Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Может показаться, что работать в пабе - скучно, и каждый предыдущий день похож на следующий, как две капли воды... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » ...и утки!


...и утки!

Сообщений 21 страница 25 из 25

21

Не смотря на не слишком искренне звучащие заверения, Наташа казалась чересчур бледной и больной, и наверное решение пораньше отправиться в постель было правильным в её состоянии, хотя Рэнди, ещё совсем недавно планировавший поскорее уехать к себе, чтобы не мешать мисс Освальд и её сыну заниматься своими повседневными делами, внезапно ощутил лёгкое разочарование оттого, что лишается общества женщины. Не без удивления он понял, что с удовольствием поговорил бы с ней ещё и не только потому, что это было нужно для дела. Надо было признаться себе, что в этот вечер он был частным лицом в гораздо большей степени, чем детективом, хотя и успел выяснить кое-что, а, главное, заручиться расположением. Предложение проводить её в спальню, где мужчине не предлагали задержаться, было одним из высших проявлений доверия со стороны женщины, насколько успел выяснить за свою, относительно короткую, жизнь Рэнди.
- Не волнуйтесь, мэм. Думаю, укротить диван я сумею, - мягко улыбнулся Сойер, подходя ближе к встававшей с подушек Наташе, чтобы поддержать её в случае, если женщине опять станет дурно. - А вам в самом деле надо отдыхать. Я посижу с Реми. Обещаю, что мы не будем сильно шуметь, и прослежу за тем, чтобы он отправился в постель не позднее десяти. 
Всё ещё ощущая себя незадачливым косплеером-горцем, Рэнди помог Наташе подняться наверх, следуя за ней по другую сторону от перил, давая тем самым возможность опереться на его плечо, если это будет необходимо. Порожек было не так много, но Наташа шла медленно и выглядела утомлённой. Рэндольф прикусил язык, прежде чем с него успел слететь неуместный вопрос, но он действительно считал, что женщине, так плохо переносящей свою беременность, лучше находиться в больнице под присмотром специалистов, чем самостоятельно вести хозяйство и приглядывать за маленьким сыном в одиночку. Впрочем, это было совершенно не его дело, и эта мысль раздражала больше всего. Да и потом, откуда ему знать? Может статься, за ней есть кому присмотреть. То, что он не заметил в доме признаков частого пребывания здесь мужчины, ещё ничего не значило.
- Да, я подожду.
Сложив руки на груди и привалившись плечом к стене, Рэнди коротко кивнул Наташе, дождался, пока она скроется в детской и быстро, неслышным шагом прошёлся по этажу, благо комнат тут было немного. Ничего не обычного не было и здесь. Какие-то фотографии на стенах в холле, напоминания о прошлых победах и счастливых днях. Но он и не ждал, что Наташа станет развешивать повсюду указатели с надписью, к примеру, такого содержания: "Я и Лемур Лори в его загородном доме по адресу Шепшир драйв, 907". Прежде всего, вообще предстояло подумать, каким именно образом можно навести её на разговор о мистере Эддингтоне и как бы между прочим разузнать, что она думает об этом своём знакомце и кем его считает.
- Ничего страшного, - с непроизвольной улыбкой Рэнди обернулся на звук голосов, вылетевших из-за распахнувшейся двери. - И коллекцию мы обязательно посмотрим, приятель. Иначе для чего я собирал её столько лет?
Войдя следом за матерью и сыном в спальню Наташи, Сойер не без любопытства огляделся по сторонам, заметив про себя, что дорога от пруда с утками до постели была необычайно короткой, хотя и неполной. Он взял комплект, вдыхая запах кондиционера, исходивший от ткани и ненароком задев ледяные пальцы Наташи. Улыбнулся, заглядывая ей в глаза и покорно соглашаясь:
