Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Lola
[399-264-515]
Oliver
[592-643-649]

Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[лс]
Claire
[panteleimon-]
Adrian
[лс]
Остановившись у двери гримерки, выделенной для участниц конкурса, Винсент преграждает ей дорогу и притягивает... Читать дальше
RPG TOPForum-top.ru
Вверх Вниз

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Рука случайности, как в танце, судьбами кружит ...


Рука случайности, как в танце, судьбами кружит ...

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

STARRING:
Rosario Salvatore and Elena Smirnova
Mirabelle European Cafe

STORY:

И когда друг друга проклинали
В страсти, раскаленной добела,
Оба мы еще не понимали,
Как земля для двух людей мала ...

Ж
изнь непостоянна и переменчива. Часто, стараясь избежать проблем, мы сами притягиваем их к себе, совершая необдуманные поступки. Казалось бы, один-единственный телефонный звонок неспособен переломить ход человеческих судеб. Но, видимо, древняя мудрость права: «Когда кажется, крестится надо!»

+1

2

Начало дня отлично только тем, что не знаешь, что произойдет в дальнейшем. Правда, не важно, как ты себя будешь готовить, мысленно или физически к хорошему настрою, ближайшие часы тебе кто-нибудь обязательно насрет в душу. Хорошо, Роз, поменьше отрицательного, мысленно прокручивает итальянец, предчувствуя, как внутри у него постепенно разгоревался яркий огонек, подогреваемый ненавистью ко всем прелестным созданиям, - к женщинам. И всему тому виной одна русская девчонка имя которой был столь же красиво, как и сама его носительница. Елена. Знал бы мужчина, что вытворит она, едва проснувшись в его объятиях, он не стал бы связываться с истеричкой, посмевшей разбить его вазу и устроить бардак в его двухяросной обители. Никогда не нужно судить о человеке с первого взгляда. Особенно, пока не окажешься с женщиной в одной постеле, никогда не узнаешь, какова она окажется на следующее... утро. Все они красавицы под покровом ночи, а затем превращаются в настоящих злых ведьм, которыми пугают детей в добрых сказках. Это не пустые басни обиженного мужчины, Роз прекрасно знал таких девушек, как Елена. Возможно, были варианты получше, но с ними он не сталкивался.
Он был бы рад отвязаться от русской и позабыть о том инциденте, но, увы, не все так просто. Жизненные обстоятельства заставили его набрать свой ... номер телефона. И надо было ей забрать именно те вещи, в которых лежали его мобильный.
После нескольких гудков в трубке, Сальваторе, держа в зубах сигарету, задумчиво наблюдал за обстановкой в городе. Мужчина жил на двадцать шестом этаже, откуда бывало смотрел издалека на пейзаж за окном, что немного успокивало его внутреннее состояние.
- Здравствуй, Елена. Если ты согреваешься холодными ночами в моей одежде, то ладно, оставь у себя в гардеробе. А телефон, будь добра, отдай мне.
Розу часто приходилось сталкиваться с теми людьми, которых он терпеть не мог, но от них итальянец получал хорошую выгоду. Поэтому, переступив через свое "не хочу", капо позвонил ей. Конечно, терпеть её выходок он не собирался и в случае чего по-любому ответит жестокостью.
- Подойдешь ко мне домой? Заплачу за такси. Не переживай.
То, что у девчонки были проблемы с деньгами, итальянец догадывался. Иначе она не стала бы работать в ночном клубе, испытывая на себе высокое давление начальства за гроши.
- Что молчишь, м? Не так представляла себе мой звонок?

ВВ

Розарио хмурится, останавливаясь у кафетерия, где можно было наестся вдоволь французской выпечки с терпким кофе. У Елены хороший вкус. Правда, такие места мужчина давно не посещал. Наверное, в лет пятнадцать он в последний раз зашел в кафе наподобие этого с маргаритками в руках, ожидая некогда лучшую подругу. Романтика закончилась - цветы завяли.
Ожидая Елену, он сидел в машине, не собираясь выходить на улицу. Слышит, как дверца открывается, и он поворачивает голову, приподнимая бровь.
- Я приехал - обещание выполнил. Давай, отдай мне телефон и наши пути разойдутся.

+1

3

appearance:
Она любила проводить свободное время за хорошим чтивом, сидя на широком подоконнике маленького кухонного окна. Отсюда открывался мрачный вид на хаотичную разруху бедного района города, однако было в этом нечто поэтично-лиричное. За время прожитое здесь, русская научилась видеть нечто прекрасное, даже в урбанистическом упадке, обращая свой взор к приятным мелочам. Ей нравилось начинать новый день с кружечки терпкого свежемолотого кофе, смакую горький аромат, поднимающийся к потолку с белесой дымкой горячего пара. Именно подобные маленькие радости, всегда задавали тон её настроению, передавая девушке спокойствие домашнего уюта.  Было в этом безмятежном существовании что-то магическое, отдающие привкусом ностальгических воспоминаний, придающих необходимое спокойствие измотанной душе. Жаль, что сегодня всё пошло кувырком.   
Вернусь домой после ночной смены в клубе, Елене едва хватило сил доползти до жесткого дивана в гостиной. Рухнув на него, она моментально отключилась, даже не удосужившись переодеться. Ещё только поднимаясь на этаж, девушка пообещала себе, что проспит, как минимум, сутки. После того странного случая с итальянцем, Смирнова ушла в работу с головой, то и дело подменяя барменов и официанток. Иногда не получалось уйди из заведения целыми сутками. Но, к сожалению, только так ей удавалось подавлять назойливые мысли, против воли возрождающие образ самоуверенного мужчины в смутной памяти. Несмотря на то, что данные терзания попадали под метку строгого табу, они неизбежно давали знать о своём существовании. И это ужасно возмущало. Особенно если учесть, что после эпического побега босиком, русская умирала от высокой температуры.

Из царства беспокойных сновидений, её выдергивает незнакомая мелодия мобильного звонка. Лениво приоткрывая правый глаз, Елена раздраженно оборачивается на другой бок, но тут же с грохотом падает на пол. С противным скрипом отъезжают задетые ножки журнального столика, оставляя на светлом паркете бледные борозды от царапин. Ворчливо сетуя на возмутителя спокойствия, девушка приподнимается на колени, небрежно встряхивая  густые каштановые локоны.
Неизвестный телефон продолжает надоедливо трещать, но Смирнова не торопится искать трубку. Устало зевая, она опирается ладонями на невысокую столешницу, медленно вставая на ноги. Ей не хочется ни с кем общаться. Единственное причиной, почему русская подходит к креслу, где покоятся выстиранные и аккуратно сложенные мужские вещи, является неуёмное любопытство. Просовывая руку в карман джинсовых штанов, она достается дорогой сотовый. На жидкокристаллическим дисплее высвечивается не распознанный номер — набор цифр, да и только. Проведя подушечкой большого пальца по экрану, Елена снимает блокировку, моментально отвечая на вызов. Ей не удается вымолвить даже банальное «Алло», как по ту сторону сети раздается уже знаком низкий баритон.
Несколько секунд прибывая в лёгком ступоре, она молчаливо слушает монолог итальянца, глуповато хлопая длинными ресницами. Одно хорошо — он не видит её сконфуженного замешательства.
— Здравствуй, мистер грубиян. Прости, так и не вспомнила, как тебя зовут. Может потому, что и стараться не собиралась.
На самом деле, Смирнова врала, говоря о том, что даже не пыталась восстановить утерянные события, которые привели к неприятному инциденту в квартире мужчины. Всё было с точностью, да наоборот: неизвестность мучила её, не давала покоя. Однако, разве гордость позволит признаться в подобном человеку, который только и делает что язвительно насмехается? Конечно, нет.
— Я бы предпочла встретится с тобой на нейтральной территории. Нет желания попасть под горячею руку. Встретимся через час в кофе.
На одном дыхании русская продиктовала ему адрес и название спонтанно выбранного места, отключив телефон до того, как прозвучала финальная фраза.
Собрав позаимствованную у итальянца одежду в сумку, Елена оглядела себя в зеркало и пришла к выводу, что для похода в публичное место, стоит надеть что-нибудь более подобающие. Погода на улице была ни такой уж пасмурной, так что выбор её пал на обычную чёрную футболку, юбку и балетки в тон. Она решила не тратить время на витиеватый макияж, так-как не собиралась надолго задерживаться в компании  мужчины.

Смирнова полагала, что будет добираться до выбранного места на машине, но подверженная chevrolet impala  отказалась заводится. Пересчитывая в кошельке оставшиеся с зарплаты деньги,   девушка обреченно поняла, что придется ждать общественного транспорта. К счастью, удача ей благоволила, и автобус подошел едва она добралась до остановки. Жаль только, что народу в нём была тьма-тьмущая. Миниатюрную русскую толкали и зажимали в углах, пока та не повисла на металлическим поручне, мотаясь из стороны в сторону, точно тряпка на флагштоке. Хорошо ещё, что от её квартиры до кафетерия, ехать всего минут двадцать.
Благополучно вывалившись из адской давки, отмечая минимальные потери виде растрепанной прически, она перебегает по пешеходному переходу на соседний тротуар, моментально теряясь в общем потоке людской массы.
Сверяясь с наручными часами, Елена выискивающи озирается по сторонам, пока не натыкается взглядом на итальянца, безмятежно восседающего в своём автомобиле. Недовольно цокая кончиком языка, девушка подходит к нему, бесцеремонно заглядывая в кабину.
— Молодец. Чудно выглядишь. Телефон получишь, как только мы поговорим. Считай, что он  в заложниках. А теперь пошли: раз уж ты меня разбудил своим звонком, то просто обязан угостить крепким кофе.
Театрально изобразив обворожительную улыбку, Смирнова нетерпеливо похлопывает ладошкой по крыше машины, подгоняя мужчину выбраться наружу.
— Кстати, напомни, пожалуйста, как тебе величать?

