Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Ты помнишь, что чувствовал в этот самый момент. В ту самую секунду, когда...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » i was lost without you


i was lost without you

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

http://media.giphy.com/media/ST04gKQUPrSbC/giphy.gif

Eddie Meyers and Phoenix Barlow
● 4.09.2014;
● квартира Барлоу;
● раннее утро;
● на улице легкий дождь;

Птицей залетела в раскрытое окно,
упала на пол без сил и притихла.
Ты опять была на «работе», Эдди?
Тебе знатно досталось, правда?
Не говори мне опять, зачем ты это делала — в моих глазах отсутствует интерес.
И что мне с тобой делать?
Не выкидывать же за порог, как ненужную вещь?
Но, помни, за тобой останется должок.

+1

2

Внешний вид: черные леггинсы; высокие сапоги на плоской подошве; обтягивающая черная майка; черная кофта с капюшоном в обтяг; небольшая сумка на поясе с примочками + неглубокое ранение в боку, бледное и убитое состояние от потери крови.

... Вокруг серые картины, размывчатые силуэты и голоса. Голоса что-то нашептывают, куда-то зазывают. Они говорят тебе, обвиняют тебя, успокаивают и просят о помощи. Ты узник собственного разума, тени сковывают тебя и сдавливают шею, не давая возможности сделать глоток воздуха. Ты закрываешь глаза, но голоса не уходят. Они зовут тебя по имени, обращаются к тебе. И твое тело словно бы перерождается, ты открываешь глаза и видишь перед собой кошку. Она сидит и внимательно изучает тебя, а затем встает на свои маленькие лапки и убегает. Ты хочешь пойти за ней? Ты хочешь догнать ее? Нет, ты остаешься на своем месте и крутишься вокруг своей оси. Голоса. Они зовут тебя, и ты невольно следуешь на их зов. Тени расступаются, как и обстановка вокруг тебя. Ты двигаешься вперед, оглядываешься и ищешь взглядом. Кого? Снова кто-то позвал тебя по имени и ты оборачиваешься назад, видя перед глазами себя. Ты видишь себя, но маленькую. Девочка с запачканным лицом и копной каштановых волос смотрит на тебя большими кукольными глазами. Она аккуратно берет тебя за руку и ведет за собой, не настойчиво, но ты повинуясь следуешь за ней. Тебя продолжают звать. Тебя просят остаться, а девочка в твоих глазах превращается в ту самую кошку и убегает. Ты бежишь за ней. Хочешь что-то крикнуть или сказать, но голос словно бы пропал. И резко приложив ладонь к своему горлу, немощно хватаясь за воздух, слышишь как голоса скопляются над тобой и начинают кричать: очнись...

Сквозь закрытые глаза, Эдди почувствовала слабый, но раздражающий свет. Хотелось отвернуться от него, закрыться руками, но тело было словно парализовано и непослушно. Она хотела открыть глаза, но веки не поддавались желаниям своей хозяйки и при каждой попытки еще сильнее закрывались желая погрузить Майерс в еще более глубокий сон. В сон, от которого уже вряд ли ты можешь проснуться. Голова гудела и адски болела, как будто кто-то не слабо приложил к ней бейсбольную биту или бетонную стену, а еще в горле дико пересохло и хотелось пить, поэтому собравшись с силами, Джо все-таки открыла глаза и первое что она увидела - так это небо. Уже светало, на часах наверно было уже около шести утра и моросил дождь. - Отлично - Мысленно огрызнулась девушка на непогоду и хмурясь, едва подымаясь и осматриваясь, она отметила про себя, что все-таки смогла добраться до этого заброшенного дока. Боль раздалась в теле, не сильная и не слабая, но довольно неприятная, что вызвало автоматически реакцию. Схватившись за бок и резко сгибаясь, блондинка невольно отняла свою ладонь и посмотрела на нее, где красовалось красное пятно. Тут-то в голове сразу пронеслась картинка минувшей ночи, когда она провалила задание. Точнее как провалила, она выкрасть необходимую вещь выкрала, но вот в последствии столкнулась с неприятным типом, и, когда воровка дала деру, этот урод (чтобы его) нажал на курок. Повезло то, что в пуля только зацепила, и везением это не назовешь, скорее чисто совпадением, когда ты практически перелезла через каменный забор. Либо стрелявший просто мазила, что еще больше похоже, потому что дом был частным, и этот козел являлся как раз его владельцем. Аккуратно расстегнув свою кофту и одернув ткань в сторону, Джо приподняла черную майку и посмотрела на рану. - Что же, жизненно важные органы не задеты, да и дырка не такая огромная - заживет - Оперепвшись рукой о какие-то руины рядом с собой, вертихвостка стиснув зубы поднялась, но тут же едва не повалилась обратно, пока не прижалась полностью плечом телом к развалившейся от возраста стене. - Найду его и убью - Сквозь зубы процедила ирландка поднимая глаза вверх и подставляя лицо падающим каплям с неба. Все бы ничего, если бы не боль и желание подохнуть прям тут и сейчас. Нет, серьезно, это было бы сейчас самым лучшим подарком, ибо теперь придется думать, как добираться до дома. Стоп, до дома? Но стоит ли беспокоить подобным видом несчастную сестру, у которой и так шарики за ролики зашли давным-давно? Нет, эта затея сразу отпала, поэтому... Поэтому куда ей идти, к кому? Ваасу, которому отчасти вообще плевать будет - он скорее лучше добьет чтобы не мучилась; Саймону, который наверное сейчас вообще находится в другом штате; Гаррету, которого девушка видеть не хотела, тем более в таком вот состоянии, когда вроде ты правда хочешь умереть, но сначала убьешь вора. И тут, мысль сама натолкнула Эд на дурную затею. Она даже невольно усмехнулась себе, ибо конечно Феникс повидал не мало, но полумертвую Майерс  вроде бы еще не видел, и стоит ли шокировать? Тяжело быть все-таки бродягой отчасти, когда ты действительно не знаешь куда и кому податься чтобы залатать раны, и, если в родной Ирландии у Джо было ее личное логово, гнездо, то в Сакраменто, в чертовой Америке, подобного не было. Кстати, хорошая мысль, нужно будет после выздоровления найти свое личное убежище, куда ты сможешь придти в любое время и в любом виде. - Ладно, сладкий, жди гостей - Она с трудом оттолкнулась, потому что во всем теле ощущалась сильная слабость, и двинулась вперед, хватаясь за все, что попадалось под руку лишь бы не потерять равновесие и не упасть. Так Эдди пробралась к калитке которая вела прочь с территории заброшенного и старого строения, вышла на едва заметную дорогу и еле волоча ноги, побрела вперед. Спросите, почему она плелась как улитка? Да мать вашу, а попробуйте проваляться полночи в траве под дождем, на холодной земле и истечь кровью, пусть и не сильно.
Ближе к половине восьмого утра, блондинка выбралась к городу, где невысокие дома стояли чуть ли не вплотную друг к другу - типично для не самого благоприятного и богатого места, где порой в одном небольшом домике ютилось человек семь. Логично было бы поймать машину. или даже прибегнуть к службе такси, но когда ты в таком состоянии и твое лицо сравнимо со смертью, то лучше вообще избегать людных мест, а то найдутся добрые люди или не очень. Если же первые тебя захотят отвезти в больницу, которую ты не в состоянии оплатить, даже элементарный осмотр, то вторые как и Ваас, забьют как скот забивают на ферме. В такие самые моменты Эдди больше всего ненавидела подобные районы, хотя сама жила в подобном, но, не мы выбираем место где жить, а судьба наша. Ей честно хотелось купить нормальную квартиру, в которой бы не воняло плесенью и гнилыми досками; который не приходилось бы отапливать, ибо ночью можно замерзнуть не взирая на температуру снаружи; да и где было бы чисто и уютно, а не как в каком-то притоне. Но что мы все о посторонних мыслях, о каких-то домах и квартирах, когда по утренней улице выходного дня, когда многие еще даже спали или нежились в своих постелях, Майерс приходилось сдерживать свою боль и идти вперед. Куда она идет? Зачем ноги ее ведут вперед, заворачивая и срезая через подворотни и узкие улочки, с каждым шагом приближая и приближая к месту жительства Барлоу. Почему именно этого человека все-таки выбрала Джо, а не кого-то другого? Почему не пошла к своим знакомым или якобы друзьям? Неизвестно, одному черту наверно понятна была подобная мотивация. И, может где-то, на отголосках сознания, Эд сама знала ответ на свой немой вопрос. Ведь она только Фениксу могла доверить все, даже свою собственную жизнь, и он это прекрасно знал, хотя и вовсе не особо проявлял интерес к жизни вертихвостки. Может она была сейчас под дурманом эдакой смерти, когда ты становишься сам не свой, и просыпаются те чувства, те черты характера, о которых ты даже не подозревал в себе. И, именно наивность сейчас проснулась, та самая, которая сгубила очень многих на своем веку. Наивность того, что, возможно, она нужна этому человеку так же, как она нуждается в нем. А затем воровка вывернула из-за угла, мимо уже проезжали машины, в центре города наверно уже стояла типичная для этого времени пробка, и впереди оставалось еще несколько кварталов, когда на одном из перекрестков, на другой уже стороне дороги, с дерева спрыгнула черная кошка и тут же кинулась к ногам Эдди. Нахмурившись и резко остановившись, отчего невольно пошатнувшись, блондинка опустила взгляд и посмотрела на зверька внизу - Бросила меня там, да? - Покачав головой, снова ухмыляясь себе, она взглядом кивнула Полночи двигаться рядом и зашагала вперед.
Ближе к десяти тридцати, практически уже падая с ног, Маейрс стояла напротив дома в котором жил Феникс. Одна рука по-прежнему держалась за бок, второй девушка упиралась о перила, и поставив правую ногу на лестницу, начала подниматься на вверх. Кошка, крутящаяся рядом, ловко запрыгнула на ближайший подоконник первого этажа и внимательно, с каким-то даже обеспокоенным видом, рассматривала свою хозяйку, начав жалобно мяукать, что могло начать раздражать живущих тут. Оказавшись возле проходной, ирландка подняла взгляд когда веки продолжали тянуть вниз, приподняла руку к домофону и нажала нужную кнопку, возле которой было написано имя необходимого ей человека. Какое-то шуршание, а затем тишина. Снова звонок в эту чертову кнопу. Еще один, и на четвертый раз раздался мужской голос похожий на заспанный. - Феникс... Помоги - Но вместо ответа на ее просьбу послышалась очередная тишина, и будь Джо сейчас здорова и в трезвом уме, то наверное поняла, что Барлоу материт ее самыми последними словами. Затем вовсе повисла гробовая тишина, находящийся по ту сторону человек отключился и поджав губы, девушка посмотрела на рядом мяукающую кошку - Иди сюда, Полночь - Майерс чуть сделала шаг в сторону, снова ухватилась за перилла обеими руками и аккуратно начала приседать, пока в конце концов вовсе не села на ступени. Облокотившись одним боком к железяке, которая сейчас служила точкой опорой, воровка уставила прикрытый взгляд вперед и поглаживая сидящего рядом зверька, принялась дожидаться. Чего? Чуда, наверно. Принца, скажем так, которым не бросит ее и сейчас.

+1

3

Люди привыкли к тому, что по ночам им снятся сны. Хорошие или плохие, лучше запоминаемые или те, от которых с утра ни останется и следа. Просто они снятся. Это – работа мозга. Если вам сны не снятся вообще, то вы не будете чувствовать себя отдохнувшим с утра, даже, если проспали гораздо больше обычного. Если людям не снятся сны, то это можно назвать болезнью, причем самой настоящей, имеющей не менее настоящие последствия.
Феникс относиться к тем людям, которые сны снятся. Самые обыкновенные: и хорошие, и плохие. Те, которые он запоминает надолго и те, мотивы которых, он не может вспомнить с утра. С новыми мирами, повседневной жизнью, музыкой, играми, путешествиями и сексом.
«Не порнография,  — поправляет Феникс на всякий случай, — а секс».
Он не относиться к тем людям, которые отрицают свои эротические фантазии. Он не кричит о том, что видится только приличное. Радуга и бабочки. Единороги и пионы. Страстное порево.
Барлоу считает, что так и должно быть и ничего критического в этом нет.
Сейчас (к сожалению, или к радости), в голове спящего мужчины был совершенно другой мир. Он идет по улице, вымощенной брусчаткой, а по бокам по мере его шагов росли двухэтажные здания, словно из под кисти художника в спешке. Улица петляла из стороны в сторону и, начинало казаться, что он ходит по кругу. Художник стирал все здания и рисовал их заново. А он смотрел по сторонам и искал что-то, что ему необходимо. Увы и ах, что это такое – он не знал. Обрывки фраз возвращали его к тому времени, когда он еще бодрствовал.
Если ты сейчас же не выплюнешь это, то все может закончится очень плачевно. — к сожалению, во сне он не мог понять: его это была фраза или нет, как и то, к чему она относилась. Поэтому он просто продолжал идти.
Рано или поздно он наткнется на то, что ему нужно.
Наконец, меж двух домов, показывается небольшой проход и, резко повернув, он заходит в него. Вокруг кромешная темнота и он терпеливо ждет, когда появится свет, когда появятся стены и земля. Закрывает глаза, а когда открывает их, то видит впереди тупик – забор ему по грудь преграждает дорогу дальше. Но ему не нужно то, что за ним, он уже нашел то, что искал.
Рядом с забором, повернувшись к нему спиной, стоит девушка с пышными длинными волосами. По тому, как идет пробор, на ее голове, он может догадаться, что она смотрит на небо. Феникс делает шаг в ее направлении, второй и третий. Под ботинком хрустит веточка и девушка полуоборачивается в сторону Барлоу. Ее лицо скрывает темнота, как если бы она была в шляпе с длинными полями, или художник не успел его прорисовать.
Молча, не двигаясь, они смотрят друг другу в глаза (вернее Феникс думает, что она смотрит в его глаза, а сам он смотрит в те невидимые точки, где по пропорциям они должны быть у нее). Под легкий ветерок, ее волосы начинают чуть развеваться и до него доходит легкий запах парфюма, смешанный с чем-то… ужасным? Нет, не ужасный запах, вроде гнили, а совершенно другое.
Неожиданно Феникса озаряет – от нее пахнет смертью. Его это не пугает, но он не может больше сделать ни шагу. Его ноги словно парализовало. Выдохнув, он кладет руки в карманы ворсистого пальто и просто ждет.
Девушка склоняет голову чуть сильнее, а потом еще и еще, как не может сделать нормальный человек: с легким хрустом шейных позвонков. И равномерным стуком дождя, где-то в другом месте.
Выглядит не очень, если честно. Но Феникс думает, что, раз у нее нет лица, то она и не человек вовсе. Так и оказывается – раскручиваясь на месте, за спиной у девушки появляются наросты, из которых, по мере движения, вырастают полноценные крылья. Пророкотав что-то на непонятном языке, она просто взмывает в воздух, оставив Барлоу внизу, без той же возможности двинуть ступней. Он провожает ее взглядом и слышит резкий звук домофона...
Одним движением, все изображение теряет смысл. Оно размывается и стирается, как если бы лист положили надолго в воду. Становится мутным и небольшие частицы отлетают от стен, пролетая мимо Адама, врезаясь в него, чуть ли не сшибая с ног.
Получив сильный удар в область ребер, Феникс Адам Барлоу резко открывает глаза и садится на кровати.
Домофон продолжает мерзко верещать. За окном идет дождь. С тумбы упала одна из книг и, раскрывшись, указала на яркую иллюстрацию.
Он плохо соображает, но все же поднимается на ноги и идет ко входной двери. Просто для того, чтобы послать человека, который к нему просится в такую рань (кстати, на часы он еще не смотрел).
Пизда тебе. — Просто и коротко говорит он в снятую трубку и, только хочет повесить ее обратно, как слышит знакомый голос.
Две слова. Его имя и просьба о помощи.
Протерев пальцами свободной руки веки, он прислоняется лбом к дверному косяку, выдыхая.
Что за хрень ты учудила? — Находясь в сонном состоянии, Барлоу не понимает до конца смысла. А, казалось бы…
Его имя и просьба о помощи. Всего два коротких слова.
Феникс будто бы говорит: «сейчас», но на деле с его губ не слетает и звука. Кладет трубку и озирается по сторонам, чтобы найти хоть что-то из одежды и по быстрому накинуть на себя. Какие-то шорты и футболка, на этом все. В углу лежит деревянная панель для полки и, он вроде бы задумывается на пару мгновений, взять ее с собой или нет, чтобы огреть блондинку по голове, но в последний момент решает, что лучше не надо.
Быстро спускается по лестнице с третьего этажа и открывает входную дверь, выходя на крыльцо. На улице кипит жизнь. Из стороны в сторону снуют люди, по дороге ездят машины.
«Сейчас точно не раннее утро», —  думает он и только потом опускает взгляд ниже, к ступеням, на грязную черную кофту. Из такого же грязного рукава торчит тонкая кисть, с дрожью поглаживающая черную кошку по голове.
Блядство, — немного громче, чем нужно, выражает матом свою мысль Феникс и обходит девушку. Спускается на пару ступенек ниже и наклоняется к ней. Выглядит она, надо заметить, весьма плачевно. Его злость, по поводу того, что она его разбудила, моментально испаряется, особенно когда он заглянул в ее уставшие глаза, вокруг которых размывалась, каплями дождя, синева.
Пробормотав что-то под нос, Феникс быстро осматривает ее и вновь ругается, но теперь в его голосе слышится волнение.
Только без глупых оправданий, — коротко приказывает ей, заходит сбоку, спугнув кошку, которая недовольно отпрыгивает в сторону и поднимает блондинку на руки. Он старается сделать это как можно медленнее, продевая одну руку под ее коленями, а вторую расположив у нее на спине и прижимая к себе. Одежда у Эдди вся мокрая от дождя, который сейчас капает лишь мелкими каплями. Он подходит с ней к порогу и, вытащив ключи, открывает дверь, а потом смотрит на кошку, которая сейчас кажется ему невыносимо глупой, будто намекая ей на то, что если она быстренько не зашевелит своими лапками, то останется тут. Кошка что-то фырчит, но все же заходит.
Тоже мне, нашлась, — отвечает он на кошкино замечание и закрывает за собой дверь. Три пролета они прошли довольно быстро. Он с блондинкой на руках и кошка, которая путалась под ногами так, что хотелось ее пнуть, но до этого не доходит.
Зайдя в свою квартиру, Феникс захлопнул дверь и со своей ношей двигается прямо на кухню, где, посадив Эдди на край стола, он сдвигает (скидывает, самым ужасным образом) с него все лишнее и укладывает девушку на спину. Он расстегивает ее кофту, чуть приподнимает майку и видит то, что видеть ему хотелось меньше всего – на боку Эдди рана, кровь из которой тонкой струей сочиться на деревянную поверхность.
Феникс Адам Барлоу поджимает губы и отходит от девушки, а когда возвращается, то в его руках сверкают ножницы.
Чтобы не двигать тебя лишний раз, — поясняет он, но не признается в том, что попросту видел такое в фильмах. Ткань хорошо поддается ножницам и через некоторое время, девушка оказывается без своей майки. Он разрезает так же рукава кофты по шву, но по большей части из-за злости, которая вновь начала в нем просыпаться.
Сколько ты была на улице? — Вместо этого он спрашивает, аккуратно снимая ткань с раны вместе с тонкой корочкой лимфы. — Когда тебя ранили?
Он не спрашивает кто и зачем, будто знает все ответы. И из-за этого он тоже злится.
Идиотка, — он прищуривается, шипит и отодвигается от раны, перемещаясь по ближе к ее лицу и вновь заглядывая в ее большие глаза.
Сейчас я попробую промыть тебе рану, потом принесу теплую одежду и переодену тебя, хорошо? — он говорит резко. Он говорит так, чтобы не было слышно предательского волнения, как на улице. Проведя пальцами по влажным волосам, он выпрямляется. — Я надеюсь, ты мне не скажешь, что я должен зашивать ее?
«Ведь, вместе с ней, я зашью тебе еще кое что», — крутится на кончике его языка, но мужчина все же проглатывает слова обратно. Наверное, Эдди и так досталось.
Фениксу сегодня снился сон. Хороший или плохой. Только он уже его совсем не помнит.

