул в ответ.
- Я пятнадцать лет в зоопарке жил. Хочу теперь в цирк!
- а иначе зачем они вообще приехали сюда? Может быть, пожар в доме, переезд, ранение в плечо, или нашпиговать кого-нибудь большого и толстого свинцом - это и приносит больше адреналина, чем карусель с лошадками; или от перспективы вломиться в магазин через закусочную, чтобы добыть себе одежду, или разбить в аптеке витрину, чтобы достать лекарств, сердце колотится сильнее, чем от возможности кинуть мячик в банки, собранные пирамидкой; но уж точно это не принесло им такой радости... К тому же, получить настоящую пулю - больно. В парке развлечений нету риска травматизма, если, конечно, ты не такой криворукий клоун, что умудришься пораниться или поранить кого-то, взявшись за дротик или резиновый молоток.
Так что поспевать за Агатой было нетрудно. Хоть от взрослой девушки, которая умела обращаться с тяжёлым автоматом, было и удивительно видеть такую прыть. Впрочем... что удивительного? Настоящий автомат - это всегда настоящая кровь, в их жизни было столько боли, страданий и злобы, что не радоваться чему-то доброму искренне - само по себе преступление. Особенно для Сонни, который, можно сказать, сейчас открывал всё заново. Старый? Да вот ни хрена. У него отняли пятнадцать лет, так что где-то глубоко в душе, или в заднице, кто как смотрит на вещи, ему всё ещё неполных двадцать пять. То есть - он даже моложе Агаты! И радовался, как ребёнок, глядя на неё, не стесняясь того, что два взрослых лба выглядят, возможно, немного глупо...
- Тогда поцелуй меня на удачу... - раззадорился Сонни, выбирая себе пневматическое ружьё. Вот это и правда было просто игрушкой по сравнению с настоящим оружием... впрочем, это не означало того, что его будет настолько уж легче освоить. Для бегемота, нужно было выбить пять из пяти; а первую попытку это сделать Пульс загубил на корню, промахнувшись первым же выстрелом, промахнулся и второй, и третий, попав в итоге только дважды, и выиграв вместо большого бегемота маленького тряпичного цыплёнка. В натуральную величину - мог бы в кармане уместиться. Или в машине повеситься, под зеркалом заднего вида...
- Это для меня. А тебе - бегемот.
- упрямо заявил Сонни, посадив трофей в нагрудный карман рубашки, и взял вторую попытку. Пневматические ружья - сами по себе довольно косые, а владельцы таких лавок ещё и специально сбивают прицел, чтобы главного приза никто не забрал - Пульс знал это, там, в Нью-Йорке, у него были знакомые, зарабатывающие на таких выстрелах в молоко, поэтому подобной хитростью его было не пронять - поняв принцип, по которому прицел настроили, он просто стал брать правее, на этот раз выбив необходимые мишени, и отложил ружьё на прилавок, глядя на то, как снятый с полочки бегемотик распростёр объятия Агате навстречу...

+1

17

Из пневматики в подобных местах мне стрелять не доводилось. Если в каких-то конкурсах и участвовала я, то это было закинуть мячик в стакан или набросить кольца. И везде, конечно, имеются свои уловки, кои организаторы таких развлечений создают. Например, в конкурсе провисеть хотя бы минуту на перекладине, ее смазывают маслом, чтобы руки скользили. Стаканы, в которые должен попасть мяч выбраны узкие, меньше на пару миллиметров, чтоб мячик отскакивал. Это не значит, что победить невозможно, но то, что за попытки ты заплатишь столько же, а то и больше, сколько стоит игрушка, очевидно.
Но вот нашего бегемота мы явно забрали, оставив лавку в этом раунде в проигрыше. Я целую Сонни на удачу, после чего он совершает пять победных выстрелов точно в цель.
- Поздравляю. Вот это удача! - радостным и торжественным голосом произносит ведущий, снимая с полки толстого бегемота. Не знаю как насчет искренней радости, но мужчина пыл явно удивлен, но что делать? Мы заслужили эту пылесобирательное животное.
- Ты классный! - я, счастливая, будто ребенок, поцеловала Пульсоне и приняла подарок. Держать бегемота приходится двумя руками, чтобы не упал. И так как наша программа в парке аттракционов подошла к концу, то нести игрушку не так долго. Пройдя несколько метров, поняв, что болтающиеся ножки игрушки стучат мне по коленям и мешают шагать, я передала бегемота Сантино. С его ростом куда удобнее справляться с этим объемным призом.
- Ты проголодался? Я вот уже да - прогулка на свежем воздухе, получение адреналина, хорошее настроение и время, прошедшее с завтрака, все это способствовало тому, что у меня разыгрался аппетит. Причем, если пару часов назад я могла повыбирать, да повредничать что хочу на обед, а что нет, то сейчас готова была употребить и фаст фуд, и японскую кухню, и даже сандвичи Аарона пойдут на ура.
Взяв у Сонни ключи, чтобы открыть машину и помочь ему со зверем, я сняла сигнализацию и открыла заднюю дверь джипа, куда мы и втолкнули бегемота, что уселся по правую сторону движения, у окна.
- Недалеко есть одно кафе, с котором меня связывают особые воспоминания, заедем туда? Называется "Гребное колесо"... На набережной расположено, прямо у воды. Красиво там... - красиво и навевает воспоминания о том дне, когда я встретилась с Монтанелли после своей четырехмесячной пропажи. Сейчас то уже неприятных эмоций та встреча не вызывает, прошло почти полтора года, но зато история осталась. Это как смотреть отрывок старого фильма или фотографии, забытые в альбоме.
И прежде чем отправится на место, я прильнула к губам Сантино, закинув руки ему на шею.
- Сегодня прекрасный день, правда? - улыбаюсь, глядя в глаза, чуть склонив голову от пробивающегося, сквозь листву, вечернего солнца.

