Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » 107 degrees


107 degrees

Сообщений 21 страница 26 из 26

21

На пределе пульс, не остановлюсь,
Я от таких чувств сейчас взорвусь.
Тает лед и вот курок на взвод,
На вылет в сердце поцелуем бьет.

Я просто таяла от прикосновений Стоуна. Во мне каждую минуту словно взрывалась бомба, заставляя пережить очередное внутреннее сумасшествие. К горлу подступал комок, который мешал мне дышать полной грудью. Я чувствовала себя будто взаперти, но эта неволя была столь сладкой, что я была готова оставаться пленником еще долгое время. Пульс учащался, и в висках будто отбивал четкий ритм маленький молоток. Я могла слышать буквально каждый удар своего сердца, настолько была сейчас чувствительна и возбуждена.
Почему люди так часто с головою ныряют во что-то: будь то увлечение вязанием или выход нового фильма? Они полностью окунаются в вихрь эмоций и чувств, чтобы хоть немного отвлечься от обычной реальности. Они не замечают никого и ничего вокруг, настолько поглощены этим цунами. Но что потом? Не больно ли возвращаться в серую тянучку однообразных дней? Не режет ли по сердцу лезвием то, что все закончилось? Это, наверное, самое худшее, что человек может пережить во время эмоционального удовлетворения - вспоминания обо всем. Снова и снова возвращаться в уже пережитое, пытаясь ощутить то же, что и тогда? Люди безжалостны к себе - они водят ножом по самому дорогому, что у них есть - душе. И это ведь никто  их не заставляет - сами же решают заново возвращаться в уже пережитое. Они не могут его просто отпустить и радоваться, что это было их в жизни. Они просто становятся зависимы, как от табачного дыма, или, еще хуже, от белого кайфового порошка...
На эту ночь Стоун - моя зависимость, моё небольшое всепоглощающее цунами, сметающее на своём пути абсолютно любые преграды. Меня не волнует абсолютно ничего, кроме будоражащего возбуждения, собравшееся огромным комком где-то внизу живота. Тихонько стону, прогибаясь под напором руки мужчины, через мгновение вскрикиваю от очередного толчка. Из глаз вот-вот посыпятся искры, из ушей через мгновение пойдёт пар. Боже мой, что сейчас будет...
Но нет, Майкл снова всё прерывает почти у самого финиша и мне кажется, что я сейчас закричу от злости. Не успеваю опомниться, чувствую на губах горячее дыхание молодого человека и его теплое прикосновение где-то внутри меня. Хочу поцеловать мужчину, ведь он совсем близко, кажется, как никогда, но вот последние силы вылетают из глотки судорожным криком, я чувствую, как всё внутри сжимается в одной маленькой точке. Хватаю ртом воздух, пытаюсь открыть глаза, чтобы насладиться видом кончающего Майкла. Но не могу, ничего не могу...
Что вы знаете о занятии любовью? Вы когда-нибудь любили женщину до тех пор, пока она не начнет кричать так, как будто только что ощутила на себе все блага мира? Вы когда-нибудь познавали вкус женщины до тех пор, пока она не поверит, что может быть удовлетворена, лишь почувствовав язык того, кто её ласкает? Вы когда-нибудь любили женщину так, что звук вашего голоса в её ухе заставлял все её тело дрожать, и она испытывала от этого такое наслаждение, что только слезы могли помочь ей прийти в себя? Нет? Тогда вы определённо не Майкл Стоун! Ибо он точно знал толк в том, что делал.
Фантазии многих парней, к сожалению, навеяны порнофильмами. Они веруют, что дама должна получить оргазм за пять секунд. Но секс — это как музыка: непременно необходимо репетировать и практиковаться.