+1

4

С подобным рационом питания итальянцу было бы суждено заработать гастрит или какое-нибудь другое серьезное заболевание этими всякими походами в рестораны и кафетерии. И причина имела место быть, конечно. Розарио всегда наплевательски относился к завтракам, обычно выбирая поутру чашку крепкого кофе и обязательно сигарету, затем до часу дня ничем не питался, а уже чуть позже наедался какого-нибудь комплексного обеда заказанного по телефону. Хозяйки бы в его дом да красивую и ухоженную, но тут мужчина понимает, что почему-то все женщины хотели либо убить его, либо жениться. Последнее, кстати, равносильно было убийству. Домработниц он терпеть не мог, потому как уже имелся печальный опыт знакомства с ними. Одна сумасшедшая пыталась навести на него то ли порчу, то ли приворот, за что быстро перебралась на улицу со всем своим багажом начинающего волшебника. Все же, квартира - это полностью его территория и никаких женщин он звать не хотел, даже если они приходили прислугой, обещая чистоту и порядок. Как бы ему одному тяжело не было, итальянец ни за что не пустит к себе женщин, таков его уговор.
Елена отвлекает Розарио от мыслей, и мужчина с насмешливой ухмылкой на губах, кивает головой на слова грубиянки. Мол, да-да, конечно. Вину итальянец не почувствовал за недавний инцидент и поэтому решил вести себя так же, как и в то злочастное утро. Ну и что, что назвал её шлюхой и выкинул трусы хозяйки на лестничную площадку, заставив тем самым голой задницей шляться по городу? Сама виновата, нечего было сметать на своем пути личные вещи Сальваторе и упрекать его в изнасиловании.
Русская похлопывает ладошкой по его темной лошадке, а именно, любимой марке, - ауди А6, словно никаких других ответов, кроме согласия не ждет. Посмотрев в боковое зеркало, итальянец снова покачал головой, но вышел из салона и закрыл за собой дверь, оставив автомобиль на сигнализацию.
- Скажи честно, ты это специально сделала? Нашла предлог, чтобы в лишний раз встретиться со мной? Как бы там уверена не была, у нас ничего не получится. Но ты молодец. Далеко пойдешь.       
- Кстати, напомни, пожалуйста, как тебя величать?
- Не выдумывай. Ты небось мое имя написала на листочке и положила под подушку, и не раз его в своей головешке прокручивала. - с язвительным смешком произнес мужчина, сравнивая шаг с брюнеткой, которая сегодня была по-особенному хороша. В этой юбочке она создавала образ воздушной, легкой юной девчонки, а минимум косметике на лице и вовсе рождало в голове мысль, что она выглядит не на двадцать, а, как максимум, на шестнадцать лет. Можно сказать, что на вид Лена безобидная, но это далеко не так. Ловкий язычок знакомой и её гнусный характер говорили совсем о ином. - Я не против поддержать этот фарс, в принципе. Розарио. Но для тебя я мистер Сальваторе. И да, никому я ничего не обязан. Должна, все таки, ты мне.
Он открывает дверь кафе и первым делом позволяет Елене зайти первой, а затем двигается следом. Оживление в помещении не слишком нравилось мужчине. Какие-то веселые возгласы народа, их улюлюкание, шарики, повсюду шарики, куда не ступишь, и громкая музыка.
- Что это за цирк?
- А теперь улыбочку, голубки!
- Какие, к черту, голубки?!
Ему не дает договорить настойчивый молодой человек, едва успевший схватить их двоих, Розарио и Елену, под локоть и повести их на место собравшихся, где все с веселыми лицами позировали фотографу. Несколько вспышек и, кажется, взгляд у итальянца стал рассеяным на несколько секунд, и в это же время он слышит мужской голос, прозвучавший совсем рядом, относящийся, видимо, к его русской спутнице.
- Без сумки, вам будет лучше ...

+1

5

Как ни странно, но, невзирая на одиозность данной встречи, настроение Елены прибывает в приподнятом состояние. Именно по этой причине, чтобы не произошло в течении суток, девушка даёт себе клятвенной обещание игнорировать внешний раздражитель, нашедший своё олицетворение в форме физически привлекательного, однако чрезмерно надменного,  итальянца средних лет. Мысленно она убеждает себя в том, что он далеко ни такой подлец, каким квалифицированно выставляет себя в её глазах. Просто знакомство их началось … кхем … довольно экстравагантно. До недавних пор, русская никогда не просыпалась в объятиях незнакомца, притом чувствуя себя совершенно разбитой и потерянной. Для неё это был первый и безоговорочно антипатичный опыт.
Расправляя ладонями несуществующие складки на фланелевой юбочке, Смирнова неспешно отходит от припаркованного автомобиля на тротуар, попутно поправляя постоянно сползающею с худого плеча длинную лямку потертой коричневой сумки.  Именно в ней, рядом с книгами Достоевского и Ремарка, тяжестью изданий в твердом переплёте усиливающими ношу, покоятся педантично сложенные мужские вещи и дорогой мобильный телефон. Единственной причиной по которой девушка не отдаёт их сразу, чтобы раз и навсегда распрощаться с неприятным типом, является одержимая потребность докопаться до истины. Ей отчаянно необходимо узнать, что же всё-таки произошло между ними. Ведь, раз она добровольно легла с ним в постель, то он смог её чем-то привлечь и завоевать: Елена никогда не относилась к тому типу женщин, что сходят с ума по высокомерным красавцам. Напротив, будучи обладательницей довольно среднестатистической, нечем не примечательной внешности, она, как никто другой, умела правильно расставлять приоритеты, ценя в людях их душевные качества.
Изящно оборачиваясь на пяточках в сторону Розарио, русская следит за тем, как он выбирается их салона и ставит машину на сигнализацию. Взгляд фиалковых глаз пытливо скользит по его одежде, но тотчас спешно переводится на декоративное деревце за кованным ограждением. Как-то совершенно некстати, воображение оживляет в памяти образ голого тела итальянца. Лицо девушки моментально вспыхивает смущенным пунцом. Встряхивая головой, чтобы прогнать навязчивое наваждение, Смирнова кашлем прочищает горло, моментально парируя колкие фразочки насмешливой интонацией:
— О да, так оно и есть. Всё это являлось частью моего коварного плана, цель которого заключалась в твоём соблазнении. Просто я слишком неопытна в амурных делах, поэтому очнувшись в объятиях своего кумира не смогла справится с избытком “нежных” чувств, так что устроила истерику и разгромила спальную комнату. Но когда пришла в себя, решила захватить парочку сувениров. А так-то я предпочитаю нагишом по Сакраменто щеголять.
Елена держится абсолютно беззлобно, точно шутит со своим старинным другом, а не с мужчиной считающим её проституткой. С розовых губ не сходит милая улыбка, отчего становятся видны аккуратные ямочки на пухлых щеках. Даже в глазах читается наивная простодушность, упорно игнорирующая все язвительные выпады Сальваторе. Если он решил учинить очередные разборки, то будет вынужден довольствоваться снисходительным пренебрежением. Смирнова уверена, что это их последняя встреча, посему считает глупым психовать на совершенно постороннего человека. В её жизни и без того целое море проблем, куда более серьёзных.
— Однако, если быть до конца откровенными, то, мистер Сальваторе, меня ни капельки не привлекают последователи философии Джакомо Казановы. — Русская специально делает особый акцент на упоминании всемирно-известного ловеласа, данной отсылкой напоминая Розарио о его громкой фразе про щелчок пальцами. На какой-то момент, светлое личико девушки озаряется ироничной усмешкой, но она тут же растворяется в кокетливом смешке. — Так что можешь быть спокоен – я не набиваюсь тебе в друзья, а уж тем-более в любовницы. Мы просто выпьем кофе.
Елена сознательно отшучивается от реплик мужчины, не позволяя тому заметить разительной перемены в своём поведении. Ей будет проще, если он сочтёт всё произошедшее между ними, выходками психованной сумасшедшей, чем попытается вникнуть в самую суть. Отчасти, она даже боится того, что Сальваторе сообразит, что помешательство было искренним. Смирновой становится противно только от одной мысли, что он будет жалеть её, будто ущербную. Есть в данном проявление человечности нечто унижающие гордость …
— Здесь подают прекрасный кофе. И, раз уж инициатива встретится тут исходила от меня, то так и быть — угощаю.
Девушка едва успевает договорить, когда входя в заведение, оказывается подхваченной вихрем всеобщей возбужденности. Её, вместе с Розарио, буквально затаскивают в гущу толпы, окружая яркими лентами, нелепыми плакатами и тонной воздушных шаров.  Очумело  рассматривая праздничную обстановку, девушка напрочь теряется в какофонии разнообразных голосов, невольно прижимаясь к своему спутнику ближе. От пестрящего изобилия летящего с потолка конфетти, голова идёт кругом. Елена не успевает опомнится, как один из юрких официантов, торопливо выхватывает у неё из рук сумку.  Застывая неподвижно, словно вылитый из тонкой пластмассы манекен, она глуповато моргает длинными ресницами, пытаясь сообразить, что за дурдом здесь творится.
Долго размышлять ей не приходится.
Толстоватый владелец кофейни с проплешиной на маслянистой голове, одетый в нелепый клетчатый костюм, спустя минуту приступает торжественно вещать в микрофон о том, что они с Сальваторе являются миллионными клиентами. Он рассыпается помпезными поздравлениями, сулит парочке бесплатный завтрак, а также платиновую карту и прочую ерунду, но русская пропускает весь этот бред мимо ушей, упорно пряча лицо от вспышек фотокамеры. Жизнь в бегах накладывает определенные обязательства, одним из которых является запрет на публичное выставление себя напоказ. А, судя на елейному лепету фотографа, именно их совместный портрет будет висеть на почетном стенде, всем посетителям на обозрение. Такого нельзя допускать!
— Девушка, перестаньте вертеться и прятаться за кавалера — снимки выходят смазанными. Я буду мучить вас, пока не выйдет хоть один пристойный кадр. Иначе мне не заплатят.
Не зная, как следует правильно поступить в стрессовой ситуации, Смирнова принимает спонтанное решение: призывно дёргая Розарио за рукав куртки, она привлекает его внимание к себе, внезапно привстает на цыпочки, воровато уличая момент для поцелуя. Её маленькая ладонь мягко ложится на шею мужчины, прохладными кончиками пальцев нежно поглаживая кожу. Прижимаясь к его предплечью упругим бюстом, Елена закрывает глаза, словно школьница впервые целующееся на перемене. Сердце бешено стучит, дыхание перехватывает, а шквал аплодисментов умиленных соглядатых лишь подогревает чувство стыда. Морально русская уже готова к тому, что Сальваторе оттолкнёт её в сторону, но цель для которой она устроила сие представление достигнута — снимок, на котором её фактически невидно из-за головы Розарио, удачно сделан!
Торопливо отстраняясь от мужчины, Смирнова виновато улыбается, облизывая кончиком языка пульсирующие губы.
— Mi dispiace. Così è stato necessario. — Она говорит на итальянском языке с легким акцентом, но без запинок. Годы обучения не прошли даром. Девушка использует свои знания, как попытку отвлечь мужчину от своей наглой выходки.

Mi dispiace. Così è stato necessario.  — Мне жаль. Так было необходимо.

Отредактировано Elena Smirnova (2014-12-09 20:03:24)

