Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Ray
[603336296]
внешностивакансиихочу к вамfaqправилавктелеграмбаннеры
погода в сакраменто: 40°C
Ей нравилось чужое внимание. Восхищенные взгляды мужчин, отмечающих красивую, женственную фигуру или смотрящих ей прямо в глаза; завистливые - женщин, оценивающие - фотографов и агентов, которые...Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Недосказано и недослушано. Сердце бьётся другими вершинами.


Недосказано и недослушано. Сердце бьётся другими вершинами.

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Терра и Виктория
Сакраменто
безветренный и жаркий август 2007го года

Есть люди - как открытая книга - смотреть их легко и понятно, предугадывать, знать в мелочах, планировать, чем закончится их сюжет. Но не все книги одинаково легки для восприятия, даже если доступны для общего пользования. Иногда резкие повороты и новые главы в жизни бывают настолько неожиданными, что выбрасывают за борт в полном непонимании и разочаровании.


Небольшая история о том, как предусмотрительная неприкосновенность
личной жизни стала финалом дружбы.

http://sa.uploads.ru/eNz1A.png

Отредактировано Victoria Blackmore (2014-11-09 19:18:06)

+2

2

внешний вид

http://i68.fastpic.ru/big/2014/1106/45/1b047a09977db0af06468a6d098a9645.jpg

Терра, подхватив небольшую сумочку, выбежала  на улицу, судорожно оглядываясь по сторонам в поисках такси. Но куда там, именно когда человек опаздывает, именно тогда машину не дождешься. Все или заполнены, или проезжают мимо как в самых подлых законах подлости. И тавтология здесь очень даже уместна. Терра со злости пнула носком туфли небольшой камушек, тут же отругав себя за такое бескультурье. Она в последнее время стала через чур эмоциональной и нервной. Наверное, сказывалась работа…Да и вообще. Время было не из легких. Она влезла по уши в самые  глубокие проблемы. Она влезла в мафию…Она попросила денег на то, что бы вытащить бизнес. А время подходит платить, а нужную сумму она так и не собрала…По телу прошли мурашки, когда девушка представила что с ней сделают, если она их не отдаст. И умолять и просить тут будет просто бесполезно. Ладно…Терра потом подумаешь об этом. Сейчас нужно добраться до офиса Виктории. Они договорились увидеть там и пойти развлечься в кафешко, но она катастрофически опаздывала. А Виктория этого не любила. Вот же черт, задолбали. Терра фыркнула и побежала на другою сторону дороги, где останавливался общественный транспорт. После получаса езды, ругани и ужасного настроения, Терра вышла на нужной остановке, поправила платье и выдохнула. Нужно покупать машину…были бы деньги. Она поморщилась. Как-то нужно было выкручиваться из всего этого. Никто не знал про ее проблемы, никто. Она сама пыталась, карябала землю и рыла дорогу вперед,  и никто не знал, что ей грозит опасность. При чем ощутимая такая…Они уже давали о себе знать, и повторно придут уже не разговаривать. Надо рассказать Виктории…Я не смогу долго держать это в себе. Мне нужно хотя бы поделиться, поплакаться. На какое-то мгновение в носу Терры защипало и она даже остановилась, переводя дыхание. Она устала. Ей 25 лет, самый расцвет сил гулять с мужчинами, искать и строить свою судьбу, завести семью…А она. Она пытается, она борется за бизнес, который в свое время покинул ее отец и она поклялась себе, что не бросит его…Никогда. Она пойдет на все, ради того, что бы вытащить его, что бы исполнить мечту своего отца…Папа, знал бы ты,  как изменилось время. Знал бы ты,  как поменялись принципы и правила жизни. Что деньги и власть вышло на первое место, втаптывая в грязь дружбу и искренние отношения и чувства. И мне…Мне пришлось стать такой же, я надеюсь,  ты меня простишь. Я надеюсь, ты будешь гордиться своей девочкой. Еще пять минут. Отлично. Терра забежала в здание и пробежала по первому этажу, находя взглядом нужный ей цветочный магазин.  Она уже собиралась отворить дверь ногой, как частенько делала, заходя к Виктории с воплями о том, что она не виновата, что это все транспорт. А то, что она валялась в ванне три часа, это совсем не считается. Но на ходу она заметила, что дверь чуть приоткрыта и вовремя остановилась, что бы не ворваться…Но то, что она увидела заставило девушка зацепиться взглядом…И ахнуть. Виктория была не одна. Она была с Роксаной. Терра знала эту девушку. Она иногда видела их вместе, но по своей натуре не особо интересовалась их отношениями, подумав для себя, что она была подругой для Виктории. Даже иногда преревновывала ее, но потом поняла, что это просто глупо. Виктория общалась и с ней, не обделяла дружеским вниманием. Тогда зачем ревновать? Но сейчас…Терра не была любительницей подслушивать и подглядывать, но то что она видела, заставляло замереть на месте и просто не отрывать глаза. Они стояли рядом. Слишком рядом. Виктория стояла у окна, разглядывая огромный букет, а Роксана обнимала ее…Совсем не по дружески. Терра дернулась и руки задрожали. Меня мои глаза обманывают? Но когда девушку наклонилась к губам подруги, Терра замотала головой и унеслась прочь из этого помещения, хватая ртом воздух, оказавшись на улице. Она даже не могла поверить в то что видела…Нет, она не была из тех, кто ненавидел однополые отношения…Но…Не Виктория же. Как же она…Она же такая красивая девушка. Ей мужчину. Статного, сильного мужчину. Какие девушки??? Стало как-то мерзко…Они с Викторией были очень близкими подругами, они делились всем друг с другом. И так такое…Они всегда  поддерживали друг друга, но сейчас Терра просто не могла найти оправданий и причины, по которым она могла придти в себя и принять эту ситуацию. Она ничего мне не сказала. Боялась реакции или просто не хотела этим делиться с кем-то? Или может все еще не так поздно…Я должна с ней поговорить. Терра выдернула из сумочки телефон и набрала номер. Спокойный и сильный голос отозвался на том конце. Подумав о том, что она там не одна, какая-то дрожь пробрала девушку.
- Тори, я не смогу сейчас подъехать. Возникли кое-какие проблемы. Ты не могла бы вечером подъехать ко мне? Нужно поговорить. – Терра старалась говорить как можно спокойнее, но подруга ее слишком хорошо знала. Виктория догадалась, что что-то случилось…(правда она и подумать не могла что именно) и пообещала приехать, как только освободится. Терра резко развернулась и вскинула руку. Машина была рядом через несколько секунд. Быстро…
Она доехала до дома быстро и без пробок, открыла дверь и вошла в дом. Выдохнула, разуваясь, находясь в какой-то прострации. Она все еще не могла уместить в своей голове то, что видела. Может быть, мне показалось? В любом случае пора поговорить с Викторией на чистоту. Она, надеюсь не обидится, ведь я не специально…Она взяла бутылочку виски и плеснула себе немного. Села на диван и откинула голову, пытаясь понять, почему и как. Она же сама никогда не разделал таких предпочтений. Она даже подумать не могла, что кто-то из ее подруг будет в таком положении. Ей было и стыдно за себя, за свое поведение. В конце концов Виктория взрослая девушка, кому как ни ей самой решать что делать а что нет…Но Терра просто не могла думать об этом. Сделав один большой глоток, она осушила стакан и прикрыла глаза…Надо как-то аккуратнее. Но почему-то в ней поднимался гнев, который начина душить. Она сжала стакан пальцами и выдохнула…Все. Успокойся. И просто дождись ее….