Отредактировано Phoenix Barlow (2014-10-15 10:56:54)

+1

4

Никому не хочется оставаться одному в период, когда страх сдавливает горло и заставляет мозг лихорадочно думать о своей никчемности. Именно в такие периоды мы чаще всего как раз ощущаем подступы депрессии, апатии, когда руки опускаются, и ты перестаешь видеть смысл в своей жалкой жизни. Поверьте, это самое поганое чувство, которое может когда-либо на нас накатить. При этом, чаще всего, мы к этому не готовы. Оно подступает к нам совершенно неожиданно и внезапно, когда мы меньше всего его ждем. И, именно подобное ощущение играло на отголосках души девушки, сидящей сейчас на крыльце под мелким дождем и смотрящей на серый мир, который плавно проплывал перед ее глазами. Может в любой другой момент, при других обстоятельствах и физическом состоянии, Эдди бы не загружалась по этому поводу так сильно и серьезно. Но, когда твоя жизнь буквально пробегает сейчас перед глазами, и ты видишь, что ничего существенного так и не сделал за отведенное тебе время, то, частично становится даже стыдно. Ведь давайте посмотрим назад и изучим то, что Майерс может оставить после себя? Побрякушки сверкающие на свету и стоящие энное количество денег, но при этом никто даже понятия не имеет где они спрятаны; больную младшую сестру, которой необходим уход и внимание, а так же опять – деньги на ее содержание и лечение; черную кошку дворовой породы, которая своенравна, как и ее хозяйка; что Джо может оставить после себя? Правильно, ничего, отчего и становилось обиднее за свое существование, а главное… Главное ее задевала одна единственная мысль – Винни. Что станет с этим маленьким и жестоким чудом? Кто о ней позаботиться, Ваас? Боги, не смешите мои колени, ибо этот тип скорее ее окончательно запихнет в круговорот полного безумства, чем поможет Ви выбраться к реальной и нормальной жизни, которой, между прочим, желала для нее воровка еще с детства. Конечно, они очень и очень долго двигаются к направлению нормальных людей, но черт, Эд старается как может. Она ищет хороший заработок и богатых клиентов, которым самим руки марать жалко, а нанимать посторонних личностей – привычное дело. И все же, почему именно сейчас внутри проснулась совесть? Может потому, что она пришла к Фениксу, который всегда вызывал бурный переворот мировоззрения Джо? Может потому, что он так и не открыл дверь, а в голосе звучало раздражение какое-то, что еще больше усомнилась Майерс в том, а нужна ли она кому-то? А может виной всему было то, что она буквально чувствовала холодное дыхание смерти за своей спиной? Черт! Зачем она вообще пришла сюда, как зверюшка приползла к ногам хозяина умирать. Лучше осталась там и не рыпалась.
Минуты тянулись, звук падения капель дождя о железные подоконники и баки мусора в паре шагах, начинали раздражать. Мокрая и прилипающая одежда, после ночной непогоды. Не говоря уже о светлых волосах запачканных грязью земли, которые тоже с назойливостью липли к лицу, - заставляли Эд как-то отвлечься от стихающей боли в боку, ибо внимание было сосредоточенно именно на раздражающих факторах. Кстати, да, удивительно, но острая боль действительно уже практически не чувствовалась. Может за счет привыкания, а может Майерс удобно села или привыкла. Веки вертихвостки начали закрываться и организм постепенно начал давать понять блондинке, что хочет спать. Хочется просто закрыть глаза и предаться темноте, которая сейчас кажется спасательным кругом. Она бы наверно даже уже бы завалилась, если бы не перила, который собственно и служили в данный момент опорой. Полночь, которая мирно сидела подле воровки и не отводя глаз следила за ее состоянием, успокаивающе начала мурлыкать и иногда самолично поддаваться мордашкой в ладонь хозяйки. Глупец тот, кто скажет, будто бы кошачье семейство было безразличным ко всему, в том числе к своим хозяевам, которые приютили мохнатых в своих домах. - Я не должна закрывать глаза - Твердила блондинка сама себе в голове, и даже хотела попытаться подняться чтобы сгинуть с этого чертового крыльца, но ноги вовсе не собирались поддаваться. Замечательно, сказать можно. Она, Эдди Джоанна Майерс, помрет прям тут, как какая-то бродяжка. Хотя давайте не будем лукавить, она ведь и есть бродяга. Тот дом, в котором жила она с сестрой, и домом назвать-то было нельзя.
До слуха донесся звук открывающейся двери, но сейчас Эдди казалось будто бы это простые галлюцинации, что ей просто мерещилось это все, и даже то, когда перед глазами появилось лицо Феникса. Уст коснулась легкая тень улыбки, и можно было поклясться, что в глазах блондинки на мгновение, всего доли секунды, зародился яркий свет, а затем резко угас и она прикрыла веки. До ее слуха доносился его голос, слова, которые девушка никак не могла различить из-за того, будто бы звук был вакуумным. - Феникс... - Сама себе сказала та, потому что до сих пор не могла четко сообразить, действительно ли он стоял перед ней или это все-таки иллюзия, больная и жестокая игра собственного разума. Даже тогда, когда она почувствовала, как ее тело отрывается от холодного бетона, а затем теплота мужского тела, заставляя вертихвостку прижаться к мужчине. Положить свою голову на его плечо и просто закрыть глаза, слушая успокаивающее биение сердца. Иллюзия? Мираж? Предсмертное ведение? Или все-таки это было взаправду? Ей трудно было сейчас понять, потому что ощущения реальные настолько тесно сейчас сплелись с ощущениями ее взыгравшего воображения, когда в голове крутилось множество картинок. Множество кусочков, которые наполнены были не привычными ей красками серого или черно-белого, а яркие, сочные. Хотелось даже улыбаться, и эта улыбка все-таки проступила в реальность, когда тонкие пальчики крепко хватались за футболку Феникса. Она подобно ребенку пыталась укрыться от реальности, которую сама же пыталась навязать абсолютно всем. Да, она пыталась показывать людям, что все хэппи энды только в сказках и голливудских фильмах, а не тут - в котле грешников. Даже Ваас, не однократно говорил о подобном, твердя и наверное вбив окончательно в голову воровки то, что мир - это дерьмо, где правят такие безумцы, как он, Винни, Джо и другие.
Открыла глаза девушка только тогда, как теплое тело мужчины отстранилось, а задница (уж простите за испорченность момента) почувствовала твердую поверхность, когда Барлоу аккуратно ее посадил на стол, словно фарфоровую куклу. Она смотрела перед собой, теплота помещения начала вызывать неприятный озноб, а там и ощущение боли в боку вернулось. Эд резко сжала свои губы в тонкую полоску и зажмурилась, делая глубокие вдохи носом, а руками сжимая несчастный край стола. Опустив голову так, что пряди испачканных волос мгновенно свалились на лицо. Мысленно пытаясь настроить себя на что-нибудь, только бы перестать трястись от озноба и неприятных ощущений кровоточащей раны. - Прости меня - Хрипло прошептала ирландка чуть подымая голову и открывая глаза, замечая, как Феникс подходит к ней с ножницами. Господи, вы слышали? Вы все слышали? Эдди Майерс извинилась, впервые, не считая многочисленных извинений перед родной сестрой. - И, спасибо тебе - И снова вежливое слово, которое воровка кажется никогда никому не говорит. Что же ты делаешь с ней, Феникс? Как ты на нее так влияешь, или это все-таки вина ранения и ощущения, что жизнь из тебя медленно начинает уходить. Нет, мы конечно преувеличиваем, но... Но что? Ведь, по существу - это не первая рана на теле девушки, если быть откровенными. Были и хуже, а про пытки Вааса, который таким образом ломал Эдди, вообще стоило молчать. Там действительно можно удивляться, как блондинка вообще еще осталась жива. - Со вчерашнего вечера - Честно призналась она, снова хмурясь и кусая губы от всякого мелкого движения своим телом. - Не знаю. Я на время не смотрела - Ироничность в голосе Джо звучала как самозащита на суровый и злобный тон мужчины, а затем она пристально посмотрела в его глаза. - Я тебя тоже люблю - Поморщив носиком на его обвинения, что она, якобы дура-идиотка и все такое, Майерс отвела взгляд в сторону и посмотрела на свою черную кошку, которая забравшись на подоконник, внимательно следила за действиями Барлоу. Но долго взгляд свой держать в стороне она не могла, потому мужчина буквально начал сверлить ирландку своим взглядом. Это-то и сломало нашу вертихвостку, которая опять поменялась в лице и расплылась в ласковой улыбке. Ее большие карие глаза ответно глядели на него, излучали какую-то наивность, какую-то странную.. Влюбленность что ли? Конечно, это все можно было сейчас списать на нездоровое состояние воровки, что, в принципе и логично. - Хорошо - Согласно кивнула она слабо головой и поддалась немного вперед, едва при этом не рухнув вниз, потому что руки соскользнули от бессилия и благо Феникс стоял практически вплотную, послужив тем самым барьер и твердую "стену" - Спасибо, что не бросил подыхать - Она опять иронично усмехнулась и тут же морщась от боли согнулась, удерживая кое-как равновесие чтобы опять не рухнуть вниз, зажала руками бок. Да, она действительно была ему сейчас очень благодарна, что Барлоу не бросил ее там, снаружи, на гребанном крыльце. Спасибо ему за то, что он взял ее к себе и сейчас был сконцентрирован именно на ней. Ну правда, словно уличную кошку подобрал, но что мотивировало им? Ведь Феникс был практически таким же на характер, как и сама Эд. Неужели проснулось милосердие и жалость, а может все-таки он правда волновался о ней? Неужели она кому-то вообще еще нужна, с таким-то послужным списком?! Поддаваясь на его прикосновение к ее грязным и влажным волосам, Майерс прикрыла свои глаза и едва не провалилась в свой мир грез, который так усердно всегда отгоняет от себя. Ведь мечты - это плохо, тем более в ее-то шкуре. - Нет, не надо. Не волнуйся. Рана небольшая, и меня лишь задело - Плавно открывая глаза и убирая руки с бока, опуская туда свой взгляд и закусывая губу, Джо отметила про себя, что подобная процедура действительно не пригодиться, а вот поспать требовалось. - Если тебе противно и не хочется нянчится со мной, то я могу и сама собой заняться. Просто дай мне время прийти в себя, и я уйду - Резко обратилась к Фениксу Эдди и подняла на него свой взгляд. - Я и так тебе испоганила утро - Хотелось опять засмеяться, даже усмешка появилась на лице, но опять неприятные ощущения прошлись по всему телу, затрагивая каждый нерв и воровке пришлось в очередной раз положить ладонь на рану. Полночь, наблюдавшая за всей этой картиной, бесшумно спрыгнула с насиженного места и запрыгнула на стол к своей хозяйке. Обойдя девушку стороной и остановившись возле больного места, аккуратно тыча носиком в руку ирландки. - Со мной все будет хорошо, не волнуйся - Опять с хрипотцой в голосе сказала блондинка, успокаивая взволнованного питомца. Кошка жалобно мяукнула глядя своими зелеными глазами на Эдди, а затем осторожно спрыгнув на пол, грациозно подошла к ногам Феникса и начала тереться о него. Изгибая свое черненькое тельце и будто бы благодарно мурча, тем самым выказывая свою благодарность мужчине.

+1

5

Чего стоят извинения Эдди? Дорого, кажется, но по большей степени для нее самой. Она ни разу не просила прощения у Феникса, хотя дерьма ему сделала знатно за все то время, что они общаются. Начиная с банальных визитов в любое время, когда ей вздумается, заканчивая той же кражей денег, которые он за день снял со своего счета для покупки… уже не важно для чего именно, ведь денег она так и не вернула, отдав долг другим способом.
Дело в том, что Эдди мало считается с другими людьми. Эгоцентричная, настроенная только для того, чтобы получать от других людей и отдавать только единицам. Она украла у него деньги, потому что ей так надо, потому что ей это нужно для лечения какой-то болезни сестры. Но она ни на минуту не задумалась о том, что ему они так же нужны и зарабатывал он их работой, на которую тратил много времени. Пускай, эта работа и была своеобразной. И приносила гораздо больше удовольствия, чем денег.
Эдди ни разу извинялась перед ним, а сейчас ее пробрало. Феникс думает, что все из-за излишней потери крови. Или того, что, не смотря на все прошлое дерьмо, он не пнул ее с лестницы на тротуар, а принес в свою квартиру. Заботясь, что ли?..
Феникс и сам не понимал своих мотивов. Потому что единственное, как она сможет ему этот небольшой должок вернуть – секс. Но это уже давно потеряло весь смысл, потому что они и без этого им занимались, причем с регулярной частотой. Барлоу думал, что это очень удобно. Что думала сама Эдди по этому поводу – он не знал.
Она еще и поблагодарила его. Приплыли.
Ты головой нигде не приложилась? — озвучивает он свою мысль, дотрагиваясь до ее головы, как бы в попытке нащупать рану размером с космос, где, через пробитую черепную коробку, зияют мозги. Но, вроде бы ничего не было. Феникс хмурится, водит бровями, наблюдая за тем, как она садиться, а затем подхватывает, когда она, покачнувшись, начинает лететь вперед.
Убедившись, что она неожиданно не встретится с полом, он отходит от нее, облокачиваясь о кухонную тумбу и скрещивает руки на груди, пытаясь сообразить, что вообще сейчас нужно. Для обработки раны у него есть все необходимое, а вот дальше… Нужны ли ей лекарства для того, чтобы обезопасить ее от возможной инфекции, ведь блондинка сама сказала, что находиться на улице долгое время. Судя по тому, как испачкана ее одежда и волосы, он смело предположил, что она так же успела полежать на холодной земле под дождем. Не заболеет ли она после этого?
Да, конечно. Пиздуй отсюда на все четыре стороны Эдди, — машет на нее рукой, — может, мне тебе дверь входную подержать? Вот только я что-то не думаю, что ты в нее выйдешь с гордо поднятой головой. Максимум – выползешь.
В повисшей тишине он наблюдает за черной кошкой, которая спрыгнула с подоконника на стол и подошла к блондинке. Ему кажется, что она это делает для того, чтобы Майерс не горячилась и не усугубляла ситуацию еще больше. Фениксу уже хочется плюнуть на все и оставить ее тут одну, чтобы делала что хочет.
Не нужна была бы помощь – не пришла бы ко мне. — Продолжает гнуть свою линию, прекрасно ощущая свое превосходство над ней. — Так что сиди и помалкивай. А то действительно окажешься на улице под дождем. Но уже в таком виде. — Он имеет в виду, что если Эдди его взбесит, то он выставит ее за дверь в том виде, в каком она находится сейчас, не удосужившись дать даже хоть что-то из одежды.
Наклонившись, он проводит ладонью по черному меху зверька, а потом выходит, считая, что вести дальше разговор с воровкой не имеет никакого смысла.
В спальне он задержался немногим больше, чем это было необходимо на самом деле. Присев на край кровати, облокотился локтями о колени и прикрыл лицо за ладонями, пытаясь перебороть самого себя. Чтобы не взорваться, когда окажется вновь рядом с блондинкой, чтобы не потерять над собой контроль, если она снова откроет свой рот и ляпнет не подумав. А еще он действительно переживал за нее, хоть и старался не подавать виду. Даже, пока он сидел, то прислушивался к тому, что происходило в квартире, знал, что она может выкинуть что-нибудь совершенно неразумное, от чего ей станет только хуже.
Феникс появляется на кухне с ноутбуком, на котором лежат сложенный джемпер и штаны, а так же аптечка. Все это он молча ставит на стол рядом с Эдди. Аптечку ближе к себе, одежду чуть дальше, а ноут разместил в самом углу. Уже выставил последовательность того, что будет, в голове.
Феникс достает хлоргексидин и марлевую ткань, сложенную под размер ладони. Открывает бутылочку и опять наклоняется к ране Эдди, внимательно рассматривая ее. Он понимает, что она действительно не глубокая. Не для такого кровотечения.
Эдди, у тебя нет проблем с кровью? — он не поднимает на нее взгляда, лишь наклоняет хлоргексидин над раной, позволяя прозрачной жидкости выливаться на рану и участки кожи рядом. Аккуратно дотрагивается тканью до раны, стирая остатки крови и возможной грязи. — Просто странно, что она так плохо сворачивается. Я бы сказал, что это не совсем нормально. — Фникс хмурится. Дальше он накладывает на рану повязку с антибактериальной мазью и закрепляет ее на месте несколькими кусками пластыря и только после этого вновь выпрямляется, но старается не смотреть ей на лицо – слишком неприятно смотреть на ее измученное лицо и большие глаза. Вместо этого он вручает ей в руки джемпер и самым наглым образом кладет ей руку на чашечку бюстгалтера.
Он мокрый, снимай, — чувствует, что сейчас опять начнется, поэтому быстро садиться на корточки.
Феникс Адам Барлоу часто раздевает женщин, но обычно этот процесс имеет несколько иной смысл, чем сейчас.
Он расстегивает молнии на высоких сапогах, снимает их и откидывает в сторону. Чуть позже к ним присоединяются влажные носки. Интуитивно, он берет Эдди за руку, чтобы помочь ей встать на ноги, и не упасть при этом. Приподнимается, стягивает леггинсы и поочередно помогает ей выбраться из каждой штанины.
Раздевает ее, как маленькую девочку перед тихим часом. Старается сделать так, чтобы она двигалась по минимуму. Домашние штаны уже не лежат на столе – он помогает ей одеть их и поднимается на ноги, закончив.
А теперь ты отправишься спать. Я схожу в аптеку за антибиотиками, а потом подумаю, что делать с тобой дальше, — на губах играет немного вымученная улыбка. Он сам берет ее руку и закидывает себе на плечо, подготавливая к тому, что вот-вот опять поднимет ее на руки. Ему до сих пор кажется, что она не сможет сделать и двух шагов не упав. Конечно, это будет занятное зрелище, но он не мог себе позволить подобных издевательств над ней.
Кошка уже не путается под ногами, а просто идет следом. Видимо, они с Фениксом прекрасно друг друга поняли. Эдди не кажется тяжелой. Наоборот, слишком легкой. Как будто она потеряла половину своего веса. Феникс думает, что ему это всего лишь кажется.
Донеся до спальни, аккуратно кладет ее на простынь и прикрывает одеялом, под которым сам спал всего лишь каких-то жалких пол часа назад. Ему что-то снилось, но, как он не пытается вспомнить, у него ничего не выходит. Он помнит только запах смерти и, напрягаясь, незаметно втягивает носом воздух. Тут не пахнет смертью. Только дождем от тела Эдди, холодом и мазью. Запаха смерти нет.
Феникс прекрасно понимает, что ему нужно срочно уходить в магазин и аптеку, но он ловит себя на мысли о том, что не хочет оставлять ее совершенно одну. Вдруг, с ней что-то случится, пока его не будет? Что тогда?..
Если что-нибудь понадобиться – зови. А пока засыпай, — осторожно он накрывает ее ладонь своей и ждет ее ответа. Мог бы просто встать и уйти. Мудак.

