Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » хитрость есть оружие слабого и ум слепого


хитрость есть оружие слабого и ум слепого

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Участники: Даниэль Блэкберн, Бетани Макдауэлл
Место: место содержания заключенных - > по ходу действия
Время: вторая половина сентября 2014 года
Погодные условия: благоприятные
О флештайме: каждый из них преследовал свою цель; слепо верил, что их дороги разойдутся уже за следующим поворотом и каждый из них пойдёт по своей, с гордо поднятой головой; никто даже понятия не имел, чем может закончиться несостоявшаяся кража и манящее желание подставить.

Отредактировано Bethanie McDowell (2014-10-17 05:21:23)

+1

2


LOOK AT ME


Я все думаю и думаю, делаю перерыв, как - то отвлекаюсь, а, после, думаю вновь и вновь и не могу забыть. Я чувствую невероятную эйфорию, вкус маленькой, но столь значительной победы горит на моих устах. Легкая, невесомая дымка вновь надо мной, развивается, словно невидимым флагом. Почему мне не жаль её?! Где моя совесть, черт возьми?! Неужели я родился без неё вообще?! Она не бедненькая маленькая девочка. Она редкостная стерва, которая превосходна в манипуляции...
10 сентября 2014.
Я и не думал, что деньги оказывают на меня столь огромное влияние. Нет, я конечно же знал, что зависим от них, словно от кислорода в моих легких, я понял это сразу после того, как меня смешали с грязью, от моей крутости не оставили и следа, я сталь лишь пылью под ногами общественности, над которой еще недавно усмехался и диктовал им свои правила. Я заиграл и был изгнан. Я не могу избавиться от злобы, она жжет мои легкие, мне даже дышать трудно. Черт, я ведь ненавижу все и всех. И вот, я сам впутался в это дело, сам не зная зачем. Я потерял счет времени, я уже и не помню, сколько прикрываю задницу этого идиота. Он правда на голову больной и я не знаю, как он вообще попал в политику, зато впервые в жизни я понимаю отца, почему он выбрал именно его для партнерства. Я не знаю, почему меня до сих пор не раскрыли, я не менял имени я просто был самим собой, хотя ладно, я многое умалчивал, но мне простительно. Я вообще стал особо не разговорчивым, моим новым хобби стало наблюдение. Начался новый год, меня радует лишь одно, что я все еще имею возможность дышать и то, что я, наконец, смог жить так, как хотел, отчасти.
Я не запомнил бы её имени, даже если бы мне его повторили еще пару сотен раз. Нет, не потому что у меня проблемы с головой, просто я не запоминаю то, что мне не нужно. Но я все чаще стал появляться в доме Босса, я встречался с ней взглядом, лукаво ухмылялся, уверенно разглядывал, особенно эти шикарные ножки. Да уж, стерва оказалась крайне привлекательной, и я вряд ли осужу начальника, если он спит с ней, я бы точно не отказался бы, хотя минус один за оригинальность, политик и его дом.работница, ребятушки, но это уж слишком банально. Её ни разу не смущали мои взгляды, она не прятала глаза и не скрывалась сама, она просто красовалась передо мной. Так кто она такая?! Британи?! Нет, не похоже, но я уже близок в своих догадках...

Я сажусь на кровати, спустив ноги на пол и откинув летнее одеяло, больше схожее с простыней, проведя рукой по лицу. Я должен был радоваться, что блондиночка сидит в камере, а не нежится на мягких перинах, подобно мне, ведь она покусилась на то, что уже фигурально принадлежало мне, а я этого не прощаю. Не прощаю и того, как она сыграла на моем интересе, а я как последний баран повелся на обаяние и сексуальность этой стервы. Черт, мне так нравиться так называть её: "стерва", "хитрая сука" и прочее. Это вносит некий колорит в наше несуществующее, по сути, общение. Я наступал себе на горло, чтобы получить этот диск и что в итоге?! Какая то девица с улицы с милым личиком и ярким лаком для ногтей просто идет и забирает его?! Нет уж, милая, встань-ка в очередь, кумушка. Я правда не знаю, почему она вызывает во мне целую бурю эмоций. Ненависть мешается во мне с восхищением. Будь я на её месте, я был бы собой доволен, только на её месте я давно бы избавился от меня. Впрочем, мне грех жаловаться, что она оказалась не так хороша, как казалась мне в тот момент, в комнате...
10 сентября 2014.
Интересно, она знает, что я здесь или просто делает вид, что реально все  в порядке и мое беззвучное присутствие её ни капли не смущает?! Я могу прочесть всех, словно открытую книгу. Называйте это проницательностью, говорите, что я гуру психологии, но я скажу вам одно - это хитрость. Но с ней этот прием не срабатывал. Это все равно, что натравить телепата на подобного себе. Просто можно сойти с ума и застрелиться сразу. Только вот я слишком долго выживал, чтобы наложить на себя руки. Суицид не в моем стиле. Она была слишком увлечена тем, что вскрывала компьютер босса, чтобы поднять глазки и увидеть, что я стою в дверях. Все же, мои навыки, полученные уличной жизнью, пригодились мне и сейчас, очень даже пригодились. Её пальчики ловко стучат по клавиатуре, мне, к слову, приходиться изрядно напрячь слух, чтобы услышать звуки клавиш, она работает чисто, будь я менее бдительным, я бы никогда не обратил бы на неё внимание. Я бы наблюдал за этим вечно, это, правда, занимательно, даже очень, её лицо так громко говорит за неё. Вентилятор компьютера тихо заработал, а спустя еще несколько минут послышался слабый щелчок. Мои губы тут же расплылись в лукавой улыбке, а я не сдержался от аплодисментов. Черт, я ведь правда стою в дверях, опиревшись на косяк и хлопаю её работе. Я встречаюсь с ней взглядом, она явно оценила мои действия, ведь её глаза нервно забегали по моему лицу, а губы плотно сжались... Какого черта я вообще смотрю на её губы, когда эта стерва только что взломала компьютер моего непосредственного начальника?!

