Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » В каждом маленьком ребенке есть по двести грамм взрывчатки (с)


В каждом маленьком ребенке есть по двести грамм взрывчатки (с)

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Guido и Sabrina Montanelli
20 ноября 2014 г.

Место: Дом Гвидо-дом Сабрины
Вы когда-нибудь видели, чтобы яйцо учило курицу? Я- нет. Ну, это к слову, я просто тут вспомнила одну старую сказочку о цыпленке, который вовсе не хотел быть цыпленком.
А Сабрина вовсе не хотела быть нянькой для мелких. Но семья на то и семья, что в трудную минуту, ни смотря ни на что, члены семьи должны держаться вместе и приходить друг другу на помощь. Даже если от них требуется просто посидеть на время с младшим братом и сестрой.

+1

2

Вв: серый свитер, джинсы, шапка, черная куртка.
Я очень удивилась, когда отец позвонил мне сегодня ранним утром и попросил срочно приехать. О том зачем и почему, мне обещали рассказать при встрече. Я, не теряя  времени, быстро собралась, села в машину и через пятнадцать минут была уже возле его дома. Я давно не видела отца, с момента недавнего покушения на него. И я честно и искренне негодовала по поводу того, какого черта он продолжает искать себе проблемы на свои седины, имея на руках двух малолетних спиногрызов. Чувство самосохранения у него напрочь отсутствует. Впрочем, это наверное семейное. Посмотреть хотя бы на Лео. К слову о последнем, раз уж предоставилась возможность повидаться с любимым папочкой, то можно было нажаловаться на братца, с которым мы недавно поругались в пух и прах. И в порыве ярости я кинула ему в след, что отрекаюсь от него и больше не желаю видеть. Кажется, это было где-то в октябре и прошел уже месяц. В течение этого месяца я порывалась ему позвонить, но хренушки. Я-гордая, пусть берет свои слова обратно, а там посмотрим, как будет извиняться. Хотелось нажаловаться отцу, как в детстве, начиная с нашей любимой фразы "Он первый начал". Мы с Лео редко ссоримся, но чтобы так- впервые. И меня это очень сильно угнетает, отчего я в последнее время хожу словно белены объелась или встала не с той ноги. В таком состоянии не могу ни сосредоточиться на чем-либо, сфокусироваться, включить свою внимательность и послать к черту рассеянность...Не могу полностью выкладываться на студии из-за чего Морта вечно мной недоволен, пусть и высказывает мне это только по телефону. Все-таки я переживаю из-за ссоры, но мириться первая не пойду. Утешаю себя мыслью, что в любом случае у меня есть еще один брат- Дольфо, на которого перепадет львиная доля сестринской любви. Отмахиваюсь. Да ладно, любви..Громко сказано. Но попытаться найти общий язык с мелким все же стоит. Одно поняла- игрушечными машинками его не подкупишь. Тут нужен другой подход. Сколько бы я на него не смотрела- никак не могу понять- в кого он унаследовал такой дикий характер? Надеюсь, что эти мелкие вырастут нормальными, и друг за друга будут горой. Не то, что мы...
Припарковавшись возле дома отца, я несколько раз просигналила, прежде чем выйти, оповещая его о своем прибытии. К слову об отце. О нем я тоже думала. И пришла к выводу, что ладно у меня депрессия, но его видеть, как он страдает, в таком состоянии не могу. Женщину ему надо. Я даже смирилась после исчезновения Марго, что они с мамой уже никогда не будут вместе.  Смирилась..И готова морально к тому, что у него может появиться другая женщина в его жизни. Только в этот раз эту женщину буду выбирать я.  И я решилась на малюсенькую авантюрку. Создала аккаунт отца на сайте знакомств. Да- он у меня уже в том возрасте, когда даже тридцатилетние женщины на него засматриваться не будут, да, он уже не молод, но он красив и умен и в самом расцвете своих лет-мой папа. Немного фантазии, литературного жанра, и я надеюсь, что нам попадется добрая, порядочная женщина, любящая детей.
Я позвонила несколько раз в дверь, в ожидании, когда мне откроют. За дверью послышались неторопливые шаги отца, а на заднем фоне было слышно, как маячит Дольфо. Ноя, что он никуда не поедет, и хочет остаться дома. Интересно, куда это они собрались?