+1

6

Люди не меняются, скажут вам любые философы. И, отчасти они будут действительно правы, потому что крайне тяжело искоренить из себя старые привычки и старые ценности, что бы шагнуть в новую жизнь и нового себя, но. Но, все-таки частично любой человек может изменить себя, главное просто пожелать этого и чтобы рядом был кто-то, кто не отвернется от тебя, а поможет преодолеть любые трудности и испытания. Эдди в этом повезло. Даже надо признаться, что очень сильно повезло, потому что сколько она уже знала Феникса? Сколько лет прошло с момента их первого знакомства, которое уже давным-давно выветрилось из головы этих двоих, ибо время стерло эти воспоминания, оставляя место и пространство для будущих, более приятных и греющих если не сердце, то хотя бы душу. Ведь блондинка до сих пор помнила тот случай с деньгами, когда Барлоу узнав о пропаже, едва ли не готов был убить воровку. Тогда он еще не знал о темной стороне девушки, не знал о ее проблемах, да и сейчас не особо рвался узнавать их. Он четко ставил границу между ними, взаимовыгодное сотрудничество, скажем так. Он принимает ее, помогает ей и оказывается рядом, а она платит ему за это сексом - они оба довольны своими отношениями. Никто из них не привязан, не находится на коротком поводке друг друга, но... Но все-таки за эти несколько лет ирландка дала слабину. Она позволила себе привязаться к человеку, довериться ему и открыться, что вообще изначально не входило в планы вертихвостки. Феникс что-то сделал, он как-то сумел повлиять на нее, заставить, неосознанно, слушаться его. Он проявлял внимание, которое и было бы для других дам сволочным, но не для Майерс. Почему? Ну, наверно ответ очевиден - у нее еще не было в жизни человека, который бы вот так легко закрывал глаза на все ее дела, а всякий раз при падении протягивал свою руку. Что же испытывала наша героиня к этому мудаку? Она чувствовала к нему теплоту, даже если он кричал на нее или поступал как последняя скотина. Они могли ругаться. Он даже мог позволить себе поднять руку на блондинку, дабы вразумить или преподать урок. Они могли часами напролет сидеть на кухне за чашкой горячего кофе и говорить ни о чем; могли просто спокойно сидеть в его гостиной и просматривать какой-нибудь фильм. А еще, Эдди нравилось порой наблюдать за работой Феникса, тихо сидеть рядом и смотреть как он рисует. Знаете, подобное времяпрепровождение хорошо успокаивало Майерс изнутри, заставляло отвлечься от проблем, которые всегда ждали по другую сторону барьера. А потом, она увидела первый набросок идеи Барлоу, где Эдди, якобы главная героиня новой серии комиксов мастера. Он действительно был мастером своего дела, что восхищало девушку, пусть и скрывала она это отношение за семью печатями. Воровка тогда удивилась затее своего друга. Она даже была немного возмущена, потому что все было взято без ее разрешения, но, выслушав о себе много "хорошего" - смирилась. Начала просто наблюдать и, влюбляться. Влюбляться в это детище, творение рук Феникса. Даже скрывать не будем, дома у вертихвостки есть парочка выпусков, которые она стащила из его же магазина, ибо денег лишних нет, чтобы покупать макулатуру. Она стащила эти комиксы и действительно держит их в своей комнате, рядом с несколькими ценными для нее вещами. Знает ли об этом мужчина или нет - неважно, ибо важно было то, что Джо старалась переступить свою эгоистичность и показать теплые чувства тому, кто сейчас стоял рядом. Пусть глаза сами собой уже хотели закрыться, а тело обмякло от бессилия так, что готово было повалиться на несчастный стол замертво. Она устала. Ей было плохо. Но, она не хотела открывать своих карих глаз от созерцания лика родного. Да, действительно родного, потому что Феникс был единственным настоящим другом, или больше чем просто другом? Какие-то странные мысли крутились в затуманенном разуме блондинки, и кажется даже сам Барлоу подметил это, когда прикоснулся до головы. Лишь легкая ухмылка и наигранно закатывая глаза к потолку, Эд покачала слабо головой, а затем медленно прикрыла глаза, ибо картинка начала буквально расплываться и следом пронеслось небольшое головокружение. - Ты всегда любил портить момент - Сдавленно прохрипела та, когда голос мужчины едва повысился на ее предложение уйти после всего. Да, она возможно сморозила глупость, но прежде Майерс не приходилось приходить к нему истекая кровью. Неужели он волновался все-таки о ней? Знаете, от этой мысли воровка даже улыбнулась и снова открывая глаза, встретилась с его взглядом. - Ты такой милый, когда злишься - Вставила она между паузой и сжала своими пальцами край стола на котором сидела. Будь она сейчас в здравом уме и теле, то наверное бы в ответ стала бы защищать себя колкими фразочками и наездами, как обычно, но сейчас... Сейчас на это все не было даже сил, да и желания особо тоже. Пусть он кричит, угрожает и ругает, все равно она благодарна за оказанную помощь. А потом он молча ушел. Оставил блондинку одну, что позволило вновь прикрыть глаза и оставшимися силами упереться ладонями в стол, чтобы просто позволить себе небольшую паузу. Стараясь просто выровнять дыхание, равномерно и медленно вдыхать воздух в легкие, при этом всякий раз морщась от неприятной боли.
Что-то внутри подсказало, скорее неумение сидеть долго на одном месте, что следует попытаться слезть с насиженного места и сделать хотя бы пару шагов. Она опустила свою голову, увереннее облокотилась ладонями о стол и стала медленно подползать к краю до тех пор, пока мыски сапог едва коснулись пола. Еще несколько движений вперед и, вот, она уже будет стоять на полу, как внезапно Полночь завидев потуги хозяйки встать, повернулась к ней своей мордочкой и зашипела. Зверек словно  бы сам уже говорил: сиди на месте, бестолковая, и это вызвало отчасти недовольный взгляд блондинки. Двое на одну? Это нечестно, скажу я вам, но кажется кошка и Феникс были заодно, спелись, скажем так, потому Эдди предпочла больше не двигаться. Она знает, догадывается, если попытается встать, то ноги сами подкосят и воровка рухнет на пол, что вызовет шум и на него тут же придет мужчина. Он увидит это все, и еще больше разозлиться, чего сейчас девушка особо не хотела. Хорошо, ребята, хотите послушную Майерс - получите послушную Майерс до тех пор, пока силы к ней не вернуться. И, к великому чуду, через некоторое время порог кухни переступил Барлоу. В руках он нес все необходимое для обработки раны, первую помощь, которая хотя бы на время поможет нашей героине. Она внимательно следила за ним, за каждым его движением и тем, как он разложил каждую вещь по своим местам. Пунктуальный? Вряд ли, если осмотреть всю его квартиру. Может он просто нервничал? Нервничал также, как и сама девушка. Он склонился к ней, держа в руках марлю, от которой исходил едкий и неприятный запах, будто бы ты оказался сейчас в больнице. Нахмурившись, Эд сильно закусила свои губы и зажмурила глаза, потому что понимала, что сейчас последует жгучая и адская боль, заставляя пробудиться организму. И это неприятное ощущение последовало, не настолько конечно, как предполагала воровка, возможно как раз из-за не большой раны, а лишь своеобразной царапины. Шикая, нервно кусая губу и сильнее сжимая край стола тонкими пальцами, девушка услышала щекотливый вопрос. Плохая ли у нее кровь? А вы сами как думаете, плохая или хорошая, с учетом старой зависимой привычки, которую ирландка никак не могла побороть до конца. Стоит ответить Фениксу о наркотиках, или может лучше промолчать? Если в первом случаи, - он ее убьет; если во втором случае, - он может что-то заподозрить. Джо выбрала второй вариант, так хотя бы у нее есть фора в день/неделю/месяц? Пока очевидное не выльется наружу и очередная правда не будет рассказана ее устами. Сколько обработка заняла времени, она не знала, но она старалась сидеть как можно более неподвижно и лишь изредка вздрагивала, когда уже терпеть не могла жжение. Она с детства не переваривала врачей и все эти лечебные процедуры, если быть совсем откровенным в этот откровенный момент, когда он и она заботились друг о друге: Барлоу физически, а Эдди морально.
Последний штрих, последний глубокий вдох и, кажется, закончилось залечивание раны, потому что вскоре в руках ирландки оказался джемпер, а рука мужчины уже по-хозяйски покоилась ее груди. Поднимая свои карие глаза, девушка старалась заманить Феникса в плен, но он любыми способами старался избегать прямого контакта взгляда. - Может хватит делать вид, что я кукла, и ты посмотришь на меня! - Возмутилась та, когда он едва ли не приказным тоном сказал снимать прикрывающую грудь ткань. Неосторожно отложив джемпер в сторону, она постаралась показать своим видом полное выздоровление, оживление организма, но стоило лишь дернуться немного в наигранном жесте вверх, как бы возвышаясь над Барлоу, Эдди тут же сжалась пружиной и едва не взвыла. Видя, что превосходство все-таки на его стороне, Майерс аккуратно стягивает, буквально стягивает, бюстгальтер с себя и кладя рядом с собой, хватает тут же верхнюю вещь мужчины и натягивает, как может. - Надо меньше делать сейчас резких движений, а через пару дней уже все пройдет. - Мысленно убедила вертихвостка себя и наклоняя голову набок, так что несколько локонов светлых волос свалились на лицо, принялась наблюдать за осторожным процессом раздевания, ее, любимой. - Скажи, а ты нарисовал что-нибудь после нашей последней встречи? - Между тем поинтересовалась девушка крепко хватаясь Феникса за руку и неторопливо сползая со стола на пол. Небольшое пошатывание, а затем вроде бы ступни уловили твердость пола. Снова повисла тишина, пока воровка медленно вылезала из своих обтягивающих леггинс, а затем влезала в свободные домашние штаны Барлоу. Вот и закончилось кукольное переодевание, наконец-то, что позволило блондинки глубоко вздохнуть и чуть прижаться плечиком к выпрямившемуся мужчине. На губах вновь выступила миловидная и немного детская улыбка, а пара больших глаз внимательно изучали каждую морщинку на лице того, кто сейчас был рядом и нянчился с ней. Нет, буквально нянчился, потому что теперь Феникс практически опять приказным тоном заявил, что она отправляется спать. Не подумайте не правильно, Эдди была согласна на это предложение, точнее утверждение. Она бы сама готова была сейчас рвануть в теплую и чистую постель, укутаться в одеяло и зарыться носом в подушке, и чтобы рядом еще кто-то был и защищал, образно говоря. - А может сразу и в супермаркет сбегаешь, купишь парочку баночек пива? - В шутку и долей сарказма отрезала в итоге Майерс, а потом резко прикусила язык, ибо вновь выставила себя сволочью, когда мужчина и так старался ей помочь, как только мог. Господи, Джо, скажи спасибо, что он вообще тебя до сих пор не сдал правоохранительным органам. - Прости. С языка сорвалось. - Она обессилено подмигнула другу... Или все-таки больше чем другу. Феникс же помог положить ее руку к себе за плечо и вцепившись в него, словно боясь потерять или упасть, она прижимается телом к телу Барлоу, после чего снова оказывается поднятой на руки. Эдди кладет свою голову к нему на плечо, прикрывает глаза и слабо улыбается, вдыхая аромат родного тела. Ей хорошо. Ей тепло. Ей уютно.
Оказавшись в мягкой постели, накрытая уже одеялом и чувствуя, как тело буквально расслабляется, а веки еще сильнее тяжелеют, воровка закрывает свои глаза. Ее дыхание наконец-то выровнялось, боль уже не так была ощутима, хоть мазь иногда продолжала щипать и доставлять дискомфорт. По привычке блондинка хотела повернуться на бок, но тяжесть собственного тела дала понять, что лучше вовсе не шевелиться лишний раз. - Феникс - Позвала его ирландка, не открывая своих глаз - Побудь со мной - Она интуитивно переворачивает свою руку, которую накрыл своей Барлоу ладонью вверх и переплетаясь пальцами, сжимает. - Пожалуйста - Заставив себя открыть глаза, сталкиваясь со взглядом мужчины, Эдди внимательно, и даже как-то жалобно, смотрит на него. Едва заметно проводя кончиком языка по своим пересохшим губам, она чуть тянет "друга" к себе, будто бы подтверждая... Нет, настаивая, побыть с ней. Полежать рядом. Защитить ее во сне. - Просто с тобой я в безопасности и... - Практически неразборчиво пробормотала она, даже не закончив предложение, ибо усталость взяла свое. Потеря крови взяли свое. Сон победил и вынудил Майерс погрузиться в несуществующее царство.

+1

7

Феникс Адам Барлоу знает, что население Земли составляет более семи миллиардов людей. Этот подсчет был совершен еще в две тысячи десятом году. За четыре года, думает Феникс, это население точно обогатилось еще несколькими миллионами, как минимум.
Феникс так же знает, что население Америки в этом году составляет свыше трехсот восемнадцати миллионов людей. Площадь Америки – девять с половиной миллионов километров.
Стоит задуматься – как на такой большой территории с таким большим количеством людей, Барлоу встретил всеразрушающую Эдди Майерс, которая может резать не только языком, но и тем же ножом. Априори? Подходит ли сюда это слово? Впервые за долгое время, Феникс не может подобрать нужное слово.
Создатель комиксов и воровка. Что у этих людей может быть общего? У него нечего воровать, а она не может дать чего-то постоянного. Не смотря на то, что у них взаимовыгода в общении, она все же больше похожа на своего питомца – кошку по имени Полночь. Иногда кажется, что Полночь – олицетворение Эдди. Иногда казалось, что наоборот. Но суть остается в одном – Эдди приходит только тогда, когда захочет. Вне зависимости от настроения или погоды. Ей не важно время суток, так же, как и не важно то, что хозяин квартиры может быть занят.
Взглядом своих больших глаз Эдди Майерс убирает все лишнее. Словно волшебница, переключает все внимание на себя. Внимание Феникса точно. И это его частенько бесит и злит. Часто он понимает, чтобы она приходила чаще. Еще чаще садиться за работу и смотрит на часы, как будто она должна прийти в определенное время. Чаще всего она не приходит, а он жалеет о том, что она вообще знает, где он живет. Не было бы этой информации в ее светлой головушке, не было бы подобных проблем, ведь так? Не было бы мыслей, не было бы ожидания. Было гораздо лучше, если не произошло и знакомства. Он уже не помнит как это произошло и по какому поводу, но он иногда хочет повернуть время вспять и все изменить. В одной из его папок лежит грубая зарисовка машины времени. Жаль только, что он художник, а не гений инженерии. Единственное, что он может сделать – продолжить рисовать. Но уж точно не собирать детали на свалке, сооружая нечто, которое изменит его жизнь.
Феникс Адам Барлоу может разбрасываться научными фактами в разные стороны, но при вопросах об Эдди (даже внутренних), превращается в идиота, айкью которого равняется комнатной температуре. Он даже толком не знает кто она такая, не смотря на то, что изучил каждый сантиметр ее тела. Феникс знает ее эрогенные зоны, а так же то, что с одного правильного движения пальцами, она начнет изгибаться, как кошка. Феникс знает, что ей нравится, а чего делать не стоит. Знает, какой ей нужен темп, какие позы она любит, а так же с каким привкусом ее губы. Но Фениксу не известно, что творится за всей этой кожей и плотью, в душе, если она вообще есть. Иногда он думает, что Эдди давно потеряла душу. Может даже, продала.
Слышишь, Эдди? У тебя есть душа? Что ты попросила у дьявола, взамен? Сколько он тебе дал лет? Может, сейчас пришло время и ты умрешь, стоит только Фениксу выйти за порог? Адские псы, сорванные с цепи, разорвут тебя на части. Знаешь, Эдди, Барлоу будет немного жаль.
Немного. Понимаешь?
Феникс никогда не задумывается над будущем, где присутствует Майерс. Но если задумается, то поделится с вами тем, что ее там попросту нет. Кошки умирают, скажет он вам. Не смотря на всю грациозность и изящество, они суют свой нос в чужие дела и славятся высокой самооценкой, после которой, однако, их можно найти ранним утром, размазанными по асфальту. И, если Эдди не забросит это дело и не утихомирит свой пыл, то с ней случиться тоже самое. Феникс знает это, но не скажет ни за что. Она и так уже пришла раненой к нему домой, дальше лучше не станет.
Нарисовал ли он что-нибудь с последней встречи? Да, нарисовал. Адам помнит, как она отреагировала первый раз, когда он показал ей пару скетчей с ней самой. О, девица была вне себя от этого, считая свою жизнь неприкосновенной, как будто сделала патент на свой образ и внешний вид.

Патент на полезную модель, номер двести восемьдесят тысяч триста сорок два.
Эдди Майерс. Девушка обыкновенная. Средний рост, светлые глаза и перекрашенные волосы. Болезней, опасных для общества не обнаружено. Главное отличие от других – шут его знает.
Патентообладатель(ли): Эдди Майерс.
Автор(ы): родители Эдди Майерс и ледяное общество.
Срок действия патента истекает через десять лет.

Будешь продлевать?