Прошла неделя с того времени, как я сдал её боссу, подсунув парочку камешков на приличную сумму долларов. Я не знаю, почему не сказал все прямо, устроив это позорное [для Бетани] представление с кражей. Хотя, если пораскинуть мозгами, то становиться понятно, что отправь он диск под усиленную защиту и мне её никогда не вскрыть, я не был программистов высшей пробы, моих скудных знаний едва хватило бы на систему защиты данного компьютера. МакДауэлл просто утянула бы меня с собой на самое дно и годы службы ушли бы далеко_глубоко_надолго. Я бы оставил гнить её в этой вонючей камере, если бы ни одно интересное но, я опоздал... Мои руки снова сжимаются в кулаки, во мне клокочет дикое желание придушить эту суку лишь потому, что она оказалась умнее, опять она оказалась умнее меня. Я хочу убить её, невероятно сильно, меня просто переполняет желание. Я резко поднимаюсь с постели, подходя к открытому окну, ощущая, как чуть прохладный [не понятно, откуда вообще он взялся] ветер приятно обветривает мою обнаженную кожу. Прохлада дала мне шанс на то, чтобы успокоится. Я точно знал две вещи: 1). МакДауэлл сидит в камере и явно никто не собирается её выпускать; мой донос и ловкие ручонки сделали все блестяще; 2). Она перед своим заключением успела спрятать всю информация [диск] в известное ей место, и я не знал его. Все мои предыдущие попытки узнать, где она спрятала диск, провалились с треском, я лишь наблюдал её привлекательную самодовольную физиономию. Что ж, в этот раз я буду умнее, я буду подготовлен, как минимум. Теперь уже мне есть, что ей предложить, и, зная её, это крайне заманчивое предложение. Уголки моих губ бегло приподнимаются, сегодня у меня просто нет права на ошибку...
Я останавливаю свою лелеемую Ауди около уже ставшего мне знакомым здания. Я глушу мягко мурлыкающий мотор и не спешу выходить, собираясь с мыслями и смотря куда-то в одну точку. Мои предыдущие попытки лишь отняли мое время, причем довольно прилично так поживились. Сегодня я снова тут и снова трачу на эту чертовку свое время_силы_нервы. Я хватаю свой мобильный с панели машины, кладя себе в карман, а, после, все же выбираюсь из прохладного салона машины на улицу. Я не мог себе позволить просидеть так весь день, просто у меня не было для этого желания. Мне кажется, я уже начал преследовать Бетани. Это странно, даже маниакально, но она меня не отпускает. Я уверяю себя, что дело все в диске, но так ли это?! На самом деле, я почти уверен, что меня волнуют наши игрища, напоминающие крысиные бега.
Работа на влиятельного человека в сфере политики имеет все же свои плюсы. Я ловко прикрываюсь его именем, называя себя его представителем, а мне верят, а как иначе, тем более, что я не так сильно привераю. Я сказал Боссу, что мне нужно выбить из неё максимум информации в стиле игры "что, где, когда", а потому уже на следующий день в моих руках был пропуск. Я почти, что уже в восхищении от самого себя. Быть настолько двуличной сволочью, да я просто неотразим, в самом деле. Я показываю пропуск несколько раз, а так же свои документы на каждом посте. Крайне утомительное занятие, но я все же обязан прикусить язык, или же [в противном случае] я займу место подле МакДауэлл. Закончив с необходимыми процедуры я подхожу к дежурному и ровным тоном требую вызвать для встречи Бетани МакДауэлл. Даже странно, ранее я даже не помнил её имени, сейчас же запомнил как "Отче наш" и могу сказать без запинки. Я вскидываю брови, прогоняя свои мысли, они и вовсе мне ни на грош не симпатичны. Пара минут перекидывания фразами с дежурным и меня уже провожают в комнату для посещений, куда [как мне сказали] уже ведут или же даже привели блондинку. И почему я даже не сомневаюсь, что она будет чертовски рада меня видеть. Черт, а ведь я даже без презента, как-то даже неблагопристойно, на свидание и даже без подарочка. Я снова не могу скрыть дерзкой улыбки, что так и захватывает мои губы. Меня проводят по коридору, останавливаясь лишь перед заветной дверью, что заставляет меня чуть поморщиться. Не самый чудесный вид, что для Бетани в самый раз. Я даже не имел ни малейшего желания узнать, какого состояния камер для заключенных, но ведь МакДауэлл будет так любезна и расскажет тебе, верно?! Мне говорят, что её еще не привели, но я оставляю замечание без ответа, лишь прохожу во внутрь, слыша лишь то, как за мной закрывается массивная дверь. Я неспешно отхожу к стене, где почти под самым потолком находилось небольшое окно, закрытое железной решеткой. Неприятный белый свет чуть резал глаза, но я быстро к нему привыкаю. Я скрещиваю руки за спиной, принимаясь ожидать девушку. Но мне стоило лишь пропустить в голове мысль о ней, как дверь тут же открылась, заставляя меня медленно развернуться лицом к входящей. С неё снимают наручники, а я улыбаюсь  самодовольно уголком губ. Дверь громко за ней захлопывается, что ж, наконец-то, мы с ней абсолютно одни. Я с минуту наблюдаю за ней, оглядывая её новый образ и потускневший цвет кожи. Соскучилась, Бетани? говорю я уж слишком довольно, нежели намеревался, склоняя голову чуть к своему плечу, продолжая демонстративно оглядывать девушку. Хотя постой! Не отвечай, и без того знаю, что да! проговариваю бегло я, наигранно нахмурив брови и выставив ладонь вперед, пресекая её попытки начать говорить, а ведь она уже пыталась. Я смотрю ей прямо в глаза, я просто выжидаю...

Отредактировано Daniel Blackburn (2014-10-17 01:38:43)

+1

3


внешний вид фотографии не подлежит;


А ведь я не всегда была той какую вы могли видеть сейчас. Прилежная ученица в классе, и примерная дочь в стенах дома. [...она ходит на пары и не плохо проводит время со своими друзьями. Лишь изредка пропускает уроки, но и то по очень уважительной причине...] Что вдруг стало с той девочкой, которая могла стать образцовым примером для других? Но вместо славы и возвышение на доску почета жизнь её определяет за решетку. Но постойте. По всем показателям и должно быть, самой большой глупости, после всего того, что успело пройти через мои ручки криминального, я оказалась арестована за то, что не совершала. Это должно быть был самый комичный момент моего попадания; суровая правда жизни, которая решила пошутить и подставить подножку за то, что мне никогда не было даже интересно. Я оказалась поймана почти что с поличным, мне зачитали мои права, а затем определили в полицейском участке. [упуская подробности о том, что человек, который меня подставил был все время рядом] Уверена, что никто не мечтает о подобном курорте, но я бы с удовольствием разделила его лишь с одним человеком. Тем, по чьей милости я вообще оказалась здесь, а не (к примеру) на отдыхе в горах [куда я собиралась поехать отдохнуть после сдачи всех дел]. Теперь это был вопрос времени, когда меня освободят и когда мои ручки смогут добраться до заветного жесткого диска, который я надежно успела спрятать, а до этого выслеживала несколько недель изображая из себя труженицу домашних швабр и щеток, королеву кухонной утвари, уничтожающей маникюр и портящий кожу рук несмотря на защитные перчатки. Я хотела снова оказаться на свободе и вернуться туда, где все успело оборваться. Я собиралась украсть информацию и смогла сделать это до того, как кто-либо что-либо да заподозрит. Один такой человек был, и по непонятно каким причинам не собиралась от него особо шифроваться, чувствуя на себе его взгляд, то как он смотрел на меня в момент первой попытки кражи. Словно его волновал не тот факт, что я собираюсь пустить дела его босса ко дну, сколько факт разочарования, что я добралась до этого места раньше него. Дело сошло на нет, а вместе с тем мои темные дела вновь оказались под мнимым покровом ночи. Я знала, что скоро должно произойти то, что изменит мои планы и понимала, что мне нужно торопиться, подводя к концу все свои дела и зачищая за собой следы, которые я уже успела оставить.