- Никаких дебошей, наркотиков и девочек по вызову. Мы будем вести себя крайне прилично, мэм, - удерживая стопку белья одной рукой, Рэнди шутовски отдал честь, а потом добавил уже серьёзней: - Если вам что-то вдруг понадобиться, то обязательно зовите меня, договорились? В любое время, я услышу. Доброй ночи, Наташа. Пусть сон пойдёт вам на пользу, - и уже оборачиваясь к мальчику, громче и веселей. - Идём, Реми. Канапе так канапе, как скажешь.
Вниз они спустились куда резвей, малыш бодро скакал через ступеньку, топоча как маленький слонёнок. Состояние мамы, конечно же, заставляло его переживать, но дети есть дети, и занятый своим новым другом, в число которых с почётом был зачислен Рэндольф Сойер, мальчик щебетал без умолку, больше мешая, чем помогая гостю устраиваться на ночлег. Рэнди не возражал, болтовня ребёнка его отвлекала, и, поскольку дети редко задумываются о приличиях или о том, чтобы контролировать свою речь, от них иногда можно узнать кое-что ценное. Правда и то, что об отношениях своей матери Реми мало что мог знать, а о болезни Наташи ему, вероятно, было велено помалкивать.
Тем не менее, это были далеко не худшие два часа в его жизни. Рэнди никогда не находил общение с малышами утомительным. Ему было уже четырнадцать, когда его собственная мать родила второму мужу девочек-близняшек. а ещё через год - сына, и к младшим он привык. Рэнди даже нравилось возиться с ними, нравилось с каким интересом они смотрели на него, когда он принимался рассказывать какие-нибудь истории, - совсем как Реми теперь. В начале одиннадцатого они расстались совершенно довольные друг другом, после того как Рэндольф уложил мальчика в постель.
Оказавшись один, Рэнди немного постоял у нижней ступени лестницы, подняв голову, прислушиваясь к совершенно особенной тишине спящего дома. В его квартире никогда не бывало так, не было ощущения обжитость, уюта, какой способны создавать только другие живые существа. Это было так приятно. Задумчиво проведя ладонью по лицу, как бы снимая дневную маску, Рэнди тихо вздохнул, потянулся устало и направился в подвал, чтобы снять вещи с сушилки, переодеться в футболку, после чего устроившись на непривычной кровати, на удивление быстро вырубился, сразу же погружаясь в глубокий сон без сновидений.
Очнувшись по привычке рано, он снова послушал дом, приходя к выводу, что успел встать первым. Натянул штаны и, чувствуя себя несколько помятым, поплёлся в знакомую уже ванную, где тщательно умылся, смывая с кожи остатки дрёмы, кое-как пригладил густые встрёпанные волосы, выдавил зубной пасты на палец вместо щётки и прошёлся им по зубам, чтобы немного освежить дыхание, а затем, чувствуя себя куда бодрей, направился в кухню.
Обнаружив встроенное в один из шкафчиков радио, он настроился на любимую волну, дождался, пока мелодии старого рока заполнят комнату, и распахнул дверцу холодильника, критически изучая содержимое. Пользуясь тем, что хозяева спали, Рэнди хотелось вернуть вчерашнюю любезность и угостить чем-нибудь маму и сына. Повар из него был не бог весть какой, но скромное меню, выученное за годы холостяцкой жизни, было в его распоряжении, и удавалось ему неплохо. Найдя яйца, молок и масло, Рэндольф задумчиво осмотрел их. Закрыл холодильник и принялся бесцеремонно шарить по шкафчикам, и только найдя пакет с мукой, соду и сахар победно улыбнулся.
Но первым делом бумажный фильтр с порцией свежемолотого кофе был заправлен в кофемашину, заурчавшую уютно по щелчку кнопки. Удобная небольшая сковорода отправилась на огонь, тесто было споро замешано в большой миске, и вскоре по дому разлился аромат жарящихся оладий, который, вероятно, и привлёк голодного Реми. Услышав шаги ребёнка, Рэнди обернулся.
- Доброе утро, приятель! Уже встал? Вот и молодец. Иди умывайся, а потом хватай тарелку и садись за стол. Оладьи нужно есть исключительно горячими, это единственный разумный способ.