+1

3

То, что случилось вчера вечером, переходит всякие границы. Вместо того, чтобы хотя бы попытаться решить проблему цивилизованно, они вломились в его дом, взяли Гвидо в заложники вместе с детьми, избили его на глазах у собственного сына... Дольфо был перепуган до полусмерти. Как будто мало было того, что он недавно потерял мать! И крёстного. И что Гвидо приходится врать ему о том, что случилось на самом деле... что происходит на самом деле. Потому что то, что было вчера - произрастает именно оттуда... Братья по оружию Освальдо Гарриды. Испанские друзья Маргариты... Вломившись в его дом, они потребовали предоставить им тело Освальдо, чтобы те могли бы увезти его домой и похоронить как следует. Но если требование было вполне обоснованным, то вот способ, которым они действовали, Монтанелли не устраивал. В итоге... Спасибо Агате и Джозефу - двое из троих нападавших были мертвы, третий, который и приглядывал за детьми, когда Тата и Гвидо поехали за телом, и пострадавший в итоге от зубов Боппо, сейчас находился в надёжном месте, теперь уже сам в качестве заложника. И залога доброжелательного отношения к его боссу в Испании... а его телефон, как и телефоны погибших двоих, ожидали звонка. Заложник не говорил по-английски; Гвидо - не говорил по-испански, но хотел всё-таки переговорить с боссом названного брата своей жены прежде, чем их кланы окунутся в войну, которой так сильно пахло в воздухе...
Начнётся ли она или нет, но у Монтанелли была небольшая фора перед тем, как пропавших испанцев начнут искать. И он хотел использовать её по максимуму, обезопасив своё жилище, свою организацию... и весь город, в котором многие годы располагалась Семья Торелли. Он собирался сделать всё, чтобы их дом был в безопасности... и надо было бы сделать это гораздо раньше. До того, как его решение убрать Маргариту и Освальдо вступило в силу. До того, как это решение было принято... он посчитал, что обезопасил себя от тени покойной Омбры, убрав Осо и близнецов Вицци, но не подумал о том, что и у них есть тень.
Дольфо плохо спал этой ночью. Гвидо - не спал вовсе, заканчивая контролировать ситуацию с перевозкой и расположением "заложника" и одновременно - начиная готовиться к войне. Семья была поднята... Он был не единственным, кто не спал в эту ночь. И сегодняшний звонок Сабрине - это был один из многочисленных ходов, которые Монтанелли сделал за последние несколько часов, после того, как вернулся из леса на Зелёной Миле. С уродливым кровоподтёком на лице и дыркой между зубов, которая и сейчас зияла. Он проглотил выбитый зуб. Чтобы не испугать Адольфо... Но, кажется, он зря это сделал. Дольфо справился со своим страхом. Гвидо слышал, как смело он обращался к парню с дробовиком... и видел, как радовался потом. Как хвалил Боппо, морда которого тоже ещё была измазана в тот момент кровью.
Его сын вырастет мужчиной.
Но вот только пока что он - просто ребёнок. И происходящее на нём не может сказаться хорошо...
- Рина!.. - Дольфо побежал открывать дверь, обогнав Гвидо, услышав гудок её автомобиля... а справившись с замком - крепко обнял сестру, уткнувшись лицов в её свитер...
Да, не будет больше Освальдо, который забирал его каждый раз, когда в Семье были неприятности. Его крёстный пострадал за свою верность ему и его матери... у младших Монтанелли теперь есть надежда только на старших. И на свою тётю... Гвидо показался в поле зрения Сабрины, с мирно спавшей Витторией на руках. Хоть кто-то из них спал этой ночью крепко. Хоть кто-то совсем ничего не понимал...
- Привет, Сабрина. - улыбнулся Монтанелли... немного неловко, чтобы скрыть прореху в зубах. Лиловый синяк вот уже не скроешь. Он немного схож с той краской, что пошла в качестве грима для его костюма Двуликого на Хеллоуин... Но этим утром не праздник, а прошлый вечер, наравне с сегодняшней ночью, остались отпечатанными на его лице. Гвидо выглядел паршиво; чувствовал себя ненамного лучше, но - не из-за физического состояния. Его разрывала тревога. За будущее его детей, за будущее организации... - Заходи... закрой дверь за собой. - он целует дочь в щёчку, кивая на дверь. Уже то, что эта фраза была произнесена, говорит о том, что разговоры пойдут серьёзные - в нормальных семьях и нормальных домах не напоминают о том, что дверь не держат нараспашку... - Можешь взять Дольфо и Витторию на сегодня? Мне нужно кое-что уладить. - кое-что... и это кое-что может сказаться не только на личной жизни. Но и на ней оно отразится так, что мало не покажется.
...не нужна ему женщина. До того, как закрутился роман с Маргаритой, Гвидо шестнадцать лет как-то жил без постоянной подруги рядом. Да, были у него постоянные любовницы-содержанки, которых он навещал время от времени, было несколько увлечений, но на серьёзность это едва ли претендовало. По-настоящему серьёзно у него было только с Барбарой и Марго... и наверное - на его век хватит и их двоих. При его-то роде деятельности любимая женщина, к тому же, станет ещё одним прекрасным рычагом давления. Монтанелли не может себе этого позволить сейчас...
- Нечто гадкое происходит, дочка. У тебя есть друзья, которые смогут тебя защитить, если что-то случится?..
- Гвидо уже задумался о том, чтобы взять охрану для себя самого и для дома, и уже начал подбирать кандидатуры. Но его старшие дети тоже должны быть защищены...

+1

4

Я думала, что первым дверь мне откроет отец. Но Дольфо опередил, и…Честно признаться, я была немножко удивлена его реакцией на мое появление. Ничего не оставалось делать, как обнять его в ответ. Где мой брат и что с ним сделали? Этот ребенок был каким-то тихим, и если не сказать больше - испуганным. Невооруженным взглядом было видно, что он чего-то очень сильно испугался и это до сих пор не дает ему покоя.
-Привет. – Треплю мелкого по волосам.- Где папа? Эй! Ты чего? Ты плакал что ли?
Когда мелкий отходит, замечаю, что глаза его на мокром месте. Плакал, но не недавно. Несколько часов назад, слезы еще не совсем высохли.
-Кто тебя обидел?
Я хотела его щелкнуть по носу, чтобы приободрить. Вот честно, сейчас я уже даже готова забыть, что они с Аароном утопили моего любимого плюшевого медведя Пуки, которого отец подарил мне когда-то. К слову о нем….Не о медведе, а об отце.
-П-п… - Хочу сказать «привет», но не могу выдавить из себя слово, глядя на его лицо. Если, сломанный зуб еще можно спрятать, то такой синяк, который красовался, ни один тональник не замажет.- Пап….
Протягиваю недовольно, я хотела засыпать его вопросами, но видимо разговор предстоит  действительно серьезный. Целую его в ответ, и закрываю за собой дверь, Дольфо берет меня за руку и не отпускает ее до тех пор, пока мы не доходим до дивана. По дороге я заметила спящую Витторию на руках отца и улыбнулась.
Неужели я тоже когда-то была такой? И Лео… Был совсем как Дольфо, несколько лет назад. Ладно, привираю, по характеру не совсем. Дольфо по сравнению с ним ангел.
Я сажусь на диван, мелкий садится рядом со мной. Что у них тут произошло такое, в конце-то концов? Вернемся к папиным синякам.
-Это откуда? –Показываю на его сияющий фонарь.- Что у вас случилось? Что????- Я не перестаю удивляться в течение этих нескольких минут. Сюрприз  за сюрпризом. Посидеть с мелкими? Я? Нененене..Я не нянька..Я не умею обращаться с детьми. У них есть нянька.-Эээ…А как же  Паола? Или как там ее?
Далее мне становится понятно, что то, что происходит нянькам доверять нельзя, пусть даже проверенным и самым надежным. Что? Совсем не отвертеться?
-Все целы хоть? Пап, ну вот ты, куда хоть смотрел, а? Что происходит? Что может случиться? Куда ты в очередной раз вляпался, да и еще мелочь втянул?
Честное слово, зла не хватает. Как ребенок. Вроде уже взрослый мужчина, имеющих четверых детей, а все в войнушечку не наигрался. Честное слово, куплю Ворд Крафт , подарю ему на День Рождение и пусть сидит, воюет не отходя от компа. Сетевые игры, они это, затягивают.  Жалко больше было мелких. Они итак мать потеряли. Думаю, что как и мы- отца они терять тоже не хотят. Вот есть инстинкт самосохранения у этого человека, скажите мне?! Наверное сейчас своим поведением я могла напомнить отца мать. Если бы дело касалось нас с Лео- Барбара бы так же орала на него, если не хуже. От моего голоса Виттория проснулась и начала шевелиться.
-Ой, смотри, глазки открыла.- Я уже было подтягиваюсь вперед, чтобы посмотреть на проснувшуюся сестру, но вспоминаю, что суть не об этом. Одергиваю себя и тут же хмурюсь. Все мимимишности потом.
-А…-Пытаюсь сказать «Лео»- не выходит. С минуту подбираю слова.- А..ммм…Этот человек, приходящийся по документам моим братом- в теме, я так понимаю,да? А я как всегда узнаю последней.
-Ты хоть к врачу сходил бы, проверился - все ли в порядке.
Друзья способные защитить. Я всерьез задумываюсь. И перебираю в голове список. На ум сразу же всплывает Робин. Но при всей моей к ней любви - она девчонка. А в таких ситуациях нужен кто постарше и поопытнее. Ладно, я - выкручусь, что в первый раз что ли, а дети…Она не сможет их защитить.
-А как же..Джек? Может, ты ему позвонишь? Я так понимаю, что домой мне лучше их не вести. Может у Лэйнов переконтоваться? Хотя..У них и без нас проблем хватает…
Себастьян? Не уверена. Стоун? У нас с Майклом еще не такие теплые и доверительные отношения, чтобы я к нему могла так просто с двумя детьми заявиться,
-Розарио? Может, дядю Розарио попросишь? Или он будет с тобой? Или я могу с ними к Рексу поехать? Только надо заранее Эмилии позвонить.
Кто там у нас еще по списку остался?

