Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
В очередной раз замечала, как Боливар блистал удивительной способностью...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Welcome в гнездо, птенчики


Welcome в гнездо, птенчики

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Участники: Tom FlatcherJane Flatcher
Место: Австралия, Новый Юэный Уэльс
Погодные условия: солнечно, иногда пасмурно
О флештайме: все предельно просто: вернемся домой, чтобы на своих посмотреть, себя показать. Ну, и пожить, собственно.

Отредактировано Tom Flatcher (2014-12-03 02:00:06)

+1

2

-Добро пожаловать домой, мистер Флетчер.
Придерживая головку спящего сына в правильном положении, Том забрал свой паспорт и направился к ленте, где крутился их багаж. Накой черт было тащить с собой столько вещей в место, где его дотошная маман уже наверняка приготовила всего сверх меры для долгожданных внуков, боксер явно не понимал, сам привыкший путешествовать с одним не до конца полным чемоданом. Но сейчас, как глава увеличившегося в два раза мини-клана Флетчеров он засунул язык далеко за зубы и по полугодовалой привычке генералу-жене перечить не стал, только и застегивая и расстегивая обратно молнии на трех больших чемоданах. Да и расстраивать Джейн раньше времени совершенно не стоило, ведь хоть он и предупреждал ее, что Лиз весьма вредная особа, к тому же, хозяйка дома, со своими порядками и, наверняка, еще большими причудами, чем были, когда Том там был в последний раз, когда жил в Сиднее.
Ох, это золотое время, когда ты молод, предоставлен самому себе, зарабатываешь сам, да, к тому же, еще и счет в банке есть... настоящая идеальная жизнь, которой Том и наслаждался в полной мере, однако, не перегибая палку. Особенно с девушками, ведь чемпиону была доступна любая понравившаяся, а он все перебирал и следил за своими связями и здоровьем. И вышло все вполне классно, к тридцати набесился, но все же не остепенился.
Поправил чуть давящие ремни шикарной штуки под названием «кенгурятник», с которой притащиться в Австралию было более чем комично, в миллионный раз умилился виду спящего Джереми, по одному снял увесистые кофры с ленты, и тут его уже нашла жена.
-Ну, велком хоум, май дарлинг, - с ужасным австралийским акцентом произнес, с улыбкой, замечая, что Джейн не поняла практически ничего. Что же, такой он, австралийский английский, язык каторжников и бумерангов. – Добро пожаловать домой, любимая. Ну, почти домой.
Приобнял ее за талию, целуя в щеку сначала ее, потом маленькую дочурку, хлопающую глазками в таком же приспособлении на груди у мамы. И как ему в Америке почти удалось избавиться от акцента? Шут его знает, но сейчас любимой придется немного нелегко.
-Нам нужна тележка, - оглянулся по сторонам в поисках оной. – Или тот, кто ими занимается...
Не любил Том всякие эти переезды-перелеты, намного приятней и спокойней сидеть дома и никуда не рыпаться. Но тележка нашлась довольно быстро, да еще и с мальчиком, который ее возил. За пару американских долларов он и погрузил, и дотолкал, и выгрузил, все молчком и с улыбкой. Вот это сервис. Красота.
-Что-то я устал... скорей бы дома оказаться, - до этого не отпускал талию жены, сейчас же они были у еще одного терминала. – Флетчер, частный самолет.
Усталость и правда что-то давила на тренера. Он вес еще был крепок во всех отношениях, но сейчас жутко волновался, потому что сам увидит мать впервые за шесть лет, а Джейн и дети вообще увидят грозу «Дрохэды» в первый раз в жизни. Это по-настоящему как идти по лезвию бритвы: Элизабэт до мозга костей непредсказуемая женщина.
-Да, мистер Флетчер. Самолет уже ждет вас. Вылет через десять минут, проходите в салон, устраивайтесь. Сейчас погрузят багаж.
Том повернулся обратно к Джейн, поймав ее недоуменный взгляд. Да, сейчас не до волнения. Будь уже, что будет.
-А что? Я говорил, что добраться будет нелегко, - взял ее за руку, направился в коридор на посадку. Маленький белый самолет еще молчал, пока они усаживались в комфортабельном салоне. Детишки снова уснули, а оба родителя что-то начали ощутимо нервничать.
Флетчер держал руку жены все время, пока они взлетали под мерный гул двигателей, в иллюминаторах мелькали облака, городски виды и пляжи с голубой прибрежной водой Атлантического океана.
Пилот объявил о посадке, а мягкий толчок означал окончательное прибытие в гнездо семейства Флетчеров.

+2

3

Джейн понимала, что как истинная католичка должна обвенчаться с мужем и отцом своих детей, но что Том предложит поехать на другой конец света, да еще познакомить ее со своей матерью. Он познакомил их по скайпу, когда Джейн была уже дома, в декрете. И мать Тома просто раскаляла его телефон, расспросами, что мужчина махнул на все рукой и просто по интернету соединил Джейн и свою мать. Хотя могло это событие состояться и раньше, сразу после регистрации, но Джейн помня его рассказы о характере матушки, отказывалась, соглашаясь лишь на разговоры по телефону. Она сама была сильного характера женщина, и в жизни могла над собой позволить мужчину сильнее себя, кем и стал для Джи Флетчер, сумев укротить ее итальянский темперамент, доказать, что время «ломовой лошади» в ее жизни прошло, открыл глаза, что брат вырос и пора женщине заняться собой.
Сборы заняли неделю. Джейн никогда не путешествовала с маленькими детьми и не знала, что может пригодиться им в дороге, от этого объем вещей вырос в разы. Потом она долго ходила вокруг стопок, пытаясь убрать часть, потом все возвращалось на место в стопки. И в итоге три чемодана все же забились вещами. Один их с Томом вещами и два детскими. Полет прошел для детей спокойно. Покушав, они будто понимали, что плакать не надо, и уютно устроившись на руках родителей, спали. Джордана и Джереми уже были большими карапузами, переросшие все трудности младенчества. Уже уверенно сидели, и их можно было завлечь игрушкой или книгой с картинками, которые лежали в ее большой сумке, заполненной салфетками, бутылочками с водой, едой для нее и прочими маленькими и многочисленными мелочами.
В аэропорту было полно народу, и Джейн боялась потеряться, напрочь не понимая речь австралийцев.
- Почти? Это как Том? – пробежалась пальчиками по волосикам сына, который спал на руках отца, а вот дочь словно чувствовала, что вокруг много интересного, и пришлось ее пересадить личиком вперед, чтобы ребенок мог видеть все.
Они, взяв чемоданы за ручки, отошли чуть в сторону от потока людей, устремившегося на посадку, которую только что объявили.
- Вон, смотри.
К ним, по взмаху руку Тома, подкатил мальчик, который помог добраться до….
- Что опять самолет?
Джейн, стоя у терминала, поигрывала ножками дочери, слыша ее смех от щекотки. И вот они на посадочной полосе. Это самолет? Не игрушка. Джейн готова была развернуться и пойти подальше прочь, но Том уверенно держа ее за талию, будто почувствовал ее нежелание, подтолкнул и повел к трапу.
- Не легко, это ты мягко сказал. А машина что туда не ездит? Или автобус?
Устроив дочь на руках, которая тут же начала засыпать, Джейн пыталась найти поддержку в руке мужа, который слегка весь полет поглаживал ее ладонь пальцами. Успокаивало. Смотреть в иллюминатор не хотелось. Страшно. И это думает человек, который занимался скалолазанием экстремальным при частичной привязке к тросам? И такое бывает. Джейн перекусила, так как время кормления детей подходило, но малыши не просили «маму», утомленные перелетами.
- Уже прилетели?
Джи с  неким испугом посмотрела в родные глаза мужа. Чем ближе родовое поместье Тома, тем больше нервничала женщина. Как встретит ее свекровь? Будет ли она довольна выбором сына, или начнет говорить, что тот дурак? Элизабет была строгих правил, едва не пуританка, и тут же сразу Джейн подумала, что перед ней ни в коем случае нельзя показываться просвечивающихся одеждах или купальнике, иначе ее тату наделает дел.
Их встречал водитель с большим автомобилем. Том его знал, и мужчины крепко обнялись.