+1

22

Стук сердца глухо отдается в ребрах, гудит в ушах. Ноги такие тяжелые, что невозможно даже просто идти, не говоря уже о беге. Но нужно бежать! А иначе...
Они надвигаются со всех сторон, жадно скаля морды. С двойного ряда зубов стекает слюна, шипя и прожигая в земле дыры. Я прижимаю к себе хрупкое маленькое тельце, другой рукой поддерживая непомерно большой живот. Ноги путаются в чем-то невидимом. Я продираюсь вперед будто бы сквозь высокую траву, под которой зыбкий, засасывающий песок, или болотная трясина. Сил больше нет, но они приближаются, а мне все труднее и труднее...
Если они догонят меня, то... Я не знаю точно, что случится, но эта мысль вызывает во мне какой-то животный ужас, заставляющий изо всех сил переставлять ноги, хотя силы на исходе, и больше всего на свете хочется лечь и больше никогда не подниматься. Вот только, как бы я не старалась - спасительный горизонт ни на метр не приближается, а вот мои преследователи стремительно настигают мою маленькую, затерявшуюся на бесконечном пространстве, фигурку. Перед глазами пляшут мерзкие цветные круги, и я уже ничего не вижу из-за подкативших жгучих слез. Недвижная обмякшая фигурка в моих руках, кажется, весит целую тонну, но я только прижимаю к себе крепче холодные, как лед, ручки, боясь вглядываться в лицо того, кого пытаюсь спасти.
И тут я спотыкаюсь. Теряя равновесие, а вместе с ним и самообладание, я стремительно лечу вперед, истошно крича и стараясь упасть хотя бы на бок, чтобы не придавить собой свою ношу. Острые камни впиваются в мое незащищенное одеждой бедро, обдирают плечо и спину. Преследователи настигают неожиданно, резким рывком, неистово бьют крыльями и разевают зубастые, как у акул, пасти в противном клекоте... Острая боль пронзает все мое измученное тело, я зажмуриваюсь, стараясь закричать и...
Просыпаюсь. Подскакиваю на постели, хватая ртом кажущийся ледяным воздух комнаты, все еще прижимая сведенные судорогой ладони к животу и сотрясаясь от бьющих меня рыданий. Сердце глухо ухает где-то в горле, вызывая тошноту и ощущение, будто я вовсе не спала, а бежала какой-то безумный марафон. Еще несколько мгновений я нахожусь на тонкой грани между сном и явью, затравленно оглядываясь по сторонам, и только потом успокаиваюсь, находя в себе силы бросить быстрый взгляд за не занавешенное с вечера окно. Как я и думала, за окном темно. Часы на тумбочке подтверждают мое предположение. Три ноль две. Глубокая ночь. Дом тихо спит, полный неслышных обычному уху звуков. И мне становится не по себе. Откидывая одеяло и опуская босые ноги на пол, я морщусь от пробежавших по спине мурашек, но все-таки накидываю халат и неслышно выхожу из комнаты.
Тихо, стараясь не шуметь, прохожу по коридору, на секунду останавливаюсь у двери в спальню Реми, невольно вспоминая обмякшее тельце из сна в своих руках и прислушиваясь к тишине в комнате, потом вздыхаю, стараясь успокоить вновь участившееся сердцебиение, и иду к лестнице. Я не собираюсь спускаться. Я сажусь прямо на верхнюю ступеньку, глядя вниз на краешек дивана и чужую непослушную шевелюру. Это зрелище почему-то очень меня успокаивает, вселяет в меня какую-то странную уверенность. Наверное, это все связано с тем, что дом в эту минуту не кажется пустым. И возникает странная иллюзия семейности и обжитого уюта, несвойственного домам, в которые заселились только полмесяца назад. Наверное, такие загородные домики-скворечники все-таки предназначены для семей, а не для одиноких женщин, которым снятся кошмары. Только я сама буквально тринадцатого отказалась от этой самой семьи, совершенно добровольно и осознанно. И до сих пор считаю, что поступила настолько правильно, насколько это вообще возможно...
Я не знаю, сколько я так просидела, прислушиваясь к мерному глубокому дыханию внизу, но знаю точно, что когда я вернулась в свою спальню, сон пришел ко мне еще до того, как я успела досчитать до десяти. Глубокий исцеляющий сон совсем без сновидений.