+1

5

Покушение на Гвидо, в котором пострадал Мортимер, но не сам Монтанелли, было цветочками по сравнению с тем, что могло бы произойти в ближайшее время. Ученица Маргариты, даже если бы её выстрел достиг цели, не смогла бы принести столько вреда, сколько могут сделать друзья крёстного отца Адольфо, особенно в том случае, если ситуация всё-таки выльется в открытую войну - Сакраменто может утонуть в крови... и это будет его кровь. И очень возможно, его детей. Территориальная война, без конкретной цели, без выгоды, это худшее, что может произойти с преступной организацией... и хотелось бы думать, что там, в испанской провинции, это тоже понимают. Гвидо ничего не нужно в Гасилии. Гасилийцам... вряд ли им что-нибудь необходимо в Сакраменто. Хотя если что-то и нужно - возможно, стоит и дать им это, и посчитать конфликт исчерпанным? На счету Семьи уже три их человека мёртвыми вместо одного... и один - пострадавший от собачьих зубов, против этого выбитого зуба Монтанелли явно будет мало.
- Нет, я не плакал... Никто не обидел. - мотает головой Дольфо. Это враньё, конечно, но сын Маргариты и Гвидо с самого детства усвоил - не стучи. Не сдавай даже тех, кто тебе неприятен, даже своих врагов. Даже если ты сам увидел что-то, не должен был видеть - это не всегда означает, что это должны увидеть и все остальные... Тех, кто его обидел, больше нет здесь - отец сказал так, и пожалуй, это главное. И сам Гвидо жив и вполне здоров, хоть ему и нужно посетить стоматолога. Дольфо храбрый мальчик. И умный.
- Принеси свои вещи, Дольфо. Пожалуйста. - Гвидо чуть склонил голову, посмотрев на сына. Со старшей дочерью он готов говорить если не про всё, то про многое, но с младшим сыном он может себе позволить ещё менее, тем более, тот и без того уже слишком много увидел вчера вечером. А им надо поговорить. Сабрина переживает, Лео тоже будет волноваться, только Виттория пока что мало что понимает, но настроение и она тоже чувствует - и агрессия взрослых по отношению друг ко другу её пугает, как любого нормального ребёнка.
- Нас взяли в заложники. И потребовали кое-что... что я готов был им дать, но не был уверен, что они стали бы играть честно. - Гвидо не может рассказать ей, что именно требовали испанцы - не должно быть никакого тела. Для Сабрины и Лео - Осо был жив, как и Маргарита, и в идеале - в их фантазиях эти двое невероятно счастливы в компании друг друга. Где-нибудь на тропических островах, вилле в Европе, или каком-нибудь другом романтическом месте. Теперь одна ложь тянет за собой другую... Гвидо не может рассказать своим детям, что это он убил Марго и отдал приказ убрать её брата. Он не считает, что они готовы это услышать. И уж точно Адольфо этого слышать не стоит... даже краем уха. - Сейчас этих людей нет. Вернее, большей части из них... - Гвидо снизил голос, серьёзно посмотрев на Рину. Они мертвы. Ему ведь не надо это вслух произносить? В первый раз в своих разговорах они затрагивают тему чьей-то жизни и смерти. Хотя Сабрина наверняка понимала, что подобные вопросы отец решал достаточно часто - иногда ежемесячно, иногда еженедельно... иногда даже ежедневно, в зависимости от того, что происходит вокруг. Но хуже всего, если он не может контролировать эту ситуацию. Не сможет быть ответственным ни за жизнь, ни за смерть - ни своих людей, ни своих родных, не сможет предугадать, что случится дальше. Возможно, сейчас они были близки к этому. - Но могут быть другие. Я доверяю Паоле, но сейчас Дольфо и Витторри лучше не быть здесь. - как и Сабрине, в общем-то, как и ему самому тоже, потому что, ворвавшись к нему в дом, испанцы уже показали место, по которому будут бить - по нему самому, по его детям, но всё остальное - это лишь сопутствующий ущерб. Всё это касается Монтанелли. Не только его, всех Монтанелли... Гвидо широко улыбнулся на возглас Сабрины. Есть и плюсы в том, что кто-то, кроме Паолы будет с детьми - Рина, а не Паола, для них является родной сестрой и носит с ними одну фамилию.
- По каким ещё документам?.. - нахмурился Гвидо. Вот он про что; есть кое-что более важное, чем документы - это родная кровь, и нет ничего страшнее, чем когда воюют между собой родные, проливая кровь друг друга. Именно потому он является таким страшным человеком - он убил мать своих детей собственноручно. Выстрелил племянника, как во врага.
И пожалуй - самое важное, что он может в этой жизни донести до своих детей: что им надо держаться вместе. Что бы ни происходило. Взять за истину - нету ничего важнее, чем семья, которая у тебя есть. - Вы что, поссорились с Лео? - и вот почему такая простая фраза так страшна для Монтанелли-старшего. Ему ли не знать цену семейных ссор... - Нет, твой ещё не знает. Но сегодня он узнает об этом тоже. - отвечая на вопрос дочери... Лео должен знать. Чуть меньше, чем остальные, но чуть больше своей сестры, пока что... Его дети входят в тот возраст, когда пора уже определяться, кто они для него - наследники или объект защиты, продолжать ли защищать их или уже они должны будут помогать ему?.. Гвидо хотел бы, чтобы Лео возглавил Семью, они с Риной примут дела, когда их отца не станет. Либо же он станет слишком старым... Но не сейчас. Лео ещё много предстоит узнать, как и Сабрине. Его сестра может стать первой советчицей и помощницей своего брата. Если они будут держаться друг за друга... и за своих младших родственников.
- Я в порядке, просто помят немного...
- и Рина сразу сообразила, к кому можно пойти в случае опасности. Помогать отцу решать проблемы, предлагать свои варианты их решений - она не просто делала, что велят, она думала. - Розарио будет нужен мне сегодня. - он - капитан, и должен быть в числе первых, кто узнает о случившемся... - О'Рэйли?.. Возможно. Но в его заведении Виттории будет ли комфортно?.. - Да, Джек сможет её защитить в случае чего. И в хороших отношениях с дочкой дона, но... не понадобится ли Гвидо он сам в ближайшее время? - У Лэйнов тебя вряд ли будут искать. - кивнул Гвидо, слегка поджав губы. Вряд ли испанцы в курсе дружбы семейств Монтанелли и Лэйн, а если даже и в курсе - вряд ли догадаются. Сверху спускается Дольфо, неся свой рюкзак на плече и волоча сумку с вещами Виттории. А за ним следует и дог... - А Рекс не против?
- Можно Боппо поедет с нами?.. - спрашивает ребёнок у обоих, переводя взгляд с Гвидо на Сабрину...