+2

4

Целуя жену в щеку в очередной раз, поглаживал ее ладонь, успокаивая. Том пытался хоть наполовину понять, почему она так нервничает. Это всего лишь визит в его дом, и ничего более. Рядом океан, ранчо просторное по самое не могу, детям будет уделена тонна внимания... ах, да. Мама. Самый важный человек, бросивший его когда то на руки нянечке и а потом резко вспомнивший. И сейчас, они не виделись два с половиной года, но она умудрялась есть Тому мозг за 10000 километров. С Джейн они были заочно знакомы, но наяву встреча только предстояла. Поцелуй перешел от щеки к губам, тянучий, сладкий.
-Все будет хорошо. Она же всего лишь женщина, как и ты.
У трапа их уже встречала машина, а водитель, Стивен, с широкой улыбкой направился навстречу.
-Приветствую, дорогой друг, - знакомцы с детства, мужчины обнялись, насколько это позволял им Джереми. Том улыбнулся, возвращаясь. Двигатели заглушили и уже можно было спокойно разговаривать. – А это моя семья: моя жена, Джейн, и мои солнышки, Джереми и Джордана, - подал Джей руку, когда та спускалась по ступенькам, погладил по головкам начавших просыпаться детишек. – Зачем мать прислала машину? Тут же рукой подать! Джейн, это Стивен, мой друг детства, а вон тот белый дом наш конечный пункт назначения. Ну, раз уж нас сопровождают, пешочком мы прогуляемся потом.
Вещи были погружены в считанные минуты и внедорожник отъехал от частного аэродрома.
-Его построили, когда я был совсем мал, наша семья и соседи наши – справа и прямо, О'Доннелы и Киркпатрики. Столько лет уже живут здесь, поколения три-четыре, но ирландцы до мозга костей, если ты понимаешь, о чем я, - Том вовсю старался отвлечь начавшую нервничать жену, благо ехать оказалось совсеем немного и вот они уже у подъездной дорожки. Час икс настал.
И там их уже ждали. На крыльце выстроился настоящий эскорт из пяти женщин средних лет и двух мужчин примерно того же возраста, и две женщины, главные в жизни боксера: мать, в инвалидном кресле с полубрезгливым выражением лица и улыбчивая старая нянюшка Тома, Маргрит. Как ни странно, Флетч обрадовался обоим.
Помог Джейн выйти из авто, приобнял ее за талию, даже не беспокоясь о багаже, придерживая головку сына, потихоньку пошел в направлении крыльца.
-Успокойся, не нервничай. Если что, улыбайся няне, - шептал любимой через улыбку всем. Он знал их, каждого, и это значило, что с последнего его визита сюда ничего не поменялось. Ну и к лучшему.
-Здравствуй, мама, - отошел, поцеловал мать в щеку, получив от нее слегка недобрый взгляд и похлопывание по щеке.
-Томас, ты забыл, что такое бритва. Мое тебе «фи».
Ясно, маман в свое репертуаре.
-Нянюшка, дорогая, рад видеть тебя, - пока Том целовал щеку старушки, Элизабет, прищурившись, хмыкнула на такое приветствие и во все глаза смотрела на итальянку.
-Здравствуйте все, Донна, Джек, Ник, Тамара, Полин, это моя семья: Джейн и малютки Джереми и Джордана.
Все сразу оживленно заохали, расплылись в улыбках и потянулись к ребяткам. Том протянул руку Джейн, она поднялась с ним на ступеньки к свекрови.
-Приятно познакомиться с той, кто направила моего сына на путь истинный. Ты красива и мудра, молодая миссис Флетчер. Гордо носи эту фамилию. Приглашаю вас на поздний обед.
Сказала и укатилась в дом. Все сразу же засеменили, а Том прыснул в кулак.
-Команланте в своей стихии. Ну, пережила? Все хорошо? Наняюшка, родная, проводи нас в комнату. Нам же выделили большую? Ох, я соскучился по тебе! – крепко сжал в объятиях старушку, снова взял жену за руку, они пошли в дом следом за няней. А ее руки так и тянулись к малюткам.
-Ничего, мы доверим их только тебе. Вдоволь наняньчишься еще с нашими разбойниками, - уверил ее Том, когда пред ними отворили дверь большой светлой комнаты с большой двуспальной кроватью и зоной для детей.
-Все высший класс. За обедом поблагодарю матушку. Спасибо, что проводила. Увидимся. И пригласи мне с кабинет Бенсона, пожалуйста. Хоть на бумаги взгляну.
Попрощавшись с няней, Том, как и жена, достал сына из переноски сразу на пеленальный столик, помогая освободить от памперсов.
-Сейчас к тебе придут помощницы, а я быстро в душ и по делам. Не волнуйся, ты здесь будущая хозяйка. Привыкай, - притянул за талию к себе, смачно целуя, чуть прихватывая губами ее губы, прижимая к себе, поглаживая через кофту, чуть не мурча от удовольствия ее общества.
Нехотя оторвался от нее, быстро вымылся в душе, позже в свежей одежде и с чистой светлой головой в кабинете выслушал доклад управляющего о том, как идут дела. Хоть ему и не хотелось вникать во все эти нюансы сейчас, по-другому выглядело бы наплевательски к местной жизни.
Приняв доклад и уверив тоже старинного друга, что на днях они подробно все обсудят, пригласил его на обед, вместе с ним отправился в столовую.
В назначенное время там собрались все, кому положено быть:  мать, няня, младшие Флетчеры, управляющий и две компаньонки матери, Донна и Полин. Они ухаживали здесь за ней, заодно составляли ей компанию.
Улыбнувшись жене, подошел, приобнял за талию, оглядывая зал. Элизабет пока не дала разрешения сесть за стол.
-Ну, как тебе здесь? Очень страшно?

+1

5

Стоя на трапе, который был приставлен к самолету, прикрывая ладонью дочь от резких порывов ветра, что приносил песчинки и летящие сухие травинки, Джейн осматривалась. Куда не смотрела женщина, не было ни конца, ни края. И вспомнился роман «Поющие в терновнике» Как Дрохеда, а я Мэгги. Крепко взявшись за широкую ладонь мужа, джи аккуратно спустилась, погладывая на сына, который заворочался на руках у отца. Улыбнувшись встречавшему их мужчине, она, вытащив салфетку, вытерла ротик Джереми, который пустил пузырики. Тут и Джордана пискнула.
- Очень приятно, Стивен. Я думала эти самолеты никогда не кончатся.
Женщина приставив ладонь козырьком, вгляделась в дом, который сейчас казался где-то на пригорке, величаво показывая кто здесь хозяин. Дорога до дома оказалась минутным делом, а вот внутри у Джи все колотилось. Кивая, не слыша Тома, она пыталась дышать глубоко и тихо, чтобы уж совсем не показать, что она бы с удовольствием повернула обратно.
Выйдя из машины, женщина остановилась позади Флетчера, смотря на ту женщину, от мнения которой могло случиться все что угодно. Ее суровые черты лица, цепкий взгляд, повелительный жест в приветствии сына – Джи поглаживала ладошку дочери, ища поддержки, и получила ее, когда та сомкнула пальчики вокруг ее пальца. Услышав про щетину мужа, Джи чуть улыбнулась, вспоминая сколько она пыталась с этим бороться, а потом уже не представляла себе его без этой аккуратно подстриженной бороды, так приятно щекотавшей ее лицо. Когда мужчина обратился к другой женщине, Джейн попала под пристальное, рентгеновское излучение глаз матери Тома. Ну все, если скажет, что я не подхожу, разворачиваюсь, забираю сына и пусть Австралия летит к черту. Джейн пришла в стройность почти сразу после родов, лишь чуть остался животик, что нисколько ее не смущал, как впрочем, и Тома, да и ей вообще, почему-то завидовали знакомые. Моим косточкам, как смеялась Джи. Как же муж умело и вовремя давал ей поддержку, как и сейчас, почувствовав его крепкую руку, Джейн стало чуть полегче, но едва сделав несколько шагов ближе к свекрови, она чуть ли не царапала его руку, несмотря на то, что все были искренне рады видеть семью их любимого Флетчера, блудного сына и хозяина.
Едва тирада женщины закончилась, а она сама уехала в дом, Джейн едва не сползла от облегчения в руках мужа.
- Ничего себе. В лоб так уж кастрюлей. Понятно в кого ты такой узурпатор моей жизни, тверд и уперт, - улыбнувшись, поцеловала мужа в щеку, издав звук облегчения. – Пережила, но если бы не ты, я бы уже в машине решила развернуться. Честно.
Чуть настороженно смотря как к ее детям все тянуться, Джейн ревниво смотрела на женщин. Не привыкшая, что кроме Тома и Джейсона с Ирэн кто-то приближается к ним, что сейчас готова была прогнать всех прочь. Итальянская кровь бушевала не на шутку. Это и понимал сам Флетчер, целуя жену, прижимая тесно, даря защиту объятиями, когда они оказались одни в комнате.
Я сама справлюсь, не надо никого.
Но Том и слышать не хотел. Вероятно ее уставший вид не давал отвоевать полное право остаться с детьми рядом без всяких ахующих тетушек. Джи потянулась к мужу, как услышала кряхтение детей. Нехотя отпустила, окунулась в заботу. Воркуя, раздела детей. Когда Том вышел из душа, искупала по очереди каждого малыша, которые были уже большие и вечно норовили перевернуться и ползти в первых своих попытках. Надев пока простые рубашечки и ползунки, осмотрела комнату. В дверях появилась няня Тома.
- Им пора кушать? Принести бутылочки?
- Не надо. Я кормлю их сама.
- И хватает молока на таких больших деток?
Сколько сомнения в голосе. Джи кратко кивнула, положив детей в кроватки, от чего те расплакались.
- Сейчас, потерпите чуть. Я знаю, что вы голодные.
- Покорми одного, я второго займу.
- Они не едят отдельно. Только вместе в том и дело. Помогите кресло как-то сделать, чтобы двоих положить.
Няня быстро сообразила, подложив на подлокотники пледы, поставив кресло между кроватками, чтобы Джи могла руками опираться о грядушки и спокойно покормить. Едва малыши ротиками коснулись ее груди, как Джи почувствовала их голод. Поглаживая по макушечкам, пыталась немного успокоить их жадность. Твердые десны в преддверии зубов, больно сжимались, что пробирала дрожь.
- Том вероятно очень счастлив. Надо же сын и дочь.
- Да, мы тоже не ожидали, что так повезет. Да и то что их двое уже счастье.
Джордана заплакала. Дочь не любила когда Джейн отвлекалась от них, когда дети кушали, и едва мать начинала говорить, как девочка будто призывала маму прекратить. Губами сказав Я потом объясню, Джи улыбаясь, смотрела на такие счастливые лица детей. Спустя двадцать минут, Джереми первый отвернулся от груди, блаженно даря матери улыбку сытого и здорового ребенка. Няня взяла его, чтобы у мальчика все провалилось, а дочь будто смаковала, балуясь грудь матери.
- Ну все, ты просто уже играешься, - поправив одежду, Джейн встала с девочкой, - Джордана не любит когда я разговариваю во время кормления. Поэтому стараюсь делать это в молчании. А Джереми все равно, лишь бы покормили. Настоящий мужчина, - Джи понимала, что придется доверить детей этой женщине, иначе в столовую она придет в пятнах от молока и грязная. – Мне надо искупаться.
- Конечно, я пригляжу за ними. Я так рада вас видеть. Столько всего было передумано, кто вы и какая вы.
- Обычная я, Маргрет, самая обычная.
Джейн едва не простонала, когда вода коснулась ее измученного перелетами тела, зажмурилась. Все хорошо. Она успокоилась. Но это пока вновь женщина не окажется рядом со свекровью. Том, он будет рядом. И дети. А остальное мне все равно.
В столовой она появилась с детьми как раз, когда Том, освободившись, с улыбкой подошел к ним.
- Да, пока страшно, но не очень. И так приятно искупаться. А когда поели дети, то я думала, усну там в кресле. А почему мы стоим? Мне бы поесть. Я голодная как стая гиен. Мне ж нельзя долго без еды. Твои дети меня опустошили полностью.
Живот ее урчал, и Том рукой чувствовал вибрацию. Джи увидела парное мясо на столе, готова была броситься и запихать в рот, лишь бы хоть кусочек съесть. Эти устои непонятные.