Нависающий надо мной мужчина как раз был искусным музыкантом, он играл на моих теле и душе так виртуозно, что у меня немели пальцы на ногах. Его движения, ласки, поцелуи, его запах и сбившееся дыхание пускали в каждую клеточку и каждый нерв в моём теле заряд электрического тока. Он проходил от кончиков волос до кончиков ногтей и скапливался где-то внизу живота. Каждый новый толчок увеличивал эту силу ампер за ампером, пока не взорвался миллиардами искр. В моей груди зародился знакомый трепет, такая абсолютно иррациональная эйфория. Это было непередаваемое ощущение. Мой мозг забился в перманентном, непрекращающемся, все нарастающем оргазме, а сердце задолбилось о ребра так, будто кто-то сваи вколачивал. Мышцы горели, словно вдоль костей проложили раскаленные провода. Я посмотрела в бархатные глаза парня и почувствовала её. La petite mort. Кажется именно так французы называют оргазм? «Маленькая смерть». Да, это была именно она. Я просто умерла и разлетелась по Вселенной на огромное количество осколков.
Спустя какое-то время я стала спускаться на землю, и картина стала приобретать реальность. Всё тело била мелкая дрожь от пережитого удовольствия. Кожа была покрыта потом и горела адским пламенем. Мне очень нравилось чувствовать на себе тяжесть тела своего любовника. Дожидаясь пока Майкл тоже придёт в себя, я стала водить кончиком пальца по его спине, рисуя своеобразную абстракцию. Голова парня покоилась на моём плече, и это было до безумия интимно. Так же как и то, что он всё ещё находился во мне.
- Это было просто восхитительно, - прошептала я на ухо Стоуну, хотя хотела употребить более красочный эпитет, но воспитание мне этого не позволило. У меня до сих пор всё плывёт перед глазами, и хочется раствориться. И, знаете, я нисколечки не кривила душой. Давно у меня не было такого секса, после которого хотелось плакать. Плакать от счастья. Я была уверена, что ещё долго буду помнить эту ночь. Ведь такое наслаждение не забывают. Эти мгновения – во всех сибаритских подробностях – я буду помнить до конца своей жизни.
Он медленно вышел из меня, скатился на сторону. Я недовольно поджала губы, словно маленький ребенок, у которого отобрали игрушку. Я не хотела отпускать его так быстро. Я хотела ещё этого молодого будоражащего тела, но... – Будешь курить, Мэриэн? - о, какая честь, что он вспомнил, как меня зовут. Но, если он может выудить имя спутницы из глубин памяти только после секса, то, Боже мой, я согласна возвращать ему воспоминания, хоть каждый день. Томно вздыхаю и лениво перекручиваюсь на кровати, всё ещё предлагая мужчине прекрасный обнаженный вид своего тела. - Давай... - я замолчала, сделав вид, что забыла имя парня. Ну и пусть, это просто от оргазма, полностью разрушившего меня изнутри. Присаживаюсь на кровати. Протягиваю руку. Мгновение - делаю затяжку и немного закашливаюсь от непривычки. Виновато смотрю на мужчину, словно школьница, которую отец поймал с наличным. От таких мыслей во рту сразу же становиться жарко и я, сама того не замечаю, закусываю губу до крови, пытаясь совладать своими чувствами. Молча наблюдаю за парнем. Мда, его тело словно в фотошопе сделали. Мило улыбаюсь. -Это всё? По домам? - вздыхаю, выпуская клубок дыма. Вожу пальцем по оголенному бедру. В уголках губ скрыто разочарование, что всё вот так быстро прошло. Возможно, я сделаю прощальный подарок? Ведь кто знает, когда мы встретимся ещё раз. Видит Бог, что не скоро...
Поднимаюсь с кровати. Медленно подхожу к мужчине, по дороге туша бычок в пепельнице. -Считай, что это подарок на Рождество. - беззаботно смеюсь и беру в ладонь его член. Он горячий, кажется, чувствую подушечками пальцев, как внутри пульсирует кровь. Начинают медленно водить вверх вниз. Не отрываясь, стаю на пальчики и легко, вдыхая немного дыма из губ Стоуна, целую его. Через несколько минут, чувствую, что всё готово. Ох, люблю таких мужчин. Откуда в них столько силы. Сажусь на корточки и пухлыми губами ловко обхватываю член молодого человека. Вверх-вниз. Медленно, одними губами. Ладонью аккуратно играю яичками парня, перекатывая их между пальцами. Ускоряю темп. На мужчину почему-то боюсь посмотреть. Я не знаю, что я там увижу. Минет, конечно, круто, но, возможно, он куда-то очень спешит? Или он вдруг разлюбил сие удовольствие. Неважно, просто качественно делаю свою работу и всё, не отвлекаясь. За такой всепоглощающий оргазм я не могу не отблагодарить.