+1

6

Мелкий послушался отца и ушел наверх. Тем лучше. А то мне как-то уже не по себе становится от его внезапной родственной любви ко мне. Если бы еще младенцы умели уходить или ползать самостоятельно, без помощи взрослых -было бы вообще шикарно.
На новость о том, что родных взяли в заложники, у меня удивленно приподнялась права бровь и начала нервно дергаться. Порой, у меня проскальзывает мамин характер: орать, выяснять отношения на повышенных тонах, и чувство беспокойства всегда выливается  слишком бурно наружу, и выглядит оно  так, будто ты не беспокоишься о том, кого любишь и кто тебе дорог, а начинаешь обвинять его в том, что с ним произошло. Так и сейчас...Внутри бушевали эмоции и хотелось устроить отцу выволчку. Убедиться он решил. Ага. Но у него на руках была маленькая Виттория, которая, начни я орать, сразу бы заорала и заплакала в ответ еще хлеще пароходной сирены. Спокойствие, только спокойствие. Мы же не хотим нервировать малышку. Когда в наше время люди играли в честные игры? Особенно с отцом. Что-то не припомню таких случаев. Я закрыла глаза. Мадонна, только не говори, что ты это сделал на глазах собственных детей!
-Может хватит уже играть в войнушку,а? О них подумай.- Если он сейчас скажет, что поедет на разборки с теми оставшимися в живых, то я точно взорвусь. Вот обещаю.- А ты? Где ты будешь?
Услышав про Лео, недовольно фыркаю, скрещиваю руки на груди и кладу ногу на ногу. Закрытая поза, что. Это означает, что я не особо хочу говорить на тему нашей ссоры с братом. Особенно сейчас.
-Ерунда. -Это все, что я могу ответить сейчас на счет Лео. Хотя там была далеко не ерунда за которую я навряд ли смогу его простить. За его показушничество...За то, что он показал, как на самом деле относится ко мне. Как-как? Наплевательски. Поэтому о какой семье может идти речь?
В мои планы пункт-принимать дела отца- точно не входил. Я вообще не хочу иметь ничего общего с криминалом и отцовским "настоящим", его делами. Пусть это как-нибудь меня не будет касаться? У него есть Лео. Вот пусть, если ему так хочется, играет в отцовские "игрушки". Я ходить между жизнью и смертью не хочу. Хотя прекрасно понимаю, что наши связи с Лео и наши старые знакомые еще дадут о себе знать. Когда-нибудь кто-нибудь обязательно будет просить о той услуге, которую мы оказывали. Я оказывала. Если у меня будут проблемы с финансами, я могу опять заняться антиквариатом и сотрудничеством с коллекционерами. И то, на время, пока дела снова не пойдут в гору. Но совсем связывать свою жизнь с миром крови, пота и кишков я не хо-чу. Я-девушка, а не Мэри Сью в юбке.
-Сделай для меня одолжение. Сходи к дяде Винсу. Проверься. Мало ли. А  я проконтролирую, чтобы ты прошел обследование. Ничего себе..Помят немного.
Я начинаю думать, к кому можно было бы пойти и кто был бы не против компании с двумя малолетними детьми. На ум ничего дельного, из списка своих друзей, мне не приходит.  Перечисляю пару имен отцу, киваю головой на его комментарии.  Достаю из кармана джинсов телефон и набираю сообщение Себастьяну. "Себ. У меня проблемы. Мне надо где-то переконтоваться с братом и сестрой до звонка отца. Думаю на день. Выручай."
Через минуту раздается звуковой сигнал, оповестивший о входящем сообщении.
-А при чем тут Рекс, если я иду в гости к его жене? Даже, если Рекс будет против, то Эмилия только обрадуется нашему появлению. Кстати, я договорилась с Себастьяном. Переконтуемся у Лэйнов.
Как раз спустился Дольфо с вещами и следом за ним...Дог? И когда этому ребенку успели завести собаку? Я укоризненно смотрю на отца.
-Пааааап.Собака???У тебя почти годовалый младенец на руках. Знаешь, что говорят педиаторы? Они не советуют держать шерстяных животных внутри дома, где есть младенец не старше трехлетнего возраста. Потому что у ребенка может быть аллергия, да и на животном полно всяких бактерий, она может заразу подцепить. Пес в доме? Пап, ну ты совсем как ребенок!
Дольфо насупился и заупрямился, по его виду стало понятно, что без своего друга он никуда не поедет. Я тяжко вздыхаю.
-Ладно, Боппо поедет.Но будет снаружи. В дом ему нельзя.