Утро встретило меня приглушенным светом, пробивающимся из так и не закрытого занавесками окна. Я потягиваюсь в постели, чувствуя себя хорошо отдохнувшей и готовой, кажется, ко всему. Наспех одевшись и умывшись в маленькой ванной на втором этаже, я неспешно спускаюсь вниз, на кухню, откуда исходит одуряющий запах чего-то очень вкусного. Только сейчас понимаю, насколько проголодалась. Будто и вправду всю ночь убегала от огромных, с машину величиной, саблезубых уток.
- Доброе утро!
- Bonjour, maman! А мистер Сойер приготовил очень вкусные оладьи! Мы оставили тебе немножечко.
- Спасибо, милый. Доброе утро, Рэнди, как вам спалось?
Я чувствую запах кофе, и оглядываюсь в поисках своей жаровни, но обнаруживаю работающую кофемашину. Я сама ее никогда не использую, мне ее, помнится, подарил Чарли, но я предпочитаю варить кофе сама. Впрочем, от такой приятной заботы, какую проявил наш с Реми гость, я просто не могу отказаться.
- Спасибо за завтрак, - я улыбаюсь, устраиваясь за столом, - Если не возражаете, после кофе я сама отвезу вас в город, я себя прекрасно чувствую.

+1

23

На уплетавшего за обе щёки свою порцию угощения мальчика было любо-дорого смотреть. В недрах холодильника отыскались, помимо прочего, взбитые сливки и шоколадный сироп, молоко, которое Рэнди предварительно согрел в микроволновке, и Реми казался более чем довольным своим завтраком. Печь оладьи Сойер выучился несколько лет назад, когда после второго курса вернулся в Сан-Франциско на каникулы, чтобы пожить с семьей, а мать и отчим, решив воспользоваться удобной оказией, на две долгие недели оставили всю малышню на попечение старшего брата. Как выяснилось уже через три дня, довольствоваться омлетами, быстрорастворимой кашей, супом из банки и бутербродами близняшки и Джонни не собирались, а кормить детей фастфудом чаще двух раз в неделю Тереза не позволяла, и этот лимит этот был уже исчерпан. Пришлось выкручиваться, но о приобретённых навыках Рэнди никогда не жалел, и в это утро - особенно.
Он сам заканчивал с готовкой, выливая на скворчащую сковороду остатки теста, прихлёбывая из чашки подостывший кофе, когда в кухню вошла хозяйка дома. Рэндольф поднял голову и чуть смущённо улыбнулся Наташе, как бы извиняясь за то, что позволил себе распоряжаться по хозяйству без её ведома. Выключил огонь, снял оладьи на тарелку и поставил их на обеденный стол, вытирая руки о край клетчатого полотенца, небрежно заткнутого сверху за пояс спортивных штанов.
- Надеюсь в не сердитесь?.. Я просто хотел ответить любезностью на любезность и хоть как-то отблагодарить вас за беспокойство. И не волнуйтесь, я всё уберу, когда мы поедим.
Добавил Рэнди поспешно, с нахмуренным видом обозревая устроенный им бардак: гору испачканной посуды, дорожки муки, капельки молока и теста, разбрызганного миксером, и прочие следы недавней битвы за еду. Достав из ящичка с чистой посудой чашку, он налил в неё кофе из пузатого стеклянного кофейника, вдыхая ароматный парок, опуская напиток перед Наташей.
- Я не знал, когда вы встанете, поэтому так... Чтобы был горячий, к моменту как вы проснётесь.
Усевшись напротив матери и сына, Рэнди взял свою чашку, в которую тоже долил немного кофе, положил себе на тарелку несколько оладий, которые щедро полил густой липкой, невероятно сладкой шоколадной гущей, и украдкой поглядел в лицо Наташи. В ярком утреннем свете она действительно выглядела значительно лучше, чем накануне вечером: отдохнувшей и посвежевшей. Казалось, за неё больше можно не беспокоиться, но Рэндольфу всё равно не мог перестать тревожиться о состоянии мисс Освальд и думать о том, что она по необходимости, а может, отчасти, и из упрямства, взваливает на себя куда больше, чем должна бы женщина в её положении.
- Я хотел вызвать такси, чтобы не утруждать вас, но если вы настаиваете... - он ненадолго запнулся, по лицу Рэнди скользнуло лукавое выражение, как будто он обдумывал нечто забавное, и Сойер не стал ждать долго, прежде чем озвучить мысль: - Кстати, Наташа... Я понимаю, что это слишком быстро, по правилам привычным, но я решил какого... Кхм, почему бы нет? В конце концов, после того, как я спал в вашем доме, вы кормили меня ужином, а я вас - завтраком, это сущие пустяки, - сделав драматическую паузу, Рэндольф мельком взглянул на Реми, смотревшего на него в ответ блестящими, заинтересованными глазами ребёнка, которому нравится находиться в обществе взрослых и слушать их секреты. - Одним словом, может быть, перейдём на "ты"?