Отредактировано Terra Kaas (2014-11-06 18:52:24)

+2

3

внешний вид

http://images.tvfanatic.com/iu/t_intro/v1379969369/attachment/abc-execs-banking-on-greys-anatomy-secret-weapon-kate-walsh.jpg

http://bloximages.chicago2.vip.townnews.com/poststar.com/content/tncms/assets/v3/editorial/4/bc/4bc6f138-4046-5015-a41d-e0e277e55623/4bc6f138-4046-5015-a41d-e0e277e55623.image.jpg

Виктория подвинула большую вазу с декоративными подсолнухами ближе к окну, позаботившись о том, чтобы солнечные цветы на высоких тонких стебельках одинаково приветливо улыбались и прохожим на улице, и клиентам в магазине. Совсем скоро её основным местом работы и приложения силы станет главный салон «Forget-Me-Not», потому надо изо всех сил поднапрячься и оставить себе такое впечатление, чтобы все, кто привык к этому маленькому магазинчику на первом этаже некогда жилого здания, раскупленного почти полностью под бутики и офисы, словно паутиной бы прилипли и к новому её магазину практически в центре Сакраменто, а не искали чего попроще в этом же районе. Флористка отдала этому магазинчику уже пять лет своей карьерной жизни и, конечно, прощаться с ним было слегка тоскливо, но необходимо.
- Ты всё еще твёрдо уверена, что не хочешь его оставить? - Задумавшись, над ярко-оранжевыми лепестками большого цветка, Тори совсем потеряла внимательность и не заметила, как в дверях мелькнул знакомый силуэт. Роксана предупреждала, что на вторую половину дня намечено заседание судебной комиссии, а суд как раз в паре кварталов, но была совсем не уверена, что у нее получится улизнуть на несколько минут от сумасшедшего ритма, без которого хорошие юристы не представляли своей жизни, чтобы заглянуть в цветочное царство. И вот ей все-таки это удалось - Тори даже не сомневалась.
Суть вопроса она поняла сразу, хоть и прозвучал он весьма внезапно и застал рыжеволосую в минуту такой растерянности и отчужденности, что и слова-то подбирались плохо. Она состроила жалобную мордашку с печальными глазками.
- Ты сейчас так это произнесла, будто я отдаю в приют самого очаровательного щеночка в мире, - глубоко вздохнула и снова посмотрела на лепестки подсолнуха.
Летом люди любят яркие дикие цветы. Конечно, всегда есть романтики, предпочитающие нежные весенние виды, или классики, отдающие предпочтение розам, но большинство поддерживают живость летнего настроения пышными фейерверками, напоминающими даже в загруженные рабочие будни о разноцветии лесных полян, на которых некоторым так и не удается выбраться. Пусть это и иллюзия, но она дарит людям радость. Тори нравится думать, что это она делает людей хоть чуточку счастливее. И все пять лет этот магазинчик и был центром распространения её хороших эмоций, несмотря на то, что порой она колола руки розовыми колючками, или резала пальцы лентами, злясь на весь мир и свою же неуклюжесть, она никогда не пожалела, что решила заняться именно этим бизнесом.
Год назад, когда она полностью почувствовала себя "своей" в этой сфере, и увидела, что бизнес приносит реальный доход, а не только личное удовлетворение, Блекмор поняла, что должна развиваться дальше. Так появилась идея, а после и жажда обзавестись серьезным салоном, не только по продаже цветочных букетов и домашних растений, но и предоставляющий к тому же серьезные услуги по оформлению вечеринок и банкетов. Тори не боялась работы и ответственности, ведь когда наконец тебе удается поднять собственное детище, грешно останавливаться и сидеть в тихом болоте, медленно губя и свою инициативу, и предприимчивость, и наслаждение работой. Не было сомнений, что новый салон - правильное решение, но расставание с этим маленьким магазинчиком, с которым связано столько приятных воспоминаний, - та еще мука.