Украсть жесткий диск с компьютера, хорошо охраняемого дома непростая задача, но не для той, кто успел узнать почти каждый утаенный уголок этого не бедного состояния. Узнать его сильные/слабые стороны и знать, когда нужно действовать, чтобы это действие принесло свои стоящие плоды. Мой план казалось бы был безупречен и фактически, или даже уже в полной мере смог прийти в действие. Тем утром я уже успела подменить информацию фейковыми файлами, забрав то, что нужно мне и спрятав это в надежном месте. На тот момент казалось, что лучшего и придумать нельзя. И всё прошло бы идеально, через пару дней я бы испарилась, подтерев за собой последние следы, если бы не эти чертовы камни, которые каким-то чудом нашлись у меня в сумочке. Действительно...
Слышу лязганье ключа в замочной скважине, и поднимаю голову на звук, сообщающий хорошее/плохое известие. Смотря с какой стороны посмотреть. Я не ждала никого, кто мог бы наведаться ко мне с визитом. Да и зачем? Мои родители давно не знали где я есть, что со мной творится и для чего я творю свои дела, хотя мой отец в два счета мог бы внести за меня выкуп и сделать полностью свободной, чистой от каких-то там темных делишек. Но это стало бы последним делом в моем списке - обращение к нему за помощью. Я подозревала, что скоро должно было что-то произойти. Оставалось только дождаться. Уже несколько дней прошло с тех пор, как меня определили в эту камеру. Здесь тебе ни толком света, ни каких-либо средств к удобству. Кричи не кричи, доказывай не доказывай, но кое-кто очень постарался сделать так, чтобы я здесь оказалась. Логично. Рано или поздно это всё равно бы произошло. Только лишь вопрос времени. Но вот он. Не заставляет себя ждать, врывается так внезапно, негадано, а на моих руках уже защелкиваются стальные браслеты, жаль только не под цвет моих сумочки и маникюра, хотя да, я люблю лак металлик. Мне нужно было придумать как освобождать себя из всей этой подставы. Меньше всего хотелось признаваться, что этот самовлюбленный гаденыш-телохранитель выиграл, решив подставить ту, которая знает лишнего. Но ведь, и я не оставалась в стороне, когда увела у него из-под носа самую ценную для него деталь - диск. Невольно пожалеешь о том, что не видела его лица, в момент, когда он понял, что опоздал. Но ещё забавнее то, что та, которая может ему помочь, сейчас находилась под профессиональной охраной служителей закона, которые в отличие от него не могут отпустить свои принципы и пойду на поводу у внезапно разыгравшихся гормонов.
Слегка замедляю свой шаг перед заветной дверью [кроме неё тут других не было], чувствую, как отчетливее стало биться мое сердце. Совсем незначительно. Словно оно сейчас принадлежало другому человеку, а не мне. Я бы никогда не стала бояться неизвестности, но ведь это один из основных страхов живых людей и, как оказалось, я не была исключением из этого правила. Я уже привыкла к тому, что не должна была показывать то, что у меня в душе; не важно боюсь, или ликую, а может быть я действительно взволнована - старательно скрываю свои эмоции. Внешне я продолжала держать безразличие, несмотря на тот трепещущий бунт внутри меня в момент, когда открылась дверь я и мой сопровождающий, зашли в комнату. Человек стоящий там сразу же поворачивается лицом ко мне, и я вижу эту самодовольную, холеную улыбку уголками губ, показавшуюся на его приторно сладком личике. С каких только пор я возненавидела этого человека? Не секрет. С тех самых пор, как он вначале спас, а затем подставил меня же. Не нужно быть сыщиком, чтобы догадаться, что это он подсунул мне те камушки, которые сам же так любезно помог обнаружить... "что-то забыл?" - на секунду вопрошает мой взгляд, хотя лицо остаётся вполне себе безмятежным, но потом, я даже незаметно улыбаюсь, опустив свои глаза на мгновение в пол, дожидаясь пока с меня снимут эти стальные браслеты, и я не займу ближайший ко мне стул и не важно, что за эти дни я уже вдоволь успела насидеться. Что таить греха, дубль два - я догадывалась зачем тут был один из лакеев очередного зажравшегося ублюдка, которому я так старательно наводила порядок в его хоромах. Мой язык так и жжется во рту, желая ответить с не меньшим очарованием, но лишь только я успеваю открыть рот, как вперед выставляется ладонь, заставляющая меня тут же прикрыть его обратно. Но нисколько не значащая, что я стану действительно молчать. Из-за направленного прямо на меня солнечного света я плохо вижу его глаза, но могу представить, какая эмоция сейчас может отражаться в них, но зато я знаю, что творится сейчас со мной. Ты не можешь заставить меня молчать, даже сейчас... не за этим, я отсиживаюсь в камере. И пусть я не была сейчас в том положении, чтобы качать права, но несмотря на все жгучее желание ответить я смягчаю свой тон, выдавая все свои мысли в более мягкой, спокойной форме выждав пару минут молчания. [Если это вообще так можно было назвать.] Ставлю одну руку на стол, подпирая ей голову, запускаю пальцы в некогда роскошные белокурые волосы, которые теперь были собраны в жалкую шишку на макушке и лениво поднимаю свой взгляд.
- Чем обязана такому визиту? Неужели я так прочно успела запасть в твое сердце, что ты без меня жить не можешь. Ах постой. Нет. Я угадала! Ты решил принести мне извинения, за то, что ты со мной сделал. Что-ж очень разумно. Но знаешь. Я не собираюсь их принимать. - демонстративно пожимая одним плечом, нарочно делая вид, что не представляю зачем он здесь, отвожу своё лицо в сторону, иронично ухмыляясь и переношу вес тела с руки на спинку стула. И ведь на самом деле мне было абсолютно фиолетово сейчас на то, что мне скажут в ответ. Это возможно раньше, [денька на три раньше], я возможно бы и стала просить о том, чтобы он помог мне выбраться от сюда. Ведь мог же. Знаю, что мог. Это было видно сразу - парень был не на своём месте, хотя его родное место всё ещё предстояло узнать. А ведь всё просто - он хотел поставить меня, а получилось, что просчитался сам. Как печально. Я снова поворачиваюсь к нему, стерев с лица улыбку, и какой-либо намек на насмешку. Почти что сама серьезность. Скорее задумчивость. Мои глаза останавливаются на его лице, медленно спускаясь сверху вниз и замирая на какое-то мгновение на губах, которые должно быть неплохо целуются. Эта мысль уже однажды приходила мне в голову, ещё там в "рабочей" обстановке, но здесь, в этих стенах, всё начинает казаться и видеться, как оказалось, уже с более привлекательной стороны. Уголок моих губ, слегка кривится в усмешке, и я снова отвожу свой взгляд на стену перед собой. Эти несколько дней успели изменить меня, но никто и никогда не должен узнать этого, всегда проще играть на публику. Ухмыляться, скрываться под маской безразличия, или сыпать в разные стороны сарказм, как ударения акцента. Особенно он. Блэкберн не должен был узнать, какое ранение успел нанести мне, запрятав сюда.