+1

7

Сколько прошло времени с тех пор, как они с Сабриной говорили о выборе, который ей придётся однажды сделать в жизни, уже года два? О том, что если она сделает выбор, приняв дела отца - обратной дороги, скорее всего, уже не будет. Только на тот момент Монтанелли даже и не предполагал, насколько его "дела" могут быть серьёзными, насколько много его имя в скором времени станет означать, но это не так уж много меняет в конечном итоге, не меняет сути - из их бизнеса немногие выходят своими ногами, а те, кому удаётся это сделать, тоже не смогут просто забыть о том, что с ними происходило... Гвидо не хотел, чтобы его дети продолжали его дела, вели такой же образ жизни, какой вёл он, но - он не мог сделать этот выбор за них, мог лишь поспособствовать тому, чтобы Сабрина и Лео добились тех целей, которые себе поставили. И если Рина хочет в шоу-бизнес, отец сделать всё, чтобы у неё было своё шоу, или режиссёрское кресло, или что-то ещё, отец всегда будет ей помогать, и постарается сделать так, чтобы она оказалась не втянута в его дела при этом. Даже если её попытаются сделать виноватой - он возьмёт всю вину на себя, если не будет иного выхода.
- Поверь мне, именно о них я сейчас и думаю.
- жёстко ответил Гвидо, кивнув на Витторию. Он и не в игры играет. Сабрина вот может о себе позаботиться самостоятельно. Даже если отца застрелят или посадят, если его разобьёт инсульт или собьёт машина, для неё это будет потерей, конечно, но уже не смертельной, в её возрасте потеря родителя не означает потерять вообще всё... но кто позаботится о Дольфо и Виттории, если с Гвидо что-то случится? Они уже потеряли мать, и хотя Дольфо не знает, как именно - он всё равно где-то в глубине души понимает, что мама уже никогда не вернётся. Потому что все вокруг ведут себя соответственным образом - никто никого не ждёт. Вот и он не ждёт... из чувства коллективизма. Стадного инстинкта. - Я буду в городе. Обо мне не волнуйся. Одно я точно тебе скажу - сегодня меня точно не убьют. - пообещал, потому что знает, что говорит - испанцы едва ли будут действовать так быстро. В лучшем случае - сегодня они получат звонок. А затем... Гвидо поедет на разборку, если понадобится, да; но намеревается сесть за стол переговоров, а не стрелять. Нельзя всё время убивать друг друга. Бизнес, даже самый грязный кровавый, невозможно построить на одной лишь крови; иначе дела будет вести вообще не с кем. Убийство - это крайняя мера. Даже у преступников, у бандитов вроде них, убрать кого-то - это необходимость. Чаще всего - крайняя.
- К Винсенту я тоже обязательно зайду сегодня.
- Сабрина, может быть, не в курсе (хотя, они ведь в хороших отношениях с Ливией - она могла сказать), но с тех пор, как Куинтон сел в тюрьму, доктор Сольферини - новый капо западной команды, то есть - по иерархической лестнице занимает ту же самую ступень, что Розарио. И значит - он тоже один из тех людей, на кого Монтанелли опирается в своих делах, и ему Гвидо тоже обязательно нанесёт визит... быть может, даже останется у него в больнице на какое-то время. Обследование, правильно? В Святом Патрике - безопасно. На больницу не будут нападать только ради него.
- Хорошо. Передавай им привет от меня... - улыбнулся Гвидо. Значит, у Лэйнов... Сабрина ведь не будет никому говорить, у кого она останется? Лучше никому не знать, даже людям его отца. Просто на всякий случай... если кто-то ещё захочет выступить против него. А если что - Монтанелли остаётся на связи. Телефон при нём. Но... будет надеяться, что ничего не случится.
- Шерстяных? Сабрина, это ДОГ. - от самого Гвидо шерсти больше, чем от Боппо. И он уже год как здесь живёт - Монтанелли его подарил Маргарите, когда делал предложение... Марго любила догов. В Риме у неё жили псы. Только как их звали, Гвидо не помнит уже... - А хаски уже снаружи живут... - Луи и Тереза принадлежали Алексе Ричардс - которая вела дела от имени Семьи с кланом якудзы Фукудзава в Токио... но её убили, а вот собаки - остались, Омбра взяла их себе. Теперь Омбры тоже не стало, но не выбрасывать же животных на улицу? Боппо спас жизнь Гвидо однажды... хотя, пожалуй, можно даже сказать, что теперь уже дважды. - Да и дом ведь большой... - слишком большой для одного Гвидо... он с трудом привыкал к такому простору. Даже и сейчас, поместье используется им процентов на тридцать, всё остальное пространство - пустует. Но это исправится, когда в доме появится охрана - кстати, ещё одна причина, по которой Монтанелли будет в разъездах сегодня. Боппо подошёл к Сабрине, ткнувшись мокрым носом в её ладошку...
- А Филипп и Видржиния не будут против? - может, стоит их спросить для начала? Здесь даже не причём желание или нежелание Дольфо, и если Гвидо и не против того, чтобы Боппо охранял Сабрину, Дольфо и Витторию, то на пребывание его в чьём-то доме или около дома необходимо особое разрешение хозяев... как и на пребывание младенца в доме, впрочем.
Гвидо поднял сумку, принесённую сыном, чтобы открыть её и убедиться ещё раз, что он для Виттории всё собрал. Молоко, подгузники, пелёнки... Если Боппо всё-таки поедет - придётся ещё взять на него корм, а кушает здоровый пёс много.