- Мне тоскливо, Роксан, но я уверена, - а взгляд все так же печален и губы поджимаются в ниточку. - Чтобы «Forget-Me-Not» стал другим и его таким приняли, не нужно ему славы медленного перетекания из маленькой лужицы в океан. Если я не закрою этот магазин, я всегда буду сбегать к нему от проблем большого, и это не пойдет никому на пользу. Пусть будет сразу и тяжело, чем с соблазном побега.
Рыжая флористка снова тяжело вздохнула и потянулась поправлять подсолнухи. Когда волнуешься, даже идеальное кажется несовершенным, а отвлечься бессмысленной перестановкой одинаковых, как на подбор, цветков - самое оно.
- Мм, - улыбаясь одновременно мило и иронично, протягивает Роксана, подходя ближе и оставляя свой деловой портфель на столике рядом. - Говоришь уже совсем как взрослая. - Ладонь брюнетки сначала ложится Виктории на бедра, а потом потом руки плавно опутывают талию, делая женщин ближе.
- Да, расту! - улыбается Тори, забавно морща нос и обнимая одной рукой за талию, а второй покрывая плечо. Она, словно играя в шпиона, оглядывается по сторонам и вполголоса добавляет: - Мне уже даже целоваться можно!
Их губы встречаются на границе лучика света, пробивающегося в окно. Обе счастливо зажмуриваются, наслаждаясь моментом, пока вдруг Роксана не отстраняется слегка испуганно.
- Мы стоим буквально на витрине магазина во время обеденного перерыва, когда на улице куча народа. Какое счастье, что я специализируюсь на экономическом, а не этическом праве!
- Да, было бы слегка конфузно, - смеется Тори, вытирая кончиком пальца размазавшийся вокруг губ Роксаны её блеск для губ. - Ты и без него блестящая, погоди, - предвещая попытки Роксаны воспротивиться, убеждает её Виктория. - Вот и все, госпожа адвокат, от вашего крайне фривольного поступка не осталось и следа. - Роксана вздернула носик, подыгрывая деловитости момента. Красивая она у неё, с искоркой в глазах и теплом в душе, умная, целеустремленная, уверенная, а дома нежная и заботливая. Рыжая такая везучая, и понимает это, а потому ей все по плечу и лишь вопрос времени, а не возможностей.
- Это твой? - прищуривает глаза Роксана, услышав знакомый рингтон мобильного и разыскивая его взглядом.
- Да-а, - неуверенно отвечает Тори, судорожно пытаясь вспомнить, где она его видела в последний раз, но фокус не удается, и искать телефон приходится по звуку. - Терра. Мы договорились с ней сегодня пообедать, но она должна была сперва зайти сюда... - объясняет Роксане свое удивление. - Блин, или я перепутала что-то?
Вдох-выдох, голос увереннее и бодрее, и отвечает на звонок.
- Привет, Терра... - и не успевает Блекмор даже приступить к обходным маневрам, чтобы ненавязчиво узнать, не перепутала ли она дни или планы и не опоздала ли куда, где клятвенно обещала быть, как подруга сообщает о срочных делах и настаивает на переносе встречи на вечер. - Да, без проблем, - согласно кивает по инерции, не обращая внимания на то, что Терра не видит этого жеста. - Тогда увидимся вечером.
Для Тори и людей ее окружающих было совсем не впервой менять планы и переносить встречи, и она к этому привыкла, но вот когда простой обед в кафешке превращается в "нужно поговорить" - это необычно настораживало.
- Она перенесла встречу на вечер, - растерянно прокомментировала Тори разговор по телефону. - Ты ведь не против?
- Нет, - понимающе улыбнулась Роксана и погладила рыжую по щеке. - Мне пора бежать, а ты все же не задерживайся, гулёна.