Отредактировано Bethanie McDowell (2014-10-23 22:23:09)

+1

4

Я смотрю на неё в упор, так в моем стиле чуть склонив голову к своему плечу. Смотрю на неё, пытаюсь понять, пытаюсь найти в ней ответы на свои вопросы. Она мой ящик пандоры, она мой ключ к тайнам вселенной. Я не могу этого объяснить, я просто чувствую это. Внутри меня все сжимается в тугой узел, сердце так опасливо бьется, будто каждый раз спрашивает у меня же разрешения на следующий удар. Чувствую себя странно рядом с ней, будто бы неполноценно. Интересно, её хоть на малую долю терзают те же чувства?! Ой, что-то я сомневаюсь. Мы разделили наш джек пот на двоих в равной доле. Только я свою часть потратил намного быстрее, нежели она. И вот, без гроша в кармане, снова, я стою перед ней, чувствуя кожей её взгляд, что проникает мне прямо в вены. Я рад, что так двуличен. Я рад, что умею играть не только чужими, но и своими собственными чувствами. Я рад, что жизнь ввела мне инъекцию против боли, побочным эффектом которой стал неуправляемый гнев. И мне легче было бы убить её, мне плевать, я сделал бы это даже тут, посреди комнаты для встреч, посреди участка, посреди скопища множества копов, которые по закону жанра не должны испытывать ко мне позитивные эмоции, прямо здесь, где уже однажды я чуть не загремел на приличный срок... Меня мучает моя же память, мучает то, что я никогда и ничего не забываю. Это истинное проклятье, мне необходимо было избавляться от него, но, похоже, это уже мой крест...
Мне так нравится наблюдать за ней, просто молчать и смотреть со стороны. Смотреть на её полное энергии и эмоций тело, смотреть, как красноречив язык ее тела. Я мог бы прочитать её, уверен, она делала со мной нечто подобное уже тысячи и более раз, я даже не буду удивлен, если она уже процентов на семьдесят восемь знает меня, как никто другой. Так вот я знаю её не хуже. Мы ходим по замкнутому кругу, проблема лишь в том, что на её стороне время, от меня же оно подло унеслось с моей же помощью. Казалось бы, что прелестного и полезного в тюремном заключении?! У тебя куча времени... У меня нет его вообще, мой счет сводиться к жалким огрызкам минут, что именуются секунды. Я смотрю на неё и не могу поверить в то, что ей абсолютно все равно. Это выходит за рамки моего понимания. Она должна ликовать, пищать, подобно летучей мыши оттого, что смогла обвести меня, редкого идиота, вокруг пальца. И плевать, что она за решеткой, а я на мнимой свободе. Я сам себе узник. Мне уже не стать свободным, её же освобождение лишь вопрос времени. Мне кажется, я начинаю понимать, почему так ненавижу эту блондинистую стерву - она властна над собой и своей жизнью, я же живу под властью момента. Ей плевать на все, что ж, мне тоже. Она пойдет по головам, я же уже прошелся по её. Я ухмыляюсь, а она лишь делает вид, что ей все наскучило. Мне снова придется играть с ней в игры, мы сами поставили так самих себя с самого начала. Не скажу, что мне не нравится, просто порой я чувствую, что мне это ребячество надоедает, но ради такой партнерши я готов был еще немного и потерпеть.
Я удивлен, с какой простотой и легкостью мне удается пропускать мимо себя её взгляды_жесты_мимику, все то, чем она старательно пытается вывести меня из себя. Но нет, конфетка, этим можно было бы взять любого, но только не меня, только не Блэкберна, которого жизнь поматыляла так, что различные отрицательные эмоции стали его вторым "я". Я правда таков, и да, пусть я и должен признаться самому себе, что МакДауэлл имеет на меня колоссальное влияние, этого недостаточно, чтобы заставить меня хоть как-то усомниться в своей уверенности и решимости. Я вообще не понимаю, что за бред_бредовые размышления лезут в мою голову, а так же не понимаю, с какой такой стати они это делают. Мне кажется, что я просто хочу отвлечься... и в первую очередь от неё. Ведь она правда понравилась мне, черт возьми, но за каким-то хером она полезла за этим диском, уже своим поступком не оставляя мне иного выбора, как просто убрать её на обочину со своей дороги. Надо быть полным идиотом, чтобы считать, что она вообще умеет испытывать такое чувство, как симпатия. Бездушная, без сердечная эгоистичная стерва. О да, мне стало намного лучше. По крайней мере, я вернул свои мысли в нужное на данный момент русло. Ей не нужно знать, как далось мне мое решение, что повлекло за собой её заключение. Ей не нужно знать и того, как сильно ударил меня же самого в солнечное сплетение мой донос на неё. Я наступил себе на горло ради этого шага, но она не должна об этом знать. Она должна знать лишь то, что уже знает: что я не задумываясь подставил её роскошную задницу, шепнув нужные словечки боссу, после чего красотка отправилась в места не столь отдаленные. Уверен, что её репутации это уже никак не повредит, да и вообще может ли что-либо ей навредить вообще?!
Я несколько прищуриваюсь, демонстративно рассматривая её новый образ, а на моих губах снова проступает довольная собой усмешка лишь одним уголком губ. Да уж, ей явно нужен хотя бы модный приговор, стиль здесь так себе. Хотя, признаться, зачесанные назад волосы, что были убраны в тугую прическу, имели свою привлекательность. Но тебе так и хотелось видеть её губы ярко алыми, кроваво красными, чтобы вместо тюремного шмотья на ней красовалось темно бардовое платье, что облегало бы её шикарную фигуру и открывало бы восхитительные ноги и красивую линии шеи и плеч. Черт... Я вскидываю брови, мне хочется сломать самому себе нос, я просто придурок, я вообще не должен думать во чтобы её одеть, а уж тем более не о том, как буду потом раздевать. Чертова сука... Я должен выкинуть её из головы, использовать, да и выкинуть за ненадобностью. Мне не привыкать, я просто должен сделать это еще раз.
Конечно, любовь моя! Правда, не знал, что данное место у нас теперь сердцем именуется, впрочем, мне нравится твоя конспирация. я снова скидываю брови, сложив руки на груди, легко ухмыляясь. Какая же ты у меня проницательная! говорю я, наигранно нахмурив брови, нахально улыбаясь уголком своих губ, обходя стол, вставая с его боку, что быть ближе к ней, тут же облокачиваясь на край металлического стола, наклоняясь к ней, "бегая" своими глазами по её. Даже жаль тебя расстраивать, ты на чуууточку ошиблась! говорю я, явно приобретая игривое настроение. Я указательным и большим пальцами показываю ей ту самую "чуточку", а, после, широко ей улыбаюсь. Впрочем, не будь дурой, я оказал тебе услугу! И да, не стоит благодарности! проговариваю я, бегло повернувшись к ней, а, после, вновь отводя взгляд куда-то перед собой. Я приподнимаюсь со стола, заходя ей за спину, кладя свои руки на спинку стула, чуть касаясь кончиками пальцев спины девушки. И да, оранжевый паршиво на тебе смотрится, если захочешь, то можешь скинуть камбинезончик, я буду только за! я склоняюсь к её ушку, плавно проговаривая мягким полушепотом свои слова, чуть улыбаясь едва уловимо. Впрочем, мы заигрались, дорогая! мои руки резко ложатся ей на плечи, мягко [пока что] фиксируя её положение на стуле Где диск, Бетани? уже с металлическим привкусом, но пока что еще мягко спрашиваю я её, мягко начиная массировать её плечи, снова склоняясь к её ушку, немного повернув к ней голову, чтобы лучше видеть её в профиль. Мне нравится мое нынешнее положение. Мне нравиться быть в опасной близости от её тонкой шейки, нравится удерживать хрупкие плечики своими сильными руками, нравится слышать её дыхание, что она старалась поддерживать, тем самым не выдавая себя. Да, она была превосходна, и остается таковой, я не могу этого не признать, но только сегодня я не могу так просто распыляться в никуда, у меня есть цель, и она мне поможет в достижении её. И я бы рад сейчас просто уйти и постараться её скорее забыть, что такая девушка вообще была по воле аль неволе в моей жизни, да вот только она ключ к смыслу моего существования...