Он, вроде-бы, хочет уйти, но продолжает сидеть молча до тех пор, пока тишину комнаты не прорезает ее голос. Она зовет его по имени и Барлоу поворачивается к ней, вопросительно приподнимая бровь. Глаза Эдди закрыты, она не увидит его жеста, а он не попадет в плен ее глаз. Все лучше, чем ничего. Мычит что-то нечленораздельное, мол: что ты хочешь? А она все же приоткрывает веки и смотрит на него с такой жалостью, что способна растопить сердце самого большого каменного голема. Феникс не голем.
Она переплетает их пальцы, как будто они связаны, а потом тянет на себя. Все ее просьбы заключаются в том, что она жаждет их немедленного выполнения. Обычно Барлоу не уступает, упрямясь, а сейчас лишь выдыхает и опускает голову на подушку, рядом с ней. Ее голос медленно стихает, а, вскоре и вовсе стихает.
Феникс лежит рядом, держа ее тонкую кисть в своей, и смотрит в потолок.
Хорошо, — говорит, пожалуй слишком поздно. Его голос звучит хрипло и сухо, как будто он не пил несколько суток, а опаляющее солнце пустыни вытянуло из него все соки. Хорошо, говорит он пустоте и поворачивает лицо к девушке, смотря на ее профиль. Тонкими линиями, в темноте от дождя за окном, идет ее лоб, плавно переходя в выемку переносицы и дальше к кончику носа. Губы расслаблены, чуть приоткрывшись. Феникс ловит себя на мысли, что ему хочется провести пальцами по ее щеке и прижать к себе, но он быстро захлопывает эту дверь в голове.
Слышишь, Эдди? У тебя есть душа? Что ты попросила у дьявола, взамен? Сколько он тебе дал лет? — Барлоу не ждет ответа. Вместо этого, он осторожно вытаскивает свою руку, зажатую меж ее пальцев и поднимается на ноги. Он был бы не прочь так полежать, но у него еще есть дела. Ему нужны антибиотики. Ему нужны лекарства. Ему нужно что-то, чтобы помочь Эдди, а она будет спать и ни о чем не думать.
Такова Эдди.
Бросив на нее взгляд, Феникс берет с тумбочки ключи и выходит из комнаты, а еще через пару минут и вовсе, из квартиры, захватив с собой деньги и старый потрепанный зонт.
С того момента, как он привел девушку домой, дождь опять разыгрался. Большие лужи на дорогах вызывали у пешеходов сильное чувство негодования, особенно когда им приходилось их перешагивать, или мимо проезжала машина, обязательно прокатываясь по ней колесами и струями выпуская из под себя.
Аптека находится в соседнем доме. Восемьдесят шагов, как считал Барлоу, вместе с переходом дороги в сухую погоду. Сейчас количество шагов возросло на треть, потому что пришлось помяться из стороны в сторону, выглядывая проход, через настоящий поток на зебре. Плюнув на все это дело, он пошлепал по лужам, убирая заодно зонт.
А продавцы в теплом помещении на него смотрят с презрением – еще бы, заявился мокрый с головы да ног и следы оставляет. Но Феникс не обращает на это никакого внимания, лишь консультируясь с ними и описывая несуществующую рану подруги от пореза ножом. Он же не может сказать, что у нее стреляли, ведь так? Через некоторое время, он оказывается опять на улице, а в руках пакет со всем необходимым.

+1

8

Во сне человек беззащитен и очень уязвим. Даже взять самого последнего мерзавца, ублюдка по которому плачет электрический стул, - во сне мгновенно превращается в святого, в маленького ребенка, которому хочется подоткнуть одеяло и спеть колыбельную. Мы все такие становимся невинными, такими девственными, что невольно ты начинаешь думать, а может в мире все-таки присутствует добро, и вот оно, царство сна. Неужели Морфею подвластно так радикально менять человека? Весьма любопытный вопрос, на который никто никогда не сможет найти точного и разумного объяснения, но... Но посмотрите сами, гляньте на Эдди. Посмотрите на то, как она крепко, глубоко провалившись в несуществующий мир, изменилась на глазах. Ее лицо было безмятежным, спокойным, а тело расслабленным и переживающим лишь легкую пульсацию боли в боку, не дает хозяйке пробудиться. Тело не позволяет нервам подобраться к сознанию ирландки, которая сейчас вновь оказалась среди тумана.

... Давящая тишина, может вывести кого угодно, и Майер довелось это ощутить сейчас на себе. Она стояла посреди какого-то поля, которое кажется она видела еще в далеком детстве. Да-да, оно самое. Вон вдали стоял старый дуб, практически на холме. Трава была зеленой, а босые ступни ног чувствовали утреннюю росу. Небо как всегда находилось под гнетом тяжелый облаков, и пусть все было в черно-белых каких-то тонах, блондинка подсознательно знала, где какой цвет выделялся среди других. Где трава была темнее, а где практически жухлой. Она знала, где был просвет в облаках, а где его и вовсе не было. Она знала тут каждый камушек, каждый холм, пока все в конце концов не стало пропадать, растворяться, пока Эд пыталась добраться до старого дуба, под который она водила свою младшую сестру. Подальше от матери и отца, от суеты небольшой деревушки. Водила сюда для того, что бы побыть в тишине и наедине со своими мыслями. Эдди замерла. Ее тело пронзил какой-то неизвестный страх, будто накрывал своим плотным покрывалось и начинал душить. Снова стало трудно дышать и туман вокруг лишь сильнее стал сгущаться. Прищурившись, девушка разглядела небольшую тропинку, которая юлила меж высоких обгорелых деревьев. Аккуратно ступая вперед, хаотично осматриваясь по сторонам, Эдди будто бы что-то или кто-то подтолкнул, заставляя перейти с шага на бег. Перед глазами и во круге снова и снова мелькали темные тени. Они звали Эдди. Они что-то хотели донести до нее, но ирландка не могла разобрать и слова. Все смешалось. Все расплывалось, а затем, она спотыкается об торчащий корень и падает на колени. Ее тело дрожит. Ее руки дрожат, а страх не позволяет взгляду подняться вверх. Кто-то зовет ее по имени. Кто-то обвиняет ее в своей смерти. Кто-то кричит спасти, а кто-то останавливается прям возле блондинки и протягивает руку. Голоса сводят с ума, и Майерс начинает уже казаться, что она вот-вот свихнется в этом кошмаре. "Эдди" - говорит чей-то непонятный голос и она медленно поднимает голову. Она снова щурится, пытается разглядеть стоящего перед ней человека, но туман плотно закрывал его в своих объятьях. "Пойдем с нами" - говорит кто-то из многочисленных теней, а кто-то пытается убедить блондинку не поддаваться на манящий зов. Эдди хватает за руку человека и осознает, что рука похоже больше на детскую, чем на взрослого человека. Подымаясь на ноги, поддаваясь немного вперед, ирландка снова видит маленькую девочку. Она смотрела большими карими глазами, но лицо ее было бледным как смерть. Руки ребенка были ледяными, а потом и вовсе потерялось ощущение, что ты кого-то держишь. Девочка поманила рукой, будто бы приглашая Эд последовать за ней, как тени молниеносно двинулись к блондинке, замыкая в круг. Они плакались. Они просили помочь. Они просили остаться. Они звали и что-то говорили, но все внимание приковывал к себе ребенок, который опять в мгновение ока превратился в кошку и побежал вперед. Джо крикнула "Постой", но зверек не оборачивался, пока не добежал до ближайшего обгорелого дерева и не  остановился. "Тебе надо выбрать по какой дороге ты пойдешь" вновь раздается чей-то голос, но уже не детский, не какой-то тени, а мужской. Кому он принадлежал - неизвестно, но Эдди точно поняла, что это не кто-то из ее окружения. Кошка оборачивается и снова убегает, видя, как к ней приближается блондинка. Снова останавливается. Замирает. Потом опять убегает, пока в конце концов Майерс не нагоняет зверька и не тянет руку чтобы прикоснуться к темному меху. Кошка оборачивается, смотрит своими яркими глазами в карие глаза ирландки, а потом исчезает. Развевается на ветру, как и весь туман вокруг. Эдди оказывается в темном пространстве, словно в кубе, где не видно было даже собственных рук ...

Назвать сон спящей воровки спокойным - нельзя, но даже сейчас, когда она пробивалась к реальности из объятий Морфея, она пыталась запомнить каждую деталь, каждый момент увиденный в несуществующем царстве. Сквозь дрему пробивалось урчание Полночи, которая свернувшись калачиком с боку, уткнулась мордашкой в худую руку своей хозяйки и последовала ее примеру - отдыху. Слышался звук дождя, который своей силой ударял по стеклам и железным подоконникам окон, даже можно было услышать вдали подобие раската грома. Гроза? Эдди попыталась открыть тяжелые веки, но те предательски не хотели поддаваться, зато вот боль в боку проснулась с новой силой и дискомфортом, заставляя-таки Майерс нахмурить брови и практически до крови закусить нижнюю губу. Минута. Две. Все попытки утихомирить жжение и желание крика вырваться из груди сошли на нет. Джо вскрикивает, прикладывает резко ладонь к больному месту и пробуждается мгновенно. - Блядь - Всего лишь скользнуло в уме, когда ирландка пытается перевернуться на бок, дабы хоть как-то унять нытье тела. Ранение небольшое, но создавалось почему-то ощущение, словно в ней прострелили огромную дыру. Полночь уловив движение хозяйки тут же встала на свои маленькие лапки и подойдя к лицу Эдди, ткнулась своей мордашкой в ее щеку. Затем послышалось слабое мяуканье и блондинка опять попыталась открыть глаза, но бесполезно. Хотелось вечность так пролежать, но пересохшее горло само за себя говорило: надо поднять свою задницу и сходить за водой. Надо открыть глаза. Надо поднять задницу.
Раз. Два. Три. Эдди делает глубокий вдох, набирая воздуха побольше в свои легкие, а затем через силу все-таки открывает глаза и если сначала картинка расплывалась, то потом сфокусировавшись, она обнаруживает, что находится не в своей кровати, не в своей комнате, даже не в своем доме. Минута. Две. В памяти начинает пестрить какое-то просветление, а потом осознание того, что она находится у Феникса. Она вспоминает несколько часов ранее, или минут, или дней, сколько она проспала - Майерс сама не знала. Едва поворачивает голову и видит возле подушки сидячую черную кошку, которая с интересом и одновременно беспокойством смотрела на нее. - Малышка моя - Хрипло проговорила ирландка с трудом откидывая одеяло в сторону, ибо силы так и не  возвратились в нужном количестве. Голова гудела, тело ныло будто бы по нему проехались грузовиком, да еще и желудок начал напоминать Джо о том, что вроде как не помешает перекусить. Она минут пять поднималась на локти, а затем медленно и плавно свесив ноги с кровати до ощущения ступнями пол, постаралась сесть. Все внутри блондинки кричало "нет", а вот проясневший рассудок говорил "надо". Девушка упирается всем весом на руки, приподнимается, затем хватается за прикроватную тумбу, точнее цепляется едва ли не мертвой хваткой, ибо тело опять повело и ноги чуть не подкосили. Удержав с горем пополам равновесие, даря свое любимице ироничную улыбку, потому что даже Эд было сейчас противно от себя, от своего жалкого и бесполезного вида. Господи, и вот такая она заявилась к Барлоу? Потом воровка невольно осмотрела себя и обратила внимание, что она не в своей испачканной и мокрой одежде, а в чужой. В мужской. - Черт - Соскользнуло с ее языка, понимая свою немощность еще больше и буквально стыдясь уже ее. Полночь подошла к краю кровати и тоже спрыгнула на пол, вальяжной и хозяйской походкой направляясь к выходу из комнаты. Забавно порой было наблюдать за этим мохнатым зверьком, который имел довольно сложный и трудный характер. Ха, идиоты те, кто будет уверять меня в том, что нет у животных характера, а якобы только инстинкты. Обычно Полночь всегда была напряжена в чужих домах, даже у Васса она вела себя немного иначе, а тут... Тут такое ощущение, будто бы Феникс был вторым хозяином ее. Да, и признаться, кошка к нему больше симпатии испытывала, чем к другим хахалям Эд. Воровка вскинула бровью, чуть слабо помотала головой и хватаясь за все подручные средства, которые могли служить опорой, она вышла к кухне. Пить. Ей сейчас адски хотелось пить, и она наверно могла сейчас опустошить целое озеро.
Подойдя кое-как к раковине, найдя на столе стакан, Джоанна включила холодную воду и налив сосуд жидкостью до краев, тут же, практически залпом, опустошила его. Какое же наслаждение и одновременно облегчение почувствовала вертихвостка. Куда лучше эффект, чем от дури или более весомого наркотика. Бледность более или менее спала, даже начал появляться блеклый румянец на щеках, что уже было чудом, но вот боль никуда не уходила, и нужно было лишь молиться, чтобы у утру все стихло. Она же не собирается тут оставаться надолго, или собирается? Кстати, а где Феникс? Эдди поставила стакан на место, предварительно сполоснув его, и упираясь ладошками о край разделочного стола, осмотрелась - Феникс? - Позвала та, но в ответ квартира дала лишь тишину. Было ясно - он ушел. Ушел, наверно потому, что ему самому было противно созерцать подобное состояние старой подруги, которая сама от себя была не лучшего мнения сейчас. - Подождем его или уйдем? - Поинтересовалась ирландка у своей напарницы, которая грациозно вскинула мордашкой и развернувшись, подошла к столу, якобы выставляя свой протест уходить из этой теплой и уютной квартирки туда, на холодную и мокрую улицу. Приняв поражение (кстати, что-то сегодня Эдди часто принимает поражение), она медленно подбрила к столу и отодвинув стул, так же осторожно и аккуратно села. Облегчение волной пронеслось по всему телу, а напряжение сошло на нет. Снова потянуло в сон, но Майерс четко дала себе задание дождаться хозяина квартиры. Дождаться Барлоу. Дождаться своего Феникса.

+1

9

Иногда Феникс хочет пойти к психологу. Сесть на кушетку, закинув ногу на ногу и наблюдать за тем, как песок пересыпается из одного конуса часов, в другой. Психолог обязательно будет смотреть на него и постукивать крышкой черной гелевой ручки по краю планшета, в котором она записывает весь бред, что будет рассказывать Феникс. Ну, когда он начнет говорить. А он начнет. Ведь, в его голове много дерьма и его сложно держать в себе.
Понимаете, она меня убивает, — скажет Феникс.
Я не понимаю, какого хрена, она свалилась на мою голову, — продолжит чуть позже, пытаясь подобрать слова.
Фениксу есть что сказать – великое множество вещей, которые его бесят в Эдди.
Она никогда не слушает то, что я говорю, — он уже вспомнил все те тысячу случаев, когда это было:
«Эдди, не лазай в ящике моего стола. Прекрати это делать», — но она лишь подмигивает ему, продолжая заниматься тем, чем занималась.
«Эдди, не раскидывай свои вещи, а?» — один из носков девушки висит на его люстре, пуская на стену тень.
«Эдди, деньги? Опять? Серьезно?» — может, слишком утрированно, но имело место быть.
Она, словно маленький ребенок. А он с ней продолжает возиться, изредка выставляя за дверь, за особо плохое поведение. Это, как поставить в угол. Только на лестничную клетку.
Но, ведь есть что-то, что вас в ней не раздражает? — продолжит постукивать колпачком от гелевой ручки блондинка (вот! Даже в его фантазиях есть отголоски Майерс), чуть улыбнувшись.
Знаете, у нее есть волшебный кружевной комплект, — голос Феникса понизится, — отличные трусики и бюстгальтер. Но, знаете, что странно? У нее нет денег для того, чтобы написать мне смс, но есть отличный кружевной комплект из трусиков и чертового бюстгальтера. Они тоже были как-то там, на люстре…
Что? — Феникс же не говорил вслух свои тысячи случаев, когда она его не слушала и делала то, что хотела.
Отличный комплект…
У Феникса есть тысячу причин для того, чтобы ненавидеть Эдди. Вот только он почему-то этого не делает. Да, бесит. Да, да, раздражает. Да, да, ДА (!), часто вызывает желание убить. Но не вызывает ненависти. Если бы вызывала – все было бы намного проще.
Может, дело в том, что вы влюблены, мистер Барлоу?
О, — сможет вытянуть из себя Феникс, задумываясь. Внимательно осмотрев комнату, он, наконец, ответит: — тогда я пойду и выброшусь в окно. У вас пластик или стекло?
Не стоит так думать…
Стекло или пластик, мисс Всезнайка?

Потому что влюбляться в Эдди он не хочет совершенно никак. Она ему не пара. Она не принесет ему совершенно ничего хорошо. Он не хочет заботиться о ней больше, чем сейчас. Он не хочет видеть ее глаза перед сном и, когда просыпается по утрам. Не хочет, чтобы она ежедневно ела из его тарелок и постоянно наблюдала за тем, как он работает. Он не хочет говорить с ней в любой момент, не хочет слышать ее голос в любое время суток. Он не хочет, чтобы их секс превратился в занятия любовью, или как там говорят?..
Даже сейчас, ему приходится бороться с собой, чтобы не пойти домой и не проверить лишний раз ее температуру. Не посмотреть на то, как она спит. Поэтому, вспомнив ее язвительную фразу про магазин и пиво, Феникс разворачивается и идет точно не в сторону дома. И не в магазин.
Феникс идет в бар, где, в тепле и уюте, он заказывает себе литровую кружку пива и садится за один из столов. В пакете, который валяется на соседнем стуле, лежат лекарства, которые так необходимы для Эдди. Но он старательно делает вид, что ему все равно. Подождет. Никуда не убежит, с такой-то раной. К тому же она спит и, он надеется, что она проспит еще очень долго.
Ты сегодня слишком рано, — на часах всего лишь половина двенадцатого утра. Феникс чуть ли не единственный посетитель в баре, поэтому бармен и подошел к нему. Старый знакомый, которому Адам пожимает руку. — Выглядишь ты не лучшим образом.
Спасибо, ты тоже, — похоже на обмен комплиментами. Феникс поднимает кружку и протягивает ее Полу – как зовут бармена – на что тот, оглянувшись по сторонам, все же берет ее и делает глоток, а потом машет на все рукой и уходит за барную стойку. Возвращается он быстро, садится напротив и ставит на стол свои пол-литра.
Жена, — коротко объясняет он и, стукнувшись стеклом, они выпивают, — никогда не женись Феникс, ничего хорошего это не принесет.
И не собираюсь, — они выпивают еще раз.
Правильно. Все соки выпивают. Это поначалу все хорошо. Минет по утрам, ужин по вечерам. А потом попробуй ей хрен в рот засунуть – откусит.
На губах Барлоу появляется усмешка. Относится она к минету или ужину – не понятно. Они выпивают еще раз, а потом еще и еще, до тех пор, пока пиво не кончается. Пол идет еще за порцией и говорит, что это будет за счет заведения. Феникс соглашается, не дурак же. За короткий промежуток времени его ввели во все семейные дела. И то, что Пол один работает в своем баре. И то, что Марта – его жена – постоянно сидит дома и требует к себе внимания. Он возвращается выжатый, как лимон, а она даже поесть не приготовит. Пол говорит, что именно поэтому в последнее время, он все чаще остается тут на ночь. В баре ему, хотя бы, не говорят о том, какое он чмо.
Феникс открывает рот, чтобы спросить, нельзя ли ему остаться в баре, но потом вспоминает, что Эдди знает адрес. Есть ли хоть одно место, о котором она не знает?
А у тебя что, Адам? — Феникс поднимает на него взгляд, а потом кивает в сторону пакета:
Девушка. Даже не моя. Ничейная, — признается он, пожимая плечами. Пол берет пакет со стула и заглядывает внутрь, бормочет названия лекарств. — Я забыл купить что-то от бешенства. Не думаю, что гематоген подойдет в данном случае…
Через полчаса он прощается с барменом и идет домой. В квартире подозрительно тихо и, Феникс надеется на то, что Эдди продолжает спать, но нет – она сидит на кухне, подперев подбородок кулаками.