Как и было договорено, вечером после работы Виктория приехала навестить Терру, прихватив на всякий случай бутылку вина, раз уж не удалось попировать в обеденном кафе. Она совсем не часто бывала у нее в гостях, потому каждый раз немного неуверенно искала пункт назначения и звонила в нужную, как ей казалось, дверь.
Сегодня Блекмор и близко не догадывалась, о чем пойдет речь, и если днем она еще могла рассчитывать на что-то легкое и беспечное, то чем ближе время к сумеркам, тем тяжелее в ее голове была мысль о предстоящей встрече. Сегодня у меня не день рождения и даже не именины, потому с воплями "сюрприз" в темноте никто точно не выпрыгнет. Тааак, что день грядущий нам готовит?
- Привет, - улыбнулась Тори, когда хозяйка распахнула перед ней дверь.
Сейчас у Терры было то нечитаемое выражение лица, когда не поймешь, сердится она или предвкушает веселье, огорошит какой-то страшной приятностью или будет медленно вытягивать нервы в струны. Блекмор перебрала пальцами по бутылке и протянула Терре: - Надеюсь, проблемы больше не гложут?

+2

4

Как пролетело время до вечера, Терра даже не заметила. Она сидела на диване, так и не переодевшись, держа в руках пустой бокал. Пару раз она подливала себе спиртного, и ощущала, как горло обжигает приятный вкус виски. Она любила этот напиток. Наверное, совершенно не женский. Леди предпочитают вино и мартини, но никак не коньяк в кофе и не виски в чистом виде со льдом. Но Терра отменно разбиралась в спиртном, и чувствовать дорогой алкоголь на языке было ей приятно. И именно вкус этих двух видов ей нравился больше всего. Терра медленно выдохнула, словно боясь не только шевелиться, но и выпускать воздух из легких. Почему для нее это стало таким ударом? Почему? Она живет в современном мире, ничего страшного и удивительного в этом нет…Но. Она вспомнил веселое лицо Виктории, как она смеется, как толкает свою подругу в плечо при очередной ее подколке. Им было здорово вместе. Следом за всем картинка меняется. Терра плачет навзрыд у Виктории в объятиях, ее тело колотится и она причитает. Ей больно. Каас до сих пор помнила эту боль, отчаяние. Виктория всегда была рядом с  ней в самые сложные моменты. Когда все рушилось, ускользало из рук. Когда она плача, корила себя за то, что не может вытащить бизнес отца из болота, о том, что она предает его. Что она слабая девчонка, всего лишь девочка у которой ничего не получается. А Виктория обнимала е за плечи, убаюкивала и всегда говорила, что она сильная, взрослая. Что на ее плечах мать, что она должна держаться хотя бы ради нее. И это помогало. Две подруги, которые были очень близки. Две подруги, которые не оставляли друг друга…У которых не было тайн…Не было? Терра сжала стакан в кулаке. Чем она была удивлена и расстроена? Тем, что Виктория не поделилась с ней этим. А с какой стати она должна была делиться? Если ты слепая Терра, в этом виновата ты сама. Но почему, почему она злилась? Злилась на саму себя, ей нужно было просто поговорить с Викторией и все  встанет на свои места, наверняка она рассмеется и скажет, что все это глупость и игра ее воображения. Она обязательно так скажет…