+1

6

Розарио не любил спектакли. Он не только не любил их, мужчина сам не пытался надевать на себя маску положительного героя. Пускай общественность считает его моральным уродом или, что хуже, кретином, но он не будет притворяться, обманывая тем самым и себя, и других. За тридцать шесть лет итальянец научился выносить для себя уроки: никогда не стоит пытаться копировать кого-то, ведь когда-нибудь истинное лицо откроется и в первую очередь станет стыдно самому себе. Так же и в ситуации с Еленой. Зачем притворяться хорошим, если ты таким не являешься? Пускай русская думает о чем угодно, о психологии, о том, что плохих людей не бывает, Розарио останется на своем мнении. Легче ведь отталкивать людей от себя, нежели каждый раз завоевывать их внимание, бороться за любую ниточну общения? 
Он наблюдает за ней. Это его привычка, - смотреть непроницательным, внимательным взглядом на незнакомых для него людей, предпочитая не упускать ни единого их движения. Он наблюдателен с юных лет, всегда считая, что так интереснее, - видеть то, как изменяется в течении некоторого времени их мимика и жесты, как они реагируют на его слова, заодно предугадывая и их ответы. Елена - удивительная женщина. Тем, что вела себя весьма... странно. Чему она была рада? Вряд ли кто мог ответить, что в обществе Сальваторе, - легко и радужно. Сам по себе Роз - натура сложная, неоднозначная. И, естественно, многих его знакомых тяготил тот факт, что приходилось каждый раз ощущать на себе взгляд тяжелых серо-голубых глаз, ожидая того, что выкинет итальянец в следующую секунду.
Настроение брюнетки менялось с заметной частотой, что наводило его на мысль, весьма неприятную для Елены. А не чокнутая ли она?... С кем он вообще говорит и нормально ли то, что еще совсем недавно она устраивала при нем истерики, а теперь, как ни в чем не бывало, улыбается во все свои тридцать три зуба.
Обстановка в кафетерии снова отвлекает Розарио, и он, пытаясь, занять позу для фотографии, успел подустать, пока Елена теребила рукав его вверхней одежды. Чего она боялась? Фобия перед фотоопаратами, или боязнь вспышек во время съемок? Если это какие-то комплексы, то зря. Брюнетка была очень хороша и подтянутой фигурой, и симпатичным личиком. Чему бы ей комплексовать? В любом случае, еще одна особенность девчонки. Пора бы уже завести подобную колонку, характеризующую девушку.
Пока фотограф не высказал свое недовольство, Елена не успокоилась, но затем на секунду притихла. Видно, в это самое время она раздумывала план дальнейший действий, потому что, обернувшись, Розарио был приятно удивлен тем, что Елена решила отвлечься поцелуем в его плотно сжатые губы. На мгновение итальянец никак не отвечал русской, но затем решил взять в руки сложившуюся ситуацию и позволить себе ответить на её поцелуй требовательным и весьма настойчивым, положив руки на её талию, приблизив к себе как можно ближе. От нее исходил сладкий аромат то ли духов, то ли геля для душа, что несомненно оказалось приятным, - находиться в такой близости рядом с ней.
Русская во время остраняется. Фотограф от них отстал, что-то произнесся в духе: "давно бы так", а она пытается скрыть признаки смущения. Да так, что заводит речь на итальянском языке, заставив Розарио не слабо удивиться.
- Non devi chiedere scusa per. E ... Hai un dolce labbra. Тебе не за что извиняться. И... У тебя сладкие губы.

Обстановка разрядилась, и мужчина решил подойти к девушке на кассе, которая с лучезарной улыбкой поздоровалась с сотыми посетителями кафетерия.
- Здравствуй. Нам круассаны с горячим шоколадом, макаруны и... Что ты будешь? - обращается уже к Елене, вытаскивая бумажник из кармана джинс. Хорошо, что она еще забрала его телефон, а не деньги. - Выбирай. Я заплачу. Тебя нужно откормить, иначе выглядишь неважно. Ты недоедаешь?
Сухо поинтересовался Розарио, невольно улыбнувшись на реакцию брюнетки. Не думала ли она, что подобная худоба могла понравиться ему?...

+1

7

Вокруг него витает какая-то странная и чрезвычайно инфекционная аура расхлябанности, ментальным излучением влияющая на поведение окружающих. Елена ощущает её физически, ненароком замечая, как преображается сама. Рядом с Розарио она становится более дерзкой и самоуверенной, точно приличия сковывающие сильный характер, —  выработанный тяжёлыми жизненными испытаниями, — спадают с её личности, позволяя вдыхать полной грудью аромат истиной свободы. И пусть это чувство для неё в новинку, но оно распространяется по кровотоку быстрее сильнодействующего наркотика, моментально вызывая привыкание. Девушка ловит себя на неизбежной мысли, что ей безумно нравится вести себя непринужденно, забывая на какое-то время скрупулёзную вежливость. Дурной пример заразителен!
Возможно, девушке так легко находится в его компании только потому, что их не связывает ровным счетом ни-че-го. Друг для друга они посторонние, не отягощающие общение сложным калейдоскопом чувств и душевных переживаний. Им откровенно плевать на то, как сложатся в дальнейшем их судьбы, когда пути разойдутся в разные стороны. Возможно, когда-нибудь, они встретятся ещё, но опустят глаза и сделают вид, что незнакомы вовсе, а может — поддадутся страстному наитию, совершив очередную глупую ошибку … впрочем, раз это важно? На данный момент, воспринимая трепещущим юным телом мощный напор Сальваторе, властно перехватывающего инициативу в поцелуе, Елена даже не задумывается о подобной ерунде. Ей хорошо. Остальное не имеет значения. 
Фотосъемка заканчивается столь же внезапно, как и начиналась пару минут назад. Девушка облегченно вздыхает, радуясь тому, что смогла набраться сил, чтобы вовремя прервать слияние губ. Неизвестно во чтобы оно могло вылиться, поддайся она соблазну целиком.
Всё ещё явственно ощущая ментоловое дыхание мужчины на своём лице, она проводит пятернёй по щеке, кончиками указательного и среднего пальцев массируя правый висок. Суета вокруг постепенно затихает, однако от пронзительного взгляда Розарио её бросает то в жар, то в холод. Есть в нём нечто такое, чего следует опасаться. О таких, как он, говорят — сам себе на уме. Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться о том, насколько итальянец сложен. Наверное, именно непреодолимая загадка, притягивает к нему противоположный пол, но затем резкий характер мужчины оглушает жертву своей бескомпромиссностью; он получает то, чего желал, а потом теряет всякий интерес.
— È un complimento? Che carino. Solo tu li toccato per l'ultima volta, il signor Salvatore.
В её мелодичном голосе звучит завуалированная издевка, больше напоминающая вызов. Хитро прищуривая фиалковый взор, Смирнова горделиво вскидывает утонченно-женственный подбородок, будто этим жестом ставя утвердительную точку в своём решительном заявлении. Себя она умела убеждает в том, что поцелуй был вызван необходимостью. Если бы не назойливый парнишка с фотокамерой, то их сегодняшняя встреча ограничилась бы дежурными вопросами — ни более того.
Скользящей походкой следуя за Сальваторе к кассе, девушка молча удивляется тому, почему он решил оформить заказ таким старомодным способом, а не направился к ближайшему свободного столику, дожидаться учтивого официанта с меню. Скорее всего, куда-то торопится. Именно поэтому не хочет затягивать ожидание, теряя понапрасну драгоценной время. В конце-концов, финансово-обеспеченные люди, вечно торопятся то на деловые совещания, то на конференции, то ещё Бог знает куда. Не сидится им на месте спокойно. Удручённая собственным умозаключением, Елена закатывает глаза к потолку, небрежно толкая Розарио в предплечье.
— Чем тебе моя фигура не угодила? Я благодаря своей природной комплекции, могу закупаться в подростковом отделе и есть один раз в сутки. Ты не представляешь, какая экономия. Не зря же меня Дюймовочкой зовут. — Русская деланно изображает на лице гримасу высокомерной надменности, но тотчас перебивается на смех, понимая насколько глупо всё выглядит со стороны.
На самом деле, Сальваторе далеко не первый, кто сетует на её миниатюрный внешний вид, поэтому она не испытывает стыда или негодования. Смирнова с детских лет приучила себя правильно питаться и беспрестанно заниматься спортом. Именно благодаря этим привычкам, ну и генетическому наследству матери, девушка сохраняла тело стройным и подтянутым. Балерина должна быть худенькой, чтобы летать по сцене, словно перышко на ветру. На гиппопотамов в пачках, придут смотреть лишь моральные извращенцы.
— У Вас очень странная сестрёнка. Сколько ей? Пятнадцать-шестнадцать? Вы не переживайте, что она плохо кушает — переходный возраст, гормоны шалят. — Тихим шёпотом произносит симпатичная блондинка-кассирша, определенно пропустившая момент их поцелуя. Она строит Розарио масленые глазки, нарочито демонстрируя солидный бюст четвертого размера, выглядывающий из-под v-образного декольте фирменной футболки кафетерия. Елена раздражённо фыркает на откровенную попытку флирта, морщит нос, покрытый крупными веснушками, однако ничего не говорит в ответ, абсолютно верно пологая, что личная жизнь итальянца ни её ума дела. Возможно сегодняшней ночью, сия прелестная работница общепита, будет нежится на той же стороне его постели, где ещё совсем недавно тихо дремала она сама.
— Я буду крепкий ристретто с корицей. Счет — отдельно. Я сама за себя расплачусь. Без обид, мистер Сальваторе, но если ты меня угостишь, то наша встреча перейдет в ранг свидания, чего я никак не могу допустить.
Невинно улыбаясь, девушка привычным движением кисти тянется к сумочке, только теперь замечая, что та исчезла с её субтильного плеча. Несколько раз изменившись в лице, она испуганно бледнеет, судорожными жестами хватая руками пустое пространство. Губы её расходятся в немом восклицании. Смирновой, уподобляясь игрушечному волчку, несколько раз прокручивается вокруг своей оси, только потом выдавливая из себя полное отчаянья вопрошание:
— Никто не видел коричневой сумки? — Проглатывая сухой ком подступивший к гортани, девушка поднимает беспомощный взгляд на Розарио, бесцветной интонацией произнося: — Там лежали твои вещи, телефон и ещё … ещё какие-то документы. Я вытащила их из заднего кармана штанов, перед тем, как постирать.

È un complimento? Che carino. Solo tu li toccato per l'ultima volta, il signor Salvatore.
Это комплимент? Как мило. Только вы коснулись их в последний раз, мистер Сальваторе.

Отредактировано Elena Smirnova (2014-12-10 20:19:21)

+1

8

У итальянца возникало много вопросов по поводу этой девчонки, на вид щупленькой, но далеко не блеклой внешне. Что она из себя представляет, о чем думает и какие секреты хранит?... Простое человеческое любопытство, ссыляется Розарио, не любивший решать затрудненные задачи. Несколько её выходок заставили мужчину думать, что она сошла с ума, раз так быстро меняет свое мнение и отношение к людям. Не страдает ли она какой-нибудь болезнью? Или, может, она скрывается от закона, всячески пытаясь скрыть свое лицо на фотокарточке? Что ею руководит? Глупость или обоснованные страхи? Но Сальваторе не хотел распрашивать о её жизни, считая, что они больше никогда не увидятся. Так зачем же попусту впускать людей в свои мысли, раздумывая о их положении в этом неустойчивом мире, когда можно помахать рукой и позабыть друг о друге на следующий же день. Это не его, постороннего человека, ума дело. Даже если он узнает что-то новое о ней, то вряд ли пожалеет и пригреет её. Он ведь не спасает чужие души, он их убивает, а не излечивает. Максимум, что мужчина может предложить, - это деньги. Елена их не возьмет, возможно обидится. А предлагать во второй раз итальянец не станет.
- Смотри, Дюймовочка, не попади в нору к жадному кроту. Таких в этом городе полно.
Роз с легкой ухмылкой на губах переводит взгляд на кассиршу, которая пыталась перемести внимание мужчины на ее весьма нескромное декольте, явно не думая, что Елена могла составить отличную конкуренцию её пухлым губам и сочным формам. От таких девушек итальянец успел подустать. Таких, как эта кассирша с именем Энн, которое он успел прочесть на бэйджике, он в своей молодости уже изрядно позажимал в затухлых мотелях. Сейчас ему хотелось чего-то большего, чем одноразовый секс. Да и обратил внимание на Елену в тот вечер именно потому, что она показалась ему интересной, далеко не глупой, женщиной. С возрастом вкусы меняются, и вместо пустоголовой давалки, Розарио хотелось не только трахать красивое тело, но и поговорить о чем-нибудь более интересном.
- Я сам решу, что нужно моей шестнадцатилетней сестренке. Тебя же попрошу не лезть. - бедная кассирша явно не ожидала подобного пренебрежительного отношения к себе, но ничего не сказала, решив не портить настроение мужчине и его якобы кровной родственнице. - Тогда, будь добра, отмени макаруны. Я предпочитаю коррето и свежеиспеченные круасанны. Что на счет тебя, Елена, то положи кошелек в сумку и не возникай. Я заплачу, а то, что нас ничего связать не будет, это я могу стопроцентно пообещать тебе. Не волнуйся.
Он уже вытаскивал деньги, как Елена отвлекла его своим юлянием из стороны в сторону и отчаянным стоном.
- Что с тобой опять не то? - приподнимает бровь, пытаясь понять, какой черт на этот раз она придумала играть в заезженные пьесы второсортного плана. - Это что, приступы у тебя такие?...
- Никто не видел коричневой сумки? - казалось, она уже была на грани истерики. Итальянец только сейчас успел понять и без слов русской, что в этой самой сумке находились его вещи. И, как оказалось позже, документы...
- Я вытащила их из заднего кармана штанов, перед тем, как постирать.
Так еще и постирала его вещи? Что же, спасибо. Обычно итальянец сдавал все в химчистку или прачечную, предпочитая их стиральной машине. Может, предложить ей по хорошей цене устроиться на работу к нему домработницей?...
Документы ... Если номер телефона восстановить еще можно было, то вот документы вряд ли. Особенно те, о которых он забыл и так не вспомнил вытащить из кармана, поэтому даже не догадывался, какие такие личные вещи откопала девчонка.
Елена смотрит на него умоляющим взглядом. И тут-то он вспоминает, что официант забрал её во время фотосессии, чтобы та не мешала брюнетке.
- Я вздерну это кафе к чертовой матери, если обслуживающий персонал не найдет сумку этой девушке. И если она найдется, но там не обнаружится её личных вещей, я заставлю вас всех пожелать об этом.
Угроза подействовала, и даже хозяин заведения, открывший этот праздник сегодняшним утром, почувствовал, что шутки шутить плохи с недоброжелательным итальянцем, и начал помогать искать потерянную вещь.