Так, где там психолог? Давайте остановим время?
Упрямая сучка. Какого хрена она вылезла из кровати? — он готов сбить те песочные часы, которые ни разу не пришлось перевернуть.

У него дома нет песочных часов. Нечего сбивать на пол, кроме, может, самой Эдди.
Хм-хм-хм, — мычит он вместо этого, — ты проголодалась?..
… что ли? Выпитое пиво подействовало успокаивающе. В руках Феникса пакет из аптеки с лекарствами, и еще один, в котором лежит пара бутылок из магазина. Была бы его воля, и он бы купил что-нибудь покрепче. Виски, водка, коньяк. Не важно, какой ценовой категории, просто чтобы напиться до зеленых чертей и чтобы ничего не волновало. И не важно, так же, что еще нету и часа дня.
Я сходил в аптеку. Читай, как принимать. Сейчас найду воду, — у него нет сил спорить, поэтому он просто ставит пакет перед ней, а со вторым идет к холодильнику, куда аккуратно ставит холодные, чуть влажные от капель дождя, бутылки. Он так же быстро пробегает взглядом по полкам и ищет, чем бы можно было накормить Майерс.
Могу сделать салат, могу сварить сосиски, — он достает овощи и псевдо-мясо и выкладывает их рядом с мойкой. Пиво купил, а про еду забыл. Молодец, Феникс. Он опять старается не смотреть на девушку. В голове пролетают ее слова, о том, что она похожа на куклу для него и мужчина морщится. Было бы гораздо проще, если все было именно так. Было бы гораздо проще ненавидеть Эдди. Но не беспокоиться о ней, не думать о ней и не пить из-за нее. — Только не поднимайся с этого стула, хорошо? — Он ставит перед ней стакан, чуть ли не до краев наполненный прохладной кипяченой водой.

Может, дело в том, что вы влюблены, мистер Барлоу?

Как ты думаешь, у меня пластиковые окна, или стеклянные? — он никогда не интересовался этим. Окна и окна. Прозрачные и прозрачные. Стоят и стоят. Зачем нужна лишняя информация?

Отредактировано Phoenix Barlow (2014-10-24 16:19:49)

+1

10

Иногда нам хочется побыть наедине с самим собой, вот и Эдди всегда старалась искать повод чтобы запереться в своей комнате, вставить в уши наушники и включить на полную громкость любимую музыку. Просто побыть сам с собой - разве для этого многое требуется? Ничуть, кажется. Но, вот честно, воровке такая честь выпадает отнюдь не каждый день, и даже не раз в неделю, из-за чего наверно и выработалась непоседливость. Ей всегда надо чтобы кто-то был на виду: Винни, ее пес или Полночь - без разницы, главное чтобы кто-то создавал посторонний шум. Но все-таки, в душе мы всегда мечтаем побыть вновь наедине со своими мыслями, и, отсутствие Феникса в квартире позволило Эд ощутить одиночество в полной его мере. Доносящийся звук дождя за окном усыплял, расслаблял и давал возможность отстраниться от реального мира в свои воспоминания. Она помнит каждый день, проведенный в отчем доме (хотя на деле ей хотелось забыть этот кошмар); она помнит запах своей родины, по которой так сильно истосковалась; она до сих пор помнит, как в детстве убегала с Ви под мост, чтобы разделить с сестрой ворованный куш в виде овощей, фруктов или каких-то сладостей; она помнит свой длительный переезд в Америку, и... И она помнит как столкнулась с Барлоу. Нет, она не помнила всех деталей этого знакомства, которое кажется стало для мужчины проклятьем, но она помнила просто тот день. И, сидя сейчас в тишине с прикрытыми глазами, под звук дождя, каждая картинка отчетливо пробегала в уме, в ее ослабленном сознании. Губ коснулась едва заметная улыбка, тело блондинки было неподвижно, но вот мысли... Мыслями Эдди давным-давно ушла из этой квартиры. Как бы она хотела сейчас взять Винни за руку, собрать вещи и сесть на корабль чтобы добраться до берегов Ирландии. Чтобы сходить с сестрой на то самое поле из сна, к тому самому старому дубу, где, наверно, по сей день были отчетливо видны инициалы девочек вырезанные ножом на коре. Она бы душу продала чтобы снова сбежать с Майерс-младшей под тот самый мост, как в детстве. Она бы все отдала, чтобы хоть на один день почувствовать себя ребенком и, в конце концов, попробовать уловить вкус счастья. Всего на один день. Но этот день никогда не настанет, потому что стоило воровке слегка пошевелить телом чтобы сменить немного позу, как неприятные ощущения в боку вынудили ирландку резко раскрыть глаза. Она поморщилась, кладя руку на больное место и буквально припала лбом к краю стола, упираясь в него. Дыхание снова выбилось из размеренного, заставляя вертихвостку сделать несколько резких и глубоких вдохов, словно рыба вытащенная на сушу. Полночь завидев это, забеспокоилась и грациозно запрыгнула на стол чтобы уткнуться мордочкой в макушку головы блондинки. Эдди бы хотела сказать своей любимицы, что с ней все в полном порядке, но тогда бы это было чистой воды вранье. Это она могла врать Фениксу, Гаррету или Саймону, но никак не черненькому мохнатому комку шерсти. Полночь знала это, потому села подле хозяйки и заурчала, словно пыталась успокоить, словно говорила о том, что она рядом. Да, черт вас всех дери - Полночь единственная всегда рядом, в любой ситуации. Будь она размером больше, как пес сестры тот же, то наверное даже готова была бы загородить своим тельцем ирландку.
Открыв глаза, Майерс стиснув зубы выпрямилась, но не до конца, а что бы было удобно подпереть руками свой подбородок. Взгляд был переведен опять за окно, по которому медленно стекали капли дождя, и мыслями она практически опять смогла преодолеть преграду боли и вернуться к своим воспоминаниям. Единственное, что гложило блондинку в подсознании - это сон. Конечно, верующим человеком девушка не была, да и в приметы особо тоже не верила, как и в предостерегающие сны, но, что-то здесь было не так. Будто бы чутье подсказывало чего-то остерегаться, но чего? Ей сказали, что Эд должна сделать для себя выбор по какой дороге она пойдет в итоге, но какая дорога? Что подразумевалось? Стоит ли ей бросить свое дело, свою работу, чтобы избежать следующего промаха, который может стать летальным? Может ей стоит взять себя в руки и отказаться от дурной привычки, которая в периоды отчаянья накатывает сверхновой? Может ей нужно задуматься над спокойной и равномерной жизнью, которую она так долго желает для Винни? Но получится ли все это у той, кто с ранних лет начал воровать, дабы добыть себе и сестре все необходимое? Сможет ли она в одиночку преодолеть тягу к наркотикам, ибо сказать легче, чем сделать. Кого мы с вами будем обманывать, когда перед вашими глазами, пожалуй, самый жалкий и немощный человек на свете. Она слаба. Ей нужна поддержка, стимул, опора. Но где ее найти, кто выдвинет себя в добровольцы бороться со старой жизнью вертихвостки? И  пока Майерс размышляла над всем этим (а ранения вообще на нее дурно влияют, слишком много думать начинает), в квартире раздался звук слабого хлопка двери. Краем уха воровка услышала это, но вот особого значения этому не придала в отличии от Полночи, которая насторожив свои ушки, спрыгнула со стола и направилась разведывать обстановку. Кто станет добровольцем, который спасет Эдди из самой днища нашего существования и вытащит на свет божий? Как внезапно раздается мужской голос обращающийся к ней. Ирландка медленно переводит свой взгляд и видит Феникса. Стоп, вы хотите сказать, что вот он - рыцарь, готовый спасать ее? Нет, скорее это какая-то ошибка. Эдди знала Барлоу, и знала о том, что ему глубоко плевать на блондинку. Даже сейчас наверно плевать, а помогает он только чисто по привычке, ибо не раз же она к нему заваливается с просьбой помочь. Да, и тем более за его помощь она ему в последствии платит тем, от чего мужчины не умеют отказываться. Поэтому сомнения насчет его желания стать добровольцем и помочь Джоанне определиться в этой жизни. Обидно, а ведь было бы прикольно, да и он, пожалуй, единственный человек которому удалось бы вбить мозги воровке на место. Причем буквально и фигурально выражаясь. - Ты читаешь мои мысли - С легкой усмешкой отозвалась она снова возвращая взгляд к окну и сосредотачивая внимание на каплях дождя. - Спасибо - Сказала она в сторону, когда рядом с ней опустился пакет с лекарством - Я отдам деньги за все содержимое, когда... Ну ты понял - Она перевела взгляд  на пакет, затем на самого Феникса и немного нахмурилась. По сути, тысячу она точно сможет за неделю наворовать, главное знать где и у кого, да и вряд ли содержимое превышает эту сумму, хотя хрен его знает, Эд так давно не была в аптеках, что даже не сможет вам сказать по чем нынче анальгин. - Мне все равно. Что быстрее готовится, то и сделай - Блондинка вытащила препараты из сумке, покрутила каждый в своей руки, заостряя внимания на этикетках и описаниях, а затем вскинула бровью поднимая взгляд обратно к Барлоу - Ну, для начала, хорошо бы найти нитку и иглу - Приложив руку снова к своему раненому боку, ощущая, что сквозь бинт начинает просачиваться кровь, она скривила губы в псевдо-улыбке. Феникс был внимателен, когда заметил, что кровь у Эдди довольно хреново сворачивалась, потому, чтобы не потерять остатки (как говорится), лучше зашить и по новой наложить повязку. Геморра меньше, знаете ли. - Ладно, посмотрим - Подумала та и хотела уже постараться подняться с места, облокачиваясь ладонями о край стола, как мужчина будто бы предвидел подобное действие, попросил ее не двигаться с места. - Эм.. Ну, хорошо - Пробубнила ирландка себе под нос и закатила глаза. Она, конечно, ранена, но вроде умирать еще не собиралась. И если она смогла добраться до кухни, то до ванной комнаты добраться тоже сможет. - Феникс, скажи, почему ты помогаешь мне? Только давай без твоих психозов, ладно? Мне просто любопытно - Она медленно, словно боялась, подняла свой взгляд на Барлоу, который поставил стакан с водой прям перед ней. Такая напуганная. Такая зажатая в себе. Ну словно невинный ребенок сидит над возвышаемся над ним мужчиной. - Что? Окна? Причем тут вообще они? - Проморгашись, Эдд удивилась заданному вопросу и, плюнув (образно говоря) на своего спасителя, все-таки поднялась на ноги, при этом морща носиком и хмурясь. - Ты не против... - Воровка взяла пакет с лекарством и.. И ничего, двинуться все-таки было тяжело, когда тебе еще и дорогу преграждают к месту, за которое ты можешь ухватиться чтобы не упасть - А лучше, не против проводить меня в ванную чтобы я занялась собой? Потом обещаю, свято клянусь, я буду слушаться тебя - Голос звучал каким-то натяжным, слова будто бы были сказаны с сарказмом, но на деле... На деле Эдди правда готова была слушаться его, только бы он опять не попытался ее долбануть, пока она к тому же беззащитная и... Блядь, немощная. Как же ее саму бесило свое такое вот состояние, и желание умереть или провалиться сквозь землю опять возвратилось. Но не смотря на все, на свое безысходность, Джо положила свою руку на плечо мужчины и поддалась вперед, прижимаясь к нему телом (а это было легче простого, считай, чуть ли не падаешь на него, ха). - Знаешь, у тебя красивые глаза. И улыбка милая. Улыбайся чаще, Феникс. - Слова сами собой соскочили с ее губ, и она даже не поняла почему. Вашу ж мать, зачем она вообще это ляпнула? - Мне надо заняться раной - Резко поправила она себя жмуря глаза, словно бы боясь услышать очередную порцию едких фраз или какой-нибудь насмешки, или того хуже, очередного приступа гнева. О да, она знала, что бесила Барлоу одним своим видом, и порой вертихвостка задумывалась, а не пора ли ей уйти из жизни бедного парня? Да и поводов и шансов для этого было уже море, вот только Эдди не делала этого. Не могла или не хотела - неважно. Важно было то, что ее всегда тянуло и будет тянуть к этому человеку, будто магнитом притягивать. Влюбилась что ли?

+1

11

«Я могу рассказать вам сказку про маленькую глупую девочку. Она могла вырасти прекрасной актрисой или, скажем, борцом за права животных. Она могла бы писать детские книжки, а потом в тишине небольшого зала, читать свои произведения вслух для маленьких детей, которые слушали бы ее затаив дыхание.
Но судьба повернулась к этой девочке совершенно другим местом, наградив ее сложными родителями и инвалидом-сестрой. И тогда девочка отрастила клыки и когти, чтобы защищаться от тех, кто на нее нападал. Чтобы бороться и, при падении сразу же подниматься на ноги, пружинистыми  движениями отскакивая в сторону. В глазах ее – светит огонь, кой не увидишь в тех, кого волнуют лишь проблемы из разряда косметики и магазинов.
И постепенно эта девочка сама превратилась в кошку. Она могла попасть в любое помещение, пролезть в любую щель и исчезнуть так, что ее никто не мог найти. Вот только не смотря на все метафорические метаморфозы, у нее не вырос хвост, она не встала на четыре лапы и не начала мяукать – каким бы не был ее характер, она все же относится к разновидности людей. Мы же не в мире комиксов живем, верно?
Эта девочка – сказочная, скажу я вам. Дикая, хищная, но конца у этой истории нет. Она не известна даже мне, рассказчику, потому что одно из имен кошки – Непредсказуемость».
Только вот к чему это было?..
Может, не стоит искать смысла там, где его нет? Может, все это полнейший абсурд и всего лишь одна из реальностей, где звезды расположены именно в таком порядке, что Эдди приходит к Фениксу, а Феникс не приходит к ней.
Может, в другой реальности все совершенно по-другому? Но об этом не стоит задумываться. Другой реальности не существует в этом мире. Они не переплетаются. То, что там – не столь важно.
Из горла Феникса вырывается легкий смешок.
Оставь эти деньги себе, Эдди, — говорит он, пока режет помытые овощи и старается не смотреть на блондинку, — возможен вариант, что я не обнаружу несколько сотен в своем кошельке, а потом они волшебным образом появятся в твоей протянутой руке. Деньги – не то, что мне от тебя нужно.
Но вот что нужно Фениксу от Эдди? Исключительно секс? Но даже сам Барлоу уже не думает, что это единственная причина, по которой он открывает дверь и впускает ее в дом.
Было бы желание, и он сменил бы замки в своей квартире, чтобы она перестала их взламывать. Было бы желание, и он дал бы ей дополнительный комплект ключей, что лежат в верхнем ящике его стола. Но он не делает ни того, ни другого. Бездействие. Находится в замешательстве и не может понять, что творится в его собственной голове.
Он даже не может ответить точно на вопрос о помощи. А, действительно, почему он это делает? Уж не возомнил ли он себя героем? Помогать Эдди хлопотно, тратит много нервных клеток, сил и эмоций. Но каждый раз он делает это и, он уверен на сто процентов, что будет продолжать это, не смотря на все свои слова про то, что выкинет ее в следующий раз в окно. Не сделает этого. Стиснет зубы и начнет помогать.
Потому что, — он пожимает плечами. Лучше бы промолчал, смысла было бы гораздо больше. — А почему ты приходишь ко мне? — задает в свою очередь он свой вопрос, хотя и не надеется на точный ответ. Возможно, она ответит так же. А может, скажет что-нибудь новое.
Слишком сложные люди, как думает Феникс. Их ничего не объединяет, думает он. Ничего, кроме того самого комикса, который он придумал и героиней которого является Майерс. Он бы мог сжечь его, чтобы разорвать все мосты, но, опять же, не делает этого.
Бездействие.
А так хочется вычеркнуть, стереть, уничтожить.
Она присутствует в его жизни приятными секундами и часами ужаса. Она улыбается, убивая. Она разрушает смеясь. Она удивительная, эта Эдди. Феникс бы соврал, если бы заявил, что не хочет, чтобы она принадлежала ему. Жаль, что это невозможно по большому количеству причин.
Эдди, твоя рана открылась, потому что ты не послушала меня и вообще встала, — у него даже нет сил для того, чтобы спорить с ней.

Знаешь, почему я тебе помогаю? — Она облокачивается на него, а его губы искривляются в усмешке. Не проходит и мгновения, как он кладет ладонь на ее раненый бок.
Он говорит:
Потому что, ты делаешь это раз за разом.
Ладонь двигается в сторону и вот, пальцем он прикрывает кровоточащую рану, а потом с силой надавливает на нее, вызывая полу-вопль из глотки девушки.
Он смотрит на это с наслаждением, мягко придерживая второй рукой за плечи и тихо продолжает:
Потому что, мне нравится смотреть на то как ты увлеченно занимаешься саморазрушением.
Палец проникает в отверстие и девушка не выдерживает, крича на всю квартиру, а, быть может, вселенную. Феникс проводит кровавыми пальцами по ее волосам:
Потому что, каждый следующий раз еще хуже, Эдди. Через сколько ты придешь, чтобы умереть у меня на руках? Это ведь только вопрос времени.
Блондинка поднимает на него свой взгляд, наполненный болью и горечью. Она говорит голосом несуществующего психолога:
Может, дело в том, что вы влюблены, мистер Барлоу?