+1

24

- Что вы! Как я могу сердиться? Мало того, что вы из-за нас вчера устроили купание, так еще и решили так вкусно покормить! Я по-хорошему завидую вашей девушке. - Оладьи и в правду пахли просто восхитительно, поэтому все увещевания врачей, что нужно держаться строгой диеты, не есть мучное и жареное, чтобы не превратиться под конец беременности в колобка на ножках, были мною злостно проигнорированы. Живем-то один раз! И кто его знает - сколько проживем еще.
В общем, я приняла решение не стесняться, тем более, что за ночь во мне и в правду проснулся зверский аппетит. Почему еще никто не разработал фитнес-программы для занятий во сне? Пользовались бы огромным спросом...
Аромат кофе окончательно привел меня в чувство, отгоняя последние паутинки тяжелого сна, который пусть смутно, но вспомнился и подспудно давил на сознание. Проведя руками по лицу и на мгновение зажмурившись, я потянулась к чашке.
- Спасибо, Рэнди. Вы ведь даже не представляете, как я вам благодарна.
Никакого дискомфорта от присутствия постороннего мужчины в доме я не испытывала, но мне настолько привычны уже были стремительные и спонтанные знакомства, что я этому совершенно не удивилась. Мистер Сойер как-то очень легко вписался в нашу компанию, и это говорило как о том, что человек он легкий и компанейский, так и о том, что я за последний год не растеряла своего своего ценного свойства запросто сходиться с людьми. Пустячок, а как приятно!
Пока я была поглощена мыслями о завтраке и новом знакомстве, Рэнди, судя по всему, смущенный повисшей тишиной за столом, решил возобновить диалог.
- Кстати, Наташа... Я понимаю, что это слишком быстро, по правилам привычным, но я решил какого...
"Сейчас как возьмет, да как сделает тебе предложение. Что будем делать?" Мысль была настолько нелепой, а фраза - неожиданной, что я просто не выдержала и рассмеялась. Пришлось замахать руками, всячески стараясь продемонстрировать, что нет, я не поперхнулась, и меня не накрыло внезапное помутнение рассудка. Хотя, со стороны должно было выглядеть именно так.  На глаза аж слезы выступили, и я спешно вытирала их, чтобы тушь - минимум макияжа сегодня - не превратила меня в мишку-панду.
- Прости-прости! Просто это прозвучало так... Ну так, как будто вы... ты мне сейчас руку, сердце и фамилию предложить решил, от внезапного порыва любви, так сказать. Это вышло... забавно. - Наконец, успокаиваюсь и поднимаю на мужчину глаза, в уголках которых до сих пор затаились лучики смешливых морщинок. - Нет, конечно я не против, и ты даже можешь меня иправлять, если я вдруг скачусь на пресловутое "вы", - Хочу еще добавить что-то шуточное в духе, "Но если вдруг надумаешь звать замуж, я и не против, опыт у меня богатый...", но не успеваю, потревоженная звуком заезжающего на участок автомобиля.
Чарли.
- Papa! - Реми вскакивает с места, забывая обо всем, и уже подрывается бежать, но спохватывается, и, смешно выгибая бровь, смотрит на меня, - Maman, можно?
- Да, конечно, родной. - Именно сейчас я не горю желанием выходить к Чарли, чтобы поздороваться, или дать какое-то напутствия. Возможно, потому, что не хочу, не смотря ни на что, чтобы мой бывший муж увидел в моем доме постороннего мужчину. - Тебя проводить?
- Non, я скажу, что ты занята. - Я киваю с затаенной благодарностью, и мальчик убегает. Через минуту я слышу хлопок дверью, а еще через минуту - звук удаляющегося от дома мотора. Чарли тоже предпочел не заходить. А я уже предвкушаю неизбежные непонятки, связанные с тем, что Реми наверняка расскажет отцу о дяде Рэнди, который спас его от уток и остался у мамы...
- Охо-хо... Простите... Прости, я представлю тебе бывшего мужа как-нибудь в следующий раз. Ты дашь мне пять минут? Я переоденусь и отвезу тебя?
Момент беззаботной радости безбожно нарушен, но я гоню прочь тревожные мысли, довольно легко поднимаясь по лестнице и скрываясь за дверью спальни. В конце концов, мы разведены и оба имеем право на личную жизнь. Даже если конкретно у меня этой самой личной жизни нет.
Когда я спускаюсь вниз, Рэнди еще гремит чем-то на кухне, и я заглядываю туда, наигранно хмуря брови.
- Мистер Сойер, бросайте это неблагодарное занятие. Для него есть женщины. То есть - я. Пойдем, отвезу тебя домой.
А потом загоню машину на мойку.
Мы выходим из дома, я запираю дверь и спускаюсь в непривычно тихий двор. Да, сегодня надо заехать в клинику, и забрать Апреля. Они говорили, что этому мохнатому засранцу уже можно домой. Но конфеты отныне прятать тщательнее, во избежание... Сажусь в машину, привычно завожу мотор и любовно провожу ладонью по приборной панели. Жалко будет менять малыша, но Крис прямо перед отъездом говорила, что, видимо, придется. Купание в реке не принесло ему пользы. Восстановить-то - восстановили, но кузова надолго не хватит. Это так... грустно.
- Ну что, поехали? Куда тебе? - Слушаю адрес и послушно выруливаю с участка на дорогу. Где-то сорок минут, и будем на месте. - Кстати, у меня там визитка в бардачке. Звони, мы с Реми всегда будем тебе рады.
И большой вопрос - кто сильнее.
Когда через полчаса с небольшим я высаживаю Рэнди на указанной улице - от тревоги уже не остается следа. Жизнь продолжается. Жизнь возвращается в старое русло.