п/с

извини за этот пост  http://sa.uploads.ru/WqYuC.gif 

+1

9

Невезение преследует её по пятам. Похоже, что они уже стали кровными сестрами, ходящими рука об руку друг с другом, точно сиамские близнецы. С самого первого дня, как она вырвалась из цепких лап маньяка, Сакраменто оскалился на неё, впиваясь острыми клыками безысходности под кожу. Елена научилась принимать мощные удары судьбы с горделивым достоинством, однако так и не перестала волноваться по пустякам. Такова её натура: девушка ни столько убивается из-за своего потрепанного кошелька — там всё равно не больше сорока долларов, — сколько волнуется насчет утраченных вещей Розарио. Да один только сотовый телефон мужчины, мирно лежащий во внутреннем кармане её утерянной сумки, стоит больше, чем она зарабатывает за месяц. Утрированно, конечно. Ну вот зачем? Зачем людям такие дорогие гаджеты? Звонит и ладно! Ни к чему переплачивать за целую гору, по-сути, совершенно ненужных приложений и новомодный дизайн оформления. Всё это — «бисер перед свиньями», ни более того. А что если Сальваторе потребует компенсацию? Ей даже от одной мысли об этом, становится дурно.
Пока итальянец отпускает остроумные замечания, касающиеся её литературно-сентиментального прозвища, Смирнова пробегает по общему залу напряженным взглядом, будто пытаясь призвать в помощь сверхъестественные способности, чтобы просканировать помещение рентгеновскими лучами. Беспокойно заламывая тонкие пальчики, она решительно вынуждает себя задушить панику в зародыше. Чтобы взять под строгий контроль неустойчивый эмоциональный фон, русская три раза глубоко вдыхает воздух через нос, а затем выдыхает ртом, сквозь плотно стиснутые зубы. Припоминая своё утреннее обещание придерживаться хорошего расположения духа во чтобы-то ни встало, девушка кривовато улыбается, театрально скрывая бурное негодование.
— Что же, думаю, учитывая раскрывшуюся пропажу, отказываться от твоего предложения снова, будет непомерной глупостью. Раз ты столь безапелляционно настаиваешь на том, чтобы заплатить за мой кофе, буду искренне признательна.
Произнося данную фразу, Елена не перестаёт вертеть головой в разные стороны, совершенно  не обращая внимание на светловолосую кассиршу и своего собеседника. Её сжирает импульсивный порыв начать с пристрастием обыскивать кафетерий. Она не может оставить всё так! Необходимость вернуть владельцу позаимствованные вещи, просто-напросто не даёт желанного покоя, терзая воспалённый разум докучливыми осуждениями. Да ещё это вездесущие чувство вины… 
— Я в полном порядке, — пронизанной тихой задумчивостью интонацией произносит Смирнова, нетвердой походкой отходя от Розарио. — Ты … знаешь — займи нам столик, где-нибудь в уголке, а я … мне тут нужно … — Через слово запинаясь, девушка растерянно жестикулирует руками, будто фокусник-мошенник, желающий отвлечь зрителей от мелких деталей грандиозного обмана.   
Русская уже собирается настойчиво подлететь к хозяину заведения, чтобы самолично поставить на уши весь персонал, но Сальваторе опережает её неловкое поползновение.
Сильный и твердый мужской голос, непреклонно выдвигающий требование, подкрепленное  мимолётной угрозой, принуждает Елену замереть на месте. По бархатистой коже пробегает холодок. Удивленно распахивая округлившиеся глаза, она оглядывается на итальянца с замиранием сердца, физически ощущая тяжесть моментально воспламенившейся атмосферы. В эту минуту от него исходит подавляющая аура, заставляющая окружающих испытывать страх перед ним. В серо-голубых глазах Розарио переливается холодная сталь, прекрасно демонстрирующая  его властную натуру. Ненароком заглядывая в их устрашающею бездну, девушка нисколько не сомневается в том, что помимо всего прочего, Сальваторе — собственник. Ох и не позавидуешь же его будущей избраннице…
Сконфуженно моргая, Смирнова изумлённо следит за тем, как истерично копошаться официанты. Ей остаётся лишь недоумевать насчет того, кем же всё-таки является её новый знакомый. Судя по взбудораженному оживлению, перехватившему бразды правления в кафетерии, помимо суровой внешности, он действительно имеет реальные рычаги воздействия.
«Необходимо держать с ним ухо в остро. Мне не нужны лишние неприятности. Своих воз и маленькая тележка. Остается только молить Господа-Бога о том, чтобы сегодняшняя встреча стала нашей последней. Кто знает, что у него на уме. Хотя … он довольно привлекательный, когда не грубит.»
Озвучивать свои размышления вслух русская не стала. Мысленно отругав себя за проявление  клишированной симпатии к плохим парням, которые только и умеют, что разочаровывать и разрушать чужие жизни, она энергично направляется в сторону служебных помещений, не желая больше оставаться в стороне от основной разысканной операции. Работники общепита  чересчур долго возились, так что терпение девушки лопается, словно мыльный пузырь.
— Хочешь, что бы дело было сделано хорошо — сделай его сам!  — Радикально продекламировав всем известную пословицу, Елена врезается выставленными вперед ладонями в двустворчатую дверь, порывисто открывая её перед собой. 
Молчаливо игнорируя возмущение поваров на кухне, усиленно верещащих, что клиентам категорически запрещено находится здесь, русская упорно делает вид, что не знает английского языка. Заглядывая в каждый шкафчик и ящичек, она стремительно лавирует в парящем чаду между разделочными столами и плитами, напоминая своими изящными телодвижениями какой-то диковинный танец забытых племён.
— Да прекратите же, наконец-то, это безобразие!
Наряженный в чудной колпак жилистый мужчина, по видимому работающий шеф-поваром, строго преграждает Смирновой узкий проход, смотря на неё сверху-вниз. Из-под косматых седых бровей, взгляд его стреляет гневными молниями, но девушка только вызывающе хмыкает носом.
— Чьё это мелкое недоразумение в юбке? — Не проходит и пары минут, как он выводит Елену обратно в обеденный зал, ведя её следом за раскрасневшееся ухо.
Заливаясь багровым румянцем от стыда, она отворачивается от Сальваторе, но тотчас жалобно вскрикивает, ощущая, как кончик плененного уха сворачивается в трубочку. 
— Ну же, смелей! Кто привёл сюда эту хулиганку в миниатюре? Она мне пол кухни перевернула вверх дном!

+1

10

Если Елена думала, что Розарио сядет в сторонке и останется простым наблюдателем в данной ситуации, то она очень ошибалась. Под лежачий камень вода течь не будет, поэтому, прежде всего, нужно будет заставить пошевелить народ в поиске потерянного или украденного, а затем уже принять собственные меры по устранению неприятностей. Роз знает, по каким принципам крутится этот мир. Сильные всегда доминируют над слабыми, вот и Сальваторе предпочел продемонстрировать свою способность контролировать персоналом, которые в свою очередь явственно почувствовали, что итальянец пустыми словами не отделается. И верно, такие, как Роз, предпочитают действия взамен пустому сотрясению воздуха. Не зря его поставили в Семье капитаном, значит, имелись на то веские причины.
Елена переживает. Видно, что ей самой не по себе. Розарио тоже переживал, но не о мобильном телефоне как таковом, а о документах. Хранили ли они важную информацию и прочла ли она их, прежде чем положить в сумку? Может, она узнала о нем то, что не стоило знать посторонним людям? Но нет, вряд ли бы она сейчас стояла и делала вид, что ей по барабану его присутствие. Она бы и вовсе не пришла на встречу или отдала личную информацию прямо в руку итальянцу именно тогда, когда об этом просил Сальваторе, еще в начале встречи. Ну не мазохистка же русская? ... Хотя, как знать.
Мужчина никогда не переживал о деньгах, предпочитая жить на широкую ногу, не задумываясь о том, чтобы сохранить некоторые деньги на черный день. Он привык ни в чем себе не отказывать. Властный, но при этом далеко не скупой, он относился к дорогим вещам как к чему-то пустому. Сегодня работает - завтра сломается или потеряется. Единственное, что ценил итальянец, так это кровные узы. Вот, что тебя связывает навсегда, вот, что течет в твоей крови - гены предков.
Именно отец проявляется в характере Розарио, который загорался ярким пламенем в одночасье, а вот остановить мужчину было крайне тяжело. Если вы показали ему красный свет, то пиши-пропало. И, судя по всему, русская это почувствовала, повернувшись на его твердое заявление. Он не знает, какие мысли посещают её голову, но на милю секунды Сальваторе уловил страх в её глазах, а затем... Затем она отвернулась, предпочитая удариться в поиски. Куда ты полезла, девчонка? Мысленно он уже приставил ладонь ко лбу ака похер фейс, удивляясь пронывливости русской. Она выводила его из себя тем, что отличалась от остальных женщин её возраста. Она не гналась за модой, не особо жаловала внимание мужчин и скорее походила на ребенка, нежли на устоявшуюся девушку. Ей было двадцать. В этом возрасте женщины как раз-таки предпочитают одеваться стильно, ухаживают за собой и пытаются любом способом привлечь к себе внимание, как эта блондинка Энн, но Елена отличалась. И это отличие заставляло, где-то в глубине души, восхищаться ею. Девчонка-сорванец, словно без тормозов, шла на прямую, и ей было плевать на чужое мнение. Она совершенно не такая, как Энн, и это ему ... нравится.
Из столовой выходит усатый повар, весьма разозленный, так как его лицо приняло багровый оттенок. За ухо он держит Лену, которой явно в это время было не по себе. Снова похер-фейс. Эта русская скоро доведет Сальваторе до ручки, если не прекратит свои глупые игры. Это её огромный минус, - вляпываться в неприятности. Ей нужно иметь терпение, иначе она ничего не получит в этой жизни, если не научится ждать. А еще девчонка не умела контролировать эмоции.
Мужчина смотрит на русскую испепеляющим взглядом, прожигая ее складую фигурку взглядом колючих серо-голубых глаз. И ему было глупоко плевать, что зрители и та кассирша смотрели на их парочку, как на пару дебилов.
- Кто привел сюда эту хулиганку в миниатюре?
- Допустим, я привел. И думаю, что мы вправе перевернуть это чертово заведение, если не найдем свои личные вещи. Кто-то из вашего персонала украл сумку. Мы вправе считать, что все эти шарики и громкая музыка сделаны специально, чтобы заниматься кражей под шумок.
Шеф-повар во время отпустил Елену, словно не хотел связываться с проблемами. И правильно. От нее одни неудачи, словно от черной кошки, перебежавшей дорогу.