Отредактировано Daniel Blackburn (2014-10-26 02:30:53)

+1

5

Должно быть из всех ныне живущих людей меня решил навестить именно он, один из самых ненавистных мной представитель людской расы – Даниэль Блэкберн. Даже не стану спрашивать «Почему/как/зачем?» Ответ я уже знаю. Но только почему именно он имел такое внимание на меня. Почему сейчас, когда мой взгляд ловил его самодовольную ухмылку, карий цвет глаз, внутри меня поднимался ураган чувств, частью которого особенной частью была ненависть. Обычно, это было не в моем стиле. Скорее пофигизм и полное безразличие к тем, с кем приходится иметь дело. Но этот случай уже мог бы стать особенным, поднимаясь в разрушительности уверенно в верх по Шкале Рихтера. Это было столь же разрушительно, сколько и опасно. Но ведь опасности - мой конек. Без этого жизнь была бы скучна, а серые будни не были бы раскрашены в виде исключения разнообразными оттенками, либо простой триадой. Это краски. Всё новые краски эмоций, которые составляют один целый океан, позволяющий почувствовать себя на высоте. С самых первых минут нашего знакомства я уже тогда захотела завести игру, по правилам, которые само собой устанавливала я сама. Так было всегда. С тех самых пор, как только моя жизнь оказалась в моих руках. Ведь у себя была только я одна, а до остальных мне не было дела. Я никогда не шла на дело в компании, даже из двух человек и никогда ни с кем не работала в напарниках, ни на кого не рассчитывая. Что уже говорить о каких-то там сделках. Забавно. Но даже будучи не в связке я оказалась загнана в ловушку.
Мне хотелось разгадать, что кроется под этим темным взглядом, к которому сейчас спустились ниже брови, создавая иллюзию суровости, которая вот-вот и разорвет собой пространство этой небольшой комнатки. Мне становится даже забавно. Весело. Мне поднимает настроение, все это «шоу» тех, кто думал, что выигрывает джек-пот, а на деле получает разбитое корыто. С золотой рыбкой нужно быть аккуратнее, когда загадываешь желания. Я загадала своё и бамс, оно исполнилось. Это только вопрос времени, пока я окажусь на свободе. Как именно это будет я пока ещё не решила, но уже сейчас могу заявить о том, что на долго я тут не задержусь. Я чувствовала это. Это приятное тепло, в предвкушении чего-то чертовски соблазнительно хорошего уже разливалось внутри меня, заполняя мои вены и придавая всё больше уверенности, которой мне, собственно, было не занимать даже в обычный день. Если я и хотела выиграть эту игру, то лишние силы здесь тоже не помешают. Я складываю свои руки на столе, переплетая между собой пальцы, на секунду задерживая на них взгляд. И плевать, что сейчас на меня так пристально смотрят, ответ всё равно не напишется на моем лице, хотя… возможно там и можно было разглядеть полный хаос в виду отсутствия косметики и каких-либо средств ухода. Только за это развлечение, парень, ты мне должен как минимум свободу, не говоря уже о норме и максимуме, что мне бы вообще пригодилось. Я не всегда была сукой, но порой иначе в этом мире было не выжить, а дальше пошли всё новые и новые привычки, которые медленно и верно становились частью меня и вуа-ля, перед вами предмет полного очарования, который не видит своей жизни без манипуляций и столь сладкого слово «игра». Ну что ж, Блэкберн, Let’s play. Один бал уже в пользу его самодовольной ухмылки, а всё потому, что это было чертовски привлекательно, даже для такой придирчивой особы как я. Особенно.
Так и вертелось в уме подать голос, закричать, нарушить эту тишину своими заметками о том, каким блестящим достоянием для любования я стала. И всё это по милости одного сукина сына, которому видно уж очень льстило мое внимание. Прикрой лучше свою усмешку парень, как бы тебе самому не пришлось оказаться на моем месте. А что это было бы интересно. Но увы и ах это не то время и, не то место, чтобы снова кидаться в игру страстей. Тема визита была столь упоительно интересной, что я не имела чести её откладывать. И пускай сейчас у меня на руках были все козыри, и я знала, что эти козыри могут помочь мне освободиться, но до конца ещё не решила, как именно всё это будет происходить. Что дальше? – Всего один простой вопрос, а мне уже сейчас не терпелось послушать оправдание в свой адрес, хотя нет, даже лучше – предложение сделки. Но всему было свое время, а пока мне просто затыкают рот, как какой-то нашкодившей девчонке не имеющей права голоса. Ещё один критичный момент: ещё никогда мне не смели затыкать рот и не могли этого сделать, если только я сама не хотела. И да, в этом случае молчание было бы только мне на руку. Или на язык. Всегда проще сыграть безразличие, нежели показать то, что действительно творится в моей душе и насколько горячи сейчас были эмоции внутри меня. Они хотели свободы, они хотели вырваться наружу и показать себя во всей красе, но ещё не время. Уж очень короткая невидимая цепь сковывало мои возможности. Не сейчас. Поворачиваюсь лицом к Дэни и бросаю свой пристальный взгляд на него, услышав его столь лиричную насмешку.
- О да, знаешь, я всегда знала, что ты неровно ко мне дышишь. С нашей самой первой встречи. Да и... как ко всем остальным девушкам. Ты так всех своих шлюшек называешь? Я сейчас о твоих любимых. Ведь по-другому я не могу назвать тех, кто с тобой пойдёт...  И знаешь, я не привыкла ошибаться. Но я - не они. – с нескрываемой насмешкой, уколом яда в голосе проговариваешь ты наплевав на то, что даже в этой толике слов была часть правды, не говоря уже о том, что его лицо было почти что рядом с моим. И пусть на самом деле я так даже не думала, но позвольте, не могу остаться в стороне и не ответить на столь манящее извращением со словом на букву «Л». В его «бегающем» взгляде уже сейчас было нечто особенное, то, что стоило своего отдельного внимания, возможно даже – особенного. Даже мое сердце быстрее забилось внутри, но очень скоро удается заглушить его волнение. К счастью, я могла это сделать, а новое замечание напротив вознесло мое настроение до небес, и я не могла сдержать своего наигранного смеха. – Что, прости? Ты сейчас говоришь о какой-то услуге?! Я тебе должна сказать спасибо за ЭТО!? – на какое-то время отвожу свой взгляд и лицо в сторону, стараясь придать себе правильной серьезности и чувствую, как жар приливает к лицу. Это было действительно забавно. И походу уже сейчас можно было вынести в отдельную главу этой встречи. Смех обрывается сам собой, когда парень оказывается за моей спиной. Я не собираюсь поворачиваться, и я более чем довольна собой в эту самую минуту, но нечто с замиранием подсказывало мне, что как раз-таки сейчас наша тема и должна пойти о главном.
- Не искушай меня, вдруг соглашусь. – с не менее лукавой ухмылкой успеваю заметить я, прежде чем его руки коснутся моих плеч, мягко сжимая пальцы и лишая возможности двигаться. Но я же даже об этом и думать не собиралась. Здание было напичкано полицейскими, а свои права я знала. Этот разговор уже заранее был на моей стороне. Слышу заветный и столь долгожданный вопрос, но не тороплюсь давать ответа, слишком уж успело измучиться и заскучать моё тело по массажу и разным-прочим процедурам, которые помогали расслабиться и хотя бы на грамм снять напряжение, скопившееся в мышцах и не имеющее возможности должного выхода. Я не могла сказать, что вся эта встреча меня напрягала, скорее добавляла всё тех же новых эмоций, которых мне так не хватало. Чуть опускаю от наслаждения веки и слегка запрокидываю свою голову назад, поворачиваясь лицом к лицу Блэкберна, улавливая его горячее дыхание теперь уже щекой и медленно открываю глаза, растягивая губы в легкой блаженной улыбке. Но пройдет какая-то секунда-другая, прежде чем мое лицо станет серьезным. Мне не пять лет, чтобы так легко продаваться за то, что мне было более чем необходимо после «комфортабельной» камеры. И уж точно не от этого человека мне принимать подобные минутки удовольствия. Пусть даже можно было признать - Блэкберн действительно знал своё дело.
- Он в надежном месте. – без всякого замешательства тихо проговариваю я так, что только он мог услышать мой голос. – И если ты думал, что ты чего-нибудь сможешь от меня добиться, явившись сюда, то снова зря. Не хочу тебя расстраивать, но пока я нахожусь здесь – ни одна живая душа не сможет обнаружить то, что теперь принадлежит по праву мне. Я надеюсь твой босс порадовался подарочку, что я ему оставила в замен? – ехидно улыбаюсь, возвращая голову в исходное положение. - Досада. А ведь я даже не смогла увидеть его лица в тот самый момент обнаружения подарочка. Я надеюсь ты сам-то не очень расстроился? – спрашиваю я интонацией, словно говорю с маленьким ребенком. Специально. Пусть даже мне и стоило прикусить заранее свой язычок и не пускать его в ход почем зря. В моих потускневших глазах уже сейчас зажегся азарт, а это, прежде всего признак азарта, который даже тюремная камера не сможет из меня выветрить, не говоря уже о том, чтобы как-то заставить погаснуть. – И ты мне никто, чтобы спрашивать меня о том, что тебя даже не касается? Ты не судья, и уж точно не прокурор, чтобы копаться в моих личных делах. Увы. Ты лишь верная шавка своего босса. Так и занимайся своим делом - охраняй его потную, жирную тушку. – уже с вызовом заявляю я, осознавая тот факт, что мне могут легко свернуть шею прямо сейчас и сослаться на несчастный случай аля «детка случайно запуталась в галстуке». Уж босс-то обязательно порадуется такому факту, а после обязательно прикроет чей-то аппетитно-сексуальный зад.