Терра дернулась, когда в дверь позвонили. Она мельком бросила взгляд на часы и ахнула. Она просидела вот так около двух часов. Как мумия, как статуя. Что же такое происходит с ней. Она медленно встала, морщась от боли в затекших ногах. Она, прихрамывая, прошла к двери, по пути ставя стакан на полку, рядом с начатой бутылкой, и открыла дверь. На пороге стояла взволнованная Виктория. Вернее на ее лице читалось недоумение и переживание. Если Терра ее так резко вызвала к себе, то должно было что-то случиться,  и теперь она гадала хорошее или плохое. Ох, Виктория…Она так улыбнулась подруге, что Каас не сдержалась и улыбнулась в ответ, хотя голова предательски разваливалась на две части. К черту пока…Мы просто выпьем и поговорим. Как раньше. Мы поймем друг друга,  и все встанет на свои места.  Терра мягко приняла бутылку и улыбнулась. Что я и говорила – вино. Беспокойство, которое стягивало внутри груди, начало отпускать. В конце концов, она осталась той Викторией, которую она любила дружеской крепкой любовью. Надо сгладить свой тон, чтобы она не переживала понапрасну.
- Привет, дорогая. Ты однозначно умеешь поднять мне настроение. – Терра попыталась говорить искренне,  и чтобы голос не полнился волнением и печалью. – Проходи. Прости, что так резко выдернула тебя. Если быть честной…Я видела тебя с Роксаной, поэтому решила…не мешать.Почему мне разговор про нее так тяжело дается?Да и мне позвонили, вызвали в магазин. Поэтому решила отложить нашу встречу до вечера. Ты же не против, что я напустила страху? – Терра хихикнула и с бутылкой пошла на кухню. – Присаживайся, куда тебе хочется. Я пока помою фрукты и нарезку сделаю. – Терра опустила взгляд и поняла, что у нее дрожат руки. Черт. Как я буду разговаривать с ней об этом?  Нож медленно скользил по доске,  нарезая несколько видов мяса и колбаски для закуски под виски. В этой же тарелке оказался тонко нарезанный сыр. На другую глубокую тарелку она выложила тщательно помытые фрукты: виноград, апельсины, сливы. Для закуски под вино. Сама-то она понимала, что начатая бутылка виски будет допита именно ею. Открыв бутылку вина, и  подхватив тарелки, она вернулась в гостиную и все поставила на стеклянный стол посередине комнаты. Сама поймала бутылку за горлышко и опрокинула себе в бокал больше жидкости, оставшись у камина, облокотилась на него и решилась посмотреть еще раз на подругу.
- Ты выглядишь ставшей. Много работы? – Терра говорила тихо и приглушенно. Нужно было как-то спокойно выйти на этот разговор. Не спрашивать же в лоб, и выдавать то, что она видела. Самое главное качество, что было в Виктории – это не умение врать. Она всегда говорила правду, если считала нужным. И сейчас… - Я познакомилась с восхитительным мужчиной, он зовет меня завтра на ужин, но просил взять с собой подругу, у него есть свободный и не менее замечательный друг. Пойдешь со мной? – Терра наблюдала, как меняется выражение лица Виктории и хмыкнула. – Или у тебя кто-то уже есть? – Девушка прищурилась, пытаясь выглядеть невозмутимой и игривой. Но сердце гулко ухало в груди. Она ее не обманет, она расскажет правду, если она прямо спросит. Но в какой-то момент Терра поймала себя на мысли, а хочет ли она этой правды? Она смотрела на красивую женщину напротив и не могла понять, почему и зачем. А дети, а семья? Как… Она с улыбкой села рядом с подругой и сделала большой глоток.  – Давай признавайся, как ЕГО зовут. – Терра специально сделала упор на это. Она все еще надеялась, что Виктория не оправдает того, что она видела….