+1

11

Она сама ставит себя в дурацкие положения, бросаясь из крайности в крайность. С каждым новым приключением, данная истина становится более очевидной. Ни одна другая, психически вменяемая девушка, не бросилась бы на кухню кафетерия, только потому, что её замучили нравоучения гиперактивной совести. Тем-более, если учесть, что спутник итак поспешил решить вопрос о пропаже чёртовой сумки. От неё не требовалось безрассудных выходок, чтобы разрешить затруднительную ситуацию, но Елена так привыкла полагаться только на свои собственные силы, что просто не смогла обуздать собственные порывы. И к чему это привело? К очередному позору.
Стоя под пристальными взглядами незнакомых людей, взирающих на неё то ли с насмешкой, то ли с укором, русская чувствует себя последней идиоткой вселенной. В последний раз, ей было так стыдно за своё поведение ещё в школьные годы, когда она перед всем классом придумывала объяснение, почему не выучила домашнее задание. Ощущения «тогда» и «сейчас», походили друг на друга, как две капли воды. Девушке вдруг захотелось отмахнутся от строгого шеф-повара и бросится бежать прочь, но присутствие поблизости Розарио вынудило её сохранить безмятежное спокойствие.
Горделиво приосанившись, Смирнова расправляет плечи, поправляя немного перекрутившуюся чёрную футболку. Полным достоинства жестом, она отодвигает руку мужчины от своего уха, коротким кивком головы благодаря Сальваторе за вмешательство. Её искренне поражает то хладнокровие, которого придерживается мужчина. Она рвёт и мечет по сторонам, стремясь отыскать его пропавшие вещи и документы, а он держится так, будто вообще непричастен к данной истории. Стальные нервы. Хотя, если вспомнить их прошлую встречу, а именно то, как быстро воспламенился итальянец, едва не вышвырнув её на улицу голышом, можно изрядно усомнится в его стрессоустойчивости. Наверное, сдерживается Розарио только потому, что не имеет желания публично выставлять напоказ своих внутренних демонов. Он бережёт их для особых случаев …
— Не знаю, что там такого лежало в сумке, но её пропажа никак не оправдывает учиненного беспорядка. Это просто возмутительно! Ваша ручная истеричка, сэр … — мужчина осекается на полуслове, слыша миролюбивый голосок русской.
— Извините. Я полностью согласна с Вами. Ни стоило мешать рабочему процессу персонала. Мне правда очень жаль. Я признаю свою вину, а также прошу не вмешивать в это моего спутника. Если хотите высказать своё негодование, то обращайтесь непосредственно ко мне. Он тут совершенно не причём.
Видимо повар ожидал совсем иного ответа — громогласного вопля, обвиняющего всех окружающих в краже личного имущества, но никак не тихого смирения. Лицо его тотчас смягчатся, выдавая весь спектр приятного удивления. Он даже доброжелательно улыбается, моментально проникаясь симпатией к странной посетительнице. Здесь срабатывает банальный закон мироздания; если человек самолично признаёт свои ошибки, то и смысл бранной ругани отпадает. Зачем обвинять в грехах того, кто итак всё понял?!
— Я поспрашиваю у ребят на кухне про Вашу пропажу. И чтобы больше никаких поползновений на мою территорию.
Старик нравоучительно грозится толстым указательным пальцем, точно перед ним стоит не молодая девушка, а совершенно неразумный ребёнок. Это несколько задевает самолюбие Смирновой, но виду она не подаёт. Лишь миловидно улыбается в ответ, благодаря за содействие в поисках. Отходя от повара, она направляет к администратору зала, чтобы спросить у него про молодого официанта. Встряска подействовала благотворно, девушка вспомнила, как выглядел юноша пронырливо утащивший её сумку. Оставалось надежда, что ответственный за дневной персонал, что-нибудь знает о нём.
Полностью погрузившись в процесс допроса долговязого усача, Елена не замечает того, как проходя мимо Сальваторе, шеф-повар останавливается возле его плеча, заговорщическим шепотом произнося:
— Странная она у тебя, но хорошая. Таких одна на миллион. Сам бы приударил, да слишком стар. Смотри не упусти свой шанс. — Он хитро подмигивает итальянцу, панибратски хлопая того по спине. И в этот самый момент к ним оборачивается русская, жестом руки подзывая Розарио подойти к ним. Однако, того останавливает Энн, буквально переваливаясь через столешницу кассы. Одергивая мужчину за рукав, блондинка протягивает ему бумажный пакет с упакованными в него круассанами, а также два фирменных стакана с кофе навынос. Она кивает головой в сторону хозяина заведения, расстроенно осведомляя Сальваторе о том, что тот не хочет, чтобы чудаковатая парочка задерживалась здесь дольше, чем того требуют розыски утраченного.
— Он говорит, что вы распугиваете клиентов. Грозится вызвать полицию.
Раздраженно подмечая, что итальянца остановила каcсирша, Смирнова тягуче вздыхает. Ей категорически не нравится, как та поглядывает на него. Отчего-то русская непоколебима уверена в том, что внутри пакета мужчина обнаружит ни только своё лакомство, но ещё и записку с недвусмысленным намеком на возможность приятного времяпрепровождения, дополненную отпечатком помады под номером мобильного телефона. Некоторые женщины не принимают отказов. Стоит только разок посмотреть на Энн, чтобы понять, что она одна из таких. Думая об этом Елена начинает раздражаться, ловя себя на том, что немножечко, самую малость, ревнует этого наглого, хамоватого, высокомерного Розарио.
«Ты точно больная на всю голову!» — Упрекает её внутренний голос.
Осознавая необходимость выйти на свежий воздух, русская поворачивается в сторону выхода из кафетерия, но врезает носом в грудь входящего юноши и подаваясь силе тяготения — подает на ягодицы.
— Да что за … ? — Закончить свою негодующею тираду девушке не удается. Поднимая взгляд фиалковых глаз кверху, она сиюсекундно забывает свою мысль, молниеносно хватая бедолагу за запястье. — Это он! Он забрал мою сумку. Верни немедленно, негодяй.

+1

12

Все происходит быстро. Как в каком-нибудь фильме. Не успевает Роз пронаблюдать за заспеившей русской на кухню в лапы самого шеф-повара, как сейчас стоит и виновато упирает фиалковый взгляд куда-то в пол, словно нашкодивший ребенок, взявший без спросу конфет в вазе или же получивший двойку в своем дневнике. На её месте любая девчонка бы воспользовались ситуацией и попыталась напудрить мозги мужчине. А эта стоит себе, ручки сложила, да ждет. Чего?
Мужчина хлопает Сальваторе по плечу и тот хмыкает, заслышав его голос. Не упусти свой шанс, проносится в голове у итальянце и тот готов приподнять бровь и спросить: какой такой шанс? Да, она, несомненно хороша, и возможно у них что-то и получилось, но мужчина предпочел приударить бы за той, которая встретила его в "Дабстеп", когда он изрядно напился алкоголя, нежели за той, которую ему предстояло увидеть на следующее утро одного прекрасного августовского дня. Хотя, её индивидуальность порой не только порожала его, но и забаваляла. Ничего меня с ней не связывает. Найду эту чертову сумку, дак разойдемся. Но как бы не так. Все дороги словно сходились к ней, и вскоре Роз поймет, что их связала далеко не сумка с его содержимым.
Он уже делает шаг в сторону Елены, как его отвлекает та кассирша с глубоким вырезом, всовывая пакет с едой. Интересно это, как быстро превращаешься из желанных посетителей в гостей из черного списка. Даже как-то обидно стало, что все эти шарики ни к чему, и не суждено будет пройти по золотой карте.
- А ваш хозяин - трус.
И он улыбается Энн, заставив её немного покраснеть. Такая функция у подобных девушек еще осталась? Пожалуй, создавалось ощущение, что они не умеют смущаться, им ведь нечего стыдиться, все в этой жизни повидавшие, но работница этого кафетерия, видно, еще больше расстаяла и уже вцепилась мертвой хваткой в рукава его одежды. Та оказалась на удивление настойчивой мадам, которая всячески изводила его все это время. Он ненавидел прилипал, и постоянно боролся с ними. Одна сумасшедшая и вовсе одним прекрасным вечером встретила пришедшего домой Сальваторе в его кровати полностью нагишом, дождавшись момента, когда тот закроет дверь. То был единственный случай, когда его любовница едва ли не приземлилась на асфальт с двадцать пятого этажа. Повторять подобных иницдентоа итальянец не хотел, поэтому произнес в глаза то, что давно хотел сказать рыженькой, но по нормам приличия не решался сказать.
- Тонна косметики и слишком оголенная грудь не вдохновляют меня на подвиги. Извини.
Он хмыкает, и воспользовавшись ситуацией, наконец отходит от американки, позволившей себя вести не в пределах разумного. Да только Сальваторе плевать. На его пути попадались разные женщины, в том числе истерички, нимфоманки, эгоистки. Целый букет. К этому списку прибавилась девчонка лет семнадцати. Образ нимфеток его не привлекали. Эта русская была похожа на ту Лолиту из Набоковского романа. Она уже вышла из подросткового возраста, значит не нимфетка. Можно себя поздравить. Я не какой-нибудь озабоченный маньяк.
- Ну и что будем делать, м? Нас отовсюду выгнали, да и еще мои документы успели забрать. Устроим здесь большой бада-бум или предпочитаешь уйти, прижав хвост?
И Елена предпочитает уйти. Не самое верное решение.
- Да что за ... ? - это обращение уже было не к собеседнику так таковому, а к незнакомому парню лет двадцати пяти, который как раз-таки и собирался зайти в кафетерий, и которого девчонка так ловко схватила за запястье. - Это он! Он забрал мою сумку. Верни немедленно, негодяй!
Русская начинает повышать свой голос до верхних ноток и итальянец хмурится, но уже готовый сорваться с места, он забывает про пакет с заказанным блюдом, хватает мужчину за ворот и с хмурым выражением лица вопрошает его, прижав того к уличному фонарю:
- Ну что, черт, допрыгался? Давай, вытаскивай сумку этой девчонки или я засуну в твой рот дуло пистолета. Что молчишь? Захотел проверить меня?
Бедный паренек начинает заикаться, но при этом положении ищет оправдания своему поступку.
- Я... Я... Не брал ничего! Она врет! Она врет! Я в первый раз вижу вас.
И Роз снова толкает того бошкой о столб и уже рычит тому на ухо:
- У тебя десять секунд, чтобы вытащить украденные вещи и вернуть их хозяйке. Поверь мне, у меня есть место, куда тебя можно было засунуть в глубокую яму. Загребу заживо. Отсчет пошел.
- С...секунда.
Паренек мешкается и во время вытаскивает газовый балончик, который с особым удовольтсвием расспыляет в лицо Розарио. Тот хватает одной рукой за вора, другой прикладывает ладонь к лицу, пытаясь справиться с шоковым состоянием одновременной боли и тупой злости. Сальваторе удается справиться с мелким хулиганом, потому как от сбежавшего осталось всего одна вещь: его куртка, которую Сальваторе стянул, хватаясь за него в попытках остановить.
Роз шипит; пытаясь обуздать чувство боли, которое пронзило его глаза. Открыв их, он хотел понять, что произошло. Нихрена не видно, и глаза слезятся. Да кожа жжет.
- Сука!    - выплевывает он, облакатившись на желязяку. - Ладно. Не с таким дерьмом сталкивался. Пощипет, - пройдет. Посмотри пока содержимое куртки, Елена. Давай потарапливайся. Чего стоишь? Нашла?