Он выдыхает. Видение исчезает, не оставляя за собой даже приятных ощущений, оставляет глубокую пустоту. И только женский голос продолжает звучать в этой непроглядной темноте, отскакивая из стороны в сторону звоном колоколов. Его это раздражает, но, странным образом, когда блондинка прижимается к нему, практически весь негатив сходит на нет. Он лишь мягко приобнимает ее за талию, чтобы она не улетела в другую сторону и, впервые за долгое время, смотрит в ее лицо, внимательно разглядывая каждую линию этой пугающей бледноты. У Феникса нет сил с ней спорить, поэтому он лишь кивает, чуть улыбнувшись и помогает ей двигаться в сторону ванной комнаты. В другой день, он бы мог накричать на нее, усадить на стул и сделать все самостоятельно, но сейчас началась совершенно другая история. Пусть делает все, что угодно ее душе.
Открыв дверь и включив свет, он проводит ее внутрь и сажает на край ванны, а потом достает нитки и иголку, как она просила, а так же несет ей из кухни небольшую бутылочку с медицинским спиртом.
Разбирайся с раной, — поставив бутылочку рядом с девушкой, он выходит из комнаты, прикрыв за собой дверь, — позовешь, как закончишь – я помогу тебе перебраться на кухню.

+1

12

Почему в самые сложные моменты нашей жизни, когда мы практически сломлены и у нас остается едва ли сил продвинуться вперед, - мы начинаем совершать такие вещи, о которых обязательно бы пожалели или продолжали бы утаивать? Почему язык - враг наш, точно также как и собственно само сердце? Почему эти два органа постоянно выступают против нас? Может дело все в каком-то подсознательном страхе, что мы просто-напросто не успеем завершить предначертанное, а может потому, что в такие порывы просыпается некий инстинкт животного. Блин, человек же зверь, только ходит на двух ногах, умеет говорить и смышленее обезьяны (хотя в некоторых случаях бывает исключение). Конечно, можно долгими часами и неделями рассуждать и философствовать на эту тему, но вряд ли кто-то когда-нибудь сможет дать разумное объяснение подобному феномену. Вот и Эдди, которая настолько привыкшая врать или скрывать свои чувства, сейчас вела себя необычно. Она говорила такие вещи, которые и в жизни бы не произнесла бы в слух, тем более Фениксу. Она смотрела на него так, как никогда ранее не смотрела. Такое чувство, что, либо ее подменили, либо это ранение сотворило с блондинкой чудо и изменило ее отношение к окружающим. Ведь когда это Майерс благодарила кого-то? Скорее она могла холодно кивнуть, а затем бы вернула долг, ибо эта девица ненавидела находиться в долгах кого-либо. Да, что уж скрывать, даже редкие вылазки с другим вором, с которым вертихвостка познакомилась чисто случайно, и когда она попадала впросак, а Гаррет был тут как тут (ну прям принц, йопть) и вытаскивал очаровательный зад из проблем - Эд просто в ответ выручала чем-то вора. Исключительно бизнес, даже если они и старались сменить эту ступень отношений на что-то более близкое и тесное. Нет. И еще раз нет. Никогда у них не выйдет завязать отношения, воровка просто не способна была на это, по крайней мере до знакомства с Барлоу, или точнее говоря до сегодняшнего дня. Задумывается ли она о чем-то серьезном к тому, кого считала эти годы другом? Ну, трудно вообще вот так с ходу ответить. В данный момент она списывала подобное проявление чего-то теплого и нежного в себе на рану, которая кровоточила в боку. Просто у нее бред, небольшая дезориентация и только. Наверное, когда она придет в себя, все ее слова и поведение спишутся на неудачную шутку и все. Хотя... Хотя и Феникс же вел себя сейчас немного иначе. Его поведение и поступки, пусть и старался он держаться как обычно - для Эдди были новым проявлением чувств. Неужели переживал? Переживал как за человека, за кого-то близкого? Это будет загадкой и для нее, и даже для Полночи, которая хоть и была обычной кошкой, зверьком, - смышленее была больше чем порой сама Майерс.
Прозвучавший ответ и сразу же последовавший вопрос о причине постоянного появления воровки на пороге Феникса, заставило немного девушку задуматься. Не только же главной причиной было то, что ей попросту некуда идти. Идти ей было куда, домой например, или даже к Ваасу, даже к Гаррету, Саймону или Джеку. Да у нее было море мест, куда бы вертихвостка могла отправиться, но почему-то всякий раз ноги и тело тянулись именно к Барлоу. Именно о нем возникала первая мысль, стоило бы девушке вляпаться во что-нибудь. Именно с ним ей хотелось проводить больше свободного времени, наблюдать за его работой или просто за тем, что он делает в свободное время. Ей просто хотелось находиться рядом, раз за разом чувство это лишь увеличивалось. Но, Эдди так же знала меру и старалась быть ненавязчивой, тем более с этим мужчиной. Она могла неделями, даже месяцами исчезать из поле зрения его, а потом внезапно появляться, как ни в чем не бывало. И знаете, когда ей приходилось избегать Феникса, что бы в конце концов не надоесть ему, - приходилось туго. Она скучала, действительно скучала, как скучала по своей родной стране. Она еле сдерживалась чтобы лишний раз не заявиться к мужчине и не заселиться к нему на неделю другую. Порой, признаемся честно, Джоанна давала слабину и приходила по ночам к дому Барлоу. Она не заходила к нему в квартиру, даже на его этаж не подымалась - зачем, когда можно понаблюдать за близким другом с соседней крыши дома. Она могла так часами сидеть, и узнай это он, скорее бы счел Эд сумасшедшей, но... Но, что она могла подделать с собой, когда так сильно была привязана к нему? Правильно, ничего не могла. Сердцу ведь не прикажешь. - Ты все, что есть у меня. Вот и все. - Ответила она наконец-то на вопрос Феникса, но с каким-то двойным смыслом. С одной стороны - это могло прозвучать слащаво и ванильно, а с другой - это была чистая ведь правда. Матерь Божья, Эдди снова сказала правду, а не солгала или утаила, как обычно делала. И знаете, плевать, что именно он сейчас мог подумать: влюбилась она или мозги совсем расплавились, но она сделала небольшой шаг и снова открылась. Снова поделилась тем, что было дорого для нее. Черт вас дери, не будь ей Феникс действительно так дорог, а будь это просто горячка какая-то и так далее, она бы не хранила эти гребанные комиксы у себя. Она бы не смотрела на него сейчас с долей иронии какой-то. Ведь своей фразой блондинка буквально взвалила на Барлоу чувство ответственности, что ли. - Ты знаешь, я не могу долго сидеть на одном месте - Монотонно пробубнила в этот раз воровка на фразу мужчины. Ну, да, по ее дурости и глупости рана дала о себе знать вновь, а еще... Еще какая-то подозрительная тень проскользнула во взгляде того, кто был сейчас вплотную к ней. Хмурясь, и внимательно слушая голос Феникса, Эдди заподозрила неладное. Пусть она и была измотана, да и сил осталось только чтобы доползти (буквально) до кровати. - Феникс? - Она вопросительно заглянула снова в глаза Барлоу и ощутила телом неприятное чувство, болезненное прикосновение которое вырывало из груди крик. Майерс резко зажмурила свои глаза и закусила практически до крови нижнюю губу, чувствуя, как подступило сильное головокружение. Если бы не мужчина служащий опорой, она бы сейчас мгновенно рухнула мешком на пол. Ноги ведь подкосило, тело задрожало, а когда она распахнула свои глаза, то с легкостью можно было завидеть стоящие там слезы. Больно. Невыносимо больно, особенно когда Феникс специально еще сильнее надавливал на рану и заставлял буквально воровку кричать. Агония. Муки пробуждающие злость и гнев одновременно. Зародилась даже мысль отпихнуть его от себя. Ударить или схватить ножницы со стола чтобы проткнуть сонную артерию, но Эд хватило лишь на мольбу губами, чтобы Феникс прекратил. Ей не впервой испытывать на себе пытки различного рода, Ваас не слабо постарался в прошлом, когда ломал блондинку, но сейчас... Сейчас отчего то боль казалась другой. Она к Барлоу со всей душой, а он надменно насмехался, - в принципе это в его стиле. - Катись ты к чертву, Феникс Барлоу - Агрессивно прохрипела та еле держась на собственных ногах. Ох, будь у нее сил чуть больше, то точно хотя бы коленом дала промеж ног. - Не волнуйся, умирать к тебе я не приду. - Кинув небрежно фразу, Майерс постаралась отстраниться хотя бы на один шаг назад чтобы облокотиться рукой о край стола. И знаете, отчасти она и сейчас сказала правду. Кошки умирают тихо, молча и в одиночестве, так бы и Эдди поступила. Не сомневайтесь.
Делая передышку и стараясь сфокусировать свой взгляд, когда перед глазами все плыло из-за действий Феникса, Джо замерла лишь на мгновение. Она набирала в себе последние силы чтобы не свалиться, зашить рану и перекантоваться ночь другую чтобы снова уйти. Чтобы снова исчезнуть на неделю или месяц другой. Хотя кого мы дурим с вами? Пусть и причинил он сейчас девушке боль. Пусть заставил ее кричать и действительно рыдать, - чувства-то тепла не собирались пропадать. Они даже не дали намек на то, что воровке это все почудилось. Вашу ж мать, не говорите только, что кошка влюбилась в мифическую птицу. Ноги снова подгибаются в коленях, тело становиться непослушным и обмяклым, вынуждая ирландку быстро поддаться вперед и вновь прижаться к Барлоу. Она поднимает взгляд к его глазам и как-то едва испуганно смотрит. Неужели снова будет издеваться, - пронесется в голове, но вместо этого мужчина улыбнулся и помог девушки сдвинуться с места. Он поддерживал Эдди, старался не торопить ее, а двигаясь медленно в такт воровке доводя до анной. Он помогает ей усесться на край ванной и приносит все необходимое. Он был таким мудаком, и таким милым, одновременно. Беря в свои трясущиеся руки иглу и нить, Эдди кивает на слова Феникса и проводив его взглядом, аккуратно задирает верхнюю одежду. Она закусывает губу, когда осматривает небольшую, но принесшую столько проблем рану, а затем продевает нить в иглу. С первого раза это не выходит, попыток пять ушло на то чтобы маленькая проблемка увенчалась успехом. Затем, более или менее задрав джемпер над своей грудью и размотав перевязку, Майерс потянулась за полотенцем и скомкав один конец в ком, запихнула в рот чтобы не прикусить себе язык и, ну, не сильно заорать, когда игла будет протыкать кожу. Продезинфицировав иголку, воровка делает два глубоких вдоха носом и трясущимися руками протыкает кусочек своей кожи. Боль, очередная, заставляет крику рваться из груди, но полотенце предотвращает его и забирает в себя. Слезы вновь выступили на глазах и в этот раз не заставляли себя долго ждать, а тоненькой струйкой потекли по щекам. А чтобы не позволить себе отключиться, она старалась заставить себя думать о чем-то еще, кроме как об болезненном импульсе расходящемуся по всему телу и затрагивая каждый нерв. Затем еще раз продев игрой кожу, и еще раз, и еще, и всякий момент удерживая вопль в полотенце зажатом во рту. Больно. Утомительно. А еще, хотелось пить. Снова. - Осталось еще немного. Еще чтуть-чуть - Подбадривала ирландка себя в своих мыслях, пока руками в конце-концов не потянулась к ножницам чтобы отрезать нить. Завершив не самое легкое и приятное занятие, она выплевывает полотенце на пол и роняя из рук иголку с ножницами, хватается за край ванной чтобы не упасть. - Феникс - Жалобно, хотя скорее даже слегка наигранно, позвала она натягивая на лицо псевдо-улыбку. - Можешь перебинтовать?

+1

13

Люди – животные. Агрессивные, следующие своим инстинктам. Пытаются держать себя под контролем, но порой срываются и с трудом останавливаются, чтобы не дойти до крайней черты, когда глаза застилает красная пелена и, с ударами в висках, сознание отключается, передавая борозды правления заложенным внутри древним инстинктам, что никуда не уходят с самого появления человека на земле. Тогда брали в руки кусок деревяшки и били по голове, сейчас же все куда изощрённее и более пугающе. Сейчас люди научились одевать на лица маски холодных лжецов и приторно улыбаться, зажимая холодными пальцами острый клинок за спиной. Ожидая, пока человек отвернется и потеряет бдительность. Чтобы накинуться на него зверем и вонзить по самую рукоятку меж ребер, достигая сердца и заставляя то заливаться кровью, которую оно так тщательно качало по организму все годы жизни. Перечеркнуть прошлое и настоящее, стереть возможное будущее. Открывая собственную личину зверя и хищника, агрессия которого удивит даже самых опасных четвероногих.
Не клыкастых и когтистых нужно бояться. А тех, кто умеет держать спину прямо и ходит о двух ногах. Того, что способен держать в руках оружие и, конечно же, умеет пускать его в ход.
Феникс раскрылся, Феникс взвыл. Причиняя девушке боль, специально, держась хладнокровно, но безрассудно, он лишний раз доказал теорию про людей. Только они могут получать удовольствие от криков другого. И Барлоу, слушая вопль блондинки, лишь улыбнулся, слушая, как разливается голос по квартире. Плевать на соседей, что могут забеспокоиться, плевать на ненависть и боль, в глазах Эдди. Зверь, хищник. Самое опасное животное. Пелена тумана перед глазами, легкое помутнение рассудка на пару мгновений. Не обращая внимания на ругань и откровенное непонимание. Хочется сделать только как можно больнее, потому что не слушала, потому что нарушала личное пространство, потому что откровенно ебала мозги и, черт подери, потому что неравнодушен к ней, не смотря на то, что написано чуть ранее.
Оказавшись на кухне в гордом одиночестве, Феникс прикладывает пальцы к вискам и начинает активно массировать их, чтобы вернуть реальность на свое место. Он не осознавал, что делал, правда ведь? Он ведь этого не хотел?
Сплошная чертовщина, — с легким вздохом говорит в стену и разворачивается к ящикам. Опускается на корточки, начинает активно рыться, отодвигая совершенно ненужный хлам. Наконец он находит то, что искал. И сев прямо на пол, Феникс закуривает и притягивает к себе ближайшую кастрюлю, чтобы скидывать туда пепел. Феникс Адам Барлоу практически никогда не курит. Практически – ключевое слово в данном случае. Единственное, что он действительно никогда не делает – это не принимает наркотики. Эдди же, как он предполагал, ими баловалась.
Выпустив дым из легких, почувствовал легкое головокружение и прислонился головой к ножке стола. Закрыл глаза, жалея о том, что, черт подери, не может раствориться в дыму. Не от стыда или горечи, а просто потому что. Переехать в другое место, чтобы начать все с чистого листа, где не будет ни единой души, которая знала его до этого. Как жаль, что все же он привязывается к местам и слишком сильно любит свою работу.
Затяжка за затяжкой, до тех пор, пока первая сигарета, не сменяется другой. Феникс чувствует себя раздавленным и понятия не имеет, что ему делать дальше. А что дальше?... Что будет?
Феникс слышит, как стонет в ванной Эдди. Морщится от этого. Теперь ему это не доставляет никакого удовольствия. Только приносит дрожь в, до сих пор окровавленных, пальцах, сполоснуть которые он забыл.
Сплошная чертовщина, — повторяет он, открывая глаза, под очередной заглушенный вопль старшей Майерс. Вслед за руками дрожь проходит волной по всему телу.
Феникс помнит, как относился к насилию, будучи мальчишкой. Презирал его и ненавидел. Вечно с синяками и ссадинами, побитый ухажерами своей любимой мамочки, пока та лежала под очередной порцией наркотиков. Мужчины же, что приходили, частенько разбрасывали вокруг использованные шприцы. Феникс ненавидит шприцы и уколы.
Я иду, — слыша голос Эдди, он кивает сам себе и поднимается на ноги, откидывая бычок от сигареты в кастрюлю. Оттряхивает ладони, с неким презрением глядя на засохшую кровь. Ненавидит сам себя, или Эдди. Или вообще все вокруг. Чуть пошатываясь, бредет в ванную.
То, что Эдди не выцарапала ему глаза за поступок, что-то значит. Феникс не видит, что девчонка в него давно влюблена. Он не понимает происходящего, оставаясь слепым мудаком. И то, как она зовет его, ожидая помощи. Конечно же, он не откажет. Никогда не откажет. Но все же…
«Беги отсюда, дура», — хочется крикнуть, разрывая собственную глотку.
«Я погублю тебя, я изменю тебя, ты никогда не будешь такой, какой была прежде», — вдогонку, пока она пытается выползти наружу.
Но он опять молчит, лишь с легким сожалением смотрит на побелевшую девушку и чуть выдыхает.
Прости меня за это дерьмо, — бросает невзначай, стараясь быть искренним не как обычно, выражая лишь негатив, а на самом деле. Берет с края ванны упаковки с бинтом, раскрывает его, и начинает аккуратно перевязывать бок блондинки, стараясь причинить как можно меньше боли. Попутно поглядывает в ее глаза, наблюдая за общим состоянием. Будто ждет, что они потемнеют и она потеряет сознание. Готовится в любой момент поймать ее, чтобы не расшибла голову о кафельную плитку.
Пальцами быстро и умело завязывает пару узлов, а потом немного нервно выдыхает. Распрямляется, оглядывает бардак, что тут устроен. К черту его, потом уберет. Когда-нибудь, но точно не сейчас. Сейчас нужно совершенно другое. Осторожно, он помогает девушке подняться и направляет ее в сторону кухни. Аккуратно поддерживая ее, чтобы она не упала и не оступилась. Сажает на стул и почти мгновенно вручает ей стакан с подслащённой водой. Глюкоза, мать его. Она ведь должна помочь? Да? В открытую ладонь кладет таблетку обезболивающего.
Сейчас перекусишь и ляжешь спать, — ей нужно хоть немного восстановить силы, прежде чем она решиться на очередную глупость. Покружив по кухне, он ставит на стол тарелку с салатом и последние сосиски, что едва не разварились, пока он сидел на полу и ударялся в уныние с сигаретой, зажатой меж пальцев.
И, ради всего святого, Эдди, прекрати спорить и сопротивляться. Будь хорошей девочкой. Твои понты только навредят тебе самой. Твой хищный оскал никого не напугает.