Отредактировано Jane M. Flatcher (2015-02-06 00:11:28)

+1

6

Снова вернуться во всю эту атмосферу родного гнезда для Тома значило очень многое. Ведь здесь практически ничего не изменилось с тех пор, как хозяином этого дома значился Джеймс Флетчер Третий, его отец. Он ушел из жизни не так давно, семь лет назад, и большого ремонта дом пока не требовал. Но Тому уже успели напеть на ухо, что его мама становится день ото дня все больше помешана на памяти покойного отца, и отдала четкое распоряжение ничего не менять. На что боксер лишь пожал плечами: юридически он хозяин, фактически – она, раз уж постоянно обитает в доме, то почему бы не обустраивать здесь все, как хочется именно ей. Нельзя было не отметить появление на стенах двух больших портретов отца, во фраке и в рабочей форме стригаля. Это были старые фотографии, умело отретушированные и выглядевшие как настоящие картины. Официальный висел здесь, в столовой, напротив главного места за столом, а второй портрет висел в холле, на него натыкаешь взглядом почти сразу же при входе в дом. Том не мог не гордиться своим отцом, и было лестно, что он внешне так на него похож. Только что не продолжил семейное дело, но тут бунтарские гены матери взяли верх – как и в имени, ведь все родственники настаивали на ставшем уже семейным имени Джеймс Уоррингтон Флетчер. И, правда, на спокойного, но жесткого отца по характеру Том походил очень мало. Имя сделало его судьбу.
Услышав звук голодного живота жены, тепло улыбнулся. Еще пара минут, и его собственный ответит тем же. Итальянка умудрилась избаловать все свое семейство вкусностями много, аппетитно и часто, что и он долго без еды находиться не мог. И это как раз и был один из стимулов держать себя в форме и вставать в спарринги – вкусную пасту полопаешь от пуза, и топай сгонять лишние килограммы в зал, иначе заплывешь, как бочка с жиром.
-Потерпи еще чуть-чуть. Сейчас Бенсон закончит свой отчет и мама даст разрешение на обед.
Не успел закончить фразы, как мужчина коротко кивнул леди Дрохеды и от нее все получили взмах рукой, означающий, что можно занимать свои места за столом. Том взял жену под руку, провел к столу и отодвинул резной стул, второй справа от главы, на соседний сел сам, убедившись, что она села удобно.
-Не беспокойся, официантов нет, бери все, что угодно, - коротко поцеловал в щеку, заметив, как она поморщилась от прикосновения его щетины. Это развеселило его, он сжал под столом пальцы жены. – Ну, без нее уже я не я, согласись. Я тебя люблю.
Ужин шел размеренно, все и всё были на своих местах, и только сейчас Том на самом деле осознал, насколько голоден. Еда с его тарелки не успевала исчезать, как появлялась снова. И он только и успевал, что ловить неодобрительные взгляды матери. Это был именно тот момент, когда он не понимал ее. Может, ей хотелось поговорить с ним, расспросить про его жизнь, все такое, или просто осыпать кучей замечаний, хотя сама она не воспитывалась, чтобы сидеть за такими столами.
-Чем занимаетесь вы, Джейн? – строгий тон, обращалась Элизабет к молодой миссис Флетчер. Монументальный боксер непроизвольно вжал голову  в плечи – нашла коса на камень. Под столом снова поймал руку жены, чуть сжал, призывая не лезть на рожон пока. Видимо, правы психологи, что дети ищут себе пары, похожи на родителей.
К счастью, все закончилось безболезненно, но настроение у всех подупало.
-Спасибо за ужин. Я отправляюсь спать. Сын, жду тебя завтра в девять утра в кабинете, - теперь коляской она почти управляла сама, с минимальной помощью Полин.
-Спокойной ночи, мама, - Том было сделал шаг, чтобы поцеловать ее по старой привычке, но она уже укатилась из комнаты.
-Я просто не предсатвляю, что нашло на нее, - говорил он жене, наблюдая, как она, в шикарной ночной рубашке из белого шелка с кружевами сидит пред зеркалом и расчесывает волосы. Сам он, чистый, с подровняной щетиной, сидел на расстеленной постели, свесив ноги, в пижамных брюках. – Она не такая злобная, как выглядела сегодня. Я, говорят, похож на нее, - встал, подошел к ней, взял волосы, отвел с плеч за спину, мягко поглаживая кожу. Она приятно пахла, свежо и возбуждающе. Наклонился, начиная поцелуй на ее щеке, поднимаясь выше, губами начал ласкать ее ушко, шепча нежные слова, руки сомкнул на ее поясе, поднимая, маня за собой на кровать.

+1

7

Джейн смотрела на все яства, ощущала, что упадет в голодный обморок. Что за господские традиции? Пока не придет глава семьи, все можете слюной изойти. Она должна понимать, что мне нельзя не есть. внутри итальянки все кипело, а внутреннее урчание подливало масла в огонь.
- А отчет подождать не может после ужина? Том, что за традиции?
Она пожала плечами, повернувшись, посмотрела на коляску, где спали малыши. Едва сев на стул, Джейн тут же положила три кусочка колбасы на свежий хлеб, жуя, подтянула к себе кувшин молока. Она попробовала все. И возможно этим удивила свекровь. Но все равно. Джейн, когда голодная ей на манеры было наплевать.
- Я просто смирилась с твоей бородой. А вот если тебя побрить…. – увидев отрицательно покачивание головы мужа, толкнула его под столом ногой. – И я тебя очень сильно люблю.
Джи чувствовала на себе взгляды. Как на выставке картин. Она и понимала всех, столько лет их любимый мальчик и вот женился, и хотела попросить отвернуться, дать спокойно покушать. Бутерброд так и застрял меж зубов, когда мать Тома задала вопрос. Ну если бы просто спросила. Так нет. Ее тон для Джейн, вот уже десять лет жившей самостоятельно, был как оплеуха. Девушка не была злобной, всегда находила общий язык с людьми. Нов от тут, когда явно намекают, что ее появление хорошо. И вот такое «хорошо» ты принимай как знаешь.
- Я хирург общей практики. Ординатор. Работаю в госпитале в Сакраменто. Жила до встречи с Томом, с братом младшим. Мои родители,- она запнулась, - вы знаете об этом.
Джи бегала подушечками пальцев по бедру мужа, чувствуя, как успокаивается. И тут мать Тома просто выбила из головы Джейн остатки понимания ее как матери и как женщины. Она, повелительно доложив, что отправляется спать, уехала прочь. Ужин прошел в абсолютном молчании. Джейн вяло ковыряла в тарелке горошек, который ускользал от вилки. Том, поняв все, увел ее в спальню, пожелав всем спокойной ночи.
- Я вообще не понимаю такого. Том, ты вырос в этом, и все же принял устои свои и мои вместе. И если бы ты ждал моего повеления сесть за стол, то с нашими детьми, ходил бы голодный.
Джейн улыбнулась своему боксеру, взглядом полным обожания этого мужчины, смотрела в зеркало на него. мягко расчесывая волосы.
- Ты похож на нее? Если бы это было так, поверь, мы  бы не жили вместе.
Приподняв голову, лукаво улыбнулась, понимая, на что муж намекает. Прикрыв глаза, тихо простонала от его жарких губ, так вольготно блуждающих по ее щеке, дразня, возбуждая и заставляя кровь буквально закипать.
Они упали на широкую кровать, и девушка, припав в долгом и томительном поцелуе к губам мужчины, развязывала тесемки. Лаская мужа, Джейн стянула с него все, что могло помешать ей насладиться Томом. Сев на живот мужа, девушка медленно. Дразня, потянула рубашку  с себя, показывая частями свое тело, до которого ее Том был охоч.
- Не съешь меня,- прошептала, отбросила прочь ночную сорочку, оставаясь обнаженной перед взором того, кто ворвался в ее жизнь, все разрушил и установил свой порядок, свою власть – Власть Любви и счастья.