Отредактировано Marian Daniels (2015-01-07 20:02:00)

+3

22

Она украшала эту гребаную безликую комнату. Ее безупречное тело на дешевой кровати создавало контраст, который, впрочем, только играл ей на руку. Я не представлял ее в таких условиях. Я не представлял себя с ней в таких условиях. Но именно это мне и нравилось больше всего.  Трахаться на фоне вазы династии цынь и черного квадрата за пару миллионов иногда надоедает, превращается в какую-то обыденность. А вот разьебашить тачку и выебать девчонку в дешевом отеле, уже куда более интересней. Хотя на самом деле я нихрена об этом всем не думал. Мне было наплевать, что на фоне. Я курил и смотрел на нее, что-то в ней такое было, что я не хотел отрывать от нее своего взгляда. Ведь красивые девушки не новость для меня, но блондинка была слишком уж близка к совершенству, чтоб отвлекаться от нее. Я молчал, говорила она. Ухмылялся, на ее разочарование о том, что это уже все. Ухмылялся потому что знал ответ на этот вопрос, но предпочел смолчать. А еще ее это неумение курить в затяг, даже слегка умилился – вся такая взрослая и смелая, и ей все ни по чем, а курить, толком не научилась. Но это ее красило, и она скорей всего это знала, хоть и вдруг на лице ее отобразилась вся скромность этого века. Может ли женщина быть невинной лежа на кровати совершенно голой и при этом ни капли этого, не стыдясь? Еще как может. Наверное, это и цепляло меня в ней, даже если не скрывало за собой ничего более кроме такого хваленного женского умения соблазнять.
Наша сигаретная пауза на долго не затянулась, да и не должна была изначально. Девчонка меня не знала, и это было видно. Со мной все так просто и клишейно не заканчивается никогда и особенно когда идет речь о таком сильном сексуальном влечении. Но это играло только на руку, нам обоим. Причина, почему я не затягиваю никакие из своих отношений еще и крылась в том, что со временем уже нет никаких сюрпризов, и приходится довольствоваться девушкой, будто еще раз перечитанной книгой – ничего нового, хоть слова и те же, что тебя так изначально захватывали. Девчонка передо мной была шедевром и ее не хотелось побыстрей дочитать, ею хотелось наслаждаться. Еще метр, пол, пару сантиметров. Она стоит рядом со мной, и я заинтересованно жду, что же ей взбрело сделать. Говорит что-то, я не слушаю, улыбается. У меня все еще сигарета в зубах и я жду, как она ее заберет или что там у нее за намерения? Но она оказывается менее предсказуемой, ее рука обхватывает мой член и чувство этого немного холодного прикосновения опять вызывает во мне волну желания к ней. Пару мгновений со вкусом дыма на наших губах и она опускается вниз. Я наблюдаю за каждым ее уверенным движением, она знает, что делать и, как - это сразу же заметно. Она продолжала, а я просто закрыл глаза и стал наслаждаться ощущениями,  пробивающими мое тело. Черт возьми, ничего в мире нету лучше того кайфа, который получаешь от умелого минета. Аппетит возрастал и хотелось еще глубже и еще быстрей. Рукой провел по ее волосам и стал немного направлять, тем временем еще и бедрами придавая ритма, которого хотел. От всепоглощающего удовольствие мое сознание поплыло и я больше не думал ни о чем. Наверняка именно потому я не сразу врубился, что в дверь постучали. Девчонка похоже тоже увлеклась ибо отстранилась не сразу.