+1

14

Примитивность человеческого фактора заключается в том, что во время опасности, он, человек, убегает. Конечно, ведь куда проще сбежать и спрятаться, чем выстоять перед ударом судьбы и принять то, что действительно тебе предназначено. Мы часто совершаем какие-то ошибки, которые влекут за собой эти самые опасности, но, почему-то даже не пытаемся в последующие разы их предотвратить. Почему? Человек так сильно любит балансировать в танце со смертью? Если это так, то мир наполнен сплошными самоубийцами, и Эдди входила в число первых. Потому что трудно объяснить, но если ты хотя бы раз испил из чаши костлявой подруги, то потом уже не сможешь остановиться. Это как наркотик, манит и затягивает тебя глубже и глубже, заставляя полностью погружаться в больной экстаз боли и страха. И ты ведь понимаешь, что рано или поздно удача выскользнет из дрожащих рук, и пуля, или холодный клинок, заставят заплатить тебя сполна. Знаешь, а все равно идешь по запаху дурманящему твой разум и заставляя откинуть здравомыслие в дальний ящик. Зачем оно вообще нужено, когда ты можешь сполна получить адреналин.
Вот видимо и Майерс думала так, когда залезала в тот злосчастный дом и схлопотала пулю в бок. Удача все еще на ее стороне, раз не были задеты жизненно важные органы, но тем не менее, потеря крови играла свое и она едва смогла залатать свою рану, сидя сейчас в ванной Феникса, которому видимо вообще вся эта история пришлась не по нраву. Да кому вообще может понравится такая ситуация, когда к тебе домой заваливает девица с дыркой в боку из которой течет красная жидкость, а из-за твоей слабости к наркотикам, кровь вообще практически не сворачивается. Кажется даже уже и сам Барлоу осознал всю тяжесть этого случая, когда мог собственными глазами заметить на плохое кровообращение "подруги". Пусть Эдди умирать сейчас и не собиралась, но смотреть в глаза человека, который и так многое успел сделать за все эти годы, - не хотелось. Ей элементарно было стыдно. Стыдно впервые за свои долгие годы, и это чувство кажется готово было сожрать вертихвостку со всеми потрохами. Она даже невольно зажмурила глаза, сдавливая немного поврежденный бок, когда до сознания начало доходить, что ирландца только что позвала Феникса на помощь. Она переступила через свою гордость, где пришлось приложить немало сил, и позвала его. Зачем? Чтобы снова получить порцию издевательства или, может, укоризненного взгляда? Одному Дьяволу известно, и была бы возможность, то она бы отмотала сейчас время назад. На пару минут назад. Только не допустить зову вырваться из ее груди. - Черт - Мысленно отразилось в ее голове, когда послышался голос мужчины с кухни.
Убрав ладони с раны, Эдди машинально подняла голову и посмотрела в зеркало над раковиной. Какая же она жалкая и отвратительна. Хотелось даже разбить свое отражение, только бы больше не сталкиваться там с близнецами карих глаз. Дотянувшись до крана, блондинка включила прохладную воду и, зачерпав ее в ладони согнутые "лодочкой", умылась. Пытаясь не терять сознание, не давать забвению забрать ее прямо сейчас, Майерс медленно подымает взгляд и сталкивается со взглядом Феникса. Какое-то неприятное чувство проснулось внутри, кажется опять ощущается стыд. - И ты меня прости - Спокойно отвечает она и снова прижимает слегка ладони к боку. Больно. Невыносимо больно, и хочется кричать от этого жгучего чувства. Хочется послать весь мир на три веселые буквы. Хочется попросить Барлоу облегчить ей участь, но он не убийца. Как бы он не орал и не говорил о своей ненависти; сколько бы не причинял боли ей, - он не убийца. Он не сможет взять в руки нож и сделать надрез, а вот Эдди могла. Эдди умела это лучше всего, потому что приходилось. Потому что живешь по принципу: либо тебя грохнут - либо ты грохнешь. Воровка просто выбирала самый логичный и легкий путь, пусть и не самый чистый.
Выпрямившись и замерев, блондинка закусывает свою нижнюю губу и старается делать как меньше вздохов, пока Феникс занимается перевязкой. Первый лоскут лег и по телу прошел новый неприятный импульс, заставляя лицо исказиться в гримасе боли; затем пошел второй лоскут, и мужчина хоть старался делать все аккуратно, - тело ирландки продолжало посылать эти отвратительные ощущения. - Если бы не пушка этого старого идиота, хм, я бы ему все кишки бы наружу вывернула бы - Стиснув зубы, процедила неразборчиво та и снова поморщилась. Внезапно начало мутить и кружиться голова, казалось, что еще немного и она либо свалиться прям тут, либо ее вывернет прямо на Барлоу. Уж лучше пусть будет первый вариант. Последний лоскут ложиться на кожу и его уже почти не ощущаешь своим телом, а после Феникс помогает Эдди встать. Ноги едва подкосили, что заставило ее крепче вцепиться в мужчину тонкими и ослабшими пальцами. Ее глаза сталкиваются с его взглядом и от помутнения рассудка в очередной раз, Майерс расплывается в сладкой улыбке. Если бы не произошедшая история, то возможно она бы смогла списать этот момент на романтику. Черт, да какая к черту романтика? Джо ведь даже понятия не имела, что это значит. Она элементарно не знала о любви, потому что когда-то, много лет назад, закрылась от подобных чувств. - Ты такой красивый, Феникс - Слабо пролепетала девушка и медленно передвигая своими ногами, они наконец-то добрались до кухне, где Барлоу помог ей сесть за стол.
Сложив перед собой руки и положив на них голову, вертихвостка, с неизвестным ей чувством, начала наблюдать за действиями Феникса. Вот он подошел к мойке и набрал в стакан воды. Вот он подсластил ее и поставил стакан перед ней. Эдди даже не могла заметить, как все делалось быстро, впопыхах, потому что время перед глазами заметно замедлилось. Чуть приподняв голову и подтянув стакан к себе, жадно начала пить. Господи, как же хорошо от воды становилось, даже вроде бы начинаешь трезво мыслить. Но, оставив половину, блондинка отодвинула от себя "посуду" и снова положила голову на свои руки. - Хорошо-хорошо, сделаю все, что ты скажешь - И ведь действительно, спорить сейчас просто не было сил и желания. И, пока мужчина занимался готовкой, Майерс невольно закрыла глаза. Точнее, веки сами медленно опустились и лишь изредка открывая их, она поглядывала на сидящего на полу "спасителя". Хм, а ведь действительно, сейчас это клеймо можно было присвоить тому, кто так раздражал ирландцу и, пожалуй, одновременно восхищал. Наверно такие чувства испытывают влюбленные, да? Когда ты разрываешься между двух огней, и вроде бы ненавидишь человека, а вроде бы любишь. Кажется Эдди начинала осознавать свою нездоровую привязанность к Барлоу, ха, и для этого потребовалась всего лишь одна пуля. Забавно. - Феникс - Слабо позвала она чуть приподнимая голову и пристально глядя на него сверху-вниз - Правда, прости за все это. - Ее бровки слегка нахмурились - Ты единственный к кому я могу придти - Мысленно закончила та, после чего мужчина встал и поставил перед ее носом тарелку с пищей. Вкусный и дурманящий запах начал дразнить нос, заставляя полностью переключить на еду свое внимание. Взяв с боку от себя вилку, едва зажимая пальцы, воровка пододвигает тарелку ближе к себе и протыкает зубчиками несчастную сосиску. Из желудка сразу раздалась торжественная музыка, а помутнение еще больше взыграло и вот попытайся понять, то ли тебе следует поесть, то ли это все окажется через какие-то минуты-часы снаружи. В итоге, подобная борьба со своим организмом закончилась парочкой сосисок и немного салату сверху, после чего Джо отодвинула от себя тарелку и склонила голову набок. Казалось, что боль наконец-то в боку унялась, и если бы не нахлынувшая сонливость, она бы наверно станцевала бы. Ну, образно говоря.
Отодвинувшись на стуле и упираясь руками в стол, направляя в них остатки своей силы, Майерс привстает немного и кивает Фениксу, что готова отправиться на боковую. Он молча подходит к ней и позволив снова стать опорой, помогает выйти из-за стола. Кажется, этот день Барлоу запомнит на всю свою жизнь, отчего-то так сейчас показалось блондинке, и эта перспектива отнюдь не радовала ее. Кое-как опять передвигая ногами, практически уже засыпая на ходу, они добираются до спальни и Феникс помогает Эдди лечь на постель. Как только голова почувствовала мягкую подушку, а тело приняло горизонтальное положение, воровка сумела полностью расслабиться. Закусывая свою нижнюю губу, и пока Барлоу не отошел и не выпрямился, она провела кончиками пальцев по его щеке и закрыла глаза. Удивительно, но впервые в жизни сон подкатил так быстро и резко, что ей даже не потребовалось и получаса на попытку отдаться в объятья Морфея.

+1

15

Если бы Фениксу сказали, что он может прожить жизнь иначе, что-то изменить, то он оставит всё на своих местах. Может, поменяет родителей, потребовав кого-нибудь более ответственного, но во всём остальном он будет также двигаться в одном и том же направлении. Будет жить в Сакраменто, к которому успел привыкнуть, в небольшой квартирке и создавать комиксы.
Если бы у Феникса был шанс убрать из своей жизни занозу Эдди, то он не сделал бы этого. И не потому что что-то к ней может испытывать, а потому что она помогает ему понять, что всё идёт именно так, как это необходимо.
Барлоу знает много людей, которые хотели бы стать совершенно другими. Сменить работу, цвет волос или полностью облик. Говорить другим голосом, уметь петь или поменьше попадать в неприятности. Кто-то жалеет о том, что не смог осуществить свои мечты. Что до Адама, то он полностью удовлетворён.
Но, если бы можно подумать над тем, чего никогда не будет, то Феникс хотел бы стать супер-героем. Не пожарным или рабочим больницы, а тем, кого априори не существует. Со сверхспособностями и громким именем, от которого трепещут все городские злодеи. Тем, из-за которого в городе станет намного спокойнее. Или интереснее. Или уж точно не так, как сейчас. Если бы у Феникса были способности, то он не хотел бы писать комиксы. Он хотел бы, чтобы про него писали комиксы. Или крупные статьи в газетах, на всю первую полосу, с фотографией, на которой не видно его лица и с огромным знаком вопроса: «Кто же этот герой в маске?»
Или больше: «Кто же этот герой в маске?»..
В мире, где он мог быть супер-героем, Эдди бы тоже была. И точно также она приходила бы к нему со своими ранами, огрызаясь и кусаясь.
Суть в том, что кем бы Феникс ни был, Эдди всё равно остаётся неотъемлемой частью его жизни – он не то, что в тюрьму её запихнуть не может, он даже за дверь её не выставляет.
Привык.
Иди к чёрту, Эдди Майерс. Ты губишь свою жизнь, так зачем ты цепляешься за другого человека, собираясь утянуть за собой? Какие у тебя ценности? Какое дерьмо затаилось в твоей светловолой голове?
Сейчас не остаётся ничего другого, кроме как смотреть на то, как она возиться с тарелкой. Вдумчиво поглядывать, стоя, облокотившись на плиту и не роняя ни звука. Феникс чувствует усталость в своём теле и голове. Будто он не спал несколько суток и всё это время сидел за какой-нибудь неприятной бумажной работой. Голова идёт кругом, соображать крайне тяжело. Она выводит его из себя и выбивает почву из под ног. Раз за разом, всё идёт по одному сценарию. И ему это уже давно надоело. Интересно только, станет ли сегодняшнее последней каплей? Ни на одну её фразу не хотелось отвечать. Не хотелось даже элементарно реагировать на это. Феникс лишь кивает, когда она просит у него прощения, он ведь знает, что это пустые слова и она так и будет продолжать разрушать совершенно всё, к чему только прикоснётся её тонкая рука.
Сколько раз она уже дотрагивалась до него? Когда же заводной механизм сломается и его разорвёт на части? Почему-то сейчас кажется, что это случиться слишком скоро. Его определённо заносит совершенно не в ту сторону.
«Я не хочу иметь с тобой ничего общего», — так и хочется сказать, но Феникс замечает заусенец возле ногтя, который сразу же прикусывает зубами, лишь бы не говорить ей слов, которые застряли в его голове. Пожалуй, этот момент станет едва ли ни единственным, когда он предпочёл не говорить, а промолчать.
Отбросить, выкинуть её из головы, лишь бы она больше никогда не возвращалась. Чтобы он не видел в дверях её силуэт и не понимал заранее о том, что она пробралась к нему в квартиру, пока он отходил в магазин. Глупые игры, которые в конце концов ни к чему хорошему не приведут. Они уже не дети, хоть и застряли в каком-то непонятном промежутке времени и, возможно, в другой вселенной. Феникс поднимает глаза на окно и пытается разглядеть на улице хоть какие-то изменения. Небольшую деталь, которая даст ему понять, что он уже не там, где был.
Эдди Майерс доведёт его до сумасшествия. Заканчивать свои дни в психиатрической клинике – не то, к чему он будет с жадностью стремиться.
Ему не нужно, когда все висит на волоске и может в любую минуту порваться. Ему не нужно, чтобы она бросала слов про убийства людей и уж тем более, чтобы она эти убийства совершала. Если она придёт к нему через пару недель и скажет, что разрешила проблему с тем «старым идиотом», то он больше никогда не заглянет в её глаза.
Если он так критично относится к её стилю жизни, то какого чёрта она к нему привязалась? Что она хочет получить от него помимо всех тех ёбаных нервов, которые она вила из него верёвками. И кажется, что внутри него уже давно всё пусто. Он в этом удостоверился недавно, когда не дрогнул ни единый мускул на его лице.
Нечего уже забирать, Эдди. Так оставь всё как есть и просто уходи.
От собственных размышлений, его отвлекает блондинка, пытающаяся встать из-за стола. Феникс резко поворачивается к ней и, убедившись в том, что слух  его не обманул, подходит к ней и позволяет опереться на себя. Мягко приобнимает, не забывая про перевязанную рану, и ведет с кухни. Дорога сейчас кажется слишком долгой, хотя он знает точное количество шагов до спальни. Кажется, будто время замедлило свой ход. Майерс кажется в руках такой хрупкой, что он беспокоится о том, как бы она не исчезла, просочившись сквозь пальцы. Кожей, он чувствует дрожь в её теле.
Феникс надеется на то, что она действительно послушает его и не будет совершать опрометчивых поступков, подпитывая собственную гордость. Он надеется на то, что до неё дошло – ему наплевать на её вздёрнутый нос.
Добравшись до спальни, он укладывает хрупкую девушку на кровать и осторожно накрывает её одеялом, искоса поглядывая на бинт. Не открылось ли кровотечение? Не сползла ли повязка? Он не признаётся себе в том, что дико за неё переживает. Хочется уйти сразу же, как только голова Эдди касается подушки, но пальцы арлекины касаются его щеки и, кажется, внутри что-то щёлкнуло.
Феникс Адам Барлоу, вы случаем не сломались?
Он смотрит на черты лица Эдди, её закрытые веки и не решается даже снова начать дышать. Пальцы Эдди проходят по его скуле и опускаются на одеяло. Не смотря на её усталость и побитый вид, он невольно любуется ею, присаживаясь рядом. Осторожным движением, он убирает пряди с её лица, задерживает пальцы на лбу, чтобы ощутить его напрягающий холод.
Феникс надеется на то, что ей станет гораздо лучше в ближайшее время, не потому что ему надоело с ней возиться, а потому что он попросту не знает, что делать в ином случае. Не везти же её в больницу, верно?
Усталость снова даёт о себе знать. Феникс вымотан эмоционально, просто выпотрошен. У него нет ни сил, ни желания, куда-то идти. Поэтому он ложится рядом с Эдди и аккуратно берёт её руку в свою и закрывает глаза.
И сейчас, именно сейчас, он осознаёт, что не хочет от неё избавляться. Есть и второй выход – постараться изменить её жизнь. Он чувствует, что готов приложить к этому все усилия. Ведь Эдди должна быть в его жизни не смотря на вселенную.
Он не знает, что и этого выйдет. Но должно получиться, если Эдди сама этого захочет. Если нет, то и…

+1

16

Есть хоть какая-либо возможность отбросить прожитые годы назад, вычеркнуть их из своих воспоминаний, и просто зажить заново с чистого листа? Этот вопрос наверняка задают себе многие, кто оказался на самом дне и пытается найти выход из лабиринта, глядя на небольшой просвет где-то высоко над головой. Этот вопрос мучает тех, кто оглядываясь назад замечал во что превратилось их пустое существование. Этот вопрос мучил и Эдди, которая всякий раз при взгляде в зеркало отворачивалась, потому что ощущала неприятную нотку отвращения к тому, кем она в итоге стала. Слишком поздно - подумает она в очередной раз, когда начнет задумываться о хорошем будущем. Слишком поздно пытаться что-то поменять, потому что многое уже просто невозможно было стереть, как из памяти, так и из собственной жизни. Слишком поздно убегать от себя, потому что рано или поздно внутренний демон догонит и утащит за собой. Потому она смиренно сидела на одном месте и ждала, когда эта бездна засосет в свой водоворот и закроет за собой последний проблеск света. Блондинка просто молча наблюдала за тем, как ее жизнь катится под откос, прямиком к рогатому черту под хвост. Ненавидела себя. Ненавидела все, что окружало и связывало с той жизнью, которой ей приходилось жить. И винить в подобном могла воровка лишь себя, а не сестру, знакомых, босса или кого-либо еще. Она сдалась. Перестала предпринимать любые попытки выбраться из трясины утягивающий все глубже и глубже. Перестала бороться. Хотя, изначально прибыв в новую страну, девушка настроена была решительно. Она твердила себе, что бросит воровское дело, бросит наркотики, бросит убийства и многое другое. Клялась себе, что найдет выход и найдет способ, чтобы помочь своей младшей сестре. Но, в конце концов пошло что-то не так. Все обещания превратились в прах, а мечты так и остались несбыточными мечтами до момента, пока ирландка не встретила одного человека. Она даже и подумать не могла, что именно Феникс Барлоу станет ее спасательным кругом; что только он сможет вытащить вертихвостку из всего этого дерьма, в которое она так охотно вляпалась когда-то. И именно подобные мысли грели Майерс внутри, когда взгляд соприкасался со взглядом мужчины. Именно эти мысли вызывали желание снова вспомнить о своих клятвах и обещаниях, когда его руки прикасались к ее телу. Именно мысли о Фениксе пробуждали внутри Джо жажду начать бороться дальше, и, кажется, сейчас эта идея снова зажглась с новыми силами в белобрысой голове. Она даже невольно улыбнулась едва заметной улыбкой, когда проваливалась все глубже и глубже в царство Морфея.