+1

8

-Жили бы, я же такой же требовательный, как и она, - тихо-тихо проговорил ей в ухо, не желая отрываться от нее и на миллиметр, мягко водил ладонями по ее животу и спине, разворачивая лицом к себе, чтобы припасть губами к губам в страстном поцелуе, который предназначался только ей, ей одной. Ему случалось влюбляться, хотеть многих женщин, то так, как он любил и хотел свою жену, Том никогда и никого так же желал. И даже вряд ли бы мог представить себе, что женщина может вызывать в его груди такие трепетные и нежные, страстные и животные чувства, и противоречащие друг другу, и дополняющие, и важные, нужные... мужчина точно может взорваться, пытаясь разобраться, разложить на составляющие одно огромное, всеобъемлющее чувство к своей женщине, называемое «любовь».
Ему всегда нравилось немного отдавать в ее руки управление ситуаций, особенно в такие моменты, когда ее южный темперамент давал себе выход в полной мере, и она становилась настоящей собой, необузданной, неукратимой, но в его руках такой податливой и нежной, чувственной, яркой... эти качества и привлекли его в ней. Она, сама по себе контраст, страстная натура, натягивающая на себя маску серьезности и ответственности, но с ним такая, какую хочется взять в свои руки, зацеловать каждый миллиметр ее тела, вдыхая благостный аромат ее кожи, оставляя мокрые дорожки, пробуя ее на вкус, смакуя, как самый изысканный из десертов, существующий в мире. Такая, в которой самому хочется быть зверем, заявить на нее свое право, но быть бесконечно нежным, касаться ее кончиками пальцев, ласкать, не сжимать, а обнимать, чувствовать прикосновение ее мягких пальцев к своему телу, и вторить, вторить ее вздохам и стонам, показывать, что она любима и желанна, и так было, есть и будет. Всегда. Пока только дыхание есть в этом теле. А, может, и даже дольше.
Чувствовал ее вес на себе, любовался ею, искренне считая, что нет никого совершеннее его жены, что даже Венера Милосская просто померкнет рядом с такой красавицей. О, Джейн Флечер была просто восхитительна в лучах лунного света, пробирающихся сквозь прозрачные шторы, колышущиеся под теплым ночным ветром. Воздух гулял по комнате, от чего ее кожа покрылась сеткой мурашек, чему способствовал и боксер, крепко обнимая ладонями ее бедра, чтобы она никуда не делась со своего места, а лишь чуть опустилась ниже, уже полусидел, одной освободившейся рукой притянул ее лицо ближе к своему для страстного, долгого поцелуя. Дразнящего, обещающего многое, сексуальное, запретное. Рука чуть сжала ее ягодицу, мужчина откинулся на спину, потянув ее за собой, рукой сначала лаская ее щеку, то поднимаясь к волосам, проводя по ним, то возвращаясь назад, накрыл ладонью грудь, начиная ласкать. И все это не разрывая поцелуя. Вроде перелет, смена поясов, должна быть усталость. Но у них обоих, казалось, открылось второе дыхание.
На груди была уже не одна рука, а обе, и его губы, дразнящие, покусывающие, оттягивающие, сжимающие. Сейчас он не слышал всегда раздражающего его пения ночных птиц, а слышал только ее сбивчивое дыхание, тихий голос, чувствовал руки в своих волосах, по плечам, спине. Чувствовал жар ее тела, близко-близко от своего. Такого желанного тела, но это было не просто физический акт, это слияние двух душ, как воссоединение в одно целое, что-то неземное, захватывающее целиком и разум, и тело, и дух. Не просто секс. Любовь.
Том словно сошел с ума, и так каждый раз, когда слышал ее, как она показывала, как ей хорошо с ним, как он взбадривался от такого поощрения, любил ее, нежно, страстно, для нее, для себя, вторя ей голосом, душой откликаясь на каждый всплеск ее эмоций, вызываемый новый толчком, который получался у обоих одновременно, новой лаской, поцелуем, жарким, сладким, многообещающим, хотя, чего уже больше? Нет, больше есть и будет, и иначе никак. Каждое движение в такт, будто симфония для оркестра, синхронно, идеально, даже дыхание вдох за выдохом, каждый раз, вместе. И крик ее, не единожды заглушаемый его поцелуем, чтобы не разбудить никого, дополнялся его рыком. Все просто идеально. Как и должно быть.
Ночь казалась ему вечной, правда, будто время замерло, так его затянула, впустила в себя жена, что мужчина растворился в ней, потеряв счет часам и минутам. Сейчас, лежа в своей обычной позе, на животе, а Джейн справа, между плечом и ключицей, Том еле-еле разлепил глаза, когда его упорно будил звонок по внутреннему телефону.
-Пошли все в жопу, я в отпуске, - снял и повесил трубку, аккуратно, чтобы не разбудить жену. Мышцы на каждое движение отзывались приятной усталостью, на что Тому оставалось только улыбнуться. Таких марафонов у них давненько не было, да и дети, непонятно почему, ни разу за ночь не проснулись, как бы ни шумели родители. Если прислушаться, было слышно их спокойное сопение. И сопение Джейн, размеренное, обжигающее кожу. Идеально.
Только он собрался сомкнуть глаза и снова уснуть, как распахнулась дверь и появилась Маргрет.
-Няня? Какого ... эм... зачем?! Рано еще? – вопрошал гневным шепотом, пока старая женщина трясла его за левое плечо, предварительно бережно приподняв голову Джейн.
На что получил ответ, что уже десять утра, Элизабет давно на ногах и яростно вопрошает, почему наследный принц овец еще в постели. И с Бенсоном разговор назначен на одиннадцать, так что пора поторапливаться.
- Я приехал отдыхать и жениться перед Богом, почему я должен вставать в такую рань? – сопровождаемый хихиканьем вместе со сварливым шепотом доброй своей няни, он аккуратно встал с кровати, и старушка сразу швырнула в него его же штаны. На что он только хмыкнул, скрывшись в ванной. Оттуда вышел умытый, и резко голодный. Наскоро оделся в джинсы и свободную рубашку, взял сапоги, и в мокасинах пошел за няней на завтрак. Все его семейство до сих пор спокойно спало, от чего Том только улыбнулся. Поездка однозначно получалась удачная.

Отредактировано Tom Flatcher (2015-02-18 00:41:37)

+1

9

Джейн выгибалась в его руках, становилась горячей и «мягкой», такой, что муж мог лепить из нее, что его душа хотела, что требовало его тело. Женщина едва сдерживалась от крика, где-то далеко помня, что в  комнате еще есть дети, которые спали крепким сном. Она танцевала в его руках, ловила каждый его поцелуй ее тела, каждое горячее прикосновение, томно отзываясь, тихо, словно пела ему на ушко, постанывала, едва Том приближался к ее шее или груди губами, бродила ладонями по телу мужа, и все было как вновь, в тот первый раз, когда они оба сорвались, жадно терзая друг друга, когда все было столь скоротечно, но так важно для них, стало началом познания ими друг друга. Джейн едва успевала понимать, где она и где Том. Они жадничали, порыкивали, пытаясь отобрать власть, став лидером. Но Том слишком хорошо знал ее, знал ее слабости и нагло пользовался, едва прибегая к своему секретному оружию, как Джейн со стоном падала в его руки, теряла себя, помня лишь страсть и нежность, силу его рук и жар поцелуев.
Сон был крепким. Малыши молчали, и Джейн не тревожилась. Если надо, эти сорванцы огласят всю округу криком и требовательными сигналами. Женщина едва пошевелилась во сне на далекую трель, лежа на полубоку, лбом прикасаясь к телу мужа. Обнаженность не стесняла ее, да и совесть не мучила. Она уснула в объятиях Тома, даже не подумав надеть что-то на себя. Флетчер просто ее не отпустил. И вот утро. Джейн как-то отдаленно почувствовал, что ее голову придерживают, поглаживая по щеке пальцами, но не проснулась. Простынь скрывала ее тело от непрошенных гостей. Кровать прогнулась слегка, и Джейн накрывшись, перевернулась на спину, не думая просыпаться. Так редко бывает, когда близнецы «жалели» ее, давая выспаться. Но вечно продолжаться не могло это. сев на кровати, придерживая простынь на груди, Джейн потрясла головой и упала на кровать, глупо улыбаясь, вспоминая божественную ночь. Том… Неудержим. Ненасытен. Они будто ждали друг друга.
Перекатившись на живот, девушка выгнулась на кровати, разминая спину, как в кроватке послышался не плач, нет. смех и гуление. Накинув халат, девушка убирая волосы в хвост, наклонилась над кроваткой сына, который умудрился перевернуться наоборот и смеялся посасывая кончик ползунков, подняв к ротику ножку. Его сестра спала. Сколько же времени? Джейн поглаживала сына, искала глазами часы. На столике лежали их с Томом телефоны. Ого! Уже почти двенадцать!
- Джереми, мама проспала два кормления.
Дав сыну в руки игрушку, стыдливо отворачиваясь от его глазенок, будто он сейчас ее обвинит за расслабленность, ушла купаться. Все заняло минут пятнадцать, и вот едва Джейн показалась в дверях комнаты, как плач Джорданы разнесся по всему помещению.
- А вот и наша самая голодная девочка проснулась.
Ловко сменив детям подгузники, обтерев тельца салфетками, времени на купание не было, так как Джереми тоже стал куксится, женщина с детьми устроилась в кресле. Ее грудь была переполнена молоком после пропуска кормления, что позволило спокойно покормить детей, которые опустошили ее буквально за минут пятнадцать. Сделав Бу, детки легли в кроватку, а Джейн приготовила им костюмчики и оделась сама.
Тома не было нигде. Няня хитро улыбнувшись девушке, взяла у нее из рук коляску, позвала:
- Пойдем на кухню. Тебе надо хорошенько покушать. А то тебя окружают одни голоднее дети.
Джейн поняла намек на ночь, что едва не весь дом, наверное, знал о произошедшем, покраснев, улыбаясь, пошла за Маргрет. Суетившиеся женщины, поприветствовав Джейн, тут же накрыли царский завтрак. А Джи никогда не отказывалась от еды. И сейчас, когда пришла в норму после родов, обретя фигурку, которая была ранее, ела за десятерых. Прибывало молоко, но ничего больше. Джейн беспокоило то, что она могла стать полной. Том слишком был искушен в женской красоте, и она не могла дать повода мужу посмотреть на сторону. С его темпераментом, с повышенной потребностью к сексу, вниманию (что взять, Флетчер эгоист) к себе – удержать такого весьма трудно. И сколько бы он не убеждал ее в том, что любит ее безумно, Джи не унималась в своих ревностных мыслях.
- Как вы справляетесь с ними?
- Я привыкла. Том помогает. Мой брат с невестой тоже.
Раздался смешок. Няня сидела чуть поодаль.
- Том помогает. Я не ослышалась.
- Я понимаю, - Джейн засмеялась. – Но Флетчер самый заботливый папа на свете. А какой он муж…
Джи замолчала, откусив ножку курицы, запивая ее молоком. Все будто солдаты выпрямились. И обернувшись, Джейн увидела, как на кухне появилась мать ее мужа. Подкатившись, Элизабет долго сверлила девушку взглядом.
- Просыпаться к обеду дурной тон.
Джи хотела ответить, но властный жест в виде поднятой руки заткнул ее на полуслове и полукуске.
- Дети не кормленные были с утра. Вы же врач и понимаете как важен график в таком возрасте для малышей. Том распустился с Вами, Джейн. Я думала вы ответственная, умная, а оказалось такая же как все современные бестолковые девушки, коих у моего сына было много. Я разочарована.
- Вы хотели меня задеть побольнее? У вас получилось. Ноя хочу вам сказать, что о своих детях я позабочусь сама. Я не прошу помощи ни у вас, ни у ваших помощников. –Назвать прислугой просто не поворачивался язык. – Вы считаете меня не выгодной партией вашему сыну? Тогда спросите его сами – счастлив ли он? Спасибо за завтрак. Расхотелось.
- Подождите, мы не договорили с вами.
- А есть о чем? Я не стремлюсь вам понравиться. Для меня важно счастье Тома и наших детей. А кто и что думает – меня интересует в последнюю очередь.
Гордая итальянская кровь стучала в висках, что не слушать ее не могли. Девушка с вызовом смотрела свекрови в глаза.
- Том испортился.
- Но не мной. Он давно покинул этот дом. С вашего позволения, я пойду на прогулку с детьми.
Настроение испортилось. Джейн хотела от всех скрыться и остаться с детьми наедине.