Отредактировано Natasha Oswald (2014-12-17 20:17:22)

+1

25

Нечаянно слетевшая  фраза, - такая стандартная, - показалась почти кокетливой. Рэнди удивлённо взглянул на Наташу, но та с удовольствием уписывала свой завтрак, заставляя его ещё больше возгордиться своими кулинарными талантами. Возможно, он вообще пошёл не по той стезе? Следовало выучиться на повара, открыть свой собственный ресторанчик. Что-то с белёными стенами, деревянными столиками, тихой уютной музыкой и видом на синий океан, лениво целующий золотистый песок пляжа. Дополнить эту живописную картину небольшим домиком рядышком, парой здоровых дружелюбных псов и толстым важным котом, женой, детьми, - наверное это всё, что нужно для счастья. Это, а вовсе не погоня за призраком давно почившего преступника, поманившего его за собой обманчивой славой и обещанием головокружительной карьеры.
Всё это сродни мальчишеским бредням о пиратах и золоте, - хорошо в свой срок, но чем старше ты становишься, тем больше начинаешь ценить простые вещи, незатейливые радости. Фантазии о затерянных островах, о взятых в плен принцессах, ждущих своего спасителя, об омерзительных негодяях, которых ты с упоением насадишь на острие своего клинка - вздор это всё. Привет из старой детской книжки, затрёпанной до дыр. Иллюзия. А реальность - тёплая светлая кухня, пропахшая сладкой сдобой и кофе, неуловимая улыбка на губах, в уголке которых затаился не сорванный поцелуй, тихий довольный смех мальчишки, считающего тебя своим героем.
- Не стоит благодарности. Мне это было приятно. И... у меня нет девушки, - добавил он тихо, неожиданно для себя.
Наташа поперхнулась, уставилась на него огромными, слезящимися от смеха глазами, и Рэнди прикусил язык. Всегда его шуточки выходят как-то не к месту. Да, это он нарочно, рассчитывая на улыбку и, может быть, желая даже немного сбить с толку, но такого эффекта Рэндольф явно не ждал. Он успел заволноваться, приподняться на месте, чтобы налить для безвинно пострадавшей от его неумеренного чувства юмора женщины стакан воды, но Наташа замахала руками. Всхлипнула, вытерла глаза, успокаивающе улыбнулась. Слава Богу, на сей раз он никого не довёл до инфаркта.
- Прости. Глупо получилось, - Рэнди улыбнулся в ответ, немного сконфужено и виновато, вытянул из стопки бумажных салфеток одну и подал её Наташе. - Обещаю, что впредь такого не повториться...
Ему хотелось добавить: "Пока я на самом деле не надумаю звать тебя замуж", но это было совсем не то, да и не к месту. Где-то глубоко внутри что-то неприятно зашевелилось, царапнуло, затихло. Шорох шин по гравию подъездной дорожки и радостное восклицание Реми развеяли это неприятное ощущение, хотя за какие-то секунды Рэнди и почувствовал себя выброшенным на берег потерпевшим кораблекрушение. Он больше не чувствовал себя частью этого крохотного мирка, всё вновь стало по своим местам. Остался только лёгкий привкус несвойственной ему меланхолии.