+3

5

...А я-то думала, что избавилась от чувства неловкости, - морозом по коже вверх вдоль позвоночника в голову Тори проникла эта мысль. Блекмор отчаянно пыталась казаться легкой и непринужденной и искренне верить, что все её волнение нелепо и по сути своей надумано: ну перенесла подруга встречу с обеда на ужин - с кем не бывает, а что голос был странный и отстраненный - так Терре надо о бизнесе думать сейчас 25 часов в сутки - разве удивительно, что не всегда она может сразу переключиться в другое настроение. Несмотря на многие стереотипы о лесбиянках, их распределении ролей и прочих социальных пристрастиях, Виктория всегда была и оставалась исключительно женщиной, со своими заморочками, тараканами и типично женским стремлением защищать все, что дорого и оправдывать все проступки, закрывать глаза на мелкие огрехи, даже не замечать очевидного, если это сохранит пусть и хрупкий, но мир и гармонию.
- Поднимать настроение - моё кредо! - подернув плечиками, улыбнулась рыжая, переступая порог квартиры подруги. Здесь она была не такой уж частой гостьей хотя бы просто потому, что у них обеих выпадало не так много свободного времени, чтобы планировать встречи а-ля домашние посиделки, а не в кафе на скорую руку и оживленную беседу.
Блекмор осмотрелась по сторонам, как это частенько делают новые посетители, хотя и не так пристально, потому что все же большинство всего ей было знакомо, и она скорее искала заметные отличия между её памятью и настоящей реальностью, а не пыталась заново узнать окружающее пространство. Почему-то ей показалось, что Каас вернулась домой совсем недавно, как будто все вещи здесь, стены и даже дверные проемы ждали хозяйку весь день девственно чистые без её внимания, голоса и аромата духов. Легко колыхались занавески на приоткрытых окнах, пропуская сквозь себя воздух внешнего мира. Тори вновь почувствовала себя не в своей тарелке, вторгшись в личное пространство подруги до того, как она успела вновь его завоевать. Плавно поворачиваясь на носочках вокруг своей оси, девушка мимолетом прошлась взглядом по столику с напитками и заметила отставленный в сторону бокал. Видимо, я ошиблась относительно проблем, подумала Виктория, стараясь сдержать глубокий вздох досады, дабы не выказать акцента своего внимания на этом факте - не для того она здесь, в конце концов. Или для того?
- С Роксаной? - удивленно слегка переспросила рыжая, хотя в её понимании удивительным было как раз то, почему Терра выделила это обстоятельство. - У нее было слушание в суде во второй половине дня, вот она и забежала по пути туда на несколько минут как раз перед твоим звонком. И глупо было с твоей стороны, Терра, быть та-ак близко и даже не заглянуть! - именно это и казалось Тори необычным, пока она не знала, что для подруги вопрос стал совсем другим ребром. - Ладно, ты прощена, - горделиво и смешливо одновременно заявила рыжая, кивая Каас, - интриги - это весело. И не заморачивайся ты над... - присаживаясь на диван, попыталась остановить подругу Блекмор, но та уже ушла в кухню за атрибутами радушной хозяйки.
Оставшись одна в просторной гостиной, девушка снова почувствовала легкий холодок очевидной недосказанности, вновь блуждая взглядом по комнате, словно ища подсказки, и по инерции кусая губу, (все никак не могла избавиться от этой привычки). Этот одинокий, отставленный ото всех остальных бокал для виски, по внутренним стенкам которого, казалось, еще стекали капельки жидкости, не задержавшейся на губах Терры, отражал в одной из своих граней вечернее солнце и неприятно колол глаза Тори, словно упрекая рыжую в том, что нарушила своим присутствием слишком интимный момент. Она тяжело сглотнула слюну, которая плотным комом прошлась по горлу и неприятная тяжесть поселилась в груди, мешая дышать свободно. Стараясь отвлечься, посмотрела на руки, снова недовольно поджала губы, "любуясь" порезом от ленты на сгибе пальца, таким же противным, как бывает порез от канцелярской бумаги - отвлечься чем-то положительным упрямо не получалось, и даже модель на обложке глянца на нижней полке журнального столика казалась какой-то несимпатичной совершенно.
Первый глоток вина все изменил, освободив от оков грудную клетку, ускорив в венах кровь и её прилив к мозгу. Тори подозревала, что пристрастие к вину после рабочего дня - едва ли символ чего-то хорошего, но оно так сладко обещало полноценную жизнь вместо существования уставшим овощем, что отказать себе она была не в силах.
- Работы мало не бывает, тебе ли не знать, - уже бодрее ответила Виктория, любуясь стеканием вниз по стеклу прозрачно-кровавых капель вина. - Вот только эту неделю-две я уже столько раз прокручивала в голове, столько раз, кажется, переживала, что устала как будто заранее, и теперь, когда это происходит уже наяву, вместо благоговейного интереса к новому и лучшему, я испытываю почти паранойю - все ли идет по тому, самому лучшему из придуманных сценариев. В общем, и с успехом, и с проблемами я вроде как на самообеспечении, - улыбнулась Блекмор широко и радушно, а после сделала еще глоток. - Черт возьми, Каас, не стой на против, как на допросе! Падай рядом, и больше не слова о работе. Начинай сейчас! - Порой это неподдельное ребячество Тори и было лучшим способом откровенности и правдивого отношения, прорываясь сквозь социальный опыт взрослого человека. Именно потому Тори очень-очень плохо умела врать во всем, что не касалось работы (там она была отличной бессовестной сказочницей), сразу выдавая себя. Она ненавидела такие моменты, и хорошо, когда люди понимали, что если она врет, то не просто так, однако это случалось не так уж часто.