+1

10

-Ох, Мэгги, ты серьезно?
На столе в кухне его ждал завтрак из прошлого – омлет с колбасой, помидорами и зеленью на свежей лепешке и огромный стакан яблочного сока. Ах, да, еще сыр. Австралийская утренняя пицца.
-Няня, ну не стоило...
Взрослый мужик так и стоял практически на пороге комнаты, опустив руки и плечи, вдыхая божественные ароматы блюд, готовящихся в комнате, витающих повсюду. Его будто окунули в прошлое, лет на почти тридцать назад, как он пробирался сюда мальчишкой и ему давали всяческие вкусности добрая кухарка и любимая, тогда еще молодая, нянюшка. И ведь умудрялся не набирать веса, хотя молотил чуть ли не все подряд и в огромных количествах. Это было практически единственное, чем отец его был безоговорочно доволен – аппетитом сына.
-Закрой рот, Том, и садись, ешь. Бенсон уже скучает в кабинете, а ты даже не ел ничего.
Лишь по одному ее кивку мужчина накинулся на еду, как голодный зверь и практически в пару минут уничтожил яство размером с подставную тарелку на званом ужине. В желудке приятно потеплело, но Том все равно оставался вялым.
-А нет кофе?
Маргрет смерила его неодобрительным взглядом, а Флетч только пожал плечами, улыбаясь ей, как в детстве, когда накосячил и пытался задобрить.
-Я уже без него не могу лет десять как, ты же знаешь. И не надо мне нотаций, что кофе сгубило отца, бла-бла, дай кружку. Большую. Или я ничего считать не буду способен, - встал со стула, подошел к плите, где молодая кухарка ставила джезву на огонь. – Спасибо, было очень вкусно.
Та захихикала и попыталась жеманничать. Том усмехнулся, отводя взгляд. Да, десять лет назад все было бы по-другому. А сейчас на втором этаже спит жена, сопят малыши... что еще для счастья надо?
-Я говорил тебе, что скучал, няня? – потягивая обжигающий напиток, спросил, облокотившись на ее кресло в кухне. Здесь тоже практически ничего не изменилось, что не могло не радовать. Старина всегда приятно пахнет воспоминаниями.
-Главное не забудь повторить пару раз своей матери об этом. Она все равно любит тебя, Томми, - мужчина лишь рассмеялся в ответ на свое детское прозвище.
-Ты еще веришь в чудеса, моя добрая Мэгги? – поцеловал ее в морщинистую щеку, не удержался, чтобы не подмигнуть хозяйке кухни, и вышел прочь, в плен цифр и отчетов.

-Господи, слава Богу, я не отучился на экономиста, когда предлагали. Тут же свихнуться можно! – Флетчер откинулся в кресле, потирая лицо, глаза, теребя волосы. Они безвылазно проработали в кабинете часа три-четыре, и это порядком его достало. Но зато решили все проблемы по продажам, жизни поместья, вообще, всего. Не без удовольствия Том встретил новость, что сумма на банковском счете только увеличивается, а покупатели дают за шесть хорошую, стабильную цену.
-Ты уверен, что рентабельно настолько расширять производство? Я не вижу показателей, что спрос возрастет хотя бы в ближайший год? – мужчина нахмурился, смотря на помощника. Эта идея не была лишена смысла, но вполне могла так же и разорить, как и обогатить, на что был расчет.
- Так. Пока все оставляем, как есть. Это оптимальная ситуация стабильной выгоды без рисков. Мне сейчас нужно устойчивое материальное положение. В доме нужен ремонт, плюс моя школа... не важно. И еще я хочу пересмотреть свое завещание, - поднимаясь, кивнул старинному другу, приобнимая его за плечо.
-Сделай так, чтобы все здесь досталось моим детям поровну. Без возможности продажи и прочего. Дрохэда должна остаться целой, пусть и при двух хозяевах.
Мужчины вышли из кабинета, договорившись продолжить работу завтра. А пока на весь оставшийся день Том был свободен. И  птичка принесла ему на хвосте, что жена уже схлестнулась с матерью.

Он нашел ее сидящей на пледе в саду позади розария на заднем дворе дома. От деревьев шел потрясающий аромат, солнце палило, но не жгло, воздух был свежий. Все было идеально.
-Хэй, как дела? Все хорошо? – скидывая сапоги, уселся рядом с ней, плечо к плечу, принимая сына на руки. Богатырь посмотрел на отца, сначала серьезно, а потом улыбнулся и принялся ловить пальцы Тома, которыми ото болтал над Джереми.
-Что у вас там приключилось?

+1

11

Выйдя из дома, толкая впереди себя коляску, где полусидели довольные малыши, женщина хмурилась. Она не любила ругаться, ехала сюда познакомиться с матерью Тома. да и чего таить греха, попытаться найти мать для себя. Она устала в этой жизни быть одной, в смысле без родной женщины. Не хватало материнских объятий. Иногда мелькала мысль о выплакаться. Но некогда этим мокрым делом было заниматься. Все вокруг Джейн кружилось и вертелось.
Ее окликнули.
- Джейн, подожди.
К ней торопливо шла няня ее мужа.
- Вот еда тебе. Нельзя из-за настроения отказываться от еды.
- Я понимаю. Но я готова уехать. Сейчас.
- Мать твоего мужа властный и тяжелый человек. возможно поэтому Том и сбежал из дома. Не принимай ее слова близко к сердцу. Ты отличная мама. Сейчас в наше время кормить грудью одного ребенка не все соглашаются. А тут двоих. И ты не задумываешься, что потом не вернуть форму груди. И тебе все равно на это. Честно, я ожидала какую-то более ветряную особу рядом с Томом. И очень приятно удивлена.
- Спасибо. Но пока попытка поднять мне настроение у вас провалилась. Мне хотелось бы побыть одной с детьми. Не принимайте на свой счет моих слов. Просто я привыкла переживать все сама.
- Том говорил у тебя нет родителей.
- Да. они погибли в автокатастрофе когда мне было двадцать пять, а брату пятнадцать. Я привыкла. Не переживайте. И спасибо за еду.
Взяв сумку, Джейн улыбнулась.
- Вы туда и обед положили.
- Нет, обедать ты придешь. Там отварное мясо и картошка, запеченная на углях. Чай с молоком и пирог с творогом. Яблоки еще. И вот, - няня подошла к веранде, взяла оттуда плед, - посидите в саду. Там тепло.
- Спасибо.
Расположившись в тени деревьев, положив малышей на расстеленный мягкий плед, стала есть. вот кто мог всегда ей поднять настроение. Ее дети. Джордана перевернулась на животик, пыталась встать на коленочки, раскачиваясь. Джейн положила чуть впереди игрушку, вызывая стремление дочери дотянуться. Джереми же был доволен тем, что грыз резиновую игрушку с пупырышками. У обоих резались зубки, что Джейн ощущала при кормлении, когда кто-то сожмет ее грудь сильнее. Развернув дочь обратно, смеясь, доела все, что ей положили. Думать о плохом не хотелось, хотя мысли так и вертелись.
Оглянулась на голос мужа, Джейн улыбнулась. Чуть отодвинулась уступая клочок их маленькой «суши» Тому, вновь повернула дочь к игрушке. Неугомонная и настойчивая Джордана не устала от своих неуклюжих попыток начать ползать, когда ее брат редко это делал. Он больше любил перевернуться и грызть игрушку, болтая ножками.
- Все замечательно. завтрак на природе что может быть лучше.
Женщина хотела скрыть случившееся, но видать ее опередили.
- Том, поедем домой. Обвенчаться мы можем и в Сакраменто. Еще одну стычку я не выдержу. Ощущение, что я попала в лагерь, где от меня требуют подчинения негласным правилам. Я не могу ругаться с твоей матерью. Но уехать могу, чтобы не мозолить ей глаза. Внуков она повидала. Да и что-то не особо она их приходит увидеть. Больше няня готова быть рядом постоянно и ворковать с ними. И эта женщина пытается мне привить правильность воспитания и присмотра за малышами. И представь – я оказывается я бестолковая, коих у тебя было полно. Вот прям приятно слышать это.
Открыв термос, Джейн налила чай в крышку. Потянулась, расслабляя спину, что затекла.
- Я не прошу меня любить. Но уважения крохи я заслужила. И подчиняться как все тут твоей матери, увы, я не буду. Или ты поговоришь с ней, или после очередной я уезжаю. Поедешь ли ты с нами – решишь сам. Можешь позже вернуться. Я просто прошу – пойми меня.
Она посмотрела на суровое лицо любимого мужчины.