- Я сейчас. – За дверью звучал мужской голос, вещал о том, что пора освобождать номер. У них тут весьма хуевое обслуживание, видимо, или же никогда не было таких посетителей, как я, которые не терпят подобного обращения. Дешевое заведение с дешевыми манерами. Ну что же, я тоже умел разговаривать в подобное манере. Натянув на себя по быстрячку джинсы, вытащил пару сотен из куртки и пошел блять учить как надо себя вести этого еблана, которому не посчастливилось оторвать меня от столько охуенного занятия. Только дверь захлопнулась и на меня уже застремавшись и с легкими нотами страха пялился мужик, которому еще пару часов тому назад я вполне спокойно оплачивал номер. Хули было блять сюда являться, если блять по мне видно, что я могу хоть купить это все заведение, если мне захочется именно здесь разок провести время. Но то ли он именно почувствовав, что можно выудить денег, то ли и вправду здесь так заведено, но ему не посчастливилось сейчас стоять передо мной и не находить даже парочки слов в свое оправдание. А хотя, я такой возможности не дал. Схватив за шиворот этого товарища блюстителя местных правил, я прижал его к стене и парочку раз встряхнув, проговорил – Открывай рот, скотина, – с первого раза по ходу до него не дошло, потому пришлось повторить, – я сказал, открывай рот, иначе придется тебе вправлять челюсть. – Со второго раза подействовало и как только он принял весьма смешную позу младенца, желающего получить бутылку с молоком, я вытащил те самые три сотни и впихнул прямо в его хлебоперемешку. – Это за номер, а это – еще три сотни туда же – за то, что примешь сей дар с праведным спокойствием. А теперь сваливай и радуйся, что я не заставил тебя их жевать. Ты меня блять понял? – мужик закивал. Я отпустил его, небрежно будто пакет с мусором, от которого жутко воняло. Прилив агрессии все еще бушевал во мне, но по мере того как я пару раз вдохнул глубоко – медленно, но верно успокаивался. Когда я возвращался в номер – консьержа не было видно, тот наверняка смиренно поплелся отмывать деньги от своих слюней. То, что он не вызовет полицию было очевидно, это не понравится ни посетителям, ни хозяину – проституция как никак незаконна, а здесь она наверняка была поставлена на конвейер и данный мотель был местом встречи одиноких сердец дальнобойщиков и женщин с пышными грудями. Так что в этом плане волноваться было нечего. Дело было в другом – я вдруг перестал считать это место подходящим и для себя и для нее.
- Одевайся. Мы сваливаем. – Без объяснений.
Как только дверь захлопнулась за мной, я натянул на себя футболку, а затем  куртку и ботинки, не дожидаясь пока блондинка приведет себя в порядок я вышел из номера и поплелся по направлению к стоянке. Дождь прекратился, и я спокойно прокурил все то время, что понадобилось девушке на сборы, стоя возле своего шевроле.  Было около восьми утра, солнце давно взошло, и я как-то даже удивился, как этого не заметил еще в номере. В муравейнике под названием Сакраменто уже наверняка началась движуха, а здесь тишь гладь и где-то далеко на фоне визжащая проститутка вещала миру о том, что кончает. Вполне милое утро.
А потом опять траса, мелодичное гудение мощного мотора и ее такой красивый профиль.
- Ты же помнишь, на чем мы остановились?- моя рука скользит по ее волосам и скулам, взгляд на пару секунд отвлекается от дороги.  – Продолжай.