Отредактировано Rosario Salvatore (2014-12-15 22:30:58)

+1

13

Проблемы растут в геометрической прогрессии.
Стоило только подумать, что встречу можно завершить на благоприятной ноте, как всё покатится в тартарары. И зачем она только рот открыла, привлекая внимание Розарио?! Могла же спокойно договорится с ошарашенным парнем, избежав тем самым бурной реакции итальянца, которая не заставила себя долго ждать. Елена ещё не успела толком с пола подняться, как Сальваторе уже ринулся в бой —  проклятый южный темперамент.
Слишком стремительно действие импровизированного спектакля перенеслось из кафетерия на оживленную улицу, привлекая неодобрительное внимание спешащих прохожих. Но, казалось, сцепившиеся мужчины не замечают никого вокруг, в том числе и Смирнову, перепугано застывшую в распахнутых дверях.
Зрелище вспыхнувшей разборки действует на неё, как укол транквилизатора: сердце глухо бьётся в груди, постепенно замедляя свой бег, дыхание перехватывает, а тело отказывается шевелится. Цепенея на пороге, она широко распахивает фиалковый взор. Дрожащий голос застревает где-то в районе ключиц, и ей никак не удаётся вымолвить даже пару вразумительных слов. Боязнь попасть под горячею руку, разъедает сознание, точно сернистая кислота, пролитая внутрь черепной коробки.
Шестьдесят долгих секунд требуется на то, чтобы русская смогла наконец-то прийти в себя: Розарио прижимает к фонарному столбу молодого человека, зловещей интонацией декламируя угрозу о расправе, а она до хруста сжимает пальцы в кулаки.
— Перестань! — Хриплый голос рвущейся из спазматически вздымающейся груди, кажется совершенно незнакомым, но тем-не-менее принадлежит Елене. — Остановись, пожалуйста.
Срываясь со своего места, девушка подбегает к Сальваторе со спины. Её тонкие пальцы сжимаются на его предплечье. Стараясь разнять мужчин, она только мешается, вертясь поблизости, словно назойливая муха.
— Успокойся.
Улицу оглашает сдавленный крик, но вопит не Смирнова, а итальянец. Только теперь, когда он отшатывается назад, русская замечает жестяную банку газового баллончика, зажатую в ладонях спешно удирающего юноши.
Растерянно озираясь по сторонам, Елена механическими движениями исполняет просьбу Розарио, вытаскивая из карманов чужой куртки содержимое: упаковка жевательной резинки, пара сотен долларов, мобильный телефон, паспорт и маленький герметичный мешочек какого-то белого порошка, сильно смахивающего на муку — это всё, что остается в её трясущихся руках.
— Ни стоило тебе, так сразу на него кидаться. — Смирнова произносит свою фразу мягко и ласково, взволнованно интересуясь: — Сильно щиплет?
Подходя к Сальваторе вплотную, она прижимается к нему всем телом, вытягиваясь на носочках. Изучающе рассматривая воспалённую красноту глаз, тихим шепотом извиняется, настоятельно подставляя  мужчине своё плечо в качестве опоры.
— Тебе нужно умыться холодной водой.
Пресекая на корню всякие возражения, русская придерживает его за талию, решительно увлекая обратно в злополучный кафетерий. Игнорируя возражение снующего вокруг администратора, она отводит Розарио до мужского туалета, буквально заталкивая итальянца внутрь. Если бы не строгое отцовское воспитание, Елена последовала бы за ним туда, только чтобы убедиться в том, что всё обошлось без серьёзных ожогов сетчатки. К счастью, ей вовремя удается обуздать первый порыв, так что теперь она смирно стоит вдоль стены, покорно ожидая возвращения Сальваторе.
— Мы нашли Вашу сумочку. — Заговорщически тихим тоном произносит Энн, выглядывая из-за угла. — Она лежала в раздевалке служебного персонала. Только там ничего нет, — пустая она.
— Неудивительно, — Смирнова едва сдерживает ироничный смешок, вытягивая перед собой руки, сжимающие в ладонях вещи итальянца: — всё самое ценное оттуда уже вытащили. Можете считать, что вашему заведению крупно повезло: если бы мистер Сальваторе не вернул украденное имущество, тут мог разразится шторм среди белого дня.
Забирая у кассирши  свою старенькую сумку, девушка перекидывает длинный ремешок через  плечо и голову, больше не рискуя класть туда вещи Розарио. Едва он выходит в коридор, как Елена протягивает их ему, вместе с деньгами найденными в карманах воришки. Ей чужого не надо.
— Знаешь, а я ведь всего-навсего хотела узнать, что же произошло между нами в ту ночь. Если бы мне было заранее известно … — сбившись на середине предложения, русская вымученно улыбается, мудро принимая решение о том, что ни стоит вываливать на мужчину свои проблемы. — Впрочем, неважно. Теперь, когда всё улажено, мы можем спокойно распрощаться друг с другом.
Закончив фразу она собирается развернутся и уйти, но вопреки законам здравой логике делает шаг навстречу к Сальваторе, касаясь влажными губами его щеки.
— А ты не настолько жуткий, каким кажешься на первый взгляд. Я бы даже пригласила тебя к себе домой на кружечку горячего чая, если бы не была уверенна в том, что тебе уже не терпится от меня отделаться.
Подмигнув ему, Елена размеренной походкой вышла из здания, направляясь в сторону автобусной остановки. 
«И почему мне вдруг стало так грустно? Наверное, всё от недосыпа. Ведь не могла же я проникнутся симпатией к Розарио?! От таких как он, следует держаться подальше. Ничего хорошего не выйдет, если я с ним свяжусь.»

+1

14

Обычн, когда Розарио пытались остановить, он намеренно продолжал делать то, что было под так называемым запретом. Русская хотела его всеми силами оттянуть от бандюги, и делала это зря. Даже если бы она умоляла его, мужчина все равно не отпустил мошенника. Он никогда не позволял прикасаться к своему. Жуткий собственник. Даже, если этой вещью был чертов телефон, Роз не допустит, чтобы он находился в руках постороннего. И не потому, что боялся, что этот человек прочтет важную информацию, а потому что все, что было его, то к этому прикасаться строго запрещалось.
Только сейчас он очнулся от вспышки своей ярости, почувствовав одновременно резкую боль и ненависть на того вора, удравшего с быстротой света. Верни бы он время назад, то явно навалял бы парнишке как следует за то, что полез не в тот лес за ягодой.
- Блять... Что в этом баллончике? Жгучий перец, что ли? Сука.
- Не стоило тебе, так сразу кидаться на него.
Голос Елены отвлекает мужчину, но чувства в это время не уходили: и боль, и злость осталась. Конечно, бросаться не стоило, и итальянец понимал это так же прекрасно, как сама Елена. Обычно разговоры он вел со свойственным ему хладнокровием с теми, кто пытался вывести его из себя, обычно это были должники казино, влезающие в большие долги перед его игровым клубом. Сегодня он не смог сдержаться и последней каплей стал возглас этой девчонки, схватившей того парня за руку.
- Если бы ты до этого не извела меня, я бы поговорил с ним спокойно.
- Сильно щиплет?
- Уже не так сильно. Я не калека. Смогу нормально ходить, ну.
Роз пытается отнять от себя прижавшуюся к боку Лену, но это не удалось. Либо она схватилась стальной хваткой, либо он не хотел от нее избавляться. Наверное, второе. Как бы он не противился, девчонка привлекала Сальваторе и притягивала к себе, как магнит. Она притягивала к себе не только Розарио, но и неприятности. А мужчине везло на подобного рода людей.
Елена не заходит  следом за ним в мужской туалет- оставляет его, и Сальваторе проходит вперед. Взгляд проясняется, зрение вновь возвращается к нему. Но мужчина все равно умывает лицо холодной водой. Смотрит на свое отражение в зеркале и улыбается. Губы его изогнулись в улыбке, и он прикрыл глаза, вспоминая сегодняшний день, потому как начался он весьма странно. Необычно, - вот слово, которое описывало все произошедшее. Хотел быстро избавиться от русской, как случилось так, что задержался с ней на большой промежуток времени в этом дрянном кафетерии. Даже заказанного кофе и сладостей не удостоили внимание.
Уже на выходе из туалета, итальянец заметил, как Елена шушукалась с Энн, и заметил в её руках его личные вещи. Роз подошел к девчонке и, природным бровь, поинтересовался, явно не ожидая, что она поладит с грудастой блондинкой.
- Вы мило общались. Ты со всеми общий язык так быстро находишь?
И он хмурится, когда слышит прозвучавший вопрос брюнетки, не ожидая его услышать. То, что было тем вечером, ему самому признавать не хотелось. Он ошибся в ней. Тогда она казалась ему лучшей среди полупьяных девиц в развратном обличии. Ему захотелось узнать её поближе. Что тянула его тогда к ней? Простой интерес, определено. Как он мог совершить такую ошибку и не увидеть, что она ничем не отличается от остальных женщин? Чокнутая психопатка. Пока нервы не потреплет, не успокоится.
- Похоть. Мы желали одного и того же, вот и все.
Она заигрывает с ним и Роз хмыкает, почувствовав, как её губы касаются его колючей щеки. Еще немного, и он остановит её, чего делать не стоило. Им обоим не нужны были дальнейшие общие проблемы, которых разгребать было бы тяжелее, чем сегодняшим днем. Не привыкать ни к кому - вот девиз итальянца, и с ним он двигался уже более как двадцать лет. Это же он мог посоветовать и Лене, которая явно была еще юной и неопытной  для него девчонкой.
- Не забывайся, Елена. Я ведь могу понять, что ты хочешь чего-то большего.

Брюнетка уходит, оставляя его один на один с самим собой, передав в руки личные вещи. Немного постояв так, не двигаясь, он вновь улыбнулся, пытаясь согнать остатки воспоминаний произошедшего, и двинувшись к своей тонированной машине, садится за руль и выезжает на дорогу. Она пришла пешком, значит должна идти где-то здесь неподалеку. Метро совсем рядом.  Взгляд его упал на девчонку в черной юбочке, и он пытается скрыть в себе желание остановиться и подвезти её, но не удается. Спустя несколько минут, Роз перестраивается на ту сторону, которая была ближе к русской.
- Эй, девчонка! Садись, подвезу. Что ты там хотела мне предложить?