+1

12

Том терпеливо выслушал рассказ жены, но с каждым словом хмурился все больше. Это, в принципе, было предсказуемо, но он не ожидал, что конфликт матери и жены случится так скоро. Большая надежда была на нянюшку, но и она не вездесуща. Его очень беспокоило, насколько смогут сойтись жена и мать, и то, что случилось, никак не то чтобы не укладывалось в его голове, а больше было даже не по плану. Элизабет должна была показать свой нрав только на третий-четвертый день их пребывания дома, когда найдет то самое место, куда больнее можно уколоть, но никак не на следующее утро, когда сын оказался в родных пенатах! И ведь нашла его, ведьма, прости, Господи... дети. Том бы и сам не выдержал, сделай она ему замечание насчет воспитания и ухода за маленькими Флетчерами, ведь сама-то старая миссис Флетчер не особо утруждала себя заботой о сыне, выполняя минимальные материнские функции, вес остальное поручая няне: решение домашнего задания, смазывание разбитых коленок, утешение от поражений в спорте и тому подобное. Элизабет никогда не обращала внимания на обычную жизнь сына, вознесясь в своем положении, напрочь забыла о своих чертах, присущих ей в жизни до замужества: простоте, легкости, милосердности, обычной доброте и ласковости. Став госпожой на ранчо она показывала себя твердой, стойкой, настоящей хозяйкой, оборвав все прежние связи, общаясь только с равными теперь ей, такими же женами хозяев или дочерьми-наследницами. Раньше Тома это мало волновало: он был счастлив вниманием няни, уважением и поощрениями отца, потом и повышенным к себе вниманием со стороны женского пола и спортивных агентов, фанатов – ему нравилась такая жизнь, тогда никто не читает нотаций, ты живешь полностью своим умом и сам несешь ответственность за свои поступки. Но то, что Элизабет сейчас пытается воспитывать его жену – это настоящая проблема.
-Джей, дорогая, - начал спокойно, но немного жестко. Однако, рука мягко легла на плечо жены, он присел вплотную, наклоняясь к ее уху. – Ты сама понимаешь, что мы не можем уехать. Это – гнездо Флетчеров, и однажды ты станешь здесь хозяйкой. Это мой дом, и, я надеюсь, станет и твоим тоже. Здесь прекрасно, красиво, потрясающе... а моя мать... она учит всех и вся, хотя сама разбирается далеко не во многом. Держись няни, найди с ней общий язык, и это будет достаточно для меня. Благословления матери я не искал и не ищу, а насчет женитьбы ты опять не права -  разве для тебя не важно стать моей женой в любой попавшейся на глаза церквушке, когда есть часовня там, где крестили твоего мужа? Ты  сама говоришь, как важна семья, - поцеловал ее в волосы, притягивая к себе. – Давай не будем допускать ссоры здесь. Это – наш дом. Прими это, это очень ценно, фея моя. Когда-то все это достанется Джереми и ты станешь в роли Элизабет... не бери с нее пример, будь выше уже сейчас.
Ладонью поднял ее за подбородок, чтобы она запрокинула голову, нежно поцеловал ее и улыбнулся. Как же он любит ее!
-И ты прекрасно понимаешь, что я никуда тебя не отпущу от себя. Неужели ты этого не поняла за все время, что мы вместе?
Что каждый раз, когда ты на расстоянии метра от меня, у мня просто сносит крышу, я готов зацеловать каждый миллиметр твоего тела, заговорить тебя комплиментами, и всего этого будет несусветно мало, чтобы выразить всю мою любовь к тебе.
-Давай замнем это пока. Вы- моя семья, и вы важны мне. Пойдем-ка, я покажу еще одну семейку, на которую стоит посмотреть.
Встал сам, за руки поднял жену, затем с ее помощью взял обоих детей на руки, пока Джейн собирала корзину. Попытался забрать у нее ношу, но вертлявые креветочки чуть не попадали из его рук, так что пришлось выпрямиться и позволить жене нести корзину самой, что довольно не понравилось боксеру. Хотя, плетенка со скарбом для обеда на свежем воздухе была явно легче, чем их дети, все равно он не любил, когда Джейн таскает тяжести.
-Вот, полюбуйтесь! – гордо сказал он, через время замерев около обширного загона, где двое конюхов следили за десятью разномастными лошадями. – У нас здесь не только овечки, но еще и лошадки. Смотри, мальчик мой! – тряхнул рукой, на которой сидел Джереми. – Скоро ты научишься на них ездить! А ты, моя принцесса, ты будешь ими любоваться!
Том стоял несказанно гордый, гордый всем: своей семьей, что они рядом с ним, тем, где они находятся,  и даже тем, как Джейн следит за бегущими по загону лошадьми.
-Ну-ка, пойдемте-ка поближе.
В мгновения окрыленный запахом своего детства Том оказался у входа, где их ждала няня Маргрет с парой помощниц. Они сразу же забрали детей, принимаясь развлекать их игрушками, а у няни в руках была сумка со всем, что может им пригодиться.
-Нянюшка, ты читаешь мои мысли, - поцеловал ее в щеку, улыбнувшись, отошел и взял жену за руку. – Ты позволишь мне? – потянул ее за собой за ограду загона.
-Мы немного прокатимся.

+1

13

Джейн не хотела, и слышать про это гнездо и прочее. У них есть прекрасный дом с замечательным садом. И переезжать насовсем сюда она ну никак не планировала в своей жизни. У нее там практика, рост в профессии, школы и прочее рядом. Или она не понимала как это встать в пять утра и пойти доить корову. Детки ее привыкали к графику родителей, не всегда просыпались ни свет ни заря.
- Том, мне не надо этого. У нас все есть. Дом, дети, мы друг у друга. У тебя ученики. Не знаю. Не хочу. – она как ребенок сопротивлялась. Ее очень сильно задели слова матери мужа, особенно сравнение с кем-то из бывших ее сына. Она надеялась найти в ее лице ту, которую потеряла. Пусть Джейн уж тридцать с небольшим, сама мама двух прекрасных близнецов, но она была очень привязана к матери. И надежда просто рухнула. Хотя Том предупреждал ее, но надеяться ведь никто не запрещал. И оказалось так больно. – Мне просто обидно. Да, Том, обидно.
Джейн понимала, что муж разрывался между ней и матерью. Какой бы миссис Флетчер не была, она его мать. А Джейн это будущее ее сына, и каждая из них видела это будущее по своему. Приняв поцелуй, столь  нежный, что почувствовала такую волну любви к этому человеку, что едва не задохнулась сама. С каждой секундой Джейн ощущала, что любовь, это безумие, эта химия буквально разливается по ее телу, ее мысли постоянно крутятся вокруг Тома. Просыпаясь утром одна, когда он убегал на работу, то должна была услышать голос, если не так, то найдет причину и приедет к нему  в зал, но увидит. Иногда она стояла за стеклом, смотря на то как он работает, как капает с его лба пот, улыбалась и уходила с детьми в парк. Замечал ил ее кто-то? Джейн не знала, но том ни разу не спросил Почему  ты не зашла?
- Это я тебя не отпущу, - улыбнулась дочери, подхватывая ту на руки. – Хорошо, но обещай, мы поговорим с твоей матерью ты и я и она. Какую еще семейку? Том, куда?
Собрав все, Джейн катила коляску, в корзину которой поместился лишь плед, а пикник-сумка была в ее руках. Послушалось ржание. Затем ветер донес столб пыли. Оставив коляску, Джейн подошла к забору. Она посмотрела на детей. Даже в столь младенческом возрасте, те явно были в восторге, но каждый по-своему. Джереми, огласил визгом округу. А Джордана наоборот ручками взмахнув, вцепилась в шею отца.
- Том, она боится.
Но оторвать взгляд от лошадей надолго не смогла. Коррида. Забава со смертью. В ней от мыслей забурлила кровь. Хотелось сесть и помчаться, куда глаза глядят. Немного с тревогой посмотрев, как Маргрет забирает детей у мужа, хотела подойти и встать рядом. Ревность жгучая. А успокоить как? Только взять на руки близнецов. Но ее уже тянул в сторону загона Том, и Джейн лишь обернувшись, прокричала:
- Не кормите их. Просто спать положите. Я сама.
Увлекаемая мужем вглубь загона, крутилась смотря на детей, которые тоже казалось были не в восторге, что мама и папа куда-то уходят.
- Милый, они не привыкли без нас. Давай отложим.
Им подвели двух красивых лошадей. Джейн отказалась от услуг рабочего и руки Тома, поставила ногу в стремя и взлетела в седло. Конь под ней загарцевал. Поцокав, поглаживая его по гриве, склонилась к его ушам, говоря по-итальянски. Почему именно так? Отец всегда разговаривал с лошадьми на родном для семьи Марано. Подмигнула Тому, и натянув поводья, заставила жеребца сделать брыкающий выпад задними ногами, и тут же встать ровно.

+1

14

Что такое лошадь? Просто животное? Большое, подвижное, сильное? Тяговая сила? Раб человека? Для каждого по-разному, ведь и люди самые разные встречаются на пути этим потрясающим зверям: фермерам и рабочим они нужны для помощи, работы, чтобы хоть как-то облегчить труд человека и иметь свой вклад в зерно и сено, которым питаются; богачам и баловням судьбы нужны для шоу, будь то просто прогулка на красивых породистых скакунах по паркам и аллеям или скачки. О, скачки это отдельная тема, но сейчас не об этом, хотя и скачки Том просто обожал, конечно, не так, как бокс, но где-то рядышком.
Основное занятие и капитал Дрохеды были и остаются овцы и продукты, получаемые с их помощью, в большинстве шерсть, но когда Тома еще мальчишкой посадили покататься впервые на тяговую лошадку, запряженную в телегу, он просто загорелся ими. Быстро выучился верховой езде, и когда только появилась такая возможность, увеличил количество лошадей на ранчо практически вдвое. Особенно приятно ему тогда было покупать не рабочую пароду, а скаковую. И каково было его разочарование, когда он вернулся из Сиднея и ему сообщили, что кобыла околела из-за ненадлежащего ухода за ней – Том запретил на ей ездить кому попало, и она слишком застоялась в стойле. С этого момента он решил заняться разведением лошадей, что работникам Дрохеды очень удалось – из первоначальных четверых лошадей сейчас на ранчо занимал обширный загон целый табун – настоящая гордость хозяина.
И вот сейчас, когда им с Джейн вели полностью оседланных двоих кабылок, Том был готов забыть обо всем на свете. Дети были в надежных руках, Джейн тоже вроде нравились лошади. Пришло время отдохнуть по-настоящему.
К его удивлению, жена потрясающе обошлась со своим конем, что не могло не радовать. Сам он так же легко влез на свою кобылку, Звезду, потому что полностью коричневая, на морде во лбу у нее было белое пятно. Причмокнул, потрепав за гриву, сжал ее бока ногами и пустился сначала в галоп, а потом и рысью, громким окликом и взмахом руки пригласив за собой Джейн.
Чувство свободы просто окрылило его, а близость жены успокаивала. Все шло просто идеально.
Проехав один круг, Том остановился, подождав секунду жену, когда они поравнялись, наклонился к ней, нежно, по-французски поцеловал, причмокнув в ее губы:
-Я люблю тебя. Ты самая лучшая на свете! У нас все просто потрясающе! Не бери лишние глупости в голову!! – последнее уже кричал, снова разгоняя лошадь в бег, навстречу ветру и потрясающему свободному времени.