Отредактировано Bethanie McDowell (2014-11-03 18:23:52)

+1

6

Я могу в неё влюбиться, могу возненавидеть, могу проклясть весь её род... хотя нет, я не могу наложить столь гнусный отпечаток её гнилой душеньки на дальнейшее поколение, если на ней, конечно, все не прервется. Я многое, что могу с ней сделать, но мой вопрос состоит лишь в том, что я буду делать. В этом главная моя дилемма. Я не могу разобраться в себе и от того чувствую немалое замешательство. Я точно знаю, что должен и далее оставаться невозмутимым, но я хожу по опасной грани, я всего в шаге от того, чтобы сорваться вниз. Вниз туда, откуда уже нет выхода. Ей никто не родственная душа. Ей просто плевать, так какого черта я чувствую себя так, как чувствую сейчас?! Просто я прогнил не насквозь, я чувствую, как эмоции во мне живы, сколько бы я их не убивал, сколько бы не бился с ними, не травил_уничтожал все было без толку. Будто бьюсь в бетонную стену, чувствую себя полным идиотом, пытаясь убить в себя себя же. Я не знаю, каким должен быть, я привык быть двуличным, изворотливым, податливым. Обстоятельства диктовали мне, кем быть, а кем нет. Сейчас же меня оставили без необходимого нашептывания.  Я вроде бы и стал свободен, волен делать то, что мне кажется желанным, заполучая то, что я считаю необходимым, но это не приносит мне удовлетворения. Я уже и сам не знаю, чего именно хочу. Какая суровая ирония. Когда у меня не было ничего, я четко знал, что мне было необходимо, сейчас же я вновь начинаю беситься с жиру, как принято называть мое состояние. И все же мне интересно, что меня раздражает более всего: то, что меня обвела вокруг пальца какая-то простушка, дурочка с ближайшего перекрестка; или же все же то, что я вновь наступаю на свои же грабли, хоть и знаю, что за этим последует [я уже был в изгнании, и мне оно вовсе не пришлось по вкусу, я до сих пор не могу избавиться от этого привкуса удручающей горечи и безысходной кислоты].
И все же я отчего то вновь здесь, стою и осматриваю уже знакомые мне серые стены и критично маленькое окошко комнаты, до которого не дотянусь даже я [а рост у меня не такой малый все же]. Не могу отрицать, что это место осадком ложиться на меня, но сейчас не до моей внутренней лирики. Я точно знаю, кого жду, за кем, а главное за чем пришел. И, отчасти, я ощутил приятное злорадство, предполагая, что Бетани провела тут достаточно времени. Да, я предатель. Но мне не привыкать к данному ярлыку, не привыкать к данным  обвинениям, пусть это и будет "сказано" мне одним взглядом, по которому я все пойму, пусть и не покажу виду. Я не чувствую к ней, к этой девице, положительных_позитивных чувств. Сам не пойму почему, просто она не помогает рождаться моей светлой половине. Она сама так решила, сама выбрала данной тип и вид игры, я не заставлял её. Ей не хотелось по-хорошему, и мне пришлось поступить с ней по-плохому, по сути, я не сделал ничего такого, чего не сделала бы она, а потому её рычание и шипение в полном бессилие на меня будет и есть лишь развлекательной частью моей карательной программы. Они ни чем не лучше меня, а потому ей без надобности стоять и строить мне обиженные и злобные глазки, фыркая, словно злобная ежиха [это самое приличное определение, которое, я откопал в своей прокуренной и развращенной голове]. Мне стоит погрузиться лишь в свои мысли, чтобы понять, что я полностью самоуверен. Это определенно плюс ко всему тому, что происходило со мной и что, возможно, произойдет. Я обязан был взять себя в руки, пускай, кормя и ложными надеждами_ожиданиями_мыслями. Эта сучка словно самка чует людскую неуверенность, она ею питается, а потому я просто не могу одарить её подобной роскошью.
Оу, какой азарт, какой пыл и жар в голосе, Бет! Не уж то ты ревнуешь?! Не стоит, девочка! мои брови легко хмурятся при первой же фразе, но быстро тут же я расслабляюсь. Нет, я правда чувствую себя как и прежде раскованно и уверенно. Спасибо этому грязному языку и этой дряни, что пыталась задеть меня за живое. Но она прогадала. У меня никогда не было любимых, я даже не знаю, что это такое. Я знаю лишь тех, кого я использовал. Кстати, она одна из них, я просто обязан ей об этом напомнить... Ах да, я вижу и знаю лишь одну грязную шлюшку - тебя. Моя грязная шлюшка Бетани! Как звучит... я еле сдержался от того, чтобы закатить в наслаждении от данного словосочетания глаза, но все же лишь дал волю своей ухмылке, которая была более чем довольна происходящим, впрочем, как и я сам. Я ощущаю какой-то неописуем кайф от её взглядом, от этого редкого прищура, с которым она смотрела на меня вот в такие вот, подобные этой, минуты. В этом был её шарм, на который я хотя - не хотя, но попадался. Мне нравится её эмоциональность, которую она не в силах скрывать, хоть и пытается. Я почти что уверен, что данное её качество заводит меня, заставляет кипеть кровь, мне уже даже интересно, что данное качество может сделать с ней в постели, со мной к примеру. Но я не должен сейчас распыляться на данные фантазии, что далеко выходят за грань допустимого рейтинга, хотя, разве наш разговор уже не перешел все мыслимые и не мыслимые границы?! Я готов поклясться, что да. Я резко вскидываю брови, а внутри ликую, так как мои слова попали точно в цель, ровно туда, куда я и метил. Впрочем, это соблазнительная стерва даже не знает, во что могла бы вляпаться, если бы не моя афера с этой кражей. Уж я точно знаю, что отсюда ей будет выбраться легче, нежели из других, не столь отдаленным и "благоприятных" мест. О да, детка, до тебя впервые так быстро дошло! Именно это я и хочу! И почему мне сейчас кажется, что я разговариваю с ребенком?! Может потому, что я должен объяснять прописные истины?! Я подхожу к столу, становясь напротив неё и упираясь руками в гладь стола, смотря ей точно в глаза. Я давно потерял страх, ровно, как и стыд. Мне было за радость сверлить её взглядом. Догони, крошка, своим мозгом полевой мыши, что я спас твою задницу от приличного геморроя. Сам не знаю зачем, впрочем! Или тебе так хотелось пойти по рукам грязных, быдловатых охранников?! Ох, они бы долго тебя не оставляли в покое! Ууууу.... я снова хмурю брови, чуть отводя голову в сторону, но не теряя с ней зрительного контакта. Надеюсь, она поймет мой намек, хотя я не уверен, ведь мы похожи. Пока не окажемся в настоящем аду, не поверим, что есть места и положение похуже нынешнего. Может, именно это меня и привлекает в ней, ведь я не могу отрицать того, что бесконечно симпатизирую себе самому?!
Неужели я так похож на шутника?! Нет, моя хорошая, я говорил на полном серьезе! я вскидываю брови, чуть улыбаясь уголком губ. Я не склонен к широким улыбкам, сам не знаю почему, просто слишком привык к малым проявлением чувств, я не первый год тренирую себя в сдержанности, хотя должен отметить, что мои успехи оставляют желать лишь лучшего. И все же мои руки ложатся ей на плечи, начиная мягко разминать, и я даже не могу предположить, кому больше доставляю удовольствие данным действием. Но я не нанимался все же ей тюремным массажистом, пускай, и ощущать пальцами её миниатюрные ключицы было крайне заманчиво. Мои пальца коснулись её оголенной кожи под комбинезоном отвратительного [на мой вкус] цвета. Я не могу отделаться от ощущения, что мне нравится чувствовать тепло её кожи, что идентично по градусу с моим. Я стараюсь контролировать свою силу, но в то же время не могу отрицать, что мне хочется большего, что я хочу скользнуть руками по её плечам, оголяя их для меня, но для этого не время и место, пускай я буду трижды не против такого экстрима. Но все же мне пора бы уже прекратить с ней нянчиться и играться в бирюльки. Как по мне, то сейчас самое время перейти к самому главному. Я чувствую, чувствую кожей, что она ждала этого вопроса, но в то же время, глупо предполагать, что его можно было избежать. Мои руки крепче сжимают её плечи, а я склоняюсь к ней, похоже, мое терпение все же не безгранично. И да, я не знаю, про какой подарочек она говорит, да мне и плевать, если говорить на чистоту. Я знаю лишь то, что реально имеет для меня ценность и не малую - информация. Я чуть выпрямляюсь, но резко обрываю её речь. Моя рука плотно зажимает её рот после многозначительных слов "И ты мне никто, чтобы". Я мог бы и дальше слушать весь этот словесный понос, но что-то подсказывало мне, что в нем не будет ничего полезного. Моя ладонь сильно стискивает её рот, не давая ей произнести ни слова, а другая рука резко захватывает девушку за плечо, блокируя её действия. Я медленно опускаюсь на уровень её горла, мягко проведя по нему носом, ощущая, как девушка резко сглатывает. Довольно...  мягко проговариваю я совершенно спокойно, понижая громкость своего голоса. Значит так, малышка. Давай договоримся так. Я похлопочу за тебя, а ты раскроешь свой шикарный ротик и все мне расскажешь, договорились? мне кажется, что мой тон стал даже подозрительно добрым и нежным, если бы не одно малое "но" - моя ладонь все еще плотно сжимала рот девушки, в пальцы впились её в плечо. Но! но... если надумаешь обмануть, я найду тебя, Бет! Найду, не сомневайся, и ты не доживешь до утра! Будет жаль терять такую красоту, но я как-нибудь переживу, будь уверена... Ну так что, я был достаточно убедителен? проговариваю я, повернув голову к ней, отстраняя свои губы от её уха, взглядывая на её привлекательный профиль. Она медленно кивает, ибо я так и не разжал свои объятия, а я лишь все же отпускаю её, убирая свою ладонь от её губ. Умница!  говорю бегло я, чуть вскинув брови и чуть нахально ухмыльнувшись уголком губ, а, после, мягко касаюсь своими губами её мочки уха, чуть прикусывая. До завтра... я медленно поднимаюсь в полный рост, поправляя наспех одежду, а, после, отхожу к двери, уверенно стукнув в неё кулаком, звук от которого разлетелся по всей камере. Дверь со скрежетом открылась, а я встретился взглядом с охранником. Мы закончили. заключил я, а, после, вышел за порог, даже не оглянувшись, я был уверен, ей есть над чем поразмыслить, ей осталось не так много времени...