+1

15

Какое-то странное чувство моральной опустошенности нахлынуло на Елену, едва она переступила порог кафетерия, оказавшись в оживленном потоке вечно спешащих людей. Меланхолия подкралась со спины, укрыв хрупкие плечи тяжёлым покровом. Грусть запечатлелась на складке губ мрачным полутоном, стерев притворную улыбку с миловидного лица.
Скомканность сегодняшней встречи запутала её своей недосказанностью. Знакомство с Розарио внесло очередную неразбериху в запутанный строй душевного склада, окончательно выбив девушку за черту самопонимания. Из-за этого, что-то гложило изнутри, мешая сконцентрироваться на дороге. Издевкой всевышнего, мысли Смирновой раз за разом оживляли в памяти образ итальянца, точно желаю убедить её в том, что поспешный уход был ошибкой. Но, что сделано, то сделано. Не возвращаться же обратно, лелея смутную надежду уговорить Сальваторе прогуляться вместе. Он может самонадеянно решить, что она заинтересована в нём, как в мужчине … Нет. Подобной оплошности категорически нельзя допустить.
Подойдя к остановке, Елена вышла к проезжей части, пытаясь разглядеть вдалеке необходимый автобус. Ей не терпелось поскорее добраться до квартиры, чтобы забраться в горячею ванну и смыть с себя будоражащий аромат Розарио. Протяжно вдыхая воздух носом, она буквально ощущала аромат его дорогого одеколона и сигарет на своей одежде. Ни стоило так плотно прижиматься к нему, помогая добраться до уборной. Тем-более, что Сальваторе и сам выказывал определённый словесный протест, не желая тесного контакта. 
«Может ему была противна моя близость?» — Мысль грянула в её голове с разрушительным эффектом цунами. Щеки моментально вспыхнули стыдливым румянцем, обдав русскую сконфуженным жаром. Потерев кончиками пальцев переносицу возле уголков глаз, Смирнова шепотом окрестила себя непутёвой идиоткой, как-то ни кстати осознав и то, что в выпотрошенном кошельке не осталось денег даже на проезд.
— Придётся идти пешком. Ну, ничего, зато проветрюсь.
Поправив ремешок сумки на угловатом плече, девушка откинула волосы за спину, бодрым шагом направившись вперед по извилистому тротуару.
Целиком поглощенная своими размышлениями, она свернула за угол цветочного магазинчика. Остановившись напротив пестрящей витрины, Елена  ни сразу заметила тёмный автомобиль, притормозивший поблизости. Лишь когда из приоткрытой дверцы донесся знакомый голос итальянца, русская вздрогнула всем телом, перепугано обернувшись к источнику звука.
— Ты заикой решил меня сделать? — Наигранно надув губки, Смирнова нахмурено свела тонкие брови, смерив мужчину испытывающим взглядом. — И перестань звать меня девчонкой! То, что я выгляжу, как скороспелый подросток, ещё не дает тебе права, так относится ко мне. — Скрестив руки под грудью, отчего та стала отчетливей просматриваться под тонкой тканью футболки, она подошла к обочине, немного наклонившись к лицу Сальваторе. — Так, значит, всё-таки, суровые бруталы тоже пьют чай?! Что заставило тебя принять моё приглашение?
Решив не испытывать лишний раз свою удачу, Елена забралась в салон машины, удобно устроившись в пассажирском кресле. Немного поерзав в нём, она пристегнула ремень безопасности, вполоборота бросив взор фиалковых очей на Розарио. Признаться, девушка никак не ожидала того, что он последует за ней. Видимо, не одной ей довелось испытать на себе странную силу магнетизма, притягивающие их друг к другу … Хотя, вполне вероятно, что мужчина попросту решил позабавится ещё немного.
— Послушай, только не подумай ничего такого: ты, конечно, очень привлекательный, но между нами ничего не будет. Мне ненужны отношения. Если ты принял мою фразу за предлог, чтобы остаться наедине, то будешь сильно огорчён. Мы просто позавтракаем и распрощаемся. Хорошо?
Затаив дыхание, Смирнова терпеливо дождалась ответной реакции на свою импровизированную речь, прежде чем назвать мужчине свой адрес. На этот раз она решила сделать всё правильно, тем самым избежав недопонимания и неловкости. Ей действительно было крайне важно чётко обозначить свои позиции, касающиеся их дальнейшего совместного времяпрепровождения.

Дорога до многоэтажки, в которой проживала русская, заняла от силы пятнадцать минут.
Неблагополучность трущобного района города, сразу бросалась в глаза: замусоренные улицы, слоняющиеся без дела наркоманы и бомжи, а также стаи бродячих псов, хрипло рычащих на проходящих мимо. Культурный регресс во всем своём великолепии. Тут вполне можно было снимать фильмы о постапокалиптических временах, совершенно не тратясь на дорогостоящие специализированные эффекты компьютерной графики.
— Нууу, — неловко улыбаясь, протяжно начала диалог Елена, — вот тут я и обитаю. Ещё не передумал заглянуть на огонёк? Если хочешь поскорее убраться отсюда, то ничего против иметь не буду. Здесь довольна отталкивающая и не гостеприимная атмосфера.
Выбравшись из автомобиля, девушка торопливо перебежала через дорогу, зайдя в первый подъезд.
Поднявшись по лестнице на третий этаж, она достала из потайного кармашка юбки связку ключей, наспех отперев замок поцарапанной двери. Прикрыв её за собой так, чтобы Розарио мог зайти внутрь самостоятельно, девушка переобулась в домашние тапочки, повесила сумку в прихожей и поспешила на кухню поставить чайник на огонь. Спустя пару минут Смирнова высунулась голову из-за косяка, убеждаясь в том, что мужчина решился составить ей компанию.
— Квартирка, конечно, маленькая, но дешёвая и уютная. Располагайся, где тебе удобно. Гости у меня бывают редко, так что извини за развешенные на стенах фотокарточки — люблю снимать незнакомцев на старенький пленочный фотоаппарат.  А у тебя есть какое-нибудь хобби?

+1

16

- Хорошо, будь по твоему. Дорогая Елена, не присядешь ли ты в салон моего скромного авто? - он улыбается, почувствовав, как брюнетка постепенно сдавала свои позиции перед его шармом. А действительно, почему бы не принять ту тактику поведения с женщинами, которую он обычно принимает, когда общается с обладательницами прелейстнейшими? Елена - далеко не дурна собой, да и почему бы и не приударить. Тот вечер она не помнит, а можно было бы сделать милость и предложить под бокал дорогого французского вина старой выдержки напомнить, какие именно искры летали между ними обоими. Если её приодеть, то получится именно та куколка, которых мужчина видел на светстких вечеринках.
— Так, значит, всё-таки, суровые бруталы тоже пьют чай?! Что заставило тебя принять моё приглашение?
- Мне просто захотелось позавтракать. Ты ведь умеешь готовить что-нибудь помимо яичницы? В наше время хозяюшек встретить трудно. - он шутит, не думая, что та всопримет его слова всерьез.
— Послушай, только не подумай ничего такого: ты, конечно, очень привлекательный, но между нами ничего не будет. Мне ненужны отношения.
- Ты меня забавляешь, девчонка. Не допускай мысли, что ты мне можешь быть интересна.
Она поежилась. Мужчина понял, что слишком отпустил девушку, и поспешил ретироваться в ее глазах. Зря он обижает русскую. Но почему-то рядом с ней он не мог себя сдерживать и невольно отпускал в адрес брюнетки самые обидные слова.
- Ты это... Извини меня. Я сегодня явно не в духе. Но на счет твоего предложения я согласен. Нам не нужны общие проблемы.
Дальнейший путь они просидели в тишине. Розарио решил включить радио, чтобы оно служило фоном и хотя бы это напряжение разбавилось пением какой-то известной группы из Сакраменто. Завывающий голос солистки немного расслабил Сальваторе и он посмотрел на Елену, которая по смешному вжалась в сидение автомобиля. Неужели он не устраивал девушку, как водитель? Вроде бы скорости не превышал и не понижал. Может, думала о чем-то своем?
Он заезжает в какой-то неблагополучный район и приподнимает бровь, когда слышит ее предложение об его уходе. Вообще, она хочет его звать или просто придумывает очередной предлог? Мужчина бывал в местечках пострашнее этого квартала и видел людей опаснее, чем эти бездомные люди с угасшими глазами. Возможно, он родился и прожил в замечательных условиях, благоприятных для жизни, но то, с чем он сталкивался, когда выходил за порог дома, - этим итальянец ни с кем не поделится. И он врагу ее пожелал бы увидеть то, что он видел.
Обычно в таких развалюхах рождались дети с темным будущим и скверным характером, но Елена, несмотря ни на что, была девушкой со светлой душой. Даже если закрыть глаза на язвительные фразы русской, мужчина не мог сказать, что её характер оказался скверным.
- Ты думаешь, что я не видел ничего подобного за свои тридцать шесть лет? Ошибаешься, Елена. Глубоко ошибаешься.
Они поднимаются на вверх по лестнице. Роз прекрасно понимал, к чему себя стоит готовить. Если любая девушка её возраста пыталась бы выбраться из болота, из этого дрянного района, то Лена только облюбовала свою квартиру и довольствовалась ею. Чего стоят только стены, обвешанные фотографиями незнакомых людей. Когда-то он слышал от своего приятеля-фотографа, что случайные снимки позволяют открыть характер. Когда человек позирует, то надевает свою маску, огрождая себя стеной. Интересно, а какая Елена без маски?...
- Раньше хобби было. Езда на лошадях. До пятнадцати лет. - а потом, когда узнал, чем помышляет отец, что он предлагал ему, то решил бросить скачки. Да и уезд Бернадетт не вдохновил его на любимое дело. - Потом пошел на фехтование, снова оставил его. В настоящий момент занимаюсь любительским боксом.
Он проходит вперед, в зал, и разглядывает обстановку. Дешево, уютно и содержательно, - именно те слова, которые описывали квартиру Елены.
- Помочь тебе? Я знаю, как приготовить итальянскую пасту. Считай, это будет моей особой платой за сегодняшний день.