+3

23

У нас был маленький собственный мир с законами, которым подвластны были только мы. Время здесь тянулось до безобразия медленно, но столь сладко, что чай на завтрак можно было бы и не услаждать. Нас ничего не волновало, ведь в этой точке отсчета существовало лишь два элемента - я и Майкл. Ну и ещё несколько потрёпанных подушек, старая кровать и кресло-развалюха. Мы никого не хотели впускать, но впрочем, если бы и впустили, то, сомневаюсь, что заметили бы. Страсть, она пеленой заслонила глаза обоим. Желание огромным комком собиралось где-то в месте соприкосновения наших тел. Медленно, словно снежный шар, она нарастало, достигая своего апогея. Я, кажется, уже чувствовала близость кульминации моего подарка для мужчины, но вдруг в дверь кто-то постучал. Я попыталась не отвлекаться, но назойливый шум повторился, а потом вслед послышался голос, оповещающий нас о том, что наше время вышло. Что, блин? Я в недоумении уставилась на мужчину, который уже натягивал штаны и куртку. В его глазах пылала злость и я чувствовала, что администратору отеля сейчас не поздоровится. Уверенность в этом лишь возросла, когда Майкл, с силой хлопнув дверью, вышел из комнаты. Честно, я слышала почти каждое слово, произнесенное за стеной, благо они здесь тонкие, словно бумажные. Ощущение было, словно подслушиваю - в одно и то же время интересно и неловко. Я лежала на кровати и мне с каждым мгновение всё больше становилось жалко бедного мужчину, но нужно быть более воспитанным, так что пусть знает. Только я закончила думать последнюю мысль, как в комнату вернулся Стоун. - Одевайся. Мы сваливаем. – Без объяснений. Как в лучших бандитских фильмах. Только вот мы, к сожалению или к счастью, не бандиты, да и времени у нас чуть меньше, чем вообще нету, судя по настроению мужчины. Я лишь покорно соскочила с кровати и начала быстро собираться. Игривое настроение, как рукой сняло, будто мне дали самую горькую пилюлю, чтобы немного усмирить мой нрав. Откуда-то и ловкость взялась, ведь в этот раз мне удалось самостоятельно застегнуть молнию на платье. Быстро надеваю туфли, набрасываю куртку и выбегаю из номера, попутно ловя на себе перепуганный взгляд консьержа. Хмурю брови, пусть знает, как себя вести.
На улицу выхожу уже более вальяжно, будто никуда не спешу и ничего меня не волнует. Смотрю на Майкла - стоит себя, курит, весь такой расслабленный. Наверное, он сейчас до безумия доволен своим поступком. Почему-то чувствую себя немного обиженной из-за его поведения, хотя по сути он ничего и не сделал плохого. Но всё равно, женщин хлебом не корми, дай пообижаться на что-то. Молча, смерив взглядом этого самца-хищника, обхожу наш новый дорогой автомобиль и сажусь на сиденье пассажира. Жду, пока молодой человек потушит сигарету и не спеша примет роль штурмана. Молчим, выруливаем на трассу. Между нами какое-то странное и слишком горячее молчание. Я смотрю в окно и любуюсь, если соврать до конца, на то, как утреннее солнце расчесывает ветви деревьев своими лучами. Сейчас бы какой-то музычки, ведь тишина становится уже почти невыносимой. Майкл, видимо, посчитал так же, ведь через мгновение я почувствовала его руку в своих волосах, а бархатный голос мужчины прямо таки окутал всё моё естество. Но почему-то черти мои взбунтовались и я, вспомнив всё его ужасное поведение за прошедший день, просто отвернулась к окну. - Настроение что-то пропало. Прости, дорогой. -иронично проворковала я, не обращая внимания на мужчину. Кажется, я выдернула предохранитель в гранате. Ну и ладно! Что он мне сейчас сделает? Опять высадит посреди дороги? Или копам сдаст? Или не будет со мной разговаривать и "буфера 3" переименует в "самая главная стерва"? Ничто не важно! Но, возможно, я была слишком дерзкой, после того, что вытворяла в том дешевом отеле. - Не хочу, чтобы ты отвлекался от дороги. Ещё одной аварии нам не нужно, ведь правда? - веду кончиком пальца по его шее и загадочно улыбаюсь. Ох, это дурацкое переменчивое настроение! Лучше бы я была мужиком, ей-Богу!
Тянусь к магнитофону, включаю музыку. Из динамиков льётся что-то знакомое и я начинаю подпевать, дабы отвлечь свои мысли от Стоуна. Желание возвращается. В недотрогу я уже, кажется, наигралась. Но я сильная и независимая женщина, которая до безумия хочет сидящего рядом мужчину. Спокойно, Дэниэлс, это же твоя любимая песня! - нужно отвлечься. Только бы отвлечься. От всей души начинаю подпевать голосу из радиоприемника, не обращая внимания на парня. Кажется, сейчас мне придёт конец. Ещё один.