Снова этот похожий на предыдущий - сон, не имеющий никаких ярких и насыщенных красок. Снова все в черно-белых тонах, и пульсирующая боль в реальном времени передается в дикую агонию в мире иллюзий и царстве сновидений. В который раз находишься в лабиринте из которого не существует выхода. В который раз ощущаешь, как темнота сзади начинает медленно подступать, и ты срываешься с места, потому что боишься. Боишься, что эта неизвестность сотрет тебя к чертям собачьим, как стирала позади тебя другой конец этого лабиринта. Бежишь без оглядки, потому что нет времени на остановку. Нет времени перевести дух. Тьма все ближе и ближе. Она готова вот-вот накрыть тебя своим одеялом и утащить куда-то. Тебе попадается по дороге дверь, и ты интуитивно забегаешь туда, потому что надеешься и веришь на какое-то спасение и чудо. Но вместо этого сталкиваешься нос к носу со своими воспоминаниями из прошлого. Смотришь со стороны, как пятилетняя девочка прячет свою маленькую сестру в подвале родительского дома, в груде грязного белья, а сама тем временем снует на небольшой площади рынка и выискивает чтобы поесть, потому что мать опять забыла приготовить ужин. Она всегда забывала о нем, и о том, что у нее есть две маленькие дочери. Но Эдди не хочет видеть это воспоминание. Не хочет снова возвращаться назад, потому что знает чем все это в конце концов закончится. Она вернется домой, где пьяный отец в очередной раз скандалит с матерью, которая неаккуратно держала на руках малышку Ви. Потому ирландка выбегает из первой комнаты обратно в коридор лабиринта и бежит дальше. Раньше не было дверей. Раньше не было всех этих воспоминаний, и только этим отличался данный сон от предыдущих.
Эдди сворачивает где-то на очередном углу и натыкается на тупик, где единственным выходом служила еще одна дверь. Блондинка знает, что ничего хорошего ее там не ждет, но она все равно открывает ее и заходит внутрь комнаты, потому что только так можно было пробраться вперед. Только так можно было оторваться от наступающей темноты. Но вместо того, что бы двинуться вперед - девушка замирает, так как видит то, что старалась забыть все это долгие годы. На стуле привязан человек. Он что-то пытается объяснить, или он угрожал - этого воровка уже не помнит. Воспоминание словно было искажено. Слова едва долетали до ее слуха. Они неразборчивы и непонятны, а время будто бы замерло на короткий миг. Затем раздается оглушающий звук выстрела, отчего Майерс хватается за голову и едва приседает в коленях, закрывая свои глаза. Она не хочет снова переживать это все. Она не хочет возвращаться назад, ведь именно этот самый момент и сломал ее окончательно. Хочется закричать, даже, возможно, заплакать от своей безысходности, но внезапно доноситься чей-то голос. Он зовет ее. Просто по имени. Привлекает к себе внимание и ирландка медленно выпрямляется. Такой знакомый. Такой чистый. Но откуда он? Это заставляет Эд набраться сил и обойти свое воспоминание, чтобы добраться до выхода. И, снова коридоры лабиринта, но, в этот раз она не одна. Ее вел чей-то голос, который подсказывал где и куда нужно было свернуть. Усталость. Темнота снова нагоняла с большей скоростью, словно боялась отпустить воровку из этого кошмара. Затем впереди свет, точнее туман, который словно излучал собой проблеск на спасение. Что это, мать вашу? И опять этот голос, он говорит бежать и не останавливаться. Этот голос хочет, чтобы Майерс двигалась прямо в направлении на непонятную субстанцию впереди, и она послушно подчиняется указаниям. Она просто хочет спастись и выбраться отсюда. И, чем ближе девушка приближалась, тем отчетливее стал виднеться чей-то силуэт. Он протянул руку, и Джо спотыкаясь, хватается за нее...
Открыв глаза, чувствуя, как кто-то прижимает к себе и спокойным голосом заверяет, что кошмар остался позади, Эдди осознает, что оказалась в неизвестном и непонятном месте. Она поднимает голову и взгляд, немного щурясь от яркого освещения, замечает, что перед ней стоял никто иной, как сам Барлоу. Сжимая свои пальцы на его рубашки, лицо Майерс меняется в удивление и некую радость, после чего она утыкается своим носиком в грудь мужчины, и благодарит его.

Проснувшись и приоткрыв глаза, по-прежнему чувствуя усталость во всем теле и, собственно говоря, во всем организме, воровка замечает перед собой спящего Феникса. Его рука аккуратно сжимала ее руку, что вновь вызвало едва заметную теплую улыбку. Он остался. Он был рядом с ней сейчас, а не бросил тут одну и ушел куда глаза глядя. Карим взглядом блуждая по родным и знакомым чертам лица, Майерс поддалась чуточку вперед и прикоснулась губами к кончику носа мужчина. - Я хочу, чтобы ты помог мне измениться. Хочу, чтобы ты был рядом - Шепотом сама себе проговорила она, глядя на безмятежный лик Барлоу, который казался сейчас еще более привлекательнее, чем обычно. Вообще странно, Эд где-то уже недели две ловила себя на мысли, что рядом с этим человеком ощущает себя как-то, хм, немного по-другому. С ним было спокойно на душе, уютно, и можно было действительно забыть о том дерьме, которое следовало за ирландкой по пятам. Так может возможно отбросить прожитые годы назад и зажить с чистого листа. С листа, где была бы она и мужчина, завладевший сейчас все мысли. Неужели это и называется тем чувством, которое именуют любовь? Неужели вертихвостка наконец-то понял, что испытывает к Фениксу нечто большее, чем просто привязанность и дружбу. Она его любит? - Да, Феникс Барлоу, мне кажется, я люблю тебя - Ответила она на своей же вопрос в своей голове и придвинувшись еще ближе, обнимает его и утыкается лбом в грудь.
Кажется... Полюбила... Открылась наконец-то для этого чувства, и нашла того, кто смог бы подарить ей то будущее о котором девушка мечтает. Возможно, несбыточные мечты в итоге сбудутся, а?

+1

17

Вы пришли продолжить наш сеанс?
Нет, я просто сплю, — Феникс кладёт ногу на ногу и втягивает в лёгкие дым от сигареты, которая появилась таким же странным образом, как и всё, что здесь было, — это начальная точка, скоро всё поменяется.
Девушка-психолог, из его головы, та самая блондинка, которая поправляет очки на переносице слишком часто, согласно кивает и делает очередную пометку в своём блокноте. Иногда Адаму кажется, будто она там играет сама с собой в «крестики-нолики» или в «балду», слишком уж размашисто и без особо порядка её писанина. Сверху страницы, снизу страницы. Будто хочет продырявить лист и попасть на небо.
Феникс молча докуривает сигарету и немного удивлён, потому что к моменту откидывания бычка в сторону, психолог всё так же смотрит на него, как и пару минут назад. Феникс хмурится, чуть потрясывая ступнёй в воздухе.
И где? — интересуется он, не выдержав. Глаза психолога становятся круглее. Она делает очередную заметку, не опуская взгляда на лист бумаги.
Где что? — осторожно говорит, будто боится, что он сейчас сорвётся и бросится на неё. Но Феникс замирает на месте, совсем опешив.
Ну, где она? Она должна была появиться, — он слегка жестикулирует руками и покачивает головой. В такт, блондинка повторяет за ним, — меньше всего, мне хочется сейчас сидеть вместе с тобой, прости.
Феникс поднимается на ноги, делает пару уверенных шагов и отодвигает стену, будто та является самой обычной дверью.
Феникс, ты уверен?.. — но Адам не даёт ей договорить щелчком пальцев, который вставил в рот блондинки карамель на палочке. Ещё пара шагов вперёд по безмерному пустующему пространству и стена за его спиной закрывается. Прямо как самая обыкновенная дверь. 
Феникс Адам Барлоу закрывает глаза, а когда открывает их, то уже находится в большой спальне. Он не знает чья она. Просто она есть.
Ты же знаешь, что я могу следить за всеми твоими продвижениями для изучения, анализа и выдвижения диагноза? — под потолком появляются дианмики. Феникс раздражительно смотрит на них и показывает средний палец предполагаемому психологу. И на кой хрен она ему вообще сдалась?
Не груби, Барлоу. Подумай сейчас о том, что тебе хочется больше всего.
В итоге в своём сне свободен не он, и вынужден делать то, что ему скажет... его подсознание?.. 
Феникс послушно закрывает глаза и чуть приподнимает руки, выдыхает и начинает обратный отсчёт.
Три. Его нос начинает щекотать приятный молочный запах, к которому чуть погодя присоединяется лёгкий ветер, будто из открытого окна.
Два. Лёгкий шёпот, произносящий его имя, проносится призраком рядом, едва ли не заставляя его открыть глаза и посмотреть, но он держится и делает это уверенно, так как знает о последствиях своей провинности.
Один. Его руки дотрагиваются до чьей-то кожи, невольно ползут вверх, дотрагиваясь подушечками до грудей, до ключиц, до плеч.
Ноль. Барлоу открывает глаза, хмурясь, ибо он знает, кто будет перед ним.
Эдди Джонна Майерс. Собственной персоной.
Девушка поднимает ладонь и кладёт ему на грудь, слегка отталкивая от себя. Но Феникс не сдаётся, не позволяет ей легко развернуться и унестись в другое место. Слегка настойчиво, он продолжает сжимать её за плечи, заглядывая в глаза. Не шутка ли это? Не издевательство?
Что-то не так? — в голосе психолога слышно ликование. Феникс готов поклясться, что слышит, как она слегка ведёт ручкой по белому листу бумаги своего блокнота, — продолжим.
А что продолжим? Что, блять, продолжим? Почему он даже спать нормально не может? Почему необходимо во всё это вмешиваться. И ради чего?
Ты такой красивый, Феникс, — говорит Эдди фразу, которую он столько недавно слышал от неё. Блондинка уже не вырывается, не хочет унестись. Пальцами касается до его щеки, улыбается и чуть прикрывает глаза, начиная двигаться ближе к нему, сокращая расстояние между их лицами, — Побудь со мной... — слышит он словно отовсюду, — Просто с тобой я в безопасности, и... — она касается его губ своими в поцелуе, а потом начинает терять форму, превращаясь в туман. Ветром из окна, она развеивается в стороны, — Да, Феникс Барлоу, мне кажется, я люблю тебя.
Феникс закрыл глаза. Психолог что-то черканула в своей бумажке.
Феникс открыл глаза. Вокруг него был тёмный лес. Постепенно, с ударами сердца, мир начал наполняться присущими ему звуками. Где-то вдали сова, шурша крыльями, вылетела на охоту.
Они такие красивые, — Барлоу поднял голову вверх и увидел Эдди, сидящую на ветке дерева. Она покачивала ногой по воздуху, а к груди что-то прижимала. Когда она поняла, что Феникс на неё смотрит, она убрала ладони от груди и нечто в её руках заиграло яркими цветами. Девушка чуть повела пальцами и один из небольших предметов, всё также подсвечиваясь, выпал и упал перед ногами Феникса.
«Монетка», — понял он, наклонившись и подняв её. Покрутил между пальцами и выдохнул.
Мне нужно больше, мне нужно ещё, — заговорчески начала Эдди, уронив ещё одну из своих драгоценностей. На этот раз это был изумруд.
Я краду только для того, чтобы выжить, ты разве не понимаешь? — Феникс качает головой из стороны в сторону. Нет, он не понимает.
Эдди, почему же ты всегда говоришь, что ты давно не ела? — он подкидывает изумруд обратно ей, — почему же ты разбита и часто несчастна? Из-за сестры? Не ври мне, Эдди. Ты сама копаешь себе могилу.
Феникс мгновенно становится зол. Не смотря на всю свою хрупкость и лёгкость, Эдди впивается в него взглядом коршуна, готовая в любой момент спрыгнуть и разорвать его.
Барлоу, ты мыслишь слишком аналитически. Прекрати везде искать формулы, — раздаётся голос психолога из ближайшего дупла. Чтоб её.
Я просто трезво размышляю, — выдавливает из себя, сжав губы в тонкую линию.
Тогда спрашивай наяву, а не во сне, Барлоу, — чиркает на листке, — будь смелым, прекрати думать и действуй, если хочешь что-то узнать.
Иди нахуй.
Барлоу..?
Она никогда не поменяется. Никогда не перестанет быть настолько эгоцентричной, прикрываясь за другими людьми...
Барлоу..?
Феникс открывает глаза. Прямо перед ним стоит Эдди. Откинув всё блестящие камни и монеты, она тянется к нему и, обняв, шепчет на самое ухо, обдавая его кожу жаром:
Я хочу, чтобы ты помог мне измениться. Хочу, чтобы ты был рядом...

Жаль, что практически все сны забываются к моменту пробуждения. И этот лишь отчасти стал исключением. Феникс проснулся легко, будто и не спал вовсе. Привык к свету в комнате, оглядев свой потолок и проморгавшись. Сжал чуть сильнее ладонь Эдди пальцами, а потом повернул к ней своё лицо.
По ней было видно, что девушка не спала уже некоторое время. Феникс чуть улыбнулся, не отпуская её пальцы из своей рук не отпуская её пальцы из своей руки, а потом коснулся другой ладонью до её лба. Тёплый, без испарины. Оно и лучше.
Улыбка Феникса стала ещё шире.
Как себя чувствуешь? — интересуется Адам, не спеша вылезать из постели, — сильно бок болит?
Сейчас почему-то хочется обнять Эдди и прижать к себе. Хочется коснуться губами её щеки и не отпускать. Но он знает, что в таком случае сделает ей больно, а причинять сейчас боль он не хотел.

+1

18

Наше сознание тонкое, как стекло и если правильно нажать на него, то оно неимоверно разобьется на мелкие осколки, которые очень трудно будет склеить обратно. Вообще, возможно ли собрать все воедино и есть ли в этом смысл? Ведь, как правило, сломавшись раз - имеешь возможность сломаться и во второй раз, закон человеческой психики - это Эдди уже успела частично осознать, вычитывая научные термины и статьи из различных книг/журналов по психологии. Сама воровка не особо интересуется построением человеческого мозга, да и вряд ли бы она взялась читать подобные книги если бы не младшая сестра, которой выпала доля полностью погрузиться в несуществующий мир. Чтобы, хоть как-то понимать о чем думала Винни, что ею двигало совершать те или иные поступки - Майерс пришлось всерьез взяться за обучение и развитие своего внутреннего потенциала. И, так складывалась сейчас жизнь блондинки, что она невольно начинала ловить себя на мыслях, а не сможет ли она в конце концов пойти извилистой тропой и попрощаться со своим рассудком, которому и так далеко до здорового. Это пугало и вводило в некого отчаянье. Ей хотелось кричать, чтобы остатки сознания держались и не давали трещину, и чтобы как-то суметь не подвергнуться влиянию со стороны потаенных демонов Джоанны внутри головы - она хваталась за Феникса, как за глоток свежего воздуха. Он был не просто ее другом - он был ее спасителем от грани между нормальностью и погружением в бездну хаоса и безумия. Спасибо за это, Феникс Барлоу. Спасибо, что ты всегда в нужную минуту оказываешься рядом и вытягиваешь из этих зыбучих песков в которые вертихвостка так охотно вляпывается. Нет, серьезно, Эдди словно нравилось балансировать на этой тонкой веревке, натянутой через огромный обрыв. Она будто бы проверяла себя насколько же в итоге хватит ее, когда в один прекрасный момент шарики заедут за ролики. Она наблюдала за собой в зеркале и с каждым утром видела все новую и новую Эдди Джоанну Майерс, а от лишней дозы, которую ей благополучно предоставляет Ваас или Джек - отображение становится размытым и неясным. Что она делала с собой? Зачем она втаптывала себя в такую глубокую яму, одному дьяволу известно, наверно. И потому неудивительно, что блондинка с такой страстью хотела попытаться начать свою жизнь заново. Ирландка знала, если все продолжится в этом же темпе и с таким же разворотом, то рано или поздно Феникс вовсе не узнает ее, а скорее просто отвесит сильный пинок под зад, когда воровка заявиться на порог его квартиры. Грустно. Печально от наблюдения со стороны, но такова была реальность. Реальность имени Эдди, которая больше похожа на постоянный ад крутящийся подобно карусели. Взад-вперед.
И пока, не самые яркие мысли крутятся в светловолосой голове, воровка наблюдает за безмятежным сном человека, который сейчас являлся для нее номером один в мире, даже вселенной. Банально звучит, да? Но, когда ты влюбляешься, осознаешь этот простой и одновременно сложный факт, то прежние страхи о безумии становятся намного сильнее. Сильнее потому, что ты начинаешь судорожно бояться, что из-за своей слабости потеряешь дорогого и близкого тебе человека. Феникс - это не просто имя, не просто какой-то мужчина с соседней улицы, который классно рисует и пишет комиксы, - Феникс это твой маленький мир, ангел-хранитель, которого ты по существу даже не заслуживаешь. Нахмурив свои брови и едва касаясь указательным пальчиком кончика носа молодого человека, вертихвостка сдавленно улыбнулась и попыталась сделать как можно менее болезненный вдох. Бок перестал ныть с такой жуткой силой, как это было ранее. Кажется боль действительно постепенно начинала отступать, и в любой другой день, и при любых других обстоятельствах, Джо снова ушла по-английски. Это было бы разумным, показалось бы ей, но нет. Это было чертовски глупо и она бы в очередной раз доказала насколько большой идиоткой является. Поэтому лишь снова вдохнув и пытаясь расслабить каждую мышцу своего тела, Майерс обнаруживает в своей голове желание, что хочет поцеловать Барлоу, пока он спит и ничего не заподозрит. Нет, конечно они не раз целовались, даже не плохо проводили время в постели, но то был просто секс, без обязательств, а сейчас внутри ирландки треплется влюбленность. - Ты же не дашь мне сойти с ума и утонуть в этой грязи хаоса, который окружает меня каждый день? - Мысленно задается она вопросом, продолжая наблюдать за просыпающимся мужчиной. Ей почему-то казалось, что в таком состоянии и виде он, Феникс, мог с легкостью читать мысли своей гостьи. Столкнувшись наконец-то взглядами, воровка невольно улыбнулась и поджала губы, в ответ сжимая руку. - Немного лучше - Честно призналась та и начала водить указательным пальцем свободной руки по плечу Барлоу. Ей правда было немного лучше, хотя, конечно, замечательно было бы если остатки боли вообще сошли на нет. Мечты-мечты, сама виновата, что полезла в тот дом к тому чокнутому ублюдку. - Когда делаю резкие движения или пытаюсь перевернуться, ну, еще немного трудно делать глубокий вдох или выдох - Снова честно призналась Эд и опустила взгляд. Она никогда ненавидела выставлять себя слабым человеком, пусть она и женщина, но перед Фениксом ей даже нравилось играть эту роль беззащитной и хрупкой девочки. - Мне приснился один сон, точнее как всегда - он был больше похож на кошмар -Тихим голосом заговорила ирландка и закусила свою губу, продолжая раз за разом выводить какой-то причудливый узор на плече мужчины, спускаясь вдоль по руки. - Это был мой личный лабиринт, со всеми моими воспоминаниями, событиями и так далее, которые и привили меня к настоящей мне. Но - Подняв наконец взгляд на Барлоу, чувствуя внутри себя неловкость и как ее щеки словно полыхнули пламенем - Там был ты, Феникс. В самом конце лабиринта, где обычно находился тупик. Сплошная стена без вариантов пройти сквозь нее. Твой голос вел к ней, а потом... Феникс, мне кажется, что ты мой ключик к спасению. - Чуть скривив лицо в виноватой гримасе, блондинка перевела плавно взгляд на потолок - Я не хочу тебя обременять какой-то там ответственностью, но мне кажется, что благодаря тебе я смогу жить по-иному. Ты веришь мне?

0

19

[в архив]: нет игры месяц

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » i was lost without you