Отредактировано Rosario Salvatore (2014-12-22 18:44:13)

+1

17

«Дома и стены помогают» — кажется, именно так звучит старая русская поговорка. Теперь Елена согласна с ней на всё сто процентов. В родной квартирке ей спокойнее и комфортнее: враждебный мир остался за бетонными блоками. Можно снимать эмоциональные доспехи, разрешая себе полноценно расслабится. Даже дышится здесь легче, потому что, вместо выхлопов автомобильных, пахнет цветочным ионизатором воздуха.
Тут её суверенная территория — персональные райские кущи.
— Печально, что ты бросил верховую езду, — доносится размеренный голос девушки из кухни: она хозяйственно накрывает на стол, не забывая поддерживать непринужденную беседу с гостем. — Я тоже в детстве увлекалась этим спортом. Пожалуй, мне и сейчас нравится кататься на лошадях, но позволить себе такие прогулки я не могу. Дорого слишком.
Нарезая ржаной хлеб и колбасу для бутербродов, Смирнова внимательно прислушивается к каждому слову мужчины, искренне поражаясь его откровенности. Почему-то русской думалось, что Розарио не удостоит её ответом на заданный ранее вопрос, сказав что-то типа: «ни твоего ума дела». Это было бы даже логично, если брать во внимание их странные взаимоотношения, которых и нет вроде бы … забавно. В итальянце словно постоянно противоборствуют две абсолютно разные личности, предугадать дальнейшее поведение который невозможно. 
— Бокс? И почему я ни капельки не удивленна, что тебе нравится махать кулаками?! А вообще, наверное, данное умение полезно: мышцы поддерживает в тонусе, опять же — можешь в драке за себя постоять. Надо мне тоже записаться в какую-нибудь секцию по самообороне, чтобы следующему наглецу, который выкинет мои вещи на лестничную клетку,  сразу в глаз бить.
Посмеиваясь над разбушевавшемся воображением, русская оборачивается к газовой плите и крутит ручку конфорки, прибавляя интенсивность огня под медлительно закипающим чайником. Конечно, кто-то скажет, что куда удобнее приобрести электронный термос, который всегда поддерживает высокую температуру, чем дожидаться пока она согреется по-старинке. Но ведь тогда теряется сама трепетная суть: Елена считает, что именно такие мелочи, как клубящийся влажный пар, приглушенное бурление лопающихся пузырьков, терпкий аромат заварки — всё это, крупица за крупицей, создает неповторимый домашний уют. Ей нравится томится в ожидании, чувствуя душный жар от очага. Есть в нём нечто успокаивающее. Родное.
— Помощь, конечно, не помешает. Только вряд ли у меня найдутся ингредиенты для итальянской пасты. — Смущено потирая кончик носа ногтем, девушка заглядывает в полупустой холодильник, спешно закрывая дверцу до того, как в кухню войдет Сальваторе. Ей становится крайне неловко. В попытке немного ослабить назойливое переживание, она оправдываясь поясняет: — Всё никак не успеваю сходить в магазин, чтобы затарится продуктами. Если сильно голоден, могу предложить суп. Конечно, не марципаны, но уже кое-что.
Подставляя под ноги табурет, чтобы достать с верхней полки посуду, Смирнова интуитивно одергивает подол юбки. В очередной раз, она мысленно обещает себе, что попросит кого-нибудь из соседей помочь перевесить шкафчик пониже. Однако сама прекрасно знает, что обязательно постесняется это сделать. Однажды Елена всё-таки набралась, как ей тогда показалось, необходимой храбрости: подошла к двери напротив, нажала кнопку звонка и … сбежала вниз по лестнице, как нашкодивший ребёнок. До сих пор,  здороваясь с соседом из этой квартиры, русская виновато опускает взгляд к полу.
— Если не затруднит, поставь на стол, пока я достаю стаканы.
Протянув мужчине тарелки, Смирнова спрыгивает со своей импровизированной стремянки, едва не врезаясь лбом в косяк.
Закипевший чайник, свистом, заглушает её невнятное бормотание, настырно требуя внимания к себе. Металлическая крышка подпрыгивает и дребезжит, точно угрожая отлететь к потолку. Кипяток хлещет из образовавшихся просветов, пока девушка упорно пытается усадить Розарио за стол. В проходе слишком узко, чтобы нормально уместиться вдвоём, а прижиматься к нему ей не хочется. После его реплики в автомобиле, Елена решила свести физический контакт к минимуму.
— Присядь ты наконец! — Легонько толкая итальянца бедром, она протискивается к плите, резко выключая подачу газа. — Ну вот, теперь мы в безопасности. Ты какой чай любишь? У меня есть зелёный и чёрный.
Достав из выдвижного ящичка две вышеупомянутые коробочки, девушка ставит их перед гостем, сосредоточенно разливая по стаканам кипяток.

+1

18

Розарио никогда не верил в судьбоносные встречи, так же, как и в счастливые числа и не имел веры во что-то определенное.
Но, если прибегнуть к той фразе, что мы встречаем всех людей не зря и перенести её на встречу двоих таких людей, как Сальваторе и русская, то ... Ни-че-го бы не изменилось. Ни у нее в жизни ничто не поменялось с появлением его фигуры, ни у него, наоборот, появилась проблемы, которых разгребать приходилось еще больше и усерднее. А еще он попросту потратил свое драгоценное время, словно у него было в запасе много вот таких вот минут.
Но, как бы мужчина не противился и какие мысли не приходили в его голову, он испытывал к кареглазой брюнетке симпатию. Маленькая искра не вспыхнет в пожар из страсти и эмоций, но она может перевестись в уважение к девушке и к дальнейшим серьезным отношениям, в которых может присутствовать, как забота, так и чувство любви. Но, естественно, никто не хотел ничего серьезного. Так, встреча на один раз. Только и всего.
Реальный мир - он такой сложный, многогранный, и те, кто смотрит на окружающие вещи через "розовые очки", могут попросту сломаться.
Розарио мыслил реально, безошибочно думая, что прав именно он. И Елена была реальным героем очередной пьесы, по которой жила всю свою жизнь. Она лучше многих женщин, которые мечтали получить в мужья олигарха с нескончаемой барсеткой с деньгами и с бесконечно добрым сердцем. Таких, как Ленка, нужно брать с руками и ногами, пока они не ушли к какому-нибудь другому мужчине. Что на счёт Роза, то ему сейчас совершенно не до жены и уж тем более не до создания семейства, а на роль своей спутницы он никого не представлял. Потом, как-нибудь, - отнекивался тот, предпочитая семейным вечерам шумные вечеринки и однодневных "подстилок".
Девушка видит его совершенно другим, именно в этот момент он преображается, когда со всем своим спокойствием рассказывает об увлечениях. Она наверное напридумывала в своей голове невообразимое, сравнивая его с маньяками да убийцами. Хотя, он был мафиози, значит Лена не ошибалась.
- Мне кофе. Я не люблю чай. Ни горячий, ни холодный. - пока Лена готовила на стол, Роз решил взглянуть из окна, заметив, как недоброжелательная свора ребят передавали какой-то невзрачный пакетик из рук в руки. - Здесь преступность высока. Не боишься?
Их взгляды пересекаются, и Сальваторе приподнимает бровь, увидев, как выражение лица её менялось. О чем она думала?
- Ты на меня так внимательно смотришь. Знаешь, что я хочу сказать? - перехватывая её внимание, Роз черпает ложкой суп и пробует его на вкус. Вкусно. Свекольный? ... - Не бывает абсолютно отрицательных, как и положительных людей. Во мне есть много черт, которые не нравятся моим знакомым, но они знают, что на меня можно в чем-то положится. Что на себя, то я не отношусь ни к плохишам, ни к супергероям. Я ведь не лезу к тебе с вопросами, что в то утро с тобой произошло и какой психической болезнью ты страдаешь.
Еще немного, и он улыбнется, увлеченный  в чашку супа, которым поделилась юная хозяйка со своим нежеланным гостем.
Трель мобильного телефона оторвала его от разговора, и Роз, вытащив его, нажал на "отбой". Нахмурился.
- Хорошо, Елена. У меня работа. Мне придется идти. Дела сами за себя не решатся.
И он, ухмыльнувшись, коснулся губами и щетиной её щеки. Кожа у русской была такой мягкой, приятной на ощупь. Наверное, прикасаться к этой девушку в ту ночь было одно удовольствие. Сальваторе ведь тоже ничерта не помнит, так что приходилось только представлять …
Он, пройдя через тесные комнатушки, в последний раз взглянул на кареглазую красавицу и улыбнулся ей. В последний раз.
- Спасибо тебе за эту встречу.

+1

19

Кухню наполняют приятные ароматы горячего супа и свежезаваренного кофе. Елена присаживается спиной к окну, медленно пододвигая гостю крепкий напиток, который он попросил. Всё как-то до боли знакомо. Такое уже бывало раньше. Состояние дежавю распространяется по нервным окончаниям эффектом разрушающегося карточного домика. Девушка массирует кончиками большого и указательного пальца внутренние уголки глаз, задумчиво перебирая в голове события сегодняшнего дня.
«Ужасно странные выдались сутки,» — мысленно подводит она черту, смотря перед собой непроницаемым взглядом.
Её немного настораживает то, как быстро меняется поведение Розарио: на улице мужчина не гнушался оскорблениями, в кофейне заступался за неё, теперь вот — сидит напротив, как ни  чём не бывало. Он очень странный, загадочный, интригующий, но опасный. Смирнова уже научилась доверять своим внутренним ощущениям, бьющим тревогу рядом с роковыми личностями, способными уничтожить чью-то судьбу ради мимолётного каприза. Жизнь в постоянных бегах оставила выжженный отпечаток на психики русской, подарив взамен бесценный опыт и обостренные инстинкты восприятия. Именно благодаря этому, она ещё мерно дышит, чувствуя бьющейся пульс изнанкой тонкой кожи.
— Боюсь ли?  — обнимая ладонями бока горячей кружки с зелёным чаем, Елена сладко ежится, миловидно вздёргивая кончик маленького носа. — Разумеется, да. Но это моё естественное состояние.
Девушка не старается выглядеть обреченной жертвой трущоб, произнося довольно мрачное признание. Даже наоборот. Губы её расцветают характерно-непринужденной улыбкой, всем своим видом показывая итальянцу, что для счастья этой брюнетке достаточно иметь крышу над головой.  И совершенно не важно в каком районе. Она сможет обжиться везде, создав свой оазис безмятежности среди бушующих бурь жестокой реальности.
— Всё люди — моральные хамелеоны. Наш характер меняется в зависимости от ситуации и окружения. Так заложено природой. Так что, я полностью согласна с тем, что не бывает абсолютно плохих или совершенно безгрешных, но … — Смирнова пододвигается чуточку ближе, врезается сгибом талии в край стола и, потянувшись навстречу Сальваторе, касается тёплыми кончиками пальцев его подбородка: — … смотрю я на тебя не поэтому. Ты испачкался. — Умилённо наливаясь румянцем, русская заботливо стирает каплю супа с щетинистой кожи мужчины, тут же пускаясь на своё место.
Внезапная мелодия мобильного телефона отзывается едва заметной дрожью в её теле. Затаив дыхание, Елена отпивает поостывший напиток, скрывая всякую заинтересованность в данном кратковременном эпизоде. Она уже знает, что произойдет: звонком предрешилась их  странная встреча, им же и увенчается её финал.
Когда Розарио говорит про работу, девушка спокойно прибирает грязную посуду в раковину, не задавая никаких лишних вопросов. Ей не требуются объяснения, отговорки, извинения — завтрак окончен, можно расходится по делам. Он прошел достаточно невинно и мило. Именно так, как хотелось Смирновой. Между ней и итальянцем не возникло никакой неловкости. Большего не требовалось. Хватит и того, что сегодня она не чувствовала себя заброшенной, смотря на пустующее место за столом.
— Удачного дня, мистер Сальваторе.
Собираясь проводить мужчину до входной двери, русская делает краткий шажок навстречу, но тотчас застывает статуей от влажного поцелуя на щеке. Длинные ресницы вздрагивают, стаей сумеречных колосков взлетая вверх, приоткрывая оторопелый фиалковый взор. Удивленная неожиданным проявлением симпатии, Елена чудаковато усмехается, просто не зная, как следует правильно отреагировать.
— Счастливого пути.
Прощальная фраза звучит настолько глухо, что девушка ненароком сомневается в том, что Розарио её расслышал. Запираясь за ним на замок, она припадает сведенными лопатками к стене, чтобы удержать пошатнувшееся равновесие. Шумно выдыхая избыток воздуха из груди, проводит ладонями по лицу, запуская худые и тонкие пальцы в капну непослушных волос. Двойственные ощущения терзает её душу, запутывая чувства в тугой ком, мешающий адекватному отношению к невинному поцелую.
— Что это, черт возьми, было? … — шепчет она в пустоту.

The End?

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Рука случайности, как в танце, судьбами кружит ...