+1

15

Чувствовать ветер, что развевает твои волосы, принося запах пожухлой травы, скошенной и сложенной в гурты, что может быть яснее и показательнее ощущения свободы? Джейн с тревогой еще раз посмотрела в сторону, где остались ее дети, подстегиваемая азартом мужа, который вселял в нее уверенность, что с близнецами ничего не случится за время их прогулки, ударила лошадь по бокам. Круг, чтобы почувствовать седло и норовистость лошади, и вот она уже рядом с Томом, который с улыбкой ждал ее.
- Я люблю тебя, Том, больше жизни!
Джейн готова повторять эти слова постоянно. Но тогда потерялся бы смысл, обращаясь в привычку. И поэтому каждый раз, произнося их, она испытывала такую гордость, такое счастье, что Флетчер ее муж, что так все в жизни складывается прекрасно. Помахав Магрэт, погнала лошадь вслед за Томом.
Они ворвались в небольшой лесок на краю владений ранчо, сбавили бег животных, смеясь, то сходились, целуясь, то разъезжались, дразня друг друга. В ней просыпалась та маленькая девочка, что так любила конные прогулки с отцом. Впереди была небольшое поваленное дерево. Джейн пришпорила коня и, пригнувшись, сливаясь с телом лошади, стрелой пролетела над преградой. Том что-то крикнул, и женщина поняла, беспокоился за такие ее маневры, помчалась дальше. Единожды научившись сидеть в седле, ты не забудешь этого никогда. Отпустив лошадь в свободный шаг, как той хотелось, рассматривала природу.
- Ты прав, милый. Здесь замечательно.
Том нагнал ее, и женщина протянула ему руку, сплетая пальцы с его. Знала ли итальянская девчушка, что найдет счастье не на родине, а совершенно на другом конце земли, в далекой и дикой стране, что ее мужчина будет таким замечательным, подарив ей все блага семейной жизни. Джейн зажмурилась. Я сплю! Но легкое поглаживание ладони, говорило об обратном.
- Ты удивлен тем, что я так хорошо управляюсь с лошадьми? – она посмотрела на мужа, - я с детства, пока мы жили в Италии, ходила на выездку лошадей. Мама постоянно просила отца отговорить безумного ребёнка от этих зверей, но папа тайно меня поощрял. Потом переезд в Америку, и конный клуб был далеко. Я поездила год, и потом махнула рукой на все. Родился Джейсон, и родители не могли разорваться на младенца, свой бизнес и мое увлечение. Сначала я плакала, винила брата, что мне приходится бросить любимое дело, но потом, когда он стал улыбаться, забыла все. Но как оказывается, этой науки я не забыла.
Сумка, что висела на луке седла лошади Тома, Джейн и не заметила, поглощенная детьми, предложила посидеть в тенечке большого дерева, кроны которого как крыша. Были большими, с зелеными листьями и свисали близко к земле.
- Смотри, как шалаш. Пойдем.
Отпустив лошадей, они устроились на большом тонком пледе на траве. Джейн легла на плечо мужа, смотрела, как шевелятся листочки, вспоминая любимые моменты из прошлого.

+1

16

Нет ничего более потрясающего, чем свобода. А что является ее олицетворением? Конечно, ветер. Тот самый, бьющий в лицо, заставляющий тяжело дышать, будто лишающий кислорода. И такой необходимый, ты жаждешь его настолько, что все то, что отрицательного несет он за собой, сходит на нет, потому что ты свободен, и чувствуешь это каждой клеточкой кожи. Словно сливаясь с лошадью, несешься в галопе только вперед, несмотря ни на что, только за горизонт. И нет ничего прекраснее, когда рядом находится твоя вторая половинка, часть твоей души. Только это может одновременно успокаивать и воодушевлять на подвиги, пробуждать страсть и трепетную нежность, огонь чувств и спокойствие, умиротворение... говорить можно много и долго, и Том был готов делать это, ведь однозначно это было бы направлено только на Джейн – его фею, богиню, центр мира, только ею и детьми были заняты его мысли. Только ей он мог раз за разом неустанно повторять, что любит ее, так сильно, как только способна любить человеческая душа и тело, насколько это позволяет делать вселенная. И знал, что она будет вторить ему, угадывать каждую его мысль и даже договаривать фразу, потому что только она могла понимать его с полуслова, знать, чего ему хочется, что волнует и что делать, когда он зол на весь мир. Как настоящая волшебница, будто оберегала его, постоянно находясь рядом, и большего счастья на свете Том и не желал.
Увидев, как она перемахивает через бревно, у Тома чуть не остановилось сердце. Ведь еще секунда и случись что- он не успел бы помочь ей. Но все обошлось и мужчина припустил за женой. На языке так и крутилась куча замечаний, боксер просто пышел гневом, но только увидев его лицо, Джейн улыбнулась так, что Том проглотил подавляющее большинство из них.
-Не смей больше так делать. Не вздумай, - нагнав ее, чуть не схватил поводья ее лошади, чтобы самому вести ее под уздцы, не слишком вдумчиво случая ее описание увлечения.
-Да, ты что-то рассказывала мне о своем таком хобби... давненько, не припомню когда. Но это не дает тебе повода так себя вести, миссис Флетчер. Фу тебе мое, вот что, - с укоризной смотрел на нее. Сейчас они, благо, шли шагом, да еще и Джейн заметила причудливо сплетенные деревья. Том, не задумываясь, согласился остановиться там. По времени они вполне могли себе позволить, да и ужин намечался поздний.
Спрыгнув сам, снял с седла любимую, аккуратно поставив ее на землю, они пошли в указанное ею место. Привязали лошадей, устроились сами и Том в который раз удивился, насколько мало нужно для полного счастья.
Крепко прижимая к себе любимую, поцеловал ее в макушку. От них обоих уже пахло потом и лошадьми, но это было слишком приятно и даже возбуждающе.
-Чего притихла? О чем мечтаешь? – заглядывая в ее лицо, произнес мужчина, убирая с щеки закрутившийся локон. Слушая ее, наклонился, не удержавшись, начал целовать ее нос, постепенно спускаясь к губам, все крепче и крепче прижимая ее к себе. Плотность зарослей была такой, что можно было надеяться, что их мало кто заметит. Поэтому Флетч почти сразу начал пятиться назад, все более страстно целуя жену, позволяя своим рукам слишком много, подбадриваемый ее довольным мурчанием, в секунды оказался под пологом зарослей, уже почти раздев любимую, покрывая каждый миллиметр ее кожи крепкими страстными поцелуями...
... Застегивая пряжку ремня и притопывая ногами, чтобы лучше сидели сапоги, оглянулся на Джейн.
-Тебе нравится Австралия, любимая?

+1

17

Мир сузился до его рук, до размера их убежища от всех. Джейн не верила, до сих пор, спустя почти два года, в то счастье, что она нашла в лице этого мужчины. Она была сильная женщина, но нашелся тот, кто смог ее покорить. Ведь итальянку надо было укротить, чтобы она стала примерной женой, не крушившей все вокруг своим темпераментом. А это она могла, и Том тому уже был свидетелем  не раз. Переплетая пальцы с его, женщина смотрела на небо сквозь плотную листву из маленького домика.
- О чем? - она задумалась. Казалось, что все что она могла бы просить у жизни, у нее есть. Любимый мужчина, прекрасные детки, любимая работа, удачная карьера брата, а может и племянники скоро будут. У нее прекрасный дом, что подарил ей Том. – Наверное, лишь чтобы мы все были здоровы. И еще об одном Флэтчере.
Джейн рассмеялась, когда Том начал нагло и с нетерпением ее целовать, при этом раздевая. Отказываться от нежности мужа, когда они почти полгода были осторожны в ласках, а после рождения близнецов не часто могли окунуться в объятия друг друга, не засыпая, едва падали на кровать – было бы глупо. Она пылала в его руках, едва кусочек ее одежды, отброшенный прочь, открывал взору мужа тело Джейн, к которому он припадал с жадностью…
Потянувшись, как кошка, Джейн и не думала одеваться, повернулась на бок, смотрела, как Том одевался. Если она не встанет, то он зря одевается. А она очень любила этот процесс, когда дразня стягивает с него одежду. А он нервничает и торопится, быстрее добраться до ее тела.
- Нет, - поцокала язычком, прищурилась. – Не идет. Снимай. – Увидев удивленный взгляд Тома, состроила умное лицо, сведя брови вместе. – Обнаженный ты интереснее.
Джейн рассмеялась, прикрыв руками лицо, перевернулась на живот. По ее бедру прошлась рука мужа.
- Вот если бы не дети, по которым я уже соскучилась, мы бы никуда не торопились бы. Эх…
Она быстро оделась, отбиваясь от шаловливых рук Тома, который норовил ее все же соблазнить еще раз, хотя она и так им соблазненная давно, подпрыгивала, визжа, когда он ее щекотал. Лошади пасшиеся неподалеку, лишь приподнимали головы от земли, подергивая ушами.
Домой все вернулись неторопливым шагом. Возле загона их ждала няня и хнычущая Джордана. Джейн нахмурилась чуть припустив лошадь, отпустив руку Тома. Едва работник взял у нее поводья, как женщина соскользнула с седла, быстро побежала к малышке, которая тянула ручки.
- Что случилось? – целуя дочь в лобик, обняла крепко, почувствовала, как та полезла ручками ей в кофту. – Где Джереми? Ты проголодалась, моя радость. А мама с папой загулялись.
- Джереми спит. А она отказалась засыпать без тебя. Ты очень их приучила к себе.
- Погодите, сейчас он почувствует сестру.
И в оправдание ее слов раздал плач из окна их комнаты. А Джордана во всю капризничала, выкручиваясь, так как не могла дотянуться до груди матери. С няней они скрылись в доме, оставляя Тома на улице. Он лишь поцеловал Джейн и дочь, сказав, что расседлает лошадей, придет к ним. По пути к комнате, итальянка наткнулась на суровый взгляд свекрови, но прижав к себе дочь, женщина гордо прошла мимо, не удосужившись и кивнуть.