+1

18

Лавки с такими аттракционами рассчитаны на зрелищность, на получение удовольствия и адреналина, на то, чтобы проверить самого себя и свои способности, на какой-то миг став героем для своих друзей, детей, девушки или хоть самого себя - просто за деньги этого нельзя купить... а если было бы можно, многие готовы были бы заплатить и гораздо больше, чтобы только увидеть такое вот детское счастье, которое сейчас полыхало в больших и красивых глазах Агаты, болевшую за него, когда он взял винтовку, и обнимавшую сейчас плюшевого бегемота, которого так хотела. Вот за что стоило так себя гробить в последнее время - за такую искреннюю радость на её лице. Сонни поцеловал её в ответ, прижимая к себе вместе с игрушкой, бегемотик был очень мягким и приятным на ощупь, но тут же снова принял "правильную" форму, как только перестал ощущать на себе их с Агатой давление. Теперь он станет материальным напоминанием об этом дне, тоже своего рода кусочком кинофильма, проматываемом в голове... где главным героем является даже не он сам, и не Агата и Пульс, а те несколько мгновений счастья, которые они испытывали. И что ещё в этом важно - что это всё-таки не просто удача (иначе этот маленький цыпа превратился бы в выводок цыплят). Именно это и делает Сонни "классным" не только на словах Тарантино.
Но вот радость от обретения желаемого постепенно остывает, и бегемотик начинает мешать своей обладательнице передвигаться, и она отдаёт его Пульсу, а тот в свою очередь устраивает его у себя на шее, продолжая двигаться дальше к машине, улыбаясь Агате. Постепенно игрушка займёт место в их жизни, да и воспоминания несколько померкнут... что до Сонни, сейчас, усадив плюшевого бегемота себе на плечи, он почему-то подумал - а её сына он сможет покатать так же однажды?.. И если сможет, то как скоро? Или как скоро она разрешит им познакомиться, хотя бы...
- Да! Я голодный. - покивал Пульс, устраивая их "пассажира" на заднем сидении автомобиля, как-то даже заботливо, сделав так, чтобы чтобы тот мог "видеть" своими глазками-пуговками проезжую часть и дорожную обочину, словно действительно обращался с живым существом, а не с игрушкой - может, мысли об Агатином сыне так подействовали, что свой трофей он начал... не совсем одушевлять. Нечто среднее между "одушевлять" и "ценить" - из простой игрушки на витрине бегемотик вдруг стал чем-то важным, чем-то "его", чем-то "их".
Вот касательно еды Сонни всё-таки хотелось бы повыбирать, чем переться в первую попавшуюся забегаловку - обедал он в последнее время можно представить себе как, потому прелести всех близлежащих к кинотеатру и типографии фаст-фудов уже успел перепробовать, а некоторые и не по разу, так что начинало от них уже просто тошнить... потому идею заехать в такое кафе, которое не принадлежит к какой-либо сети, не является клоном других таких же, на которые натыкаешься на каждом шагу, Пульс воспринял на ура. Ему-то, много последних лет проведшему на крупах и макаронах, в этом плане было всё интересно, но интереснее было бы выяснить предпочтения самой Агаты (впрочем, кое-что из того, что наполняло стол тогда, на яхте, он тоже помнил).
- Тогда ты знаешь, что делать... - Сонни с улыбкой показал рукой на экран навигатора в салоне, сообщая, что Агате в очередной раз за день ввести координаты, чтобы автомобиль дальше сам проложил им маршрут. В Сакраменто Пульс ориентировался всё ещё так себе. В том Сакраменто, который выходил за пределы его обитания, дальше от типографии, от станции метро и торгового центра - в общем... в большей его части.
Только у Агаты были пока и другие идеи, в машину она забираться не торопилась, вместо этого снова коснувшись поцелуем его губ, заставляя забыть и о навигаторе, и о городе, и о голоде, на какое-то время, отвечая на это прикосновение и касаясь руками её щёчек и скул, заключая лицо в мягкие "объятия", на этот раз уже не пытаясь стереть крем или нащупать шрамик, а просто ласкаясь.
- Абсолютная правда. - поцелуй прервался, но Сонни, не разрывая прикосновения, продолжает вот так стоять, глядя в её глаза и мягко удерживая лицо в ладонях, хотя и не мешая уворачиваться от вечерних лучей снизившегося немного солнца. Вдруг странно ласкает, мягко проводя пальцами по её лицу - глазу, носу, остановившись на губах; словно слепой, который ощупывает кого-то при первой встрече, потому что по-другому не сможет узнать, как тот выглядит. Рука замерла затем, только большой палец осторожно потёр подбородок. - И он ещё не окончен... - Пульс наклонился к ней, снова касаясь её губ поцелуем, на этот раз немного более смелым - в нём просыпался другой голод, когда она его целовала... голод гораздо более дикий, чем тот, что связан с истощением организма. Жизнь Сонни всё ещё полна воздержания, сегодняшний случай в магазине - не сделал лучше, даже наоборот, раздразнил этот аппетит ещё сильнее. И вот сейчас он боялся, что не сдержится... но и того, что сдержится, тоже начинал бояться, лаская языком её ротовую полость. Оттого руки и не гуляли по её телу и платью, остановившись на лице, пока поцелуй не прервался.