+1

8

Мой телефон не умолкает от оповещений о входящих сообщений от Себастьяна. Иногда я отвлекаюсь, чтобы прочитать пришедшую очередную смску, и пока строчу ответ, не замечаю, что улыбаюсь как идиотка или неожиданно смеюсь над очередным комментарием к отправленной мной смске. Итак в течение пяти минут. Где-то на восьмой отправленной смске я ловлю себя на мысли, что немного отвлеклась, убираю телефон и снова возвращаюсь к разговору с отцом.
-Хорошо. Я обязательно им передам от тебя привет.
Только я убрала телефон, как пришла очередная суперважная смска. Я, виновато улыбаясь, достаю мобильник обратно, быстренько строчу ответ, отправляю и выключаю на время звук. В последний раз, когда я так сидела и разговаривала со своей подругой, она, глядя на эту картину,  заявила, что я влюбилась. За что и получила подушкой. Пффф....Мы друзья. Просто друзья.
-Уже передала.- Улыбка не сходит с лица, и я думаю о том, как бы отец чего не заподозрил на тему, что происходит между детьми на самом деле. Я бы и продолжала сидеть и улыбаться дальше, но улыбка исчезла с появлением пса.
-Без разницы. Дог не дог. Это бактерии.Ты вообще, когда последний раз был у педиатора с Витторией? А?
Будем надеяться, что был. Иначе я действительно стану сейчас похожа на мать и начну читать нотации.
К слову, я не знала, что там происходит сейчас в Семье. С Ливией мы после моего Дня Рождения больше не виделись. Да и мне не очень-то хочется это знать. Меньше знаешь- дольше живешь и крепче спишь. Я еще что-то хотела сказать о вреде животных в доме, но Боппо подошел ко мне и уткнулся в ладонь носом. Будто чувствовал, что мы сейчас говорим о нем и пытался всячески мне показать, что мол смотри, я на самом деле хороший и жутко полезный питомец.
-Нет Боппо. Ты будешь спать сегодня на улице. И точка. Я все сказала.- Пес трется головой и требует, чтобы я его погладила. Собаки. Они такие. И  я вообще не помню откуда у них пес взялся. Вот нам с Лео мама не разрешала заводить животных. Не помню правда, почему. И я немного Дольфо завидовала. Такой мелкий, а уже есть собака.Я кладу руку и глажу пса по голове. Боппо лаской пытается уговорить меня, чтобы он мог остаться сегодня ночью в доме. Нет. Не получится. Дом не наш. К тому же Клем, сестра Себа, больна раком. И кто знает насколько рак и животные совместимы между собой. Отец спрашивает про родителей Себа.- Клем больна. Тебе нельзя.
-А?- - Я переспрашиваю, отвлекшись на какие-то свои посторонние мысли, в то время, как отец что-то спросил про родителей Себа.- Себ сказал, что Филиппа нет в городе сегодня и Вирджиния куда-то тоже уехала. Я позвоню ей по дороге. Все-равно предупрежу. Вдруг Себ забудет сам позвонить. Я тебе привезу их завтра рано утром. Скорей всего мы останемся на ночь.
Информирую отца, пока тот проверяет сумки. Я от любопытства тоже сую нос, чтобы посмотреть, что там насобирал Дольфо и издаю тяжелый, протяжный стон. Такое чувство, будто мы не с ночевой едем в гости, а уезжаем на месяц куда-нибудь на Северный Полис. Ну куда столько вещей,а? И игрушек. Неужели без большей половины этого хлама нельзя обойтись пару часов? Машинки, пистолетики, трансформеры , конструкторы...
-Дольфо, зачем тебе это? Ты завтра вернешься домой и наиграешься с ними вдоволь. Может лучше половину из того, что ты взял оставить?

Отредактировано Sabrina Montanelli (2014-11-27 20:35:29)

+1

9

Гвидо начинала уже потихоньку раздражать эта манера Сабрины постоянно отвлекаться на телефон во время разговора с ним - не в улыбке дело, а в вежливости; он пытается донести до её сознания серьёзные вещи, об ответственности за младших брата и сестру, о помощи своему отцу, который теперь стал ещё и отцом-одиночкой, а она параллельно с кем-то сообщениями перебрасывается, отвлекается, да ещё и улыбается при этом... нет, впрочем, в улыбке тоже дело. Отец сейчас почему-то не о том подумал, что она влюбилась, а о том, что она шутит с кем-то шутки в своих смсках, и потому смеётся. Но он-то находится перед ней, с ней разговаривает... где уважение к нему, как к отцу, к брату? Хорошо, что до конфликта ситуация так и не сумела дорасти, потому что на сцене появился Боппо. И семейству Монтанелли вдруг нашлось о чём ещё поспорить...
- Вообще-то позавчера был. - насупился Гвидо. и тоже Винс посоветовал. Глупо иметь в городской больнице глаза и уши, и не пользоваться этим вовсю; Гвидо вот до сих пор не понимал, зачем Маргарите понадобилось обследоваться в частной клинике, когда в Святом Патрике можно было бы обследоваться дешевле, ничуть не хуже и под присмотром верных им людей. Очень возможно, она этого "присмотра" опасалась, не доверяла... учитывая, как всё для неё закончилось - не зря.
Он мог бы организовать педиатра и на дом... ну или в любое другое место, которое может послужить им убежищем в будущем. Если придётся искать это убежище на случай войны, но, хотелось бы надеяться, что этого всё-таки получится избежать. За маленьким ребёнком нужен постоянный присмотр, уход, внимание, а не только питание и сон (впрочем, с питанием, учитывая отсутствие матери - тоже проблема) неудивительно, что Монтанелли так уставал - обо всём этом ему приходилось заботиться самостоятельно. Да, ему помогали, но это - и есть... всего лишь помощь. Агата и Паола не могут быть постоянно рядом с ним. Это не их дети. Да и вообще... это в достаточной степени сложно - руководить преступной организацией с маленьким ребёнком на руках.
Теперь уже Гвидо улыбается, глядя, как Сабрина общается с псом. Боппо ещё совсем молодой, вчера ещё был щенком, любившим играть с Дольфо, но он уже скоро станет совсем взрослым... и станет ещё больше в своих размерах, хотя и кажется, что уже и некуда расти. И на самом деле, Монтанелли не думает, что он опасен для ребёнка - раньше, когда Виттория только появилась на свет, они с Маргаритой боялись, что его клыки могут оказаться опаснее, чем бактерии, что пёс, появившийся в доме раньше малышки, попросту взревнует... но всё прошло спокойно. Ему осторожно показали малышку, когда она впервые пересекла порог дома... Боппо её понюхал, Виттория, увидев собаку, обрадовалась, а не испугалась... всего-то два месяца назад. Сейчас кажется, что это было очень давно...
По поводу того, как ладят между собой животные и болезни, Гвидо склонялся к тому варианту, что домашние питомцы скорее способны помочь вылечиться, чем заразить своих хозяев - при правильном уходе за ними, конечно, и при правильном отношении. Особенно при такой ужасной вещи, как рак... что точно не помешает больным с онкологией - так это положительные эмоции; а домашние животные обычно появляются в доме как раз с этой целью.
- Хорошо. Я буду на связи весь день. - кивает Гвидо. Ему надо быть в зоне доступа, и не для одной только дочери, а вообще - для всех... пока не наступило время прятаться. Пока что нужно только подготовиться к тому, что это делать, возможно, придётся.
- Не трогай! Это мне мама подарила!..
- вдруг вырывает Дольфо из рук Сабрины машинку, прижимая её к груди, словно желая спрятать от неё, боясь, что сестра отнимет её. Хотя с остальными "лишними" вещами только что расставался достаточно спокойно, даже рассуждая вместе с Риной, что необходимо оставить в сумке, а что может остаться и дома. Гвидо, укладывавший Витторию в детскую переноску, вздрагивает, оглядываясь на них, и... в его глазах не миг виден слёзный блеск. Но затем он смаргивает и подходит ближе, шепча Сабрине на ухо.
- Оставь ему машинку... это его любимая. - мама подарила... как быстро Дольфо привыкнет к тому, что её нет? И как быстро смирится с этим? Смирится ли вообще когда-нибудь?.. Им обоим тяжело, и отцу, и сыну - каждому по-своему, и Гвидо не уверен, что ему тяжелее, чем Дольфо. Но только рад, если это действительно так...
- Вот, возьмите ещё, угостите Лэйнов... я приготовил пармиджану вчера, но всю нам с Дольфо не съесть вдвоём.
- Гвидо отходит к холодильнику, вытаскивая оттуда блюдо, и задерживается у кухонной стойки, чтобы переместить его в контейнер для переноски. Небольшая благодарность для семье Лэйн, в память о былых добрососедских с ними отношениях - и как знак того, что даже если соседство кончилось, это вовсе не означает окончание их дружбы. Они помогают им сейчас, согласившись принять Сабрину, Дольфо и Витторию в гости на время. Даже сами не знают, насколько сильно. Рина ведь придумает хорошую легенду? Почему дети не должны быть дома сегодня - может, Гвидо насекомых травит у себя дома?.. ну, как вариант. Монтанелли берёт переноску с Витторией в одну руку, пищевой контейнер - в другую, и несёт к автомобилю Сабрины. Она ведь на колёсах - он слышал гудки снаружи, когда она подъехаа...