Терра заговорила о новом знакомом. Ну о ком еще могут говорить женщины, как не о мужчинах? - подумала Тори, хотя на собственном опыте знала, что тем-то в общем много, но стереотипы так навязчивы, даже в мыслях никуда от них не деться. Совсем не обязательно испытывать к мужчине интимную привязанность или понимать, каково это, чтобы быть счастливым за человека, которого это воодушевляет - в этом плане Блекмор была очень выгодной подругой или приятельницей гетеросексуальным особам, которые могли расхваливать достоинства своего мужчины, не боясь потерять их в объятиях рыжей. Однако последующий вопрос застал Викторию врасплох.
- Пойти с тобой? - удивленно распахнув глаза, переспросила рыжая, едва не поперхнувшись новым глотком вина, от чего ее голос звучал немного ниже и надрывнее. - Даже если бы у меня никого не было, тебе не кажется странным, что весь из себя замечательный друг не может найти себе не менее замечательную спутницу самостоятельно? И вообще, тебе реально охота делить свое свидание с парочкой лишних людей? Брось, Терра! Топни ножкой и отмени замечательного друга. Я пас.
Она ужасно не любила такие ситуации, в которых не может объяснить все нужными словами раз и навсегда. Никогда нет удачного момента, чтобы сказать "я лесбиянка" и прекратить на том все попытки сосватать её очередному мачо. Камин-ауты красивы и вызывают овации только в исполнении звезд шоу-бизнеса, в реальной же жизни сдержанное молчание или что-то вроде "ага, понятно" уже можно посчитать за счастливый исход кампании. Опыта у Виктории было чертовски мало в этом деле, поскольку большинство знакомых узнавали об их отношениях с Роксаной либо от других общих знакомых, либо случайно, а дальше сами решали, как на это реагировать. Отличие же данной ситуации состояло в том, что никогда еще недосказанность не жила так долго. Сперва Тори надеялась, что, как и всегда, Терра просто случайно сама обо всем узнает, потом стала думать, что это в принципе не важно, а иногда её и вовсе посещали мысли, что Каас давно обо всем знает, её все устраивает, и это не тема для обсуждений.
Блекмор вздрогнула невольно, услышав последнюю фразу подруги, и отставила бокал с напитком на столик. Наивно было бы теперь сомневаться в том, что Терра ни о чем не знает, а её явный упор в противоположную сторону едва ли говорил о благосклонности в отношении полученной информации. С семнадцати лет Тори знала, что всегда будут люди, настроенные негативно, она знала на что идет - и шла. И если кого-то на жизненном пути можно было просто обойти, то некоторые люди заставляли падать, сбивать в кровь колени, и еще долго саднили внутри тупой болью. Виктория никогда не могла даже на миг подумать о том, что подножку ей подставит именно Терра.
Ну, давай, легко и беззаботно, черт бы тебя побрал, Блекмор! В чем проблема? Так, кто ты есть? Или начались проблемы с признанием себя? Вперед, легко и беззаботно! - мантра, не претендующая на упоминание в одном предложении с буддийскими монахами, но Тори помогала сосредоточиться. Она перевела сосредоточенный взгляд с горлышка своего бокала на Терру, заправила за ухо выбившуюся рыжую прядь и попыталась улыбнуться, почти насильно опустила плечи, которые уже, кажется, свело в напряжении, и воодушевленно набрала воздух в легкие. Обычно в такие моменты начинают говорить, говорить долгий монолог, возможно, с зачином, фабулой и концовкой в лучших традициях, а рыжая нема, как рыба, и только беспомощно подрагивают губы, через которые так и не прорывается ни единого звука. Наконец, она так же тяжело выдыхает, глядя на подругу почти жалобно и обреченно, и грузно откидывается на спинку дивана, потирая пальцами то висок, то переносицу. Всё хорошее когда-нибудь заканчивается, почему-то именно эта мысль поселяется в голове Блекмор. Девушка чувствует приближение финала, не имеющего ничего общего с happy end'ом, и если не получится во имя будущей, то хотя бы в память о прошлой дружбе старается не загубить этот вечер, разметав во все стороны света осколки некогда доверительных отношений.
- Нет никакого "его", и ты поняла это раньше, чем я переступила порог, ведь так? - даже сама Виктория не узнала свой голос, безжизненный монохромный равнодушный. - Думаю, восхитительного мужчины тоже нет, а весь этот мини-спектакль для того, чтобы воззвать к моему голосу разума. Не ты первая. Не ты... - И фраза оборвалась. В какой-то мере доверие обеих было предано, и что уж, глупо было бы сейчас рассуждать, что было бы, если бы все раскрылось раньше, или позже, и сделали бы они то же самое, будь у них шанс еще раз прожить этот день. Мы все живем только раз, и каждый день делаем выбор, влияющий на судьбу.