+1

19

Точного адреса "Гребного колеса" я не знала. После того случая и не была там, если не обманывает память. Зато визуально кафе запомнилось мне: место на набережной, дорога, дома напротив, быстрое течение... рядом еще пристань была и несколько катеров. И гулкий шум колеса, который в ресторане не так слышен из-за дверей и стен, но если выйти на террасу, то мерный звук заполнял и отвлекал.
Я помню какое дикое волнение тогда испытывала, а сейчас... просто это место стало много значить для меня. Интересно, для Монтанелли тоже? А я ведь даже как-то хотела выкупить это заведение, вот только лишний денег не было, теперь то и подавно продолжительно не будет, придется если и приходить в "Гребное колесо", то на правах гостя.
- И он ещё не окончен... - если повезет, то из окна кафе мы сможем понаблюдать как солнце корениться к горизонту, прячась за здания на противоположном берегу и играя лучами в окнах.
Сантино касается моего лица, я чаще моргаю от его прикосновений, но не опасаюсь. Смотрю на мужчину, жду... Поцелуй, сначала мягкий, становится все чувственней и ярче. Словно во время этого касания у Пульса поднимается аппетит. Впрочем, поверю, что это так и есть, учитывая события в примерочной...
Сонни все агрессивнее и напористее сует мне язык в рот, вдыхая в меня страсть и забирая возможность дышать. Но я отвечаю ему, хоть и боюсь переусердствовать. Опасаюсь, что до кафе мы доедем не так скоро, если поцелуй продлиться еще несколько секунд, способных разжечь огонь по новой.
Разорвав поцелуй, чувствую как опалены мои губы этой страстью, которую в данных условиях мы не в силах продолжить. Правда, порой мне кажется, что Сантино в его желании и похоти ничего не остановит.
Я провожу пальцами по ладони итальянца, которой он прикасается к моей щеке, кратко целую и хлопаю дверью заднего сидения позади себя, закрывая там устроившегося бегемотика.
До "Колеса" мы доехали по моем указаниям, которые заменяли навигатор, так как в устройство нужно было вбить адрес, коего я не помню, а вот со зрительной памятью было лучше. Пару раз, правда, свернули не туда, сделав круг, но это не повлияло сильно на наше время. Да и куда спешить? Да, я помню, что сегодня меня ждал Аарон, но и до критичной отметки, когда забирать ребенка у отца будет уже не прилично, еще далеко, - на часах было около пяти. Вот и не понятно, то ли мы едем обедать, то ли ужинать, или это будет полдник? Впрочем, не столь важно, как сам факт того, что мы собираемся приятно закончить день и просто посидеть в спокойствии, расслабиться.