Отредактировано Marian Daniels (2015-01-11 01:57:47)

+3

24

Кажется, я начинал понимать ее ебанутую женскую психологию. Ей не нравилось когда все просто и прозаично. Ей хотелось видеть меня на пике злости, практически окутанным чисто звериными инстинктами. То ли адреналина в жизни не хватало, то ли она кончить по-другому не может. Хер ее поймешь, но блять она опять начала свою игру в независимую женщину, которой не нужен мужик и вообще вибратор спасет всегда. Естественно, особенно учитывая то, что я только что чуть было, не избил консьержа за то, что тот просто попросил освободить номер, естественно меня легко было завести обратно. Я не люблю когда не подчиняются, меня блять бесит когда начинают качать права после того как минутой назад еще все устраивало. А уж тем более, когда девушки начинают выебываться и обламывают на пустом месте, просто чтоб вот показать, что последнее слово всегда за ними. Да нихуя, принцессы, нихуя.
- Не принимается. - Выпаливаю только одну фразу и тем временем съезжаю на обочину и останавливаюсь весьма резко. На фоне все еще ебашит музыка, которую она так кстати включила. Играет вполне сопливая музычка, блондинка еще что-то там подпевает. Глушу мотор и вынимаю ключи из зажигания, мелодия резко обрывается. Совершенно не обращая внимания на блондинку и ее реакцию, обхожу автомобиль вокруг, открываю дверь с ее стороны, ясен пень без церемоний выволакиваю блондинку подышать свежим воздухом и, наконец, получить урок – с огнем не играют, иначе в один момент сгорит нахуй все. Но, кажется, она уроков вообще не понимала или же и вправду страдала садомазохизмом. Что же, если последнее, то по ходу она даже должна будет отблагодарить. Я потащил ее за собой и бросил на капот, совершенно не заботясь о ее состоянии. Плевать я хотел. Да даже не так, меня заводила эта ее гребаная беспомощность и понимание того, что я могу с ней сделать все, что мне взбредет в голову. Но я не особо изощрялся, может быть как-нибудь в другой раз. А сейчас на трассе было слишком мало времени и большой риск, что все прервется, как только сюда в эту первую глушь мира решит явиться какой-то недоделанный герой и спасти бедную блондинку от чудовища. Я действовал, чисто следуя инстинктам, не заботясь вообще ни о чем. Заломил ей руки назад и полностью рукой прижал ее к автомобилю. Без проблем опять резким движением подтянул ее платье вверх и стянул белье вниз. Передо мной предстал опять этот прекрасный вид сзади, но на этот раз я ни на секунду даже не задержал взгляда, а все так же быстро продолжил расстегивать у себя джинсы. А когда был готов, подтянул ее за руки к себе и резким движением вошел в ее задницу, игнорируя ее реакцию. Она хотела этого, она хотела этой ебаной боли, так пусть принимает. – Довольна теперь? - Не прерываясь, спрашиваю, тяжело дыша и продолжая с силой глубоко входить в нее раз за разом. Медленные толчки переходят в быстрые, потом опять сбавляю темп. Я не собирался в этот раз с ней церемонится и мне было даже насрать кончит ли она, но себя этого удовольствия я не лишу, тем боле, что реально только от всего происходящего получал невероятный кайф.