Пока мама с сыном заканчивали важные для них переговоры, в которых Рэнди ровным счётом ничего не понимал, он торопливо прикончил завтрак, поднялся и занялся уборкой, как и обещал. Уловив обращённую к нему фразу обернулся, вытираясь всё тем же запачканным полотенцем, слегка приподнял бровь и покачал головой.
- Не волнуйся, я как-нибудь проживу и без официального представления. В конце концов, я не британский лорд... а ты знаешь меня меньше суток. Это было бы не слишком удобно, да? Так что всё в порядке.
Убираться Рэнди было привычно, но для начала, у себя дома он так и не пачкал: попробуй заставить Сойера готовить для себя. Свалить в мусор коробки из-под пиццы, бургеров и китайской лапши намного проще, чем отскрести от жира забрызганную маслом плиту. Он так увлёкся процессом, что не заметил, как вернулась Наташа. Звук её голоса заставил Рэнди вздрогнуть, выпрямить спину и обернуться почти испуганно.
- Ну если тебе так не терпится избавиться от меня, что ты сама готова вычистить весь этот бардак... Я сейчас буду готов, погоди немного. Только заберу куртку.
В гостиной он мельком взглянул на неубранную постель, на которой провёл эту ночь, забрал с кресла вещи и вышел в прихожую, с досадой понимая, что об обуви совсем забыл позаботиться. Кроссовки высохли, но были безнадёжно грязными и испорченными, но пришлось натянуть их на ноги. Затягивая шнурки, Рэнди решил, что стоило бы в скором времени пройтись по магазинам. Он привёз с тобой не так много вещей, а старая одежда, по тем или иным причинам, перестала его устраивать.
Поездка до города была короткой; утренние пробки уже рассосались, а дневные ещё не успели сформироваться, и только кое-где на светофоре им приходилось постоять чуть дольше, прежде чем тронуться с места, пропуская вперёд скопившиеся у перехода машины. Странное чувство неловкости, появившееся в момент, когда у дома Освальд объявился вдруг "бывший муж", так и не прошло. Рэнди всё же вытащил из бардачка визитку, спрятал её в карман, не разглядывая. отложив это на потом.
- Спасибо, Наташа. Мне было было приятно познакомиться с тобой и с Реми. Я рад, что оказался рядом так вовремя.
Рэнди проводил машину взглядом, неловко дёрнул плечом, хотя рядом не было никого, кто мог заметить этот жест, открыл дверь и вошёл в пустой подъезд. Уже в лифте он поймал в зеркале свой взгляд, задумчивый и немного отрешённый. Что-то в его планах пошло совсем не так, как он задумывал, но поймать за хвост это ускользающее ощущение не удавалось, и он решил отложить всё это на потом.
Завтра будет новый день, и, если повезёт, завтра станет ясней, что же ему делать дальше.

=ЭПИЗОД ЗАКРЫТ=

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » ...и утки!