+1

7

Можно было заявить на чистоту - подписываясь на это дело я не рассчитывала, что на моём пути возникнут препятствия. Не думала, что среди охраны моей 'жертвы' может обнаружиться тот, кто может спутать все мои планы; может отправить меня за решетку и более того угрожать мне если я не верну ему то, что он так отчаянно с меня требует, рискуя напрямую заявиться прямо в участок. Всё это было как минимум печально и как максимум - трагично. За всю свою жизнь я только однажды последовала за одним человеком, послушав его, слепо последовав его воле, что привело ни к тем последствиям. Хотя, как ещё посмотреть: хорошо/плохо, но благодаря ему я стала той, которая есть, так сказать во плоти со всеми плюсами и минусами моего превосходного характера. Это меня определили за решетку обнаружив эти чертовы драгоценности, и это я утащила жесткий диск с компьютера большого дядюшки босса, заменив его жалкой пустой подделкой. Да мной уже сейчас можно было гордиться, как выросла эта девочка и сколько важных дел она уже успела сделать, выставляйте её фотографию на стену почета, хотя этой девочке уже давно было пора остепениться и осесть на одном месте. Но мне не нужна была слава. Она последнее, что может быть в моей жизни, иначе говоря, привлечение внимание к её величеству персоне и её личной жизни ещё никому не сыграло должного положительного эффекта. Уверенность не покидала меня ни на минуту. Почти, никогда. Я знала, что рано или поздно этот диск мне принесет приличное состояние, которое уже сейчас, заочно, обжигает мне руки своим присутствием. Что поделать, я привыкла жить красивой жизнью, которая наполнена разными прелестями словно рог изобилия, который подсунули тебе под нос с пометкой: опустошить сиюминутно. Пустые ночлежки в дешевых отелях под вымышленным именем, скромная, старая, забитая машина не для меня. И да, они мелькали в моей жизни довольно часто в виду моей работы, но при всем желании чаще всего я выбирала исключительно люксы. Дешевизна угнетает. Она забирает энергию и нервные клетки больше, чем важное дело, которое может подвернуться на моем пути с приличным вознаграждением. Я хотела отхватить джек-пот, я хотела большего и это большее уже сейчас было в моих умелых руках. Ничего боле не могло сыграть его роль. Ни любовь. Ни секс. Ни предложение постоянной работы в самой престижной компании этой страны, в конце концов компании отца. Это было не по мне. Душа жаждала приключений, терзалась от безучастия и отсутствия действий. Без средств, которые можно спустить на ветер под лозунгом 'жить красиво', я не могла больше существовать. Мы стали горячо любимым целым, которое не так-то просто развести по разным углам вставляя между нами клин правосудия. Ненависть не была моим коньком, но уже сейчас она выходила прямым ходом наперед. Лишь стоило мне увидеть это лицо, ухмылку. Пора было признать, что в этом мире есть и другие, подобные мне, но что самое интересное только избранные могли привлечь к себе по-настоящему сильное внимание. Но нет, я всё-таки одна. И никто не сможет стать мне ровней; рано или поздно всё равно проиграет - излишняя самоуверенность, что же поделать. Но только здесь было и ещё что-то, что могло спутать все карты, оно тихо шептало, но ещё не успело дать о себе знать. Изумительно, но в компании этого человека я совершенно не могла держать язык за зубами, прекрасно понимая, что получу достойный ответ на свои слова и предположения. Невидимые бои без последствий и проигравших. Они словестны. И с каждым новый порывом ещё больше готовы подлить масла к разгорающемуся пламени, словно насмехаясь на мыслями и эмоциями. Не могу молчать, это самое трудное сейчас, тем более, когда наш разговор начался со столь интригующей темы.
- Я не они, Блэкберн - с акцентом на фамилию произношу я, - я не собираюсь идти за тобой. Ни за кем-либо. - спокойным голосом говорю я, в то время как мой взгляд с ненавистным прищуром направлен прямо на него. Ты просчитался. Слишком громко это было сказано. И в чем-то, как оказалось у нас нашлось ещё и прямое сходство. Я не старалась задеть за что-то живое, выдав то, что первое пришло на ум, но узнать лишь секундный, предательский проблеск глаз было неплохой такой наградой. Мне оставалось лишь посочувствовать столь жалкому факту, учитывая, что я сама была холодна на чувства и любовь. Вот уже несколько лет прошло с тех пор как холод поселился у меня в душе и с этим уже ничего нельзя было сделать. Никому. Ни то, чтобы мальчику-охраннику с самодовольной ухмылкой и неплохой такой уверенностью. Уж он-то знал, что хочет. Но что хотела ты? Убраться. И как можно скорее получить свои деньги. И как оказалось, это будет не просто сделать; вначале нужно обязательно потрепать языком. - Так ты, значит теперь у нас рыцарь?! Прощу прощения, но разве не твой белый конь сейчас стоит у крыльца полицейского участка, кажется у него заклинило сигнализацию. Пойди проверь, а. - Удобнее усаживаюсь на стуле, если на нем вообще можно было сидеть удобно и снова усмехаюсь. - Мы живем в веке где каждый сам может позаботиться о себе. Я могла уже скрыться на следующий день, если бы ТЫ такой умный не залез не в своё дело и сам же не вырыл себе неприятности. - стараюсь говорить ровнее. Правда стараюсь. Но зачем? Мне и без того уже было выдвинуто обвинение в краже, хотя я и могла упрятать сюда же этого ублюдка, но только этот сукин сын определенно имел за собой прочное алиби и отменную репутацию, которая уже успела зарекомендовать себя в глазах холеного правосудия. Глупости не входили в мои планы, но мне ничего не стоило представить, как парень напротив меня гниет и угасает за решеткой по максимальным расчетам. Увы я не была той, кто сдаётся при малейшем дуновении опасности и отступает в тень, когда начинает пахнуть жареным, не всегда, по крайне мере, когда ставки не имеют столь высокий рубеж, и цена стоит на столь неприлично высоком уровне.
На секунду мне кажется, что мне готовы свернуть шею уже здесь, и плевать, что мы находимся в полицейском участке и что вполне вероятно наше 'свидание' записывается. Но ведь кто знает, какая власть находится в руках у человека на которого работает Блэкберн, и куда ещё сильнее может занести его стремление получить диск. Возможно в этом 'свидании' нет свидетелей. Я резко дергаю головой в сторону, стараясь избавиться от ладони на своём лице, но замираю без движения, ощущая его горячее, дразнящее дыхание на своей шее. Всё это только угроза, шанс которой прийти в исполнение приравнен к среднему... Я больше не пытаюсь бороться, понимая, что мне всё равно не выстоять в этом сражении, но я хотя бы могут сделать вид, что мне страшно. Должно быть я природная мазохистка, а быть может просто люблю испытывать окружающих меня людей и себя на прочность. Его рука теперь уже с силой сжимает плечо, оставляя там свои отпечатки, а голос сладко нашептывает угрозы, задевая внутренние струны раздражения. Да ты самый настоящий псих. - Проносится в моей голове, когда я слышу слова угрозы. Если бы мой рот сейчас не был зажат, а в глазах не бегал потерянный страх, то мои бы губы точно растянулись в усмешке. Я по-прежнему не могла купиться на то, что со мной могут что-то действительно сделать. Но должно быть впервые, неизвестность начинала подкрадываться со спины, пуская свои путы стараясь запугать. Я ненавидела его, но должно быть именно это в нём мне и нравилось. Мы были похожи; умели и любили играть с чужими чувствами.
Мое сердце всё ещё бешено билось в груди, чего я раньше даже не замечала. Что и говорить, я до сих пор плохо верю в то, что только что произошло и что теперь, мне нужен был как минимум план к спасению своей бесценной шкурки, но ещё больше меня привлекал план мести. Меня ведут обратно в камеру, но я словно бы чужая сама себе, уже поздно отматывать ленту событий назад, когда вызов был сделать. Хитрость - не порок, это лишь дополнение к такому упоительно-сладкому действию как - месть. Я знала, что рано или поздно Блэкберн отступится или по крайне мере сам окажется за решеткой или быть может даже в этой самой камере и этом не самом удобном ложе. Я возненавидела его с самых первых минут нашего знакомства, но только ли? За всеми мыслями и планами остаток дня впервые закончился очень быстро, теперь у меня появилась очередная цель в этом жизни, теперь я не просто хочу продать диск скупщикам, но ещё и отомстить тому, кто меня подставил, да ещё и смел мне угрожать. Осторожнее, детка, это не твой стиль - месть, гораздо проще отправиться восвояси и жить своей жизнью, но уже было слишком поздно, я готова сделать исключение и задержаться здесь хотя бы на несколько дней.

***

Парень не обманул меня и уже ближе к обеду следующего дня я оказалась на свободе, не до конца понимая радоваться мне или нет, что меня ждет встреча с этой самодовольной физиономией. Но цель стоила свеч, хотя бы сегодня я смогу принять ванную и наконец-то поспать на нормальной кровати с неплохим матрасом и не под прицелом камер видеонаблюдения. Блэкберн дожидался меня через улицу от главного входа, и недолго думая я направилась прямиком к нему.
- Мне нужно привести себя в порядок и поесть, я безумно голодная. Где твоя машина?! - без всякого приветствия с ходу выпаливаю я уставшим голосом, без намека на хорошие манеры. Постойте. но ведь этот человек вытащил меня оттуда куда и успел запрятать, да ещё и угрожал мне - логика высшего уровня. Но эти дни не были приписаны мне как spa-курорт, а значит и настроение вытекало из этого соответствующее. Ему был нужен диск, но без меня он его получить не сможет - все сходится. На самом деле я и не думала отдавать ему свою находку. Упаси боже. У меня были все возможности на то, чтобы сбежать от нежелательной компании при всём моем желании. Ни он первый, ни он последний, когда мне придется это сделать, но в этом случае, я хотя бы заставлю вернуть мне то, что он успел у меня отнят - неделя свободы. Смотрю прямо ему в глаза, скрестив на груди руки и разве, что не топаю от нетерпения носком отвратительных кроссовок, что были на мне обуты и которые хотелось поскорее скинуть. Боже. Никогда не думала, что однажды скажу это, но... как же черт возьми я скучала по шпилькам и высоким каблукам.
- И да, я поняла/приняла твои условия, но если ты хочешь получить этот диск, то придется для начала меня приодеть и накормить. А потом уже говорить о нашей сделке. - самодовольно улыбнувшись уверенно говорю я, чуть кивнув головой в бок. Отсрочить момент. Мне нужно было ещё дополнительное время, чтобы придумать как скрыться и как побыстрее избавиться от диска, а коли нас свела судьба и теперь (не хочу об этом даже думать) я оказалась связана с этим ублюдком за то, что он освободил меня, то придется выкручиваться по мере возможности. Не смотря на отговорку для себя я всё ещё не понимаю, что действительно делаю рядом с ним...