- Возьми. – Протягиваю пачку салфеток, которую только что вытащил из бардачка. Минутой назад я с лаконичными хриплыми словами – “сука, как же хорошо”, кончил в нее. После недолгой паузы, поднялся и пошел обратно, чтоб найти эти ебучие салфетки и вытереть член. И так как я великий джентльмен этого мира, то решил поделиться с ней. Как-никак, а благодаря ей я сегодня получил два неплохих оргазма, нужно хоть как-то поухаживать же, да? Вот так и получилось, что я бросил пачку на капот рядом с ней и потом обратно летящей походкой съебал обратно в салон. Опять завел мотор и врубил музыку – ей же по ходу это нравится. Песня, которой она так радостно и беззаботно подпевала еще некоторое время назад, продолжила играть. Я закурил.
- Сидеть удобно? – спрашиваю с насмешкой, когда девчонка возвращается. Хочет она этого или нет, но ей придется все таки со мной возвращаться, даже не смотря на то, что я ей за все это время сделал, а уж тем более особенно не смотря на последние события. Да, выгляжу самодовольно, впрочем, ей не привыкать. Когда выруливаю опять на дорогу ставлю ставки у себя в уме на то сколько дней она будет избегать любых поверхностей для сидения.

Сакраменто уже был давно на ногах, когда мы наконец вернулись в город. На фоне все еще играла музыка, мы опять не разговаривали. Я сделал заключение, что встретившись мы где-нибудь поспокойней и посреди других людей, то наверняка не знали бы чем с друг другом заняться. Ну разве что орали бы на друг друга и бросали вещи, кстати да, надо будет как-нибудь ее в гости пригласить – пусть разъебашит последний подарок отца в честь очередного мирного пакта между нами – статуэтку, за которую он на аукционе пару миллионов отдал, что зря добру пропадать, да? Стоит, пылиться в дальнем шкафчике, а так хоть в моей личной жизни поучаствует – это же какая честь для исторического наследия Египта. Шикарная же идея.
- До следующий встречи, блондинка, - как забрал, так и вернул. Остановился прямо там же, где стоял еще ночью бьюик. Можно было бы завернуть философскую мысль, что все в мире циклично, но мне было лень. Я пялился на ее грудь и думал о том, что надо обратно забывать ее имя, ибо буфера 3 охуенно ей подходит. – Может быть.