+1

20

В желании и похоти его лучше всего останавливала... сама Агата, зачастую попросту уклоняясь от его попыток подкатить; и хотя на этот раз это было действительно уместно, Сонни всё равно становилось всё больше и обидно - казалось, что она его попросту динамит раз за разом, словно ей просто противно быть с ним. Только в поезде, кажется, была покладистой. А он ведь старался для неё, как мог... пытался заработать ей денег - которых она не хотела, позвал на свидание, как она хотела, купил цветов, выиграл бегемотика, которого она так хотела, и она вроде была так счастлива... Но всё равно как будто ему не хватало чего-то, чтобы заработать достаточно очков в её игре. Ну что ему, надо найти ещё одного такого стрелка, от чьей пули ему нужно будет закрыть её собой? Этого будет достаточно?..
Пульс был перевозбуждён - это ещё с примерочной было ощутимо, и заряд адреналина в парке избавить его от этого не мог, лишь переключил его внимание на какое-то время, когда он смотрел вниз с колеса обозрения, катался на страшных или не очень аттракционах вместе с ней или кубики сшибал, а вот теперь - внимание снова переключилось на Тарантино, потому что они ехали домой. Но даже убегая от него, отбить желание у неё не получилось бы, потому что убегала именно она - взаимодействовала с ним она, она была рядом, она дразнила его; погасить огонь похоти можно было бы, пожалуй, одним уже проверенным способом... хотя он тоже не давал уже такой гарантии, как в первый раз. И приходилось терпеть, борясь с желанием заглушить мотор и продолжить (или, правильнее сказать, начать?) хотя это терпение вполне могло обернуться и аварией на дороге, голос Агаты - это не навигатор, с него тоже не переключишься на что-то другое, Сонни только вид старался делать, что он не нервничает; хотя получалось, наверное, уже слабо. Впрочем, это ведь можно было списать на то, что он голодный? Или что Агата так дорогу показывала, что они чуть не заблудились (хотя можно ведь было просто выехать к набережной и следовать вдоль неё).
А кафе было приятным и необычным. Приятным - для Сонни, уже потому, что оно находилось на воде; необычным - потому что сама река играла в интерьере далеко не последнюю роль, и приглушенный шум воды был даже лучше всякой музыки. И хотя в зале едва заметно пахло речной водой, даже это было как-то в тему... У Агаты классный вкус, вот чего не отнять. Да и воду она, кажется, любит, пусть и плавает неважно; не зря же даже в качестве цели на карнавале себе отметила земноводного бегемота, а не банального плюшевого медведя или вновь модного кота?.. Вспомнив про бегемота, Сонни вытащил из кармана приз за два попадания, посадив его на стол. Надо было повесить его на зеркало в машине. Вот куда его теперь девать, этого цыплёнка?
- Мне тут нравится... - шепчет ей на ухо, чуть склонившись, но его голос почти сливается с шумом воды. В Калифорнии жарко. В Нью-Йорке, наверное, уже холодает; а здесь днём всё ещё стоит летняя жара, которая уже и не так сильно изнуряет, как в первые дни его пребывания, но всё равно - близость водной прохлады тоже приятна. Реку не видно, но она всё равно освежает... - А что там?.. - обратил внимания Сонни на лестницу, ведущую вниз - шум воды слышался как будто бы как раз оттуда... захотелось посмотреть, что там. Но подошёл официант... Пульс, можно сказать, весь день не евший, заказал себе так, что у него похоже стало больше на обед, чем на полдник или ужин, не постеснявшись при этом ткнуть в незнакомые раньше названия.
- А пойдём посмотрим... я всё равно курить хочу. - кивнул затем в сторону лестницы, когда официант, приняв заказ, удалился в сторону кухни, и встал с места, взяв Агату за руку, помогая преодолеть небольшой лестничный пролёт (хорошо хоть бегемотик остался в автомобиле). А лестница-то вела, как оказалось, к главной достопримечательности ресторанчика, оправдавшему его название - гребному колесу в натуральную величину. С другого берега Сакраменто-ривер заведение напоминало старый речной пароход... даже с трубой. Даже дым из трубы шёл - видимо, вытяжка была вполне настоящей, из кухни, труба не просто была декоративным муляжом. Но всю эту красоту в полной мере можно было оценить только издалека, с реки - перед ними же открывался весь город... Сонни достал сигареты, одну из них - закусил губами, другую - вытащил из пачки и поднёс к губам Агаты, зажав между пальцами, и соскользнул ладонью на её ключицу. Прислонился кончиком своей сигареты к кончику её, чиркнул зажигалкой, начав раскуривать. Одно пламя на двоих, никотиновый поцелуй... дым поднимается вверх, перемешиваясь с мелкими брызгами, которые оседают на коже. Декоративное колесо шумит, словно водопад, и за ним даже не слышно ничего - ни того, что происходит в кафе наверху, через три метра вверх, ни звуков города на том и этом берегах... - День ещё не окончен... - повторяет эхом к предыдщему разговору, обнимая Тату сзади, и глядя на город. Солнце уже потихоньку близится к горизонту, ещё час-полтора, и начнёт смеркаться, темнеет сейчас рано. Горячие, обожжённые никотиновым дымом, и потому немного сухие, губы касаются её шеи. А ладонь зарывается в волосы, которых слегка касается речной бриз... день ещё не окочен.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » We're not looking for where we belong