+1

10

Если бы я знала, что мое поведение расстроит отца, то перед встречей отключила бы телефон. Надо было отключить еще на первой смске. Но пришло время собираться. Мы с Дольфо сидели и выгребали его игрушки из сумки. На самом дне лежала большая машинка. Она занимала в сумке очень много места по сравнению с остальными игрушками. Как только я достала ее, чтобы убрать, мой младший братишка отобрал ее и ни в какую не захотел с ней расставаться. Я только хотела прочитать очередную нотацию Дольфо, как в дело на наше общее благо, вмешался отец. Мама ему ее подарила. Нуну. Пришлось опустить руки и сдаться.  Мужчины. А вот как топить моего любимого медведя - это нормально. Это было не в счет, что мне его отец подарил. А подаренная машинка Марго вдруг стала почему-то священным Граалем. Мне стало вдруг дико обидно. Прям до злости обидно. Стиснув зубы, я, молча, кивнула отцу и разрешила Дольфо взять с собой машинку. Кажется, только пять минут назад я была готова поменять свое отношение к младшему брату. Как вот на тебе, пожалуйста. Ладно, спокойно Рина, он всего лишь ребенок. Вспомни себя  в его возрасте, когда ты ломала игрушки брата. Он же не проклинал тебя, а терпел и все прощал, только потому, что вы - семья. Только вот я боюсь, как бы когда эта «семья» не выросла и не стала вставлять палки в колеса и отвоевывать не свою территорию. Наверное, самый мой большой страх после страха потерять отца…Страх того, что когда Дольфо и Виттория вырастут….Страх войны между нами. Между мной, ими, Лео. Которая может дойти до кровопролития. Этого я боюсь, что когда-нибудь мы встанем друг против друга.
-Давай сумку. – Обращаюсь к брату и беру его рюкзак.- Я понесу ее, а ты пока собери корм для Боппо. Я не знаю, что твой друг ест и где у вас это лежит.
Пока Дольфо бегает и собирает корм, я подхожу к отцу и беру контейнер с пармиджаной.
-Пааааап. Ну, зачем? – Поняв, что не отделаюсь, я снова стараюсь не спорить с отцом. Ладно. Хочет передать небольшой знак внимания, пожалуйста. Одного «привет», по мне, так было бы достаточно.  К тому же, когда дело касается еды, с отцом лучше вообще не спорить.
-Ладно. Передам.
Тем временем Дольфо собрал корм для Боппо в отдельный пакет. Кажется все, и мы ничего не забыли. Мне еще по дороге предстоит придумать легенду нашего внезапного появления. Не могли же мы просто так соскучиться и соскучиться настолько, чтобы напроситься в гости с ночевой. Для миссис Лэйн и Филипа нужно было придумать что-нибудь правдоподобное. Себу я врать не собиралась. Ну, как не собиралась. Я не собиралась говорить ему о наших реальных проблемах. Мы с Себом друг друга без слов понимаем. Он умный парень. И понимает, куда можно совать свой нос и спрашивать о каких-то вещах, а куда нельзя. Надеюсь, что у нас обойдется без лишних вопросов. Пока я вожусь с сигнализацией, отец берет переноску с Витторией, забирает у меня пармиджану и они с Дольфо и Боппо выходят наружу. Наконец-то машина издают сигнал, оповещающая о разблокировке дверей. Я подхожу к машине, открываю заднюю дверь. Кидаю рюкзак Дольфо.
-Так, сначала псы. Боппо.- Боппо должен был залезть первым, затем Дольфо, а рядом с ним должна была поместиться Виттория. Я бы могла ее положить на переднее сиденье, пассажирское. Но мне на переднем сиденье с ней, было как-то страшновато ехать. К тому же встроенный новенький тюнер и все дела...Из обычной машины подарок отца превратился в гоночную конфетку. Я же не думала, что когда-нибудь мне придется на ней подвозить детей. Единственное, что мы не сделали, не отрегулировали до конца руль. Чтобы ездить нормально, приходится прикладывать немало усилий. Я договорилась с автомастерской и на днях мне должны были отрегулировать руль. Надеюсь, что отец не сильно расстроится, узнав, во что я превратила машину.
Когда дети и собаки благополучно сидели пристегнутыми в салоне, мы с отцом остались снаружи.
-Обещай мне, что все будет хорошо. И тебе надо было вместе с Витторией положить еще инструкцию по обращению с младенцами. Я тебе буду звонить через каждые пять минут.