+3

25

- Не принимается. - голос Стоуна, словно электрический шок прошибает каждую мою клеточку. Незаметно опускаю на него взгляд - жилы на лбу выступили, ноздри раздуваются, щеки покраснели. Понимаю, что нарвалась. И на этот раз действительно. Вот он мой "game over". Задерживаю дыхание и пытаюсь вжаться в кресло, чтобы поскорее исчезнуть из этого автомобиля. Музыка больше никак не развеивает моё беспокойство. Вот он тормозит, мягко останавливается на обочине. Чувствую, что это моё последнее "мягко" за сегодняшний день. Выходит из автомобиля, бросив на меня свирепый взгляд. Музыка резко обрывается, от чего мне становиться ещё больше не по себе. Ох, как бы мне хотелось сейчас суперспособность телепортироваться. Я бы мигом перенеслась из всего этого ужаса в свою удобную кровать и уснула бы самым крепким сном. Но нет же. Дверца с моей стороны резко открывается. Я хотела было начать молиться, но не успела. Майкл дернул меня за волосы и выволок наружу. В какое-то мгновение мне даже захотелось вскрикнуть от боли, ведь мужчина действительно никак не думал обо мне. Я уже тысячу раз пожалела о своём поведении, но какое это уже имело значение для Майкла. Ему было глубочайше всё равно. Он не ждал от меня никакого согласия. Просто нагнул на капот и без вопросов вошёл мне в зад. От неожиданности и боли я вскрикнула, но Стоун был неумолим. Он был слишком жесток, так что я лишь сильнее прижалась к холодному металлу и молилась, чтобы это всё поскорее закончилось.
Тех несчастных три минуты тянулись очень долго. Очень. Казалось, что в стране за это время успел поменяться президент, весь Конгресс и полностью состав какой-то бейсбольной команды. Когда всё закончилось, я лишь облегченно вздохнула. От сердца вдруг отлегло, и я уже ничего не боялась. Майкла попустило, а значит я могу спокойно добраться домой и поскорее забыть об этом ужасе. Ну том, что случился несколько минут назад. Остальное время мы провели не так уже и плохо, должна признать. И почему он не может быть нормальным постоянно, а только такими вот наплывами? Задница неистово болела - Майкл был целиком безжалостен ко мне. Вздыхаю, поправляю платье. Отчужденно смотрю в его холодные глаза. Не отрываясь, он включает музыку. Кажется, он получает не хилое удовольствие, доказывая мне своё преимущество пусть даже в такой способ. Медленно бреду к автомобилю. Понимаю, что с этого момента его общество мне лишь в тяжесть. Наверное, даже где-то обижена на него за такое поведение. Проскальзывает мысль, что у него не всё в порядке с головой. Отгоняю её от себя чем быстрее, чтобы мужчина не дай Бог не умел читать мысли и не узнал, какого я о нём мнении. Ему по большему счету всё равно, но ещё одного такого наказания в ближайшее время я не выдержу. - Сидеть удобно? - он надо мной насмехается. Внутри всё переворачивается. Он точно придурок. Хочу поскорее уже избавиться от этого подонка. Боже, пусть эта дорого пролетит незаметно. - Какая тебе, к черту, разница? - боже мой, хоть бы он не додумался ещё что-то говорить - выброшусь из автомобиля прямо на ходу. Мы двигаемся с места. В салоне звучит какая-то старая песня. Она меня раздражает, но лучше уже слушать её, нежели насмешки парня. Отворачиваюсь к окну и закрываю глаза. Пытаюсь не думать о том, что только что произошло. Не выходит. Ноющая боль всё никак не даёт о себе забыть.
Майкл медленно останавливает автомобиль. Несколько минут мы сидим молча, смотрим в окно и каждый думает о своём. Стоун, наверное, думает, какой он крутой, я, естественно, подбираю ещё миллион синонимов к слову "мерзавец". Это тяготившие молчание первому надоедает ему. - До следующий встречи, блондинка,   - понимаю, что этому ужасу пришёл конец. Натягиваю самую неискреннюю ухмылку, которая только имеется в моём арсенале, и без слов выхожу на улицу. Прохладный вечерний воздух здоровски бодрит, и я чувствую облегчение. Ещё мгновение не закрываю дверцу и смотрю через крышу авто на ту сторону улицы - собираю мысли в купу. – Может быть. - ох, как небрежно ему это удалось. Хмычу себе под нос и наклоняюсь в салон. - Надеюсь, что нет. - со всей силы закрываю дверцу, медленно разворачиваюсь, и бреду в сторону входной двери, виляя бедрами. Ну хоть уйду красиво, если не до конца получилось выдержать испытание под названием "Майкл Стоун". Ах, как жаль, проиграть в самом конце.
Вхожу в дом. Двери за мной закрываются, отделяя от мужчины навсегда. Я больше, чем уверенна, что мы с ним больше не встретимся в этой жизни. Никогда!

+3

26

----------------------------------------------------конец игры----------------------------------------------------

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » 107 degrees