+1

18

Так и не получив от нее вразумительного ответа насчет ее отношения к его любимой родине, Том не нашел ничего более уместного, как мелкая месть: одевшись полностью сам, он принялся всячески мешать сделать это ей, шекоча пальцами, губами, то и дело оставляя влажные дорожки на ее шее, мешая застегнуть рубашку, намного быстрее нее справляясь с мелкими пуговицами. Апогеем стало, что он стащил ее сапоги, и пока она как следует нежно и страстно не зацеловала его, он не вернул обувь владелице. Скажете, недостойное поведение для мужика его возраста и положения. А не пошли бы вы, а? Он влюблен и счастлив, его ни разу не волнует ни чье бы то ни было мнение о его мыслях, поступках, действиях, особенно, если это касается Джейн. Ведь ради своей Феи он готов сойти с ума, обрасти разум почти сразу же, бросить к ее ногам весь мир, сделать, что угодно, лишь бы она была счастлива. А раз счастлива она, значит, и он. А, следовательно, и их малыши. К которым им настала пора возвращаться.
-Еще одного? Ты издеваешься? Я молюсь, чтобы эти креветки не выпили всю нашу с тобой кровь, а тебе мало? – спросил он ее, когда они уже приближались к ранчо, с рыси переходя на галоп, а потом, у забора, на шаг. Лошади были немного взмылены, потому что родители летели к своим чадам во весь опор, совершенно закономерно заметив, что отдыхать в объятиях друг друга приятно и полезно, но по бодрым звонким голосам близнецов они оба соскучились слишком быстро. Как же тяжко будет отпускать их от себя в будущем, - мелькнула в голове Тома шальная мыслишка, когда они спешивались у загона. Джордана уже во всю выказывала свое недовольство таким долгим их отсутствием, но сразу успокоилась, окруженная вниманием Джейн. Это заставило Тома рассмеяться, за что он поймал недовольный взгляд няни.
-Что? Она с каждым днем все больше напоминает мне меня, и ты не можешь с этим не согласиться, нянюшка! – его громкий смех разлетелся вокруг, от чего малютка Джо потянула к нему ручки. Старая Маргрит только руками развела и неспешно направилась в дом, к самому младшему Флетчеру.
-Принцесса, я тебя накажу за такое поведение, клянусь, как только получу такую возможность, - дочь явно начала показывать свои права на мать, уже забыв об отце, из дома ей вторил брат, на что Том только и успел коротко поцеловать своих девочек и направился разбираться с лошадьми.
Забота о лошадях всегда его успокаивала и умиротворяла, и эти умные животные всегда вели себя рядом с ним спокойно и кротко, поэтому общаться  с ними одно удовольствие для Грома. Ему предстояло заниматься своим мерином, когда кобылка Джейн уже была в опытных руках конюха. Решив, что подарит ей эту красавицу, Том похлопал по холке коня и принялся расседлывать его. Затем, угостив специально припасенным кусочком сахара, помыл его в лохани на заднем дворе, а после привязал в стойле, налив свежей воды и полошив щедрый пук сена в добавок к овсу в кормушке.
-Спасибо, дружище Гром, отличный вышел денек, - постояв немного лоб ко лбу с конем, мужчина вышел из конюшни и с удивлением заметил, что вот-вот прозвучит сигнал к ужину, а от него несет лошадиным потом и приятно пахнет женой и листвой.
-Соскучились, признавайтесь! – громко обозначил он свое возвращение в комнату, поймав взгляд сразу двух пар глаз – Джейн и Джереми, который тщетно пытался заставить Джордану хоть на секунду отлепиться от матери. Они все лежали на их большой кровати, детишки были в распашонках, сверкая голенькими ножками, и полны веселья, как зараженные фейерверки, а вот Джейн выглядела немного усталой.
Упав рядом с ними, Том поймал сына поперек живота, притянул к себе, придерживая за головку, притянул к себе, громко целуя в животик, чем вызвал его громкий и заливистый смех. Он верещал, молотил ручками и ножками, пару раз заехал папе по лбу, но это было не важно – главное, что в их комнате звучало два смеха.
-Так, я быстро в душ, потом меняемся. Скоро ужин. НЕ волнуйся, не такой как вчера. Я надеюсь, - поцеловав Джей в макушку, скоренько направился в ванную.
Вода вымела из головы все мысли, о завтрашнем важном дне, о сегодняшнем ужине, который вполне себе могла и может испортить Элизабет – все утекло в водосток, а он, отряхнувшись, как пес, хорошенько вытерся, вышел из комнаты в чистой футболке и трениках. Семья так и валялась на кровати в разных позах, и он, наблюдая за этим, подошел к внутреннему телефону.
-Шелл, дорогая, ужин в большой столовой? В малой? О, отлично, спасибо, милая.
Поймав недоуменный взгляд жены, он просто лег на кровать рядом с ней, крепко притягивая к себе за талию, одной рукой держал ее макушку, крепко поцеловал.
-Не злись, я всего лишь узнал, где будет ужин. А ей, чтоб ты знала, скоро шестьдесят. И иди вообще в душ! – чуть вдавившись в матрац, на отдаче вытолкнул ее с кровати, но она устояла на ногах, а сам он перекатился на другую сторону, чтобы остаться в зоне ее недосягаемости, самодовольно показывая ей язык, уже окружаемый детьми.
-Как же я люблю вашу мамочку, вы себе не представляете, - после того, как зло была захлопнута дверь ванной, поведал он детям, поднимаясь с кровати. Малая столовая означала, что ужинать будет и старушка няня и детей нужно брать с собой. Методом научного тыка он выбрал полочку в комоде, на третьей попытке нашел детские вещи, и выбор остановил на двух комбинезонах, похожих и довольно милых. И тут баталия имени «Папа одень детей» началась.
К моменту когда Джейн вышла из ванной, оба Флетчика были наряжены, а отец выглядел так, будто ходил чистить хлев- насупленный, усталый и злой.
-И ты серьезно хочешь еще одного ребенка?? – вопросил он, стаскивая одежду, надевая простую хлопковую рубашку и свободные брюки с мягкими мокасинами.

+1

19

Маленький, с огромными от страха глазками, ее сын стоя в кроватке, смотря на дверь, в которой появилась его непутевая мама.
- Милый! – сама едва не расплакалась от его слез, прильнула к сыну, вытаскивая его, - мама тут. Больше не уйдет.
Джордана упокоилась, но все ручкой теребила планку ее блузки, что Джейн даже побоялась кого-то из них отпустить на руки к няне. Но женщина все поняла без слов, сделав кресло, в котором они трое уютно устроились. Держа под спинки детей, итальянка не могла насмотреться на них. Всего лишь пару часов, а сердце уже сдавливает тисками от разлуки с детьми.
- Ты справляешься сама.
- А в этом что-то для вас странное есть?
- Посмотришь на молодых, им только помощь и подавай. Но ты же понимаешь, что слишком привязала к себе детей.
- Я одна с ними всегда. Редко помогает брат и его невеста, но и они уехали в Италию. Том всегда на работе, и обременять его я не хочу, зная как важен для него бокс. Тяжело было когда они были малютками. А сейчас уже проще. Кушаем по графику. Да и добавляя другую пищу, они не так часто просят грудь. Хотя Джереми с трудом можно уговорить на подкорм. А Джордана в полнее способна скушать супа.
Дети завозились, не любящие когда мама отвлекается на кого-то. И няня поняв, скрылась за дверью, оставляя женщину и детей одних. Когда же вернулся Том, малыши покушали и они лежали на кровати. У Джейн болели бедра от седла. Но признаться мужу – да никогда!
- А ты думал как? Джо стой, - поймала дочь, которая устремилась к отцу, - они покушали только что, аккуратнее, милый.
С улыбкой смотря как Джереми визжит от восторга щекотавшего его небритого лица отца, а Джордана теребила пальцы Джейн, стараясь засунуть из себе в ротик.
- Ох, опять ужин, - женщина закатила глаза, вспоминая прошлый раз. – Я тебя предупредила. Или она молчит, или я покупаю билеты домой.
Пока ее муж плескался, приводя себя в вид благородного отца семейства и лучшего сына на свете, Джейн растянулась на кровати, усадив на себя дочку. Она самая счастливая женщина на свете. Никогда не переставала благодарить всевышнего, что помог им с Томом обратить друг на друга внимание, открыть глаза обоим, что счастье то вот оно, под рукой.
Прислушавшись к разговору вышедшего Флетчера, странное имя, которое она до сих пор не слышала от него, слегка нахмурилась. Ее темперамент всегда будет заставлять ее ревновать мужа. Она понимала, что он красив, что его развязанность это как магнит для женщин. На него смотрят, его видят, ему строят глазки. Все это Джейн замечала. И гордилась собой, что он видит лишь ее, уставшую, замученную, но счастливую жену,  миссис Флетчер.
- А то ты не знал! Ну и опоздали бы, ничего не случилось бы!
Фыркнув на мужа, итальянка скрылась в ванной, скидывая с себя прогулочный костюм, который так и не успела сменить на более просторную одежду. Душ был спасанием о ревности, жары и всяких мыслей, что из ванны показалась посвежевшая мама. Хихикнув, смотря на Тома, женщина кивнула:
- Да, хочу. Что сорванцы, замучили отца?
И они вместе отправились в столовую. Свекрось уже сидела за столом, теребя пальцами салфетку. Джейн посадила дочь в креслице, пододвигая к столу, села рядом.
- Всем приятного аппетита, - ждать разрешения она не собиралась. А если мать Тома не скажет Можно, ей что с голоду умереть? – держи сухарик милая.
Положив себе в тарелку много мяса, бобов и салата, Джейн не смотря ни на кого стала кушать.
- Завтра у вас особый день.
Джейн едва не поперхнулась, поднимая взгляд на свекровь.

+1

20

- нет игры больше месяца, в архив -

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Welcome в гнездо, птенчики