+1

6

Энимал Джаз ложь
В моем мире люди - такие люди
Гасят будни, боятся собственных страхов
Их страхи делают судьбы
И превращают в прах их
Когда ложь подойдет к концу
С кем останешься ты
Когда дождь хлещет по лицу
Каплями мертвой воды.

Виктория всегда была проницательным человеком, даже если Терра пыталась что-то скрыть от нее, она всегда чувствовала это, но ей хватало такта, чтобы не спрашивать, не углубляться в это если подруга сама этого не захочет. Виктория всегда была на ступень выше самой Терры, что касалось самообладания. То ли ей правда было все равно, то ли годы жизни вышколили из нее устойчивую к эмоциям женщину. Это всегда восхищало Терру, а порой жутко бесило. И сейчас она смотрела, как подруга внимательно наблюдает за ней, она прекрасно поняла, что что-то здесь все равно не так, но она продолжала идти на поводу и ровно отвечала на все вопросы, играла по правилам, которые установила Каас, и почему-то это начинало заводить еще больше. Почему? Почему она просто не поднимет глаза, не скажет, что все поняла, и почему Терра разыгрывает весь этот спектакль, ведь и ежу было понятно, что она врет про свидание. Ежу понятно, а уж Виктории и подавно. Какое-то мерзкое чувство расползалось по груди, и не от обиды на нее, а от самой ситуации, в которой они обе оказались по ее вине. Хочется улыбнуться, закрыть на мгновение глаза, выдохнуть и сказать "да пошло оно все к черту, ведь какая, по сути, разница с кем и когда, она имеет право на свою личную жизнь, которая не касается меня». Но червяк, которое копошился внутри, не давал возможности Терре спустить все это на тормозах. Она не доверилась мне, она решила, что не стоит рассказывать об этом своей подруге. Боялась, что не пойму? Но ведь сейчас я злюсь. Злюсь потому, что она скрыла это от меня? Терра признайся сама себе, что ты просто не можешь этого принять, признайся, наконец, и прими то, что ты плоский и однобокий человек, который злится на свою подругу из-за того, что она полюбила девушку. Но как? Как объяснить Виктории, что она не злится, что она просто переживает. Если она живет так, значит она сталкивалась с разными ситуациями, осуждением….но ведь Каас не пыталась ее осудить нет. Она не могла в лоб спросить, она была смущена всем этим, что бы вот так сказать «а ну признавайся, лесбиянка ты или нет». Это была не шутка, для Терры нет. И для самой Виктории тем более. И она не хотела ее обидеть, задеть, или как-то оскорбить…она просто. Да черт возьми, она воспитывалась в семье, где превыше всего семья, уют, дом, дети. Но как? До ее головы не мог дойти смысл существования женщины на земле, если она не может родить ребенка, выполнить свой долг. Молодая женщина многое повидала на своем жизненном пути, она многое пережила, но этого понять не могла. И сейчас она пыталась поговорить, донести это до Виктории. Я не хочу тебя обидеть, Господи, не хочу. Я хочу просто знать почему? И как дальше? Но. Человек устроен так. Он не может закрыть глаза, обнять подругу за плечи, посмотреть в глаза и сказать все, что накопилось в душе, даже с самым близким. Какие-то гребенные черты характера: гордость, стыд, недоверие, заработанное с годами. Все это мешает просто спросить, просто заглянуть в глаза и увидеть там ответ. Мы увиливаем, пытаемся прикрыть свой интерес, свое волнение и запинаемся, слова застревают в глотке и от этого бессилия становится так тошно, так больно, что начинаешь злиться на себя, на всех, а сильнее на того, кто приносит это неудобство. Она не хотела, правда не хотела, но руки предательски задрожали.
    Она подняла глаза и встретилась с глазами подруги. Все замедлило бег, Терра мгновенно поняла, что Виктория догадывается о причине этого визита. Она поняла, что Каас догадалась, может что-то и видела. Стыдно, до чертиков стыдно, хочется рвать на голове волосы, но в который раз она лишь вскидывает взгляд и встречает прямо ее осуждающий и волнительный взгляд. Ебучая гордость, которая ломает все на своем пути, рушит все, что ты строил годами. И страх. Жуткий, который открывается перед неизвестностью, перед тем, что ты никогда не знал, не понимал. Что делать? Спрятаться и скрыться или сорваться, сделать больно, тем самым заглушая собственную боль. Ты сука, Терра. Не иначе. Но назад дороги уже не было. Она видела, как опустились плечи подруги, она видела, как тонкие пальцы заправляют локон за ухо и она осторожно улыбается, подыскивая слова. Терра втянула носом воздух, слыша как Виктория произносит слова. Последние слова, которые уже нельзя было остановить, слова которые выбивают почву из под ног, слова, которые ставят точку в их дружбе. Не потому что они плохие подруги, не потому что кто-то из них нетрадиционной ориентации, а потому что обе не пойдут на попятную. Виктория слишком дорожит этой тайной, этим чувством (это видно), а Терра, она никогда не сможет понять и принять. Она никогда не признает себе, что она сама во всем этом виновата, никогда не скажет себе, что из-за ее гребанного характера, гордости их дружба только что переломилась пополам.
- Последняя…. – Терра словно продолжение отозвалась, так же тихо и невозмутимо. Но только Виктория могла услышать звон отчаяния в этом одном слове. В этом голосе, ведь они обе понимали, что после этого разговора, как только за спиной Виктории  закроется дверь, они больше не увидятся, не встретятся и даже не созвонятся. У Виктории будет своя жизнь с Роксаной, у Терры своя с работой и другими заботами.  Она облизнула губы, сглатывая ком в горле, пытаясь посмотреть подруге в глаза, но в тоже время всячески отводя глаза. – Виктория… - Черт, как же сложно даются слова. Почему? Почему ты не видишь, что я на самом деле чувствую? Почему ты думаешь, что я осуждаю тебя за это? Помоги мне, сделай так, что бы я ничего не говорила…Может мы сможем еще что-то спасти. Но она молчала, а Каас продолжила. – Я видела вас с Роксаной. И я… - Терра запнулась, понимая, что не может. Не может. Гнев, злость, отчаяние смешалось в один коктейль, который подступил к горлу, она вскинула глаза, в которых светилась злость. Прости… - Почему? Почему ты мне ничего не рассказала? Это настолько глубокая тайна, что я недостойна была знать о ней? Мы же подруги, Виктория. Почему? – Слова и вопросы вылетали из уст девушки, и она уже не могла остановиться, она вскочила на ноги, задевая бокал, который стоял на краю столика и жидкость, выплескиваясь, разлилась по ковру. Такому идеальному и красивому. Как сама Терра, как ее жизнь. Почему то все это идеальное стало таким мерзким, что хотелось блевать.- Я бы поняла, черт я бы поняла. – Терра тяжело дышала, еле сдерживая слезы. – Но так, сейчас. Я ничерта не понимаю, и не могу понять почему? Зачем и как? И мне хочется сдохнуть от этого.
Ты делилась со мной всем. Я доверяла и верила тебе. Нам не нужно было говорить, что бы понять друг друга. Так что же стало сейчас? Почему мы так закрылись, почему сейчас,  смотря друг на друга, мы не можем найти нужных слов, действий. Почему мы сами рвем по лоскуткам нашу дружбу, почему???

Отредактировано Terra Kaas (2015-01-13 10:22:27)

+3

7

Нет игры. В архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Недосказано и недослушано. Сердце бьётся другими вершинами.