+1

11

Отец Сабрины - жив и находится рядом; а вот мама Дольфо больше никогда уже не вернётся - и ребёнок, кажется, это чувствует, Адольфо - парень вовсе не глупый, и наверняка очень даже понимает, что отец ведёт себя странно, каждый раз уходя от прямого ответа, когда тот спрашивает о матери... наверное, он понимает, что ему недоговаривают. Чувствует, что мама не придёт больше никогда, или что вернётся она не скоро, но спросить об этом в открытую... либо он боится это сделать, либо это просто не приходит ему в голову. Потому что нельзя задавать такие вопросы. Марго ведь сама научила его этому? Чем дети в их семьях вообще учатся с пелёнок? Правильно - не спрашивать. И Дольфо не спрашивает, потому что это нормально. Но... не может не реагировать. Не может не скучать по матери. И за подарки её не может не цепляться, потому что это - память о ней. Так что не стоит сравнивать медведя с машинкой... Сабрина уже давно не ребёнок, но оба её родителя ещё живы, в отличие от брата. Не в игрушке дело, а в психике мальчика, на которую происходящее вокруг уж точно не влияет положительно. Рине бы пожалеть его, а не наоборот. Она ведь в курсе истории... той, которую папа выдумал, про побег с любовником. Не правдивой.
Но глядя на то, что происходит, Гвидо боится того же самого, что и Сабрина - что его дети, когда они вырастут, передерутся между собой... что Маргарита, и её кровь, что это сыграет свою роль даже спустя много лет после её смерти, что мальчик и девочка так и останутся для своих братьев чужими - но это какая-то нелепая, почти на уровне сумасшествия, фобия. Он не может знать, что будет через двадцать лет... зато прямо сейчас он видит, что между собой поссорились старшие дети, и ему страшно. "Человек, который по документам приходится..." Лео и Рина не знают, какого это. Кровопролитие внутри семьи. А вот уже Гвидо знает. Он уже убил своего племянника в результате внутреннего разлада, и застрелил мать своих детей... перед глазами Лео, Сабрины и Дольфо уж точно не лучший пример для подражания, но - возможно, опыт своего отца сам за себя скажет в будущем, почему его не стоит повторять... потому, что Дольфо сейчас прижимает к груди любимую машинку, с которой играл, ещё когда приехал в Сакраменто. Которую мама подарила, когда папы не было рядом... мама, которая ничего больше уже не подарит.
- Потому что они наши друзья, и они делают нам одолжение. Это самая меньшая благодарность. - которую мог бы оказать Гвидо... Да и не завалиться же в чужой дом с пустыми руками, с детьми, ещё и с собакой?.. Лэйны проявили огромное великодушие. Возможно даже, что спасли их, но, зарекаться не будем... чтобы не сглазить, не дай бог. Дольфо берёт совок и отсыпает дневную норму корма для Боппо - надо сказать, что первую неделю после того, как Маргариты не стало, собак вообще кормил чаще всего он, и дога, и хаски, что снаружи. И о сестре старался заботиться, желая помочь Агате и отцу... и заботился о ней в тот момент, когда их обоих увезли в машине под дулом пистолета. Накормил её, успокоил, хотя сам был напуган ничуть не меньше. Его шестилетний сын... есть, чем гордиться. Увы, кажется, больше это Маргариты заслуга, чем его... Боппо послушно запрыгивает в салон, а Гвидо, тем временем, приобнимает Дольфо, касаясь губами его затылка, затем приподнимает переноску, касаясь осторожным поцелуем и лобика младшей из дочерей. Затем Дольфо забирается в салон и устраивает Витторию на сидении... осталось только пармиджану пристроить куда-то. Но и это не отнимает так много времени... теперь Дольфо и Боппо смотрят на них из-за стекла, а они с Риной остались один на один.
- Обещаю. - что приложит все усилия, чтобы всё было хорошо; но это, пожалуй, максимум того, что он может ей пообещать, потому что он не хочет давать ложных обещаний... увы, кем бы его не считали, далеко не всё зависит только от него или его решений. И он не может абсолютно всё контролировать, хотя и должен. - Она тебе не нужна... у тебя есть Дольфо. - улыбнулся Монтанелли дочери. - Он сам тебе всё расскажет и напомнит. - порой вообще кажется, что он с маленькой справляется лучше отца; что ж... старший брат из него определённо лучше, чем из Монтанелли-старшего - отец, так ведь? Гвидо не о своём сыне думал, когда стрелял в его мать. Вернее, как раз о своих детях он и думал, но причиной стали не они, не их он защищал, а свою другую Семью. Или только себя самого? Или только своё положение?.. Когда-нибудь Монтанелли перестанет себя корить за этот выбор. Но, наверное, ещё не очень скоро. Когда-нибудь Сабрина и Лео догадаются о том, что произошло на самом деле... хотелось бы надеяться, это тоже произойдёт не слишком быстро. Что он успеет хотя бы что-нибудь исправить. Хоть что-нибудь дать им взамен... Гвидо обнимает дочь, крепко прижимая её к своей груди, целуя в висок, и прижимаясь затем к нему здоровой стороной лица.
- Берегите друг друга. - и да, это звучит почти как прощание. Монтанелли сложно скрывать, он может и не вернуться домой сегодня. И тогда рассчитывать Сабрине можно будет только на Агату и Лео... на своего старшего брата.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » В каждом маленьком ребенке есть по двести грамм взрывчатки (с)