Отредактировано Bethanie McDowell (2014-11-03 18:37:38)

+1

8

Мне так надоело. Правда, надоело. Надоело бредить, играть в эти детские игрушки и опускаться до её уровня. Черт возьми, я ведь Блэкберн, я не подзаборный пес, не скиталец, у меня есть фамилия, есть род_семья_имение, и пусть сейчас этого никто не признает, но лишения, все мои лишения лишь на бумаге, и пусть рукописи не горят, мне плевать, я знаю кто я, знаю за кем я стою и кто стоит за мной. И я унижаюсь, опускаюсь ради этой девицы, мне надоело, я нажимаю на стоп и иду против рельсов этой истории. Я не пойду по этому пути, мне хватило его по горло. Мне надоело быть ничтожеством, грязью по ногами. Я люблю свое двуличие, я не могу отрицать, но я знаю, как не терять себя. Я не стану одевать её ошейник, приготовленный для меня. Я сделаю ей последнюю услугу, сделаю ей незаслуженный ей подарок, я переступлю через неё, как бы мне не было. Я вижу её взгляды, она так же двулична как я, она уже ближе ко мне более, чем даже я сам рассчитывал. Я могу ошибаться в ней - в себе никогда.
Я не знаю, зачем иду к нему. Возможно, я подставлюсь, добровольно положу голову на плаху. А все ради чего?! Ради девицы, которая ни в грош не ставит никого. Я устал от неё. Устал подставляться, лишь для того, чтобы её блондинистая голова без грамма серого вещества начнет осознавать, что только мне то её и стоит верить. Упрятал её за решетку?! Ей стоит обернуться, взглянуть на себя в зеркало кармы и понять, что она на моем месте поступила бы и похуже, если бы могла. Я оказался проворнее её, но так же был и менее внимателен. я не собираюсь идти за тобой. Ни за кем-либо. ... её слова еще крутятся в моей голове. Глупое, наивное создание. Слишком глупа, хотя должна была уже поумнеть. Я тоже был столь же самонадеян. И куда это привело меня?! Не знаю, мне жаль её. Подсознательно, я хочу реально помочь ей, пускай, я и прикрываюсь под своим дебильным характером, который кажется нереально гнилым. Не хочу, чтобы она повторяла непоправимые ошибки. Пф. Откуда такая забота?! Она плюнет мне в лицо, злорадно рассмеявшись. Но, ведь это будут её проблемы?!
Я подхожу к его кабинету, чувствуя безумную неловкость. Я даже толком не придумал, что сказать, но точно знаю, что его влияние мне необходимо для того, чтобы сдержать данное мной слово. Я сжимаю пальцы в кулак, решаюсь, стучу в дверь. Он не откажет, знаю это и тем не менее не уверен в успехе своего дела. Меня выворачивает от его лоснящейся улыбочки, пародирующую ухмылку, но мне платят приличные наличные, чтобы я терпел всё его притворство. Мне хватает лишь кивка, мне казалось, что он уже привык к моему немногословию. У меня к Вам есть одно важное дело... и оно связано с... мисс... МакДауэлл. я сам не знаю, как мое лицо не перекосилось от данных слов, но дыхание мое точно перехватило. Я смотрел ему в глаза и на своей шкуре ощущал всю гамму его эмоций, но он молчал, просто смотрел на меня, потерев свой подбородок, я лишь склоняю голову чуть в бог, поджав губы. Но он позволяет мне продолжить, и, кажется, даже проявил долю заинтересованности. Нам необходимо её освобождение! Минуту!  я тут же перебиваю его, так как прекрасно знаю, что он мне собирается сказать Просто доверьтесь мне!! Нам нужна информация, которой она обладает! А после... после мы упрячем её обратно! Просто... напишите свой отказ от обвинений! я стараюсь добавить уверенности в свой голос, чтобы мне самому поверить в то, что я говорю. Это секрет успеха. Я выжидающе смотрю на него, откинувшись на спинку стула. Я вижу в его взгляде сомнение, но желание наживы все же сильнее в сто крат. Его роспись уже красуется на листке, а я лишь изображаю как можно более уважительный взгляд, удаляясь из его кабинета. Дверь уверенно закрывается за мной, а мои губы искажает ухмылка...

Очередная победа, впрочем, боссом крутить и вертеть как мне заблагорасудиться куда более легче, нежели этой девицей, что вскоре выйдет мне навстречу. Моя рука даже не дрогнула, когда я отдавал вчера заявление об отказе прокурору, что вел её дело и довел его крайне удачно. Я был уверен, что поступаю, наконец, правильно. Мне даже кажется, что я не пожалею о своем решении. Меня переполняют чувства и эмоции некого восторга. В моих руках шевельнулись малые узы мнимой мной власти. Неужели я примеряю на себя роль кукловода?! Я буду честен с самим собой, я искренне надеюсь, что это так.
Я складываю руки в замок перед собой, в грудь легко вздымает от глубокого вздоха. Я не могу поверить, что волнуюсь. Никогда не признаю, нет, это просто нереально. Нереально мое ощущение, я должен быть уверен в себе, ведь пора и мне диктовать правила игры. Но я не хочу больше играть в игры. Я устал играл, мне надоел этот детский сад. Мне тридцать один год, а я занимаюсь какой-то бесполезной деятельностью. Кручусь по жизни словно уж на сковородке, а на деле бегу по замкнутому кругу. Может, все бесполезно реально?! Может мне более не возвысить себя на свое место и лучше вообще забыть о том, кем я был и кем мог бы стать?! Что-то во мне неприятно кольнуло от этой мысли. Не легко признать, что твои годы были пущены в пустую. Но откуда такие мысли?! Это место действует на меня губительно, я не могу ждать тут ни минуты. Моя никак не могущая умереть сентиментальность. Она отравляет мне жизни, из-за неё я делаю свои ошибки, мне не нужны эмоции, мне не нужны и чувства. Я хочу стать бездушной машиной.
Слава богу, мне самому не вериться, что я вспомнил о всевышнем, но я смог отвлечься. Отвлечься и выкинуть весь этот мусор, что был в моей голове, что томился от ожидания. Механические ворота раскрываются передо мной, а я лишь напускаю на свои губы ухмылку, с коей всегда встречал её. Не могу позволить себе дать брешь в своей холодности и отрешенности от неё. Она ничтожна, унизительно ничтожна, чтобы принять хоть малую долю теплых чувств к ней. Пусть расценивает мои позывы и действия, как нечто столь же низменное. Мне следует внушить это себе. Я сверлю её взглядом, провожаю прямо до себя, а после, заглядываю ей в глаза. Оу, прям так разу к делу?! Может хоть поцелуешь своего освободителя в честь страстной встречи? я легко вскидываю бровь, чуть склонившись к ней, "бегая своим взглядом по её", а после, беру её под руку довольно настойчиво, отводя её к машине, даже и не собираясь подстраиваться под её шаг. Я отпускаю её, окидывая взглядом, вновь вскидывая бровями. Как будто у тебя был выбор, дорогая! говорю я, полностью игнорируя я последующие слова, лишь достаю ключи от ауди из кармана, снимая сигнализацию. Я подхожу к пассажирской двери, тут же открывая её. Запрыгивай, куколка! И постарайся не запачкать мне салон иначе выкину из машины на полном ходу! говорю я, сам же как только могу обаятельно улыбаясь довольно широкой улыбкой, склонив голову чуть к плечу. Я выжидающе смотрю на Бетани, а после взглядом указываю ей на кожаное сиденье своей машины, как бы поторапливая блондинку. Я не собираюсь ждать тут весь вечер пока "её высочество" соизволит усадить свою задницу в мою машину. Я все же добиваюсь своего и провожаю МакДауэлл взглядом в машину, а, после, захлопываю за ней дверь, обходя ауди и занимая свое место...



Признаться, приводить искусную воровку и сучку себе домой последнее, что я хотел бы сделать. Но на своей территории я могу не волноваться о том, что меня ждет какой-то, так скажем, конфуз. Мне сюрпризы были ни к чему, а в моем доме они сводились к минимуму. Хотя, не скажу, что не жду подвоха от этой девицы. Я не настолько глуп, чтобы поверить её милейшим взглядах, что насквозь лживы. Я бросаю её вещи в прихожей, а ей же настоятельно советую пройти в гостинную. Я скидываю пальто на входе, я прилично успел в нем пропарить кости. Мои руки ложатся в карманы джинс, а сам я останавливаюсь на входе, облокачиваясь на дверной косяк, наблюдая на блондинкой у себя в гостинной. Что ж, МакДауэлл! Похоже, я не закончил со своими обещаниями! Пока что я ищу тебе более менее приличное шматье, ты, душа моя, сидишь тут! Кухню сама найдешь, я надеюсь! А когда я вернусь, я надеюсь застать тебя здесь и все свои вещи так же! Не дай бог хоть что-то пойдет не по моему плану! Не советую, милая! говорю я, самодовольно улыбаясь, подходя к Бетани ближе, расстегивая манжеты своей рубашки, закатывая рукава до локтя. Будь умницей! проговариваю я тише, так как нависаю фактический над ней, а, после, легко щелкая её по красивому носу, не забывая ловко усмехнуться над ней. Я поднимаюсь в полный рост, не спеша разворачиваясь и направляясь к выходу. Не скучай, Бет! кидаю я её через плечо с нескрываемым сарказмом, закрывая за собой входную дверь...

+1

9

В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » хитрость есть оружие слабого и ум слепого